н-управляющий, - Польская Народная Республика имеет таких славных друзей среди других братских социалистических стран, входящих в СЭВ. Ели что-то случится, пану вернут его пятьдесят злотых.
Вздохнув с облегчением, пан-вкладчик снова идет к дверям и снова, помедлив, возвращается.
- Ешче раз пшепрашаме пана-управляющего, но если все эти братские социалистические страны тоже сгорят, может пан мне сказать, что будет с моими пятьюдесятью злотыми?
- Ничего страшного, - уже почти обнимает пан-управляющий боязливого пана-вкладчика, - все братские социалистические страны имеют такого надежного друга и защитника, как Советский Союз. Если что-нибудь и вправду случится, пан получит назад свои пятьдесят злотых.
Довольный и обнадеженный пан-вкладчик поднимается со стула и уже собирается совсем уйти. Но внезапная мысль останавливает его на месте:
- Послушайте, - говорит он, наклоняясь к лицу пана-управляющего, - у меня самый последний вопрос:
- А если… Нет, ну, совершенно невозможно это представить, и все же… Все же если, - тут он запинается и нервно мнет выданную ему только что квитанцию, - Так вот если… Советский Союз сгорит, что тогда будет с моими пятьюдесятью злотыми?
- Послушайте, пан, - тихо с укором говорит пан-управляющий пану-вкладчику и, обняв его за плечи, уводит в сторону от других посетителей, - послушайте пан, я понимаю Ваше беспокойство. Я его разделяю. Но посмотрите на это с другой стороны: если вдруг Советский Союз все-таки сгорит, ну, неужели же Вам. Будет жалко. Ваши. Пятьдесят. Злотых?
Ох, как смеются на этом месте мои паны. Ох, как смеются! Слезы катятся градом по их щекам, от чего немедленно размокают роскошные закрученные к небу их густые шляхетские усы.
- Ну, что, Илья? Хе-хе! – поворачивается ко мне пан Ришард, - Ну что? Ничего не сможешь ответить? Ничего не сможешь сказать? А?
- Хорошая история, отвечаю я. Неплохая история. Расскажу и я один анекдот. Слушайте.
В ожидании дуэли паны вытирают слезы, снова закручивают вверх усы, рассаживаются.
- Итак, - начинаю я, - К президенту Рейгану пришли как-то несколько журналистов из разных стран. Рейган принял их, причем принял прямо в Белом доме, в своем овальном кабинете. Ну, президент сидит за своим столом. Журналисты – напротив. Вопросы задают, получают ответы, разговаривают. И вдруг они замечают на столе у президента три кнопки: красную, белую и золотую.
- А что это за кнопки, господин президент? - спрашивает польский журналист из газеты «Выборчей», - расскажите, всем нам очень любопытно.
- О, это особые кнопки, - гордо улыбается Рейган польскому журналисту, - это наше самое современное изобретение! Ни у кого таких нет! Только у нас. Вот смотрите, господа.
На белую нажму – и уничтожу сразу весь Белый дом.
На красную нажму – и уничтожу Кремль.
- А золотая, а золотая? – нетерпеливо ерзают журналисты. А больше всех ерзает, конечно же, журналист из Варшавы, - Так для чего же золотая?
- А золотая? – ласково так, по-голливудски улыбается президент США Рейган, - На золотую нажму и весь мир уничтожу! – и хохочет радостно и заливисто.
Ну, журналисты, разумеется, в шоке. В шоке, понимаешь, от такого могущества американского президента. И молчат журналисты. И нечего им сказать. И с уважением глядят на американского президента. Ну, и с самым большим уважением, естественно, глядит на него польский журналист из газеты «Выборчей».
И только один журналист не в шоке. И только один журналист не молчит. И это, естественно, советский журналист из советской газеты «Известия». Закинув ногу на ногу и не поднимаясь с места, он спокойно так говорит самому Рейгану:
- Ну, что ж, неплохо, неплохо, - говорит он, покачивая головой и слегка даже так поджимая губы, - Совсем неплохо, - продолжает он, - Да только вот, знаете, перед войной у пани Ковальской в Варшаве тоже было в доме три унитаза: красный, белый и золотой. А только, когда русские на танках пришли, так ведь на лестнице обо…лась.
Закончив свою историю, я обвожу взглядом серых каких-то поникших моих поляков, у которых и усы уже опять раскрутились и взгляды уперлись в пол, и слова в ответ не услышишь. А вним

ательнее всех в пол смотрит тот самый пан Лешек. Внимательно-внимательно. И глаз не поднимает.
Я наливаю всем водки, поднимаю рюмку и говорю:
- Вот так-то, мои милые паны. Вот так-то. Давайте-ка мы еще раз за дружбу народов выпьем! А?

В принципе-то я кто? Я босяк, человек без наследства. Что у меня есть?
У меня от папы есть бритва Золлиген опасная, единственный трофей, который он привез с войны.
Ну и еще от дедушки - часы позолоченные карманные на алюминиевой позолоченной цепочке с надписью "Казарцеву Василию Петровичу, Ударнику Коммунистического труда, в день 60-летия Советской власти. Строительный трест № 4 г.Омска".

ПАТРИОТИЧЕСКАЯ БАЙКА № 2
Эта история не менее патриотическая. И при этом она детская. Про то, как важно в детях патриотизм развивать.
У моего старшего сына Мити есть замечательный друг Гоша. Дружат они с двух лет, еще с самого садика.
И вот однажды, где-то в самом конце 90-х, Митя и Гоша были в Турции. Не одни, конечно. С родителями. А было тогда Мите и Гоше – одному пять, а другому шесть лет.
И вот как-то вечером родители сидели на лужайке перед рестораном и ужинали. Мальчики где-то играли. В самый разгар ужина со стороны детской площадки послышался неудержимый рев до боли знакомого коллективного тембра. Звуки рева приближались, и через минуту на лужайке очутились заплаканные Митя и Гоша, размазывающие грязными кулаками слюни, слезы и сопли по лицу.
- Ну, что случилось? – спросил Митин папа, - Вы что, подрались?
- Нет, мы не подрались, - промычал Митя, размазывая слезы.
- Мы не подрались, - подтвердил Гоша, вытирая ладошкой сопли, - Нас немецкие дети побили.
- Не понял, - сказал Митин папа, - За что вас побили немецкие дети?
- Мы не знаем, - сказал Гоша, всхлипывая, - Мы не понимаем «по-германии», - и еще больше заплакал.
- Угу, - подтвердил, всхлипывая, Митя, - Мы «по-германии» вообще не понимаем.
- Эт-то что такое! – сказал строго Митин папа, - Эт-то что такое!?
И добавил воодушевленно:
- Что значит «побили немецкие дети»? Да вы знаете, что ваши деды в 45-м до Берлина дошли, а? Немедленно найти этих немецких детей! И немедленно дать им сдачи! И без победы не возвращайтесь! – закончил папа, выталкивая Митю с Гошей с лужайки.
- Видали вы их? – сказал папа, очевидно, сам себе.
Через пятнадцать минут с той же стороны, с которой ранее раздавался рев, послышались радостные победоносные голоса. Довольные Гоша и Митя вступили на лужайку, эмоционально жестикулируя.
- Ну, мы им дали! – воскликнул Митя, заглядывая папе в глаза в поисках одобрения.
- Да! Мы и дали им! – подтвердил Гоша и сделал согнутой рукой сверху вниз – вот так.
- Ну, - сказал удовлетворенно Митин папа, - Они поняли теперь, что никто в мире не имеет права вот так безнаказанно обижать русских мальчиков? Поняли?
- Ну, это мы не знаем, - сказал Гоша задумчиво, взяв со стола спелый персик, и укусил его, обливаясь сладким липким соком, - Мы не знаем точно, поняли они или нет. По-моему, это были какие-то другие немецкие дети.
- А какая разница, - пожал плечами Митя, тоже откусывая персик и капая соком себе на футболку, - Какая разница? Не все ли равно, какие дети? Главное, что мы их победили!

Один петербургский настоятель мне говорил:
- Хватит, - говорил он, - пора уже Церкви использовать весь потенциал наших органов, весь потенциал ФСБ в своих целях, чтобы заткнуть рты подлым клеветникам. Руководству Церкви нужно серьезно, очень серьезно над этим подумать!
- Странно, - думал я, - Вообще-то, всегда было наоборот. Вообще-то, это органы всегда использовали Церковь в своих целях. При этом не забывая затыкать рот всем, кому они, органы, считали нужным. В том числе и самой Церкви. Что-то поменялось в Церкви? Или в органах?
А если они даже и возьмутся? Чем платить мы им будем за их услуги? А? Вот, что интересно...
Откуда у наших протоиереев такая коротенькая память?
Главное, ему кажется, рты заткнуть, и проблемы сами уйдут...

Указом Святейшего Патриарха Кирилла Святой Иов назначен покровителем Всесоюзной Пионерской организации имени Владимира Ильича Ленина.

СВЯТЫЕ ПОКРОВИТЕЛИ РОДОВ ВОЙСК
все цитаты, объясняющие, почему это так, если эти объяснения есть, взяты с сайта ГХВС (Главного Храма Вооруженных Сил РФ)

ВЕЛИКОМУЧЕНИК ГЕОРГИЙ ПОБЕДОНОСЕЦ
Покровитель Вооруженных сил и Сухопутных войск
День памяти: 6 мая «Юрьев день»

АРХАНГЕЛ МИХАИЛ
Покровитель Вооруженных сил Российской Федерации
День памяти: 21 ноября

СВЯТОЙ БЛАГОВЕРНЫЙ КНЯЗЬ АЛЕКСАНДР НЕВСКИЙ
Покровитель Сухопутных войск и Морской пехоты Военно-Морского Флота
Дни памяти: 12 сентября, 6 декабря
Святой князь Александр — великий воин-молитвенник, который руководил наземными войсками. Один из самых почетных полководцев в истории России. Его имя прославилось, когда русское войско повергло крестоносцев в битве на Чудском Озере. Считается, что перед смертью Невский стал монахом.
С 2016 года Александр Невский по решению Патриарха Кирилла считается покровителем Сухопутных войск и морской пехоты, которая входит в состав ВМФ.

СВЯТОЙ ПРОРОК БОЖИЙ ИЛИЯ
Покровитель Воздушно-космических и Воздушно-десантных войск
День памяти: 2 августа
Илия призвал царя и израильтян уверовать в Бога, чтобы спасти народ от засухи. Люди не поверили, и тогда он сделал жертвенник — в тот же миг с неба упал огонь. Увидев чудо, израильтяне уверовали в Бога. За этот поступок пророк Илия был взят на небо живым в огненной колеснице.
2 августа 1930 года, в день памяти пророка Илии, произошло первое десантирование под Воронежем. В этот же день был подписан указ о создании ВДВ. Илия Пророк с самого начала взял под свое покровительство десантников и все эти годы незримо присутствовал в войсках. Теперь «Ильин день», который отмечают все верующие, считается и днем ВДВ.

СВЯТОЙ АПОСТОЛ АНДРЕЙ ПЕРВОЗВАННЫЙ
Покровитель Военно-морского флота
День памяти: 13 декабря
До призвания Андрей Первозванный был простым рыбаком, поэтому он считается покровителем рыбаков и людей, которые связаны с морем.
Морской флот России всегда находился под покровительством Андрея Первозванного, а на флотском боевом знамени изображен Андреевский крест. Перед выходом в море военные моряки и их родные служат молебен для Андрея Первозванного, чтобы он покровительствовал им в походах и помогал возвращению домой.

СВЯТИТЕЛЬ НИКОЛАЙ, АРХИЕПИСКОП МИР ЛИКИЙСКИХ, ЧУДОТВОРЕЦ
Покровитель Военно-морского флота
День памяти: 22 мая и 19 декабря
Испокон веков святой Николай — покровитель людей энергичных, независимых и волевых. Если корабль терпит бедствие — Николай усмиряет бурю. Человека поднимают на борт бездыханным — молитвой св. Николая утопленник возвращается к жизни. Падает с высокой мачты корабельщик — святой, одетый в скромные одежды, возносит к небу молитву, и несчастный оживает.

СВЯТОЙ ПРАВЕДНЫЙ ВОИН ФЕОДОР УШАКОВ
Покровитель Военно-морского флота
День памяти: 5 августа и 15 октября

СВЯТАЯ ВЕЛИКОМУЧЕНИЦА ВАРВАРА
Покровительница Ракетных войск стратегического назначения
День памяти: 17 декабря
На иконах святая Варвара часто изображена со Святой Чашей, с которой является с Причастием к умирающим, в том числе воинам. Считается, что она может спасти от внезапной и насильственной смерти на поле битвы.
17 декабря 1959 года были образованы Ракетные войска стратегического назначения (РВСН), поэтому этот день стал профессиональным праздником воинов-ракетчиков.
Совпадение дня памяти святой Варвары с днем образования РВСН сделало ее небесной покровительницей ракетных войск. В любой ракетной дивизии на командном пункте есть икона великомученицы.

СВЯТОЙ БЛАГОВЕРНЫЙ КНЯЗЬ ДАНИИЛ МОСКОВСКИЙ
Покровитель Инженерных войск
День памяти: 17 марта
Святой князь Даниил Московский усилил и расширил Московское княжество. По его приказу укрепляли городские стены, прокладывали дороги, строили монастыри. В 1282 году князь Даниил основал Свято-Данилов монастырь, который в XVI-XVII веках защищал подступы к Москве с юга. Стратегически важная Большая ордынская дорога, построенная при правлении князя Даниила, сделала Москву одним из центров торговых путей.
Эти и другие факты из бытия князя послужили причиной становления святого благоверного князя Даниила Московского небесным покровителем инженерных войск России, о чем

свидетельствует соответствующий указ Патриарха Московского и всея Руси Алексия II.

СВЯТЫЕ СТРАСТОТЕРПЦЫ КНЯЗЬЯ БОРИС И ГЛЕБ (ВО СВЯТОМ КРЕЩЕНИИ РОМАН И ДАВИД)
Покровители Железнодорожных войск
День памяти: 6 августа
6 августа в России отмечается День железнодорожных войск — установленный президентским указом в 1996-м (подтвержден еще через десятилетие). В основе даты лежит «Положение о составе управления С.-Петербурго-Московской железной дороги» для ее охраны по распоряжению императора Николая I в 1851 году. Это формирование войдет в состав инженерных войск и станет первым в мировой истории. Спустя годы железнодорожные войска не раз обеспечат победы русской (а затем и Красной) армии.

СВЯТОЙ БЛАГОВЕРНЫЙ ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ ДИМИТРИЙ ДОНСКОЙ
Покровитель Военной полиции
День памяти: 26 октября

ПРЕПОДОБНЫЙ СЕРАФИМ САРОВСКИЙ
Покровитель 12-го Главного управления Министерства обороны Российской Федерации
День памяти: 1 августа
В сентябре 2007 года на службе, посвященной 60-летию основания ядерного комплекса России, Патриарх России и всея Руси Кирилл объявил Серафима Саровского «покровителем ядерщиков». Он сделал акцент на то, что Провидением было предвидено, что «именно в обители преподобного Серафима наша страна получила то, что мы называет оружием сдерживания. В условиях холодной войны именно появление ядерного оружия предотвратило Третью мировую войну с ее самыми страшными и губительными последствиями» (приказ о размещении в 1946 году в городе Саров секретного военного объекта «КБ-11», где была создана атомная бомба).

СВЯТОЙ ПРАВЕДНЫЙ ИОАНН КРОНШТАДТСКИЙ
Покровитель Финансово-экономической службы ВС Российской Федерации
День памяти: 2 января
Иоанн Кронштадтский был известен не только как выдающийся пастырь и проповедник, но и как общественный деятель. В благодарность за духовную помощь и поддержку ему жертвовали крупные суммы денег, которые он передавал на строительство и поддержание благотворительных учреждений, школ, больниц, монастырей и храмов. Это повлияло на решение о выборе святого Иоанна в качестве небесного покровителя военных финансистов.

ПРЕПОДОБНЫЙ ИОСИФ ВОЛОЦКИЙ
Покровитель Войск материально-технического обеспечения
День памяти: 19 июля
Иосиф Волоцкий радел, чтобы духовное приходило через материальное. Его монастырь и сподвижники понимали, что человека нужно накормить, напоить и обогреть. Войска МТО являются основной структурой в Минобороны, которая обеспечивает военнослужащих всем необходимым.

СВЯТОЙ АРХАНГЕЛ ГАВРИИЛ
Покровитель Службы защиты государственной тайны ВС Российской Федерации
День памяти: 21 ноября
Архангел Гавриил приносит радостные благовестия. Священнику Захарии он возвещает о рождении Иоанна Крестителя, Приснодеве в Назарете — о рождении Спасителя мира. На изображениях святой Гавриил держит фонарь с зажженною внутри свечой в правой руке, а в левой каменное зерцало. Зеркало освещается светом истины, отражает хорошие и дурные дела, возвещает тайны Божия домостроительства и спасения. Имя святого означает «Кре­пость Бо­жия».

ПРЕПОДОБНЫЙ СЕРГИЙ РАДОНЕЖСКИЙ
Покровитель Строительного комплекса ВС Российской Федерации
День памяти: 18 июля
Сергий Радонежский — монах, великий чудотворец и отшельник. Он основал пять монастырей, в том числе и Троице-Сергиеву лавру. Сергий Радонежский благословил Дмитрия Донского перед битвой на Куликовом поле.
С его именем связывается восстановление православных русских церквей после нашествия монголо-татар, поэтому преподобный Сергий Радонежский считается покровителем строителей и зодчих.

ПАТРИОТИЧЕСКАЯ БАЙКА № 3
У меня был дальний родственник. Звали его Александр Егорыч. Умер лет пятнадцать назад. Кстати, на Пасху. Великим Четвергом исповедался впервые в жизни. Причастился тоже впервые. А прямо в Пасхальную ночь умер. К самому концу заутрени. Вот как бывает.
Был он по происхождению своему «скобарь». То есть со Псковщины родом. Туда же, на Псковщину, в родные ему Пушкинские Горы перебрался на старости лет в конце 90-х. И по-родственному иногда я его навещал. Захочется нам в Пушкинские Горы, соберемся с друзьями и поедем к Александру Егорычу.
И вот как-то приехали мы к нему с приятелем в памятный год Пушкинского юбилея. Побродили по заповеднику, почитали стихи, полюбовались холмами, в монастырь зашли. Сороть бежит между холмами, сверкая на солнце. Скамейка Онегина стоит на месте. Аллея Керн. Мостики в Михайловском. Все, как положено.
Усталые и довольные вернулись домой. Егорыч к нашему приходу супу сварил, картошки нажарил. Селедочку почистил и лучком сверху присыпал. Грибочки достал. Ну, и огурчики, помидорчики, укропчик там разный, лучок зеленый – все свое. А мы, значит, литровый коньячок Армянский – из походной сумки. «Праздничный» назывался.
Сели. Закусываем.
- А что, Александр Егорыч, - говорю, - Ты ведь тут в Пушгорах и в оккупацию был?
- А как же. Десять лет мне было, когда немцы пришли.
- И что? – подливаю я еще коньячку, - Как при немцах было?
- При немцах-то? – закусывает Егорыч «Праздничный» зеленым лучком, - При немцах-то ничего так. При немцах нормально жилось.
У нас в доме стоял один на постое – такой он был крепкий, невысокий, как я. Работящий, по хозяйству помогал.
А к матери не приставал. Ни-ни. Фотокарточки все показывал: фрау евоная и детишек трое. От пайка своего нам давал: то хлеба, то сахара. Консервы тоже давал. Шоколад был вкусный. Ох, вкусный!
На крылечке, помню, сидит, гимнастерку снимет и на солнышке греется. А мы на дворе ходим с сестрами, играемся чего-то.
- Вы еще скажите, что он на губной гармошке играл, - оживляется мой приятель.
- А что, - встрепенулся Егорыч, - играл. Он играл – мы плясали.
- Зачем плясали-то, - вставляю я, - он же немец, враг, он заставлял вас?
- Зачем заставлял? - недоумевает Егорыч, - Хороший человек, по семье скучал, по деткам своим. Ну, и нам весело, чего бы не сплясать?
- Нет, - помолчав, добавляет Егорыч, - хорошие были немцы, со всяким уважением, культурные.
- Погоди, Александр Егорыч, - вскакиваю я с рюмкой в руке, - А партизаны? А партизаны-то как?
- Партизаны? – протягивает мне свою рюмку Егорыч, чокается, макает зеленый лучок в солонку и заедает, - Партизаны – не очень. Партизаны – это был бич. Придут, корову уведут. Муку отберут последнюю. Бабы плачут, у баб детки, а им что? Им тоже, небось, надо продовольствие. Как в лесу без продовольствия? Ну, и отбирают. Молодых парней в лес уводили. Кому 15-16 лет исполнилось, придут, заберут и в лес. С немцами воевать. От партизан мы настрадались.
- Ага. Понятно. То есть партизаны плохие, а немцы хорошие.
- Почему «хорошие»? Кто «хорошие»? Я говорю, партизаны – это бич был. От них только несчастье было. Вот продукты у тебя все заберут, чего делать будешь? Или убьют офицера, например. А мы сиди-дрожи, придет СС наших забирать в заложники, или не придет.
- То есть партизаны все же плохие?
- Да какой ты! Не понимаешь ничего! Налей лучше еще, - сердится Егорыч, выпивает, - Никто не плохой. Партизаны ведь что? Они немцев убивали, молодежь забирали в лес. Вот еще б война годик потянулась, и меня б забрали. Сидел бы я сейчас с вами… Они воевали с немцами, понимаешь? А нам через то было одно только худо.
- То есть не надо было с немцами воевать?
- Ах, ты ж, бляха-муха! – еще больше сердится моей тупизне Егорыч, - Да почему ж не надо было? Они на нашу землю пришли, их никто не звал, завоевали нас. Надо было их бить. И били. И правильно.
- Дак ты ж только что говорил, Егорыч, что немцы культурные?! Что лучше, чем партизаны!
- А я и не отказываюсь, - уже мирно совсем откидывается на стуле Егорыч, - Культурные, очень культурные. Ни слова плохого нам не сказали. Что отец был на фронте – тоже ничего. Понимали.

Сами ведь на своем фронте были. И пайком делился, и шоколаду давал. Это – да. Это – культурные. Тут не попишешь. Хорошие люди были. Вполне хорошие.
- Ну, хорошо, - говорю я, отдышавшись, - ничего не понятно. Но давай, Егорыч, за тебя выпьем. За твое босоногое счастливое детство в оккупации, - и наливаю по рюмкам «Праздничного».
- Ну, что? Ну, давай, - крякает Егорыч и выпивает. Седые редкие волосы ладонью заглаживает назад, - Что, может, споем?
- Споем-споем, - отмахиваюсь я, - Ты мне еще на один вопрос ответь. Дальше-то как было? Жалеешь, небось, что немцев прогнали? А?
- Как дальше было? – наклоняется ко мне через стол Егорыч, - Как дальше? А я тебе скажу, как дальше. Дальше, Слава Богу, пришла Красная Армия и всех их повыгоняла к тыдыйной матери, и тех и других. И наступила у нас тогда, Илья, Победа и мирная жизнь. Распрекрасная мирная жизнь! Вот так!
Ну, что? Давай «День Победы» споем? Давай!? «День Победы, как он был от нас далек…» Ну, чего не подхватываете? «Как в костре потухшем таял уголек…» Победа, мужики, это значит, война кончилась.

Нравственное христианское морализаторство с амвонов, с телеэкрана, в литературе, кино, в интернете - может ли хоть капельку изменить мир, изменить человека? Или, скорее, вызывает вольное или невольное отторжение? Чем больше и навязчивее говорят всюду о нравственности, тем меньше вокруг нравственности.
Проповедь нравственности - проповедь Закона. Живите так, так и так.
Но животворит ли Закон, каким бы совершенным он ни был?
Да и призваны ли мы к тому, чтобы давать людям Закон?
Не ошиблись ли мы с нашим целеполаганием?
И можем ли мы сослаться на положительные примеры, когда Закон менял сердце человека?
Морализаторство заманчиво. Многие наши прихожане тоже желают морализаторства. Дайте нам четкие правила, говорят они, что можно, а что нельзя. Решите твердо за нас, как нам жить. И это нас захватывает. Четко обозначить людям рамки: от сих до сих. Шаг вправо, шаг влево.
Но что мы даем в этом морализаторстве? Предлагаем ли мы людям Христа или подсовываем самих себя? Мы учители и мы пастыри. Сейчас мы вам расскажем, как надо. Мы вас пасем, а вы слушайте нас.
Наследство вам из рода в роды ярмо с гремушками да бич.
И мы даже говорим в оправдание самим себе:
- Но ведь людям нравится, что мы их пасем.
Что мы, вообще,такое замыслили сделать с нашей паствой? Хороших людей? Мирные стада? Водворить на земле мир и благоденствие? Самим стоять во главе этих стад?
Как мы сами вдруг решились предложить людям Закон и учить их Закону? Как мы неожиданно для самих себя сами вдруг уверовали в Закон? В какой-то новый Закон, который якобы дал Христос.
Заповедь новую даю вам - да любите друг друга.
Нет никакого Закона, есть заповедь о Любви.
А Закон не работает. Попытки дать нравственный Закон не работают. Морализаторство и человека не меняет и плодит только противодействие себе.
Почему не меняет? Потому что если Бог никакого Закона не давал, кроме Заповеди о Любви, то весь этот Закон от нас, от человеков. Он от нас, а не от Бога.
Так неужели мы настолько самонадеянны, что надеемся хоть кого-то сами изменить?
Ответ на этот вопрос настолько банален, что мы за его банальностью почти бросили его сообщать людям.
Меняет человека только Христос. Вот ответ.
Не наша проповедь, не наши поучения, они бессильны, в них ноль какого-либо прока.
Все, за чем нас послали, это дать людям Христа, не больше и не меньше. Только Христа, а не нормы и правила, как им теперь жить.
Лучшее, конечно, что мы могли бы дать людям - это Христа в самих себе, Христа в своих жизнях, свет Христов, воссиявший в нас самих.
Но коли этого нет, нужно просто рассказать о Христе, рассказать о Евангелии. Попробовать заразить человека своей любовью ко Христу.
И только?
Ну, да, согласен, что это именно "и только". Что это очень мало, это безумно мало.
Но что еще в твоих человеческих силах сделать? Ну да, хотелось бы весь мир переменить, всех людей переменить, самому измениться.
Но что ты можешь? Что?
Показать Христа и дать самому Христу действовать.
Я? Кто я? Я никто.
Опустить руки.
Твое время действовать, Господи.

Какое-то одурелое состояние огромной беды. И ни одной мысли. Как будто умер кто-то самый близкий...
Может быть, вы меня о чем-нибудь спросите? А я вам про это напишу?

Либералы жрут Серебренникова, ой, как жрут. И про Чулпан вспомнили. И ее жрут. Впрочем, ее и не переставали. И вдруг кто-нибудь, например, Ксения Ларина, от которой, кажется, не ждешь мягкости, вдруг берет и заступается за обоих. Дай Бог здоровья.
Я поражаюсь вот этой стальной жесткости. Вот этой однозначно прямой позиции. А почему не проклинаем Ботичелли, всяких там Микеланджело, Леонардо и прочих, которые брали деньги на искусство у кровавых Медичи? Или у не менее кровавых их конкурентов? Или у таких же кровавых пап того времени? Объявим бойкот всей Флоренции и музеям Ватикана!
Посмотришь на человеческую непреклонность, может эти люди, которые жрут и обличают других, сами действительно сделаны из железа?
В Вильнюсе в либеральной тусовке сегодня предложили давать паспорта "хорошим русским", чтобы свободный мир мог отличить, кто тут у нас "за", а кто "против".
Жизнь не борьба. Стальные люди только на бумаге или в Фейсбуке стальные. Жизнь - трагедия. И Ахматова с Мандельштамом, которые писали стихи о Сталине, паспорт хорошего русского никогда бы не получили.

ПРО СИРИЮ, ИРАК, УКРАИНУ И БЛИЖНЕГО
В притче о ближнем много замечательных смыслов. Но тот, который нас сейчас волнует - такой негромкий, приземленный, я бы даже сказал, практичный. Вот те люди, которые прошли мимо человека, на которого напали разбойники, почему они проходили мимо него? Потому что не считали его свои ближним. А добрый самаритянин посчитал и помог.
Суть простая. Ближний - это каждый, с кем тебя Господь непосредственно столкнул в твоей жизни, кого ты встретил на пути.
Да, есть весь мир. Огромный мир. В Малайзии тонут паромы с тысячами людей, мы не замечаем, а когда гибнет какой-нибудь туристический паром в Италии или наш несчастный паром "Эстония", это трагедия. В Африке дети умирают от голода, это ужасно, но это так в теории. А помогаешь ты живущей на одну пенсию маме или теще, или соседке. В Сирии или Ираке или Центральной Африке действительно гибли десятки и сотни тысяч людей. Но ты про это не думал. Потому что не с иракцами, а с украинцами ты служил в армии, и не в Сирию тебя отправляли на лето к бабушке, а под Полтаву, и не в Африку ты ездил студентом на море, а в Скадовск, и не про Коалу-Лумпур ты пел песни, читал рассказы и травил байки и анекдоты, а про Одессу.
Ближний - это тот, кого Господь ставит пред тобой непосредственно. И если ты, видя перед собой лежащего в ранах человека, думаешь, почему я должен заботиться о нем, ведь в Индонезии сегодня рухнул самолет, то это, говоря христианским аскетическим языком, искушение. Не более. Оставь другим людям Индонезию и займись вот этим конкретным человеком.
Да, знаю одного русского батюшку, который благотворит в Центральной Африке. Надеюсь, тех ближних, с которыми он расстался в России, он оставил в мире, здоровье и благоденствии.
Помню, один юный православный неофит рассказывал священнику, как он приводит бомжей в квартиру к своим неверующим родителям к их вящему ужасу. На вопрос батюшки, а когда он помогал последний раз маме чистить картошку или мыть посуду, неофит отвечал обиженно и гневно.
Ближний - это тот, кто рядом. кто близко. Он может быть близко физически, родственно, духовно, как угодно.
Один священник рассказывал мне, как он понял, надо относиься к водителям других автомобилей, когда он сам за рулем:
- Я посмотрел вокруг и спросил сам себя: «А вот эти люди, в других автомобилях, кто они мне?». И тут до меня дошло: «Ведь это ж ближние мои!».
Да есть не только ближние, но и дальние. И это не хорошо и не плохо. Это не значит, что они не могут вызывать у нас живого сочувствия, того, что называется сейчас эмпатией. Огут вызывать. Могут не вызывать. Но есть ближние. Вот эти вот, которые рядом, которые на пути, про которых ты знаешь.
Пути этой самой близости, которую Господь избрал, чтобы нас сблизить, могут быть разными совершенно. Причем, кажется, именно в этом и промысл, вот в этом сталкивании, в образовании Богом между нами вот этих вот связей самого разного характера, которые делают каких-то людей нам ближними, и не делают таковыми других.
- Почему вы переживаете за украинцев, а не переживаете за иракцев, сирийцев и представителей племени пхуту?
- Потому что они мне ближние. А иракцы – нет. А вы почему переживаете за иракцев и сирийцев и не переживаете за украинцев? А вы почему плачете о гибели русского солдата и не плачете об украинском? А я вот плачу об обоих, и о русском и об украинском. И те и другие мне ближние. Почему? Не знаю, так Бог нас свел. И те страдают. И другие. Поэтому плачется об обоих.

– Насчет этих гадких леденцов трудно сообразить. Я их купил третьего дня, в пьяном виде, в овощной лавочке, – не знаю для чего. Впрочем, может быть, для того, чтоб поддержать отечественную торговлю и промышленность.
Достоевский Ф.М. Униженные и оскорбленные