Forwarded from DJ - не диджей а CJ это кто
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Когда выпил ЛСД:
Деревня Гаргамелевка — это абсолютная квинтэссенция гниющего мира, забытая даже теми бактериями, что обычно разлагают остатки здравого смысла.
Я сидел на покосившейся, провонявшей сыростью телеге, доверху груженной помидорами. Красный сок стекал по моим пальцам, пока я методично, один за другим, отправлял их в рот, безразлично наблюдая за тем, как на трухлявых досках рядом со мной бьётся в агонии мой серверный некрокал. Его кулер издавал жалкие предсмертные хрипы, задыхаясь от пыли и собственной ничтожности. Я пытался накатить на это древнее убожество Debian Tesling.
Прогресс-бар замер на распаковке пакетов, зависнув над бездной системных ошибок. И именно в этот момент появились они.
Крендели.
Мои заклятые враги. Местная антропоморфная фауна, чье само существование заставляет меня ежедневно сомневаться в адекватности теории эволюции. Они вывалились из-за угла покосившегося сарая, шаркая ногами по грязи, и уставились на меня своими пустыми, рыбьими глазами.
Я закинул в рот очередной черри, с хрустом прокусив упругую кожицу.
Эти «крендели» со временем только продолжают деградировать. Не то что бы я был удивлён — иного от них ожидать было физически невозможно. Но когда один из них, пуская слюни и мыча что-то нечленораздельное про то, что это их телега, потянул свои грязные, покрытые струпьями отростки прямо к открытому корпусу моего некрокала... Однако, такой высокой степени деградации не ожидал даже я. Он, видимо, принял мигающий светодиод сетевой карты за божественное откровение и решил причаститься.
— Убери свои культяпки от железа, ошибка генофонда, — процедил я, тяжело вздохнув.
Крендель отшатнулся, издав звук, похожий на сдувающуюся шину, но остальные начали надвигаться, агрессивно размахивая вилами и граблями. Им явно не нравилось, что я хаваю их урожай, превращая их рабочее место в серверную стойку.
Я смотрел на их перекошенные лица, слушал натужный вой умирающего процессора и чувствовал лишь всепоглощающую усталость. Этот гниющий мир вокруг Гаргамелевки всё глубже поглощается в свои выделения, захлёбываясь ими, прямо как мой унитаз после этих самых помидоров черри.
Консоль на мониторе мигнула и выплюнула «Kernel panic». Я раздавил в руке последний помидор, брезгливо вытер красную жижу о штаны и потянулся за монтировкой. Установка Debian откладывалась. Пришло время чистить кэш этого мира от мусора.
Я сидел на покосившейся, провонявшей сыростью телеге, доверху груженной помидорами. Красный сок стекал по моим пальцам, пока я методично, один за другим, отправлял их в рот, безразлично наблюдая за тем, как на трухлявых досках рядом со мной бьётся в агонии мой серверный некрокал. Его кулер издавал жалкие предсмертные хрипы, задыхаясь от пыли и собственной ничтожности. Я пытался накатить на это древнее убожество Debian Tesling.
Прогресс-бар замер на распаковке пакетов, зависнув над бездной системных ошибок. И именно в этот момент появились они.
Крендели.
Мои заклятые враги. Местная антропоморфная фауна, чье само существование заставляет меня ежедневно сомневаться в адекватности теории эволюции. Они вывалились из-за угла покосившегося сарая, шаркая ногами по грязи, и уставились на меня своими пустыми, рыбьими глазами.
Я закинул в рот очередной черри, с хрустом прокусив упругую кожицу.
Эти «крендели» со временем только продолжают деградировать. Не то что бы я был удивлён — иного от них ожидать было физически невозможно. Но когда один из них, пуская слюни и мыча что-то нечленораздельное про то, что это их телега, потянул свои грязные, покрытые струпьями отростки прямо к открытому корпусу моего некрокала... Однако, такой высокой степени деградации не ожидал даже я. Он, видимо, принял мигающий светодиод сетевой карты за божественное откровение и решил причаститься.
— Убери свои культяпки от железа, ошибка генофонда, — процедил я, тяжело вздохнув.
Крендель отшатнулся, издав звук, похожий на сдувающуюся шину, но остальные начали надвигаться, агрессивно размахивая вилами и граблями. Им явно не нравилось, что я хаваю их урожай, превращая их рабочее место в серверную стойку.
Я смотрел на их перекошенные лица, слушал натужный вой умирающего процессора и чувствовал лишь всепоглощающую усталость. Этот гниющий мир вокруг Гаргамелевки всё глубже поглощается в свои выделения, захлёбываясь ими, прямо как мой унитаз после этих самых помидоров черри.
Консоль на мониторе мигнула и выплюнула «Kernel panic». Я раздавил в руке последний помидор, брезгливо вытер красную жижу о штаны и потянулся за монтировкой. Установка Debian откладывалась. Пришло время чистить кэш этого мира от мусора.