Диего Ривера. Арбузы. 1957
В 1957-м Ривера перенёс инсульт, лишивший его возможности держать кисть в правой руке. А перед этим он лечился от рака – и надеялся, что сможет вернуться к своим монументальным работам после выздоровления. Надежды не оправдались, за одной бедой последовала другая, но живопись художник не оставил. Он написал несколько сочных натюрмортов. Чтобы мякоть этих арбузов выглядела бархатной, Ривера добавил в краску песок.
В 1957-м Ривера перенёс инсульт, лишивший его возможности держать кисть в правой руке. А перед этим он лечился от рака – и надеялся, что сможет вернуться к своим монументальным работам после выздоровления. Надежды не оправдались, за одной бедой последовала другая, но живопись художник не оставил. Он написал несколько сочных натюрмортов. Чтобы мякоть этих арбузов выглядела бархатной, Ривера добавил в краску песок.
Арестован 61-летний итальянский художник Лино Фронджия. Скандал с продажей фальшивок под старых мастеров оценивается примерно в 200 миллионов евро или 255 миллионов долларов. Первой картиной, обнаруженной в этом деле, стала «Венера» Лукаса Кранаха Старшего, которую французские власти конфисковали во время выставки коллекции князя Лихтенштейна в 2016 году в Провансе.
https://artchive.ru/news/4166
https://artchive.ru/news/4166
Arthive
Арестован художник по делу о фальшивках Кранаха, Эль Греко и других на сумму в 200 млн. евро
Наконец сделан первый арест в громком деле с чередой подделок под старых мастеров, длящемся с 2016 года. Под стражу был взят 61-летний итальянский художник Лино Фронджия. В то же время ордер на арест был выдан на...
10 октября на аукционе Bonhams будет представлена работа немецкого экспрессиониста Франца Марка "Лошадь", которая публично не выставлялась 70 лет. Она создана в 1912-м году, через год после знакомства Франца Марка с Василием Кандинским, который сильно повлияет на него (вместе они создадут художественное объединение "Синий всадник"). Оценочная стоимость этого выполненного на бумаге произведения - € 390 000–620 000.
Красиво?
Красиво?
«Башня синих лошадей» - один из редких случаев, когда память о картине есть, а самой картины нет. Она пропала.
В 1937 году национал-социалисты объявили картину вырожденческой. Надо сказать, она была не единственной и компания у нее была дерзкая и гениальная. Вместе с Францем Марком из немецких музеев были изгнаны Оскар Кокошка, Эдвард Мунк, Иоганнес Иттен, Пауль Клее, Василий Кандинский, Марк Шагал, в общем дегенеративными объявили 650 полотен, а заодно десятки художников и даже целые художественные направления и объединения. Но прежде чем навсегда забыть о них, заклеймить и избавиться, им устроили выставку, которая проехала по нескольким городам Германии и собрала 3 миллиона зрителей. Рекордное количество для своего времени, повторить которое удастся только в 21 веке.
А сначала «Башня синих лошадей» была одной из ключевых иллюстраций к первому альманаху «Синий всадник», над изданием которого работали вдвоем Франц Марк и Василий Кандинский. Этой картине определенно везло с соседями: на страницах альманаха разместились репродукции работ Кандинского, Пикассо, Матисса, Явленского, Робера Делоне, Пауля Клее, а рядом – примеры баварской подстекольной живописи и русского лубка, рисунки детей и рукописные ноты. Была большая задача – создать журнал, который бы рассказывал о проявлении новых, авангардных идей в разных видах искусства, в разных формах искусства, профессиональной и любительской, академической и народной.
Синий цвет Франц Марк любил, он перерисовал столько синих лошадей, что если бы они собрались вместе, получилось бы прекрасное небесное стадо (1, 2, 3). Всегда мастерски передавая движения и пластику животного, художник не стремился к натуралистичному образу, а изображал его «внутреннюю сущность». А синий цвет, в эстетике Марка «духовный», «мужской», «аскетичный», дает этой сущности зазвучать в полную силу. Устремленная в небо «башня» - мощный композиционный усилитель все того же смысла.
В 1919 году, через три года после смерти Франца Марка, картину купила Новая национальная галерея в Берлине. Ей было уготовано теплое галерейное будущее, которое в считанные дни разрушилось. После конфискации, скандальной выставки, Второй мировой войны, после капитуляции Германии в 1945 году картина просто исчезла. Кто-то изредка сообщает, что картина цела и тайно находится в каком-нибудь частном собрании или в Швейцарском банке, но ни один слух до сих пор не подтвержден.
А тем временем следы пребывания на берлинских улицах четырех синих лошадей обнаруживаются. Их воскрешает искусство. В 2012 году немецкий художник Мартин Гостнер в память об украденной или погибшей картине создал инсталляцию у входа в Новую национальную галерею. Четыре кучи искусственного, но очень натуралистично изображенного, навоза должны были создавать у посетителей ощущение, что синие лошади Франца Марка совсем недавно прошли здесь и находятся где-то рядом, гуляют по городским улицам или по залам музея, просто постоянно не удается их там застать.
В 1937 году национал-социалисты объявили картину вырожденческой. Надо сказать, она была не единственной и компания у нее была дерзкая и гениальная. Вместе с Францем Марком из немецких музеев были изгнаны Оскар Кокошка, Эдвард Мунк, Иоганнес Иттен, Пауль Клее, Василий Кандинский, Марк Шагал, в общем дегенеративными объявили 650 полотен, а заодно десятки художников и даже целые художественные направления и объединения. Но прежде чем навсегда забыть о них, заклеймить и избавиться, им устроили выставку, которая проехала по нескольким городам Германии и собрала 3 миллиона зрителей. Рекордное количество для своего времени, повторить которое удастся только в 21 веке.
А сначала «Башня синих лошадей» была одной из ключевых иллюстраций к первому альманаху «Синий всадник», над изданием которого работали вдвоем Франц Марк и Василий Кандинский. Этой картине определенно везло с соседями: на страницах альманаха разместились репродукции работ Кандинского, Пикассо, Матисса, Явленского, Робера Делоне, Пауля Клее, а рядом – примеры баварской подстекольной живописи и русского лубка, рисунки детей и рукописные ноты. Была большая задача – создать журнал, который бы рассказывал о проявлении новых, авангардных идей в разных видах искусства, в разных формах искусства, профессиональной и любительской, академической и народной.
Синий цвет Франц Марк любил, он перерисовал столько синих лошадей, что если бы они собрались вместе, получилось бы прекрасное небесное стадо (1, 2, 3). Всегда мастерски передавая движения и пластику животного, художник не стремился к натуралистичному образу, а изображал его «внутреннюю сущность». А синий цвет, в эстетике Марка «духовный», «мужской», «аскетичный», дает этой сущности зазвучать в полную силу. Устремленная в небо «башня» - мощный композиционный усилитель все того же смысла.
В 1919 году, через три года после смерти Франца Марка, картину купила Новая национальная галерея в Берлине. Ей было уготовано теплое галерейное будущее, которое в считанные дни разрушилось. После конфискации, скандальной выставки, Второй мировой войны, после капитуляции Германии в 1945 году картина просто исчезла. Кто-то изредка сообщает, что картина цела и тайно находится в каком-нибудь частном собрании или в Швейцарском банке, но ни один слух до сих пор не подтвержден.
А тем временем следы пребывания на берлинских улицах четырех синих лошадей обнаруживаются. Их воскрешает искусство. В 2012 году немецкий художник Мартин Гостнер в память об украденной или погибшей картине создал инсталляцию у входа в Новую национальную галерею. Четыре кучи искусственного, но очень натуралистично изображенного, навоза должны были создавать у посетителей ощущение, что синие лошади Франца Марка совсем недавно прошли здесь и находятся где-то рядом, гуляют по городским улицам или по залам музея, просто постоянно не удается их там застать.
Artchive
Дегенеративное искусство
История одной выставки, которая стала самой посещаемой в ХХ веке, резко изменила жизни нескольких десятков художников, лишила немецкие музеи бесценных коллекций, добавила слово «дегенеративный» в искусствоведческий...
👍1
Whistlejacket или «Уистлиджейкет» — это портрет любимой многими англичанами скаковой лошади, созданный Стаббсом в 1762 году. Одна из самых узнаваемых и популярных его работ.
Картина выполнена по заказу второго Маркиза Рокингема — владельца скакуна, благодаря которому он выиграл 2,000 гиней (это примерно 100 тысяч фунтов стерлингов на сегодняшний день) в гонках на четыре мили в Йорке в 1759 году. Конь Уистлиджейкет родился в 1749 году и был знаменит не только своей выносливостью, но и тем, что за все шесть лет своей «карьеры» пропустил только четыре соревнования. Стоило отблагодарить и запечатлеть на холсте скакуна, так одарившего своего хозяина. И лучшим выбором в качестве художника оказался Стаббс.
Портрет поражает своим масштабом — это почти трехметровая работа, конь изображен в натуральную величину. Все внимание — только на главном герое полотна. На холсте нет ни всадника, ни пейзажа, лишь нейтральный, не отвлекающий от главного фон. Скакун изображен в вставшим на дыбы, и галопом мчащимся в абстрактное пространство холста. Художник дал коню абсолютную свободу: с трудом усмиренную дикость не контролируют ни наездник, ни удила. Отсутствие уздечки и кнута вполне соответствуют романтическому отношению к лошадям, как к свободным и непокорным, но тем не менее, принадлежавшим человеку существам. Однако, здесь — это совершенное благоговение перед природой, без лишних акцентов.
Современники любили и ценили эту картину, но были уверенны, что это незаконченный конный портрет Георга III. Есть мнение, что на самом деле так оно и было, но из-за разногласий между монархом и заказчиком Стаббс был вынужден изменить композицию. Однако, в достоверности этой истории полностью увериться нет возможности. Знатоки творчества анималиста утверждают, что тень под копытом Уистлиджейкета как раз наоборот говорит о завершенности задумки автора.
Коневодство и скачки были настоящей страстью английской аристократии XVIII века, и лошади воспринимались не как рядовые животные, а как полноценные участники соревнований. От художника тем более требовалось отношение к модели, как к личности с характером и своими особенностями. Стаббс не просто выполнял требования, но делал то, к чему тяготел всю жизнь и то, что знал досконально — не только анатомию, но и саму суть лошадей. Особенности характера Уистлиджейкета выражаются через внешние малозаметные, но важные детали: вздувшиеся вены на атлетичном бедре, белое пятно на копыте и лбу. Эти нюансы сравни человеческим приметам: родимому пятну, шраму, форме глаз. Но это лишь внешние, завершающие образ штрихи, тогда как на самом деле Стаббса интересует натура и суть.
Нрав скаковой лошади выражается в напряженной, будто струна мускулатуре, энергии и свободолюбии позы. Но и это лишь часть задумки. Главное, что на лице («морда» в данном контексте не уместное слово) Уистлиджейкета легко читается выражение максимального напряжения и ужаса.
Существует легенда, а может даже и быль, будто блестящий и реалистичный портрет вызвал соответствующую реакцию у модели: конь накинулся на работу художника, в первую секунду приняв ее за настоящее животное.
Кстати, необычное имя Whistlejacket происходит от названия охлаждающего напитка на основе джина и сахарного сиропа.
Семья Рокингем хранила портрет любимца своего предка больше двух столетий. В 1997 году Лондонская национальная галерея приобрела его за 11 млн фунтов стерлингов.
Картина выполнена по заказу второго Маркиза Рокингема — владельца скакуна, благодаря которому он выиграл 2,000 гиней (это примерно 100 тысяч фунтов стерлингов на сегодняшний день) в гонках на четыре мили в Йорке в 1759 году. Конь Уистлиджейкет родился в 1749 году и был знаменит не только своей выносливостью, но и тем, что за все шесть лет своей «карьеры» пропустил только четыре соревнования. Стоило отблагодарить и запечатлеть на холсте скакуна, так одарившего своего хозяина. И лучшим выбором в качестве художника оказался Стаббс.
Портрет поражает своим масштабом — это почти трехметровая работа, конь изображен в натуральную величину. Все внимание — только на главном герое полотна. На холсте нет ни всадника, ни пейзажа, лишь нейтральный, не отвлекающий от главного фон. Скакун изображен в вставшим на дыбы, и галопом мчащимся в абстрактное пространство холста. Художник дал коню абсолютную свободу: с трудом усмиренную дикость не контролируют ни наездник, ни удила. Отсутствие уздечки и кнута вполне соответствуют романтическому отношению к лошадям, как к свободным и непокорным, но тем не менее, принадлежавшим человеку существам. Однако, здесь — это совершенное благоговение перед природой, без лишних акцентов.
Современники любили и ценили эту картину, но были уверенны, что это незаконченный конный портрет Георга III. Есть мнение, что на самом деле так оно и было, но из-за разногласий между монархом и заказчиком Стаббс был вынужден изменить композицию. Однако, в достоверности этой истории полностью увериться нет возможности. Знатоки творчества анималиста утверждают, что тень под копытом Уистлиджейкета как раз наоборот говорит о завершенности задумки автора.
Коневодство и скачки были настоящей страстью английской аристократии XVIII века, и лошади воспринимались не как рядовые животные, а как полноценные участники соревнований. От художника тем более требовалось отношение к модели, как к личности с характером и своими особенностями. Стаббс не просто выполнял требования, но делал то, к чему тяготел всю жизнь и то, что знал досконально — не только анатомию, но и саму суть лошадей. Особенности характера Уистлиджейкета выражаются через внешние малозаметные, но важные детали: вздувшиеся вены на атлетичном бедре, белое пятно на копыте и лбу. Эти нюансы сравни человеческим приметам: родимому пятну, шраму, форме глаз. Но это лишь внешние, завершающие образ штрихи, тогда как на самом деле Стаббса интересует натура и суть.
Нрав скаковой лошади выражается в напряженной, будто струна мускулатуре, энергии и свободолюбии позы. Но и это лишь часть задумки. Главное, что на лице («морда» в данном контексте не уместное слово) Уистлиджейкета легко читается выражение максимального напряжения и ужаса.
Существует легенда, а может даже и быль, будто блестящий и реалистичный портрет вызвал соответствующую реакцию у модели: конь накинулся на работу художника, в первую секунду приняв ее за настоящее животное.
Кстати, необычное имя Whistlejacket происходит от названия охлаждающего напитка на основе джина и сахарного сиропа.
Семья Рокингем хранила портрет любимца своего предка больше двух столетий. В 1997 году Лондонская национальная галерея приобрела его за 11 млн фунтов стерлингов.
Загадка от Артхива
Это картина «Сумерки» американского художника Джеффа Элрода (Jeff Elrod, р. 1966). Написана в 2000-м году акриловыми красками на холсте. Размер - 121.9 х 152.4 см.
В 2014-м эта работа была выставлена на аукционе «Сотби».
Как думаете, каковы результаты торгов?
Варианты ответа – в следующем посте. А правильный ответ опубликуем завтра.
⬇️
Это картина «Сумерки» американского художника Джеффа Элрода (Jeff Elrod, р. 1966). Написана в 2000-м году акриловыми красками на холсте. Размер - 121.9 х 152.4 см.
В 2014-м эта работа была выставлена на аукционе «Сотби».
Как думаете, каковы результаты торгов?
Варианты ответа – в следующем посте. А правильный ответ опубликуем завтра.
⬇️
❤1
За сколько была продана картина Джеффа Элрода «Сумерки» из предыдущего поста?
Anonymous Poll
8%
Продана за 500 долларов
6%
Продана за 10 - 20 тысяч долларов
18%
Продана за 100 – 200 тысяч долларов
21%
Продана примерно за 1 миллион долларов
7%
Продана примерно за 10 миллионов долларов
40%
Картину никто не купил
Картина «Ида читает письмо», написанная в 1899 году, была одной из первых работ, которые Вильгельм Хаммерсхёй создал в квартире на улице Страндгед в Копенгагене. Дом номер 30, где художник жил со своей женой Идой с 1898-го по 1909 год, сыграл решающую роль в развитии его уникальной эстетики. До этого переезда интерьеры, которые изображал живописец, были не более ценны, чем его портреты, архитектурные и природные ландшафты. Но скудно меблированное пространство на Страндгед с непокрытыми деревянными половицами, перпендикулярными стенными молдингами, угловыми печами и цельными белыми дверями быстро стало центральной темой творчества датчанина. Стремясь отобразить световые эффекты на различных поверхностях и человеческой фигуре, он переставлял лаконичный реквизит – столы и стулья, пианино, диван. Моделью ему чаще всего служила супруга.
Серебристо-серая палитра этой работы и отсутствие сентиментальности демонстрируют поразительное сходство с картинами Джеймса Макнейла Уистлера. Этот американский постимпрессионист оказал большое влияние на Хаммерсхёя, который впервые увидел произведения коллеги на Всемирной выставке в Париже в 1889 году и безуспешно пытался встретиться с ним в дальнейшем. Оба художника любили представлять женщин в пустых комнатах, используя ограниченную цветовую гамму, задававшую определённое настроение любой композиции. Постановка модели в профиль и неслащавое поведение напоминают культовую картину Уистлера «Аранжировка в сером и чёрном №1. Мать художника» (1871). В 1891 году полотно купило французское государство, и Хаммерсхёй видел его в Люксембургском музее в Париже. В своей работе он усилил ощущение абстракции, устранив лишние детали и почти полностью положившись на игру цветов и геометрических форм.
Но в этой сцене видно влияние не только Уистлера. Тонкое использование света, приглушённые тона и выбор темы указывают на картину «Дама в голубом, читающая письмо» голландского мастера XVII века Яна Вермеера, который был образцом для Хаммерсхёя. В 1887 году датчанин совершил поездку в Голландию, где увидел работы своего предшественника. Сопоставив два полотна, можно понять, на что ориентировался Хаммерсхёй, создавая свою композицию. Его картина стала почти зеркальным отражением произведения Вермеера: обе женщины стоят в одинаковых позах, склонив головы над письмами, их причёски и одежда – несмотря на более чем двухсотлетнюю разницу – заметно похожи, стол слегка заслоняет фигуру, а всю сцену заливает свет из непрямого источника.
Именно свет играет самую значительную роль и является определяющим элементом в композициях Хаммерсхёя. В его интерьерах «свет – главный субъект... скудный датский зимний свет, свет серой погоды почти без цвета, тепла или радости, но богато насыщенный нюансами. Это свет, который льется на холст и определяет пространство... обычно непрямой, потому что Хаммерсхёй, конечно же, знает, что непрямой свет зачастую самый красивый», – писали кураторы Ханне Финсен и Инге Вибеке Рашкоу-Нильсен в эссе к ретроспективной выставке 1981 года в Копенгагене.
Картина «Ида читает письмо» участвовала в выставках в Копенгагене, Лондоне и Гамбурге, но с момента своего создания принадлежала частным коллекционерам. В июне 2012 года она была выставлена на аукцион Sotheby’s с предварительной оценкой в 500-700 тыс. фунтов стерлингов (до миллиона долларов США) и произвела фурор, когда молоток упал на отметке в 1,7 млн фунтов стерлингов (2,6 млн долларов). Этот результат стал наглядным подтверждением того, что Вильгельм Хаммерсхёй, забытый после своей смерти в 1916 году, вновь занимает надлежащее место в плеяде скандинавских жанровых живописцев.
Серебристо-серая палитра этой работы и отсутствие сентиментальности демонстрируют поразительное сходство с картинами Джеймса Макнейла Уистлера. Этот американский постимпрессионист оказал большое влияние на Хаммерсхёя, который впервые увидел произведения коллеги на Всемирной выставке в Париже в 1889 году и безуспешно пытался встретиться с ним в дальнейшем. Оба художника любили представлять женщин в пустых комнатах, используя ограниченную цветовую гамму, задававшую определённое настроение любой композиции. Постановка модели в профиль и неслащавое поведение напоминают культовую картину Уистлера «Аранжировка в сером и чёрном №1. Мать художника» (1871). В 1891 году полотно купило французское государство, и Хаммерсхёй видел его в Люксембургском музее в Париже. В своей работе он усилил ощущение абстракции, устранив лишние детали и почти полностью положившись на игру цветов и геометрических форм.
Но в этой сцене видно влияние не только Уистлера. Тонкое использование света, приглушённые тона и выбор темы указывают на картину «Дама в голубом, читающая письмо» голландского мастера XVII века Яна Вермеера, который был образцом для Хаммерсхёя. В 1887 году датчанин совершил поездку в Голландию, где увидел работы своего предшественника. Сопоставив два полотна, можно понять, на что ориентировался Хаммерсхёй, создавая свою композицию. Его картина стала почти зеркальным отражением произведения Вермеера: обе женщины стоят в одинаковых позах, склонив головы над письмами, их причёски и одежда – несмотря на более чем двухсотлетнюю разницу – заметно похожи, стол слегка заслоняет фигуру, а всю сцену заливает свет из непрямого источника.
Именно свет играет самую значительную роль и является определяющим элементом в композициях Хаммерсхёя. В его интерьерах «свет – главный субъект... скудный датский зимний свет, свет серой погоды почти без цвета, тепла или радости, но богато насыщенный нюансами. Это свет, который льется на холст и определяет пространство... обычно непрямой, потому что Хаммерсхёй, конечно же, знает, что непрямой свет зачастую самый красивый», – писали кураторы Ханне Финсен и Инге Вибеке Рашкоу-Нильсен в эссе к ретроспективной выставке 1981 года в Копенгагене.
Картина «Ида читает письмо» участвовала в выставках в Копенгагене, Лондоне и Гамбурге, но с момента своего создания принадлежала частным коллекционерам. В июне 2012 года она была выставлена на аукцион Sotheby’s с предварительной оценкой в 500-700 тыс. фунтов стерлингов (до миллиона долларов США) и произвела фурор, когда молоток упал на отметке в 1,7 млн фунтов стерлингов (2,6 млн долларов). Этот результат стал наглядным подтверждением того, что Вильгельм Хаммерсхёй, забытый после своей смерти в 1916 году, вновь занимает надлежащее место в плеяде скандинавских жанровых живописцев.
Artchive
Джеймс Уистлер, картины с названиями и биография
Художник Джеймс Уистлер: произведения и биография художника, описания картин Уистлера в Артхиве.
Правильный ответ на вчерашнюю загадку. Картина Джеффа Элрода «Сумерки» в 2014 году на аукционе «Сотби» была продана за 161 тысячу долларов.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Актёр Шон Бин заявил, что больше не будет сниматься в фильмах и сериалах, где его герой погибает. Дело не в суевериях, а в том, что его уже давно называют ходячим спойлером: если на экране Шон Бин - его герой не жилец. Список всех экранных смертей Бина уже составлен: их количество приближается к 30-ти.
А знаете, с чего всё началось? Впервые герой Шона Бина погибает в фильме Дерека Джармена "Караваджо" (1986) - там он сыграл Рануччо Томассони, в убийстве которого действительно был обвинён Караваджо (правда, в реальности Рануччо был ранен то ли в живот, то ли в пах).
А знаете, с чего всё началось? Впервые герой Шона Бина погибает в фильме Дерека Джармена "Караваджо" (1986) - там он сыграл Рануччо Томассони, в убийстве которого действительно был обвинён Караваджо (правда, в реальности Рануччо был ранен то ли в живот, то ли в пах).
👍1
Приглашаем проголосовать за самые красивые руки в изобразителном искусстве!
Читатели Артхива (надеемся, вы были среди них:)) номинировали 69 произведений. Все они в этом альбоме, а голосовать нужно с помощью обычных лайков:)
Читатели Артхива (надеемся, вы были среди них:)) номинировали 69 произведений. Все они в этом альбоме, а голосовать нужно с помощью обычных лайков:)
Этот парный портрет несколько веков считался работой неизвестного автора XV столетия и лишь сравнительно недавно был атрибутирован фра Филиппо Липпи. Несмотря на еще недавнюю анонимность, упоминать его принято исключительно как «знаменитый парный портрет из музея Метрополитен».
Чем же он знаменит? Тем, что многое, связанное с этой картиной, происходило в итальянском искусстве впервые. Первый двойной портрет. Один из первых портретов в интерьере. Наконец, одно из первых изображений женщины, никак не связанное с религиозной темой. Безусловно, Филиппо Липпи писал своих Мадонн с обычных красивых флорентиек и придавал их образам исключительную жизненность. Но изображение женщины как она есть, в её собственной социальной роли и бытовой конкретике – для искусства XV века это стало подлинным прорывом.
По одной из наиболее убедительных версий, перед нами нечто вроде свадебного портрета. Исследователь Федерико Дзери обнаружил на вышитом жемчугом рукаве героини слово lealt, что по-итальянски означает «лояльность», «приверженность» или «верность». Это было истолковано как клятва верности, из чего родилось предположение, что перед нами супруги. Другая интерпретация, наоборот, исходит из того, что персонажи пока не женаты или даже не обручены, так как на картине их разделяет препятствие в виде стены с окном.
Характер взаимоотношений мужчины и женщины также трактовался по-разному: одни отмечают, что между ними существует несомненная эмоциональная близость, другие обращают внимание, что герои картины даже не смотрят друг на друга, так как их глаза находятся на разных уровнях.
Существуют и вполне достоверные предположения о том, кто именно изображён на портрете. Они исходят из такой важно детали: руки мужчины на портрете лежат на фамильном гербе семейства Сколари. Считается, что перед нами представитель этого рода – Лоренцо Раньери Сколари. А женщина, – это по всей вероятности, ставшая его женой около 1436 года Анжиола ди Бернардо Сапити.
Вазари сообщает интересный факт из биографии Липпи: высокопоставленные заказчики нередко порицали художника за то, что он недостаточно хорошо писал кисти рук: «поэтому фра Филиппо с тех пор, когда писал, то большую часть рук во избежание этого упрека прикрывал либо одеждой, либо придумывал что-то другое». Руки на «Двойном портрете» выполнены вполне искусно, но забавно то, что они вправду наполовину скрыты от глаз.
Некоторые считают характерным для Липпи приём, использованный в «Парном портрете»: обозначать черты лица довольно обобщенно, но при этом самым тщательным образом отделывать детали вроде узора тканей и качества жемчуга. Именно в профильном изображении наиболее наглядна парикмахерская мода, характерная для середины XV века, – выщипывание части волос, отодвигающее линию роста волос и зрительно увеличивающее лоб. С виртуозной тонкостью написаны жемчужные украшения и сложный головной убор героини.
Специалисты отмечают и ценность пейзажа, открывающегося за окном: он также выполнен очень тщательно и детально и мог бы являться самостоятельной картиной.
Чем же он знаменит? Тем, что многое, связанное с этой картиной, происходило в итальянском искусстве впервые. Первый двойной портрет. Один из первых портретов в интерьере. Наконец, одно из первых изображений женщины, никак не связанное с религиозной темой. Безусловно, Филиппо Липпи писал своих Мадонн с обычных красивых флорентиек и придавал их образам исключительную жизненность. Но изображение женщины как она есть, в её собственной социальной роли и бытовой конкретике – для искусства XV века это стало подлинным прорывом.
По одной из наиболее убедительных версий, перед нами нечто вроде свадебного портрета. Исследователь Федерико Дзери обнаружил на вышитом жемчугом рукаве героини слово lealt, что по-итальянски означает «лояльность», «приверженность» или «верность». Это было истолковано как клятва верности, из чего родилось предположение, что перед нами супруги. Другая интерпретация, наоборот, исходит из того, что персонажи пока не женаты или даже не обручены, так как на картине их разделяет препятствие в виде стены с окном.
Характер взаимоотношений мужчины и женщины также трактовался по-разному: одни отмечают, что между ними существует несомненная эмоциональная близость, другие обращают внимание, что герои картины даже не смотрят друг на друга, так как их глаза находятся на разных уровнях.
Существуют и вполне достоверные предположения о том, кто именно изображён на портрете. Они исходят из такой важно детали: руки мужчины на портрете лежат на фамильном гербе семейства Сколари. Считается, что перед нами представитель этого рода – Лоренцо Раньери Сколари. А женщина, – это по всей вероятности, ставшая его женой около 1436 года Анжиола ди Бернардо Сапити.
Вазари сообщает интересный факт из биографии Липпи: высокопоставленные заказчики нередко порицали художника за то, что он недостаточно хорошо писал кисти рук: «поэтому фра Филиппо с тех пор, когда писал, то большую часть рук во избежание этого упрека прикрывал либо одеждой, либо придумывал что-то другое». Руки на «Двойном портрете» выполнены вполне искусно, но забавно то, что они вправду наполовину скрыты от глаз.
Некоторые считают характерным для Липпи приём, использованный в «Парном портрете»: обозначать черты лица довольно обобщенно, но при этом самым тщательным образом отделывать детали вроде узора тканей и качества жемчуга. Именно в профильном изображении наиболее наглядна парикмахерская мода, характерная для середины XV века, – выщипывание части волос, отодвигающее линию роста волос и зрительно увеличивающее лоб. С виртуозной тонкостью написаны жемчужные украшения и сложный головной убор героини.
Специалисты отмечают и ценность пейзажа, открывающегося за окном: он также выполнен очень тщательно и детально и мог бы являться самостоятельной картиной.