Почему книги бывают так плохо отредактированы?

Я часто слышу этот вопрос как от читателей, так и от тех, кто недавно залетел в индустрию. Почему зачастую такое низкое качество редактуры? Почему по тридцать глупых ошибок на страницу?

На самом деле, на этот вопрос есть ряд довольно простых ответов.

🌿 Отсутствие единого алгоритма редактирования. Нет одной, общей для всех инструкции, что входит в редактуру. Кто-то воспринимает редактуру книги исключительно как работу с явными лексическими ошибками, смысловыми повторами, ну и с тире-запятыми до кучи.

Мой редактор меня приучил, что в редактуру входит: смысловая и логическая работа над текстом, композиционная работа (где просела динамика, где побольше глаголов насыпать, где удалить половину), уход от избыточности, фактчекинг (вот тут все трижды сказали «ха»).

И только потом — остальная мишура, с которой справится и крепкий корректор.

Но таких, как она, — мало.

🌿 Сжатые сроки. Было бы здорово, если бы перед тем, как приступить к редактуре, редактор сперва прочитал книгу целиком, отмечая лишние эпизоды или места, где текст надо раскрыть. Без общей картины сложно ориентироваться в тексте.

Возможно ли прочитать книгу целиком, если у тебя на работу с ней 2-3 недели? Вряд ли. В больших издательствах скорость редактуры какая-то световая. Качество от этого страдает.

🌿 Низкая оплата труда. Оплата литредактора варьируется от 300 до 3000 руб. за авторский лист.

Последнее — редкость, чаще я вижу трехзначные цифры. Это, кстати, не коммерческая тайна, посмотрите на hh вакансии или в профильных группах.

Соответственно, литред получает около 10 000 - 25 000 руб. за книгу. А иногда — 3000 руб. (возьмем книгу в 10 авторских с окладом 300 руб./ал).

Стали бы вы напрягаться за такие деньги при условии высокоинтенсивной загрузки? Так что литреды часто, чтобы выжить, либо набирают кучу заказов, либо переходят в другую сферу, либо переходят в другое издательство.

🌿 Квалификация редактора. Долго думала, включать ли этот пункт, но потом решила, что не включить его будет нечестно. Не у всех сито мелкое, давайте так, и работают редакторами люди с самым разным кругозором, с самой разной квалификацией, а из-за того, что рукописей, требующих редактуры, все больше, приходится идти на компромиссы.

Вывод: автору стоит научиться хорошо редактировать, даже если он после будет это делегировать. Помните, что ответственность за конечный вариант всегда на вас, всегда.

Вот как-то так.

Думаю, все вы видели уже печальную новость об основателе Флибусты, который сейчас в больнице «с неприличных размеров глиобластомой». Если это правда, глиобластома — это действительно неутешительный прогноз, и я надеюсь, что Stiver возьмет от оставшейся жизни все. Он многое сделал для книжного рынка.

Но немного о пиратстве.
Некоторое количество моих добрых друзей высказали довольно распространенное в книжной среде мнение, что Стивера, конечно, жаль, но пиратство — это фу.

🔠 🔠🔠🔠 🔠🔠🔠🔠
В смысле, я реально не имею ничего против пиратства. Ну, то есть я могу вяло попросить убрать мои книги из открытого доступа, если их вижу, но если есть настроение и время. Но трагедии я из этого точно не делаю. Бороться с пиратством — это все равно, что бороться с ветряными мельницами. Можно, если все остальные проблемы решены и у тебя куча денег на это дело.

Более того, пиратство — это, по моим убеждением, признак здорового конкурентного рынка. Самые высокие показатели пиратства — в США (12,8%), в России на 2023 год они составляли 5,1% (что, честно говоря, выглядит так, как будто «и за деньги не надо, и бесплатно не очень»). Ладно, шучу, это довольно высокий показатель.

Есть гипотеза, что пиратство — это всегда про потерю денег издателями и авторами. Я то и дело вижу, как то там, то тут издательства считают, какой объем прибыли они потеряли в связи с пиратством.

Знаете, в чем прикол? Это гипотеза.

Гипотеза, которая заключается в том, что если потребитель не может спиратить книгу, он пойдет ее покупать. А точно пойдет? Важно, что для того, чтобы пойти и купить книгу, нужно быть чрезвычайно замотивированным в приобретении именно этой и никакой другой книги. То есть это не про «а что бы такое почитать, о, вот это норм, а не, этой в доступе нет». Но точно ли будет работать так? Точно ли эти «потерянные деньги», не будь пиратства, пойдут в карман издателю и автору?

Вот тут есть чрезвычайно интересное и свежее польское исследование с экспериментом (рандомизированное, длилось год, чтобы избежать сезонных флуктуаций). Если коротко: организаторы исследования хотели проверить (на 239 наименованиях), сказывается ли пиратство на реальных продажах.

Ответ: сказывается, но очень незначительно (около 5%).

Могу честно сказать, что у меня был период в 3 месяца, когда «Троллий пик» был доступен совершенно бесплатно в рамках конкурса LiveLib, это отлично вырастило продажи.

Что по итогу? Я искренне считаю провальной стратегию стыдить пользователей пиратских ресурсов. Ну, типа, вызывет ли это у них симпатию к издательствам и желанию побежать и отдать деньги за книги? Вряд ли. Такое чувство, что если вам будут говорить: фу-фу-фу, масс-маркет неэтичен (что, на минуточку, правда), вы все перейдете на инди-бренды втридорога.

А что делать?
Расслабиться и решать другие проблемы, которых у издательств, честно говоря, выше крыши. Давайте мы сначала все будем круто продвигать авторов и работать с маркетингом, а там, глядишь, и пиратство рассосется. (Не рассосется, конечно, для этого нужно дохрена денег).

Я не пойду на передовую отстаивать права пиратов всего мира.
При этом демонизировать пиратство точно не буду. Все, чувствую, сейчас разверзнутся врата в ад.

#решилаподумать

Недавно отсидела на нескольких питчингах, убедилась, что авторам сложно презентовать книги (и надо забабахать на эту тему вебинар, там же простой алгоритм, 1-2-3), и вот еще, о чем думаю.

Вернемся к психологам и психотерапевтам. Авторам и персонажам. Их количество уже превышает мыслимые и немыслимые пределы, так что у нас с парой-тройкой редакторов появилось выражение «автор-психолог» (к сожалению, часто там звучит еще слово «очередной»).

Кстати, это выражение позаимствовала у одной классной представительницы киноиндустрии, у них тоже есть такой термин. 🤪

Какие же проблемы я часто вижу у этих двух групп и чего я вам рекомендую избегать.

🌸 Авторы-психологи очень часто ставят, собственно, психологический экзерсис выше истории.

О чем ваша книга? Она о синдроме самозванца. О депрессии. О нарциссическом расстройстве, о травме (каждая вторая). Круто. Следующий.

Книга всегда, прежде всего, о человеке и его истории.
И нравится вам это или нет, нужен СЮ-ЖЕТ. Особенно если у вас дебютный роман, честное слово, не ставьте теорию выше захватывающего сюжетного твиста.

🌸Другое дело — авторы, которые пишут о психотерапевтах, и почему-то это часто напоминает сериал «Психологиня» (сама не смотрела, Рабинович напел). Какие косяки часто встречаю и как их можно исправить:

☀️ Психотерапевтическая сессия, которая ясно дает понять, что автор не был ни на одной психотерапевтической сессии в своей жизни. С нарушением всех мыслимых и немыслимых этических норм. Дорогие авторы, чтобы описать психотерапевтическую сессию, вам достаточно: либо хотя бы 5-10 раз посетить психотерапевта (нет, одной сессии и двух не достаточно), либо найти психотерапевта, посадить его рядом и расспросить, как она проходит, а потом дать на вычитку.

☀️ Размытые представления о профессии. Психолог, который с легкостью диагностирует депрессию и шизофрению. А еще чаще всего психолог хрен пойми, в каком подходе работает.

☀️ Супернеэтичное поведение психолога: секс с клиентом, давление, манипуляция и прочее прочее. Тут ведь какое дело. А что, разве такого не бывает? Бывает. Но, глядя на рукописи последнего месяца, у меня складывается впечатление, что не бывает по-другому.

Психотерапия в России и без того демонизирована дальше некуда, зачем делать ее ЕЩЕ БОЛЕЕ страшной? Этот наплыв рукописей о странном поведении специалистов помогающей профессии приводит к тому, что у некоторых редакторов начинается уже нервный тик, когда речь заходит о книгах, где есть психологи.

#сплошнаяпольза

Ладно, поныли и продолжим будет.

Я теперь хочу с вами поговорить не как агент или ментор, а как человек писательница. Потому что в последнее время я чувствую, как вот эта менторская роль занимает куда больше пространства, чем творческая, а я так не хочу.

Я не для того уволилась из Cosmopolitan, чтобы другую свою работу превратить в Cosmopolitan. Я уволилась, чтобы больше времени уделять книгам. И я намерена это делать!

Тем более, получила гонорар за «Детей», мотивация подскочила.
ОК, это шуточки все, перейдем к проблемам и их решениям, как говорится, о мышах и людях.

В последнее время я столкнулась вот, с какой фигней:

🎃 В публичном поле я все время агент и ментор и все реже — писательница, мне такое не нравится, это меня печалит.

🎃 Я не могу сконцентрироваться на тексте дольше 15 минут. Что уж там, я ни на чем дольше 15 минут не могу сосредоточиться. А, ну кроме тиктока, в нем могу 2 часа висеть, привет, ADHD paralysis, давно не виделись.

🎃 Ничего не пишу, потому что в моей голове слишком много чужих текстов. В настоящий момент я работаю с 19 текстами разных авторов. 19 текстов я смотрю каждую неделю.

Если вы нашли у себя один из этих пунктов, ставьте разбитое сердечко, а если вы поставили разбитое сердечко, но у вас нет ни одного из этих пунктов, я буду знать, что у вас такой же уровень концентрации, как у меня.

Что я делаю по этому поводу и что из этого меня спасает (начнем с конца):

🎃 Проблема со своими текстами решилась просто. Я пошла шариться по best practices писателей уровня Вирджинии Вульф, Стивена Кинга и Владимира Набокова, смотреть, что было у них, чего не было у меня (в 99% случаев схема была обратная, у меня было то, чего не было у них — 8-часовой рабочий день, ну да ладно).

Шутки шутками, но вот, что я выяснила.
Все большие писатели НАЧИНАЛИ свой день с собственных текстов. Не с проверки чужих работ, а со своих родненьких рукописей.

А так как в историю я хочу войти все же как автор, а не как писательский наставник (хотя нежная Катя Панченко вчера назвала меня ковбоем на Диком Западе, который стреляет с двух рук, мне понравилось, можете все меня так называть), то я решила последовать их примеру.

Я не могу как Харуки Мураками вставать в 5 утра, а после писательства идти плавать и бегать марафоны, но могу вставать в 9 (что тоже для меня нечеловечески рано), писать хотя бы с 10 до 11 на свежую голову, а потом уже садиться работать. Так что если вы пишете мне с утра, а я не отвечаю, вы знаете, что я делаю.

Пока практикую всего три дня, но об успехах попозже расскажу.

🎃 Как решилась проблема с тем, что я не могу концентрироваться 15 минут. Я всю жизнь работаю по принципу Помодоро, нежно его люблю: в какой-то момент сократила таймер с 25 до 15, потому что ну, не вывожу.

Решение моей проблемы оказалось простым, но изящным.

Я ставлю таймер на час. 60 минут. И да, в это время я не жру, не ссу, не залипаю в тикток, а либо буду писать, либо буду втыкать в белый экран. Выбор без выбора. И — о чудо! — сработало. Когда ты не оставляешь себе выбора, мозг адаптируется быстрее, чем я думала.

🎃 Наконец, пункт с публичностью. Я не стала долго ходить вокруг да около и просто совместила свое новое увлечение (видосики) со своей вредной привычкой. Я создала тикточек писательницы, где — внимание! — рассказываю о СВОЕМ творчестве и СВОИХ книгах. Я давно не кринжую от своих кривляний, так что пока просто тащусь от процесса.

В планах набрать миллион подписчиков, инсценировать собственную смерть, разбросав кусочки паззла в каждом из тиктоков, дать фолловерам поиграть в детективов, а потом появиться в своем британском поместье и написать на эту тему книгу.

Вот такие дела.