Напустились все на Папу Франциска, что у него распятие на крестном ходе понесут украинская и русская женщины.
В знак примирения.
Мол, это невозможно.
Сейчас, мол, не время любви.
Сейчас время ненависти.
Так и пишут.
И христианами себя считают.
А по мне, так дай Бог здоровья Папе Франциску, я так считаю.
Представляете, как было бы классно, если бы что-то такое, ну хотя бы чисто символическое, для примирения русских с украинцами сделал Патриарх Кирилл?
Просто показал бы, что он больше не желает нам объединяться вокруг Путина и Российских Вооруженных Сил, как он сказал на последней проповеди. А желает нам все объединиться вокруг Христа.
Администрация Президента Путина продолжает нынешние статьи в РИА Новости писать об уничтожении на Земле всего украинского.
А у Патриарха Кирилла на Пасху русский с украинцем вместе крест несут.
Но не будет этого.
Наверное закона о дискредитации побоится.
Русский с украинцем. несущие вместе крест - это дискредитация.
В знак примирения.
Мол, это невозможно.
Сейчас, мол, не время любви.
Сейчас время ненависти.
Так и пишут.
И христианами себя считают.
А по мне, так дай Бог здоровья Папе Франциску, я так считаю.
Представляете, как было бы классно, если бы что-то такое, ну хотя бы чисто символическое, для примирения русских с украинцами сделал Патриарх Кирилл?
Просто показал бы, что он больше не желает нам объединяться вокруг Путина и Российских Вооруженных Сил, как он сказал на последней проповеди. А желает нам все объединиться вокруг Христа.
Администрация Президента Путина продолжает нынешние статьи в РИА Новости писать об уничтожении на Земле всего украинского.
А у Патриарха Кирилла на Пасху русский с украинцем вместе крест несут.
Но не будет этого.
Наверное закона о дискредитации побоится.
Русский с украинцем. несущие вместе крест - это дискредитация.
👍48❤19👎1
58.3 «Почему мы постимся, а Ты не видишь? смиряем души свои, а Ты не знаешь?» — Вот, в день поста вашего вы исполняете волю вашу и требуете тяжких трудов от других.
58.4 Вот, вы поститесь для ссор и распрей и для того, чтобы дерзкою рукою бить других; вы не поститесь в это время так, чтобы голос ваш был услышан на высоте.
58.5 Таков ли тот пост, который Я избрал, день, в который томит человек душу свою, когда гнет голову свою, как тростник, и подстилает под себя рубище и пепел? Это ли назовешь постом и днем, угодным Господу?
58.6 Вот пост, который Я избрал: разреши оковы неправды, развяжи узы ярма, и угнетенных отпусти на свободу, и расторгни всякое ярмо;
58.7 раздели с голодным хлеб твой, и скитающихся бедных введи в дом; когда увидишь нагого, одень его, и от единокровного твоего не укрывайся.
58.8 Тогда откроется, как заря, свет твой, и исцеление твое скоро возрастет, и правда твоя пойдет пред тобою, и слава Господня будет сопровождать тебя.
58.9 Тогда ты воззовешь, и Господь услышит; возопиешь, и Он скажет: «вот Я!» Когда ты удалишь из среды твоей ярмо, перестанешь поднимать перст и говорить оскорбительное,
58.10 и отдашь голодному душу твою и напитаешь душу страдальца: тогда свет твой взойдет во тьме, и мрак твой будет как полдень;
58.11 и будет Господь вождем твоим всегда, и во время засухи будет насыщать душу твою и утучнять кости твои, и ты будешь, как напоенный водою сад и как источник, которого воды никогда не иссякают.
Книга пророка Исаии
58.4 Вот, вы поститесь для ссор и распрей и для того, чтобы дерзкою рукою бить других; вы не поститесь в это время так, чтобы голос ваш был услышан на высоте.
58.5 Таков ли тот пост, который Я избрал, день, в который томит человек душу свою, когда гнет голову свою, как тростник, и подстилает под себя рубище и пепел? Это ли назовешь постом и днем, угодным Господу?
58.6 Вот пост, который Я избрал: разреши оковы неправды, развяжи узы ярма, и угнетенных отпусти на свободу, и расторгни всякое ярмо;
58.7 раздели с голодным хлеб твой, и скитающихся бедных введи в дом; когда увидишь нагого, одень его, и от единокровного твоего не укрывайся.
58.8 Тогда откроется, как заря, свет твой, и исцеление твое скоро возрастет, и правда твоя пойдет пред тобою, и слава Господня будет сопровождать тебя.
58.9 Тогда ты воззовешь, и Господь услышит; возопиешь, и Он скажет: «вот Я!» Когда ты удалишь из среды твоей ярмо, перестанешь поднимать перст и говорить оскорбительное,
58.10 и отдашь голодному душу твою и напитаешь душу страдальца: тогда свет твой взойдет во тьме, и мрак твой будет как полдень;
58.11 и будет Господь вождем твоим всегда, и во время засухи будет насыщать душу твою и утучнять кости твои, и ты будешь, как напоенный водою сад и как источник, которого воды никогда не иссякают.
Книга пророка Исаии
❤24👍6
Чудесный Артем Аглямович Б. регулярно присылает мне сумму 0,01 рубля со словами
"Забежинский, хватит побираться"
И не лень ведь.
Казалось бы, просто пройди мимо.
Но нет.
"Забежинский, хватит побираться"
И не лень ведь.
Казалось бы, просто пройди мимо.
Но нет.
😁26
Вы отвратительны, илья аронович. До такой степени, что хочется плюнуть. У вас ни чести, ни веры, ни совести. Ни-че-го. Вам бы на историческую родину!
😁19😱5😢5👍4🔥3🥰1
Церковь, в которой всех делят на своих и чужих.
На лично преданных и предателей.
Которая хвалится не Христом, а причастностью к власти.
Которая благословляет войны.
В которой свобода начальствующих грешить освящается тем, что они начальствующие.
В которой проповедь ненависти к чужим выдается за проповедь Евангелия.
В которой миряне, которые наполняют ее и телами своими, и душами, и молитвами, и трудом, и кошельками, лишены малейшей возможности влиять на Ее жизнь.
В которой мифы и апокрифы приравниваются к Евангелию.
В которой непонятность богослужения выдается за священную традицию.
В которой корыстолюбие Ее служителей становится Ее визитной карточкой.
В которой люди, задающие вопросы, объявляются Ее врагами. В которой…
Эта Церковь все равно Христова.
И мы все, кто довели Ее до такого бесславного состояния своими делами или своим молчанием, ни за что не одолеем ея.
На лично преданных и предателей.
Которая хвалится не Христом, а причастностью к власти.
Которая благословляет войны.
В которой свобода начальствующих грешить освящается тем, что они начальствующие.
В которой проповедь ненависти к чужим выдается за проповедь Евангелия.
В которой миряне, которые наполняют ее и телами своими, и душами, и молитвами, и трудом, и кошельками, лишены малейшей возможности влиять на Ее жизнь.
В которой мифы и апокрифы приравниваются к Евангелию.
В которой непонятность богослужения выдается за священную традицию.
В которой корыстолюбие Ее служителей становится Ее визитной карточкой.
В которой люди, задающие вопросы, объявляются Ее врагами. В которой…
Эта Церковь все равно Христова.
И мы все, кто довели Ее до такого бесславного состояния своими делами или своим молчанием, ни за что не одолеем ея.
❤36😢13👍4
Слушайте, родные мои. Православные и не очень. Давайте по 75 рублей что ли скиньтесь, кто может.
Допоститься.
А там на Пасху еще попрошу.
Сбербанк
Альфабанк
ВТБ
Тинькофф
+79216459607
Допоститься.
А там на Пасху еще попрошу.
Сбербанк
Альфабанк
ВТБ
Тинькофф
+79216459607
👍16👎4
#империя
История про то, как один краснодарский протоиерей сказал в проповеди:
- Если бы не Александр Невский, мы бы все тут сейчас были ускоглазыми.
История про то, как один краснодарский протоиерей сказал в проповеди:
- Если бы не Александр Невский, мы бы все тут сейчас были ускоглазыми.
😁14😢2👍1
- Слушай, а чего ты за меня замуж вышла?
- Ну... Ты прикольный.
- Ну... Ты прикольный.
👍9😁8
Мне кажется, с этим затонувшим крейсером, с ХРИСТИАНСКОЙ точки зрения, все закончилось хорошо.
Экипаж не погиб, всех спасли.
И сами они никого не убили, не совершили греха.
Экипаж не погиб, всех спасли.
И сами они никого не убили, не совершили греха.
❤18👎4🔥4
Я ДУМАЛ О РОДИНЕ
Что это такое - Родина?
Судя по корню, должно быть связано со словом «род».
У меня с этим плохо.
Я петербуржец во втором поколении.
Мама сибирячка, чалдонка.
Отец – белорусский и рижский еврей.
В Белоруссии всех расстреляли еще в 41-м осенью.
В Риге тоже всех уничтожили.
С той стороны у меня Родины нет.
В Сибири может, и можно зацепиться географически, но там никого не осталось, все разъехались и поумирали, цепляться тоже не за кого.
Может быть Родина – это какие-то родные места?
Тавтология получается.
Ну, хорошо, места, где щемит сердце, к которым как-то прирос.
Допустим.
Канал Грибоедова в Петербурге от Сенной и до Фонтанки.
Ну и улочки и дворы вокруг него.
Я там родился и вырос.
Что еще?
Две улицы в Мельничном Ручье под Петербургом, там у нас была дача, пока папа был жив – это тоже детство.
Еще дом номер 17 по проспекту Карла Маркса в Омске, там жили бабушка с дедом, я там проводил лето.
Еще грязная деревня под Омском, где вспоминаются мне лишь мухи, да навоз, да пьяные вонючие мужики, да баня по черному, которую я ненавидел.
Еще?
Хорошо, Пушкинский Заповедник, усадьбы, реки, холмы, деревни, крест и часовня на Савкиной горке, береза возле дома в Михайловском, вид на Сороть с Тригорского холма, Воронич с его могилками, липовые аллеи в Петровском.
Все?
Это вот то, отчего сердце сжимается, хочется плакать от жалости к самому себе.
Детство.
Жалко себя маленького, себя безвозвратного, жалко, что нету рядом тех, с кем когда-то там был.
Жалко, что жить остается все меньше.
Жалко уже своих детей, которые будут жалеть о том, что тебя уже нет рядом.
Детство.
Юность.
Похоже, то, что не стало Родиной в это время, не станет ею уже никогда.
Но, это, кстати, совершенно не означает, что тебе хочется там жить, прирасти как-то.
В мире, опыт показал, есть столько прекрасных мест, красивых, приятных, удобных, там дух замирает от красоты, слезы текут от счастья, что ты там вдруг оказался.
Я там жил бы с бОльшим удовольствием, чем в тех местах, которые мне кажутся моей Родиной.
От этого Родина ею не перестает быть.
Мне кажется, это нормально.
Я знал и знаю много разумных людей, которые грустят о своем детстве в коммуналке и о юности в общаге.
Но они там не живут, хотя для них это и Родина.
Они живут в хороших квартирах, домах, в других часто странах.
Но приведи его к этой общаге, у него комок в горле, ресницами захлопает часто-часто, отвернется.
Мы встретили когда-то на Крите пожилую английскую пару, разговорились. Они уже лет пятнадцать, как переехали из Англии сюда. Нравится.
Я говорю:
- А как же Родина? Не тянет?
Она посмотрела на меня большими английским глазами и вдруг, скинув всю свою холеную английскую чопорность, проговорила:
- Какой ужасный буллшит! Причем тут Родина? Есть скайп. Есть самолет.
Ну, это понятно, англичане, им раньше весь мир был Родина.
А я сижу и думаю, Родина ли для меня Красная площадь?
А я очень люблю Красную площадь.
И Кремль очень люблю.
Я когда приезжаю в Москву, обязательно бываю на Красной площади.
Был период, я несколько лет бывал в Москве чуть не каждую неделю, и каждый раз ходил на Красную площадь.
Но я не уверен, что это Родина.
Нет.
Ни хрена это не Родина.
Просто любимое и очень красивое место.
Я вот еще ужасно полюбил когда-то холмы Тосканы.
Еще мне нравятся Австрийские Альпы.
Австрия мне вообще ужасно нравится.
И, кстати, Баварские Альпы прекрасны.
А побережье южнее Неаполя?
А какие там вкусные помидоры!?
А свежая моцарелла?
А вино?
Ну, хорошо, может быть, Родина - это государство?
Я сижу и думаю, про Родину и про государство.
Ничего не выходит.
Я пожил в трех государствах на одной и той же территории в свои 55 лет, и все три утверждали и продолжают утверждать, что именно они-то и есть моя Родина.
В Советском Союзе, в Ельцинской России и в Путинской России.
Три разных совсем государства, с разными идеями, ценностями, целями, если хотите, с разным отношением этих государств к своим гражданам, и ко мне лично, с разным моим личным к ним отношением.
Нет.
Что это такое - Родина?
Судя по корню, должно быть связано со словом «род».
У меня с этим плохо.
Я петербуржец во втором поколении.
Мама сибирячка, чалдонка.
Отец – белорусский и рижский еврей.
В Белоруссии всех расстреляли еще в 41-м осенью.
В Риге тоже всех уничтожили.
С той стороны у меня Родины нет.
В Сибири может, и можно зацепиться географически, но там никого не осталось, все разъехались и поумирали, цепляться тоже не за кого.
Может быть Родина – это какие-то родные места?
Тавтология получается.
Ну, хорошо, места, где щемит сердце, к которым как-то прирос.
Допустим.
Канал Грибоедова в Петербурге от Сенной и до Фонтанки.
Ну и улочки и дворы вокруг него.
Я там родился и вырос.
Что еще?
Две улицы в Мельничном Ручье под Петербургом, там у нас была дача, пока папа был жив – это тоже детство.
Еще дом номер 17 по проспекту Карла Маркса в Омске, там жили бабушка с дедом, я там проводил лето.
Еще грязная деревня под Омском, где вспоминаются мне лишь мухи, да навоз, да пьяные вонючие мужики, да баня по черному, которую я ненавидел.
Еще?
Хорошо, Пушкинский Заповедник, усадьбы, реки, холмы, деревни, крест и часовня на Савкиной горке, береза возле дома в Михайловском, вид на Сороть с Тригорского холма, Воронич с его могилками, липовые аллеи в Петровском.
Все?
Это вот то, отчего сердце сжимается, хочется плакать от жалости к самому себе.
Детство.
Жалко себя маленького, себя безвозвратного, жалко, что нету рядом тех, с кем когда-то там был.
Жалко, что жить остается все меньше.
Жалко уже своих детей, которые будут жалеть о том, что тебя уже нет рядом.
Детство.
Юность.
Похоже, то, что не стало Родиной в это время, не станет ею уже никогда.
Но, это, кстати, совершенно не означает, что тебе хочется там жить, прирасти как-то.
В мире, опыт показал, есть столько прекрасных мест, красивых, приятных, удобных, там дух замирает от красоты, слезы текут от счастья, что ты там вдруг оказался.
Я там жил бы с бОльшим удовольствием, чем в тех местах, которые мне кажутся моей Родиной.
От этого Родина ею не перестает быть.
Мне кажется, это нормально.
Я знал и знаю много разумных людей, которые грустят о своем детстве в коммуналке и о юности в общаге.
Но они там не живут, хотя для них это и Родина.
Они живут в хороших квартирах, домах, в других часто странах.
Но приведи его к этой общаге, у него комок в горле, ресницами захлопает часто-часто, отвернется.
Мы встретили когда-то на Крите пожилую английскую пару, разговорились. Они уже лет пятнадцать, как переехали из Англии сюда. Нравится.
Я говорю:
- А как же Родина? Не тянет?
Она посмотрела на меня большими английским глазами и вдруг, скинув всю свою холеную английскую чопорность, проговорила:
- Какой ужасный буллшит! Причем тут Родина? Есть скайп. Есть самолет.
Ну, это понятно, англичане, им раньше весь мир был Родина.
А я сижу и думаю, Родина ли для меня Красная площадь?
А я очень люблю Красную площадь.
И Кремль очень люблю.
Я когда приезжаю в Москву, обязательно бываю на Красной площади.
Был период, я несколько лет бывал в Москве чуть не каждую неделю, и каждый раз ходил на Красную площадь.
Но я не уверен, что это Родина.
Нет.
Ни хрена это не Родина.
Просто любимое и очень красивое место.
Я вот еще ужасно полюбил когда-то холмы Тосканы.
Еще мне нравятся Австрийские Альпы.
Австрия мне вообще ужасно нравится.
И, кстати, Баварские Альпы прекрасны.
А побережье южнее Неаполя?
А какие там вкусные помидоры!?
А свежая моцарелла?
А вино?
Ну, хорошо, может быть, Родина - это государство?
Я сижу и думаю, про Родину и про государство.
Ничего не выходит.
Я пожил в трех государствах на одной и той же территории в свои 55 лет, и все три утверждали и продолжают утверждать, что именно они-то и есть моя Родина.
В Советском Союзе, в Ельцинской России и в Путинской России.
Три разных совсем государства, с разными идеями, ценностями, целями, если хотите, с разным отношением этих государств к своим гражданам, и ко мне лично, с разным моим личным к ним отношением.
Нет.
👍23❤8🔥1
Родина и государство у меня не связываются.
Выходит, что Родина – это что-то маленькое, крошечное, родное, поэтому и Родина, что родное?
Есть еще такая фишка, что Родина, это то, что нужно защищать, за что ты готов умереть.
И вот я сижу и думаю, что я готов защищать, и за что я готов умереть.
За самое родное.
Что у меня самое родное?
Моя семья, мои дети, мои друзья.
Я не уверен, что я хочу умереть за канал Грибоедова в Петербурге или за проспект Карла Маркса в Омске.
Нет, не готов.
Лет пятнадцать назад снесли флигель того дома, где я родился на канале Грибоедова.
Я не взял автомат и не пошел защищать свою Родину.
Говорят, надо защищать Родину от чужаков.
Там, в моем доме на канале, вообще теперь одни чужаки живут.
Говорят, надо защищать от тех, кто русский хлеб душистый называет словом «брот», то есть от иностранцев.
Елки-палки, там, в моем доме, теперь полно иностранцев живет.
Брать ли мне автомат?
Я не понимаю, я совсем запутался, может быть, это и не Родина?
Я когда пару лет назад думал о Родине, я подумал про Донбасс.
У нас все говорили, вот, люди сражаются там за свою Родину.
А я подумал, а вот те мужики, которые не стали ни за что сражаться – 3 миллиона мужиков, половина из которых собрали свои семьи и вывезли их в Россию, а другая половина собрала и вывезла их на Украину.
Осели там, устроились, стали трудиться, семьи свои кормить, детей растить…
Мне кажется, они тоже свою Родину защитили.
Или нет?
Это, кстати, очень по-христиански, я думаю.
Положи жизнь свою за други своя.
Ну вот, он спас свою семью, все бросил ради своей семьи, согласился даже в чьих-то глазах выглядеть трусом ради своей семьи, теперь кладет за них жизнь, трудится, служит им, у него такой подвиг.
Тут, конечно, нужно Евангелие брать.
Без Евангелия никак.
Там, «Возлюби ближнего».
И там же самаритянин на раны чужака возливает вино и елей.
То есть, когда мы говорим, вот мы и Родина, и вот весь остальной мир.
Если говорим, что есть мы и есть чужаки, то Господь нам слова «чужак», слова «они» в Евангелии не проповедовал. Он не проповедовал: вот мы русские, а вот украинцы или американцы.
Чужаков вообще нет, нет «их».
Одни только сплошные «мы».
Я не понимаю, что такое Родина.
У меня одни вопросы.
"И сказал Господь Аврааму: пойди из земли твоей, из родства твоего и из дома отца твоего."
То есть Авраам бросил Родину и осуществил полную и бесповоротную эмиграцию.
И про это говорит потом апостол Павел, что это вменилось ему, Аврааму, в праведность.
Вслушайтесь только.
Аврааму вменилось то, что он променял Родину на Бога, на верность Богу.
Бог был у него на первом месте, а Родина вообще на сто пятьдесят втором, потому что он из нее ушел.
Снова и снова Христос зовет нас делать все тот же выбор, менять земную Родину на Небесную, земной Иерусалим на Небесный.
Потому что где Христос, там и Родина.
Выходит, что Родина – это что-то маленькое, крошечное, родное, поэтому и Родина, что родное?
Есть еще такая фишка, что Родина, это то, что нужно защищать, за что ты готов умереть.
И вот я сижу и думаю, что я готов защищать, и за что я готов умереть.
За самое родное.
Что у меня самое родное?
Моя семья, мои дети, мои друзья.
Я не уверен, что я хочу умереть за канал Грибоедова в Петербурге или за проспект Карла Маркса в Омске.
Нет, не готов.
Лет пятнадцать назад снесли флигель того дома, где я родился на канале Грибоедова.
Я не взял автомат и не пошел защищать свою Родину.
Говорят, надо защищать Родину от чужаков.
Там, в моем доме на канале, вообще теперь одни чужаки живут.
Говорят, надо защищать от тех, кто русский хлеб душистый называет словом «брот», то есть от иностранцев.
Елки-палки, там, в моем доме, теперь полно иностранцев живет.
Брать ли мне автомат?
Я не понимаю, я совсем запутался, может быть, это и не Родина?
Я когда пару лет назад думал о Родине, я подумал про Донбасс.
У нас все говорили, вот, люди сражаются там за свою Родину.
А я подумал, а вот те мужики, которые не стали ни за что сражаться – 3 миллиона мужиков, половина из которых собрали свои семьи и вывезли их в Россию, а другая половина собрала и вывезла их на Украину.
Осели там, устроились, стали трудиться, семьи свои кормить, детей растить…
Мне кажется, они тоже свою Родину защитили.
Или нет?
Это, кстати, очень по-христиански, я думаю.
Положи жизнь свою за други своя.
Ну вот, он спас свою семью, все бросил ради своей семьи, согласился даже в чьих-то глазах выглядеть трусом ради своей семьи, теперь кладет за них жизнь, трудится, служит им, у него такой подвиг.
Тут, конечно, нужно Евангелие брать.
Без Евангелия никак.
Там, «Возлюби ближнего».
И там же самаритянин на раны чужака возливает вино и елей.
То есть, когда мы говорим, вот мы и Родина, и вот весь остальной мир.
Если говорим, что есть мы и есть чужаки, то Господь нам слова «чужак», слова «они» в Евангелии не проповедовал. Он не проповедовал: вот мы русские, а вот украинцы или американцы.
Чужаков вообще нет, нет «их».
Одни только сплошные «мы».
Я не понимаю, что такое Родина.
У меня одни вопросы.
"И сказал Господь Аврааму: пойди из земли твоей, из родства твоего и из дома отца твоего."
То есть Авраам бросил Родину и осуществил полную и бесповоротную эмиграцию.
И про это говорит потом апостол Павел, что это вменилось ему, Аврааму, в праведность.
Вслушайтесь только.
Аврааму вменилось то, что он променял Родину на Бога, на верность Богу.
Бог был у него на первом месте, а Родина вообще на сто пятьдесят втором, потому что он из нее ушел.
Снова и снова Христос зовет нас делать все тот же выбор, менять земную Родину на Небесную, земной Иерусалим на Небесный.
Потому что где Христос, там и Родина.
❤54👍25
Звал диакон, звал. Никто ко просвещению не изошел. Все просвещенные.
Как попки повторяем одни и те же слова. Без смысла.
А потому что так положено.
Исполнить все - суть нашего православия.
Как попки повторяем одни и те же слова. Без смысла.
А потому что так положено.
Исполнить все - суть нашего православия.
😢6👍4
Все стебутся над обкаканным Байденом.
А ведь птичка накакала - к деньгам. Это такое благословение Божие на деньги, каждый русский православный знает. Радоваться нам тут не чему.
Вот если бы на Путина накакала, было б нам всем материальное благополучие. Только как же она на него накакает, он же в бункере. Там птичек всех вывели.
Путин, выйди уже из бункера, дай птичке шанс.
А ведь птичка накакала - к деньгам. Это такое благословение Божие на деньги, каждый русский православный знает. Радоваться нам тут не чему.
Вот если бы на Путина накакала, было б нам всем материальное благополучие. Только как же она на него накакает, он же в бункере. Там птичек всех вывели.
Путин, выйди уже из бункера, дай птичке шанс.
😁33👍3
БОГ НЕ ФРАЕР
«СЕВАСТОПОЛЬ, 26 февраля. /ТАСС/. Христианская реликвия - частица Креста Господня - будет храниться на флагмане Черноморского флота - ракетном крейсере "Москва". Об этом рассказал ТАСС благочинный Севастопольского округа Русской православной церкви протоиерей Сергий Халюта»
«СЕВАСТОПОЛЬ, 26 февраля. /ТАСС/. Христианская реликвия - частица Креста Господня - будет храниться на флагмане Черноморского флота - ракетном крейсере "Москва". Об этом рассказал ТАСС благочинный Севастопольского округа Русской православной церкви протоиерей Сергий Халюта»
🔥12😢5👍2
Я считаю, что Минобороны должно потребовать от РПЦ компенсацию за некачественную, может быть, даже и ненастоящую частицу креста.
В нужный момент частица просто не сработала.
В нужный момент частица просто не сработала.
👍21😁10🔥5
Вот я скажу вам. Я уже четыре года работаю дома. Кресло - стол - клавиатура - монитор. Где-то между ними всеми - я.
Я десять лет перед этим делал по 4-6 перелетов в неделю и несколько тысяч километров переездов по бездорожью.
И на мне висело несколько сотен рабочих мест, а по сути, живых людей, которым я все эти годы просто чудом находил денег на зарплаты, и никогда не знал, найду ли я их завтра.
Меня женщины в пыльном гремящем лесопильном цеху хватали за рукава и полы моей куртки и просили "Работу! Дайте работу!".
Я держал зал из сотен голодных заводчан, которым годами не платили зарплаты, и они орали на вице-губернатора "Убирайся вон!", а мне ни один не смел слова сказать, потому что знали, что я работаю для них и ни разу их не подвел и не кинул.
Ни один человек во всей Архангельской области, а уж у нас в Мезени подавно, не может сказать мне, что я его кинул.
Я строил мосты, заливал ледовые переправы, я пробивал деньги на дороги, где никто не пробивал, и строил их.
Меня там уже нет, а дороги есть.
Я решал вопросы с разрешениями, лесными аукционами, сертификатами, вывозкой леса.
Что делать если лесовоз перегородил дорогу всем остальным лесовозам, с забоем десятков тысяч оленей, продажей того, что из этого забоя получалось.
Я ложился каждый день в пять, вставал в восемь.
Я проводил до 14 встреч за день.
Я коптил колбасу и вялил филей из оленины, строил отношения с губернаторами, их заместителями, оленеводами, лесозаготовителями, хозяевами торговых сетей, банкирами. учеными, изобретателями, руководителями Администрации Президента.
У меня ценное оборудование стоимостью 7 миллионов резали местные пьяницы на цветмет стоимостью 60 тысяч рублей.
У меня тонули вездеходы и трактора, падали мосты, я оказывался отрезан от Большой земли на недели, меня тошнило в АН-2, я летал в самолете с открытой дверью, я просто держал ее за ручку, чтобы она совсем не открылась.
Я вброд переходил реку Мезень шириной 4 километра летом и проваливался под лед весной и осенью.
У меня миллионы рублей растворялись и новые вдруг откуда-то находились, меня кидали на миллионы, и добрые люди мне эти миллионы приносили просто в подарок.
У меня давление на совещаниях скакало до 220/120, у меня рабочие погибали.
Я плакал, реальными слезами плакал по ночам оттого, что ничего не получалось.
Два часа рабочие ждали моей команды резать лесопильный цех на металлолом, потому что я сидел и выл от бессилия, что я не могу спасти завод.
Я под бандитскими пушками лежал под столом, отказываясь подписать нужные им бумаги и не знал, пристрелят меня или нет.
В честь меня в Мезени хотели назвать улицу, и наш приходской священник за пятнадцать минут до смерти последнему на этом свете позвонил мне, чтобы попрощаться...
"Я входил вместо дикого зверя в клетку..."
Я десять лет перед этим делал по 4-6 перелетов в неделю и несколько тысяч километров переездов по бездорожью.
И на мне висело несколько сотен рабочих мест, а по сути, живых людей, которым я все эти годы просто чудом находил денег на зарплаты, и никогда не знал, найду ли я их завтра.
Меня женщины в пыльном гремящем лесопильном цеху хватали за рукава и полы моей куртки и просили "Работу! Дайте работу!".
Я держал зал из сотен голодных заводчан, которым годами не платили зарплаты, и они орали на вице-губернатора "Убирайся вон!", а мне ни один не смел слова сказать, потому что знали, что я работаю для них и ни разу их не подвел и не кинул.
Ни один человек во всей Архангельской области, а уж у нас в Мезени подавно, не может сказать мне, что я его кинул.
Я строил мосты, заливал ледовые переправы, я пробивал деньги на дороги, где никто не пробивал, и строил их.
Меня там уже нет, а дороги есть.
Я решал вопросы с разрешениями, лесными аукционами, сертификатами, вывозкой леса.
Что делать если лесовоз перегородил дорогу всем остальным лесовозам, с забоем десятков тысяч оленей, продажей того, что из этого забоя получалось.
Я ложился каждый день в пять, вставал в восемь.
Я проводил до 14 встреч за день.
Я коптил колбасу и вялил филей из оленины, строил отношения с губернаторами, их заместителями, оленеводами, лесозаготовителями, хозяевами торговых сетей, банкирами. учеными, изобретателями, руководителями Администрации Президента.
У меня ценное оборудование стоимостью 7 миллионов резали местные пьяницы на цветмет стоимостью 60 тысяч рублей.
У меня тонули вездеходы и трактора, падали мосты, я оказывался отрезан от Большой земли на недели, меня тошнило в АН-2, я летал в самолете с открытой дверью, я просто держал ее за ручку, чтобы она совсем не открылась.
Я вброд переходил реку Мезень шириной 4 километра летом и проваливался под лед весной и осенью.
У меня миллионы рублей растворялись и новые вдруг откуда-то находились, меня кидали на миллионы, и добрые люди мне эти миллионы приносили просто в подарок.
У меня давление на совещаниях скакало до 220/120, у меня рабочие погибали.
Я плакал, реальными слезами плакал по ночам оттого, что ничего не получалось.
Два часа рабочие ждали моей команды резать лесопильный цех на металлолом, потому что я сидел и выл от бессилия, что я не могу спасти завод.
Я под бандитскими пушками лежал под столом, отказываясь подписать нужные им бумаги и не знал, пристрелят меня или нет.
В честь меня в Мезени хотели назвать улицу, и наш приходской священник за пятнадцать минут до смерти последнему на этом свете позвонил мне, чтобы попрощаться...
"Я входил вместо дикого зверя в клетку..."
🔥41👍23❤15
Хотел ли Лазарь, чтобы его воскрешали?
Болел человек тяжело, страдал.
Отмучился.
Умер.
Три дня покоя, три дня смерти, на четвертый:
- Лазарю, гряди вон!
Встал и пошел.
А куда деваться?
Еще неделя, и Господь вывел бы его из ада с прочими праведниками.
И живи себе в раю.
Но нет:
- Лазарю, гряди вон!
И надо выходить. В пеленах.
Представляете, как это в пеленах выходить.
И еще 30 лет жить, быть изгнанным, отправиться на какой-то Кипр, там стать епископом.
И снова все то же.
Болезни, усталость, грехи, страсти. К женщинам тянет...
Жрать охота.
Пятка чешется или там спина.
Летом жарко, зимой холодно.
Пить. Дайте пить.
И снова: женщины, страсти, евреи вокруг. А на Кипре - греки.
Лежал бы себе и лежал во гробе.
Я полжизни боялся смерти. Смерти как небытия. Потом в Церковь пришел и успокоился, понял, что смерти нет. Что умереть не удастся. Что будет дальше жизнь. Вроде, радовался.
А теперь все чаще думаю:
- Ну и смерть, ну и небытие.
Но, похоже, не дадут.
- Лазарю, гряди вон!
Придется выходить.
Болел человек тяжело, страдал.
Отмучился.
Умер.
Три дня покоя, три дня смерти, на четвертый:
- Лазарю, гряди вон!
Встал и пошел.
А куда деваться?
Еще неделя, и Господь вывел бы его из ада с прочими праведниками.
И живи себе в раю.
Но нет:
- Лазарю, гряди вон!
И надо выходить. В пеленах.
Представляете, как это в пеленах выходить.
И еще 30 лет жить, быть изгнанным, отправиться на какой-то Кипр, там стать епископом.
И снова все то же.
Болезни, усталость, грехи, страсти. К женщинам тянет...
Жрать охота.
Пятка чешется или там спина.
Летом жарко, зимой холодно.
Пить. Дайте пить.
И снова: женщины, страсти, евреи вокруг. А на Кипре - греки.
Лежал бы себе и лежал во гробе.
Я полжизни боялся смерти. Смерти как небытия. Потом в Церковь пришел и успокоился, понял, что смерти нет. Что умереть не удастся. Что будет дальше жизнь. Вроде, радовался.
А теперь все чаще думаю:
- Ну и смерть, ну и небытие.
Но, похоже, не дадут.
- Лазарю, гряди вон!
Придется выходить.
👍65❤8
В конце концов, история про Лазаря – это история про людей, про каждого человека, про меня. Лазарь – это я сам, которому Бог дал свободно избрать смерть, то есть понести все последствия греха, что мы и делаем каждый миг своей жизни – избираем не жизнь, а смерть, не Бога, а «небога». И умираем.
Лазарь это я - который умер, к которому Господь поспешил из любви. Которого застал уже смердящим. Над которым Сам плакал. И которого Сам воскресил.
Так именно читала это место в Евангелии святая проститутка Сонечка Мармеладова нераскаянному убийце Родиону Раскольникову в своей квартирке на Екатерининском канале, который отрекся от Бога, сам решил стать «яко бози», и как следствие пережил личный полный крах, личную, казалось бы, необратимую смерть.
А вышло, что ты Богу друг, как Лазарь был Ему другом, что ты никакой не отдельный божок, а ты чадо Божие, ты тот, кого Он любит, и поэтому Он, Бог, поспешит к тебе и воскресит тебя.
Слова Христа:
- Лазарю, выйди вон!
Это слова ко мне:
- Ты умер, ты смердишь, и нет уже никакой надежды, и все близкие уже тебя похоронили. И даже Богу говорят, дело-дрянь, поздно, ничего уже не выйдет. Не ходи. Не отваливай камня.
Но приходит Бог, плачет над тобой, а потом взывает к тебе «Выйди вон!» и воскрешает тебя.
И ты выходишь из тьмы гроба на Свет, к Богу, обвитый пеленами и лицо твое покрыто платком. Ты только что был труп и разлагался. А уже ни следа смерти. Бог обнимает тебя, и говорит «Вот, он был мертв и ожил, будем веселиться. Заколите упитанного тельца!».
Вот такая история.
Из Великопостного дневника.
Лазарь это я - который умер, к которому Господь поспешил из любви. Которого застал уже смердящим. Над которым Сам плакал. И которого Сам воскресил.
Так именно читала это место в Евангелии святая проститутка Сонечка Мармеладова нераскаянному убийце Родиону Раскольникову в своей квартирке на Екатерининском канале, который отрекся от Бога, сам решил стать «яко бози», и как следствие пережил личный полный крах, личную, казалось бы, необратимую смерть.
А вышло, что ты Богу друг, как Лазарь был Ему другом, что ты никакой не отдельный божок, а ты чадо Божие, ты тот, кого Он любит, и поэтому Он, Бог, поспешит к тебе и воскресит тебя.
Слова Христа:
- Лазарю, выйди вон!
Это слова ко мне:
- Ты умер, ты смердишь, и нет уже никакой надежды, и все близкие уже тебя похоронили. И даже Богу говорят, дело-дрянь, поздно, ничего уже не выйдет. Не ходи. Не отваливай камня.
Но приходит Бог, плачет над тобой, а потом взывает к тебе «Выйди вон!» и воскрешает тебя.
И ты выходишь из тьмы гроба на Свет, к Богу, обвитый пеленами и лицо твое покрыто платком. Ты только что был труп и разлагался. А уже ни следа смерти. Бог обнимает тебя, и говорит «Вот, он был мертв и ожил, будем веселиться. Заколите упитанного тельца!».
Вот такая история.
Из Великопостного дневника.
❤49👍16