Джин как эталонный пример: когда импортозамещение стало рыночной реальностью, а не лозунгом
Вчера с коллегами отмечали День российского джина. Дату поставили на 30 ноября (привязана к принятию в 2017 году первого в России стандарта на джин).
И разговор получился показательный: в категории джин тема «импортозамещения» уже не лозунг и не спор, а итог на полке. Ведь уже около 90% проданного джина в России сейчас производится внутри страны.
Импорт при этом не умер, он просто занял свою нишу: «гиганты привычки» вроде Beefeater и Gordon’s для тех, кто помнит и не хочет ничего менять, плюс позиции для баров и премиальной розницы. А в массовом выборе потребитель давно переключился на локальные бренды. И сделал это не из идеологии.
Почему российский джин “зашёл” потребителям?
Потому что сработал набор, который скучно звучит, но всегда побеждает:
• Цена: разумнее импорта без ощущения “подозрительно дёшево”.
• Качество: напиток выполняет задачу, не выглядит компромиссом.
• Доступность: есть в сетях и регионах, не надо охотиться.
• Понятные сценарии: джин-тоник, коктейль в баре или дома.
И главное: потребитель получает предсказуемый результат. В новых категориях крепкого алкоголя это редкая роскошь, поэтому и ценится.
Эмоция: как слово «импортозамещение» само подставляет локальный продукт.
Слово устроено коварно: оно включает сравнение ещё до дегустации. Обычно по правилам, которые локальному бренду невыгодны:
• обещает “замену”, а значит заставляет мерить по импортному эталону;
• импорт в голове часто идеализирован (“стабильно”, “как раньше”);
• скептик дегустирует не напиток, а подтверждение своей позиции;
• в итоге даже хороший продукт стартует в минусе.
Поэтому джин и победил там, где многие буксуют: он выиграл не “в теоретическом споре с импортом”, а в бытовой практике.
Факт, который обижает лозунги
Доля импорта в джине и правда сильно просела: по данным A.LIST, она снизилась примерно до 10% по итогам продаж в 2024 году.
То есть рынок уже проголосовал: большинству важнее “работает ли напиток” и “сколько стоит”, чем география штаб-квартиры производителя.
Мораль простая: потребителю не нужно «импортозамещение как идея».
Ему нужен нормальный напиток в конкретном сценарии. В категории джин это уже случилось.
Вчера с коллегами отмечали День российского джина. Дату поставили на 30 ноября (привязана к принятию в 2017 году первого в России стандарта на джин).
И разговор получился показательный: в категории джин тема «импортозамещения» уже не лозунг и не спор, а итог на полке. Ведь уже около 90% проданного джина в России сейчас производится внутри страны.
Импорт при этом не умер, он просто занял свою нишу: «гиганты привычки» вроде Beefeater и Gordon’s для тех, кто помнит и не хочет ничего менять, плюс позиции для баров и премиальной розницы. А в массовом выборе потребитель давно переключился на локальные бренды. И сделал это не из идеологии.
Почему российский джин “зашёл” потребителям?
Потому что сработал набор, который скучно звучит, но всегда побеждает:
• Цена: разумнее импорта без ощущения “подозрительно дёшево”.
• Качество: напиток выполняет задачу, не выглядит компромиссом.
• Доступность: есть в сетях и регионах, не надо охотиться.
• Понятные сценарии: джин-тоник, коктейль в баре или дома.
И главное: потребитель получает предсказуемый результат. В новых категориях крепкого алкоголя это редкая роскошь, поэтому и ценится.
Эмоция: как слово «импортозамещение» само подставляет локальный продукт.
Слово устроено коварно: оно включает сравнение ещё до дегустации. Обычно по правилам, которые локальному бренду невыгодны:
• обещает “замену”, а значит заставляет мерить по импортному эталону;
• импорт в голове часто идеализирован (“стабильно”, “как раньше”);
• скептик дегустирует не напиток, а подтверждение своей позиции;
• в итоге даже хороший продукт стартует в минусе.
Поэтому джин и победил там, где многие буксуют: он выиграл не “в теоретическом споре с импортом”, а в бытовой практике.
Факт, который обижает лозунги
Доля импорта в джине и правда сильно просела: по данным A.LIST, она снизилась примерно до 10% по итогам продаж в 2024 году.
То есть рынок уже проголосовал: большинству важнее “работает ли напиток” и “сколько стоит”, чем география штаб-квартиры производителя.
Мораль простая: потребителю не нужно «импортозамещение как идея».
Ему нужен нормальный напиток в конкретном сценарии. В категории джин это уже случилось.
👍32💯10❤5🔥4
Разбираем на канале Гильдии АЛКОПРО методику «чистого» теста, который за одну минуту покажет реальное качество содержимого бутылки джина.
https://t.me/alcopropublic/146
https://t.me/alcopropublic/146
Telegram
Гильдия АЛКОПРО
Джин без «макияжа»: как и зачем пить его чистым
Мы наблюдаем очевидный бум простых миксов: в первую очередь джин-тоник и другие коктейли сейчас везде. На этом фоне не утихают споры о том, что же считать эталонным джином и стоит ли переплачивать за премиум…
Мы наблюдаем очевидный бум простых миксов: в первую очередь джин-тоник и другие коктейли сейчас везде. На этом фоне не утихают споры о том, что же считать эталонным джином и стоит ли переплачивать за премиум…
👍12✍4❤3
Российский ром, который «не совсем» ром: почему потребителю всё равно, а рынку — выгодно
В прошлом материале A.LIST мы разобрали, как понятный сценарий потребления и доступность стали ракетным топливом для категории джин. Успех этой модели заставил нас обратить внимание на еще одного «героя роста», которого не устают хвалить в отчетах — ром.
С виду тренд тот же: импортозамещение, бодрые цифры. Но если в джине мы всё-таки говорим о технологии, то в роме статистика маскирует нюанс, от которого у пуристов дергается глаз.
Самое показательное здесь — олимпийское спокойствие покупателя. Там, где в виски уже начались бы истерика, бойкот и лекции про «аутентичность», в роме потребитель просто пожимает плечами и несет бутылку на кассу. Даже если на этикетке вместо гордого «Ром» значится канцелярское «Напиток спиртной ромовый». И это, коллеги, не маргинальная история, а основа рынка сегодня.
Магия цифр и «пряный» переворот
Данные продаж говорят красноречивее любых маркетинговых легенд. В ТОП-15 брендов, которые держат «мертвой хваткой» 86% рынка, произошла тихая революция.
Более половины продаж в этом топе — около 55% — это так называемый Spiced Rum (пряный ром). А если снять с него красивую этикетку и почитать состав, то перед нами часто не классический ром, а именно «напиток спиртной». Коктейль в бутылке 0,5л. Технически это микс: берется ромовый дистиллят, добавляется спирт (ректификат), ароматизаторы, специи — и вуаля.
Почему конфликта не случилось?
Почему же покупатель не чувствует себя обманутым? Потому что слово «ром» в России (да и много, где в мире) — это не священная корова и не объект поклонения, как односолодовый виски.
1. Сценарий «Коктейль»: «ром + кола + лед + лайм». В этом составе нюансы выдержки и благородство происхождения умирают мгновенно. Зачем платить за терруар, если его зальют газировкой?
2. Понятность: Spiced-версии сразу сладкие, ванильные, питкие. Не нужно привыкать, не нужно «понимать», главное подобрать свой вкус.
3. Цена: Смесь дистиллята с ректификатом банально дешевле. А доступность сейчас — главный драйвер.
На фоне категории, где и так царит исторический хаос (стили разные, выдержку меряют кто как хочет), «ромовый напиток» воспринимается не как подделка, а как честное предложение: «Вот тебе вкус, вот тебе градус, мешай и радуйся».
Импортозамещение в действии
Рынок подтверждает этот тезис уверенным ростом. За январь–июнь 2025 года произведенный в России ром (и продукты на его основе) по данным A.LIST занял около 66% продаж в категории и продолжает рост, тогда как в прошлом году доля локального была 43% по итогам года.
Конечно, мы все понимаем, что это не полный цикл производства с плантациями тростника под Тулой, а грамотная работа с зарубежным дистиллятом и создание тех самых «напитков спиртных» на мощностях местных заводов. Это логистически проще и приятнее по конечной цене.
A.LIST Пульс
Ром (и его младший брат «ромовый напиток») в России принят на ура не из-за внезапной любви к культуре Карибов. Категория продается как удобный результат: вкусно, понятно, недорого.
Поэтому надпись «напиток спиртной» не вызывает у широкой аудитории внутреннего суда. Суд уже состоялся. На кассе. И, судя по растущей доле рынка «пряных напитков», то приговор — «оправдать и налить еще».
В прошлом материале A.LIST мы разобрали, как понятный сценарий потребления и доступность стали ракетным топливом для категории джин. Успех этой модели заставил нас обратить внимание на еще одного «героя роста», которого не устают хвалить в отчетах — ром.
С виду тренд тот же: импортозамещение, бодрые цифры. Но если в джине мы всё-таки говорим о технологии, то в роме статистика маскирует нюанс, от которого у пуристов дергается глаз.
Самое показательное здесь — олимпийское спокойствие покупателя. Там, где в виски уже начались бы истерика, бойкот и лекции про «аутентичность», в роме потребитель просто пожимает плечами и несет бутылку на кассу. Даже если на этикетке вместо гордого «Ром» значится канцелярское «Напиток спиртной ромовый». И это, коллеги, не маргинальная история, а основа рынка сегодня.
Магия цифр и «пряный» переворот
Данные продаж говорят красноречивее любых маркетинговых легенд. В ТОП-15 брендов, которые держат «мертвой хваткой» 86% рынка, произошла тихая революция.
Более половины продаж в этом топе — около 55% — это так называемый Spiced Rum (пряный ром). А если снять с него красивую этикетку и почитать состав, то перед нами часто не классический ром, а именно «напиток спиртной». Коктейль в бутылке 0,5л. Технически это микс: берется ромовый дистиллят, добавляется спирт (ректификат), ароматизаторы, специи — и вуаля.
Почему конфликта не случилось?
Почему же покупатель не чувствует себя обманутым? Потому что слово «ром» в России (да и много, где в мире) — это не священная корова и не объект поклонения, как односолодовый виски.
1. Сценарий «Коктейль»: «ром + кола + лед + лайм». В этом составе нюансы выдержки и благородство происхождения умирают мгновенно. Зачем платить за терруар, если его зальют газировкой?
2. Понятность: Spiced-версии сразу сладкие, ванильные, питкие. Не нужно привыкать, не нужно «понимать», главное подобрать свой вкус.
3. Цена: Смесь дистиллята с ректификатом банально дешевле. А доступность сейчас — главный драйвер.
На фоне категории, где и так царит исторический хаос (стили разные, выдержку меряют кто как хочет), «ромовый напиток» воспринимается не как подделка, а как честное предложение: «Вот тебе вкус, вот тебе градус, мешай и радуйся».
Импортозамещение в действии
Рынок подтверждает этот тезис уверенным ростом. За январь–июнь 2025 года произведенный в России ром (и продукты на его основе) по данным A.LIST занял около 66% продаж в категории и продолжает рост, тогда как в прошлом году доля локального была 43% по итогам года.
Конечно, мы все понимаем, что это не полный цикл производства с плантациями тростника под Тулой, а грамотная работа с зарубежным дистиллятом и создание тех самых «напитков спиртных» на мощностях местных заводов. Это логистически проще и приятнее по конечной цене.
A.LIST Пульс
Ром (и его младший брат «ромовый напиток») в России принят на ура не из-за внезапной любви к культуре Карибов. Категория продается как удобный результат: вкусно, понятно, недорого.
Поэтому надпись «напиток спиртной» не вызывает у широкой аудитории внутреннего суда. Суд уже состоялся. На кассе. И, судя по растущей доле рынка «пряных напитков», то приговор — «оправдать и налить еще».
👍28❤11🔥9👏1🤔1💯1🤣1
Тень не исчезает в полночь.
В повестке проекта A.LIST тема нелегального алкоголя возникает регулярно. Она не сходит и со страниц медиа, увы, поводов хватает: от реальных трагедий до отчётов о рейдах. Но сейчас, на фоне обсуждения очередного повышения минимальных цен (МРЦ), интерес к «тени» получил новый импульс. И здесь начинается самое интересное.
Официальная статистика показывает: «мы стали меньше пить». По свежим данным ЕМИСС, в ноябре 2025 года потребление снизилось до 7,63 л на человека — это минимум почти за 30 лет.
Звучит солидно, но важно понимать механику цифр. В расчёте Минздрава заложена «поправка на тень». В методике Минздрава объем «тени» оценивается не прямым счетом, нет таких данных, а косвенно — через медицинские маркеры (смертность, отравления, психозы и т.д.). Поэтому итоговые цифры чувствительны не только к рынку, но и к нюансам диагностики. И здесь ловушка: качественный домашний дистиллят не портит медицинскую статистику. Не дает он мгновенного всплеска пострадавших. Потребитель жив, здоров и весел, но для официальной статистики он «стал меньше пить», просто потому что исчез из легальной розницы и (слава богу) не попал в сводки скорой помощи.
И пока статистика фиксирует рекорды трезвости, реальный рынок живет по своей логике:
1️⃣ Цена — главный драйвер миграции
Как ни крути, но экономика первична. Серьезный рост акцизов и МРЦ в последние годы делает легальную водку дорогой для части потребителей. Люди уходят в гаражный сегмент/домашнее производство не из высоких идейных соображений, а просто потому, что там математика их бюджета сходится лучше. Кошелек голосует быстрее, чем лояльность к брендам.
2️⃣ «Самогон под ключ»: сервис и сообщество
Самое интересное изменение последних лет — это инфраструктура. Домашнее винокурение давно перестало быть уделом одиночек-энтузиастов и бутлегеров. За последние годы сформировалось мощное, дружелюбное комьюнити.
Вам не просто продадут «железо». Вам окажут полный сервис: подберут аппарат, снабдят инструкциями, добавят в чаты поддержки и пригласят на выставку (официальную, кстати, а не в подвале с входом по паролю). Более того — при желании, к новичку готовы приехать, чтобы помочь настроить процесс и буквально за руку провести до первой капли продукта. Порог входа стал минимальным: это уже не «сложная химия», а доступное хобби с «техподдержкой».
3️⃣ Доступность уровня «магазин у дома»
Найти альтернативу легальной полке сегодня иногда реально проще, чем парковку в центре города.
У потребителя есть выбор, и он не ограничивается только магазином. Каналы сбыта диверсифицированы: от соседа с самогонным аппаратом до закрытых групп в интернете.
4️⃣ Миф о качестве как оправдание
«Сплошная химия в заводских напитках» — это не причина, тем более что неправда, а скорее удобное моральное обоснование. Когда потребитель выбирает более дешевый домашний продукт, ему комфортнее думать, что он не экономит, а выбирает «натуральное». Миф о том, что заводское — вредное, просто помогает со спокойной душой закрыть вопрос с легальной розницей.
🔻 Вывод A.LIST:
Цифра 7,63 л — красивый индикатор. Формально мы уже досрочно выполнили план Федеральной программы снижения потребления на 2030 год (цель была 7,8 л). Но праздновать рано. Да, легальный рынок сжимается под давлением цен и других факторов, мы это видим из отчетов по продажам. Но спрос перетекает и в альтернативную зону «домашнего крафта». Эту миграцию невозможно поймать текущей методикой подсчетов: она не дает скачков в отчетности, она просто дает минус в кассе легальных магазинов.
В повестке проекта A.LIST тема нелегального алкоголя возникает регулярно. Она не сходит и со страниц медиа, увы, поводов хватает: от реальных трагедий до отчётов о рейдах. Но сейчас, на фоне обсуждения очередного повышения минимальных цен (МРЦ), интерес к «тени» получил новый импульс. И здесь начинается самое интересное.
Официальная статистика показывает: «мы стали меньше пить». По свежим данным ЕМИСС, в ноябре 2025 года потребление снизилось до 7,63 л на человека — это минимум почти за 30 лет.
Звучит солидно, но важно понимать механику цифр. В расчёте Минздрава заложена «поправка на тень». В методике Минздрава объем «тени» оценивается не прямым счетом, нет таких данных, а косвенно — через медицинские маркеры (смертность, отравления, психозы и т.д.). Поэтому итоговые цифры чувствительны не только к рынку, но и к нюансам диагностики. И здесь ловушка: качественный домашний дистиллят не портит медицинскую статистику. Не дает он мгновенного всплеска пострадавших. Потребитель жив, здоров и весел, но для официальной статистики он «стал меньше пить», просто потому что исчез из легальной розницы и (слава богу) не попал в сводки скорой помощи.
И пока статистика фиксирует рекорды трезвости, реальный рынок живет по своей логике:
1️⃣ Цена — главный драйвер миграции
Как ни крути, но экономика первична. Серьезный рост акцизов и МРЦ в последние годы делает легальную водку дорогой для части потребителей. Люди уходят в гаражный сегмент/домашнее производство не из высоких идейных соображений, а просто потому, что там математика их бюджета сходится лучше. Кошелек голосует быстрее, чем лояльность к брендам.
2️⃣ «Самогон под ключ»: сервис и сообщество
Самое интересное изменение последних лет — это инфраструктура. Домашнее винокурение давно перестало быть уделом одиночек-энтузиастов и бутлегеров. За последние годы сформировалось мощное, дружелюбное комьюнити.
Вам не просто продадут «железо». Вам окажут полный сервис: подберут аппарат, снабдят инструкциями, добавят в чаты поддержки и пригласят на выставку (официальную, кстати, а не в подвале с входом по паролю). Более того — при желании, к новичку готовы приехать, чтобы помочь настроить процесс и буквально за руку провести до первой капли продукта. Порог входа стал минимальным: это уже не «сложная химия», а доступное хобби с «техподдержкой».
3️⃣ Доступность уровня «магазин у дома»
Найти альтернативу легальной полке сегодня иногда реально проще, чем парковку в центре города.
У потребителя есть выбор, и он не ограничивается только магазином. Каналы сбыта диверсифицированы: от соседа с самогонным аппаратом до закрытых групп в интернете.
4️⃣ Миф о качестве как оправдание
«Сплошная химия в заводских напитках» — это не причина, тем более что неправда, а скорее удобное моральное обоснование. Когда потребитель выбирает более дешевый домашний продукт, ему комфортнее думать, что он не экономит, а выбирает «натуральное». Миф о том, что заводское — вредное, просто помогает со спокойной душой закрыть вопрос с легальной розницей.
🔻 Вывод A.LIST:
Цифра 7,63 л — красивый индикатор. Формально мы уже досрочно выполнили план Федеральной программы снижения потребления на 2030 год (цель была 7,8 л). Но праздновать рано. Да, легальный рынок сжимается под давлением цен и других факторов, мы это видим из отчетов по продажам. Но спрос перетекает и в альтернативную зону «домашнего крафта». Эту миграцию невозможно поймать текущей методикой подсчетов: она не дает скачков в отчетности, она просто дает минус в кассе легальных магазинов.
👍28💯13❤2🔥1🙏1🕊1
«Анти-Укус» Voodoo Scientific: когда технология заменяет выдержку, или прощай, спиртовое жжение
Нам не привыкать к новостям в стиле: «чудо-средство сделает ваш напиток лучше и дешевле». На этот раз сюжет закручен вокруг американской Voodoo Scientific, которая продвигает ферментную систему Viriato. Цель — убрать характерный «укус» и жжение у молодых спиртов.
Важно: Речь не о «полезном алкоголе» (такого не бывает), а о технологии, которая может изменить вкус, маркетинг и, возможно, регуляторный подход.
Что именно обещают (и опыт применения)
Voodoo Scientific связывает «жжение» не с этанолом, а с набором 9 следовых раздражающих соединений (некоторые альдегиды), которые активируют болевые рецепторы.
• Оружие: Viriato — это ферментное технологическое средство (патент США $US 12359150$), которое применяется на стадии брожения и нейтрализует эти «раздражители».
• Опыт: Технология уже активно тестируется. Американский производитель Southern Distilling изучает возможность полномасштабной интеграции Viriato.
• Экономический эффект: на тестах производитель, который ранее фильтровал свою премиальную водку 16 раз (Прим: зачем??) через уголь, смог достичь аналогичной мягкости с помощью Viriato, но без дорогостоящей и длительной многократной фильтрации. Это прямое указание на сокращение операционных расходов и ускорение цикла производства.
🎭 «Технологическое Средство»: Чистая Этикетка и Риски
Если фермент не остается в конечном продукте, то возникает несколько интересных моментов:
1. На этикетке нет никакого упоминания технологии.
2. Производитель получает «вкус как после выдержки», но без реальной выдержки.
🚦 Природный Стоп-Сигнал и Регуляторы
Жжение — это в том числе сенсорный барьер, который замедляет темп потребления.
Если технологически убрать этот сигнал, возникает гипотеза: часть людей может пить больше. Это механика, которая не может нравиться регуляторам.
• Важно: если рынок начнет продавать «мягкость» как обещание лучшего опыта потребления, регуляторы отреагируют жестко. Вместо прорыва мы получим новые ограничения по маркировке и коммуникациям.
• Опыт «беспохмельной водки» показал: Потребители сами становились добровольными участниками эксперимента для подтверждения маркетингового сообщения о «добром утре». Viriato — это, по сути, та же маркетинговая логика.
🪓 A.LIST Пульс
Viriato — это просто технический факт: возможность достичь нужной «мягкости» и «чистоты» вкуса быстро, минуя дорогостоящее и долгое старение. Экономически это выгодно, ускоряет премиализацию (и это не комплимент, а констатация).
Но в любом случае, с развитием науки мы уже вступили в эпоху, где новые технологии начинают заменять традиции, а выдержка, как один из самых дорогих этапов, рискует стать просто маркетинговым декором.
Вопрос для дискуссии:
«Убирать жжение» — это улучшение качества или нужно оставить жжение как признак натуральности напитка, и который защищает потребителя от чрезмерного употребления? Как вы относитесь к такого рода инновациям с напитками?
Нам не привыкать к новостям в стиле: «чудо-средство сделает ваш напиток лучше и дешевле». На этот раз сюжет закручен вокруг американской Voodoo Scientific, которая продвигает ферментную систему Viriato. Цель — убрать характерный «укус» и жжение у молодых спиртов.
Важно: Речь не о «полезном алкоголе» (такого не бывает), а о технологии, которая может изменить вкус, маркетинг и, возможно, регуляторный подход.
Что именно обещают (и опыт применения)
Voodoo Scientific связывает «жжение» не с этанолом, а с набором 9 следовых раздражающих соединений (некоторые альдегиды), которые активируют болевые рецепторы.
• Оружие: Viriato — это ферментное технологическое средство (патент США $US 12359150$), которое применяется на стадии брожения и нейтрализует эти «раздражители».
• Опыт: Технология уже активно тестируется. Американский производитель Southern Distilling изучает возможность полномасштабной интеграции Viriato.
• Экономический эффект: на тестах производитель, который ранее фильтровал свою премиальную водку 16 раз (Прим: зачем??) через уголь, смог достичь аналогичной мягкости с помощью Viriato, но без дорогостоящей и длительной многократной фильтрации. Это прямое указание на сокращение операционных расходов и ускорение цикла производства.
🎭 «Технологическое Средство»: Чистая Этикетка и Риски
Если фермент не остается в конечном продукте, то возникает несколько интересных моментов:
1. На этикетке нет никакого упоминания технологии.
2. Производитель получает «вкус как после выдержки», но без реальной выдержки.
🚦 Природный Стоп-Сигнал и Регуляторы
Жжение — это в том числе сенсорный барьер, который замедляет темп потребления.
Если технологически убрать этот сигнал, возникает гипотеза: часть людей может пить больше. Это механика, которая не может нравиться регуляторам.
• Важно: если рынок начнет продавать «мягкость» как обещание лучшего опыта потребления, регуляторы отреагируют жестко. Вместо прорыва мы получим новые ограничения по маркировке и коммуникациям.
• Опыт «беспохмельной водки» показал: Потребители сами становились добровольными участниками эксперимента для подтверждения маркетингового сообщения о «добром утре». Viriato — это, по сути, та же маркетинговая логика.
🪓 A.LIST Пульс
Viriato — это просто технический факт: возможность достичь нужной «мягкости» и «чистоты» вкуса быстро, минуя дорогостоящее и долгое старение. Экономически это выгодно, ускоряет премиализацию (и это не комплимент, а констатация).
Но в любом случае, с развитием науки мы уже вступили в эпоху, где новые технологии начинают заменять традиции, а выдержка, как один из самых дорогих этапов, рискует стать просто маркетинговым декором.
Вопрос для дискуссии:
«Убирать жжение» — это улучшение качества или нужно оставить жжение как признак натуральности напитка, и который защищает потребителя от чрезмерного употребления? Как вы относитесь к такого рода инновациям с напитками?
👍11🤔6❤5🔥3
Комментарии читателей в нашем блоге или у коллег из винной индустрии показывают простую вещь: для мейнстрима водка не предмет обсуждения вкусов, а утилитарный напиток.
Водка как функция
На рынке сложился консенсус: водка — это скорее функция, чем продукт. В переводе на простой язык: градус, эффект и цена входа. «Спирт разбавленный, что тут обсуждать». Это не маргинальная реплика, а массовое убеждение, которое заранее обесценивает любые разговоры о качестве.
Качество как маркер, а не легенда
Парадокс в том, что “продуктовость” у водки есть. Просто её обычно пытаются объяснять не тем языком. Маркер качества в водке — это не поэзия про «нотки», а доказуемая и повторяемая разница: стабильность партий, профиль и чистота спирта, прозрачность сырья и технологии, подтверждение дегустациями и лабораторией. То, что можно проверить, а не “поверить”.
Факты для этого есть: солодовые спирты, монозерновые эксперименты, органическая цепочка «от поля до бутылки». Есть технологические причины, почему одна водка мягче, другая резче. Но дальше включается бетон: «не верю, она одинаковая». Потому что водка в голове огромной части аудитории живёт не в категории качества, а в категории эффекта. Функция, а не характер. И если продукт воспринимается как функция, разговор о технологиях становится разговором «для своих», а не для полки.
Когда потребитель заранее уверен, что «разницы нет», маркетингу остаётся гонять пустые сообщения, в которые часто не верят даже те, кто их пишет: «уникальная фильтрация», «особая вода», легенды и гербы. У потребителя уже есть статус-кво: водка должна быть предсказуемой по эффекту. Всё остальное воспринимается как показуха.
«Сухой закон 2.0»: сжатие через правила
И вот где начинается самое важное. Мейнстримное «водка одинаковая» совпадает с логикой регулирования: государству нужна управляемость и контроль, а не тонкий разговор про нюансы «ароматики монозерна», которые в систему контроля не встраиваются. Вот так и складывается «сухой закон 2.0» через запреты и постепенное сжатие рынка.
Когда водка для большинства это просто градус и эффект, качество перестаёт быть темой. Поэтому и регулирование крутится вокруг функции: где и когда продают, какая минимальная цена, как маркируют и как фиксируют оборот. Это отлично работает даже в мире, где “всё одинаковое”.
С “качеством как отличием” хуже: у каждого бренда свои легенды, но понятной системы, почему эта водка интереснее другой, рынок так и не построил.
Две версии: о чём стоит спорить
Рынок сам загнал себя в ловушку, и здесь есть две версии, которые определяют будущее категории.
Первая: водка действительно стала «одинаковой», а технологии — это кружок для ценителей. Тогда регулирование лишь фиксирует реальность: контролируем массовую функцию и не притворяемся гастрономией.
Вторая: разница есть, но индустрия разучилась её доказывать: «водка = функция» это удобная капитуляция, которая развязывает руки контролю и превращает коммуникацию в шум. Тогда шанс у категории есть, но нужен другой подход: меньше мифологии, больше доказательств.
Масштаб как проклятие
Ситуацию усиливает масштаб: водка занимает около двух третей потребления крепкого, поэтому для массового сознания «крепкое» автоматически равно «водка». Остальные напитки воспринимаются как мода или для коктейлей. При этом рост быстрее там, где обещание вкуса можно проверить одним глотком: джин, виски, ром. Настойки на спирте тоже никуда не делись и не денутся: они дают понятный вкус без необходимости верить в “нюансы” базового продукта.
Вопрос, от которого уходят
Отсюда неприятный вопрос: отрасль вообще хочет и может ли вернуть водке смысл как продукту, то есть понятные маркеры качества?
Или ей проще жить в модели «водка = функция», где выигрывают не те, кто делает лучше, а те, у кого больше сырья, мощностей и сильнее дистрибуция. Тогда новости о будущих альянсах производителей выглядят не сенсацией, а обычной логикой рынка.
Водка как функция
На рынке сложился консенсус: водка — это скорее функция, чем продукт. В переводе на простой язык: градус, эффект и цена входа. «Спирт разбавленный, что тут обсуждать». Это не маргинальная реплика, а массовое убеждение, которое заранее обесценивает любые разговоры о качестве.
Качество как маркер, а не легенда
Парадокс в том, что “продуктовость” у водки есть. Просто её обычно пытаются объяснять не тем языком. Маркер качества в водке — это не поэзия про «нотки», а доказуемая и повторяемая разница: стабильность партий, профиль и чистота спирта, прозрачность сырья и технологии, подтверждение дегустациями и лабораторией. То, что можно проверить, а не “поверить”.
Факты для этого есть: солодовые спирты, монозерновые эксперименты, органическая цепочка «от поля до бутылки». Есть технологические причины, почему одна водка мягче, другая резче. Но дальше включается бетон: «не верю, она одинаковая». Потому что водка в голове огромной части аудитории живёт не в категории качества, а в категории эффекта. Функция, а не характер. И если продукт воспринимается как функция, разговор о технологиях становится разговором «для своих», а не для полки.
Когда потребитель заранее уверен, что «разницы нет», маркетингу остаётся гонять пустые сообщения, в которые часто не верят даже те, кто их пишет: «уникальная фильтрация», «особая вода», легенды и гербы. У потребителя уже есть статус-кво: водка должна быть предсказуемой по эффекту. Всё остальное воспринимается как показуха.
«Сухой закон 2.0»: сжатие через правила
И вот где начинается самое важное. Мейнстримное «водка одинаковая» совпадает с логикой регулирования: государству нужна управляемость и контроль, а не тонкий разговор про нюансы «ароматики монозерна», которые в систему контроля не встраиваются. Вот так и складывается «сухой закон 2.0» через запреты и постепенное сжатие рынка.
Когда водка для большинства это просто градус и эффект, качество перестаёт быть темой. Поэтому и регулирование крутится вокруг функции: где и когда продают, какая минимальная цена, как маркируют и как фиксируют оборот. Это отлично работает даже в мире, где “всё одинаковое”.
С “качеством как отличием” хуже: у каждого бренда свои легенды, но понятной системы, почему эта водка интереснее другой, рынок так и не построил.
Две версии: о чём стоит спорить
Рынок сам загнал себя в ловушку, и здесь есть две версии, которые определяют будущее категории.
Первая: водка действительно стала «одинаковой», а технологии — это кружок для ценителей. Тогда регулирование лишь фиксирует реальность: контролируем массовую функцию и не притворяемся гастрономией.
Вторая: разница есть, но индустрия разучилась её доказывать: «водка = функция» это удобная капитуляция, которая развязывает руки контролю и превращает коммуникацию в шум. Тогда шанс у категории есть, но нужен другой подход: меньше мифологии, больше доказательств.
Масштаб как проклятие
Ситуацию усиливает масштаб: водка занимает около двух третей потребления крепкого, поэтому для массового сознания «крепкое» автоматически равно «водка». Остальные напитки воспринимаются как мода или для коктейлей. При этом рост быстрее там, где обещание вкуса можно проверить одним глотком: джин, виски, ром. Настойки на спирте тоже никуда не делись и не денутся: они дают понятный вкус без необходимости верить в “нюансы” базового продукта.
Вопрос, от которого уходят
Отсюда неприятный вопрос: отрасль вообще хочет и может ли вернуть водке смысл как продукту, то есть понятные маркеры качества?
Или ей проще жить в модели «водка = функция», где выигрывают не те, кто делает лучше, а те, у кого больше сырья, мощностей и сильнее дистрибуция. Тогда новости о будущих альянсах производителей выглядят не сенсацией, а обычной логикой рынка.
👍35❤3
⚡️ 2026: Гид по выживанию у полки
Часть 1: Аномалия и Деньги
Мы входим в 2026 год непривычно тихо. Вы заметили? На рынке нет предновогоднего ажиотажа. Судя по последнему отчету РАР, заводы не работают в три смены, чтобы создать запасы «по старому акцизу». Ритейл не включает «режим хомяка», забивая склады товаром под завязку.
Всё пугающе обыденно.
Почему? Общая экономика придавила индустрию. При текущей стоимости денег работа «на склад» теряет смысл. Никто — ни завод, ни сеть — не может позволить себе сегодня заморозить дорогие оборотные средства в запасах при негативных прогнозах продаж. «Сушка» цепи поставок означает, что в 2026 год мы входим без привычной уже подушки безопасности с товарами на складе для первого квартала — по сути будут работать «с колёс».
А впереди — четыре всадника 2026 года: Акциз, Ставка, Спирт и Контракт с сетью из ТОП4.
1. Прощай, дешёвая водка 💸
Причина: Математика госрегулирования.
С 1 января акциз растёт на 11,4% — до 824 рублей за литр безводного спирта. Вслед за ним планируют поднять и МРЦ, например на водку цена может взлететь на 17% — до 409 рублей за 0,5 л. Понятие «самая дешёвая водка» становится экономическим оксюмороном.
Однако рост налоговой нагрузки касается всех категорий алкоголя, поэтому продолжит работать классическая «северная модель» потребления. Её суть — фокус на крепкие напитки с эффективностью покупки «градус на рубль». Даже при цене 409 рублей водка остаётся продуктом с самым высоким КПД градуса.
Сложилась интересная ситуация: лидеры рынка уже стоят близко к новой МРЦ. Разрыв между «первой ценой» и федеральным брендом сожмется до минимума — меньше стоимости проезда в автобусе. Это поменяет правила игры: категория «первая цена» становится удобной площадкой для федеральных брендов. Зачем держать отдельную марку для нижней полки, если можно поставить туда основной бренд по промо? Для потребителя логика ещё проще: видя ценник 400+, он перестанет экспериментировать с «ноунеймами» и выберет знакомую марку. За эти деньги ему нужен гарантированный, предсказуемый результат.
2. Атака клонов: Масштабирование СТМ/ЭТМ 🏷
Причина: Сети защищают маржу.
Собственные торговые марки ритейла (СТМ/ЭТМ) — тема далеко не новая, но именно 2026 год станет годом их агрессивной экспансии. Динамика продаж частных/эксклюзивных марок позитивная, особенно в категории джин.
Эпоха «честной Первой цены» проходит. Наступает эра «скрытых» СТМ. На полке стоит красивая бутылка с «легендой», которая выглядит как независимый бренд. Но по факту — это продукт, созданный по заказу сети. Полка сократится: место под солнцем достанется федеральным лидерам и этим «брендам-оборотням», гарантирующим ритейлеру маржу.
3. Бренды-призраки и лотерея вкуса 🎰
Причина: Дорогие деньги и изменения на рынке сырья.
Цикл «спирт → производство → полка → деньги» очень длинный. При дорогих кредитах он превращается в ловушку. Плюс — взрывной рост себестоимости: дорожает всё, от персонала и логистики до стеклотары и обслуживания линий.
Важно: поскольку запасов на складах мало, любой кассовый разрыв у производителя может привести к срывам поставок и выводу с полки.
Если привычный вам бренд останется в магазине — не удивляйтесь возможным изменениям во вкусе. Это касается в первую очередь «середняков», не имеющих собственной сырьевой базы (спирт, дистилляты). Ради экономии такие производители могут упрощать рецептуру «на лету» или менять площадки розлива. Стабильность качества станет привилегией вертикально-интегрированных холдингов.
Часть 1: Аномалия и Деньги
Мы входим в 2026 год непривычно тихо. Вы заметили? На рынке нет предновогоднего ажиотажа. Судя по последнему отчету РАР, заводы не работают в три смены, чтобы создать запасы «по старому акцизу». Ритейл не включает «режим хомяка», забивая склады товаром под завязку.
Всё пугающе обыденно.
Почему? Общая экономика придавила индустрию. При текущей стоимости денег работа «на склад» теряет смысл. Никто — ни завод, ни сеть — не может позволить себе сегодня заморозить дорогие оборотные средства в запасах при негативных прогнозах продаж. «Сушка» цепи поставок означает, что в 2026 год мы входим без привычной уже подушки безопасности с товарами на складе для первого квартала — по сути будут работать «с колёс».
А впереди — четыре всадника 2026 года: Акциз, Ставка, Спирт и Контракт с сетью из ТОП4.
1. Прощай, дешёвая водка 💸
Причина: Математика госрегулирования.
С 1 января акциз растёт на 11,4% — до 824 рублей за литр безводного спирта. Вслед за ним планируют поднять и МРЦ, например на водку цена может взлететь на 17% — до 409 рублей за 0,5 л. Понятие «самая дешёвая водка» становится экономическим оксюмороном.
Однако рост налоговой нагрузки касается всех категорий алкоголя, поэтому продолжит работать классическая «северная модель» потребления. Её суть — фокус на крепкие напитки с эффективностью покупки «градус на рубль». Даже при цене 409 рублей водка остаётся продуктом с самым высоким КПД градуса.
Сложилась интересная ситуация: лидеры рынка уже стоят близко к новой МРЦ. Разрыв между «первой ценой» и федеральным брендом сожмется до минимума — меньше стоимости проезда в автобусе. Это поменяет правила игры: категория «первая цена» становится удобной площадкой для федеральных брендов. Зачем держать отдельную марку для нижней полки, если можно поставить туда основной бренд по промо? Для потребителя логика ещё проще: видя ценник 400+, он перестанет экспериментировать с «ноунеймами» и выберет знакомую марку. За эти деньги ему нужен гарантированный, предсказуемый результат.
2. Атака клонов: Масштабирование СТМ/ЭТМ 🏷
Причина: Сети защищают маржу.
Собственные торговые марки ритейла (СТМ/ЭТМ) — тема далеко не новая, но именно 2026 год станет годом их агрессивной экспансии. Динамика продаж частных/эксклюзивных марок позитивная, особенно в категории джин.
Эпоха «честной Первой цены» проходит. Наступает эра «скрытых» СТМ. На полке стоит красивая бутылка с «легендой», которая выглядит как независимый бренд. Но по факту — это продукт, созданный по заказу сети. Полка сократится: место под солнцем достанется федеральным лидерам и этим «брендам-оборотням», гарантирующим ритейлеру маржу.
3. Бренды-призраки и лотерея вкуса 🎰
Причина: Дорогие деньги и изменения на рынке сырья.
Цикл «спирт → производство → полка → деньги» очень длинный. При дорогих кредитах он превращается в ловушку. Плюс — взрывной рост себестоимости: дорожает всё, от персонала и логистики до стеклотары и обслуживания линий.
Важно: поскольку запасов на складах мало, любой кассовый разрыв у производителя может привести к срывам поставок и выводу с полки.
Если привычный вам бренд останется в магазине — не удивляйтесь возможным изменениям во вкусе. Это касается в первую очередь «середняков», не имеющих собственной сырьевой базы (спирт, дистилляты). Ради экономии такие производители могут упрощать рецептуру «на лету» или менять площадки розлива. Стабильность качества станет привилегией вертикально-интегрированных холдингов.
🔥17👍14❤4
🥃 2026: Гид по выживанию у полки
Часть 2: Продукты и Люди
Разбор алкогольной полки-2026.
4. Три модели поведения потребителей в 2026 году
Модель 1: «Старая школа» (Рубль за градус)
Самый массовый сегмент. Для этого покупателя водка за 409 рублей — не гастрономия, а эталон эффективности. Коктейли — непонятная роскошь. Он останется верным водке, потому что при МРЦ 409 р. альтернативы математически проигрывают.
Модель 2: «Домашний миксолог»
Аудитория 30+, привыкшая к «виски-кола». В 2026 году их ждёт шок: МРЦ на виски/ром — от 605 рублей. Куда они уйдут? В категорию напитков 32–38% (Spirit Drinks). Потребитель возьмёт «напиток со вкусом виски/рома» или настойку за 450–500 рублей, смешает с колой или соком и получит тот же ритуал, но на 30+%, дешевле.
Модель 3: «Входной билет» (Молодёжь)
Для них барьер в 500–600 рублей слишком высок. Они выбирают по абсолютной цене чека. Модный соджу, аперитив или коктейль за 250 рублей побеждает, даже если в пересчёте на спирт это невыгодно. Это покупка настроения «здесь и сейчас».
5. Импортозамещение 2.0: Виски и Джин 🇷🇺
Причина: Дороговизна импорта и длинная логистика.
Импорт продолжит вымываться. Это долгий процесс, но позиций на полке станет физически меньше — ритейл не готов морозить деньги в долгом обороте.
Джин: Театр одного актёра — Barrister. Один сильный бренд фактически закрывает половину рынка и сдавать позиции не собирается. Шансы у других небольшие: в лобовую атаку на лидера идти дорого. Терпеть и расставляться. Возможности роста есть в слабоалкогольных напитках.
Виски: Доля российского виски будет расти. Да, цены на него тоже пойдут вверх (акциз, комплектующие дорожают), но он останется лидером роста, особенно в сегменте 605–900 рублей. Станет новой «народной валютой», замещая подорожавший коньяк.
6. Линейки «для ленивых»: Аперитивы и Миксы 🍹
Причина: Битва за маржу и упрощение потребления.
Производители ищут маржу там, где нет жёсткой МРЦ. В 2026 году нас ждёт бум «ленивой миксологии»: аперитивы, биттеры, настойки, ароматизированные ром и виски. Главный посыл: «Просто добавь тоник/сок/колу».
Потребитель не хочет смешивать сложные коктейли — он хочет вкусно и быстро. Эти напитки с пониженным градусом 32–38% позволяют заводам экономить акциз, а сетям — продавать эмоцию вместо чистого спирта.
7. Трагедия коньяка 🥃
Российский коньяк станет главным донором аудитории для всех перечисленных выше категорий — виски, джина, Spirit Drinks, настоек.
Дешёвый коньяк уходит как класс. МРЦ на коньяк взлетает до 755 рублей — и это не потолок, а пол. Реальная полка начнётся выше.
Куда денется эта аудитория? Часть уйдёт в российский виски (дешевле и моднее), часть — в «напитки со вкусом», часть — обратно в водку. Коньяк перестанет быть «народным».
8. Уход в тень: «Гаражный крафт» 🏭
Причина: Голосование рублём против акциза.
Часть аудитории не готова платить 400+ рублей за бутылку и уходит в теневой сегмент. Цифры говорят сами за себя: продажи самогонных аппаратов растут Доля «неучтёнки» неизвестна, но не равно нулю. Региональные ограничения только ускоряют процесс. Природа не терпит пустоты — её заполняет гараж.
9. «Меньше, но лучше»: Битва за осознанного потребителя 🎯
Причина: Смена парадигмы потребления.
На другом полюсе — сегмент «Меньше, но лучше». Люди пьют реже, но выбирают более качественные напитки.
Именно за кошелёк этого покупателя развернётся главная маркетинговая битва 2026 года. Здесь работают история бренда, рейтинги, рекомендации.
📊 A.LIST Пульс: Итог
В 2026 году полка станет ярче, но фундамент прежний. Водка — для эффекта, вкусовые напитки — для ритуала, российский виски, джин и ром — как замена импорту.
В магазине у дома останется базовый набор: федеральная водка + СТМ сети + российские импортозаместители + массовый импорт. Ассортимент станет скучнее, но эффективнее. Дорогой импорт и экзотика переезжают в специализированную розницу.
Мы будем наблюдать не смену модели потребления, а её жёсткий тюнинг под новые условия — с перетоками между категориями.
Часть 2: Продукты и Люди
Разбор алкогольной полки-2026.
4. Три модели поведения потребителей в 2026 году
Модель 1: «Старая школа» (Рубль за градус)
Самый массовый сегмент. Для этого покупателя водка за 409 рублей — не гастрономия, а эталон эффективности. Коктейли — непонятная роскошь. Он останется верным водке, потому что при МРЦ 409 р. альтернативы математически проигрывают.
Модель 2: «Домашний миксолог»
Аудитория 30+, привыкшая к «виски-кола». В 2026 году их ждёт шок: МРЦ на виски/ром — от 605 рублей. Куда они уйдут? В категорию напитков 32–38% (Spirit Drinks). Потребитель возьмёт «напиток со вкусом виски/рома» или настойку за 450–500 рублей, смешает с колой или соком и получит тот же ритуал, но на 30+%, дешевле.
Модель 3: «Входной билет» (Молодёжь)
Для них барьер в 500–600 рублей слишком высок. Они выбирают по абсолютной цене чека. Модный соджу, аперитив или коктейль за 250 рублей побеждает, даже если в пересчёте на спирт это невыгодно. Это покупка настроения «здесь и сейчас».
5. Импортозамещение 2.0: Виски и Джин 🇷🇺
Причина: Дороговизна импорта и длинная логистика.
Импорт продолжит вымываться. Это долгий процесс, но позиций на полке станет физически меньше — ритейл не готов морозить деньги в долгом обороте.
Джин: Театр одного актёра — Barrister. Один сильный бренд фактически закрывает половину рынка и сдавать позиции не собирается. Шансы у других небольшие: в лобовую атаку на лидера идти дорого. Терпеть и расставляться. Возможности роста есть в слабоалкогольных напитках.
Виски: Доля российского виски будет расти. Да, цены на него тоже пойдут вверх (акциз, комплектующие дорожают), но он останется лидером роста, особенно в сегменте 605–900 рублей. Станет новой «народной валютой», замещая подорожавший коньяк.
6. Линейки «для ленивых»: Аперитивы и Миксы 🍹
Причина: Битва за маржу и упрощение потребления.
Производители ищут маржу там, где нет жёсткой МРЦ. В 2026 году нас ждёт бум «ленивой миксологии»: аперитивы, биттеры, настойки, ароматизированные ром и виски. Главный посыл: «Просто добавь тоник/сок/колу».
Потребитель не хочет смешивать сложные коктейли — он хочет вкусно и быстро. Эти напитки с пониженным градусом 32–38% позволяют заводам экономить акциз, а сетям — продавать эмоцию вместо чистого спирта.
7. Трагедия коньяка 🥃
Российский коньяк станет главным донором аудитории для всех перечисленных выше категорий — виски, джина, Spirit Drinks, настоек.
Дешёвый коньяк уходит как класс. МРЦ на коньяк взлетает до 755 рублей — и это не потолок, а пол. Реальная полка начнётся выше.
Куда денется эта аудитория? Часть уйдёт в российский виски (дешевле и моднее), часть — в «напитки со вкусом», часть — обратно в водку. Коньяк перестанет быть «народным».
8. Уход в тень: «Гаражный крафт» 🏭
Причина: Голосование рублём против акциза.
Часть аудитории не готова платить 400+ рублей за бутылку и уходит в теневой сегмент. Цифры говорят сами за себя: продажи самогонных аппаратов растут Доля «неучтёнки» неизвестна, но не равно нулю. Региональные ограничения только ускоряют процесс. Природа не терпит пустоты — её заполняет гараж.
9. «Меньше, но лучше»: Битва за осознанного потребителя 🎯
Причина: Смена парадигмы потребления.
На другом полюсе — сегмент «Меньше, но лучше». Люди пьют реже, но выбирают более качественные напитки.
Именно за кошелёк этого покупателя развернётся главная маркетинговая битва 2026 года. Здесь работают история бренда, рейтинги, рекомендации.
📊 A.LIST Пульс: Итог
В 2026 году полка станет ярче, но фундамент прежний. Водка — для эффекта, вкусовые напитки — для ритуала, российский виски, джин и ром — как замена импорту.
В магазине у дома останется базовый набор: федеральная водка + СТМ сети + российские импортозаместители + массовый импорт. Ассортимент станет скучнее, но эффективнее. Дорогой импорт и экзотика переезжают в специализированную розницу.
Мы будем наблюдать не смену модели потребления, а её жёсткий тюнинг под новые условия — с перетоками между категориями.
👍41❤10💯4🕊1
Один за всех, и все за EBITDA
В детстве, читая Дюма, мы верили: мушкетёры — это честь и отвага. А кардинал Ришелье — унылый злодей, который мешает людям жить ярко.
В 45+ смотришь на тот же текст и понимаешь: Ришелье был единственным взрослым в комнате. Пока кучка парней с оружием создавала хаос ради адреналина, кардинал пытался сшить распадающуюся страну. Мы не сочувствовали ему, потому что он был Системой. А мы хотели быть Стихией.
С нашей индустрией произошло то же самое. Мы заходили в алкогольный бизнес 90-х и нулевых как Д'Артаньяны, а потом обнаружили, что мир потребовал от нас думать, как Ришелье.
Эпоха, которая казалась нормой
Мы не выбирали романтику — мы в неё попали. Нулевые были временем, когда алкогольный бизнес ещё не стал бизнесом в скучном смысле слова. Это были зарубежные поездки, шикарные ужины, первые контейнеры с напитками, которых здесь никто не видел. Мы открывали бутылки, о которых раньше читали в книгах, и это было частью работы.
Это было время общего роста, когда почти любая категория выглядела как билет в будущее: вино, виски, ром — всё «для людей, которые наконец-то могут себе позволить». Рост заменял собой аргументы, стратегию и даже здравый смысл: если продажи каждый год прибавляют, значит ты прав.
Когда в 2006-м вышел фильм «Хороший год», он казался не сказкой, а почти документалкой. Виноградники, разговоры о вине за длинным столом, ощущение причастности к чему-то настоящему — мы это знали, мы так жили. Фильм просто красиво снял нашу повседневность.
Запустить что-то новое было проще. Везли контейнеры не потому, что просчитали нишу, а потому что «продукт невероятный». Так можно было.
Почему это работало? Не потому, что мы были гениями. Хотя, признаться, тогда казалось, что именно поэтому. Нас спасал прилив. Рынок рос, конкуренция была детской, и этот рост скрывал управленческие дыры. Экономика прощала нам романтику.
Именно поэтому в нулевые продавались вещи, которые сегодня пришлось бы защищать презентацией на сорок слайдов. Гаражное вино за большие деньги воспринималось не как риск, а как знак времени. Никто не обсуждал «падает ли категория» — обсуждали только «как успеть привезти ещё».
Что мы не заметили в «Хорошем годе»
Фильм показывал нам нас самих — и мы радостно узнавали. Немногие заметили одну деталь, которая тогда казалась неважной.
В фильме Макс пересказывает урок дяди Генри: каждому нужен «миллион на пошли вы» в банке. Не как мечта, а как условие. Потому что только запас прочности даёт право выбирать, а не изображать выбор.
Свобода героя не возникла из воздуха и не была подарком виноградника. Она стояла на капитале и на возможности пережить ошибки.
Нашим ресурсом был растущий рынок: пустые ниши, голодный спрос, деньги, которые приходили быстрее, чем вопросы. Это он позволял принимать решения сердцем, а не калькулятором. Когда ресурс закончился, закончилась и эпоха.
Победа Кардинала
Романтика умерла не потому, что мы постарели или разочаровались. Она умерла, потому что изменилась плотность среды.
Раньше мы запускали проекты — с энергией «я так вижу», с презентациями в дорогих ресторанах, с верой, что рынок оценит смелость. Сейчас запускаются продукты — с учетом полки, позиционированием, ценовой моделью. Сегодняшний рынок — это мир Ришелье. Здесь мушкетёрский наскок «главное ввязаться в драку, а там посмотрим» приводит не к славе, а к кассовому разрыву.
Мы не предавали свои идеалы. Мы адаптировались к новой реальности. И однажды обнаружили, что думаем как кардинал, а не как мушкетёр.
Итог
Мы не выбирали эту эволюцию. Мы вошли в профессию, где рост отвечал за нас на все вопросы. Потом рост закончился. И выяснилось, что роль мушкетёра прекрасна, но недолговечна.
Ришелье победил не потому, что он прав, и не потому, что он симпатичен. Он победил потому, что строит то, что переживает настроение. А «Хороший год» остался памятником эпохе, когда свободу выбора путали с атмосферой и думали, что романтика — это свойство профессии, а не награда за запас прочности.
В детстве, читая Дюма, мы верили: мушкетёры — это честь и отвага. А кардинал Ришелье — унылый злодей, который мешает людям жить ярко.
В 45+ смотришь на тот же текст и понимаешь: Ришелье был единственным взрослым в комнате. Пока кучка парней с оружием создавала хаос ради адреналина, кардинал пытался сшить распадающуюся страну. Мы не сочувствовали ему, потому что он был Системой. А мы хотели быть Стихией.
С нашей индустрией произошло то же самое. Мы заходили в алкогольный бизнес 90-х и нулевых как Д'Артаньяны, а потом обнаружили, что мир потребовал от нас думать, как Ришелье.
Эпоха, которая казалась нормой
Мы не выбирали романтику — мы в неё попали. Нулевые были временем, когда алкогольный бизнес ещё не стал бизнесом в скучном смысле слова. Это были зарубежные поездки, шикарные ужины, первые контейнеры с напитками, которых здесь никто не видел. Мы открывали бутылки, о которых раньше читали в книгах, и это было частью работы.
Это было время общего роста, когда почти любая категория выглядела как билет в будущее: вино, виски, ром — всё «для людей, которые наконец-то могут себе позволить». Рост заменял собой аргументы, стратегию и даже здравый смысл: если продажи каждый год прибавляют, значит ты прав.
Когда в 2006-м вышел фильм «Хороший год», он казался не сказкой, а почти документалкой. Виноградники, разговоры о вине за длинным столом, ощущение причастности к чему-то настоящему — мы это знали, мы так жили. Фильм просто красиво снял нашу повседневность.
Запустить что-то новое было проще. Везли контейнеры не потому, что просчитали нишу, а потому что «продукт невероятный». Так можно было.
Почему это работало? Не потому, что мы были гениями. Хотя, признаться, тогда казалось, что именно поэтому. Нас спасал прилив. Рынок рос, конкуренция была детской, и этот рост скрывал управленческие дыры. Экономика прощала нам романтику.
Именно поэтому в нулевые продавались вещи, которые сегодня пришлось бы защищать презентацией на сорок слайдов. Гаражное вино за большие деньги воспринималось не как риск, а как знак времени. Никто не обсуждал «падает ли категория» — обсуждали только «как успеть привезти ещё».
Что мы не заметили в «Хорошем годе»
Фильм показывал нам нас самих — и мы радостно узнавали. Немногие заметили одну деталь, которая тогда казалась неважной.
В фильме Макс пересказывает урок дяди Генри: каждому нужен «миллион на пошли вы» в банке. Не как мечта, а как условие. Потому что только запас прочности даёт право выбирать, а не изображать выбор.
Свобода героя не возникла из воздуха и не была подарком виноградника. Она стояла на капитале и на возможности пережить ошибки.
Нашим ресурсом был растущий рынок: пустые ниши, голодный спрос, деньги, которые приходили быстрее, чем вопросы. Это он позволял принимать решения сердцем, а не калькулятором. Когда ресурс закончился, закончилась и эпоха.
Победа Кардинала
Романтика умерла не потому, что мы постарели или разочаровались. Она умерла, потому что изменилась плотность среды.
Раньше мы запускали проекты — с энергией «я так вижу», с презентациями в дорогих ресторанах, с верой, что рынок оценит смелость. Сейчас запускаются продукты — с учетом полки, позиционированием, ценовой моделью. Сегодняшний рынок — это мир Ришелье. Здесь мушкетёрский наскок «главное ввязаться в драку, а там посмотрим» приводит не к славе, а к кассовому разрыву.
Мы не предавали свои идеалы. Мы адаптировались к новой реальности. И однажды обнаружили, что думаем как кардинал, а не как мушкетёр.
Итог
Мы не выбирали эту эволюцию. Мы вошли в профессию, где рост отвечал за нас на все вопросы. Потом рост закончился. И выяснилось, что роль мушкетёра прекрасна, но недолговечна.
Ришелье победил не потому, что он прав, и не потому, что он симпатичен. Он победил потому, что строит то, что переживает настроение. А «Хороший год» остался памятником эпохе, когда свободу выбора путали с атмосферой и думали, что романтика — это свойство профессии, а не награда за запас прочности.
👍31🔥19❤15💔2😁1🕊1💯1
Список_компаний_кто_поставил_производство_виски_на_паузу.png
6.6 MB
Хроники пикирующего бомбардировщика: кто “остановил виски” и что это значит для России в 2026.
Новости про «остановили производство виски» идут в новостях как сериал, где каждую серию обещают финал индустрии, но по факту это чаще всего пауза перегонки и наполнения бочек на одной площадке. Не «бренд умер», а «склад забит, спрос остыл, давайте притормозим».
В четверг выйдет материал о том, что это даст российскому потребителю в 2026 году:
Очевидно, что на полке прибавится распродаж: склады сами себя не разгрузят.
Параллельно попросили коллег из компаний импортеров коротко прокомментировать, что именно ждать российским любителям виски в следующем году: где будут реальные выгодные покупки.
Новости про «остановили производство виски» идут в новостях как сериал, где каждую серию обещают финал индустрии, но по факту это чаще всего пауза перегонки и наполнения бочек на одной площадке. Не «бренд умер», а «склад забит, спрос остыл, давайте притормозим».
В четверг выйдет материал о том, что это даст российскому потребителю в 2026 году:
Очевидно, что на полке прибавится распродаж: склады сами себя не разгрузят.
Параллельно попросили коллег из компаний импортеров коротко прокомментировать, что именно ждать российским любителям виски в следующем году: где будут реальные выгодные покупки.
👍32🤔6❤1
605 vs 755: сколько стоит «макияж» для виски?
С Нового года индустрия получит четкий водораздел. Регулятор вводит две минимальные цены: 755 рублей за выдержанный виски и 605 рублей — за ординарный, читай ускоренного созревания.
По факту, компаниям придется выбирать стул. Либо честно играть в нижнем сегменте за 605 рублей, признавая, что продукт простой. Либо накладывать на этот же «ускоренный» продукт густой слой маркетингового макияжа — рисовать бочки, гербы и легенды, чтобы оправдать цену выше 755.
Почему российский бизнес не стал назвать вещи своими именами и почему потребитель скорее простит слово «имитация» — разбираем в новой колонке на Гильдии АЛКОПРО.
С Нового года индустрия получит четкий водораздел. Регулятор вводит две минимальные цены: 755 рублей за выдержанный виски и 605 рублей — за ординарный, читай ускоренного созревания.
По факту, компаниям придется выбирать стул. Либо честно играть в нижнем сегменте за 605 рублей, признавая, что продукт простой. Либо накладывать на этот же «ускоренный» продукт густой слой маркетингового макияжа — рисовать бочки, гербы и легенды, чтобы оправдать цену выше 755.
Почему российский бизнес не стал назвать вещи своими именами и почему потребитель скорее простит слово «имитация» — разбираем в новой колонке на Гильдии АЛКОПРО.
👍28❤1
Виски на паузе.
Руководство для потребителя
Новости о приостановке производства виски на крупнейших заводах мира звучат тревожно: Jim Beam останавливает основное производство в Кентукки на весь 2026 год, Diageo ставит на паузу шотландскую солодовню Roseisle. Заголовки легко читаются как «кризис» или «дефицит». На практике это противоположное — признак перепроизводства, а не нехватки.
Гадание на кофейной гуще
Виски — продукт инерционный. Спирты, которые перегоняли в 2013–2023 годах на волне растущего спроса, делались «в будущее». Будущее наступило, а потребительский кошелёк сдулся. Теперь на руках у производителей солидные запасы выдержанного виски, которые съедают их деньги.
Нужно понимать: такие периоды естественны. Точно угадать спрос на 12 лет вперёд не может ни один директор по стратегии. Циклы перепроизводства и дефицита сменяют друг друга с завидной регулярностью. Сегодняшняя пауза — не крах, а нормальная балансировка системы.
Мираж дешевизны
Для российского потребителя слово «затоваривание» звучит как музыка: кажется, сейчас цены рухнут. Но здесь включается суровая математика.
Даже если импортёр купит спирты за копейки, бутылка на полке не станет в три раза дешевле. В структуре цены сам напиток занимает скромное место. Основной вес — налоги, акцизы, пошлины, логистика и маржа торговых сетей. Государство и ритейл свою долю не упустят. Доступность товара сохранится, но благотворительности не будет.
Второй фактор — себестоимость. С момента ковида затраты на производство виски взлетели: подорожало всё от дуба и энергии до человеко-часов. Крупные компании умеют считать деньги и сливать стоки в минус ради освобождения складов не станут.
Что будет на полке
Массовый виски никуда не денется — производители будут продавать запасы. В мире это выразится в промоакциях, в России эффект сгладит параллельный импорт, но направление то же: доступность сохранится, предсказуемость — нет. Маркетологи включат турборежим, чтобы продать накопленное. Будут и промо и специальные выпуски. Часть таких историй — честные, часть — чистая косметика. Цены поведут себя нелогично. Конкретный бренд может исчезнуть на месяц, вернуться по другой цене, снова пропасть. Это теперь норма, а не сбой. На базовой полке возможны окна максимальной выгоды. Культовые позиции особо и не подешевеют — их цена держится на статусе, а не на проблемах затоваренного склада.
Российский виски и локальный розлив
На фоне глобального торможения в России происходит обратное — рынок локальных брендов продолжает взрывной рост. Здесь важно разделять два потока.
Первый — российское производство: дистилляция и выдержка внутри страны. Категория молодая, неровная по качеству, но растущая.
Второй — локальный розлив импортного спирта (балк). Продукт дистиллирован и выдержан за рубежом, разлит в России. Глобальная распродажа запасов играет на руку этому сегменту — доступного сырья станет больше.
Для обеих моделей работает один принцип: происхождение важнее этикетки. Где дистиллировано? Как выдержано? Из какого сырья? Если производитель отвечает прямо — хороший знак. Если льёт воду про вековые традиции — повод насторожиться.
Стратегия выживания
Первое: не играть в инвестора. Фаза избытка — худшее время для массовой закупки. Цена завтра может стать интереснее, чем сегодня.
Второе: без паники. Виски не исчезнет. FOMO — плохой советчик.
Третье: разумный запас. Пара бутылок того, что реально пьёте — не коллекция, а страховка от скачков поставок.
Четвёртое: читать контрэтикетку. В ближайшие годы соблазн продавать «историю» вместо вкуса будет велик как никогда.
Взгляд за горизонт
Глобальная экономика фрагментируется: регионы отгораживаются друг от друга. Потребители чаще выбирают «подешевле», а не «получше». Виски не исключение.
Индустрия рассчитывает, что уже в 2027 году баланс запасов и продаж начнёт выравниваться. Если макроэкономика не подкинет новых сюрпризов — к 2028-му производители вернутся в рабочий ритм. Просто сейчас мы в нижней точке очередного витка этого бесконечного бизнес-сериала.
Руководство для потребителя
Новости о приостановке производства виски на крупнейших заводах мира звучат тревожно: Jim Beam останавливает основное производство в Кентукки на весь 2026 год, Diageo ставит на паузу шотландскую солодовню Roseisle. Заголовки легко читаются как «кризис» или «дефицит». На практике это противоположное — признак перепроизводства, а не нехватки.
Гадание на кофейной гуще
Виски — продукт инерционный. Спирты, которые перегоняли в 2013–2023 годах на волне растущего спроса, делались «в будущее». Будущее наступило, а потребительский кошелёк сдулся. Теперь на руках у производителей солидные запасы выдержанного виски, которые съедают их деньги.
Нужно понимать: такие периоды естественны. Точно угадать спрос на 12 лет вперёд не может ни один директор по стратегии. Циклы перепроизводства и дефицита сменяют друг друга с завидной регулярностью. Сегодняшняя пауза — не крах, а нормальная балансировка системы.
Мираж дешевизны
Для российского потребителя слово «затоваривание» звучит как музыка: кажется, сейчас цены рухнут. Но здесь включается суровая математика.
Даже если импортёр купит спирты за копейки, бутылка на полке не станет в три раза дешевле. В структуре цены сам напиток занимает скромное место. Основной вес — налоги, акцизы, пошлины, логистика и маржа торговых сетей. Государство и ритейл свою долю не упустят. Доступность товара сохранится, но благотворительности не будет.
Второй фактор — себестоимость. С момента ковида затраты на производство виски взлетели: подорожало всё от дуба и энергии до человеко-часов. Крупные компании умеют считать деньги и сливать стоки в минус ради освобождения складов не станут.
Что будет на полке
Массовый виски никуда не денется — производители будут продавать запасы. В мире это выразится в промоакциях, в России эффект сгладит параллельный импорт, но направление то же: доступность сохранится, предсказуемость — нет. Маркетологи включат турборежим, чтобы продать накопленное. Будут и промо и специальные выпуски. Часть таких историй — честные, часть — чистая косметика. Цены поведут себя нелогично. Конкретный бренд может исчезнуть на месяц, вернуться по другой цене, снова пропасть. Это теперь норма, а не сбой. На базовой полке возможны окна максимальной выгоды. Культовые позиции особо и не подешевеют — их цена держится на статусе, а не на проблемах затоваренного склада.
Российский виски и локальный розлив
На фоне глобального торможения в России происходит обратное — рынок локальных брендов продолжает взрывной рост. Здесь важно разделять два потока.
Первый — российское производство: дистилляция и выдержка внутри страны. Категория молодая, неровная по качеству, но растущая.
Второй — локальный розлив импортного спирта (балк). Продукт дистиллирован и выдержан за рубежом, разлит в России. Глобальная распродажа запасов играет на руку этому сегменту — доступного сырья станет больше.
Для обеих моделей работает один принцип: происхождение важнее этикетки. Где дистиллировано? Как выдержано? Из какого сырья? Если производитель отвечает прямо — хороший знак. Если льёт воду про вековые традиции — повод насторожиться.
Стратегия выживания
Первое: не играть в инвестора. Фаза избытка — худшее время для массовой закупки. Цена завтра может стать интереснее, чем сегодня.
Второе: без паники. Виски не исчезнет. FOMO — плохой советчик.
Третье: разумный запас. Пара бутылок того, что реально пьёте — не коллекция, а страховка от скачков поставок.
Четвёртое: читать контрэтикетку. В ближайшие годы соблазн продавать «историю» вместо вкуса будет велик как никогда.
Взгляд за горизонт
Глобальная экономика фрагментируется: регионы отгораживаются друг от друга. Потребители чаще выбирают «подешевле», а не «получше». Виски не исключение.
Индустрия рассчитывает, что уже в 2027 году баланс запасов и продаж начнёт выравниваться. Если макроэкономика не подкинет новых сюрпризов — к 2028-му производители вернутся в рабочий ритм. Просто сейчас мы в нижней точке очередного витка этого бесконечного бизнес-сериала.
👍41🔥9❤6✍3👏3
Кто заплатит за риски
Комментарии коллег импортёров к материалу «Виски на паузе» оказались интереснее самой статьи. Вместо прогнозов — слова тех, кто считает деньги каждый день
Мы написали о глобальном затоваривании складов. Коллеги ответили о локальном выживании. И эта разница в оптике — главное, что стоит обсудить.
Мировые новости о паузе производств читаются как отраслевой детектив. Для российского участника рынка это фоновый шум. Его реальность — курсовые качели, растущие налоги, непредсказуемая логистика и потребитель, который всё чаще проходит мимо полки.
Честный диагноз
«Спрос действительно просел. Для российского рынка это двойная история: распродажи будут — затоваренные склады надо разгружать. Но подорожание виски также неизбежно: налоговая нагрузка растёт, логистика не дешевеет. Некоторые коллеги уже отказываются от собственного импорта — при текущих условиях это просто перестаёт быть рентабельным».
— Роман Табаков, Бренд-эксперт, «Балчуг Менеджмент»
Когда профессионалы называют выход из бизнеса рациональным решением — это признание структурного сдвига. Вопрос, который никто не хочет задавать вслух: если средние игроки уходят, кто отвечает за ассортимент? Крупные дистрибьюторы работают с проверенными позициями. Энтузиасты-одиночки не вытянут объёмы. Между ними — пустота, которую никто не хочет заполнять, потому что продажи нулевые.
Параллельный мир
Пока одни считают убытки, другие видят возможности:
«Если вкратце, то нас «перезатарка» на складах производителей коснётся в меньшей степени, благодаря собственному растущему производству в различных подсегментах эконома. Также, всегда есть альтернатива в виде не самых раскрученных стран мира, что показал 2022 год, когда на рынке появилось большое количество Индии, Болгарии и прочих стран, всегда готовых подставить свое "плечо".».
— Павел Конюхов, ведущий менеджер, ТД «Арома»
«Оглянитесь вокруг, виски «Нового Света» уже далеко не дикость, а наша современная действительность. Помимо России, хотел бы отметить Бразилию, Австралию, Новую Зеландию и Данию.».
— Илья Бочаров, Виски-амбассадор, АСТ
Оба эксперта говорят о смене географии как о свершившемся факте. Не «возможно, когда-нибудь». Уже. Вопрос в том, как быстро потребитель перестроит привычки.
Коррекция ожиданий
«Разговоры о пузыре на рынке виски не прекращаются с 2000-х. Тогда многие компании начали добавлять в портфели ром, джин, текилу. Но для любителей это отличное время: цены на аукционах ниже, появились возрастные виски вместо запутанных NAS релизов».
— Андрей Удовица, виски-энтузиаст и коллекционер.
Принцип простой: вкладывать в виски стоит ровно столько, сколько готов потерять. Это хобби, не инвестиция. Кто перепутал одно с другим, уже почувствовал разницу.
За чем будем следить
Из комментариев коллег вырисовываются развилки, где каждому участнику рынка придётся выбирать сторону.
Локализация: развитие или маскировка?
Российское производство виски и локальный розлив импортного спирта — две разные модели, которые медиа и статистика упорно смешивают. Станет ли отечественный виски категорией с репутацией? Или мы получим поток брендов, где этикетка важнее содержимого? Критерий простой: готовность производителя отвечать на прямые вопросы о своем продукте.
Ритейл: канал или фильтр?
Сети контролируют доступ к потребителю. Будут они отбирать качественные продукты — или оптимизировать маржу, не глядя на содержимое бутылки? Ответ многим нашим коллегам очевиден.
Импорт: консолидация или вымирание?
Сколько средних импортёров доживёт до 2027-го? Рынок движется к модели, где работают либо очень крупные, либо очень отчаянные. Середина схлопывается.
Потребитель: консерватор или исследователь?
Готов ли покупатель экспериментировать с новыми странами происхождения — или будет держаться за привычные напитки, пока те не исчезнут?
Вместо итогов
Благодарим коллег за комментарии — мы привели их дословно, выводы на нашей совести. Мировая повестка и российская реальность разошлись настолько, что требуют разного языка описания одной темы.
Комментарии коллег импортёров к материалу «Виски на паузе» оказались интереснее самой статьи. Вместо прогнозов — слова тех, кто считает деньги каждый день
Мы написали о глобальном затоваривании складов. Коллеги ответили о локальном выживании. И эта разница в оптике — главное, что стоит обсудить.
Мировые новости о паузе производств читаются как отраслевой детектив. Для российского участника рынка это фоновый шум. Его реальность — курсовые качели, растущие налоги, непредсказуемая логистика и потребитель, который всё чаще проходит мимо полки.
Честный диагноз
«Спрос действительно просел. Для российского рынка это двойная история: распродажи будут — затоваренные склады надо разгружать. Но подорожание виски также неизбежно: налоговая нагрузка растёт, логистика не дешевеет. Некоторые коллеги уже отказываются от собственного импорта — при текущих условиях это просто перестаёт быть рентабельным».
— Роман Табаков, Бренд-эксперт, «Балчуг Менеджмент»
Когда профессионалы называют выход из бизнеса рациональным решением — это признание структурного сдвига. Вопрос, который никто не хочет задавать вслух: если средние игроки уходят, кто отвечает за ассортимент? Крупные дистрибьюторы работают с проверенными позициями. Энтузиасты-одиночки не вытянут объёмы. Между ними — пустота, которую никто не хочет заполнять, потому что продажи нулевые.
Параллельный мир
Пока одни считают убытки, другие видят возможности:
«Если вкратце, то нас «перезатарка» на складах производителей коснётся в меньшей степени, благодаря собственному растущему производству в различных подсегментах эконома. Также, всегда есть альтернатива в виде не самых раскрученных стран мира, что показал 2022 год, когда на рынке появилось большое количество Индии, Болгарии и прочих стран, всегда готовых подставить свое "плечо".».
— Павел Конюхов, ведущий менеджер, ТД «Арома»
«Оглянитесь вокруг, виски «Нового Света» уже далеко не дикость, а наша современная действительность. Помимо России, хотел бы отметить Бразилию, Австралию, Новую Зеландию и Данию.».
— Илья Бочаров, Виски-амбассадор, АСТ
Оба эксперта говорят о смене географии как о свершившемся факте. Не «возможно, когда-нибудь». Уже. Вопрос в том, как быстро потребитель перестроит привычки.
Коррекция ожиданий
«Разговоры о пузыре на рынке виски не прекращаются с 2000-х. Тогда многие компании начали добавлять в портфели ром, джин, текилу. Но для любителей это отличное время: цены на аукционах ниже, появились возрастные виски вместо запутанных NAS релизов».
— Андрей Удовица, виски-энтузиаст и коллекционер.
Принцип простой: вкладывать в виски стоит ровно столько, сколько готов потерять. Это хобби, не инвестиция. Кто перепутал одно с другим, уже почувствовал разницу.
За чем будем следить
Из комментариев коллег вырисовываются развилки, где каждому участнику рынка придётся выбирать сторону.
Локализация: развитие или маскировка?
Российское производство виски и локальный розлив импортного спирта — две разные модели, которые медиа и статистика упорно смешивают. Станет ли отечественный виски категорией с репутацией? Или мы получим поток брендов, где этикетка важнее содержимого? Критерий простой: готовность производителя отвечать на прямые вопросы о своем продукте.
Ритейл: канал или фильтр?
Сети контролируют доступ к потребителю. Будут они отбирать качественные продукты — или оптимизировать маржу, не глядя на содержимое бутылки? Ответ многим нашим коллегам очевиден.
Импорт: консолидация или вымирание?
Сколько средних импортёров доживёт до 2027-го? Рынок движется к модели, где работают либо очень крупные, либо очень отчаянные. Середина схлопывается.
Потребитель: консерватор или исследователь?
Готов ли покупатель экспериментировать с новыми странами происхождения — или будет держаться за привычные напитки, пока те не исчезнут?
Вместо итогов
Благодарим коллег за комментарии — мы привели их дословно, выводы на нашей совести. Мировая повестка и российская реальность разошлись настолько, что требуют разного языка описания одной темы.
👍31❤5🔥1
Конец «алкогольного изобилия»: почему водка проигрывает не зарплатам, а ипотеке
МРЦ в 409 рублей с 2026 года выглядит шокирующе. Но проблема не в самой цифре — алкоголь проигрывает конкуренцию за то, что осталось от зарплаты после обязательных расходов.
Формально статистика благостная: средняя зарплата за 16 лет выросла в 5 с лишним раз, водка — «всего» в 4,6. Мы только что прошли исторический пик доступности в 2024 году. Казалось бы, живём лучше и веселее. Но на кассе 400+рублей за бутылку ощущаются совсем иначе.
Ловушка средней температуры. «Средняя зарплата» — цифра лукавая. Медианная (та, которую получает большинство) почти вдвое ниже. Если считать индекс доступности не по отчётам, а по реальным кошелькам, он сразу сдувается.
Битва за свободный рубль. Главный враг алкоголя — не акциз, а обязательные расходы. Из зарплаты нужно вычесть то, что нельзя не заплатить: коммуналку, аренду, ипотеку, учебу, еду. И тут даже официальная статистика начинает кусаться. Говядина с 2010 года подорожала в 3,8 раза, молоко — втрое, сливочное масло — в 4,8 раза (обогнав даже водку), образование в 5-6 раз. Когда вычитаешь этот обязательный чек, остаётся тонкий слой финансового жира — тот самый свободный рубль.
Новые конкуренты. За этот сжавшийся остаток алкоголь теперь конкурирует с доставкой еды, подписками на сериалы и кредитом за айфон. В 2010 году у алкоголя «конкурентов» было существенно меньше. В 2025-м потребитель, зажатый между ипотекой и желанием жить современно, скорее откажется от лишней бутылки, чем от интернета.
Резюме. Психологически 349 рублей (а тем более 409 в 2026-м) — это болезненно. Статистически работающий класс пока держит удар. Но потребление падает не потому, что алкоголь стал неподъёмным. А потому, что свободный рубль сжался — и люди всё чаще выбирают потратить его на что-то другое.
Что будут пить те, кто вообще не попал в красивую статистику роста зарплат, — вопрос открытый. Судя по публикуемым данным о нелегальном рынке, они свой ответ уже нашли. И он явно дешевле 400 рублей.
МРЦ в 409 рублей с 2026 года выглядит шокирующе. Но проблема не в самой цифре — алкоголь проигрывает конкуренцию за то, что осталось от зарплаты после обязательных расходов.
Формально статистика благостная: средняя зарплата за 16 лет выросла в 5 с лишним раз, водка — «всего» в 4,6. Мы только что прошли исторический пик доступности в 2024 году. Казалось бы, живём лучше и веселее. Но на кассе 400+рублей за бутылку ощущаются совсем иначе.
Ловушка средней температуры. «Средняя зарплата» — цифра лукавая. Медианная (та, которую получает большинство) почти вдвое ниже. Если считать индекс доступности не по отчётам, а по реальным кошелькам, он сразу сдувается.
Битва за свободный рубль. Главный враг алкоголя — не акциз, а обязательные расходы. Из зарплаты нужно вычесть то, что нельзя не заплатить: коммуналку, аренду, ипотеку, учебу, еду. И тут даже официальная статистика начинает кусаться. Говядина с 2010 года подорожала в 3,8 раза, молоко — втрое, сливочное масло — в 4,8 раза (обогнав даже водку), образование в 5-6 раз. Когда вычитаешь этот обязательный чек, остаётся тонкий слой финансового жира — тот самый свободный рубль.
Новые конкуренты. За этот сжавшийся остаток алкоголь теперь конкурирует с доставкой еды, подписками на сериалы и кредитом за айфон. В 2010 году у алкоголя «конкурентов» было существенно меньше. В 2025-м потребитель, зажатый между ипотекой и желанием жить современно, скорее откажется от лишней бутылки, чем от интернета.
Резюме. Психологически 349 рублей (а тем более 409 в 2026-м) — это болезненно. Статистически работающий класс пока держит удар. Но потребление падает не потому, что алкоголь стал неподъёмным. А потому, что свободный рубль сжался — и люди всё чаще выбирают потратить его на что-то другое.
Что будут пить те, кто вообще не попал в красивую статистику роста зарплат, — вопрос открытый. Судя по публикуемым данным о нелегальном рынке, они свой ответ уже нашли. И он явно дешевле 400 рублей.
👍28💯13🔥6
Друзья!
Спасибо, что читали нас в этом году. Мы знаем, что A.LIST — блог специфический, а наши тексты требуютвыносливости вдумчивости. Но высокая вовлеченность подписчиков — это лучшая для нас новость и доказательство того, что мы с вами на одной волне.
Мы весь год честно старалисьнагнать жути разобраться с ситуацией на рынке в наших колонках и прогнозах. Врать не будем — следующий год простым тоже не выглядит. Но всё обязательно будет хорошо. Возможно, не у всех и не сразу, но мы будем надеяться на лучшее.
В новом сезоне нас ждет очередной рейтинг «Клуба миллионеров A.LIST», новая тема «Напитки года» по версии Гильдии АЛКОПРО и, конечно, новые материалы. А пока — уходим на каникулы до 12 января.
С наступающим Новым годом!
Спасибо, что читали нас в этом году. Мы знаем, что A.LIST — блог специфический, а наши тексты требуют
Мы весь год честно старались
В новом сезоне нас ждет очередной рейтинг «Клуба миллионеров A.LIST», новая тема «Напитки года» по версии Гильдии АЛКОПРО и, конечно, новые материалы. А пока — уходим на каникулы до 12 января.
С наступающим Новым годом!
🍾33🎄16👍10🎉10❤5🔥4👏1
Росспиртпром приобрёл Татспиртпром: сделка года состоялась
Несмотря на объявленные чуть ранее новогодние каникулы, мимо этой новости пройти невозможно.
ФАС согласовала сделку: Росспиртпром приобретает 100% Татспиртпрома. Это, вероятно, главное событие 2025 года на российском алкогольном рынке — объединение двух крупнейших алкогольных компаний страны.
Подробный анализ последствий — после праздников.
Несмотря на объявленные чуть ранее новогодние каникулы, мимо этой новости пройти невозможно.
ФАС согласовала сделку: Росспиртпром приобретает 100% Татспиртпрома. Это, вероятно, главное событие 2025 года на российском алкогольном рынке — объединение двух крупнейших алкогольных компаний страны.
Подробный анализ последствий — после праздников.
🤔23🔥10👍4😭4😱3💅2❤1🍾1
Коллеги из РБК собрали ожидания участников рынка на 2026 год.
Итог получился прозаичный: рынок больше не делает вид, что всё нормально.
Главный тренд года один и он же самый честный: терпеть.
Терпеть и наводить порядок: резать лишнее, снижать ожидания, перестраивать портфель под то, что реально покупают и реально ставят на полку, а не под то, что приятно придумать на стратегической сессии. Работать не «на красивое», а «на востребованное».
Дальше будем разбираться, кто и как пройдёт 2026-й и что вообще значит жить в реалиях сегодняшнего рынка.
Итог получился прозаичный: рынок больше не делает вид, что всё нормально.
Главный тренд года один и он же самый честный: терпеть.
Терпеть и наводить порядок: резать лишнее, снижать ожидания, перестраивать портфель под то, что реально покупают и реально ставят на полку, а не под то, что приятно придумать на стратегической сессии. Работать не «на красивое», а «на востребованное».
Дальше будем разбираться, кто и как пройдёт 2026-й и что вообще значит жить в реалиях сегодняшнего рынка.
👍9💯5🕊3🤣2🤬1