Друзья летают в Сочи.
Помню Адлер в 2007. Мне после многих лет Турции и Испании захотелось русского юга, как в детстве. Получили. Армянские кафешки на берегу с видом на закат. Съемная квартира с видом на взлетную полосу и ревущие самолеты.
Маленький Ваня стоит на коленках у меня на кровати, высовывается в окно:
- Папа, какую ты замечательную квартиру снял, можно на самолеты смотреть.
Тяжелый, могучий Ил-86, грузно, но уверенно медленно поднимался на взлет. Земля дрожала и наш дом тоже.
Еще были поездки в горы на уазиках и по речке Мзымте в кузове грузовика.
Фрукты.
Чача.
А еще больные животы и уши, пол отпуска все - на антибиотиках...
Врущие маклеры, обвешивающие продавцы, хамящие таксисты, протягивающие к тебе на каждом перекрестке руку гаишники...
И вечный вопрос от русского юга:
- Зачем все это? Почему не Турция, не Греция, не Черногория?
Ответ понятен. Только по насилию. Или мало денег, или нету визы, или загранпаспорт кончился. Русский юг только как изнасилование, как поцелуй насильно данный. Мир огромный, но он не про нас. Вот вам ваш мир, Русский мир. Хотели русского мира, радуйтесь.
А не хотели, все равно радуйтесь. Вам же объяснили, что всем русским следует радоваться.

НЕТИПИЧНО ДЛЯ СВЯТОЙ РУСИ
Тороплюсь в присутственное место: нужно сегодня, срочно, получить нужный документ. Прибегаю за 5 минут до закрытия:
- Простите, Ваш документ не готов.
- Как не готов?
- Мы не можем его найти, значит не готов.
- Давайте еще поищем. Срочно нужно!
- Я же сказала, нету его.
- Девушка, без ножа, ну пожалуйста.
Снова ищет. Через пять минут:
- Ой, действительно, не заметила. Вот он.
В этот момент я осеняю себя крестным знамением.
Девушка:
- Да Вы что? - шарахается.
- А что?
- Не волнуйтесь так!
- Как так!?!
- Ну вот же, Вы волнуетесь.
- Да ни капли.
- А почему Вы креститесь?
- А что, креститься - плохо?
- Ну обычно крестятся, когда уже... - она долго подбирает нужное слово, - когда... Я бы сказала, но неприлично получится.
Я махнул рукой. Взял документ.
Шел и думал, что сам боюсь иногда перекреститься на входе в метро. Думаю, вот так перекрестишься, заходя на эскалатор, а внизу тебя примут за то, что ты собирался в метро теракт устроить.
Нетипично в России креститься.

Я писал это 4 года назад за 12 дней до войны.
КОМУ ЖЕЛАТЬ ПОБЕДЫ, ЕСЛИ ПУТИН НАПАДЕТ НА УКРАИНУ?
Хороший вопрос.
Ну да, война - зло. Но если она все-таки случится, за кого мне нужно быть, за русскую армию или за украинскую? И не надо ли желать поражения русской армии, если она нападет первой, тем более, что такое поражение может расшатать не очень любимый мною путинский режим? Или все же мне надо быть за нашу, русскую армию? Ведь она же наша, русская.
Знаете, в чем тут ошибка?
Почему то предлагается распространять убеждение, что война - безусловное зло, только на период до войны. А на "во время войны" занять обязательно какую-то сторону.
А ничью сторону мне занимать не хочется.
Мне хочется, чтобы не убивали, и те и другие.
И чтобы не умирали, и те и другие.
Чтобы не любимый мною Путин проиграл, должен ли я желать, чтобы украинцы поубивали побольше русских и победили?
Или ради патриотических имперских настроений пускай даже не самого Путина, а самых простых людей, я знаю много таких и многих из них люблю, должен ли я желать, чтобы русские поубивали побольше украинцев?
Эта страшно непопулярная штука называется пацифизм.
Мне 54 года, типа я старый и мудрый, но мой младший сын Ванька пару лет назад убедил меня в долгих яростных спорах, что пацифизм - единственное возможное христианское отношение к любой войне и насилию. Тот самый случай, когда Бог сокрыл от мудрых, которым отравили мозг рассуждениями о справедливых и несправедливых войнах, и открыл младенцам, у которых мозг пока еще ясный.
Как это должно работать на практике, если угрожают самому тебе, я не стану сейчас объяснять, наверное, как Борис и Глеб. Или как Христос в Гефсиманском саду.
Как это работает, если напали на твоих близких? Наверное, как Христос, который не защитил от страданий ни одного из своих учеников.
Потому что в Христианстве все меряется не этой жизнью, а будущей. И тем еще, что Христос будет с каждый невинно пострадавшим, мучимым и обижаемым, и утрет каждую слезу. Вопрос только, есть ли в нас вера в такого Христа и в такую будущую жизнь?
Как это будет работать, если действительно нападут на меня или на моих близких здесь и сейчас?
Наверное, я не выдержу, и забуду и про будущую жизнь и про Христа, и стану защищаться, бить и убивать.
Но это не отменяет того, что бить и убивать - это зло.
И того, что Христос не стал защищать сам себя и своих близких, и не стал никого убивать.
Война - зло, даже самая справедливая. Война - зло - и точка.
Будем мирно протестовать. Понимаю, что протестовать сейчас нельзя, но если бы кто-то позвал, я бы пошел мирно протестовать против войны.
И молиться тоже будем.
Что нам еще остается?

А это я писал 4 года назад. 10 дней до войны.
Ок, Владим Владимыч, не хотите рассказывать Западу, что делает наша 220-тысячная группировка вдоль украинской границы, говорите, это наши, внутренние дела, объясните нам, простым гражданам России, что они там делают.
Очевидно, у Вас имеются самые точные сведения, что этот
шлимазл еврейский нацист Зеленский вот-вот нападет на наше богоспасаемое русское отечество.
Ну так предъявите уже нам, какие-то доказательства, когда, как и какими силами Украина готовится атаковать Брянскую, Курскую, Белгородскую, Воронежскую и Ростовскую области.
Если вы согнали туда войска, чтобы защитить наш русский народ от ихних украинских агрессоров, то скажите, где уже учения по гражданской обороне в этих областях, где инспекция бомбоубежищ, где мобилизация резервистов, как там со снабжением, не всю ли еще разворовали тушенку со складов НЗ, и довольно ли в магазинах мыла, соли и спичек?
Ну то есть, когда все ломанутся в очереди, то хватит ли на всех, кого не подавят в очередях?
Имею дальше еще несколько вопросов.
Подготовили ли вы эвакуацию мирного гражданского населения вглубь страны, которое вот-вот затерроризируют прорвавшиеся в наш глубокий тыл, украинские карательные отряды?
Что с эвакуацией стратегических предприятий? Например, спиртопроизводящих заводов?
Заминированы ли стратегические объекты: мосты, электростанции, а так же архивы партии Единая Россия со списками глубоко законспирированного единоросского подполья?
Имеется ли план ведения уличных боев, а в дальнейшем - создания партизанских отрядов, когда украинская армия будет бесчинствовать на улицах наших городов и сел?
Начали ли вы уже вывозить еврейское население?
Потому что еврейский нацист Зеленский, он, как известно, такой нацист, такой нацист...
Нет, Вы видите, сколько вопросов, Владим Владимыч.
Так Вы уж объясните нам как-нибудь вот это вот все.
И я первый, первый выйду на митинг:
"Братская Украина, руки прочь от братской России!"
А если все это вдруг не так, то отведите уже на хрен Вы эти войска от Украины.
Вы не собираетесь на них нападать.
Украина не собирается на нас нападать.
Для чего тогда там эти 220 тысяч работоспособных парней?
У нас вон в Питере дороги не чищены (спасибо Вам за губернатора Беглова). И боюсь не только у нас.
На стройках не хватает рабочих.
Дороги, наверное, еще тоже немного есть, чтобы их построить.
Верните уже этих 220 тысяч молодых людей их матерям, женам и девушкам, а заодно и в народное хозяйство.
Помните, как Ваш и наш земляк когда-то говорил, что ворюгой быть значительно лучше, чем кровопийцей.
Зачем Вам эта война, Владим Владимыч? Оставайтесь честным барыгой, каким мы Вас и считали все эти годы.
Да здравствуют Дружба народов, и право каждого человека на мирную жизнь и честный гешефт!
Разворачивайтесь таки уже в марше, Владим Владимыч!

Прочитал, что Томас Манн говорил:
- Где я, там и Германия.
Подумал:
- Чем я хуже Томаса Манна? А не написать ли и мне: где я, там и Россия?
А потом подумал:
- Сначала меня выгонят из Франции. Потом не впустят ни в одну другую страну. Какой стране нужно, чтобы Россия была внутри нее?
Не слушайте меня. Россия там, где не я.

Когда дети выросли, и ты уже можешь им рассказывать анекдоты со словом "жопа".

Я вот удивляюсь, почему никто до сих пор не позвал меня почитать спецкурс о плотских отношениях в православии в рамках например "Пастырского богословия" в какой-нибудь семинарии. Или на курсах повышения квалификации для приходских батюшек. Мне кажется, здравомыслия только прибавилось бы. Если оно, здравомыслие, вообще у нас в Церкви востребовано.

ПРАВОСЛАВИЕ И ОРГАЗМ
Вроде бы Церковь наша такие вопросы святоотечески не разбирает - какие способы и пути для достижения оргазма православным доступны, а какие нет. Но публично, не прямо, но опосредовано, огромная часть церковной риторики именно про оргазм.
Я расскажу, как сам думаю, без ссылок на Святых Отцов.
Оргазм есть результат половой жизни в тех или иных ее видах. Собственно, половое влечение есть влечение к оргазму. Желание достичь телесных наслаждений и ,как высшая их точка, - оргазма.
И вот здесь начинается церковный регламент и табу.
Самостоятельное достижение оргазма без партнера - табу.
Достижение оргазма в результате ласк, полученных вместе с однополым партнером - табу.
Есть люди, монахи и попы-целибаты, а так же брошенные и вдовые попы, которые часто добровольно отказываются от оргазма. Для них вообще никакой оргазм неприемлем.
В общем-то, современная православная Церковь ничего против оргазма не имеет. То есть мы не найдем такого проповедника, в наше время или автора, который бы писал или говорил, что оргазм - это зло.
Есть регламент:
Нельзя самому - это рукоблудие.
Нельзя с однополым - это сами знаете что.
Нельзя в посты - это типа как колбасу нельзя.
И даже с лицом противоположного пола нельзя, если вы не заключили некоего конвенционального союза под названием "брак". Иначе это называется "блуд".
А так же нельзя, находясь в браке с одним лицом противоположного пола, достигать оргазма с другим лицом противоположного пола, отличного от того. кто с тобой в браке - иначе это называется "прелюбодейство".
То есть в Церкви благословение на оргазм дается только в браке. Причем как, каким образом, какими способами и средствами достигается этот самый оргазм , я прошу прощения, это придется детализировать: внутривагинально, орально, анально, мануально, с использованием покупок в секс-шопе, как угодно - этот вопрос не обсуждается и никак не регламентируется. Говорят есть такие духовники, которые требуют подробностей, так же как существуют такие исповедники, которые сами стремятся эти подробности изложить. мне не попадались.
Есть такая формула:
- Брак честен. Ложе не скверно.
Ее надо бы знать и священникам и мирянам.
Брак честен, ложе не скверно. Запомните эту формулу и желаем вам всем хорошего оргазма.
В том, что Церковь считает браком, любой способ получения оргазма - благословен.
Теперь вот про это церковное мнение, какие оргазмы дозволительны. а какие нет.
Как и в других житейских вопросах, мнение церкви на сей счет актуально только для людей Церкви. Больше ни для кого. В современном обществе, где, например, в постсоветских странах, число практикующих православных не превышает 2 (в РФ, Беларуси, Балтии и Болгарии) -10 (в Грузии и Украине) процентов, вообще глупо предполагать некую всеобщность какого-то церковного мнения.
Людям Церкви мы можем сказать, что оргазм через онанизм - плохо. А накануне причастия стоило бы вообще воздержаться от любого способа достичь оргазма. Но никому это больше не интересно, кроме тех самых 2-10%.
То же самое и с благой вестью, что достигать оргазма каждый раз с разным партнерами или, что оргазм с однополым партнером - это Церковью отвергается, как нечто хорошее или нейтральное - это только внутри Церкви важно. А вне ее - там своя жизнь.
Почему так?
В Церкви находятся люди, которые приняли церковную шкалу ценностей. Хорошая она или плохая - они ее приняли. Их тут научили различать. что, с точки зрения Церкви, добро и что зло. А другие люди не приняли. Вот буддисты, например, или мусульмане, да даже евреи - они все не приняли православные церковные ценности.

И мы православные, живем с этим как-то. Мы не требуем запретить буддистские обряды (а они же, я в православных книжках читал - вообще там с бесами общаются). Или обязать мусульман считать, что Иисус - Бог, а не какой-то там пророк.
Но половая сфера, а именно то, каким именно способом нецерковные люди достигают оргазма - это ужасно волнует современных членов Церкви. И Она острие своей проповеди направляет именно на эти вопросы.
Причем тоже избирательно, заметьте.
Давно вы слышали проповедь о таком зле. как онанизм?
А вот достижение людьми оргазма в однополых отношениях - это почему-то для Церкви - жупел. Это вызов.
Я вот с одним батюшкой спорил. Он все топил против г*@&лизма.
Я говорю:
- Слушайте, ну Вам же неважно, как супруги достигают оргазма, вы же об этом не спрашиваете на исповеди?
- Нет, конечно.
Так почему такую большую часть Вашей жизни заполняют вопросы, как люди вне Церкви и вне церковного брака достигают оргазма? Кто именно кому и как делает приятно? Какое? Ваше? Дело? Что за мусор у вас в голове?
- А вот они легализуют однополые браки.
- Но это же не вы легализуете? Какое? Ваше? Дело?
Да и что они такое легализуют? Против чего вы боретесь? Вы что против того, чтобы один мужчина мог получить право завещать что-то другому мужчине? Или вели общее хозяйство? Или могли навещать друг друга в больнице?
Нет, вы боретесь с тем, чтобы они не могли бы "легализовать" тот способ, которым они достигают оргазма. Вот против чего вы выступаете, вам все так же неймется залезть в постель ко всем этим людям:
- Ах, вот что вы там делаете? Караул! Хватайте их!
Но только никто хватать не будет. Даже в России однополые оргазмы не запрещены.
Так с чем вы боретесь?
Сейчас вообще это все перекосилось. Убивать украинцев - ведет человека к святости. А получать оргазм двум девочкам - в погибель.
Странно это все.

Всех с праздником встречи. Надо чаще встречаться!
А то мы здесь во Франции уже полтора года и полтора года мы ни скем не встречаемся.
Да будут встречи!
Поздравьте и автора, кто может.

Ну вы понимаете, что в России это мало где могло произойти.
Поэтому случилось это в Тбилиси.
Я, вы знаете, записочки не пишу. Поскольку я их сам в алтаре много лет читал, то для меня это вечное недоумение, чем кто-то другой лучше помолится за моих родных, чем я. Ну да, а в чудодейственную силу вынутых частиц я не очень верю.
Но тут самому остаться на панихиду не получалось, а одного очень хорошего человека нужно было помянуть, и я решил прибегнуть к такому вот для меня суррогатному средству.
Пошел на запричастном на свечной в конце храма, спрашиваю, как тут у вас записочки пишутся. Дали мне длинную такую бумажку. Говорят, сверху за упокой, снизу, от середины бумажки - о здравии. Я говорю:
- А сколько имен можно писать? - ну я все-таки человек, христиански выросший у Ксении Петербургской и Иоанна Кронштадского, да по российским монастырям да святыням попаломничавший. Там у Ксении, например, расценки за 10 имен и все. А если больше десяти, то плати еще за одну записку.
- Так сколько имен можно писать?
Смотрят на меня с удивлением. Пожимают плечами.
- Если вам еще надо, вот вам еще, - протягивают еще бумажку.
- Ну нет, - думаю, - хитрые православные вымогатели, - не вытяните у меня дополнительную деньгу за еще одну записку.
Пошел писать в сторонку. Написал, сколько влезло.
А для меня это всегда проблема. Этого напишешь, а того не напишешь, а еще этого, и этого.. Ладно, этого не буду, а того напишу...
Для меня это тяжелое испытание - записочки писать. Если есть тезоименитый или приснопоминаемый, то понятно кого, а если еще не больше 10 имен, то вот его и еще самых близких и родных. А когда вот так, пиши сколько хочешь... Мне это не просто.
Ну хорошо, написал, возвращаюсь к свечному, даю записку, она берет ее и убирает в какой-то ящик, а сама ко мне не возвращается, а какие-то бумажки перебирает в дальнем углу.
Я говорю:
- Э! Ау!
Она оборачивается ко мне и молчит.
я ей:
- А денег-то сколько?
А она мне по-грузински чего-то.
- Вот непутевая, - думаю. А это была не та, которая мне бумажку давала и по-русски говорила, пишите сколько хотите имен. Наверное,, она решила, что я той. предыдущей уже заплатил. И поэтому я снова:
- Денег-то сколько нужно? Я еще не платил за записку.
А она мне снова по-грузински чего-то.
Тут приходит та тетенька, которая по-русски говорит:
- Что случилось? Чем Вам помочь - приветливая, главное, я сразу понял, что не к добру.
Я говорю:
- Я записку подал. Двойную. О упокоении и О здравии. А денег-то Вы с меня не взяли.
И тут внимание:
- Каких денег?
- За записку. Сколько записка стоит?
- Нисколько, - говорит. И еще раз, - Нисколько. Вон, поднос для пожертвований, положите, сколько хотите.
А там на подносе смотрю, одни копейки лежат, ну по-ихнему тетри. Ни одной даже монетки 1 лари нету.
Я расчувствовался, достаю бумажку 10 лари, это примерно 330 рублей, кладу на поднос. Хочу уходить. А она мне, вы только представьте, ни разу в жизни ни в одном православном храме таких вопросов мне не задавали:
- А Вам сдачи сколько дать?
Махнул рукой, вышел на воздух, аж слеза у меня из глаза.
Потом вернулся, как причастие началось, огляделся.
Храмик старенький. Стены закопченные и облупленные. Иконочки дешевенькие. Снаружи тоже штукатурка сыплется.
Эх, что тут скажешь...

Говорят, один батюшка прозорливый рисует.

Тут мне сказали:
- Илья Ароныч, перестаньте называть себя блогером. Это как-то мелко. Вы не блогер. Вы писатель, Церковный просветитель и мыслитель.
- И что? Так себя и называть:
"Очень приятно, писатель, Церковный просветитель и мыслитель Забежинский"?
Постоял. Помолчал.
- Погодите, - говорю, - а где же слово "Великий"?

Не плачьте обо мне - я проживу
счастливой нищей, доброй каторжанкой,
озябшею на севере южанкой,
чахоточной да злой петербуржанкой
на малярийном юге проживу.

Не плачьте обо мне - я проживу
той хромоножкой, вышедшей на паперть,
тем пьяницей, поникнувшим на скатерть,
и этим, что малюет Божью Матерь,
убогим богомазом проживу.

Не плачьте обо мне - я проживу
той грамоте наученной девчонкой,
которая в грядущести нечёткой
мои стихи, моей рыжея чёлкой,
как дура будет знать. Я проживу.

Не плачьте обо мне - я проживу
сестры помилосердней милосердной,
в военной бесшабашности предсмертной,
да под звездой моею и пресветлой
уж как-нибудь, а всё ж я проживу.
Белла Ахмадулина

- Как Вы можете любить профессора Осипова. ведь он за войну?
- Как Вы можете продолжать дружить с теми, кто за войну?
- Почему Вы до сих пор не исключили из списка общения родственников, которые за войну?
- Почему Вы до сих пор не забанили тех, кто за войну?
Ну да, продолжаю любить, не исключил, общаюсь, не забанил.
Хотя сам понаписал против режима и против войны на 10 раз по 10 лет тюремного заключения и еще по 100 раз по 3 года. И даже от страха сбежал за границу. Чтобы дальше писать и не бояться.
Но все равно, это ж люди, кусок жизни, мой мир, я люблю их.
Предлагаете не любить?
Блажен, кто может разлюбить, легко ему на свете.
А мне, знаете. мне даже не хочется их разлюбливать.
Ну да, я могу сердиться, могу злиться, могу ругаться.
Но все равно любить.
Мне жалко их потерять. И совершенно не хочется их ненавидеть.
Я вот Путина ругаю, а у меня ненависти нет.
Я, вообще, не знаю, к кому у меня должна быть ненависть.
Мне много раз читатели писали, требовали от меня ненависти к дяде Толе, алкоголику, который бил маму, ну и ко мне маленькому не очень хорошо относился.
Я копаюсь и не нахожу.
Может, мне повезло, и мен лично никто ничего плохого не делал? Ну такого, чтобы ненавидеть? А то бы я обязательно ненавидел?
Господь нас от ненависти отворачивает, отваживает, запрещает нам ненависть к человеку. Не к явления, не к злу, а к человеку, пусть даже носителю зла.
Гнев и ненависть под запретом.
Гневаюсь я часто, но как-то отходчиво. Могу зла кому-то желать. Даже смерти. В душе. Никому не признаваясь.
Понимаю, что это дурно.
Заповеди Божьи, вот это великая наша удача, что они есть. Спасибо нашему Богу за заповеди.
Они многое ставят на свои места.
Вот есть в тебе яркое недоброе чувство. Или желание что-то дурное сделать. Но они совершенно расходятся с заповедями. И пускай ты даже позволяешь этому чувству в себе развиться. И даже совершить то дурное, что не надо было совершать.
Но вот этот голос Божий, он не дает тебе покоя. Он тебя обличает, он требует от тебя исправления, по сути перемены ума, покаяния. Можно даже под епитрахиль не идти, покаяние совершается под вот этим неотменимым голосом правды Божией.
А Господь говорит о любви. О любви, понимаете. О любви ко всем.
Я как-то писал, что я нашел способ любить неправых. Любить злых даже.
Этот путь - жалеть.
Потому что в мире, где Бог всесилен и каждую слезу утрет, если мы в это, конечно же, верим. В этом мире, зла человеку нанести никто не может. Ну настоящего онтологического зла. Даже убийство, даже страдания, невыносимые причиняемые одним человеком другому при жизни страдания, Божественной Любовью превращаются в свою противоположность. То есть человека страдающего от другого человека, все равно ждут Божественные радость и любовь.
А в действительности, страдает, мучает себя, причиняет зло самому себе, настоящее зло самому себе, а не другим, именно тот, кто сознательно приносит страдания другим. Это, кстати, тоже из мыслей профессора Осипова. Ну того, старого, когдатошнего профессора Осипова, у которого я учился.
Что беда не в том, что на войне люди умирают. они вообще умирают и когда-нибудь все умрут, здешней, земной смертью. А беда в том, что на войне люди убивают, смерть на войне - это проблема и беда тех, кто убивает.
Поэтому жалеть естественно хочется тех, кто страдает от убийств, от ран, от насилия, от разрушений, от гонений.
Но те, кто разрушают, убивают, калечат и гонят, достойны не меньшей жалости. Просто как люди.
Людей вообще жалко. Всех без разбора. И хороших и злых. Злых часто даже жальче. Поддерживающих зло жалко ужасно.
Если людей не жалеть, то как и жить?
Если всех-всех-всех людей не жалеть, то как и жить?

Помогите церковному писателю в честь праздника Сретения.
+7-921-645-96-07

В Церкви Христовой есть явление. Имя ему отец Андрей Кураев . У него сегодня День рождения.
Поздравляем.
На его книгах мы просвещались, узнавали о православии без шелухи. Не одно поколение выросло и продолжает расти "на Кураеве".
Случилось так, что свобода обсуждения ушла из церковной жизни, ушла из соборов и водворилась на церковных "кухнях". И вот отцу Андрею пришло время уже не с книжками, а с мечом свободного слова выйти на поганые отрасли, пытающиеся затмить собою истинную Церковную лозу. Неблагодарная работа, тем более спасибо отцу Андрею за неё.
Кураева читают все. Публично ругают. На церковных "кухнях" обсуждают. Соглашаются. Потому что если правда, то куда попрешь против правды.
Главная аудитория Кураева - священство, и столичное и провинциальное. Патриарха так не читают, как Кураева. Впрочем, и на официальные патриархийные сайты тоже переходят по кураевским ссылкам.
В Тверской глубинке товарищ представил меня сельскому батюшке, как церковного публициста. Батюшка погладил широкую бороду до пупа и сказал:
- Кураева знаю, читаю регулярно, а вот про Вас не слышал пока.
Я бы не сильно переборщил, если бы сказал, что он равноапостольный.
Уже заслужил.
Дай Бог, чтобы не мученик.
Когда-то митрополит Филипп вразумлял зарвавшегося в своей безумной гордыне государя, теперь Кураеву приходится смирять не видящие берегов церковные власти.
Храни Вас Бог, отец Андрей!

- Вот, возлюбленные братья и сестры, некоторые спрашивают, кто же с кем встретился однажды на Сретение? Встретились однажды в Храме старец Симеон и пророчица Анна...

Вышла беседа на канале "Ночной Ароныч" со священником Alexander Zanemonets.
Об украинских беженцах, Александре Мене и бомбежках в Иерусалиме.
Говорили долго, потому что было очень интересно.
https://youtu.be/sC4paWiE4oY

ЗДЕСЬ ВЫ МОЖЕТЕ ПРОЧИТАТЬ ТЕКСТ БЕСЕДЫ
А вот вам эксперимент.
Не видео, а полная расшифровка беседы с отцом Андреем Кураевым о католиках и перспективах объединения церквей.
Для тех, кто любит читать, а не слушать и смотреть.
Если пойдет, и вы поддержите (а работы по расшифровке и литературному редактированию требуют оплаты) буду расшифровывать и выкладывать и другие беседы с интересными людьми.
Ссылка на текст и реквизиты ниже