Администрация Трампа сейчас находится в отчаянном положении, учитывая, что война затянулась на срок сильно дольше, чем рассчитывали. Они предполагали, что удастся быстрым блицкригом победить Иран, но этого не случилось. И Соединенные Штаты до сих пор даже неспособны разблокировать Ормузский пролив, что уж говорить про полную победу над Исламской Республикой либо смену режима.

Думаю, американцы стараются задействовать привычную для них стратегию — это эскалация для деэскалации. То есть сейчас попытаться на уровне риторики резко повысить ставки, что Трамп и делает. Плюс, наверное, в ближайшее время мы увидим серьезные удары по объектам инфраструктуры: мосты, железные дороги. Возможно, что удары придутся по электростанциям.

Это вызовет довольно негативную реакцию внутри самих Штатов, потому что многие представители политического класса, те же демократы, находящиеся в оппозиции к Трампу, называют это военными преступлениями и не без оснований, потому что действительно нарушается международное право.

Плюс, наверное, мы увидим попытку устроить некую большую наземную высадку. Она может проводиться либо на острове Харк, либо на островах в Ормузском проливе либо на побережье Ирана, в том же Бушере, для того чтобы попытаться занять ядерные объекты.

Возможно, что американцы попытаются в разных местах высадить свой десант, чтобы посмотреть, где более перспективно продолжать военную операцию с минимальными потерями.

Скорее всего, потери будут довольно серьезными, поэтому вряд ли эта наземная операция закончится успешно. Если же мы говорим про воздушные удары по объектам Ирана, то здесь, конечно, уже сейчас американцы ограничены в своих возможностях.

Мы видим истощение арсенала высокоточных дальнобойных ракет, имеющихся у Пентагона. Тех же ракет JASSM, как стало известно, уже потрачено около 2000, а всего их примерно 2300 находится в арсенале. Похожая ситуация и с Tomahawk.

Приходится в основном бить по Ирану авиабомбами, а для этого заходить в воздушное пространство. Здесь риски, что американцы будут все больше терять свои самолеты.

Я не уверен, что эта стратегия — эскалации для деэскалации — в итоге сработает. Но Трамп попытается в меру уже ограниченных возможностей резко повысить ставки, чтобы потом, ближе к середине апреля, выходить на переговорный процесс. Причем выходить на него придется в любом случае. У Трампа уже сейчас рейтинги сильно упали, вплоть до 33% в последних опросах, демократы его задавливают внутри Америки.

Скоро Конгресс вернется из пасхального отпуска. Очевидно, что законодатели не будут продлевать военные полномочия Трампа. А у него, как известно, по закону есть только 60 дней, чтобы вести войну, то есть уже в конце апреля эти полномочия истекают.

Если эскалация провалится, то Трампу придется во многом принимать условия Ирана в плане признания контроля над Ормузским проливом, сокращать военное присутствие на Ближнем Востоке. Иначе эта война будет и дальше добивать рейтинги и усугублять энергокризис с ростом цен на топливо на 50–100%, который сейчас проявляется в Соединенных Штатах,