Я смотрю на себя, на своих ровесников, мы смеемся, балдеем, дурачимся, стебемся, троллим друг друга, мечтаем, надеемся, несемся по жизни, все еще ждем перемен. Нам всего-то за пятьдесят, ну или нет и шестидесяти.
А бабушек и дедушек наших давно уже нет на этом на свете.
Родители наши или умерли или стали снова детьми.
И, кажется, что только мы теперь остались большими во всем этом мире.
Кому это вообще пришло в голову назначить нас взрослыми?

У нас в русском православии очень распространена версия, что все лучшее современная цивилизация взяла у христианства, под ним, разумеется, понимается православие. Что, как у нас говорят, "все эти пресловутые права человека" - это суть христианские ценности. Но выхолощенные, без Христа.
Но ведь сама православная среда в России ничего из этих ценностей не усвоила в обычной повседневной жизни.
Русская Церковь создала то, что любой священник, прошедший духовную школу и все последующие ступени, называет "Системой".
Система начинается с вступительных экзаменов в семинарии и продолжается через настоятельские закидоны и дальше в дурость архиереев и их челяди в епархиальных управлениях.
Система - это всегда унижение младших старшими.
Система - это всегда соглядатайство и доносы.
Система - это возможность договориться с вышестоящим через подношение - получить сан, приход, пятно под застройку, место для сына, отпущение грехов, о которых архиерей узнал из доноса.
Система - это бесчеловечная рабская, то есть без оплаты, эксплуатация старших младшими, так называемые "послушания". От этого нельзя отказаться. То есть ты не можешь вдруг быть не послушлив, вылетишь из системы.
Система - это когда хамят и орут. Преподаватели на семинаристов. Настоятели на клир, причт и работников. Архиереи - на всех. Патриарх - на архиереев. Все старшие всем младшим "тыкают". Никто из старших не слушает оправданий младших, зависимых. И нельзя наорать в ответ.
Система - это бесправие священников и полная безнаказанность архиереев. Я получаю письма из регионов с рассказом, как безапелляционно перераспределяют неугодных священников в голодные отдаленные районы, не взирая на школы для деток, на профессию матушек, на наличие жилья, на возможность или невозможность содержать семью.
Система - это когда настоятель или архиерей с масляными глазками твердят жертвователю, что вот теперь он себе местечко ("келейку") в Царствии Божием точно забронировал.
Система - это когда приехавшему на приход архиерею рассказывают, что без него и солнце бы сегодня не взошло на Востоке. И когда он сам то же самое говорит Патриарху. И когда они все твердят об этом представителям власти - от главы района и до Путина.
Русская Православная Церковь в лице своих представителей, наделенных хоть какой-то мало-мальской властью, очень часто бесчеловечна, жестока и совсем-совсем не дорожит людьми, не жалеет их совсем, не милует, не награждает достойно, просто не платит никому даже нормальную зарплату.
Но продолжает твердить о любви и о Христе.
А у них там, да, у них бездуховность. А у нас тут, в РПЦ? У нас любовь.

Как я ездил перед войной в Москву.
ПРО ВЕРЕВОЧКУ
1. Газманова на Ленинградском вокзале больше не поют и не играют.
2. Бомжи на картонках в переходе на Комсомольской не спят.
3. На Мавзолее написано "Допуск посетителей прекращен". Причем не "временно прекращен". А вообще "прекращен".
Не то, чтобы мне вдруг захотелось в Мавзолей. Но сам факт невозможности угнетает.
Время очевидной несвободы. Что они еще нам запретят?
Новоделы вдоль кремлевской стены.
Александр I серьезный и сосредоточенный. Смотрит немного в землю. Видно, слава ему не слава, и победа - не победа. До этого, похоже, смотрел на барельеф, где он с Серафимом Саровским разговаривает, и думал "А встречался ли я с ним?"
Патриарх Ермоген эпичен. Глядит на церетелиевских обезумевших коней с зайчиками, уточками и журавлями с лисицами, на весь этот пластмассовый зоопарк, и грустит, стоило ли помирать от голода и гнать ради такой чумы из Москвы поляков.
Про князя Владимира можно сказать, прежде всего, что он большой. Ну, очень большой. Большой - не то слово. Я подошел совсем близко. Стоял. Разглядывал. Ну что сказать? Глазунов Илья Сергеевич с Шиловым, не помню, простите, имени и отчества, торжествуют. Волоокий. Прямотонконосый. Борода короткая, кудрявая. Черты лица не то, чтобы правильные. Они просто совершенно симметричные. И цвет такой странный у статуи - очень похоже на крашенный медной красочкой гипс. И еще не оставляет ощущения, что князь Владимир - он просто, исходя из текущей политической ситуации. Потому что так назвали. Могли также назвать его Александром Невским или Димитрием Донским, и никто бы ничего не заметил. В конце концов, назвали же когда-то Колумба Петром Первым - не велика беда - и все согласились.
Я же, вам признаюсь, пытался искать сходства у памятника с Путиным. Не нашел. Вот совсем не нашел. Путин, он все-таки настоящий. Его по голове ударить хочется. А этого не хочется. Гипс, он и есть гипс. Да еще вдруг красочка слезет...
Из плюсов.
На Манежной и на Красной площади, всюду жрут, пьют, гуляют. Умопомрачительно пахнет блинами и шашлыками. Мужик ходит в шкуре от настоящего медведя. Тетьки, ряженные в салопы, крутят веревочку всем желающим - прыгай - не хочу. Интересно, сколько им платят, чтобы целый день веревочку крутить?
Красные масленичные павильоны - красные, резные и нарядные, как в Китае на Новый год. Наверное, потому, что там и сделаны.
Только на катке пусто и одиноко. Я и сам хотел было прокатиться.
А потом думаю, так уж эта зима надоела. Да и не стоял на коньках ни разу. Пойду лучше через веревочку попрыгаю.

Всё будет плохо. Для всех.

Поздравил человека с юбилеем.
Необычные чувства.
Если людям, которых считал значительно младше себя, уже 50, то сколько же мне?

- Что это у Вас, Илья Ароныч, такое? С каких пор Петроградская стала Петроградкой? Просто режет слух.
- Тогда же. когда и Васильевский стал Васькой, Петербург Питером, Финляндский вокзал Финбаном. Район проспектов Ударников, Наставников и Передовиков - стал районом Трех Дураков, и пр., и пр.
Горожане так называют. Вас, например, не смущает, что Екатерининский канал, нынче Грибоедова, во времена Достоевского Ф.М. называли просто "канавой". И ФМ употребляет это слово в романе "Преступление и наказание" много раз. Ну так народ называет, сокращает, шутит.
А "Гражданка" про целый спальный район тоже не нравится?
Даже в анекдотах было.
- Что такое ФРГ?
- Фешенебельный район Гражданки.
А целые микрорайоны на севере города, вдоль Ланского шоссе, у Политехнической, вдоль Тореза называли "РЕБе" - Район Еврейской Бедноты.
А Покровка? До революции еще так называли это место. Храма там Покровского нет уже скоро 100 лет как. А название осталось. Такое место в Петербурге Вам знакомо как Покровка? То есть Покровка можно, а Петроградка нельзя?
А Сайгон, Рим, Треугольник, Климат?
А Грибанал?
А Канонерка? Это про одноименный остров.
А Универ вместо Университета? А Политех вместо Политехнического института? А Лесопилка вместо Лесотехнической академии?
А Катькин садик? Который перед Александринкой? А Стамеска про памятник на площади Победы? Ужас-ужас?
Город живет, люди живут Это не музей, не застывшее нечто. Жизнь жительствует. И в языке тем более.

ТУЗИК В ЭМИГРАЦИИ
Чудесная особенность. Человек заходит в мою ленту, видит кота в вольере и....
Для него это непонятно. Нет, ну правда, зачем сажать кота в вольер. Читатель этого не понимает, он сложностей, ообенностей, отношений не понимает. Но он и не задумывается. Но выводы делает. А вывода получается у него два:
- Или они идиоты, что сажают кота в вольер. Просто идиоты.
- Или они садисты. Сажают кота в вольер, чтобы поиздеваться.
Расказываю вам про Тузика.
Тузику в мае будет, с Божьей помощью, 19 лет. Возраст почтенный. Это надо учитывать.
Еще надо учитывать. Он прожил всю свою жизнь, столь долгую для кота, со своей хозякой. То есть нет у него дороже существа на свете, чем она. И у нее нету существа дороже чем Тузик.
Дальше. Есть два вида психологии домашних животных.
Верность конкретному человеку - собачья.
Верность конкретному дому - кошачья.
Так вот у Тузика - собачий вариант. Но с кошачьими особенностями.
Он может ездить в другие города и страны, он спокойно меняет квартиры, дома и гостиничные номера. Но он не терпит совершенно расставаний с ней.
Мы несколько раз еще в Петербурге, оставляли его под присмотром других, знакомых ему, но других людей. И каждый раз это была для него травма. Он кидался на тех, кто за ним ухаживал, пытался их сожрать. И абсолютно счастлив становился, когда мы возвращались. Поэтому, когда стало понятно, что из России придется уезжать. Мне конкретно придется уезжать, не было сомнений, что Тузик едет с нами.
Несколько месяцев взяла подготовка к отъезду. Прививки, чипы, паспорта, переноски, вольер, и даже пробная трехнедельная поездка в Беларусь на машине с Тузиком, чтобы понять, как он себя ведет и чувствует в дороге и в чужих домах.
Дальше.
Есть два типа оценок посторонними людьми отношения эмигрантов к животным, которые появились у них до эмиграции.
По отношению к тем, кто не решился взять с собой своего питомца, оставил в России, есть два разноположных мнения:
- Какие вы молодцы, не стали мучить животное дальними переездами.
- Какие же вы сволочи, бросили животное на чужих людей, а ведь он так к вам привык.
Примерно 50 на 50.
Вторая ситуация. Когда питомца берут с собой и он разделяет с хозяевами все тяготы их странствий. Как наш Тузик. Тоже два.
- Какие же вы молодцы, что не бросили Тузика и взяли его с собой.
- Какие же вы сволочи, зачем вы его таскаете, мучаете, лучше бы ему было остаться дома.
Тоже 50 на 50. Это наш случай и наш опыт.
Ну мы люди из страны советов, мы знаем, что люди из этой же самой страны советы тебе дадут, много разных советов. И обязательно еще и прогневаются на тебя, обидятся, если ты к этим советам останешься глух.
Особенности нашего путешествия. Мы действительно успели за эти 3,5 года пожить в 12 разных странах, во многих по несколько раз. И мы действительно сменили больше 40 квартир за это время. Где-то одну ночь, где-то несколько месяцев. С упаковкой вещей, распаковкой, обживанием и пр. Почему это было так? Четыре фактора.
1. Через три недели после нашего отъезда из России в Париже, в октябре 2022, в который мы приехали не ради развлечения, а по приглашению дать мне место, где я мог бы реализовывать свое богословско-пастырское образование. Да, так вот места я не получил. За то в Париже у меня на площади Сен-Мишель украли новый загранпаспорт с визой. И права. А старый оставшийся паспорт не давал мне возможностей подолгу находиться в одной из возможных безвизовых стран. То есть я не мог по нему остаться например в Черногории или Сербии. Или не мог просить ВНЖ в Турции, паспорт мой не подходил. Поэтому мы метались между странами. Пока нам не помогли добрые люди попасть в Болгарию, где мы, нарушив все возможные правила иммиграции все же дождались моего нового паспорта.
2. У нас все время было мало денег, поэтому жилье мы искали самое дешевое. Из-за этого в нем попадались разные стремные вещи, типа неработающего унитаза или отстутствия любого интернета, даже мобильного, или просто ужасных условий, или нам было нужно искать квартиру на длительный срок, мы снимали для поисков квартиру на неделю, не находили, снимали уже другую квартиру еще на неделю, потому

что первая уже была забронирована, потом бывало и третью снова на неделю. Или в Париже только мы сменили 6 квартир за 4 месяца, никто не хотел нам сдавать ничего дольше чем на месяц, у нас не было специального досье. А между двумя временными квартирами оказался разрыв и нам пришломь провести ночь в отеле, а еще в одной из квартир действительно не работал унитаз и нам пришлось бежать, эвакуироваться в другую временную квартиру.
3. В Болгарии оказалось, что мне нужна срочная операция на сердце по замене клапана. И ни одна страна ЕС, из тех, где делали эту операцию по рекомендованной мне технологии не дала мне шенгенскую визу, ни одна. И нам пришлось ехать оперироваться в Турцию, а операций оказалось не одна, а три, потому что были осложнения, а в Турции были ограничения на сроки нахождения и нам пришлось несколько раз мотаться между Турцией и Грузией. Соответственно менять страны, квартиры и останавливаться в гостиницах по дороге.
4. Мы уехали из России на машине. И с одной стороны, машина давала нам свободу. С другой, когда ЕС ввел запрет на въезд на российских номерах, это тоже заставило нас метаться по городам и странам, ну и по квартирам. Почему мы не бросали машину и не летали? Возможность в стране, влюбой стране, перемещаться без машины очень нас бы ограничивала в опске тех же самых квартир и при переезде из страны в страну с котом. Оп\ть же единственный перелет за эти годы из Тбилиси во Францию закончился прокушенным Тузиком пальцем его любимой хозяйки, он ужасно стрессует в таких ситуациях. Лужа крови на полу аэропорта и две недели лечения антибиотиками.
Обратно к Тузику.
Каков нынче Тузик? Весной 2023, то есть уже три года назад, и через полгода наших странствий мы обнаружили в Болгарии не только то, что у меня неработающий сердечный клапан. Но и Тузик тоже болен. По сути он умирал. Он не ел, то есть его тошнило от любой еды, он не мог ходить. Он не мог запрыгнуть на кровать или спрыгнуть с нее. Ему было 16 лет, и все врачи говорили нам: чего вы хотите? Наконец болгарские друзья посоветовали нам клинику, где его обследовали, поставили капельницы и дали схему лечения. Специальный гастрофиброкорм. И преднизолон. Ну и прогноз: сколько протянет, столько протянет. Тем более и друзья многие, которые имели когда-то пожилых котов, рассказывали: у одного полгода протянул, у другого полтора года. С тех пор мы так и живем, вот уже три года. Ему то лучше, то хуже. То он даже ходить не может, валится, то он на стол запрыгивает. То тошнит его. То ест в три горла.
Мы его очень любим. И внимание наше на нем.
Теперь про вольер.
1. Чувство дома.
Тузик-пёсокот. Он как собака привязан к нам, а особенно к своей хозяйке. Ну и любовь к своему дому ему тоже важна. Так вот во всех наших странствиях, его дом всегда с ним. У нас есть мягкая переноска, в которой он путешествет с нами в машине. Кстати, он никгда не скандалит, спит в основном. И есть еще вольер. Когда мы попадаем в новое помещение, мы первым делом расставляем вольер, а он большой 1,4 метра в диаметре. И в этот вольер ставим переноску, потому что он в ней не только путешествует, но и спит достаточно часто. Это его дом. Да, он выходит, обходит новую квартиру, нюхает, трется о предметы, мне кажется, он как робот-пылесос, составляет себе карту. Теперь вся эта квартира становится его большим домом. Но еще есть его дом-дом - вольер, а в нем переноска - его норка.
2. У Тузика стресс на посторонних, особенно, когда он один. И у него нет опыта свободного выгула на городской улице. И поэтому, когда нас нет дома, мы закрываем вольер на молнию. У нас были случаи, когда в наше жилище без нас проникали чужие люди. В Стокгольме в отеле, хотя были даны жесткие инструкции, что из-за кота у нас нельзя делать уборку и нельзя никому входить, в номер вошла уборщица. Мы ставим камеру, наблюдаем за Тузиком. И благодаря этому мы ее обнаружили. Я позвонил в отель, потребовал, чтобы она ушла немедленно. Бросили все дела, примчались. Просто ей стало интересно. Она решила посмотреть на котика. Истории.

когда хозяева по какой-то нужде или по ошибке пытались проникать без нас в наше жилище бывали не раз. Многие читатели говорят о законодательстве и о своем опыте 4-5 квартир за жизнь. Что поторонние не заходят. Здесь у нас опыт из 47 квартир за 3,5 года в разных странах, с разным уровнем культуры, с разными подходами к частному пространству, не самых дорогих. Даже во Франции от нас регулярно просит наше агентство разрешить им прийти в квартиру в наше отсутствие. Мы не хотим стресса для кота от вторжения посторонних и не хотим, чтобы он шмыгнул у кого-то между ног в открытую уличную дверь, и мы бы его навсегда потеряли.
3. Каждый раз нам приходится уговаривать владельцев квартир, чтобы пустили нас с котом. И каждый раз, получив отказ, мы показываем им видео с Тузиком в вольере в наше отсутствие.
- У нас мирный. спокойный пожилой кот. Мы его контролируем.
- Да но все может случиться в ваше отсутствие!
И тут мы показываем видео Тузика в вольере. И хозяева тают.
И не потому, что нам хочется понравиться хозяевам. Вольер в наше отсутвие это наша ответственность, что мы не нанесем никакого урона владельцам квартиры.
4. Тузик по прежнему достаточно активный. И мы за ним в этой его активности приглядываем. Но случаются ситуации, когда он пытается запрыгнуть-таки на обеденный стол. И... Падает с него. А ведь он же не молодой, он не успевает сгруппироваться и валится просто с треском. Ему больно потом. Или запрыгнуть на высокую кровать. И тоже не допрыгивает и падает. Мы за ним приглядываем. Мешаем прыгать так высоко или подстраховываем. Это когда мы дома. А когда нет? Когда нас нет, он в своем домике, в вольере, в переноске спит, свернувшись клубочком. И не страдает от этого. Фотки, которые вы видите, означают только одно. Он увидел, что мы пришли и требует выпустить его для свободного с нами общения. Вот и все.
В общем, так.
Это конкретный, незнакомый вам кот. Это конретные не очень знакомые вам люди. Это конкретная, часто совершенно непохожая на вашу жизнь.
Нет, после моего первого ковида в 2020 году, когда я получил больше 30 рецептов, как его лечить, а среди них средство для ухода за волосами конских грив (не в переносном, в прямом - конских грив), и не воспользовался ни одним из них, на свете появилось 30 рассерженных на меня людей. Потому что они хотели лучше для меня, а я пренебрег их советами и заботой.
Есть кот. Его зовут Тузик. Ему 19 лет. У него есть хозяева, которые его очень любят. И знают, что ему хорошо и что плохо. А если у вас вдруг возникает желание посоветовать нам очередное средство для ухода за лошадиными гривами или упрекнуть нас что мы это прекрасное средство совсем не употребляем... Ну что я могу сказать. Советуйте. В конце концов, небо не свалится от этого на землю. Переживем. Заодно родится повод написать про это новый рассказ.

Вот представьте себе - история.
Один юный школьник после Уроков Добра пошел и заложил куда надо своего отца, который прятался от мобилизации на СВО.
Отца приняли, экипировали и отправили воевать. Где он и погиб.
Семья осталась без мужа, без отца, без сына. без кормильца.
За это дед этого самого школьника и отец погибшего взял, да и прирезал внучонка.
Жизненная такая история.
Называется она "Павлик Морозов - 2.0".
Просто я воссоздал ту давнюю историю в нынешних обстоятельствах.
Я помню, мы над Павликом смеялись, анекдоты травили. Считали его стукачом и родоначальником советского стукачества.
А вот в такой вот версии, применительной к сегодняшнему дню, - это просто огромная трагедия.
Три загубленных жизни. Где-то на заднем плане прячутся судьбы мамы, бабушки и других детей.
А всего-то в неокрепшие детские умы стали закладывать идейки.
Всего-то Уроки Добра ввели в школах.

Мы когда организовывали у себя в Мезени производство деликатесов из мяса северного оленя, пригласили из швейцарии, из знаменитого Давоса, местного мясника. Зовут его Юрг. Для него там многое было внове. И поездки по бездорожью. и переправы на санках через полузамерзжую реку, и русский поморский быт.
А шесть лет назад я оказался у него в гостях, в Швейцарии.
АЭРОФОБИЯ
Я говорю нашему давосскому мяснику Юргу, когда мы с ним съели на ужин фондю и теперь просто сидели, вспоминали и пили привезенную мною из России водку:
- Слушай, Юрг, я до сих пор цитирую друзьям твою шутку про самолет.
- Какую шутку?
- Ну, я вез тебя первый раз в Мезень. Мы летели из Петербурга в Архангельск. По-моему, еще на ТУ-134. Была зима. Декабрь. Ночь. В Пулково мело. В Архангельске мело. Самолет болтало так, просто кидало из стороны в сторону весь полет. На посадку он заходил с какими-то немыслимыми виражами. Как бывший пилот бомбардировщика на цель, когда со всех сторон его окружает огонь зениток. На пассажиров было страшно смотреть. Лица были у всех зеленые. Я молился и мало уже на что надеялся. Огни мы увидели за метелью, только когда шасси коснулись земли. И вот он садится. Пробегает полосу. Останавливается. Я вместе со всеми пассажирами дико хлопаю в ладоши, благодарю Бога, а ты сидишь в кресле и спокойно так говоришь "So, one more flight survived" (Ну вот и еще один рейс выжил). И я подумал, какое необыкновенное спокойствие, а главное, какое чувство юмора у этого человека. И я всем друзьям эту шутку рассказываю, вот какое бывает чувство юмора у людей, и никакой аэрофобии.
- Что? - говорит мне Юрг, - Шутка? Чувство юмора? Да я, блядь, думал, что я сейчас умру. Я уже сто раз проклял, что ввязался в эту вашу гребаную авантюру с забоем оленей, приехал в эту Россию из своей милой уютной Швейцарии, согласился лететь на этом долбаном самолете, на этот дикий гребаный Север, с тобой, авантюристом, да я уже с женой и детьми простился... Шутка... Я сказал, что думал. Надо же, вот и еще один рейс не разбился. So, one more flight survived.

Очень туго в этом месяце, помогите, пожалуйста...

Пожертвования в любой валюте с любой карты в телеграм:
https://t.me/tribute/app?startapp=dB2s

Пожертвования в любой валюте через PayPal:
dd.invest@yahoo.com

Пожертвования в рублях на карту в Сбер или Т-Банк
+79216459607

Это же не так, что один раз голодного накормил и больше уже не кормишь.
Так не работает.
Это значит, корми, корми, корми, корми. Пока сам не помрешь.
А если хоть одного мог накормить, а не стал, прошел мимо, сам съел, всё, незачот.

Мы сначала думали, что знак означает "Не объективировать!" , а скульптура называется "Как же меня все это достало!".
Оказалось, скульптура называется "Смирение", а знак - "Девушку лапать запрещается!"

Пришло вдруг, что в "Ревизоре" после описания того, как живет Россия, вот тот окончательный последний ревизор в конце - это же Страшный Судия, который пришел, наконец, разобраться что к чему и воздать каждому по делом его. И если мы под всем происходящим в пьесе действительно понимаем нашу бедную Россию, то Николай Васильевич и пророчествует:
Грядет Божий Суд над Россией, над нами.