Первые герои нового формата интервью — писатель Денис Мусаев и иллюстратор Ян Вернес с их графическим романом Mrak, который вышел в сербском издательстве HOYA BOOKS.

Ребята не побоялись выйти незнакомый рынок, и вот, как они рассказали о своем опыте.

— Денис, привет! Расскажи, как вы работали над книгой?

Задумка и форма книги родились уже давно, мы хотели, чтобы это была графическая новелла. У Яна уже вышла книга в Чехии, на чешском, так что кое-какой опыт у нас есть. Я — автор сценария истории, Ян — иллюстратор.

— О чем «Мрак»?

Конечно, про балканский фольклор :)
Пока в Европе еще даже не слышали слова «вампир», на Балканах люди давно жили бок о бок с нежитью. Главная героиня нашей книги — девушка Драгана, которой «посчастливилось» затеряться между миром живых и миром мертвых.

— Когда вы закончили и все отрисовали, что делали потом?

Закончили работу над «Мраком» мы в ноябре и начали рассылать по издательствам. Дело в том, что на сербском рынке есть два монополиста: это Vulkan и Laguna. Местный рынок маленький и не очень разнообразный. Издательства ищут авторов уже с аудиторией.

А у тех небольших издательств, которые интересуются комиксами, нет денег. Тем не менее, мы познакомились с агентом Laguna, и она нам очень помогла на нашем пути.

Мы быстро поняли, что единственный наш шанс — это открыть собственное издательство.

— Вау! Смело. Как вы нашли типографию?

Тут вообще все делается через знакомства, поэтому нетворкали мы много. И многие хотели увидеться лично: чтобы мы приехали, выпили с ними кофе, даже если они не могут нам помочь.

В идеале, чтобы у тебя был кто-то знакомый, который может тебя свести с нужными людьми. В конце концов, вышли на типографию в Суботице, она печатает большинство книг Лагуны.

— И какой тираж вы?

1000 на русском и 1000 на сербском, но в будущем будем работать только с сербским. Хотим охватить новую аудиторию.

— Расскажи про сербскую аудиторию? Как вы продвигались?

Здесь очень маленькое, но сплоченное книжное комьюнити, но книжный рынок — это просто змеиный клубок. В плохом смысле тоже, но есть и свои плюсы.

Ты знакомишься с одним блогером, он подхватывает, и охотнее отвечают другие.

Тут есть такая особенность: у каждого издательства свой книжный, у нас — нет, в этом проблема. Так что все силы бросаем на соцсети.

Для местных книжных блогеров необычно, что мы рекламируем не книжный, а книгу. Большинство не продвигают комиксы, но готовы экспериментировать. Из тех, с кем мы сотрудничали, только один попросил денег, остальные брали экземпляр.

Мы заморочились с мерчом. Нам очень многие помогают и пытаются продвинуть. Плюс ярмарки — это очень важная часть местной книжной культуры.

— Как бы ты сказал, какие ошибки вы допустили? Чего бы сейчас не сделали?

Мы решили добавить лигитимности проекту и позвали сербских художников для отрисовки бестиария. То есть половину делали русские художники, половину — сербские. Но хорошие иллюстраторы в Сербии работают в геймдеве, и расценки у них соответствующие. Мы рискнули и потратились, но рассчитывали, что они помогут нам с продвижением, а они не стали. Нарисовали и все.

Плюс, я бы должен был сократить историю и сделать ее на 100-150 страниц, так мы бы сэкономили.

— Какие планы?

Собираемся объединять сербских и русских иллюстраторов и авторов. У нас уже вторая книга в работе, и мы понимаем, что это большой дорогой проект.

Мы ищем готовые комиксы и собираемся привозить их из-за рубежа.

В работе руманга, вдохновленная сеттингом ДНД. Выйдет уже летом. Пробуем разные стили, я очень хочу привезти сюда книгу «Вышивая раны» испанской художницы.

Работаем с русской сценаристкой и датским художником, переводим их книгу… Будем запрашивать грант в датском министерстве культуры.

Я от всей души желаю ребятам удачи 🔥
А вы можете задать вопрос в комментариях, и Денис ответит!
#интервью

Вышло новое подарочное издание «Тролльего пика»! Тут две книги в одной с просто невероятными иллюстрациями Марии Янсен. Я мечтаю его подержать, настолько он невероятный. У меня пока такой возможности нет, а вот у вас есть!

Помните, я вам обещала, что буду делать интервью с интересными окололитературными людьми? Вот сегодня побеседовала с Мартой Райцес о том, как попасть в европейские писательские резиденции! Прямо сейчас Марта уже в Париже, в Cité internationale des arts, где она дописывает роман.

Марта — междисциплинарный автор, номинант главной театральной премии «Золотая Маска» в категории драматургия; лауреат премии «Инновация» в области современного искусства; финалист сценарного конкурса Александра Сокурова «Пример интонации».

Я знаю, что ты драматург, причем с именем, расскажи, как ты пришла к книге и почему?

В драматургии случилось все, что пока могло со мной случиться: конкурсы, премии, номинация на главную театральную награду РФ, читки, постановки, заказы пьес от известных людей… Все это уже и у моих студентов есть. Я временно не чувствую, что есть вызов. А вызов должен быть тотальным.

Роман для меня — возможность распустить себя до нитки и перевязать в новое. Я работаю с личным опытом: текст реконструирует мои отношения — от разлуки до воссоединения. В Ульяновске мы впервые встретились в 2018; в Санкт-Петербурге мы расстались в 2021. В этой работе много вызовов, например, в 2024 я полетела в экспедицию в Россию: от Санкт-Петербурга до Ульяновска, по 13 городам для сбора материала.

Вот ты едешь в резиденцию в Париж. Можешь в 2 словах рассказать, какие бонусы вообще дают писательские резиденции?

Возможность сконцентрироваться на тексте. Нет бытовых вопросов. Общение с творческими людьми со всего мира, развивающими свою практику. Знакомства с кураторами/издателями и другими профи. Нахождение в новой стране и контексте.

Как ты нашла конкретно эту резиденцию?

Я отправила заявки на 5 резиденций близких мне по ценностям. Cité internationale des arts была 1 из 2 самых желанных из них. Поиск возможностей - обыденная часть работы. И не всем могу рекомендовать именно путь резиденций — есть другие авторские стратегии. Я этому уделяю много внимания на Neodrama.

Что по заявке: что ты отправляла, на каком языке, насколько сложно это было собирать?

Стандартный набор на английском языке: CV, портфолио, описание проекта, рекомендательные письма от действующих профессионалов. Последнее было стеснительно. Но старшие коллеги мне не отказали в поддержке, моя мама до сих пор не верит что Александр Архангельский у Дудя — это тот же человек, что написал мне рекомендацию.

Конкретно моя резиденция не принимает заявок от соискателей, номинировать участников в Cité internationale des arts могут институции, с которыми у творческой единицы были контакты.

Меня номинировал Institut français de Russie на основании успешного сотрудничества. Я участвовала в 2 их лабораториях: VR и театральной. В рамках последней я написала пьесу «Улыбка усопшего», она опубликована Линор Горалик в ROAR, вошла в списки фестиваля Любимовка. Для ее написания я создала аватар подростка с AI и зарегестрировалась в сервисе Онлайн-Батюшка где реальные российские священники консультируют пользователей. Документальные переписки вошли в тело пьесы.

Как быстро тебе пришел ответ и было ли какое-то собеседование?

10.10 была отправлена заявка. В конце декабря прислали подтверждение. Собеседование есть для резидентов, которые планируют провести там год. Мне 12 месяцев для осуществления замысла не нужно (роман на 3/4 написан в чернь), я лечу на полгода, в Cite так же есть опция 3-х месячной резиденции. Все резиденции имеют свои условия.

Расскажи про условия резиденции: что туда входит? Что оплачиваешь ты, а что резиденция?

Я не оплачиваю ничего. Мне предоставляют жилье в центре Парижа и доступ к профессиональным мероприятиям, ежемесячную стипендию. Оплачивают авиаперелеты, оформление визы и медицинскую страховку. Также многие культурные институции Франции бесплатны для посещения резидентами Cite (музеи, например). При этом у меня есть ответственность выполнить свои обязательства — то есть осуществить проект в сроки резиденции.

Какой бы совет ты дала тем, кто тоже хочет податься на писательские резиденции за рубежом?

Сделать заполнение заявок рутинным фоном жизни, но не ее центром. Я подробно рассказываю про составление документов в threads есть очень много мелочей которые лучше учитывать чем нет, выделяя время на заполнение заявки — это стоит делать со всем вниманием. Но главное - осуществлять задуманное. Не останавливаться в ожидании одобрения и помощи; ни от людей ни от институций. Резиденция это 1 из 100 вариантов формального признания (и может ваш — другой), а быть писателем только 1 способ — писать.

Вот такие вот новости…

Ну что, милые, вот и результат по Бумажным девушкам. Роман нашел твой домик в Альпине!

#неписательское

Я записалась волонтером в убежище для животных. В Черногории есть такое место, где содержат раненых или слишком молодых животных, животных, выкупленных из цирков, ресторанов или у частных владельцев.

Решила сделать об этом нормальный ролик. Буду рада вашим комментариям и лайкам.

Какие изменения я заметила на рынке с начала года

🍁 Очень. Долгое. Ожидание. Серьезно, таких длинных циклов у меня еще никогда не было: очень часто издательства делают оффер, а потом все замирает на полгода, и это не единичная история, такого у меня много. Моя собственная книга выйдет только через 10 месяцев, потому что портфель переполнен.

🍁 Наблюдение за авторами усиливается. Одной моей подруге прислали целый подробный анализ ее текста и ее бэкграунда (sic!), где отметили все ее «сомнительные» посты, высказывания, фото, связи… Это пока не массовая история, но вот с одним кейсом столкнулась, получит ли это какое-то развитие — не знаю. Тут без подробностей, извините.

🍁 «Зарубежным» фэнтези интересуются меньше. Я имею в виду фэнтези в европейском сеттинге, многие сейчас делают ставки на русреал.

🍁 В автофикшене мы отходим от страдания. Вот эти вскрывания душевных нарывов на глазах у читателей отходит на задний план, уступая месту какой-то надежде и чему-то более позитивному.

Есть вопросы? Задавайте, обсудим!

Жесть, конечно.

Вчера на канале Поляндрии NoAge вышел прекрасный пост про меня с блиц-опросом. И под этим постом оставил очень доброжелательный комментарий один юноша. Оставил он его там, потому что все способы связи со мной у него отсутствуют (он заблокирован буквально везде, даже на изредка посещаемой страницы ВК). Потому что это мой сталкер, который уже два года меня преследует в попытках выяснить со мной какие-то отношения.
Решила рассказать эту историю, потому что сталкинг бывает очень разным, и что делать с такими ситуациями, мне непонятно абсолютно.

Когда-то, когда я еще жила в Москве, я имела неосторожность доброжелательно пообщаться на книжном клубе с его посетителем, после чего он начал мне написывать и присылать тексты. Далее я имела дерзость его проигнорировать, тк обратную связь на тексты я даю только своим студентам и близким друзьям. После этого он выдал полотно, в котором обвинил меня в неподобающем поведении, подлости и проч.и проч. Был заблокирован, начал писать гадости в комментах канала. Снова был заблокирован.

Прошло полтора года… у меня выходит новая книжка, и вот он появляется на нонфике с цветами. Дарит мне их, берет автограф - цветы меня очень напугали, сами понимаете, но вроде бы ничего такого. Ну читатель и читатель…

Но потом он начинает писать мне вновь - с фейка, потом с другого фейка, в инсте. Хочет выяснить, что произошло между нами))) я отвечаю, что ничего, просто я не хочу общаться, мне некомфортно. Естественно, это все не будет услышано, хотя повторю я это много раз.
Зимой он придет на презентацию в Переделкино и снова (хотя на нонфике я уже оставляла автограф) попросит оставить автограф на книге и скажет:

Я буду ходить на все ваши мероприятия, я буду читать все ваши книги ВСЕГДА.

Снова попытается поговорить и не отреагирует на просьбы отойти. Галя, моя агентка, девчонки из резиденции, потом уже и охранник будут его оттаскивать и прогонять.

Через неделю я приведу своего друга на презентацию в Пархоменко в качестве личного телохранителя, и тот попытается поговорить с ним и объяснить, что не надо меня трогать. Но в очередной раз все это будет пропущено мимо ушей. Господин сталкер упорно будет пытаться выяснить, за что я так его ненавижу и почему не хочу контактировать.

Через пару месяцев я получу письмо в директе инстаграма. Оно придет в 4 часа утра (!). Там будут обвинения в том, что некогда, во время терракта в крокусе (!!!) (как раз в те даты у нас был книжный клуб) я оставила его одного во всем мире, и что он из-за меня разочаровался в людях, но предлагает перемирие (!!). На секундочку, все фразы, которые когда-либо за последние два года я произносила при контакте с ним: «Отойдите, пожалуйста», «Я не хочу общаться, потому что мне некомфортно».

Естественно, я не отвечу уже ничего, потому что пойму абсолютную бесполезность. Буду блокировать и блокировать. Но он будет появляться в каналах издательств, в комментариях пабликов в телеге. И вот опять.

Этот человек - постоянный посетитель литературных мероприятий в Пархоменко. Обычно, как мне сказали, он ведет себя спокойно и тихо, но видимо некая обсессия, связанная со мной, возникла, и я никак не могу это на это повлиять.

Меня это очень пугает. Меня пугает непредсказуемость, абсолютная глухота, а еще невозможность никакого
правового урегулирования этого вопроса. Слава богу, нет никакого преследования в обычной жизни. Но опять же, невозможно предсказать, что будет дальше.

В моей жизни до этого уже был один случай такой навязчивой одержимости каким-то моим образом, который создал себе человек после прочтения «Залива», но это был старый дед (…), он тоже оставлял везде комменты и писал мне на почту со словами «зачем вы со мной так поступаете что я вам сделал», но это слава богу закончилось.

В общем, я желаю никому никогда с этим не сталкиваться, но если все-таки с вами такое бывало, как вы с этим справлялись?

Драматурги! Или те, кто хочет себя в этом попробовать! А Любимовка запускает опен-колл.

Любимовка запускает open-call 2026

дедлайн: 31.07.2026

Дорогие драматурги, мы, арт-дирекция, много думаем о том, каким фестивалем вне России становится Любимовка.

Нам важно поделиться своими ценностями и открытиями с вами.

Любимовка перестала быть фестивалем в прошлом, московском смысле этого слова.

Мы стали сеткой событий, связей, коммуникаций, читок, постановок, переводов, выставок, коллабораций, подкастов.
Мы не можем обещать вам, что в сентябре 2027, ваши тексты представят в виде читки на сцене одного из театров. Мы обещаем, что обеспечим для вашего текста ту судьбу, которую сможем, воспользовавшись теми шансами, которые окажутся рядом с нами.

Тексты Любимовки звучат сегодня на русском и в переводах на разных континентах. Все это обеспечивается волонтерской поддержкой наших друзей и коллег со всего мира, с которыми мы подолгу не можем встретиться вживую, как это было в старые добрые.

Что-то осталось неизменным, а именно ценности Любимовки:

свобода, неподцензурность, разнообразие, новаторство и любовь.

Мы будем хранить их, где бы мы не находились.

Напоминаем вам правила отбора:
- мы принимаем пьесы на русском языке от авторов до 45 лет,
- не более трёх от одного автора
- ридеры получают первый присланный вами экземпляр текста, все последующие редактуры ридерам передаваться не будут,
- мы ждем оригинальные тексты (не инсценировки), кроме текстов для детей дошкольного и младшего школьного возраста
- в отборе участвуют пьесы, написанные не ранее 2021 года
- пьесы, присланные на Любимовку в прошлые годы, не принимаются

Подробности об отборе и форма подачи по ссылке.

Дизайн: Митя Шигапов

С любовью и миром,
арт - дирекция фестиваля Любимовка
Елена Гордиенко, Наталия Лизоркина, Анастасия Патлай, Зухра Яникова