Девушке надоедает болтовня и она, потянув за ворот рубахи, притягивает вовсе вплотную, опутывая своим запахом и мажет алыми губами по мужским.
Один рывок, и оставшиеся застегнутыми пуговицы разлетаются повсюду. Зычный звон пластика о каменный пол, открыл вид на поистине прекрасную картину: стекающие капельки воды по жилистым мышцам, многочисленная россыпь шрамов, что только украшала торс, невообразимо привлекая ее внимание.
— и чего ты добиваешься?, — он схватил ее за кисти, пристально вглядываясь лико.
Ему было бесконечно мало. Мало этих детских поцелуев, дразнящих его до потери пульса в груди. Аккерман хотел заполучить сумасбродную девушку всю и без остатка.
Мужчина в одно движение поднялся вместе с ней на руках, заставляя обвить свою талию ногами. Шумные звуки стекающей воды сливаются с протяжным стоном и низким рыком, когда Леви резко вжимает её тело в мраморную стену, упираясь бёдрами. Кончик носа игриво блуждает по щеке и перемещается на подбородок, слегка поднимая его вверх. Доступ к тонкой шее был открыт, а влажные от поцелуя губы мгновенно соприкоснулись с белёсой кожей.
Вздохи девушки ласкали слух не хуже классических мелодий, исполненных знаменитыми симфоническими оркестрами.
— чёртова услада для моих ушей,— он прошептал, молниеносно впившись в губы.
Пальцы начали блуждать средь выпуклостей, проводя по половым губам и постепенно раздвигая их. Девушка готова была уже сейчас отправиться к праотцам, ведь горящее чувство ниже живота норовило выплеснуть эмоции фееричным оргазмом, но Леви этого не позволил — отрезвил резким шлепком.
— нельзя, я сказал.
Горячее дыхание затуманило рассудок, а сладкие стоны девушки срывали остатки мыслей. Крепко схватив за бёдра, Ривай развязно проник в желанное место. Влажный шлепок, и снова глубокий толчок. Не желая останавливаться, его бёдра спешно скользили в пространстве, доставляя обоим беспамятное удовольствие.
Он так долго вожделел ее. Гортанный стон и звонкий свист прерывистого дыхания, крик любимой до горячки женщины и пошлые звуки об каменную плитку. От влажных испарений чёрные пряди неприятно лезут в глаза, но Аккерман не заботится об этом. Всё его внимание сейчас сосредоточено только на том, как бы доставить возлюбленной побольше удовольствия.
Острые ноготки оставляли едва заметные бледно-красные полосы, заставляя тело Аккермана реагировать мгновенно табуном мурашек.
Сладкий путь к желаемой истоме доходил до предела. Сквозь сладострастный стон, оба разгоряченных тела содрогались в раздирающей до ломоты костей, эйфории.
Он подхватил обмякшую от ласк девушку и, укутав в вафельное полотенце, искусно собирал каждую прядку непослушных волос. На минуту заострив внимание на уже во всю спящую сопатку, Ривай пристально всматривался в поистине прекрасные очертания лица.
и только моя.
Один рывок, и оставшиеся застегнутыми пуговицы разлетаются повсюду. Зычный звон пластика о каменный пол, открыл вид на поистине прекрасную картину: стекающие капельки воды по жилистым мышцам, многочисленная россыпь шрамов, что только украшала торс, невообразимо привлекая ее внимание.
— и чего ты добиваешься?, — он схватил ее за кисти, пристально вглядываясь лико.
Ему было бесконечно мало. Мало этих детских поцелуев, дразнящих его до потери пульса в груди. Аккерман хотел заполучить сумасбродную девушку всю и без остатка.
Мужчина в одно движение поднялся вместе с ней на руках, заставляя обвить свою талию ногами. Шумные звуки стекающей воды сливаются с протяжным стоном и низким рыком, когда Леви резко вжимает её тело в мраморную стену, упираясь бёдрами. Кончик носа игриво блуждает по щеке и перемещается на подбородок, слегка поднимая его вверх. Доступ к тонкой шее был открыт, а влажные от поцелуя губы мгновенно соприкоснулись с белёсой кожей.
Вздохи девушки ласкали слух не хуже классических мелодий, исполненных знаменитыми симфоническими оркестрами.
— чёртова услада для моих ушей,— он прошептал, молниеносно впившись в губы.
Пальцы начали блуждать средь выпуклостей, проводя по половым губам и постепенно раздвигая их. Девушка готова была уже сейчас отправиться к праотцам, ведь горящее чувство ниже живота норовило выплеснуть эмоции фееричным оргазмом, но Леви этого не позволил — отрезвил резким шлепком.
— нельзя, я сказал.
Горячее дыхание затуманило рассудок, а сладкие стоны девушки срывали остатки мыслей. Крепко схватив за бёдра, Ривай развязно проник в желанное место. Влажный шлепок, и снова глубокий толчок. Не желая останавливаться, его бёдра спешно скользили в пространстве, доставляя обоим беспамятное удовольствие.
Он так долго вожделел ее. Гортанный стон и звонкий свист прерывистого дыхания, крик любимой до горячки женщины и пошлые звуки об каменную плитку. От влажных испарений чёрные пряди неприятно лезут в глаза, но Аккерман не заботится об этом. Всё его внимание сейчас сосредоточено только на том, как бы доставить возлюбленной побольше удовольствия.
Острые ноготки оставляли едва заметные бледно-красные полосы, заставляя тело Аккермана реагировать мгновенно табуном мурашек.
Сладкий путь к желаемой истоме доходил до предела. Сквозь сладострастный стон, оба разгоряченных тела содрогались в раздирающей до ломоты костей, эйфории.
Он подхватил обмякшую от ласк девушку и, укутав в вафельное полотенце, искусно собирал каждую прядку непослушных волос. На минуту заострив внимание на уже во всю спящую сопатку, Ривай пристально всматривался в поистине прекрасные очертания лица.
и только моя.
не валяйся без дела. будь послушной женщиной и сотвори ужин к моему приходу.
Немного обновлённые правила канала. Просьба ознакомиться.
https://telegra.ph/Kratkaya-pomarka-i-pravila-kanala-01-25
https://telegra.ph/Kratkaya-pomarka-i-pravila-kanala-01-25
Telegraph
Краткая помарка и правила канала.
▪️Внимание к прочтению всех читателей и новопришедших на данный канал. ❗️Канал рассчитан на аудиторию с рейтингом NC – 17 (возрастное ограничение — старше 18 лет). Это обуславливается тем, что в любой работе могут присутствовать упоминание курения, алкоголя…
И только топот босых ножек заполонил прихожую в преддверии долгожданной встречи, как чувство оцепенения запечатлелось испуганной гримасой на лице девушки. Зрачки инстинктивно расширились. Минута за минутой она стояла на пороге, бегло бегая глазами по родному лицу.
— Леви...
Свежий шрам, ярко-алого цвета, спускался с левого глаза вниз по его щеке зазубренной молнией, стягивая кожу. Когда-то это лицо было лицом ангела, эталоном мужской красоты, но сейчас оно было навсегда отмечено клеймом дьявола. Хотя возможно, это был и не дьявол, а само божество, которое приревновало из-за того, что обычный мужчина может быть так совершенен.
Она знала, что должна отвернуться, но не могла отвести взгляд. Его испорченная красота все равно была неотразимей, чем любое совершенство.
Безобразный шрам был словно маской, за которой он скрывал любой намек на уязвимость. Но Аккерман не смог скрыть замешательство, которое отразилось в его глазах цвета стали. Глазах, которые не видели девушку, которые смотрели сквозь нее.
В комнате царит тишина. Лишь тихий вздох прервал нарастающее безмолвие.
— помимо моего скверного характера, я теперь имею уродливое лицо. — с отвращением произнёс Аккерман.
— ч..что произошло? — руки неловко потянулись к мужской скуле, слегка касаясь. Но на сей раз в ней не было никакого тепла, никакого толчка осознания. Был только прохладный холст, дразнящий ее задумчивое прикосновение.
— осечка в работе, — он взял ее ладонь и отстранил от себя, — не бери в голову.
— блять, — губы скривились от нарастающей горечи.
— ты пропадаешь целыми днями, а по возвращению я вижу изувеченное до безобразия лицо, — девушка уже отчаянно поддалась эмоциям, нервно жестикулируя в воздухе.
И все же она прекрасно понимала. Как бы судорожно не искать ответы в потаенных уголках, Леви никогда не втянет ее в свои заморочки.
— ты же...— глаза налились влагой — ты же можешь погибн...— Аккерман перебил ее, сжав хрупкое тело в крепких объятиях.
— не оставляй меня.
Прикусив нижнюю губу, она изо всех сил старалась запечатлеть в памяти его образ, эти объятья и голос до самых мелочей, потому что всё это могло исчезнуть из ее жизни безвозвратно.
— Леви...
Свежий шрам, ярко-алого цвета, спускался с левого глаза вниз по его щеке зазубренной молнией, стягивая кожу. Когда-то это лицо было лицом ангела, эталоном мужской красоты, но сейчас оно было навсегда отмечено клеймом дьявола. Хотя возможно, это был и не дьявол, а само божество, которое приревновало из-за того, что обычный мужчина может быть так совершенен.
Она знала, что должна отвернуться, но не могла отвести взгляд. Его испорченная красота все равно была неотразимей, чем любое совершенство.
Безобразный шрам был словно маской, за которой он скрывал любой намек на уязвимость. Но Аккерман не смог скрыть замешательство, которое отразилось в его глазах цвета стали. Глазах, которые не видели девушку, которые смотрели сквозь нее.
В комнате царит тишина. Лишь тихий вздох прервал нарастающее безмолвие.
— помимо моего скверного характера, я теперь имею уродливое лицо. — с отвращением произнёс Аккерман.
— ч..что произошло? — руки неловко потянулись к мужской скуле, слегка касаясь. Но на сей раз в ней не было никакого тепла, никакого толчка осознания. Был только прохладный холст, дразнящий ее задумчивое прикосновение.
— осечка в работе, — он взял ее ладонь и отстранил от себя, — не бери в голову.
— блять, — губы скривились от нарастающей горечи.
— ты пропадаешь целыми днями, а по возвращению я вижу изувеченное до безобразия лицо, — девушка уже отчаянно поддалась эмоциям, нервно жестикулируя в воздухе.
И все же она прекрасно понимала. Как бы судорожно не искать ответы в потаенных уголках, Леви никогда не втянет ее в свои заморочки.
— ты же...— глаза налились влагой — ты же можешь погибн...— Аккерман перебил ее, сжав хрупкое тело в крепких объятиях.
— не оставляй меня.
Прикусив нижнюю губу, она изо всех сил старалась запечатлеть в памяти его образ, эти объятья и голос до самых мелочей, потому что всё это могло исчезнуть из ее жизни безвозвратно.
не питай себя надеждой что я изменюсь, что перестану пачкать руки в крови. придёт время, и ты собственноручно направишь чёрное жерло в мою сторону.
давай заварим крепкий чай и будем вместе созерцать на наши жалкие попытки безоблачного будущего.
~ автор
Да, это поистине доброе утро за последние несколько дней.
4000 читателей, я крайне тронута.
Моя безмерная благодарность каждому из вас.
Да, это поистине доброе утро за последние несколько дней.
4000 читателей, я крайне тронута.
Моя безмерная благодарность каждому из вас.
в который раз убеждаюсь, что бесхребетные создания вокруг обходятся лишь пустопорожней болтовней и прозябанием в невежестве.