Forwarded from все останутся, а я умру.
Снова эти недостижимые стандарты для женщин!
👍3
Тут у Даши суперская статья ещё в начале месяца вышла.
Если вы давно хотели разобраться, как работают примерно все политические акции, которые не пикет/шествие/митинг - то эта статья для вас.
Когда это было можно, мы с Дашей успели поучаствовать во многих акциях, да и организовать тоже много чего успели. Мне близки очень многие определения, которые даны в статье по поводу арт-активистского движа.
Если вы давно хотели разобраться, как работают примерно все политические акции, которые не пикет/шествие/митинг - то эта статья для вас.
Когда это было можно, мы с Дашей успели поучаствовать во многих акциях, да и организовать тоже много чего успели. Мне близки очень многие определения, которые даны в статье по поводу арт-активистского движа.
Вёрстка
Счет антивоенных акций в России идёт на сотни - Вёрстка
Художница Дарья Апахончич рассказывает о том, что общего у художественного произведения и политического протеста.
❤1
Выскажу непопулярное (хотя надеюсь, что всё же популярное) мнение: если постоянно поливать говном разных хороших русских, то вы от этого не станете более хорошим русским.
Я понимаю, что не все эмоционально готовы пережить некоторые позиции, которые высказываются в ряде европейских стран, потому что нас в принципе к такому жизнь не готовила.
И я понимаю, что нам нужно давать друг другу очень много супервизии (читай - срачей в интернете), чтобы иметь возможность вырабатывать этические позиции.
Но блять.
Мне кажется, чтобы развиваться и проживать жесть, на другом конце выборки методологий как будто должно быть что-то ещё, вроде выработки самосознания и взаимоподдержки.
Я понимаю, что не все эмоционально готовы пережить некоторые позиции, которые высказываются в ряде европейских стран, потому что нас в принципе к такому жизнь не готовила.
И я понимаю, что нам нужно давать друг другу очень много супервизии (читай - срачей в интернете), чтобы иметь возможность вырабатывать этические позиции.
Но блять.
Мне кажется, чтобы развиваться и проживать жесть, на другом конце выборки методологий как будто должно быть что-то ещё, вроде выработки самосознания и взаимоподдержки.
👍3👎2
Не могу радоваться никаким смертям
Не хочу радоваться никаким смертям
Не получается радоваться никаким смертям
Не хочу радоваться никаким смертям
Не получается радоваться никаким смертям
👍5
Forwarded from Плетнев
Хотел бы напомнить, что мы до войны были в довольно понятном консенсусе, что Россия должна стать правовым демократическим государством, где закон и правосудие должны стать не пустым звуком.
Где каждый имеет право на честный и справедливый суд.
Где жизнь человека — не пустой звук.
После 24 февраля эта концепция никак не меняется — мы с еще большей силой должны добиваться того, чтобы жизнь каждого человека оставалась не пустым звуком, не цифрой в статистике, не просто одним из свидетельств о смерти в районном отделении ЗАГСа.
Когда такое забывается, лишь смерть неприятного человека, может возобновить эту дискуссию. Её ведение — хорошо, оно вскрыло большую проблему, которая могла вскрыться в наиболее проблемный момент для нашей страны.
Перед нами дилемма: или мы последовательно продолжаем добиваться новой России, построенном на гуманизме, или же для нас приемлем сценарий завершения одной войны (межгосударственной) другой войной (гражданской).
Действуя и мысля иначе, мы уподобляемся нашим врагам. Истинным врагам России.
Где каждый имеет право на честный и справедливый суд.
Где жизнь человека — не пустой звук.
После 24 февраля эта концепция никак не меняется — мы с еще большей силой должны добиваться того, чтобы жизнь каждого человека оставалась не пустым звуком, не цифрой в статистике, не просто одним из свидетельств о смерти в районном отделении ЗАГСа.
Когда такое забывается, лишь смерть неприятного человека, может возобновить эту дискуссию. Её ведение — хорошо, оно вскрыло большую проблему, которая могла вскрыться в наиболее проблемный момент для нашей страны.
Перед нами дилемма: или мы последовательно продолжаем добиваться новой России, построенном на гуманизме, или же для нас приемлем сценарий завершения одной войны (межгосударственной) другой войной (гражданской).
Действуя и мысля иначе, мы уподобляемся нашим врагам. Истинным врагам России.
Конъюнкция и(или) дизъюнкция
Channel name was changed to «Конъюнкция и(или) дизъюнкция»
Ребрендинг, друзья
👍3🔥1
Forwarded from злая защитница
Я просто девчонка, которая хочет вернуться во времена, когда был написан заголовок «ЛГБТ-активист был задержан на Невском при попытке лечь в гроб за нарушение миграционного законодательства»
❤5
Впервые за семь лет не принимаю участие в массовых протестах. Испытываю физическую боль.
Forwarded from Плетнев
Друзья, я понимаю ваши эмоции, но
Если вы находитесь в России, имейте в виду, что действия по подрыву Крымского моста скорее всего будут признаны терактом.
Поэтому одобрительные комментарии могут быть квалифицированы как оправдание терроризма (ч.2 ст. 205² УК РФ)
Берегите себя
Если вы находитесь в России, имейте в виду, что действия по подрыву Крымского моста скорее всего будут признаны терактом.
Поэтому одобрительные комментарии могут быть квалифицированы как оправдание терроризма (ч.2 ст. 205² УК РФ)
Берегите себя
Forwarded from злая защитница
Разревелась, пока писала жалобу в ЕСПЧ по одному из своих любимых дел — по иску великой Марины Чупраковой, которую задержали за пикет в 2020 году (еще против поправок к Конституции) и держали в холодном автобусе, где у нее обострился пиелонефрит. Когда сотрудники после очередной просьбы не выпустили Марину в туалет, она просто воспользовалась ведром, которое нашла прямо в полицейском автобусе, что было, как мне кажется, не только абсолютно вынужденным решением, но еще и невероятно свободным поступком.
Мы потом долго-долго судились с Мариной вплоть до Верховного Суда, оспаривая незаконность действий полиции, но, конечно, всё закончилось тем, что действия полиции были признаны хорошими и правильными, потому что Марину «доставили к отделу полиции законно, но вообще-то не доставляли».
И вот сейчас я сижу в куче распечаток этого дела (два тома!) и плачу про нашу жизнь при «старом добром зле», когда я понимала, кто я и зачем, понимала, как жить в этом вечном гибридном авторитарном пиздеце (который вне моего правозащитного пузыря массово игнорировали и отрицали), умела орать на ментов и открывать ногой двери в суд, понимала, как бороться, как помочь моим подзащитным (каждого и каждую из которых я помню и люблю — и храню память о каждом их жесте сопротивления, который стал моим судебным делом).
И вот теперь на фоне полномасштабной войны, — против которой я, наоборот, совсем не понимаю, что я могу осмысленного и полезного, хотя всё, что я делаю с 24 февраля, и связано исключительно с войной и чем-то вокруг нее, — вся эта наша гибридно-авторитарная бесправная довоенная история стала просто последней осмысленной (а значит, счастливой) страницей жизни.
Мы потом долго-долго судились с Мариной вплоть до Верховного Суда, оспаривая незаконность действий полиции, но, конечно, всё закончилось тем, что действия полиции были признаны хорошими и правильными, потому что Марину «доставили к отделу полиции законно, но вообще-то не доставляли».
И вот сейчас я сижу в куче распечаток этого дела (два тома!) и плачу про нашу жизнь при «старом добром зле», когда я понимала, кто я и зачем, понимала, как жить в этом вечном гибридном авторитарном пиздеце (который вне моего правозащитного пузыря массово игнорировали и отрицали), умела орать на ментов и открывать ногой двери в суд, понимала, как бороться, как помочь моим подзащитным (каждого и каждую из которых я помню и люблю — и храню память о каждом их жесте сопротивления, который стал моим судебным делом).
И вот теперь на фоне полномасштабной войны, — против которой я, наоборот, совсем не понимаю, что я могу осмысленного и полезного, хотя всё, что я делаю с 24 февраля, и связано исключительно с войной и чем-то вокруг нее, — вся эта наша гибридно-авторитарная бесправная довоенная история стала просто последней осмысленной (а значит, счастливой) страницей жизни.
🔥4❤1