Plot. Enn. I.6.8.16-27 — одно из любимых мест у раннего Плотина. Какой перевод из имеющихся вам кажется наиболее уместным и адекватным? Напишите свое мнение.

Φεύγωμεν δὴ φίλην ἐς πατρίδα, ἀληθέστερον ἄν τις παρακελεύοιτο. Τίς οὖν ἡ φυγὴ καὶ πῶς; Ἀναξόμεθα οἷον ἀπὸ μάγου Κίρκης φησὶν ἢ Καλυψοῦς Ὀδυσσεὺς αἰνιττόμενος, δοκεῖ μοι, μεῖναι οὐκ ἀρεσθείς, καίτοι ἔχων ἡδονὰς δι’ ὀμμάτων καὶ κάλλει πολλῷ αἰσθητῷ συνών. Πατρὶς δὴ ἡμῖν, ὅθεν παρήλθομεν, καὶ πατὴρ ἐκεῖ. Τίς οὖν ὁ στόλος καὶ ἡ φυγή; Οὐ ποσὶ δεῖ διανύσαι· πανταχοῦ γὰρ φέρουσι πόδες ἐπὶ γῆν ἄλλην ἀπ’ ἄλλης· οὐδέ σε δεῖ ἵππων ὄχημα ἤ τι θαλάττιον παρασκευάσαι, ἀλλὰ ταῦτα πάντα ἀφεῖναι δεῖ καὶ μὴ βλέπειν, ἀλλ’ οἷον μύσαντα ὄψιν ἄλλην ἀλλάξασθαι καὶ ἀνεγεῖραι, ἣν ἔχει μὲν πᾶς, χρῶνται δὲ ὀλίγοι.

I Так бежим в дорогую отчизну, — вот что могло бы быть вернейшим призывом.
— Но в чем состоит это бегство? И как нам отплыть?
— Как Одиссей от волшебницы Кирки, говорит поэт, или от Калипсо, подразумевая, представляется мне, что он не пожелал остаться, хоть и знал радость очей и имел дело с немалой зримой красотой.
Отчизна же наша там, откуда мы пришли, и там отец.
— Так в чем все-таки состоит этот поход и это бегство?
— Его не свершить пешком, потому что ноги несут нас в другую землю из нашей; и не нужно тебе готовить конной повозки или чего мореходного;
все это нужно отставить и не обращать на это внимания, но — словно смежив очи — заменить их на другие и пробудить зрение, которое есть у всякого, а используется немногими.
II. ...бежим в дорогое отечество. Но что это за бегство? И как мы бежим? От волшебницы Цирцеи или от Калипсо, как говорит Одиссей в темных выражениях, [разумея], как мне кажется, что ему не нравится оставаться, хотя и есть услада для глаз, и он в общении со всяческой чувственной красотой. Отечество же наше там, откуда мы пришли, и отец [наш] там. Итак, каков же путь и каково бегство? Не ногами нужно совершать его, ибо ноги всюду переносят нас с одной земли на другую, и не нужно тебе приготовлять повозку с лошадьми или корабль, но оставить все это и даже не смотреть [на это], а, будто закрыв глаза, заменить [телесное] зрение другим и пробудить [духовное зрение], которое имеется во всех, а пользуются им немногие.
III. Так бежим же на милую родину — это лучший совет, который может быть нам дан. Но что значит бежать? И каким образом? Отправимся в плавание наподобие Одиссея, бежавшего от волшебницы Кирки, или Калипсо, — как говорит [Гомер], и, думается мне, со скрытым смыслом, — и не пожелавшего остаться, хотя и имевшего наслаждения от глаз и весьма приверженного чувственной красоте. Родина же для нас там, откуда мы пришли, и там — отец. Что же это за поход и что за бегство? Не ногами должно оно совершаться. Ноги повсюду несут из одной земли в другую. И не нужно тебе приготовлять и повозку с лошадьми или морскую ладью; но надо отбросить все здешнее и не смотреть на него, но, закрыв глаза, изменить телесное зрение на новое и пробудить это новое зрение, которое хотя и имеют все, но которым пользуются немногие».
IV. «Бежим в любимое отечество» — призыв куда более истинный. В чем же состоит наше бегство, и как бежать? Мы выйдем в открытое море, как Одиссей[, спасаясь] от волшебницы Кирки или Каллипсо, как говорит (мне кажется, не без скрытого смысла) поэт, ибо не достигаем удовлетворения, хотя и получаем посредством глаз удовольствие и соединяемся с величайшей чувственной красотой. Наше Отечество, из которого мы пришли — там, и наш Отец — там.
— Но что есть наш путь и наше бегство?
— Мы не должны совершать его ногами, ибо наши ноги носят повсюду [только] по этой земле из одной страны в другую. Не следует готовить ни колесницы, ни корабля. Но следует отпустить все эти вещи и не смотреть на них. Закрой глаза, переменись, пробуди иное зрение, которое имеют все, но которым немногие пользуются.

Il n'ya de vrai que le balancement des branches mis dans le ciel.
Правда только в качании веток на фоне неба.

Julien Green