тебя что-то тревожит? ты всю ночь ворочалась, даже будучи в моих попытках обездвижить твою задницу.
я снова упустил счёт времени за бумагами, скоро буду дома. надеюсь, ты не пренебрегала пищей?
меня всегда воодушевляла тишина, безмолвный ветер и немое отчаяние предстоящей скорби. но все же я так податлив перед тобой, перед твоим голосом, порождающим дисгармонию с самим собой. я вечно хочу слушать твою мантру из уст, расслабляясь и падая в такое чуждое для меня чувство теплоты.
/ниже описанные места являются сугубо вымышленными автором/
Иногда так хочется пропасть.
И неважно куда.
— ваши билеты, благополучного пути! — приветливо оповестил специалист группы регистрации. Поблагодарив в равнодушной для себя манере, Аккерман скептично опустил взгляд на богатый улов из многочисленных сумок.
— за 10 минут сборов ты накидала целый шкаф в наш багаж?
— только самое не обходимое, Леви.
— тц, я в этом сомневаюсь.
Пока Ривай тащил на себе дюжину ручной клади, и вдобавок пузатый до изнеможения чемодан, девушка уже прыгала в сторону комнаты «ожидания», предназначенной для пассажиров грядущего рейса.
До посадки 15 минут.
Каждая челядь проводила время по-своему: кто-то мирно посапывал в углу, пуская реки вязкой субстанции, а кто-то по стопам животных инстинктов набивал желудок, заглатывая дарованные яства на близстоящей стойке.
— мерзость, — шикнул Аккерман, оглядывая своих «товарищей» на ближайший перелёт. Он остановился у скамьи, заворошив сумку в поиске заветного чтива. Приблизившись к переплету, Леви скривился от отвращения — женские романы и детективы, причем последние, составляли явное меньшинство. Сразу было видно — сумку собирала горячо любимая женщина.
Глубокий вздох.
Он отчаянно облокотился на спинку, принимая «во все тяжкие» дальнейшее пустое времяпрепровождение. Даже будучи незаинтересованным происходящим вокруг, Леви изредка поглядывал на свою бестию, дабы убедиться что ее задница не найдёт себе новые приключения.
— Леви, смотри!
За стеклом панорамы девушка завороженно провожала каждый парящий в воздухе самолёт. По мере того, как очередное воздушное судно приземлялось, глазёнки становились всё шире и шире, лицо разошлось в такой заискивающей улыбке, что Ривай начал сомневаться в ее адекватности, никак не могучи понять — что же ее так радует? Впрочем, это весьма объяснимо — не имея никакого опыта в полётах за плечами для неё сия атмосфера была чем то новым и неизведанным ранее.
— нас скоро пригласят, сядь со мной.
Иногда так хочется пропасть.
И неважно куда.
— ваши билеты, благополучного пути! — приветливо оповестил специалист группы регистрации. Поблагодарив в равнодушной для себя манере, Аккерман скептично опустил взгляд на богатый улов из многочисленных сумок.
— за 10 минут сборов ты накидала целый шкаф в наш багаж?
— только самое не обходимое, Леви.
— тц, я в этом сомневаюсь.
Пока Ривай тащил на себе дюжину ручной клади, и вдобавок пузатый до изнеможения чемодан, девушка уже прыгала в сторону комнаты «ожидания», предназначенной для пассажиров грядущего рейса.
До посадки 15 минут.
Каждая челядь проводила время по-своему: кто-то мирно посапывал в углу, пуская реки вязкой субстанции, а кто-то по стопам животных инстинктов набивал желудок, заглатывая дарованные яства на близстоящей стойке.
— мерзость, — шикнул Аккерман, оглядывая своих «товарищей» на ближайший перелёт. Он остановился у скамьи, заворошив сумку в поиске заветного чтива. Приблизившись к переплету, Леви скривился от отвращения — женские романы и детективы, причем последние, составляли явное меньшинство. Сразу было видно — сумку собирала горячо любимая женщина.
Глубокий вздох.
Он отчаянно облокотился на спинку, принимая «во все тяжкие» дальнейшее пустое времяпрепровождение. Даже будучи незаинтересованным происходящим вокруг, Леви изредка поглядывал на свою бестию, дабы убедиться что ее задница не найдёт себе новые приключения.
— Леви, смотри!
За стеклом панорамы девушка завороженно провожала каждый парящий в воздухе самолёт. По мере того, как очередное воздушное судно приземлялось, глазёнки становились всё шире и шире, лицо разошлось в такой заискивающей улыбке, что Ривай начал сомневаться в ее адекватности, никак не могучи понять — что же ее так радует? Впрочем, это весьма объяснимо — не имея никакого опыта в полётах за плечами для неё сия атмосфера была чем то новым и неизведанным ранее.
— нас скоро пригласят, сядь со мной.
Экипаж принялся проверять работу двигателей стоящего самолета: громче — тише, звуки были самые разные и неожиданные: от утробного рычания до свиста. Стюардессы начали голосовую и жестовую демонстрацию правил поведения на борту в обычных и нештатных ситуациях.
Выехав на полосу, самолет быстро набрал скорость, от чего пассажиров слегка вдавило в спинки сидений. Мелкая вибрация на всем протяжении езды по земле, вдруг небольшой наклон на спину, и вот он — отрыв и воздушная пропасть.
— чёрт, я не могу, — она судорожно вжалась в рубашку Аккермана, будто бы разыскивая в ней то самое, успокаивающее снадобье от переполняющей тревоги её первого взлёта.
— успокойся, все хорошо, — он накрыл своей ладонью ее костяшки пальцев, медленно поглаживая, — посмотри в окошко.
Отбросив все задние мысли девушка боязливо приблизилась к иллюминатору самолёта. Зрачки ошарашено расширились.
— охренеть, мы правда в воздухе! — взвизгнула она. Наверное, девичий гул по меньшей мере слышали все соседи «по койке», но это далеко её не волновало. Воздушная россыпь невесомых облаков и алый горизонт заставили растерзать все гнетущие переживания прочь. Ривай лишь молча созерцал за плотно прижавшейся сопаткой к окну, любознательно наблюдавшей за небесным панно.
8 часов в полёте.
Многочасовой перелёт для девушки длился в царстве Морфея, удобно разложившись на плече Леви.
Аккерман же блаженно расслаблялся под музыку в наушниках, попутно попивая чай. Ему в принципе было не привыкать просиживать перелеты, вследствие многочисленных командировок, поэтому он чувствовал себя вполне спокойно и комфортно.
«Дамы и господа! Говорит командир корабля. Наш полёт завершён. От имени всего экипажа благодарю за выбор авиакомпании. Хорошего дня!»
Салон самолёта мгновенно наполнился аплодисментами в знак благополучного перелёта. Потихоньку каюта пустела, оставляя за собой потливое и смердящее послевкусие от людского сброда.
Сойдя с трапа, девушка растерянно уставилась на травянистое поле вокруг аэродрома. Конечно, не видя тёплый свет за последние полгода в своём захудалом городишке с ярким контрастом новой земли мгновенно заставило почувствовать себя где-то далеко и непринужденно. Здесь была совершенно другая картина: раскатистые в неизмеримом объёме зелёные поля, горный ветер завывающий где-то возле ушка и яркое светило, будто бы ласково приветствующий новых гостей. Вроде бы, ничего не примечательного, но каждый вздох свежего воздуха, казалось, был насквозь пропитан неизмеримой человеческой свободой и светился надеждой.
— чего встала? — ее оторвал мужской голос от поглощающей отрешенности, — нам ещё ехать, шевелись.
Выехав на полосу, самолет быстро набрал скорость, от чего пассажиров слегка вдавило в спинки сидений. Мелкая вибрация на всем протяжении езды по земле, вдруг небольшой наклон на спину, и вот он — отрыв и воздушная пропасть.
— чёрт, я не могу, — она судорожно вжалась в рубашку Аккермана, будто бы разыскивая в ней то самое, успокаивающее снадобье от переполняющей тревоги её первого взлёта.
— успокойся, все хорошо, — он накрыл своей ладонью ее костяшки пальцев, медленно поглаживая, — посмотри в окошко.
Отбросив все задние мысли девушка боязливо приблизилась к иллюминатору самолёта. Зрачки ошарашено расширились.
— охренеть, мы правда в воздухе! — взвизгнула она. Наверное, девичий гул по меньшей мере слышали все соседи «по койке», но это далеко её не волновало. Воздушная россыпь невесомых облаков и алый горизонт заставили растерзать все гнетущие переживания прочь. Ривай лишь молча созерцал за плотно прижавшейся сопаткой к окну, любознательно наблюдавшей за небесным панно.
8 часов в полёте.
Многочасовой перелёт для девушки длился в царстве Морфея, удобно разложившись на плече Леви.
Аккерман же блаженно расслаблялся под музыку в наушниках, попутно попивая чай. Ему в принципе было не привыкать просиживать перелеты, вследствие многочисленных командировок, поэтому он чувствовал себя вполне спокойно и комфортно.
«Дамы и господа! Говорит командир корабля. Наш полёт завершён. От имени всего экипажа благодарю за выбор авиакомпании. Хорошего дня!»
Салон самолёта мгновенно наполнился аплодисментами в знак благополучного перелёта. Потихоньку каюта пустела, оставляя за собой потливое и смердящее послевкусие от людского сброда.
Сойдя с трапа, девушка растерянно уставилась на травянистое поле вокруг аэродрома. Конечно, не видя тёплый свет за последние полгода в своём захудалом городишке с ярким контрастом новой земли мгновенно заставило почувствовать себя где-то далеко и непринужденно. Здесь была совершенно другая картина: раскатистые в неизмеримом объёме зелёные поля, горный ветер завывающий где-то возле ушка и яркое светило, будто бы ласково приветствующий новых гостей. Вроде бы, ничего не примечательного, но каждый вздох свежего воздуха, казалось, был насквозь пропитан неизмеримой человеческой свободой и светился надеждой.
— чего встала? — ее оторвал мужской голос от поглощающей отрешенности, — нам ещё ехать, шевелись.
Впрочем, путь до заветного места не заставил себя долго ждать. И десяти минут не прошло, как попутный транспорт рассекал извилистую дорогу, уходя в глубь горного леса.
И правда, окружающая местность никак не походила на обычные ландшафты родного края. Вокруг стеной стоял густой непролазный лес. Высокие стройные сосны тянули к небу свои кроны, а темно-зеленые разлапистые ели, притрушенные инеем, так и норовили окатить прохладой каждого, кто решит их потревожить. Казалось, что в такой атмосфере нет ни одного намёка на привычную городскую суматоху. Взору примыкала лишь дикая стихия и одинокий дом вдалеке, уютно вписавшийся меж еловых ветвей.
— эй, мы на месте, — Ривай уже стоял в дверях авто, придерживая багаж. Но ответа не последовало — и это очевидно, ведь миловидная особа в полнейшем отрубе раскисала во снах, сладко оперевшись щекой к окну.
— тц, эта женщина...
Пока Аккерман пытливо тащил за шкирку сонное нечто, попутно волоча сумки за спиной, девичьи уста что-то членораздельно бормотали себе под нос. Заспанные веки потихоньку привыкали к свету, взирая на происходящее вокруг.
— вот это домина... — девушка уставилась на роскошную виллу перед собой.
Солнечные лучи создавали причудливый полосатый узор на мощеной камнями дорожке, которая, извивалась изящным полукругом, подводила к самому крыльцу. Тонкие перила ограждали ступеньки, ведущие к входной двери, украшенной местными цветениями, так и веранду, окружающую первый этаж виллы. На общем минималистическом фоне дома пестрила только землянисто-бурая кирпичная труба, из которой тонкой струйкой возвышался к расписанному пастельными красками небесному краю, дым.
Упоительная усадьба в дикой природе — словно сказочное место, в которое так и норовил попасть каждый мечтатель, чем и не отличалась наша героиня. Леви же удивить было сложно, но такое умиротворённое место живущее по своей чуткой стихией, всё же оправдало его ожидания. Несомненно, ведь Аккерман достаточно требовательно отнёсся к выбору досуга, дабы не видеть излишний тошнящий сброд вокруг.
— это просто потрясающе! — воскликнула девушка. Торопливо перебирая ступнями, она рыскала по всему периметру коттеджа, заглядывая в каждую интересующую ее комнатушку, — и бассейн с верандой есть, Леви посмотри!
Пока до изнеможения никак не мог нарадоваться «ребёнок», изучая новые места, Ривай молча раскладывал все вещи по своим местам.
— «ей понравилось», — Аккерман не смог скрыть лёгкую улыбку на лице. Детский визг и топот ножек — это все что он хотел услышать за последние несколько дней. Если бы он только мог показать то, насколько приятно видеть улыбку на ее лице, так чутко согревающую его изрядно чёрствую натуру.
— хватит паясничать, бегом в душ.
Какое же блаженство смыть с себя всю грязь, собранную в потливом борту длительного перелёта. Девушка уже опьяняюще млела погрузившись в долгожданную купальню, однако тихий скрип двери заставил покрыться румянцем наливные щеки. Опустившись до подбородка в душистую пену, она прожигала взглядом стоящую фигуру перед собой.
— мелочь, ну и что я там не видел? — процедил Ривай, вешая вафельный халат на крючок двери.
— быстро вышел, — буркнула девушка, замахнувшись мочалкой в равнодушную физиономию.
— я понял.
...через мгновение послышался щелчок металлической щеколды и женский визг наполняющий уютный домик в таком одичавшем от людского внимания, лесу...
И правда, окружающая местность никак не походила на обычные ландшафты родного края. Вокруг стеной стоял густой непролазный лес. Высокие стройные сосны тянули к небу свои кроны, а темно-зеленые разлапистые ели, притрушенные инеем, так и норовили окатить прохладой каждого, кто решит их потревожить. Казалось, что в такой атмосфере нет ни одного намёка на привычную городскую суматоху. Взору примыкала лишь дикая стихия и одинокий дом вдалеке, уютно вписавшийся меж еловых ветвей.
— эй, мы на месте, — Ривай уже стоял в дверях авто, придерживая багаж. Но ответа не последовало — и это очевидно, ведь миловидная особа в полнейшем отрубе раскисала во снах, сладко оперевшись щекой к окну.
— тц, эта женщина...
Пока Аккерман пытливо тащил за шкирку сонное нечто, попутно волоча сумки за спиной, девичьи уста что-то членораздельно бормотали себе под нос. Заспанные веки потихоньку привыкали к свету, взирая на происходящее вокруг.
— вот это домина... — девушка уставилась на роскошную виллу перед собой.
Солнечные лучи создавали причудливый полосатый узор на мощеной камнями дорожке, которая, извивалась изящным полукругом, подводила к самому крыльцу. Тонкие перила ограждали ступеньки, ведущие к входной двери, украшенной местными цветениями, так и веранду, окружающую первый этаж виллы. На общем минималистическом фоне дома пестрила только землянисто-бурая кирпичная труба, из которой тонкой струйкой возвышался к расписанному пастельными красками небесному краю, дым.
Упоительная усадьба в дикой природе — словно сказочное место, в которое так и норовил попасть каждый мечтатель, чем и не отличалась наша героиня. Леви же удивить было сложно, но такое умиротворённое место живущее по своей чуткой стихией, всё же оправдало его ожидания. Несомненно, ведь Аккерман достаточно требовательно отнёсся к выбору досуга, дабы не видеть излишний тошнящий сброд вокруг.
— это просто потрясающе! — воскликнула девушка. Торопливо перебирая ступнями, она рыскала по всему периметру коттеджа, заглядывая в каждую интересующую ее комнатушку, — и бассейн с верандой есть, Леви посмотри!
Пока до изнеможения никак не мог нарадоваться «ребёнок», изучая новые места, Ривай молча раскладывал все вещи по своим местам.
— «ей понравилось», — Аккерман не смог скрыть лёгкую улыбку на лице. Детский визг и топот ножек — это все что он хотел услышать за последние несколько дней. Если бы он только мог показать то, насколько приятно видеть улыбку на ее лице, так чутко согревающую его изрядно чёрствую натуру.
— хватит паясничать, бегом в душ.
Какое же блаженство смыть с себя всю грязь, собранную в потливом борту длительного перелёта. Девушка уже опьяняюще млела погрузившись в долгожданную купальню, однако тихий скрип двери заставил покрыться румянцем наливные щеки. Опустившись до подбородка в душистую пену, она прожигала взглядом стоящую фигуру перед собой.
— мелочь, ну и что я там не видел? — процедил Ривай, вешая вафельный халат на крючок двери.
— быстро вышел, — буркнула девушка, замахнувшись мочалкой в равнодушную физиономию.
— я понял.
...через мгновение послышался щелчок металлической щеколды и женский визг наполняющий уютный домик в таком одичавшем от людского внимания, лесу...