Кредиторы поручителя тоже могут заявлять о применение срока исковой давности, даже если они не являются непосредственными сторонами спора.
Также СКЭС Верховного суда напомнила судам, что нужно устанавливать за что конкретно поручился поручитель и какой срок действия поручительства установлен.
Определение от 30.03.2022 г. по делу № А51-12753/2020, № 303-ЭС21-25594
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2103400
Российский Поставщик и китайский Покупатель заключили контракт, по условиям которого Поставщик обязался продать, а Покупатель – приобрести пиловочные брёвна и пиломатериалы на 82 млн.$. Поставки должны были быть осуществится с 2011 по 2014 год, срок действия контракта был установлен до конца сентября 2017 года. Покупатель перевёл 3,98 млн.$, тогда как Поставщик поставило товар на сумму 2,11 млн.$.
Затем Покупатель и Поручитель заключили договор поручительства к контракту, по условиям которого Поручитель обязался отвечать перед Покупателем за исполнение Поставщиком обязательств по контракту.
По акту сверки на конец июля 2019 г. Поставщика перед Покупателем составила 1,87 млн.$. Покупатель потребовал вернуть задолженность, но не получил ответа. Тогда Покупатель направил претензию Поручителю с требованием об исполнении обязательства. Это требование также осталось без удовлетворения. В 2020 г. в отношении Поручителя была введена процедура наблюдения.
Покупатель обратился в АС Приморского края с иском к Поручителю взыскании 1,87 млн. $. Суд удовлетворил иск, посчитав доказанным наличие на стороне Поставщика неосновательного обогащения. Также суд принял во внимание, что Поставщик подтвердил обоснованность заявленного требования, отметив, что договором поручительства предусмотрена солидарная ответственность Поставщика и Поручителя.
Заявление третьих лиц – Банка и ИП (кредиторов Поручителя) о применении исковой давности при новом рассмотрении дела апелляционный суд, отклонил, указав, что правом на такое заявление наделены только стороны спора, тогда как кредиторы ответчика к их числу не относятся. Окружной суд согласился с апелляционным.
СКЭС Верховного Суда отправила спор на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав на то, что не учли суды:
1) срок действия поручительства относится к существенным обстоятельствам, имеющим значение для разрешения спора о присуждении задолженности с Поручителя, в связи с чем данный вопрос подлежит выяснению судами вне зависимости от доводов сторон, а требование к поручителю, предъявленное за пределами установленных сроков, удовлетворению не подлежит ввиду прекращения поручительства;
2) суды приняли решение о взыскании задолженности с Поручителя без выяснения вопроса о том, действовало ли поручительство на момент обращения Покупателя за судебной защитой, не установили дату исполнения обязательства по поставке леса по контракту, за что поручался Поручитель;
3) ошибочным является вывод судов об отсутствии у кредиторов должника права на заявление ходатайства об истечении срока исковой давности при оспаривании судебных актов (п. 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35);
4) возможность обжалования соответствующего судебного акта, в частности, предусмотрена и для кредиторов находящегося в процедуре банкротства должника, полагающих, что судебный акт о взыскании долга нарушает их права и законные интересы (п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63);
5) возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со ст. 71 или 100 Закона № 127-ФЗ (п. 14 Постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29),
конкурсные кредиторы, обратившиеся с соответствующей жалобой, не лишены возможности реализовать свои права как лица, участвующие в деле о банкротстве, в полном объеме, в том числе заявлять о пропуске срока исковой давности.
#поручительство #срокдавности
Также СКЭС Верховного суда напомнила судам, что нужно устанавливать за что конкретно поручился поручитель и какой срок действия поручительства установлен.
Определение от 30.03.2022 г. по делу № А51-12753/2020, № 303-ЭС21-25594
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2103400
Российский Поставщик и китайский Покупатель заключили контракт, по условиям которого Поставщик обязался продать, а Покупатель – приобрести пиловочные брёвна и пиломатериалы на 82 млн.$. Поставки должны были быть осуществится с 2011 по 2014 год, срок действия контракта был установлен до конца сентября 2017 года. Покупатель перевёл 3,98 млн.$, тогда как Поставщик поставило товар на сумму 2,11 млн.$.
Затем Покупатель и Поручитель заключили договор поручительства к контракту, по условиям которого Поручитель обязался отвечать перед Покупателем за исполнение Поставщиком обязательств по контракту.
По акту сверки на конец июля 2019 г. Поставщика перед Покупателем составила 1,87 млн.$. Покупатель потребовал вернуть задолженность, но не получил ответа. Тогда Покупатель направил претензию Поручителю с требованием об исполнении обязательства. Это требование также осталось без удовлетворения. В 2020 г. в отношении Поручителя была введена процедура наблюдения.
Покупатель обратился в АС Приморского края с иском к Поручителю взыскании 1,87 млн. $. Суд удовлетворил иск, посчитав доказанным наличие на стороне Поставщика неосновательного обогащения. Также суд принял во внимание, что Поставщик подтвердил обоснованность заявленного требования, отметив, что договором поручительства предусмотрена солидарная ответственность Поставщика и Поручителя.
Заявление третьих лиц – Банка и ИП (кредиторов Поручителя) о применении исковой давности при новом рассмотрении дела апелляционный суд, отклонил, указав, что правом на такое заявление наделены только стороны спора, тогда как кредиторы ответчика к их числу не относятся. Окружной суд согласился с апелляционным.
СКЭС Верховного Суда отправила спор на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав на то, что не учли суды:
1) срок действия поручительства относится к существенным обстоятельствам, имеющим значение для разрешения спора о присуждении задолженности с Поручителя, в связи с чем данный вопрос подлежит выяснению судами вне зависимости от доводов сторон, а требование к поручителю, предъявленное за пределами установленных сроков, удовлетворению не подлежит ввиду прекращения поручительства;
2) суды приняли решение о взыскании задолженности с Поручителя без выяснения вопроса о том, действовало ли поручительство на момент обращения Покупателя за судебной защитой, не установили дату исполнения обязательства по поставке леса по контракту, за что поручался Поручитель;
3) ошибочным является вывод судов об отсутствии у кредиторов должника права на заявление ходатайства об истечении срока исковой давности при оспаривании судебных актов (п. 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35);
4) возможность обжалования соответствующего судебного акта, в частности, предусмотрена и для кредиторов находящегося в процедуре банкротства должника, полагающих, что судебный акт о взыскании долга нарушает их права и законные интересы (п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63);
5) возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со ст. 71 или 100 Закона № 127-ФЗ (п. 14 Постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29),
конкурсные кредиторы, обратившиеся с соответствующей жалобой, не лишены возможности реализовать свои права как лица, участвующие в деле о банкротстве, в полном объеме, в том числе заявлять о пропуске срока исковой давности.
#поручительство #срокдавности
👍8
Лизингополучатель не должен дважды возмещать одни и те же издержки, в т.ч. и налог на прибыль. СКЭС Верховного Суда, разбираясь в лизинговом споре, напомнила об установленном способе расчёта налога на прибыль и о об императивных нормах закона.
Определение от 30.03.2022 г. по делу №А40-155376/2020, № 305-ЭС21-20354
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2089988
Лизингодатель и Обществом заключили договор лизинга, объектом которого стали 6 тягачей IVECO. Стоимость приобретения каждого тягача составила 6,39 млн. рублей, а общая сумма лизинговых платежей ¬¬– 45,919 млн. рублей.
Предмет лизинга был застрахован по договору КАСКО, страхователь –Общество, выгодоприобретатель – Лизингодатель. Договор предусматривал, что в случае, если полученное страховое возмещение, за вычетом налога на прибыль, превышает сумму закрытия договора, увеличенную на подлежащую уплате задолженность Общество по текущим лизинговым и иным платежам и неустойкам, Лизингодатель выплачивает Обществу сумму такого превышения после получения страхового возмещения.
Один тягач был поврежден, что привело к его конструктивной гибели. Страховая выплатила возмещение в размере 4,744 млн. рублей. Лизингодатель произвел расчёт и установил превышение закрытия договора лизинга в размере 1,058 млн. руб.: (страховое возмещение) минус (налог на прибыль) минус (сумма закрытия договора).
Общество не согласилось с таким расчётом, посчитав включение 949 тыс. руб. налога на прибыль излишнем. Лизингодатель направил Обществу проект соглашения о частичном закрытии договора, который Общество не подписало, но 1,058 млн. руб. были перечислены Обществу.
Затем Общество обратилось в арбитражный суд с требованиями о взыскании 949 тыс. руб. неосновательного обогащения, указав на то, что в расчет завершающей обязанности Лизингодателем необоснованно включен налог на прибыль организаций.
Суд отказал в удовлетворении иска, исходя из того, что расчет завершающей обязанности правомерно произведен Лизингодателем на основании согласованных сторонами условий договора лизинга. Лизингодатель получил доход в виде страхового возмещения, который является внереализационным доходом, в связи с чем возлагается обязанность по уплате налога, исходя из суммы полученного страхового возмещения, и данная сумма, согласно договору, подлежала удержанию Лизингодателем.
Апелляционный и Окружной суды и оставили судебный акт без изменений.
СКЭС Верховного Суда отправила спор на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав на то, что не учли суды:
1) издержки лизингодателя, связанные с исполнением договора, не упомянутые в ст. 28 Закона о лизинге, покрываются за счет вознаграждения лизингодателя (платы за финансирование), если иное не следует из условий договора, определяющих структуру лизинговых платежей;
2) по общему правилу издержки лизингодателя, возникающие в связи с необходимостью уплаты налога при получении прибыли от исполнения договора лизинга, учитываются при определении входящей в состав лизинговых платежей платы за финансирование и не требуют дополнительной компенсации со стороны лизингополучателя;
3) утрата предмета лизинга по смыслу ст. 416 ГК и ст. 22 Закона о лизинге не влечет автоматического прекращения обязательств с учетом возложения на лизингополучателя риска случайной гибели предмета лизинга, но стороны вправе потребовать исполнения завершающей договорной обязанности, в этом случае сумма полученного лизингодателем страхового возмещения идет в зачёт требований лизингодателя (ст. 21 Закона о лизинге, п. 7 Пост. Пл. ВАС РФ от 14.03.2014 № 17);
4) договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части (ст.168, ст.422 ГК, п. 74 Пост. Пл. ВС РФ от 23.06.2015 № 25);
5) исчислив налога на прибыль со всей суммы страхового возмещения, Лизингодатель по сути произвёл налогообложение дохода, а не финансового результата (прибыли) от исполнения договора, но в данном случае объектом налогообложения является именно прибыль (ст. 247 НК).
#договорлизинга #налогнаприбыль
Определение от 30.03.2022 г. по делу №А40-155376/2020, № 305-ЭС21-20354
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2089988
Лизингодатель и Обществом заключили договор лизинга, объектом которого стали 6 тягачей IVECO. Стоимость приобретения каждого тягача составила 6,39 млн. рублей, а общая сумма лизинговых платежей ¬¬– 45,919 млн. рублей.
Предмет лизинга был застрахован по договору КАСКО, страхователь –Общество, выгодоприобретатель – Лизингодатель. Договор предусматривал, что в случае, если полученное страховое возмещение, за вычетом налога на прибыль, превышает сумму закрытия договора, увеличенную на подлежащую уплате задолженность Общество по текущим лизинговым и иным платежам и неустойкам, Лизингодатель выплачивает Обществу сумму такого превышения после получения страхового возмещения.
Один тягач был поврежден, что привело к его конструктивной гибели. Страховая выплатила возмещение в размере 4,744 млн. рублей. Лизингодатель произвел расчёт и установил превышение закрытия договора лизинга в размере 1,058 млн. руб.: (страховое возмещение) минус (налог на прибыль) минус (сумма закрытия договора).
Общество не согласилось с таким расчётом, посчитав включение 949 тыс. руб. налога на прибыль излишнем. Лизингодатель направил Обществу проект соглашения о частичном закрытии договора, который Общество не подписало, но 1,058 млн. руб. были перечислены Обществу.
Затем Общество обратилось в арбитражный суд с требованиями о взыскании 949 тыс. руб. неосновательного обогащения, указав на то, что в расчет завершающей обязанности Лизингодателем необоснованно включен налог на прибыль организаций.
Суд отказал в удовлетворении иска, исходя из того, что расчет завершающей обязанности правомерно произведен Лизингодателем на основании согласованных сторонами условий договора лизинга. Лизингодатель получил доход в виде страхового возмещения, который является внереализационным доходом, в связи с чем возлагается обязанность по уплате налога, исходя из суммы полученного страхового возмещения, и данная сумма, согласно договору, подлежала удержанию Лизингодателем.
Апелляционный и Окружной суды и оставили судебный акт без изменений.
СКЭС Верховного Суда отправила спор на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав на то, что не учли суды:
1) издержки лизингодателя, связанные с исполнением договора, не упомянутые в ст. 28 Закона о лизинге, покрываются за счет вознаграждения лизингодателя (платы за финансирование), если иное не следует из условий договора, определяющих структуру лизинговых платежей;
2) по общему правилу издержки лизингодателя, возникающие в связи с необходимостью уплаты налога при получении прибыли от исполнения договора лизинга, учитываются при определении входящей в состав лизинговых платежей платы за финансирование и не требуют дополнительной компенсации со стороны лизингополучателя;
3) утрата предмета лизинга по смыслу ст. 416 ГК и ст. 22 Закона о лизинге не влечет автоматического прекращения обязательств с учетом возложения на лизингополучателя риска случайной гибели предмета лизинга, но стороны вправе потребовать исполнения завершающей договорной обязанности, в этом случае сумма полученного лизингодателем страхового возмещения идет в зачёт требований лизингодателя (ст. 21 Закона о лизинге, п. 7 Пост. Пл. ВАС РФ от 14.03.2014 № 17);
4) договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части (ст.168, ст.422 ГК, п. 74 Пост. Пл. ВС РФ от 23.06.2015 № 25);
5) исчислив налога на прибыль со всей суммы страхового возмещения, Лизингодатель по сути произвёл налогообложение дохода, а не финансового результата (прибыли) от исполнения договора, но в данном случае объектом налогообложения является именно прибыль (ст. 247 НК).
#договорлизинга #налогнаприбыль
👍7
Пенсионное право Верховным судом РФ исключено из сферы гражданского права (пенсионные правоотношения граждан с ПФР не регулируются гражданским законодательством).
Из судебных решений по делу о компенсациях за незаконный отказ ПФР в назначении досрочной страховой пенсии:
Из решения Мытищинского городского суда. Дело № 2-350/2018 (2-6068/2017;) ~ М-5440/2017 :
1. «Из материалов дела следует, что 15.12.2014 года ФИО обратилась в Управление Пенсионного фонда с заявлением о назначении досрочной трудовой пенсии. Однако ей было отказано в назначении льготной пенсии».
2. «Суд обязал ГУ-ГУ ПФР № 6 по г. Москве и Московской области назначить ФИО досрочно трудовую пенсию по старости с 15.12.2014 года».
Из решения Московского областного апелляционного суда. Дело № 33-17801/2018 :
1. «Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО 15 декабря 2014 года обратилась в пенсионный орган за назначением досрочной трудовой пенсии по старости в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения».
2. «Решением комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан в назначении пенсии было отказано за отсутствием требуемого стажа».
3. «С решением ФИО не согласилась и обратилась в суд».
4. «Суд обязал ответчика назначить ФИО досрочную трудовую пенсию по старости с 15 декабря 2014 года».
В этой части решения суд честно и недвусмысленно констатирует, что ПФР нарушил пенсионное законодательство - незаконно отказал в назначении страховой (трудовой досрочной) пенсии по старости.
А дальнейшая логика суда не поддается здравому смыслу и носит признаки биполярного расстройства - суд отказывает в компенсации вреда за незаконный отказ в пенсии по причине того, что пенсионный орган, незаконно отказав в пенсии, осуществлял свои полномочия (публично-властные) и мои отношения с ПФР не являются гражданскими правоотношениями.
Решение Мытищинского городского суда. Дело № 2-350/2018 (2-6068/2017;) ~ М-5440/2017 :
"Таким образом, поскольку правоотношения сторон возникли в связи с осуществлением пенсионным органом публично-властных полномочий, не основанных на равенстве прав и обязанностей их участников, исходя из положений статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, эти отношения не регулируются нормами гражданского законодательства."
Из решения Московского апелляционного областного суда. Дело № 33-17801/2018 :
"Как следует из пункта 1 статьи 2 ГК РФ, гражданское законодательство регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.
Согласно пункту 3 статьи 2 ГК РФ к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством.
Таким образом, положения ГК РФ, в частности статья 15 о возмещении убытков и статья 151 о компенсации морального вреда, не могут быть применены к регулированию отношений по назначению пенсии.
Поскольку правоотношения сторон возникли в связи с осуществлением пенсионным органом публично-властных полномочий, не основанных на равенстве прав и обязанностей их участников, исходя из положений статьи 2 ГК РФ, эти отношения не регулируются нормами гражданского законодательства."
Из судебных решений по делу о компенсациях за незаконный отказ ПФР в назначении досрочной страховой пенсии:
Из решения Мытищинского городского суда. Дело № 2-350/2018 (2-6068/2017;) ~ М-5440/2017 :
1. «Из материалов дела следует, что 15.12.2014 года ФИО обратилась в Управление Пенсионного фонда с заявлением о назначении досрочной трудовой пенсии. Однако ей было отказано в назначении льготной пенсии».
2. «Суд обязал ГУ-ГУ ПФР № 6 по г. Москве и Московской области назначить ФИО досрочно трудовую пенсию по старости с 15.12.2014 года».
Из решения Московского областного апелляционного суда. Дело № 33-17801/2018 :
1. «Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО 15 декабря 2014 года обратилась в пенсионный орган за назначением досрочной трудовой пенсии по старости в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения».
2. «Решением комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан в назначении пенсии было отказано за отсутствием требуемого стажа».
3. «С решением ФИО не согласилась и обратилась в суд».
4. «Суд обязал ответчика назначить ФИО досрочную трудовую пенсию по старости с 15 декабря 2014 года».
В этой части решения суд честно и недвусмысленно констатирует, что ПФР нарушил пенсионное законодательство - незаконно отказал в назначении страховой (трудовой досрочной) пенсии по старости.
А дальнейшая логика суда не поддается здравому смыслу и носит признаки биполярного расстройства - суд отказывает в компенсации вреда за незаконный отказ в пенсии по причине того, что пенсионный орган, незаконно отказав в пенсии, осуществлял свои полномочия (публично-властные) и мои отношения с ПФР не являются гражданскими правоотношениями.
Решение Мытищинского городского суда. Дело № 2-350/2018 (2-6068/2017;) ~ М-5440/2017 :
"Таким образом, поскольку правоотношения сторон возникли в связи с осуществлением пенсионным органом публично-властных полномочий, не основанных на равенстве прав и обязанностей их участников, исходя из положений статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, эти отношения не регулируются нормами гражданского законодательства."
Из решения Московского апелляционного областного суда. Дело № 33-17801/2018 :
"Как следует из пункта 1 статьи 2 ГК РФ, гражданское законодательство регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.
Согласно пункту 3 статьи 2 ГК РФ к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством.
Таким образом, положения ГК РФ, в частности статья 15 о возмещении убытков и статья 151 о компенсации морального вреда, не могут быть применены к регулированию отношений по назначению пенсии.
Поскольку правоотношения сторон возникли в связи с осуществлением пенсионным органом публично-властных полномочий, не основанных на равенстве прав и обязанностей их участников, исходя из положений статьи 2 ГК РФ, эти отношения не регулируются нормами гражданского законодательства."
👍4👎1
Повтор с сокращением ненужной лексики:
1) "поскольку правоотношения сторон возникли в связи с осуществлением пенсионным органом публично-властных полномочий, эти отношения не регулируются нормами гражданского законодательства". (Мытищинский городской суд и Московский областной суд).
2) "Таким образом, положения ГК РФ не могут быть применены к регулированию отношений по назначению пенсии." (Московский областной суд).
3) "Согласно пункту 3 статьи 2 ГК РФ к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством." (Московский областной суд).
4) "суд пришёл к верному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска о компенсации потерь вследствие НЕЗАКОННОГО отказа в назначении пенсии". (Верховный суд РФ).
Позиция Верховного суда - "понять и простить" ))
Выходит, что власть ("властные полномочия", к которым суд теперь относит и властные правонарушения) выше Закона.
Потенциал такого правоприменения очень опасен. Суд практически любые имущественные отношения гражданина с государством может счесть негражданскими правоотношениями.
1) "поскольку правоотношения сторон возникли в связи с осуществлением пенсионным органом публично-властных полномочий, эти отношения не регулируются нормами гражданского законодательства". (Мытищинский городской суд и Московский областной суд).
2) "Таким образом, положения ГК РФ не могут быть применены к регулированию отношений по назначению пенсии." (Московский областной суд).
3) "Согласно пункту 3 статьи 2 ГК РФ к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством." (Московский областной суд).
4) "суд пришёл к верному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска о компенсации потерь вследствие НЕЗАКОННОГО отказа в назначении пенсии". (Верховный суд РФ).
Позиция Верховного суда - "понять и простить" ))
Выходит, что власть ("властные полномочия", к которым суд теперь относит и властные правонарушения) выше Закона.
Потенциал такого правоприменения очень опасен. Суд практически любые имущественные отношения гражданина с государством может счесть негражданскими правоотношениями.
👍6
СКЭС Верховного Суда снова напомнила судам, что осуществление вспомогательной деятельности на земельном участке не свидетельствует о необходимости пересчета кадастровой стоимости земельного участка и арендной платы за него.
Определение от 27.04.2022 г. по делу № А40-334514/2019, № 305-ЭС21-27824
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2113806
Департамент горимущества Москвы и Общество заключили в 2017 г. договор аренды земельного участка с целью эксплуатации нежилых зданий производственного назначения в соответствии с разрешенным видом использования «под производство сборных железобетонных изделий и конструкций». Госинспекция по недвижимости в 2019 г. обнаружила, что часть зданий используется под автосервис и автомойку. Департамент обратился в АСГМ с иском к Обществу о взыскании 59,5 млн. руб. неосновательного обогащения и процентов.
АСГМ иск удовлетворил, апелляционный суд согласился с первой инстанцией. Суды посчитали, раз часть зданий, которые расположены на участке, Общество сдавало в аренду под автосервис и автомойку, т.е. под бытовую деятельность, то и за весь участок арендная плата должна взымается, как за используемый под бытовую деятельность, а не производственную.
Окружной суд оставил судебные акты без изменений.
СКЭС Верховного Суда отправила дело на новое рассмотрение в АСГМ, посчитав, что суды не дали надлежащую оценку приведенным доводам и доказательствам представленным Обществом.
При решении вопроса о нарушении собственником здания, оформившим занятый им земельный участок на праве аренды, правового режима земельного участка необходимо установить, противоречит ли осуществляемый вид деятельности и способ использования указанных объектов их целевому использованию и видам разрешенного использования, закрепленным в нормативных актах.
При этом арендатор, использующий участок по основному виду разрешенного использования, вправе осуществлять в принадлежащих ему объектах капитального строительства на таком участке вспомогательный вид деятельности, предусмотренный градостроительным регламентом для данной территориальной зоны, при этом площадь объектов, используемых для этой деятельности, должна составлять не более 25% площади всех капитальных объектов.
Такая деятельность не свидетельствует об использовании участка не по целевому назначению или о несоответствии фактического вида использования целям предоставления участка, а также не влечет необходимости пересчета кадастровой стоимости земельного участка и арендной платы за него.
Как следует из материалов дела, помимо здания автосервиса и автомойки на спорном земельном участке, предоставленном в аренду Обществу для эксплуатации принадлежащих ему зданий производственного и складского назначения, расположено еще 25 объектов недвижимости, которые по утверждению Общества используются по целевому назначению. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.
#залог #ипотека
Определение от 27.04.2022 г. по делу № А40-334514/2019, № 305-ЭС21-27824
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2113806
Департамент горимущества Москвы и Общество заключили в 2017 г. договор аренды земельного участка с целью эксплуатации нежилых зданий производственного назначения в соответствии с разрешенным видом использования «под производство сборных железобетонных изделий и конструкций». Госинспекция по недвижимости в 2019 г. обнаружила, что часть зданий используется под автосервис и автомойку. Департамент обратился в АСГМ с иском к Обществу о взыскании 59,5 млн. руб. неосновательного обогащения и процентов.
АСГМ иск удовлетворил, апелляционный суд согласился с первой инстанцией. Суды посчитали, раз часть зданий, которые расположены на участке, Общество сдавало в аренду под автосервис и автомойку, т.е. под бытовую деятельность, то и за весь участок арендная плата должна взымается, как за используемый под бытовую деятельность, а не производственную.
Окружной суд оставил судебные акты без изменений.
СКЭС Верховного Суда отправила дело на новое рассмотрение в АСГМ, посчитав, что суды не дали надлежащую оценку приведенным доводам и доказательствам представленным Обществом.
При решении вопроса о нарушении собственником здания, оформившим занятый им земельный участок на праве аренды, правового режима земельного участка необходимо установить, противоречит ли осуществляемый вид деятельности и способ использования указанных объектов их целевому использованию и видам разрешенного использования, закрепленным в нормативных актах.
При этом арендатор, использующий участок по основному виду разрешенного использования, вправе осуществлять в принадлежащих ему объектах капитального строительства на таком участке вспомогательный вид деятельности, предусмотренный градостроительным регламентом для данной территориальной зоны, при этом площадь объектов, используемых для этой деятельности, должна составлять не более 25% площади всех капитальных объектов.
Такая деятельность не свидетельствует об использовании участка не по целевому назначению или о несоответствии фактического вида использования целям предоставления участка, а также не влечет необходимости пересчета кадастровой стоимости земельного участка и арендной платы за него.
Как следует из материалов дела, помимо здания автосервиса и автомойки на спорном земельном участке, предоставленном в аренду Обществу для эксплуатации принадлежащих ему зданий производственного и складского назначения, расположено еще 25 объектов недвижимости, которые по утверждению Общества используются по целевому назначению. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.
#залог #ипотека
👍10
СКЭС Верховного Суда указала, что у органов МВД самостоятельной обязанности по снятию запрета на осуществление регистрационных действий в отношении транспортного средства нет.
Определение от 05.03.2022 г. по делу № А40-63307/2020, № 305-ЭС21-17689
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2095240
Лизингодатель в одностороннем порядке расторг договор лизинга с Лизингополучателем из-за ненадлежащего исполнения обязательств. Предметом лизинга в т.ч. был и автомобиль BMW X6. В результате эксплуатации данного автомобиля на Лизингодателя было наложено множество штрафов органами ГИБДД разных регионов, штрафы не оплачивались. Судебные приставы-исполнители наложили запрет на проведение регистрационных действий в отношении указанного автомобиля.
Лизингодатель обратился в АСГМ с иском к Лизингополучателю, ГУ МВД по Московской области (Управление МВД) и ещё ряду региональных управлений МВД, ФСС об освобождении от арестов транспортного средства, в т. ч. освобождении от запретов на регистрационные действия, принятых в рамках исполнительных производств. Судебные приставы-исполнители были привлечены в качестве третьих лиц.
АСГМ иск удовлетворил. Суд пришёл к выводу, что в данном случае из-за принятых Судебными приставами-исполнителями запретов на регистрационные действия Лизингодатель не может продать или передать авто в лизинг, поскольку покупатель не сможет зарегистрировать автомобиль. Лизингодатель терпит убытки без извлечения соответствующей экономической выгоды от использования автомобиля, в результате чего нарушаются его права, предусмотренные статьей 209 ГК.
Суд отклонил доводы Управления МВД о том, что Лизингодатель фактически оспариваются постановления органов ФССП России, в связи с чем Управление МВД неправомерно привлечено в качестве ответчика. Суд указал что Управление МВД является взыскателем по одному из исполнительных производств.
Апелляционный и окружной суд оставили судебный акт первой инстанции без изменений.
СКЭС Верховного Суда отправила дело на новое рассмотрение в АСГМ, посчитав, что суды много не учли:
1) арест может быть наложен Судебным приставом-исполнителем как в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, так и как самостоятельная мера принудительного исполнения в случае, если исполнительное производство возбуждено во исполнение судебного акта о наложении ареста на имущество ответчика, находящееся у него или у третьих лиц;
2) иск об освобождении имущества от ареста предъявляется в случае наличия вещно-правового спора, связанного с правопритязаниями на имущество;
если спор о праве на вещь отсутствует, собственник вправе оспорить акты судебного пристава-исполнителя по правилам гл. 24 АПК (Определение СКЭС ВС Федерации от 29.06.2018 № 303-КГ18-800);
3) выводы суда о нарушении права собственности Лизингодателя в связи с невозможностью продажи автомобиля являются необоснованными;
отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета (п. 6 Обзора судебной практики № 2 (2017));
4) перечень регистрационных действий определен в ст. 10 Закона о регистрации транспортных средств и является исчерпывающим, при этом снятие запретов и ограничений, наложенных Судебными приставами-исполнителями, к регистрационным действиям, осуществляемым регистрационными подразделениями органов МВД, не относится;
5) в материалах дела отсутствуют постановления Судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства, о наложении ареста на имущество должника, акты о наложении ареста на имущество должника (описи имущества), а также о наложении запрета на совершение регистрационных действий в отношении спорного автомобиля, в нарушение ст. 71 АПК данные документы судом не исследованы и оценка им не дана;
Определение от 05.03.2022 г. по делу № А40-63307/2020, № 305-ЭС21-17689
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2095240
Лизингодатель в одностороннем порядке расторг договор лизинга с Лизингополучателем из-за ненадлежащего исполнения обязательств. Предметом лизинга в т.ч. был и автомобиль BMW X6. В результате эксплуатации данного автомобиля на Лизингодателя было наложено множество штрафов органами ГИБДД разных регионов, штрафы не оплачивались. Судебные приставы-исполнители наложили запрет на проведение регистрационных действий в отношении указанного автомобиля.
Лизингодатель обратился в АСГМ с иском к Лизингополучателю, ГУ МВД по Московской области (Управление МВД) и ещё ряду региональных управлений МВД, ФСС об освобождении от арестов транспортного средства, в т. ч. освобождении от запретов на регистрационные действия, принятых в рамках исполнительных производств. Судебные приставы-исполнители были привлечены в качестве третьих лиц.
АСГМ иск удовлетворил. Суд пришёл к выводу, что в данном случае из-за принятых Судебными приставами-исполнителями запретов на регистрационные действия Лизингодатель не может продать или передать авто в лизинг, поскольку покупатель не сможет зарегистрировать автомобиль. Лизингодатель терпит убытки без извлечения соответствующей экономической выгоды от использования автомобиля, в результате чего нарушаются его права, предусмотренные статьей 209 ГК.
Суд отклонил доводы Управления МВД о том, что Лизингодатель фактически оспариваются постановления органов ФССП России, в связи с чем Управление МВД неправомерно привлечено в качестве ответчика. Суд указал что Управление МВД является взыскателем по одному из исполнительных производств.
Апелляционный и окружной суд оставили судебный акт первой инстанции без изменений.
СКЭС Верховного Суда отправила дело на новое рассмотрение в АСГМ, посчитав, что суды много не учли:
1) арест может быть наложен Судебным приставом-исполнителем как в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, так и как самостоятельная мера принудительного исполнения в случае, если исполнительное производство возбуждено во исполнение судебного акта о наложении ареста на имущество ответчика, находящееся у него или у третьих лиц;
2) иск об освобождении имущества от ареста предъявляется в случае наличия вещно-правового спора, связанного с правопритязаниями на имущество;
если спор о праве на вещь отсутствует, собственник вправе оспорить акты судебного пристава-исполнителя по правилам гл. 24 АПК (Определение СКЭС ВС Федерации от 29.06.2018 № 303-КГ18-800);
3) выводы суда о нарушении права собственности Лизингодателя в связи с невозможностью продажи автомобиля являются необоснованными;
отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета (п. 6 Обзора судебной практики № 2 (2017));
4) перечень регистрационных действий определен в ст. 10 Закона о регистрации транспортных средств и является исчерпывающим, при этом снятие запретов и ограничений, наложенных Судебными приставами-исполнителями, к регистрационным действиям, осуществляемым регистрационными подразделениями органов МВД, не относится;
5) в материалах дела отсутствуют постановления Судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства, о наложении ареста на имущество должника, акты о наложении ареста на имущество должника (описи имущества), а также о наложении запрета на совершение регистрационных действий в отношении спорного автомобиля, в нарушение ст. 71 АПК данные документы судом не исследованы и оценка им не дана;
👍3
СКЭС Верховного Суда объяснила, почему суды должны выносить на обсуждение сторон вопрос о применении к ответчикам меры ответственности в виде взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, если норма о взыскании неустойки неприменима.
Ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе может не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.
Определение от 04.04.2022 г. по делу № А41-8343/2020, № 305-ЭС21-19954
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2106650
Общество «Мособлэнерго» заключила договор с Предприятием Минобороны РФ, по условиям которого Общество обязалась совершить технологическое присоединению к электрическим сетям, а плательщиком выступало военно-строительное Управление. Размер платы составлял 42,73 млн. рублей. Плательщиком должен был внести 50% платы за 30 дней после заключения договора, остальные 50% равными долями не позднее даты фактического присоединения. На случай нарушения сроков мероприятий по технологическому присоединению была предусмотрена неустойка – 0,25% в день от общего размера платы.
Посчитав, что Предприятие нарушило свои обязательства по оплате, Общество обратилось в АСГМ с иском к Предприятию и Управлению о взыскании задолженности ¬– 20,85 млн. руб. и неустойки за 11 месяцев – 38,99 млн. рублей. После Общество отказалось от иска в части взыскания суммы долга.
Суд отказал в удовлетворении исковых требований. Суды исходил из того, что условиями договора предусмотрена ответственность за нарушение срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению, а не за нарушение срока оплаты, а возможность начисления неустойки за нарушение сроков внесения платежей сторонами не согласована. Суд решил, что ни договор, ни техусловия к нему не содержат положений, указывающих на поэтапный ввод в работу энергопринимающих устройств, поэтому не применим п. 16(6) Правил тех. присоединения (утвер. Пост. Прав. РФ от 27.12.2004 № 861).
Апелляционный суд принял отказ Общества от взыскания суммы основанного долга, в остальной части оставил судебный акт без изменения.
Окружной суд согласился с апелляционным.
СКЭС Верховного Суда посчитал, что в мероприятия по технологическому присоединению не входят мероприятия по оплате, но нашла основания для отправки спора на новое рассмотрение:
1) нарушение срока внесения окончательного платежа не является основанием для начисления неустойки, предусмотренной пп. «в» п. 16 Правил технологического присоединения (утв. Пост. Пр. РФ от 27.12.2004 № 861);
2) отсутствие в договоре условия об ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства по оплате оказанных услуг не лишает права истца на требование взыскания процентов за пользование чужими деньгами;
3) в соответствии со ст. 148 ГПК, ст. 133 АПК на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению (п. 9 Пост. Пл. ВС РФ от 23.06.15 № 25);
4) по смыслу ст. 196 ГПК или ст. 168 АПК суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам, также суд указывает мотивы, по которым не применил нормы права;
в связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (Обзор ВС РФ № 2 (2016));
5) истец просил применить ответственность за нарушение ответчиками срока оплаты оказанных услуг, используя нормы гражданского законодательства о неустойке, не подлежащие применению, при наличии права на начисление процентов по ст. 395 ГК;
6) суды не вынесли на обсуждение сторон вопрос о применении к ответчикам меры ответственности в виде взыскания процентов за пользование чужими деньгами, не предложили истцу представить соответствующий расчет процентов. Отказ в иске со ссылкой на ненадлежащий выбор истцом применимой нормы права приведет к тому, что повторное обращение истца с теми же предметом и основанием иска станет невозможным.
#неустойка #проценты
Ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе может не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.
Определение от 04.04.2022 г. по делу № А41-8343/2020, № 305-ЭС21-19954
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2106650
Общество «Мособлэнерго» заключила договор с Предприятием Минобороны РФ, по условиям которого Общество обязалась совершить технологическое присоединению к электрическим сетям, а плательщиком выступало военно-строительное Управление. Размер платы составлял 42,73 млн. рублей. Плательщиком должен был внести 50% платы за 30 дней после заключения договора, остальные 50% равными долями не позднее даты фактического присоединения. На случай нарушения сроков мероприятий по технологическому присоединению была предусмотрена неустойка – 0,25% в день от общего размера платы.
Посчитав, что Предприятие нарушило свои обязательства по оплате, Общество обратилось в АСГМ с иском к Предприятию и Управлению о взыскании задолженности ¬– 20,85 млн. руб. и неустойки за 11 месяцев – 38,99 млн. рублей. После Общество отказалось от иска в части взыскания суммы долга.
Суд отказал в удовлетворении исковых требований. Суды исходил из того, что условиями договора предусмотрена ответственность за нарушение срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению, а не за нарушение срока оплаты, а возможность начисления неустойки за нарушение сроков внесения платежей сторонами не согласована. Суд решил, что ни договор, ни техусловия к нему не содержат положений, указывающих на поэтапный ввод в работу энергопринимающих устройств, поэтому не применим п. 16(6) Правил тех. присоединения (утвер. Пост. Прав. РФ от 27.12.2004 № 861).
Апелляционный суд принял отказ Общества от взыскания суммы основанного долга, в остальной части оставил судебный акт без изменения.
Окружной суд согласился с апелляционным.
СКЭС Верховного Суда посчитал, что в мероприятия по технологическому присоединению не входят мероприятия по оплате, но нашла основания для отправки спора на новое рассмотрение:
1) нарушение срока внесения окончательного платежа не является основанием для начисления неустойки, предусмотренной пп. «в» п. 16 Правил технологического присоединения (утв. Пост. Пр. РФ от 27.12.2004 № 861);
2) отсутствие в договоре условия об ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства по оплате оказанных услуг не лишает права истца на требование взыскания процентов за пользование чужими деньгами;
3) в соответствии со ст. 148 ГПК, ст. 133 АПК на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению (п. 9 Пост. Пл. ВС РФ от 23.06.15 № 25);
4) по смыслу ст. 196 ГПК или ст. 168 АПК суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам, также суд указывает мотивы, по которым не применил нормы права;
в связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (Обзор ВС РФ № 2 (2016));
5) истец просил применить ответственность за нарушение ответчиками срока оплаты оказанных услуг, используя нормы гражданского законодательства о неустойке, не подлежащие применению, при наличии права на начисление процентов по ст. 395 ГК;
6) суды не вынесли на обсуждение сторон вопрос о применении к ответчикам меры ответственности в виде взыскания процентов за пользование чужими деньгами, не предложили истцу представить соответствующий расчет процентов. Отказ в иске со ссылкой на ненадлежащий выбор истцом применимой нормы права приведет к тому, что повторное обращение истца с теми же предметом и основанием иска станет невозможным.
#неустойка #проценты
👍4
Если разрешения на строительство не требовалось изначально, то и штрафовать за его отсутствие не надо, даже если доказательства были предоставлены после привлечения к административной ответственности.
СКЭС Верховного Суда указала, что вопрос о необходимости получения предприятием разрешения на строительство спорного объекта должен выясняться судами
Определение от 21.03.2022 г. по делу № А40-126531/2020, № 305-ЭС21-20655
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2100088
Предприятие было привлечено к административной ответственности отделом Государственного архитектурно-строительного надзора Минобороны по ст. 9.5 КоАП (Нарушение установленного порядка строительства …) с назначением штрафа в размере 501 тыс. рублей.
Не согласившись с указанным постановлением административного органа, Предприятие оспорило его в арбитражном суде.
Суды признали доказанным факт выполнения Предприятием строительно-монтажных работ по объекту капитального строительства без разрешения на строительство, поэтому признали правомерным оспариваемое постановление административного органа и отказали предприятию в удовлетворении заявления.
Окружной суд отклонил ссылку Предприятия на письмо Департамент строительства Минобороны, сославшись на то, что на момент рассмотрения административным органом дела об административном правонарушении и вынесения оспариваемого постановления отказ в выдаче разрешения на строительство спорного объекта предприятием получен не был.
СКЭС Верховного Суда отправила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав на неучтённое:
1) на заявление предприятия о выдаче разрешения на строительство в отношении спорного объекта Департамент строительства Минобороны – орган, уполномоченным выдавать разрешения на строительство спорного объекта отказал Предприятию в выдаче разрешения на строительство, поскольку в соответствии с п. 4 ч. 17 ст. 51 ГрК получение разрешения на строительство спорного объекта не требовалось;
2) суды не учли, что письмо Департамента об отказе в выдаче разрешения на строительство спорного объекта могло свидетельствовать о том, что разрешение на строительство в отношении спорного объекта не требовалось изначально;
3) то обстоятельство, что указанное письмо было получено после привлечения предприятия к административной ответственности, правового значения не имеет.
#КоАП #строительство
СКЭС Верховного Суда указала, что вопрос о необходимости получения предприятием разрешения на строительство спорного объекта должен выясняться судами
Определение от 21.03.2022 г. по делу № А40-126531/2020, № 305-ЭС21-20655
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2100088
Предприятие было привлечено к административной ответственности отделом Государственного архитектурно-строительного надзора Минобороны по ст. 9.5 КоАП (Нарушение установленного порядка строительства …) с назначением штрафа в размере 501 тыс. рублей.
Не согласившись с указанным постановлением административного органа, Предприятие оспорило его в арбитражном суде.
Суды признали доказанным факт выполнения Предприятием строительно-монтажных работ по объекту капитального строительства без разрешения на строительство, поэтому признали правомерным оспариваемое постановление административного органа и отказали предприятию в удовлетворении заявления.
Окружной суд отклонил ссылку Предприятия на письмо Департамент строительства Минобороны, сославшись на то, что на момент рассмотрения административным органом дела об административном правонарушении и вынесения оспариваемого постановления отказ в выдаче разрешения на строительство спорного объекта предприятием получен не был.
СКЭС Верховного Суда отправила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав на неучтённое:
1) на заявление предприятия о выдаче разрешения на строительство в отношении спорного объекта Департамент строительства Минобороны – орган, уполномоченным выдавать разрешения на строительство спорного объекта отказал Предприятию в выдаче разрешения на строительство, поскольку в соответствии с п. 4 ч. 17 ст. 51 ГрК получение разрешения на строительство спорного объекта не требовалось;
2) суды не учли, что письмо Департамента об отказе в выдаче разрешения на строительство спорного объекта могло свидетельствовать о том, что разрешение на строительство в отношении спорного объекта не требовалось изначально;
3) то обстоятельство, что указанное письмо было получено после привлечения предприятия к административной ответственности, правового значения не имеет.
#КоАП #строительство
👍4
СКЭС Верховного Суда согласилась с тем, что раз ограничения на применение низкой ставки земельного налога не было установлено для коммерческих организаций, то и применять её для них не надо.
Даже если на участке, предназначенном «для индивидуальной жилой застройки», построили коттеджи для продажи, потому что участок был использован в соответствии с разрешённым видом использования.
Определение от 11.04.2022 г. по делу № А65-1304/2021, № 306-ЭС21-25432
https://kad.arbitr.ru/Document/Pdf/9ef073c5-8bdd-47ed-be93-3f47672e6910/9016fd42-1146-43d2-b730-77428c6f9b26/A65-1304-2021_20220411_Opredelenie.pdf?isAddStamp=True
Налоговая после камеральной налоговой проверки уточненной декларации по земельному налогу за 2019 г. доначислила Обществу 7,77 млн. руб. земельного налога, 1,55 млн. руб. штрафа по п. 1 ст. 122 НК и 500 тыс. руб. штрафа по п. 1 ст. 119 НК.
Налоговая не согласилась с расчётом налога, посчитав, что к земельному участку с разрешённым видом использования: «для индивидуальной жилой застройки», который используется в предпринимательской деятельности, нужно применять ставку – 1,5%. Общество построило на участке малоэтажные дома и посчитало земельный налог по ставке – 0,3% с учетом повышающего коэффициента 2. Вышестоящая административная инстанция отменила один штраф, а другой снизила до 388 тыс. рублей, но посчитала что налог всё равно нужно платить по ставке – 1,5%.
Общество обжаловало действия Налоговой в АС Республики Татарстан.
Суд согласился с Обществом и признал недействительным решение инспекции в части штрафа и доначисления налога. Суд исходил из того, что спорные земельные участки использовались обществом по целевому назначению – на них ведётся строительство индивидуальных жилых домов для их последующей продажи физическим лицам. Действовавшая в 2019 г. редакция ст. 394 НК не предусматривала ограничений для применения ставки в 0,3% для коммерческих организаций.
Апелляционный суд согласился с первой инстанцией, указав на то что в Классификаторе видов разрешенного использования земельных участков (утв. Приказом Минэкономразвития России от 01.09.2014 № 540) отсутствует указание на то, что на землях с разрешенным использованием «для индивидуального жилищного строительства» жилищное строительство могут вести только физические лица.
Окружной суд не согласился с коллегами и отменил решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции. Окружной суд посчитал, что по смыслу действующего налогового законодательства пониженные ставки земельного налога для индивидуального жилищного строительства устанавливаются для некоммерческих организаций и физических лиц, непосредственно использующих земли в целях удовлетворения личных потребностей, а не для коммерческих организаций в целях извлечения прибыли.
СКЭС Верховного Суда согласилась с первой инстанцией и апелляционным судом, оставив их акты в силе, указав на то, почему окружной суд был не прав:
1) ограничение применения ставки – 0,3% для коммерческих организаций было установлено только с 2020 г. и, поскольку оно ухудшает положение налогоплательщика, то в силу п. 2 ст. 5 НК не имеет обратной силы;
2) доводы Налоговой, с которыми согласился окружной суд, не соответствуют правовой позиции ВС РФ, высказанной в определениях № 305-КГ14-9101 от 18.05.2015, № 305-КГ15-13502 от 29.02.2016, потому что в указанных судебных актах речь шла не о применении льготной ставки к земельным участкам, используемым коммерческими организациями для ИЖС, а в отношении земельных участков, используемых для дачного строительства;
3) на возможность применения коммерческими организациями ставки 0,3% в отношении земельных участков, приобретенных (предоставленных) для ИЖС, используемых в предпринимательской деятельности, указала СКЭС ВС РФ и в Определении от 04.02.2020 № 308-ЭС19-18258;
4) окружной суд не принял во внимание письмо Минфина России, адресованное заявителю по его запросу, в соответствии с которым им правомерно применялась ставка налога 0,3%.
#строительство #земельныйналог
Даже если на участке, предназначенном «для индивидуальной жилой застройки», построили коттеджи для продажи, потому что участок был использован в соответствии с разрешённым видом использования.
Определение от 11.04.2022 г. по делу № А65-1304/2021, № 306-ЭС21-25432
https://kad.arbitr.ru/Document/Pdf/9ef073c5-8bdd-47ed-be93-3f47672e6910/9016fd42-1146-43d2-b730-77428c6f9b26/A65-1304-2021_20220411_Opredelenie.pdf?isAddStamp=True
Налоговая после камеральной налоговой проверки уточненной декларации по земельному налогу за 2019 г. доначислила Обществу 7,77 млн. руб. земельного налога, 1,55 млн. руб. штрафа по п. 1 ст. 122 НК и 500 тыс. руб. штрафа по п. 1 ст. 119 НК.
Налоговая не согласилась с расчётом налога, посчитав, что к земельному участку с разрешённым видом использования: «для индивидуальной жилой застройки», который используется в предпринимательской деятельности, нужно применять ставку – 1,5%. Общество построило на участке малоэтажные дома и посчитало земельный налог по ставке – 0,3% с учетом повышающего коэффициента 2. Вышестоящая административная инстанция отменила один штраф, а другой снизила до 388 тыс. рублей, но посчитала что налог всё равно нужно платить по ставке – 1,5%.
Общество обжаловало действия Налоговой в АС Республики Татарстан.
Суд согласился с Обществом и признал недействительным решение инспекции в части штрафа и доначисления налога. Суд исходил из того, что спорные земельные участки использовались обществом по целевому назначению – на них ведётся строительство индивидуальных жилых домов для их последующей продажи физическим лицам. Действовавшая в 2019 г. редакция ст. 394 НК не предусматривала ограничений для применения ставки в 0,3% для коммерческих организаций.
Апелляционный суд согласился с первой инстанцией, указав на то что в Классификаторе видов разрешенного использования земельных участков (утв. Приказом Минэкономразвития России от 01.09.2014 № 540) отсутствует указание на то, что на землях с разрешенным использованием «для индивидуального жилищного строительства» жилищное строительство могут вести только физические лица.
Окружной суд не согласился с коллегами и отменил решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции. Окружной суд посчитал, что по смыслу действующего налогового законодательства пониженные ставки земельного налога для индивидуального жилищного строительства устанавливаются для некоммерческих организаций и физических лиц, непосредственно использующих земли в целях удовлетворения личных потребностей, а не для коммерческих организаций в целях извлечения прибыли.
СКЭС Верховного Суда согласилась с первой инстанцией и апелляционным судом, оставив их акты в силе, указав на то, почему окружной суд был не прав:
1) ограничение применения ставки – 0,3% для коммерческих организаций было установлено только с 2020 г. и, поскольку оно ухудшает положение налогоплательщика, то в силу п. 2 ст. 5 НК не имеет обратной силы;
2) доводы Налоговой, с которыми согласился окружной суд, не соответствуют правовой позиции ВС РФ, высказанной в определениях № 305-КГ14-9101 от 18.05.2015, № 305-КГ15-13502 от 29.02.2016, потому что в указанных судебных актах речь шла не о применении льготной ставки к земельным участкам, используемым коммерческими организациями для ИЖС, а в отношении земельных участков, используемых для дачного строительства;
3) на возможность применения коммерческими организациями ставки 0,3% в отношении земельных участков, приобретенных (предоставленных) для ИЖС, используемых в предпринимательской деятельности, указала СКЭС ВС РФ и в Определении от 04.02.2020 № 308-ЭС19-18258;
4) окружной суд не принял во внимание письмо Минфина России, адресованное заявителю по его запросу, в соответствии с которым им правомерно применялась ставка налога 0,3%.
#строительство #земельныйналог
👍7
Если страховым случаем определены убытки, возникшие от ошибок, неосторожности, упущений, т.е. непреднамеренных действий, то полное бездействие, вызвавшее убытки, не подпадает под страховой случай.
Определение от 06.04.2022 г. по делу № А33-28974/2019, № 302-ЭС21-21262
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2106230
Компания приняла на себя обязательство по таможенному оформлению авиационных двигателей стоимостью 420 тыс. € в интересах Общества. Риск гражданской ответственности Компании был застрахован. Общество перечислило таможенному представителю – Компании 8,768 млн. руб. для оплаты таможенных платежей.
Компания таможенное оформление не сделала. ФТС исключила Компанию из реестра таможенных представителей. Общество ещё оплатило 659 тыс. руб. за хранение товара.
Общество обратилось с иском к Компании о взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами ¬¬– 951 тыс. рублей, и к Страховщику о взыскании задолженности – 8,768 млн. руб., убытков – 659 000 руб..
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований к Страховщику, но с Компании взыскал проценты. Суд первой инстанции исходил из того, что у Страховщика отсутствуют обязательства по выплате страхового возмещения, поскольку допущенное нарушение не относится к страховому случаю.
Апелляционный суд не согласился с первой инстанцией и удовлетворил требования Общества к Страховщику. Также признал неосновательное обогащение Компании, но со ссылкой на п. 4 ст. 1103 ГК, отметив, что вытекающие из этого обязательства не исключают обязательств по возмещению вреда и являются субсидиарными по отношению к ним. Имущественные потери Общества по вине Компании были признаны страховым случаем, которые влекут выплату страхового возмещения Страховщиком. Окружной суд согласился с апелляционной инстанцией.
СКЭС Верховного Суда не согласилась с апелляционным и окружным судом и оставила в силе судебный акт первой инстанции, посчитав заявленные обществом убытки не относящимися к страховым случаям, указав на следующие:
1) согласно условиям страхового договора, страховым случаем является возникновение обязанности страхователя возместить убытки, возникшие вследствие причинения вреда имуществу представляемых лиц или нарушения договоров с этими лицами, в результате представленных ошибок, неосторожности или каких-либо иных упущений, при осуществлении страхователем деятельности в качестве таможенного представителя;
2) договор с таможенным представителем предусматривал, что Общество должно было непосредственно оплатить причитающиеся с него таможенные платежи, однако перечислило соответствующие денежные средства Компании, получение которых не изменило объем прав и обязанностей Компании по договору;
3) услуги таможенным представителем – Компанией не оказаны в результате её бездействия, не связанного с ошибками при осуществлении деятельности (Компания так и не приступила к исполнению), данное нарушение не было вызвано непреднамеренными, неумышленными, ошибочными действиями (бездействиями) страхователя;
4) поступившие от Общества денежные средства Компания перечислила на счет в ФТС, но ФТС обратила взыскание на эти денежные средства в счет исполнения обязательств Компании, не связанных с исполнением договора с Обществом,
следовательно, заявленное событие по условиям договора страхования не является страховым случаем и попадает под исключения из страхового покрытия, предусмотренного таким договором;
5) апелляционный суд определил в качестве окончания срока исполнения обязательств Компании первоначальную дату окончания договора и с её истечением связал начало периода несения убытков из-за хранения товара, но в договоре отсутствует указание о том, в какой срок Компания обязалась произвести таможенное оформление, а окончание срока действия договора не указано в нём в качестве прекращения обязательств, также действие договора автоматически пролонгируется, если стороны не решат прекратить его действие.
#убытки #страхование #проценты395
Определение от 06.04.2022 г. по делу № А33-28974/2019, № 302-ЭС21-21262
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2106230
Компания приняла на себя обязательство по таможенному оформлению авиационных двигателей стоимостью 420 тыс. € в интересах Общества. Риск гражданской ответственности Компании был застрахован. Общество перечислило таможенному представителю – Компании 8,768 млн. руб. для оплаты таможенных платежей.
Компания таможенное оформление не сделала. ФТС исключила Компанию из реестра таможенных представителей. Общество ещё оплатило 659 тыс. руб. за хранение товара.
Общество обратилось с иском к Компании о взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами ¬¬– 951 тыс. рублей, и к Страховщику о взыскании задолженности – 8,768 млн. руб., убытков – 659 000 руб..
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований к Страховщику, но с Компании взыскал проценты. Суд первой инстанции исходил из того, что у Страховщика отсутствуют обязательства по выплате страхового возмещения, поскольку допущенное нарушение не относится к страховому случаю.
Апелляционный суд не согласился с первой инстанцией и удовлетворил требования Общества к Страховщику. Также признал неосновательное обогащение Компании, но со ссылкой на п. 4 ст. 1103 ГК, отметив, что вытекающие из этого обязательства не исключают обязательств по возмещению вреда и являются субсидиарными по отношению к ним. Имущественные потери Общества по вине Компании были признаны страховым случаем, которые влекут выплату страхового возмещения Страховщиком. Окружной суд согласился с апелляционной инстанцией.
СКЭС Верховного Суда не согласилась с апелляционным и окружным судом и оставила в силе судебный акт первой инстанции, посчитав заявленные обществом убытки не относящимися к страховым случаям, указав на следующие:
1) согласно условиям страхового договора, страховым случаем является возникновение обязанности страхователя возместить убытки, возникшие вследствие причинения вреда имуществу представляемых лиц или нарушения договоров с этими лицами, в результате представленных ошибок, неосторожности или каких-либо иных упущений, при осуществлении страхователем деятельности в качестве таможенного представителя;
2) договор с таможенным представителем предусматривал, что Общество должно было непосредственно оплатить причитающиеся с него таможенные платежи, однако перечислило соответствующие денежные средства Компании, получение которых не изменило объем прав и обязанностей Компании по договору;
3) услуги таможенным представителем – Компанией не оказаны в результате её бездействия, не связанного с ошибками при осуществлении деятельности (Компания так и не приступила к исполнению), данное нарушение не было вызвано непреднамеренными, неумышленными, ошибочными действиями (бездействиями) страхователя;
4) поступившие от Общества денежные средства Компания перечислила на счет в ФТС, но ФТС обратила взыскание на эти денежные средства в счет исполнения обязательств Компании, не связанных с исполнением договора с Обществом,
следовательно, заявленное событие по условиям договора страхования не является страховым случаем и попадает под исключения из страхового покрытия, предусмотренного таким договором;
5) апелляционный суд определил в качестве окончания срока исполнения обязательств Компании первоначальную дату окончания договора и с её истечением связал начало периода несения убытков из-за хранения товара, но в договоре отсутствует указание о том, в какой срок Компания обязалась произвести таможенное оформление, а окончание срока действия договора не указано в нём в качестве прекращения обязательств, также действие договора автоматически пролонгируется, если стороны не решат прекратить его действие.
#убытки #страхование #проценты395
👍6
Уважаемые подписчики!
⚡️Рекомендуем Вашему вниманию канал "ЮРИДИЧЕСКИЙ ПЕРЕПОЛОХ"
🌏 Теперь все самые свежие новости от ведущих юридических каналов и юристов в одном месте!
⚡️Рекомендуем Вашему вниманию канал "ЮРИДИЧЕСКИЙ ПЕРЕПОЛОХ"
🌏 Теперь все самые свежие новости от ведущих юридических каналов и юристов в одном месте!
👍4
Если для получения вычета по НДС организация использовала «техническую» компанию, но работы фактически производились и был другой реальный контрагент, то возможность получить вычет ещё не утрачена.
Определение от 12.04.2022 г. по делу № А10-133/2020, № 302-ЭС21-22323
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2107890
Налоговая доначислила НДС Обществу, основанием для доначисления стало то, что Обществом в 2016 г. были заявлены налоговые вычеты по НДС по договорам подряда с Компанией-1. Но Налоговая установила, что в действительности с Компанией-1 сделок не совершалось, спорные подрядные работы выполнялись силами сотрудников самого Общества.
Общество с Налоговой не стала спорить и признала, что своими силами делало работы. Общество представило уточненные налоговые декларации по НДС, в которых налог исчислен и уплачен в бюджет без учета взаимоотношений Компанией-1. Фактическим контрагентом Общества указало Компанию-2, у которой закупало асфальтобетон для выполнения работ. В связи с указанными изменениями обществом предоставлены соответствующие уточненные декларации по НДС за 2016 год.
Суды не нашли нарушений в решении Налоговой. Суды решили, что поскольку вычеты по НДС обществом по контрагенту Компания-2 до проведения и во время проведения выездной налоговой проверки не декларировались, уточненные декларации по НДС за 2016 г. поданы уже после проведения проверки, у Налоговой отсутствовали основания для предоставления вычета по НДС по сделкам как с Компанией-1, так и с Компанией-2 вследствие чего оспариваемое решение Налоговой в данной части законно и обоснованно.
СКЭС Верховного Суда отправила дело на новое рассмотрение в части доначисления НДС в первую инстанцию, указав на неучтённое судами:
1) по общему правилу не допускается извлечение налоговой выгоды из потерь казны налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием организаций, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени («технические» компании), при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.
2) если в цепочку поставки товаров (работ, услуг, сырья) включены «технические» компании, и в распоряжении налогового органа имеются достаточные сведения и доказательства, в том числе раскрытые налогоплательщиком – покупателем, позволяющие однозначно установить лицо, которое реально действовало в рамках хозяйственного оборота (осуществило фактическое исполнение по сделке с товаром и уплатило причитавшиеся при ее исполнении суммы налогов), то необоснованной налоговой выгодой покупателя может быть признана та часть расходов, учтенных при исчислении налога на прибыль организаций, и примененных им налоговых вычетов по НДС, которая приходится на наценку, добавленную «техническими» компаниями;
3) выражая несогласие с обжалуемыми судебными актами по указанному эпизоду, общество, в том числе, приводит доводы о том, что им раскрыт реальный контрагент – Компания-2 от которого имела место поставка асфальтобетонной смеси, что, по мнению Общества, позволяет ему реализовать соответствующее право на вычеты по НДС;
4) суды по данному эпизоду фактически заняли формальную позицию и согласились с позицией налогового органа о том, что основания для предоставления вычета по НДС по сделкам как с Компанией-1, так и с Компанией-2 отсутствуют;
5) доводы Общества по эпизоду взаимоотношений с Компанией-2 и о соответствующем праве общества на вычеты по НДС требуют оценки с учетом норм и правовых позиций высших судебных органов.
#НДС
Определение от 12.04.2022 г. по делу № А10-133/2020, № 302-ЭС21-22323
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2107890
Налоговая доначислила НДС Обществу, основанием для доначисления стало то, что Обществом в 2016 г. были заявлены налоговые вычеты по НДС по договорам подряда с Компанией-1. Но Налоговая установила, что в действительности с Компанией-1 сделок не совершалось, спорные подрядные работы выполнялись силами сотрудников самого Общества.
Общество с Налоговой не стала спорить и признала, что своими силами делало работы. Общество представило уточненные налоговые декларации по НДС, в которых налог исчислен и уплачен в бюджет без учета взаимоотношений Компанией-1. Фактическим контрагентом Общества указало Компанию-2, у которой закупало асфальтобетон для выполнения работ. В связи с указанными изменениями обществом предоставлены соответствующие уточненные декларации по НДС за 2016 год.
Суды не нашли нарушений в решении Налоговой. Суды решили, что поскольку вычеты по НДС обществом по контрагенту Компания-2 до проведения и во время проведения выездной налоговой проверки не декларировались, уточненные декларации по НДС за 2016 г. поданы уже после проведения проверки, у Налоговой отсутствовали основания для предоставления вычета по НДС по сделкам как с Компанией-1, так и с Компанией-2 вследствие чего оспариваемое решение Налоговой в данной части законно и обоснованно.
СКЭС Верховного Суда отправила дело на новое рассмотрение в части доначисления НДС в первую инстанцию, указав на неучтённое судами:
1) по общему правилу не допускается извлечение налоговой выгоды из потерь казны налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием организаций, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени («технические» компании), при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.
2) если в цепочку поставки товаров (работ, услуг, сырья) включены «технические» компании, и в распоряжении налогового органа имеются достаточные сведения и доказательства, в том числе раскрытые налогоплательщиком – покупателем, позволяющие однозначно установить лицо, которое реально действовало в рамках хозяйственного оборота (осуществило фактическое исполнение по сделке с товаром и уплатило причитавшиеся при ее исполнении суммы налогов), то необоснованной налоговой выгодой покупателя может быть признана та часть расходов, учтенных при исчислении налога на прибыль организаций, и примененных им налоговых вычетов по НДС, которая приходится на наценку, добавленную «техническими» компаниями;
3) выражая несогласие с обжалуемыми судебными актами по указанному эпизоду, общество, в том числе, приводит доводы о том, что им раскрыт реальный контрагент – Компания-2 от которого имела место поставка асфальтобетонной смеси, что, по мнению Общества, позволяет ему реализовать соответствующее право на вычеты по НДС;
4) суды по данному эпизоду фактически заняли формальную позицию и согласились с позицией налогового органа о том, что основания для предоставления вычета по НДС по сделкам как с Компанией-1, так и с Компанией-2 отсутствуют;
5) доводы Общества по эпизоду взаимоотношений с Компанией-2 и о соответствующем праве общества на вычеты по НДС требуют оценки с учетом норм и правовых позиций высших судебных органов.
#НДС
👍8
Если не доказано отсутствие права на применение налогового вычета по НДС, то уплата НДС не может быть признана убытком.
Определение от 14.04.2022 г. по делу № А40-18728/2021, № 305-ЭС21-28531
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2109174
Заказчик и Подрядчик заключили договоры на производство ремонта грузовых вагонов. Подрядчик обязался возмещать расходы, понесенные Заказчиком, за выполненные работы по устранению дефектов, возникших в течение гарантийного срока вследствие некачественного выполнения ремонта.
Заказчик обратился в АСГМ с иском к Подрядчику о взыскании 5,2 млн. руб. расходов, понесенных вследствие некачественно ремонта вагонов с учетом НДС, предъявленных ему вагонными ремонтными депо.
Суд удовлетворил требования Заказчика, а доводы Подрядчика о необоснованном включении в состав убытков сумм НДС были отклонены.
Суд отметил, что ни законом, ни договорами на выполнение работ по ремонту грузовых вагонов не установлено возмещение расходов на устранение недостатков выполненных работ с какими-либо ограничениями или уменьшениями.
Также суд указал, что данные расходы являются возмещаемыми и Подрядчик, возместив данные расходы вместе с суммой НДС в соответствии со ст. 171 и ст. 172 НК может принять данный налог к вычету самостоятельно, если не примет решение о дальнейшем перевыставлении (возмещении) данных расходов кому-либо из своих контрагентов, если на то имеются соответствующие основания.
Апелляционной и окружной суды оставили судебный акт первой инстанции без изменений.
СКЭС Верховного Суда не согласилась с судами и отправила спор на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав на неучтённое:
1) наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила ст. 15 ГК РФ;
2) не могут быть включены в состав убытков расходы, хотя и понесенные потерпевшим в результате правонарушения, но компенсируемые ему в полном объеме за счет иных источников, в противном случае потерпевшая сторона получала бы возможность извлечения имущественной выгоды, что противоречит целям института возмещения вреда;
3) бремя доказывания наличия убытков и их состава возлагается на потерпевшего, обращающегося за защитой своего права,
следовательно, требующий возмещения убытков должен доказать, что суммы НДС, предъявленные в цене работ (товаров, услуг), не были и не могут быть приняты к вычету, то есть представляют собой его некомпенсируемые потери (убытки);
4) из материалов дела не следует, что Заказчик не являлся плательщиком НДС, либо в силу положений ст. 170 НК не имел права на применение налогового вычета по работам, приобретённым в целях устранения недостатков работ;
5) наличие права на вычет сумм налога исключает уменьшение имущественной сферы лица и, соответственно, применение ст. 15 ГК.
#убытки #НДС #подряд
Определение от 14.04.2022 г. по делу № А40-18728/2021, № 305-ЭС21-28531
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2109174
Заказчик и Подрядчик заключили договоры на производство ремонта грузовых вагонов. Подрядчик обязался возмещать расходы, понесенные Заказчиком, за выполненные работы по устранению дефектов, возникших в течение гарантийного срока вследствие некачественного выполнения ремонта.
Заказчик обратился в АСГМ с иском к Подрядчику о взыскании 5,2 млн. руб. расходов, понесенных вследствие некачественно ремонта вагонов с учетом НДС, предъявленных ему вагонными ремонтными депо.
Суд удовлетворил требования Заказчика, а доводы Подрядчика о необоснованном включении в состав убытков сумм НДС были отклонены.
Суд отметил, что ни законом, ни договорами на выполнение работ по ремонту грузовых вагонов не установлено возмещение расходов на устранение недостатков выполненных работ с какими-либо ограничениями или уменьшениями.
Также суд указал, что данные расходы являются возмещаемыми и Подрядчик, возместив данные расходы вместе с суммой НДС в соответствии со ст. 171 и ст. 172 НК может принять данный налог к вычету самостоятельно, если не примет решение о дальнейшем перевыставлении (возмещении) данных расходов кому-либо из своих контрагентов, если на то имеются соответствующие основания.
Апелляционной и окружной суды оставили судебный акт первой инстанции без изменений.
СКЭС Верховного Суда не согласилась с судами и отправила спор на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав на неучтённое:
1) наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила ст. 15 ГК РФ;
2) не могут быть включены в состав убытков расходы, хотя и понесенные потерпевшим в результате правонарушения, но компенсируемые ему в полном объеме за счет иных источников, в противном случае потерпевшая сторона получала бы возможность извлечения имущественной выгоды, что противоречит целям института возмещения вреда;
3) бремя доказывания наличия убытков и их состава возлагается на потерпевшего, обращающегося за защитой своего права,
следовательно, требующий возмещения убытков должен доказать, что суммы НДС, предъявленные в цене работ (товаров, услуг), не были и не могут быть приняты к вычету, то есть представляют собой его некомпенсируемые потери (убытки);
4) из материалов дела не следует, что Заказчик не являлся плательщиком НДС, либо в силу положений ст. 170 НК не имел права на применение налогового вычета по работам, приобретённым в целях устранения недостатков работ;
5) наличие права на вычет сумм налога исключает уменьшение имущественной сферы лица и, соответственно, применение ст. 15 ГК.
#убытки #НДС #подряд
👍7
Не получиться взыскать убытки, вызванные судебными расходами по делу об административном правонарушение, если производство прекращено в связи с истечением срока давности.
СКЭС Верховного Суда указала, что в таком случае заявителю нужно добиваться изменения основания прекращения производства на «в связи с отсутствием события правонарушения» или «отсутствие состава правонарушения».
Определение от 05.05.2022 г. по делу № А41-67316/2020, № 305-ЭС21-27471
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2115898
В отношении Общества был составлен протокол об административном правонарушении, наказуемым по ч. 1 ст. 12.31 КоАП (Выпуск на линию транспортного средства, не прошедшего технического осмотра), затем принято постановление, которым на общество был наложен штраф в размере 50 тыс. рублей. Мособлсуд отменил постановление, а производство по делу прекратил на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП– в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.
Общество обратилось с иском в АС Московской области с иском к РФ в лице МВД России о взыскании убытков. Убытками являлись расходы на оплату услуг представителей.
Суд полностью отказал в удовлетворении иска, придя к выводу о том, что Обществом не было представлено доказательств всей совокупности условий, необходимых для взыскания убытков. Суд отметил, что отсутствуют основания для возмещения истцу материального ущерба, т.к. действия должностного лица не были признаны незаконными. А при отсутствии причинно-следственной связи между поведением должностных лиц МВД России и требуемыми убытками иск не подлежит удовлетворению за счет казны РФ. Апелляционный и окружной суды оставили акт первой инстанции без изменения.
СКЭС Верховного Суда решила, что право на взыскание убытков в настоящем деле у Общества в действительности отсутствует, поэтому суды законно отказали в удовлетворении иска, и указала на следующие основания:
1) расходы на оплату представителя не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении, но эти расходы на основании ст. 15, 1069, 1070 ГК могут быть взысканы в пользу лица за счет средств соответствующей казны (п. 26 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 № 5);
2) критерием возмещения таких расходов является вывод вышестоящей инстанции о правомерности или неправомерности требований заявителя вне зависимости от наличия или отсутствия вины противоположной стороны в споре и от того, пересматривалось вынесенное в отношении заявителя постановление судом или иным органом (Обзоре ВС РФ № 2 (2021));
но –
3) если производство по делу об административном правонарушении в отношении заявителя было прекращено не в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения либо ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы, а на основании истечения сроков давности привлечения к административной ответственности, то, как следует из Постановления КС РФ от 16.06.2009 № 9-П, отказ от административного преследования по указанному основанию не препятствует лицу, привлекаемому к административной ответственности, добиваться прекращения производства по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения, с тем, чтобы в дальнейшем реализовать право на возмещение расходов на оплату услуг защитника в установленном порядке (Определении КС РФ от 28.12.2011 № 2865-О, п. 13.1 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 № 5).
4) в настоящем деле постановление отменено по процедурным основаниям, а производство по делу было прекращено судом в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности;
5) Общество не добивалось изменения основания прекращения производства по делу об административном правонарушении (в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения);
#КоАП #убытки
СКЭС Верховного Суда указала, что в таком случае заявителю нужно добиваться изменения основания прекращения производства на «в связи с отсутствием события правонарушения» или «отсутствие состава правонарушения».
Определение от 05.05.2022 г. по делу № А41-67316/2020, № 305-ЭС21-27471
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2115898
В отношении Общества был составлен протокол об административном правонарушении, наказуемым по ч. 1 ст. 12.31 КоАП (Выпуск на линию транспортного средства, не прошедшего технического осмотра), затем принято постановление, которым на общество был наложен штраф в размере 50 тыс. рублей. Мособлсуд отменил постановление, а производство по делу прекратил на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП– в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.
Общество обратилось с иском в АС Московской области с иском к РФ в лице МВД России о взыскании убытков. Убытками являлись расходы на оплату услуг представителей.
Суд полностью отказал в удовлетворении иска, придя к выводу о том, что Обществом не было представлено доказательств всей совокупности условий, необходимых для взыскания убытков. Суд отметил, что отсутствуют основания для возмещения истцу материального ущерба, т.к. действия должностного лица не были признаны незаконными. А при отсутствии причинно-следственной связи между поведением должностных лиц МВД России и требуемыми убытками иск не подлежит удовлетворению за счет казны РФ. Апелляционный и окружной суды оставили акт первой инстанции без изменения.
СКЭС Верховного Суда решила, что право на взыскание убытков в настоящем деле у Общества в действительности отсутствует, поэтому суды законно отказали в удовлетворении иска, и указала на следующие основания:
1) расходы на оплату представителя не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении, но эти расходы на основании ст. 15, 1069, 1070 ГК могут быть взысканы в пользу лица за счет средств соответствующей казны (п. 26 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 № 5);
2) критерием возмещения таких расходов является вывод вышестоящей инстанции о правомерности или неправомерности требований заявителя вне зависимости от наличия или отсутствия вины противоположной стороны в споре и от того, пересматривалось вынесенное в отношении заявителя постановление судом или иным органом (Обзоре ВС РФ № 2 (2021));
но –
3) если производство по делу об административном правонарушении в отношении заявителя было прекращено не в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения либо ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы, а на основании истечения сроков давности привлечения к административной ответственности, то, как следует из Постановления КС РФ от 16.06.2009 № 9-П, отказ от административного преследования по указанному основанию не препятствует лицу, привлекаемому к административной ответственности, добиваться прекращения производства по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения, с тем, чтобы в дальнейшем реализовать право на возмещение расходов на оплату услуг защитника в установленном порядке (Определении КС РФ от 28.12.2011 № 2865-О, п. 13.1 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 № 5).
4) в настоящем деле постановление отменено по процедурным основаниям, а производство по делу было прекращено судом в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности;
5) Общество не добивалось изменения основания прекращения производства по делу об административном правонарушении (в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения);
#КоАП #убытки
👍4
СКЭС Верховного Суда указала на основания, которые обязывают заказчика списать неустойки, возникшей в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по госконтракту, в независимости от срока её возникновения.
Определение от 19.04.2022 г. по делу № А69-2869/2020, № 302-ЭС21-25561
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2111100
Учреждение-заказчик и Общество-поставщик заключили государственный контракт на поставку и монтаж быстровозводимого сооружения для размещения органов управления ДПС и ППС в Кызыле, цена контракта составила ¬– 26,7 млн. рублей.
За просрочку исполнения Поставщиком обязательств была предусмотрена пеня в размере 1/300 ключевой ставки ЦБ РФ от стоимости неисполненного обязательства за каждый день просрочки.
Поставщик просрочил исполнение почти на 2 месяца. Заказчик обратился в суд с иском о взыскании 225 тыс. рублей пени.
Суды первой инстанции удовлетворил исковые требования, сославшись на Правила списания от 04.07.2018 № 783, а также разъяснения, данные в Обзоре судебной практики (утв. Пр. ВС РФ 28.06.2017). Суд пришёл к выводу, что Поставщик не имеет прав на списание пени, поскольку на него не распространяются Правила списания от 04.07.2018 № 783.
Апелляционный суд не согласился с первой инстанцией и отказал в удовлетворение исковых требований, сочтя обстоятельства дела свидетельствующими о наличие оснований для применения Правил списания от 04.07.2018 № 783. Начисленная неустойка подлежала списанию, по мнению суда.
А Окружной суд согласился с первой инстанцией и отменил акт апелляционной инстанции, оставив акт первой инстанции в силе.
СКЭС Верховного Суда оставила в силе постановление апелляционного суда, и указала коллегам на неучтённое:
1) начисленные поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанные заказчиком суммы неустоек (штрафов, пеней) в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением в 2015, 2016 и 2020 годах обязательств, предусмотренных контрактом, подлежат списанию в случаях и порядке, которые установлены Правительством РФ;
2) указанное списание применяется и к правоотношениям, возникшим до указанной даты, поскольку регламентирует правовые последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств в 2020 г.;
3) списание начисленных и неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней) осуществляется заказчиком в том числе в случае и в порядке, если общая сумма начисленных и неуплаченных неустоек (штрафов, пеней) не превышает 5 % цены контракта, заказчик осуществляет списание начисленных и неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней) (пп. «а» п. 3 Правил списания от 04.07.2018 № 783 (в ред. Пост. Правительства РФ от 26.04.2020 № 591));
4) списание начисленных и неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней) в соответствии с п. 3 Правил распространяется на принятую к учету задолженность поставщика (подрядчика, исполнителя) независимо от срока ее возникновения и осуществляется заказчиком на основании решения о списании начисленной и неуплаченной суммы неустоек (штрафов, пеней), указанного в п. 9 Правил, в течение 5 рабочих дней со дня принятия такого решения (п. 11 Правил списания от 04.07.2018 № 783);
5) списание неустоек (штрафов, пеней) являлась обязанностью заказчика (п. 40 Обзора судебной практики (утвер. Пр. ВС РФ 28.06.2017).
#неустойка #подряд #госконтракт #44ФЗ
Определение от 19.04.2022 г. по делу № А69-2869/2020, № 302-ЭС21-25561
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2111100
Учреждение-заказчик и Общество-поставщик заключили государственный контракт на поставку и монтаж быстровозводимого сооружения для размещения органов управления ДПС и ППС в Кызыле, цена контракта составила ¬– 26,7 млн. рублей.
За просрочку исполнения Поставщиком обязательств была предусмотрена пеня в размере 1/300 ключевой ставки ЦБ РФ от стоимости неисполненного обязательства за каждый день просрочки.
Поставщик просрочил исполнение почти на 2 месяца. Заказчик обратился в суд с иском о взыскании 225 тыс. рублей пени.
Суды первой инстанции удовлетворил исковые требования, сославшись на Правила списания от 04.07.2018 № 783, а также разъяснения, данные в Обзоре судебной практики (утв. Пр. ВС РФ 28.06.2017). Суд пришёл к выводу, что Поставщик не имеет прав на списание пени, поскольку на него не распространяются Правила списания от 04.07.2018 № 783.
Апелляционный суд не согласился с первой инстанцией и отказал в удовлетворение исковых требований, сочтя обстоятельства дела свидетельствующими о наличие оснований для применения Правил списания от 04.07.2018 № 783. Начисленная неустойка подлежала списанию, по мнению суда.
А Окружной суд согласился с первой инстанцией и отменил акт апелляционной инстанции, оставив акт первой инстанции в силе.
СКЭС Верховного Суда оставила в силе постановление апелляционного суда, и указала коллегам на неучтённое:
1) начисленные поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанные заказчиком суммы неустоек (штрафов, пеней) в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением в 2015, 2016 и 2020 годах обязательств, предусмотренных контрактом, подлежат списанию в случаях и порядке, которые установлены Правительством РФ;
2) указанное списание применяется и к правоотношениям, возникшим до указанной даты, поскольку регламентирует правовые последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств в 2020 г.;
3) списание начисленных и неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней) осуществляется заказчиком в том числе в случае и в порядке, если общая сумма начисленных и неуплаченных неустоек (штрафов, пеней) не превышает 5 % цены контракта, заказчик осуществляет списание начисленных и неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней) (пп. «а» п. 3 Правил списания от 04.07.2018 № 783 (в ред. Пост. Правительства РФ от 26.04.2020 № 591));
4) списание начисленных и неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней) в соответствии с п. 3 Правил распространяется на принятую к учету задолженность поставщика (подрядчика, исполнителя) независимо от срока ее возникновения и осуществляется заказчиком на основании решения о списании начисленной и неуплаченной суммы неустоек (штрафов, пеней), указанного в п. 9 Правил, в течение 5 рабочих дней со дня принятия такого решения (п. 11 Правил списания от 04.07.2018 № 783);
5) списание неустоек (штрафов, пеней) являлась обязанностью заказчика (п. 40 Обзора судебной практики (утвер. Пр. ВС РФ 28.06.2017).
#неустойка #подряд #госконтракт #44ФЗ
👍6🤔1
Forwarded from СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА
КС РФ поставил точку в споре между судами о том, с какого момента необходимо исчислять срок давности привлечения к административной ответственности
До этого в судебной практике существовало две позиции:
📌 срок привлечения к административной ответственности необходимо отсчитывать от момента совершения правонарушения
📌срок начинает течь со следующего дня после совершения административного правонарушения
КС РФ сформулировал однозначную позицию, в соответсвии с которой срок необходимо считать со дня совершения административного правонарушения
Источник: Постановление КС РФ от 17.05.2022 № 19-П
@sudpraktik
До этого в судебной практике существовало две позиции:
📌 срок привлечения к административной ответственности необходимо отсчитывать от момента совершения правонарушения
📌срок начинает течь со следующего дня после совершения административного правонарушения
КС РФ сформулировал однозначную позицию, в соответсвии с которой срок необходимо считать со дня совершения административного правонарушения
Источник: Постановление КС РФ от 17.05.2022 № 19-П
@sudpraktik
👍1
Односторонний отказ от контракта может быть признан недействительным, а длительное использование результата работ заказчиком свидетельствует о потребительской ценности произведенных работ и о наличие желания ими воспользоваться.
Определение от 11.04.2022 г. по делу № А60-36371/2020, № 309-ЭС22-3946
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2107846
Институт МВД-Заказчик и ИП-Подрядчик заключили государственный контракт. Подрядчик обязался выполнить работы по ремонту КПП, цена контракта составила 2,2 млн. рублей. Подрядчик выполнил работы и вручил Заказчику акты КС-2, формы КС-3 и счёт на оплату. Заказчик остался недоволен и вручил Подрядчику односторонний отказ от исполнения госконтракта, приложив к нему акт, в котором указал на недостатки выполненных работ.
ИП подал иск к Заказчику о признании недействительным решения об одностороннем отказе от исполнения контракта, взыскании задолженности и неустойки. Во встречном иске Заказчик потребовал взыскать с Подрядчика пени и штраф.
Суд первой инстанции признал отказ Заказчика недействительным и взыскал задолженность и неустойку. Встречные требования удовлетворил частично, признав наличие просрочки и пересчитав неустойку.
В рамках дела была произведена экспертиза. В экспертном заключении была отражена общая стоимость работ, выполненных Подрядчиком, было указано на наличие недостатков, но отсутствовали выводы о наличии работ ненадлежащего качества. А некоторое проведенные подрядчиком работы были признаны улучшенными по сравнению с предусмотренными контрактом. Суд руководствовался следующим:
1) если на момент получения подрядчиком уведомления заказчика об отказе от исполнения договора подрядчиком полностью выполнены обязательства по договору, то выполненные работы подлежат приемке и оплате заказчиком в общем порядке (ст. 717, ст. 715 ГК);
2) если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков (ст. 723 ГК);
3) обнаруженные недостатки не исключают возможность использования результата работ по спорному договору, результат работ для ответчика имеет потребительскую ценность, так как фактически передан заказчику и используется им по своему назначению уже в течение полутора лет;
4) пользование результатом указанных работ в течение длительного времени свидетельствует о потребительской ценности произведенных работ (оказанных услуг) для заказчика и желании ими воспользоваться.
Апелляционный и окружной суд оставил акт первой инстанции без изменения.
В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании СКЭС Верховного Суда судьёй М.В. Прониной было отказано.
Было отмечено, что некоторые проведенные подрядчиком работы являются улучшенными по сравнению с предусмотренными контрактом и подлежат оплате по согласованной стоимости. Кроме того, поскольку затраты на приобретение оборудования превышали оплату по контракту, но суды верно признали, что указанные расходы подлежат оплате в установленном размере.
#подряд
Определение от 11.04.2022 г. по делу № А60-36371/2020, № 309-ЭС22-3946
http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2107846
Институт МВД-Заказчик и ИП-Подрядчик заключили государственный контракт. Подрядчик обязался выполнить работы по ремонту КПП, цена контракта составила 2,2 млн. рублей. Подрядчик выполнил работы и вручил Заказчику акты КС-2, формы КС-3 и счёт на оплату. Заказчик остался недоволен и вручил Подрядчику односторонний отказ от исполнения госконтракта, приложив к нему акт, в котором указал на недостатки выполненных работ.
ИП подал иск к Заказчику о признании недействительным решения об одностороннем отказе от исполнения контракта, взыскании задолженности и неустойки. Во встречном иске Заказчик потребовал взыскать с Подрядчика пени и штраф.
Суд первой инстанции признал отказ Заказчика недействительным и взыскал задолженность и неустойку. Встречные требования удовлетворил частично, признав наличие просрочки и пересчитав неустойку.
В рамках дела была произведена экспертиза. В экспертном заключении была отражена общая стоимость работ, выполненных Подрядчиком, было указано на наличие недостатков, но отсутствовали выводы о наличии работ ненадлежащего качества. А некоторое проведенные подрядчиком работы были признаны улучшенными по сравнению с предусмотренными контрактом. Суд руководствовался следующим:
1) если на момент получения подрядчиком уведомления заказчика об отказе от исполнения договора подрядчиком полностью выполнены обязательства по договору, то выполненные работы подлежат приемке и оплате заказчиком в общем порядке (ст. 717, ст. 715 ГК);
2) если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков (ст. 723 ГК);
3) обнаруженные недостатки не исключают возможность использования результата работ по спорному договору, результат работ для ответчика имеет потребительскую ценность, так как фактически передан заказчику и используется им по своему назначению уже в течение полутора лет;
4) пользование результатом указанных работ в течение длительного времени свидетельствует о потребительской ценности произведенных работ (оказанных услуг) для заказчика и желании ими воспользоваться.
Апелляционный и окружной суд оставил акт первой инстанции без изменения.
В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании СКЭС Верховного Суда судьёй М.В. Прониной было отказано.
Было отмечено, что некоторые проведенные подрядчиком работы являются улучшенными по сравнению с предусмотренными контрактом и подлежат оплате по согласованной стоимости. Кроме того, поскольку затраты на приобретение оборудования превышали оплату по контракту, но суды верно признали, что указанные расходы подлежат оплате в установленном размере.
#подряд
👍7🤔1
⚡Дорогие наши подписчики,! В целях поддержки бизнеса мы открываем рубрику #готовыедокументы. Надеемся, что наш небольшой вклад будет полезен и принесет Вашему бизнесу пользу.
С уважением и поддержкой команда LizardLaw
С уважением и поддержкой команда LizardLaw
👍5