В большом доме у бабеньки в чистых горницах было очень чисто и богато… Только я не любил страшной картины, висевшей в черной раме на средней стене одной из горниц. Там был намалеван молодой курчавый панич, держащий за волосы громадную мертвую голову с пробитым лбом. Такое страшилище эта голова — синяя-пресиняя, и панич также синий и страшный! Маменька говорила, что это Давид с головой великана Голиафа. Я боялся даже проходить мимо этой картины.

Илья Репин. «Портрет Татьяны Степановны Репиной, матери художника» (1867). Национальная галерея, Прага.

Подозреваем, что маленького Репина впечатлила вот эта картина. Разумеется, репродукция: торговцы Репины в украинском Чугуеве слыли людьми зажиточными, но вряд ли у них в горнице висел оригинал Караваджо. Ну а синий цвет можно объяснить тем, что картина висела на солнце и краски выцвели, переврав оригинальные цвета. Впрочем, это домыслы, просто делимся мнением.

@аrtGаllеrу | #цитата

@ArtGallery | #опрос

«Саломея (?)»
Тициан, 1515
Галерея Дориа-Памфили, Рим

Тициан, как и многие художники, не подписывал свои работы. В Библии есть две истории о соблазнении и обезглавливании властных мужчин. Но одну из женщин, сотворивших такое, считают героиней, а вторую — злодейкой.

В списке картин Тициана 1510-х упоминается полотно «Иродиада». Мать Саломеи была вдохновительницей обезглавливания пророка — не зря она есть и у Сурикова, и у де Греббера. Но здесь девушка слишком молода для жены Ирода, а стоящая рядом — слишком невзрачна для Саломеи.

Есть версия, что это Юдифь с головой Олоферна, а рядом стоит служанка с преданным взглядом. Служанка встречается на картинах о Юдифи, но голову там обычно несут в корзине или просто тащат за волосы.

Золотое блюдо же возвращает нас к Саломее и пророку Иоанну. Тёмный фон слева напоминает скорее тюрьму, в которой томился Креститель, а не палатку Олоферна. Ну а тёмный купидон в арке справа намекает на чёрную, греховную страсть. Ирода к дочери? Саломеи к Иоанну?

@ArtGallery | #разбор

На волне популярности «Острова мёртвых» Бёклин сделал себе имя и неплохо заработал. И решил «ковать железо, не отходя от кассы».

Так в 1888-м появилась эта картина-антипод, которую автор закономерно назвал «Остров живых» (или «Остров жизни»). Сейчас она хранится в художественном музее Базеля вместе с первой версией «Острова мёртвых».

Насколько художнику получилось передать противоположные идеи, судите сами.

@ArtGallery | #факт

Школа и то, чему меня научили художники, скорее мешают мне рисовать так, как я хочу. Я решила, что я круглая дура, если не могу хотя бы рисовать так, как хочу, и не говорю, что хочу, когда рисую. Потому что это, казалось, единственное, что я могу делать и что никого, кроме меня, не касается.

Джорджия О'Кифф. «Водопад №1. Долина Иао, Мауи» (1939). Художественный музей Брукс, Мемфис.

@ArtGallery | #цитата

@ArtGallery | #опрос

«Вий»
Ральф Штейн, 1901
Частная коллекция

Жанры хоррора и мистики сейчас считаются второсортными в литературе и кино. Но гоголевская чертовщина в своё время стала откровением, открывшим читателям целый новый мир.

Рисунки к очередному изданию повести «Вий» выполнил петербургский художник Ральф Штейн. Об этом художнике известно немного: жил и работал в Петербурге, рисовал иллюстрации для нескольких журналов. Также иллюстрировал сказки и произведения классиков.

Первыми у штейновского Вия бросаются в глаза сочленённые веки, спускающиеся до земли. Там же, внизу, копошатся насекомые — известный со Средневековья символ тёмных сил. Пауки, ящерицы и летучие мыши у Гоголя в этой сцене не описаны буквально, но укладываются в атмосферу разгула нечисти.

Как мы знаем, для философа Хомы Брута встреча с Вием окончилась трагически. Но как ни страшен чёрт, его власть сиюминутна. И все чудища, как бы всесильны ни казались, не могут победить рассвет. Как сказал Тиберий Горобец, главное — не бояться.

@ArtGallery | #разбор

Я никогда не чувствую такого стимула к кропотливому труду, как после того, как вижу нечто красивое.

Никола Пуссен. «Пейзаж с Диогеном» (1648). Лувр, Париж.

Мы тоже, Никола. Именно для этого тут, например, ваша картина😉

@ArtGallery | #цитата

@ArtGallery | #опрос

«Ночное кафе»
Винсент Ван Гог, 1888
Художественная галерея Йельского университета, Нью-Хейвен

Это кафе мы уже видели — просто в другом ракурсе. Зелёное сукно бильярдного стола и красные обои служат узнаваемым маркером. Возможно, даже краски художники использовали одни и те же.

Но как же по-разному можно написать одно и то же место, даже с одной палитры! Гоген показывает полное жизни и шума место. Дышать там тяжело от табачного дыма, но все чем-то заняты, общаются, пьют...

У Ван Гога же пространство будто разъехалось в стороны, как ноги у пьяницы. И все разбежались по углам, будто боясь приблизиться друг к другу или просто жмутся к стенам, ища опоры.

Лампы горят тёплым жёлтым, есть свободные места. Но нет желания присоединиться к полуночным (на часах четверть первого) гулякам, нет чувства уюта.

Ощущение, что мы смотрим глазами человека, который уже явно хватил лишку. Оттого и стены будто пляшут, и свет вокруг ламп стал почти материальным. И будто хочется сказать «Баста! Пора домой».

@ArtGallery | #разбор

Может быть, люди отделены друг от друга только по степени их бедственного положения.

Франсис Пикабиа. «Атрата» (1929). Частная коллекция.

@ArtGallery | #цитата

@ArtGallery | #опрос

«Чагга варят пиво»
Сэм Джозеф Нтиро, 1957
Собрание Филлипса, Вашингтон

Сэм Нтиро родился на склонах Килиманджаро в округе Мачаме. Тогда это была подмандатная территория Великобритании, Танганьика, названная в честь озера.

Независимость Танганьика получит в 1961-м, а три года спустя объединится с другой бывшей колонией — Занзибаром. Из первых слогов названий этих земель составят имя новой страны: Танзания.

Среднее образование Нтиро получил в родной Танганьике, высшее — в Уганде, а живопись изучал в Лондоне. Он свободно говорил на четырёх языках, а более-менее владел ещё пятью. Помимо искусства он занимался историей и географией родины.

Сегодняшняя работа объединяет живопись и изучение культуры Танзании. Племя чагга (джагга) живёт в окрестностях Килиманджаро. И банановое пиво мбеге для них — не просто алкоголь, но и культурное наследие.

Нтиро собрал на холсте все этапы приготовления, от сбора бананов до ферментации. И получился эпический рассказ об африканской жизни.

@ArtGallery | #разбор