С фестиваля «Красная строка» сняли четверых (мне пока известно о четверых) авторов — организаторам запретили их выступление — и Галину Юзефович. Такова теперь новая реальность нашего мира.

Вчера мне прилетали угрозы за то, что я включила в каталог издательств тамиздат. Я его убрала оттуда — не готова сейчас это все разгребать, если честно.

Просто помните: ни одна книга не стоит вашей безопасности и свободы. Берегите себя. У меня все.

Смотрю сейчас «Атаку Титанов» и из-за того, что я на последнем сезоне, временами хожу подышать, потому что ну это же невозможно, как хорошо и как страшно.

И вот в 3 сезоне был эпизод, который просто мне душу в клочки разорвал. Осторожно, спойлеры!

Помните серию, где капитан Эрвин остается с новобранцами против звероподобного титана, который бросается в них камнями? И на этом моменте мы уже понимаем, что, скорее всего, живыми из этой битвы они не выйдут. И капитан Эрвин отдает приказ бросаться в атаку — чтобы отвлечь титана, а капитан Леви (краш, конечно) в это время сможет подобраться к титану сзади.

— Но ведь если мы бросимся в атаку, — говорит один из новобранцев, — мы же умрем?
— Да, — говорит капитан Эрвин.
— Но ведь если мы НЕ бросимся, мы ведь все равно умрем?
— Да, — говорит капитан Эрвин.

И меня накрыло чувством вот этой совершенно жуткой обреченности, когда, какой бы выбор ты ни сделал, ты выбираешь между одной мучительной смертью и другой.

Кстати, драматический прием, который использован в этой сцене, называется foreshadowing. Это указание на судьбу (чаще всего, трагическую) персонажей. Предвещание может быть прямым, как здесь, когда капитан Эрвин говорит: «Мы умрем» или косвенным, когда нам намекают на что-то плохое через знаки, символы или другим способом. Предвещание никогда не бывает 100%. То есть мы до последнего надеемся, что в битве останутся выжившие, но драматическое напряжение уже создано.

Вообще, в аниме целая куча интересных драматических приемов, которые я редко встречаю в европейской литературе.

А вы смотрели? Как вам?

#сплошнаяпольза #себепосоветуй

Сейчас многие открыли для себя Антиглянец книжного мира — канал Рыдакторы. Я его тоже читаю, частенько могу предположить, кто это пишет, и на самом деле, рада, что у редакторов появилась возможность высказаться анонимно, а у авторов — послушать и намотать какие-то штуки на ус.

И вот там было несколько постов, которые касались темы непосредственно редактуры. Редакторы пишут, что часто чем хуже текст, тем неохотнее автор соглашается на правки и тем сильнее цепляется за него. Вот сегодня прям крик души, а вот на днях.

И что я могу сказать.
Готова подписаться под каждой буквой.

За свою многолетнюю уже практику вывела правило: автор будет расти только тогда, когда перестанет трястись над своим текстом, когда отлепится от него и начнет относиться к нему как к сырью, а не как к своему ребенку. Когда поставит историю на первое место, а форму — на второе.

А еще — когда забудет выражение «авторский стиль», вот честно.

Сколько раз я слышала про «авторский стиль» — не пересчитать. Я же твердо убеждена, что авторский стиль формируется не на первой и не на второй изданной (это важно) книге, он формируется годами сознательной работы. Сознательной! Когда автор получил определенный объем академических знаний, в курсе, какой инструмент и в какой момент использовать, зачем он нужен, какой будет эффект. Пока автор работает в духе «я так чувствую» — это не авторский стиль, это наброски, черновики, упражнения.

Да, есть авторы «с искрой», где эта чуйка встроена по дефолту. Но честно, на моей памяти, это один из сотни.

А пока автор топит за то, что какой-нибудь уродливый канцеляризм — это непременно его авторский стиль, он будет топтаться на месте.

#решилаподумать

Все никак не могу вам репостнуть весьма срачеемкую статью от Егора Михайлова об агентах. Вообще, по моим наблюдениям, все, что касается книг и денег, всегда срачеемкое. Давала для нее большой длинный комментарий.

Все уважаемые люди книжного мира уже отметились и высказались, а я чего-то вечно опаздываю.

Я упала в «Атаку Титанов» и никак не могу из нее выпасть, так что терпите. Сегодня хочу поговорить о депрессивных концовках и карме. В одном посте, да. Тут будет немного сумбурно, но я все еще не могу разлепить разные мысли, так что смиритесь с тем, что жизнь — это дукха.

Да, я из тех, кто до сих пор пытается переосмыслить концовку и понять, почему Эрен Егер пожертвовал собой ради друзей. Не в смысле, почему он как персонаж это сделал, а почему мы раз за разом возвращаемся к этой теме в аниме и мангах. Как к персонажу у меня к нему только одна претензия — Эрен, почему 80%? Почему не 100%? Мне все равно, что у других не получилось, почему у тебя не получилось!

Итак, о печальных концах. Это я про аниме, а не про ваших бывших.

Если мы обратимся к классической японской литературе, то там тоже чаще всего в конце все умерли, а если не умерли, то лучше бы умерли.

«Повесть о Гэндзи» (Гэндзи-моногатари) — одно из самых ярких и известных японских произведений — была написана в XI веке, в эпоху Хэйан. В ней рассказывается о побочном сыне императора, принце Гэндзи, и его (принца) женщинах. Роман заканчивается пустой главой «Исчезнувший в облаках», которая, скорее всего, символизирует смерть Гэндзи.

В конце читатель приходит туда же, откуда начал: как в юности Гэндзи соблазнил наложницу своего отца, которая родила от него ребенка, так же и его возлюбленную Сан-но соблазняет молодой придворный, когда Гэндзи постарел.

Жизнь совершает круг, и Гэндзи получает по щам от кармы.

Меня просили не использовать термины «грех» и «наказание», когда я говорю о буддизме, потому что это нас отсылает куда-то к христианской морали, а она тут неприменима.

В «Повести о доме Тайра», средневековом предании о разгроме клана Тайра, конец тоже продиктован буддийскими принципами: кармическим возмездием и анитьей («бренность, непостоянство»). В конце, войска клана Тайра разбиты, а наследников рода казнят.

Даже в японских сказках — и тут нас ждут боль и страдание в конце. «Повесть о старике Такэтори» — японская сказка, самая ранняя из моногатари, о принцессе Кагуя-химэ. Родом с Луны, из-за того, что в прежней своей жизни она вела себя хреново, в качестве кармического возмездия, принцесса была вынуждена появиться на свет в Бибирево в бамбуке, где ее нашел старик-резчик и удочерил. Сказка заканчивается тем, что принцесса, что называется, осознает себя и возвращается на Луну. Хорошая концовка? Ну, такая.

Кагуя-химэ лишилась всяческих привязанностей и страстей (что хорошо, с точки зрения буддиста), а вот родители после ее ухода стали совсем плохи и окончательно слегли.

Как вы поняли, за хорошими концовками точно не к японцам.

Вот эта тема — кармического воздаяния — очень остро чувствуется и в «Атаке Титанов». Элгийцы несут наказание уже две тысячи лет за то, что когда-то давным-давно их предки (или они в прошлой жизни) вели бесконечные войны и истребляли другие народы. Да, даже если вы, как жители острова Парадиз, нифига не помните, вы все равно будете расплачиваться.

Думаю, тут еще, конечно, есть определенное переосмысление Второй Мировой и ядерных трагедий, потому что идея «А нас-то за что?» — характерна для государств-агрессоров, на эту тему очень хорошо написано в книге «Земля, одержимая демонами. Ведьмы, целители и призраки прошлого в послевоенной Германии» Моники Блэк.

Есть еще одна причина, почему в аниме так много помирают, и всем ок. Смерть в европейском представлении — мероприятие одноразовое (ну, почти). Вы помираете, дальше ад или рай, потом, может, второе пришествие. В представлении буддистов, жизни — это череда перерождений. Именно поэтому нам показывают Ханджи, которая воссоединяется со своими боевыми товарищами, нам показывают погибших титанов-элдийцев на Пути, нам показывают птицу, которая прилетает к Микасе, сидящей на могиле Эрена.

То есть умирать, конечно, грустно и неприятно, но все умирают, и на этом еще не конец. Скоро эта волына начнется по новой.

В общем, я долго ходила вокруг да около, суеверно думала, что надо объявлять, когда уже будет точно-точно, 100% и все бумаги подписаны. Но я же так никогда в жизни не делала, так что нечего и начинать, вот, что я думаю.

Итак, если все звезды сойдутся, и боги будут к нам благосклонны, «Дети в гараже моего папы» получат свою экранизацию.

Мы познакомились с Иваном И. Твердовским, чудесным режиссером и сценаристом. Он создал такие фильмы, как «Панические атаки», «Конференция», «Наводнение», «Класс коррекции» и многие другие. Мы созвонились вчера, и это был тот случай, когда, мне кажется, случился мэтч. Я со спокойной душой могу отдавать «Детей» в талантливые руки Вани и быть уверенной, что получится бомба.

Скрестим пальцы на всех конечностях, чтобы все получилось!

Рискую навлечь на себя очередную волну недовольства, но я все равно об этом скажу.

Многие авторы тревожатся, когда их книгу выпускают РАНЬШЕ, чем подписан договор. Это, если что, не особенность одного конкретного издательства, проще указать на тех, у кого по-другому. Бюрократия — животное неповоротливое и передвигается медленнее, чем все остальные процессы.

Если у автора это вызывает беспокойство, то я хочу напомнить, что в шатком положении, в данном случае, исключительно издательство, а не автор. Именно издательство принимает на себя риск того, что автор передумает и уйдет, если условия в договоре ему не понравятся или не удастся договориться о формулировках.

А прав у издательства в этой ситуации нет никаких, если автор не подписал договор. Мне, честно говоря, удивительно, что до сих пор не было громких прецедентов.

Хотя с тем издательством, с которым изначально на одной волне, автор обычно и не переживает.
#сплошнаяпольза

Я помню всех! А кого не помню, тех записываю. Мне всегда безумно радостно получать такие сообщения, для меня каждая ваша победа — это немного и моя победа тоже. Так я не забываю, что делаю что-то, что приносит людям радость.

Загруженная неделя, но все равно хочу верифицировать свою работу. Отзыв на сегодняшнюю консультацию — всегда рада, когда авторы пишут теплые слова. (Вот тут можно почитать о консультациях).

И — +1 автор из менторства нашел издательский домик. Уже четыре автора после менторства получили офферы. Работаем дальше. Там вообще чудесная история, очень жду, когда смогу ее рассказать.

#отзывы

Всем отличного понедельника! Какие планы на эту неделю?

Я тут недавно задумалась, какой совет я бы дала себе-из-прошлого, той себе, которая только начинала писать книги. Той, которая еще не выпустила «Троллий пик».

Я бы дала себе два совета.
Первый — внимательно вычитывай текст. Не полагайся ни на кого: ни на редактора, ни на корректора, ни на бета-ридеров, у текста есть только ты, и за каждую запятую ты будешь отвечать головой.

Второй — веди соцсети.
Никогда не рано начинать. Вообще, как бы авторы ни сопротивлялись, соцсети теперь — это обязательная часть программы, место соприкосновения читателя и автора. Авторы, которые на рынке больше 10-20 лет, могут себе позволить оставаться в тени, просто не выходя на новую аудиторию, а работая с уже имеющейся. У новеньких же таких бонусов нет.

Вообще, это тот случай, когда я еще не знаю ситуаций, когда автор пожалел бы о своих соцсетях. То есть не слышала, чтобы он спустя три года и тысячи подписчиков говорил что-то вроде: «Куда же мне столько подписчиков девать…» Свою аудиторию, как говорится, за плечами не носить.

А ситуаций, в которых текст откровенно слабый, но у автора большой социальный капитал на платформах, и его издательства с руками отрывают — очень много. Вплоть до того, что я на консультациях говорила: «Тебе, строго говоря, чтобы попасть в издательство, не надо ничего. Только ждать». И была права: издательство само приходило через месяц-другой.

А вы какие бы советы дали себе из прошлого?

#сплошнаяпольза