ОРТОДОКСАЛЬНЫЙ СОН
Обнаружил, что существует фаза сна, которая называется "ортодоксальной". В этот период мозг человека малоактивен, тело расслаблено, дыхание ровное и спокойное.

А может быть, кто-нибудь хочет помочь автору?
Карта
Сбербанка
Альфа-Банка
ВТБ
по номеру телефона
+79216459607
Забежинский Илья Аронович
ЯНДЕКС-КОШЕЛЕК
410011865001694
ПЕРЕВОД НА ТЕЛЕФОН
+79216459607

Читаю в официальных новостях:
"Поставки оружия Западом на Украину приведут к новому кровопролитию"
Перевожу на обычный человеческий:
"Вот теперь из-за вас нам придется их всех там убивать"

Батюшка православный гневно высказался в защиту снесенного в Мукачеве бюста Пушкина. Все бы ничего, ели бы заодно в защиту убиваемых женщин и детей тоже высказался и про разбомбленные города сказал.
А Пушкин-то что... Пушкин давно уже на небесах.

Друг звонит из Швейцарии.
- Слушай, Илья Ароныч, вот мы тут православные живем в протестантском окружении. Скажи, как к этому относиться?
- Ну, я знаю, что ты человек, который любит изысканно поесть и выпить, ты меня поймешь.
Православные, да и католики, разумеется, это когда у тебя в меню, например, жареная картошка, соленые грибочки, котлеты, пельмени, борщ, щи, водка или шнапс простой какой-то, домашнее простое вино. То есть хорошая такая еда, вкусная, но без изыска. Но кроме этой еды у тебя, у православного или католика, еще и высокая кухня, дифлапе там всякое, сыры дорогие, хамон с дыней, стейк миньон, фуа-гра, хорошее вино, типа там Сент-Емильон или Шато Марго, коньяки не меньше ХО, арманьяки. Ну, как ты любишь.
Так вот протестанты, они себе оставили только картошку с котлетами и щи с водкой. Ну или там сало, например, и соленый огурец. А вот это всякое там Шато Марго и сыры - в топку - обойдемся.
Наесться, и вкусно наесться, действительно можно и простой картошкой с котлетой.
Но, согласись, изысканное вино, паштеты и сыры - это ж тоже дар Божий человеку. Зачем же им пренебрегать?

НАСИЛЬНИК
- Почему Вы, Илья Аронович ненавидите наше советское прошлое и Путина? Ведь было же много хорошего. И сейчас много хорошего.
- Зачем ненавидеть, надо оценивать. Вот это было в прошлом хорошо, а вот это плохо.
Женщина, например, имеет право оценить насилие над ней как насилие?
Или должна любить свое прошлое целиком, вместе с изнасилованием и насильником?
Так и я к советской власти.
Советская власть была насильником.
Я так ее переживал, и с этим чувством не расстался.
То же самое и с Путиным. Я не знаю, как это чувствуют другие.
Путин однозначно тянет и уже утянул меня в ситуацию насилия, где насильник - он.
Может быть, Вы любили Советскую власть искренне и отдавались ей по любви.
И так же искренне теперь отдаетесь Путину.
У меня все иначе.
Я пишу текст, что "Путинизм равно сатанизм". Пишу зачем? Просто так. Пишу как думаю.
Этот текст собирает несколько тысяч читателей и сотни лайков, после которого я несколько дней в депрессии.
То есть я написал, и на меня страшно смотреть.
Почему?
Я боюсь.
Все просто, я боюсь.
Я боюсь, что меня оштрафуют.
Что меня арестуют.
Что меня посадят.
Что меня не выпустят заграницу.
Что моей семье, если меня посадят, будет нечего есть.
Что Ване придется бросить институт, ему нечем будет платить за учебу.
Или он на Невском скажет "Нет войне", и его отчислят и заберут в армию.
И он не получит образования, о котором мечтает и к которому призван.
Да что там. Я сам боюсь ареста и заключения.
Я тяжелый, я не могу сидеть над очком в позе орла.
Меня там могут бить и унижать.
Я был в армии, я знаю, что это такое.
Опять же штраф.
Где взять денег на штраф?
Но я пишу.
Я пишу, что Путин насильник и режим его - это режим насилия.
Не писать - это и есть - отдаться насилию. Подчиниться насилию. Наблюдать, как насильник сладострастно и радостно потирает потные руки.
Он захватил все телеканалы и газеты, десятки моих друзей журналистов остались без работы.
Десятки моих друзей и родных на грани полной интоксикации от его пропаганды, просто зомби, они на грани безумия просто.
Вокруг те, которые думают, что они свободные, все такие довольные, они заходят в соцсети и в реальные новости через VPN.
Посмотрите, они такие радостнные, они нае...али Путина.
Но это же унизительно.
Людям кажется уже нормальным узнавать правду через тайные обходные пути, говорить в полголоса в маршрутке или общаться не по телефону а в Вацапе, чтобы их не подслушали. Чтобы не записали.
Это не унизительно?
Это не безумие?
Это все еще кажется вам не насилием?
Жена, которую бьет муж, вот точно так же тайком рассказывает подруге или родителям, как над ней издевается ее муж-насильник.
Чтобы он только не услышал и не узнал, потому что если он узнает, то он ее побьет, изобьет до синяков.
Я это знаю, видел, как муж насильник с матом тащит свою полуживую жену за волосы по коридору, волочит и поддает ей ногами.
Это все то же самое, что у нас происходит.
Мы живем под колпаком насилия и, кажется, уже привыкаем, уже свыкаемся и приспосабливаемся.
Мимикрируем.
Мы идем в школы к ученикам, в институты к студентам, к коллегам на работу.
Вроде, все, как и раньше, но мы знаем, что вот про это говорить нельзя, если спросят, то надо тему перевести, как бы ненароком, отшутиться или даже соврать.
Мы боимся. Страх. Липкий страх сковывает нас.
Но мы привыкаем. Перестаем чувствовать насилие как насилие. Оно уже для нас норма.
Я помню, как в советские времена, когда диктор в программе "Время" ошибался, мои бабушка и дедушка в Омске переглядывались и говорили друг другу:
- Теперь его, наверное, посадят.
Это не была ирония. И наверняка в 1970-е за это уже не сажали, но то, что нормальные обычные, нестарые тогда еще, им было по 45 лет, люди, считали, что за это могут посадить - это была жизнь в ситуации насилия.
Вчера я посмотрел беседу с одним профессором-социологом на Ютубе и посоветовал посмотреть своим друзьям. И мы что же? Мы на полном серьезе обсуждаем, уволят ли его за это интервью из ВУЗа, где тот профессором.
Это насилие.
Ты не можешь говорить, что

думаешь.
Ты теперь или врешь.
Или молчишь.
Или ждешь репрессий.
Или вам кажется, что когда преподавателя увольняют за образ мыслей - это не репрессии?
Это вот все - просто унылое говно.
И я еще молчу, ничего не говорю про тот кошмар, который оно, это говно, творит за нашими западными рубежами.
Я смотрел тут на Чернигов. 300.000 населения там было. Это как в родном мне Архангельске. 70 процентов зданий разрушено.
Господи. еще 40 дней назад там гулял за ручку влюбленные. играли дети в песочнице, а на лавочках сидели старушки и обсуждали почем нынче молоко.
Так же как они сидели, гуляли и играли когда-то 21 июня.
За что их?
Для чего их так?
С какой прекрасной благой целью?
Насильник не спрашивает и не отвечает.
У него своя насильничья жизнь.
Свои насильничьи радости.
Он бьет и радуется.
Убивает и радуется.
Иголки под ногти втыкает и радуется.
Он лишает тебя возможности говорить правду и радуется.
Насилует и радуется.
Он даже слова говорит, что человеческие жертвы - зло, а человеческие жизни - бесценны.
Но он остается насильником, а слова - только словами, потому что насилие не прекращается.
Власти насильника нет конца.

+79216459607

Из каментов.
- Ну хватит уже весь этот ваш путинский бред писать. Из-за Вас все будут думать, что все русские мудаки.

СТАРОЕ ПАЛЬТО
Самый конец 1980-х, евреи потянулись в Израиль.
Из Петербурга они уезжали в Варшаву на поезде, оттуда уже их подбирали израильские самолеты. Это был такой способ перевезти бесплатно много вещей.
А мы тогда ездили в Польшу торговать и тоже ездили на поезде с Варшавского вокзала.
Бизнес наш был живой, активный, несколько раз в месяц мы бывали на Варшавском, провожали, встречали, ехали сами.
И вот эти вереницы отъезжающих.
Электрокар, который везет по перрону перетянутые коробки из-под макарон, узлы, рулоны старых ковров, затертые чемоданы, тюки, пакеты, подвязанные бечевкой. За ним, как за катафалком, идут отъезжающие и провожающие. Они пытаются идти медленно и серьезно. Электрокар едет быстрее, размеренный траурный шаг вдоль поезда не удается.
- А вазу положили?
- Положили, мама.
- Ту, которая синяя, стояла на тумбочке в прихожей?
- Да.
- И высокую хрустальную, которую твоему отцу дарили на работе за ударный труд?
- И высокую хрустальную.
- А ложечки?
Они шли, брели, некоторые старались бежать, чтобы не отстать от электрокара. Электрокары ехали.
Высокие ражие грузчики на них покрикивали на зазевавшихся пассажиров.
Была одна семья. Бабушка там была совсем старая. И ее посадили на кар.
Был май, думаю, поздний май, все шли налегке. А она была в красной в катышках кофте, и у нее поясница была подвязана старой коричневой шалью, казалось, изъеденной молью.
- А рюмки? Рюмки, которые мы привезли из эвакуации? Ты помнишь, которые твой отец на 7 ноября однажды чуть не разбил одну?
- Я все положила, мама, не волнуйся.
Она сидела на каре среди тюков, ковра и чемоданов, ноги ее были в валяных черных ботах, такая старикашечья обувь, ее называли "боты". И ноги эти болтались, когда кар подпрыгивал на кочке или проезжал яму.
Поверх всего багажа лежало драповое пальто, старое пальто на ватине, неопределенного цвета, с черным каракулевым воротником.
Я помню, мы шли с мамой рядом, и мама сказала:
- Иля, посмотри, пальто тоже уезжает в Израиль.
Мы остановились у вагона, а кар поехал дальше.
И старушка на нем поехала дальше. И все провожающие и отъезжающие посеменили за ними дальше и дальше.
- А ситечко? - все еще слышал я, - Ситечко, которое Боря дарил нам на серебряную свадьбу? Его еще так любил твой папа... Ты помнишь Борю?
Драповое пальто непонятного цвета с черным каракулевым воротником, покачиваясь, уезжало все дальше, дальше и дальше...
Казалось тогда, что вся жизнь еще впереди.

+79216459607

Кто уехал, не уничижай того, кто не уехал; и кто не уехал, не осуждай того, кто уехал, потому что Бог принял его.
Кто ты, осуждающий чужого раба? Перед своим Господом стоит он или падает. И будет восставлен, ибо силён Бог восставить его.

Послание к Римлянам 14 глава

Немецкая газета Die Welt взяла на работу бывшего редактора Первого канала Марину Овсянникову.
А должна была лежать во вретище?
И пошла волна:
- Кто бы мог сомневаться!. Мы так и знали! Да еще, небось, теперь и страну проживания сменит!
Слушайте, люди, которые так возбудились, - нормальные обычные люди, которые работают за деньги. Кто-то дороги строит, кто-то в IT, у кого-то фирма своя...
Скажите мне, пожалуйста, откуда такое высокомерное уничижительное отношение к тому, что журналист станет лучше зарабатывать?
Да еще не просто журналист, а смелый журналист.
Что из того, что благодаря ее поступку ее заметили и предложили хорошую работу?
Да еще и местожительство, блин.
Снова лезет изо всех дыр это совковое непробиваемое "свалить за кордон к своим заокеанским хозяевам".
Что в этом дурного, чтобы переехать в другую страну, объясните?
Там, куда она переедет (если переедет), что, не Божья земля?
И люди тоже не творения Божьи?
Англичане живут и работают во Франции. Испанцы в Германии. Весь мир - в Штатах. Кто-то переезжает в Гонконг или Сингапур.
Это просто как-то стыдно, особенно нам, христианам, вот про это "свалить за кордон".
Для меня - больной вопрос.
Мне, как пишущему человеку, который живет тем, что он заработает своей этой самой писаниной, просто жутко слышать от людей, которые сами нормально работают за деньги, что писать за деньги дурно. Или что жить где-то в другой стране, кроме этой, - стыдно.
Все плохо.

О СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ФАШИЗМЕ
Прочитал, наконец-то, удивительно злободневную статью отца Andrey Kordochkin об истоках современного русского фашизма (не путать с нацизмом).
Удивительно, и печально удивительно, насколько же современный русский фашизм похож на своего прародителя из 1930-х годов.
Смотрите:
1. Ставка на национал-патриотическое чувство, взамен интернационал-коммунистического пафоса.
2. Убежденность в том, что государство есть наиболее совершенное проявление человеческого духа, и человеческая жизнь имеет смысл лишь в служении тому, что власть провозглашает его благом. В этом случае альтернативные представления о благе страны приравниваются к предательству и прислуживанию врагам («пятая колонна»).
3. Запрос на бессменного национального лидера, вокруг которого необходимо сплотиться для достижения блага государства.
4. Тоска по распавшейся империи, сознание самих себя как ее преемников, мечта о ее возрождении.
5. Видение жизни и истории как борьбы, милитаризация культуры, романтизация и сакрализация войны.
6. Отсутствие заинтересованности в повышении уровня жизни и благосостояния граждан, которое компенсируется национал-патриотической риторикой.

Мысль, меня более всего поразившая и совпавшая с моими горькими размышлениями о путинизме как сатанизме, что фашистское государство желает заменить собой Церковь. И заменяет. И требует к себе такого же священного, сакрального отношения.
И граждане рады, что оно становится для них церковью.
И принимают эту замену с охотой.
И с каждым несогласным с государством поступают как с еретиками, предлагая им только три варианта:
- изгнание (валите отсюда)
- костер
- полное и неуклонное принятие и исповедание государственной вероучительной доктрины.

ссылка на статью в первом каменте

Отец Владимир Зелинский
Брешия, Италия

Бремя русских.
Звонил сын из Рима. Там забрезжила инициатива, столь характерная для Запада: провести совместный спектакль артистов из трех стран. Или просто вместе почитать стихи на украинском, русском и итальянском. Символически мягкий знак примирения. Украинцы, узнав о приглашении, отказались сразу же, никаких мягких знаков, совместных выступлений с русским. Уверения, что он не путинский, что он проукраинский, не помогли: нет, значит, нет. Павел согласился: я их понимаю.
Мне же недели две назад черной гадостью из балончика обрызгали двери храма (он в 70 метрах от греко-католического, на той же улице). В приходе настойчиво советовали обратиться к карабиньерам. Какие карабиньеры! Не потому что знаю, как они работают: скрупулезно долго составляют протокол, отвлекаясь на прибаутки, но потом ничего, даже обещания разобраться не дают, нет, не поэтому. А потому что надо нести. Двери же и помыть можно.
Несите бремя русских, перефразирую про себя Киплинга. Меня тут пригласили выступить с медитацией о Пасхе, одна из сотен экуменических инициатив, в которых сто раз участвовал. Только высокое, никакой политики. Так одна местная группа, которая сто лет меня знает, вдруг смутилась: как, он из РПЦ? Уверения, что наша епархия отдельная и свободная, что митрополит наш осудил патриаршие речи, и самого его мы здесь не поминаем, что за каждой литургией произношу - по благословению того же митрополита - три молитвы за Украину, а в конце, коленнопреклоненно, еще и другую молитву уже по своей иницативе, проблемы не разрешили. Медитацию готовлю на сегодняшний вечер, но неприемлющие остались при своем мнении. Притом, что на Западе, в Италии особенно, и в помине нет той специфической нашей российской чувствительности к коллаборации с властью. КГБ или ФСБ, они и слова такие плохо знают. И вот.
О ФБ попреках я уж не говорю. И это, как я понимаю, только начало, чем бы не кончилась сатанинская война.
Несите бремя, привыкайте. Заслужили? Пожалуй, да. Ведь как говорят, едва ли не 80% твоей страны стоит за кремлевским мечтателем. (Понятно, о чем он мечтает, об империи, где имя его будет солнцем сиять). 80% отдавшихся мифу об украинском нацизме, причем с радостью, как иногда добровольно отдаются бандиту с наслаждением от грубой силы.
Вчера на службу к нам привезли человек 30 интернатских людей из Харькова, от которых в младенчестве отказались родители. Сказали дети, оказались взрослые. Однако и по сей день сироты, навсегда сироты. Их разместили в каком-то замке под Бергамо. Но хотят вернуться домой. Все русскоязычные, только по гражданству нацисты. Каждая (девушек было больше) со своим изъяном, ментальным или физическим. Приходили исповедоваться, причащались. И неожиданно причастили меня смыслу собственного призвания, которое без такого причастия зарастает травой. Его только и открываешь заново на дне собственного сиротства, неистребимого убожества.

Украинский читатель рассказывает мне о моей коллективной вине перед ним как перед украинцем. На мой осторожный вопрос о его коллективной вине передо мной как перед евреем - ну там знаете, погромы, холокост и все дела - отвечает матом и рассказывает мне о ж@*ах-комиссарах.

Ваня ночью убеждал меня заменить слово "уроды" применительно к тем, кто собирается лишать гражданства инакомыслящих, на какое-нибудь более нейтральное слово. Чтобы папе под статью не попасть.
Я полночи бродил по квартире, не мог заснуть, думал, менять - не менять... Если менять, то на что? И почему я вообще должен что-то менять? И что для меня важнее, унижение и стресс оттого, что я не могу открыто говорить, что думаю? Или неудобства возможного штрафа, а по той статье и посадки?
В итоге, я понял, что замены слова "уроды" я не нашел и не найду, и снес просто всю заметку. От этого не спал до рассвета и свалился уже в седьмом часу абсолютно потерянным человеком, проклинающим и эту ... власть и всех этих ... в этой ... власти.

Смотрели когда-то с Ваней фильм. Там человека в России до революции приговорили к расстрелу и расстреляли.
Ванька говорит:
- Как же так?
Православное государство.
Все там православные.
Перед казнью священник исповедует приговоренного и говорит ему "прощаются тебе, чадо, грехи твои".
То есть Церковь, властью данной Ей Богом простила человека.
Но государство, считающее себя православным, руками православных людей, считающих себя рабами Божьими и сынами Матери Церкви, которая только что Духом Святым простила еще одно чадо, все равно берет и это чадо убивает.
За прощенное уже преступление.
Эти нынешние дети... Совсем от корней оторвались. С ними все труднее...

И снова все прямо чокнулись на Гагарине.
Мы - Первые!
Вот я хоть убей не понимаю, в чем это я лично первый? Я лично какое имею отношение к подвигу Юрия Алексеевича?
Какое я лично имею право гордиться его, Гагарина, полетом.
Ни хрена я не первый и попрошу ни в какие первые меня не записывать. Я еще пока из ума не выжил.
Чем мне лично гордиться?
Тем, что другие люди тянули, страдали, не жрали, в лагерях сидели, в бараках спали, снытью питались, чтобы страна поднатужилась и запустила Юру в космос?
Мой папа Вену брал, я этим не горжусь, потому что это не я, а папа Вену брал.
Мне бы чем-то своим погордиться, но пока не нашел чем.
Вот вы меня такие спросите:
- Ароныч, скажи-ка нам, чего ты, мил человек, достиг в своей 54-летней жизни.
И вместо того, чтобы про свои труды и успехи, я вдруг начну:
- А зато мы в космосе первые!
Дык вы же первые посмотрите на меня как на мудака.
Я бы вот гордился, конечно, и страной своей и властью нашей, которая плакатики про Гагарина нам развешивает. Да вот только в городе Санкат-Петербурге на улице, на которой я проживаю, за эту ужасно снежную зиму ни разу не убирали снег. Вообще ни разу. Сейчас снег сошел и все покрыто вокруг окурками, целлофаном и собачьим говном.
Или вот я по области я недалеко тут два дня ездил, и всю подвеску убил, на обычных региональных дорогах - яма на яме.
И за маму свою больную деменцией, всю жизнь на эту страну трудившуюся, я сам лично платил за частный пансионат. Потому что в государственных таких заведениях лучше сразу же помереть, чем жить.
А еще я знаю пару научных институтов, которые дружки питерские нашего Владим Владимыча разрушили до основания и на их территории что-то коммерческое создали.
А еще я свидетель того, что губернатор, которого в Архангельскую область прислал дружок Владимир Владимирыча товарищ Чемезов, уничтожил наш завод и оставил поселок с населением 3.000 человек без всякой надежды на будущее. Уничтожил цинично и безжалостно. просто ради личного обогащения.
Поэтому не надо мне вот этого про Гагарина. Гагарин в космос летал - это его подвиг.
А вот вам похвастаться нечем, вот вы про Гагарина и кричите по всем углам.
Впрочем нет. У вас теперь своя гордость, вы людей убиваете.

БРОНЗОВЫЙ ПУТИН
- Путину не выгодно было убивать Скрипаля.
- Путину не выгодно было убивать Навального.
- Путину не выгодно было воевать на Донбассе.
- Путину не выгодно сейчас воевать на Украине...
Слушайте, давно уже этот человек не рассуждает в терминах "выгодно - невыгодно", как рассуждают какие-нибудь мудрые политологи, аналитики там разные, да просто вы или я, добропорядочные цивилизованные образованные обыватели.
Давным-давно он поступает по единственному принципу:
- Я считаю правильным поступать именно так.
Из какого бреда он считает это правильным?
Из каких диких фантазий?
Детских комплексов?
Юношеских сексуальных травм?
Как считает правильным, так и поступает.
Он не такой как вы или мы или какие-то другие.
Вот вам хочется выглядеть прилично в глазах других, а ему наплевать, как он выглядит.
Вот вы, может, будете переживать за какую-нибудь там моральную сторону вопроса, а он не будет.
Вот вы, может, будете просчитывать варианты, а он не будет просчитывать.
Потому что морально не то, что, допустим в Евангелии морально.
Или что другие люди считают моральным.
А то, что он считает моральным.
И важно для него не то, как мы с вами его оцениваем.
А то, как он сам себя оценивает.
И для него нет разных вариантов.
А есть только его вариант.
И этот вариант всегда верный, потому что это его вариант.
Почему так происходит?
Потому что он бронзовый. Понимаете?
Бронзовый.
Люди от долгой бессменной власти бронзовеют. Егор надо было давно уже переизбрать. Почему? Потому что человеку такое не понести - 22 года власти и народного почитания - бронзовеешь.
Результат?
Самого себя и свои представления о стране, людях, о том, что выгодно, о том, что добро и что зло, он отлил в бронзе.
И теперь он идет по булыжной мостовой весь такой из бронзы. Помните как шел бронзовый памятник королю в истории про Нильса, шел, высекая искры.
Пушкина, в конце концов, вспомните, "Медный всадник". Как бронзовый всадник на коне скакал по петербургским улочкам за маленьким ничтожным человечком.
Неумолимая сила бронзовой власти, которая давит, мнет и корежит всякое человеческое на своем пути.
Неумолимая.
И вот это вот бронзовое уже нельзя переделать.
Нельзя убедить.
Нельзя как-то подправить, перенаправить.
С ним даже просто по душам поговорить нельзя.
Нельзя хлопнуть по плечу и сказать:
- Эге, старичок, а вот тут ты того, не прав.
Или:
- Что ж ты делаешь, нелюдь?! Смотри сколько ты людей загубил!
Представляете, нету в мире такого человека, кто мог бы так ему сказать в лицо.
Одиночество бронзового человека в мире живых людей.
Его можно только переплавить или распилить.
Ничего хорошего не жду.