И отдельно напишу.

Ясное понимание того, где фронт, с какой стороны свои и где откровенные враги, не должно мешать видеть ложь, халтуру, манипуляции. Не нужно ослеплять себя, повторяя, что на той стороне тоже врут, да ещё хлеще.

И в другую сторону: ложь и манипуляции, как бы они не были отвратительны, не должны мешать чётко видеть линию фронта и различать её стороны.

И тут нет никакого парадокса. Просто борьба, как бы она ни была важна - это не вся жизнь.

А помните, как они кричали: нельзя признавать независимость Крыма, их ведь не бомбили, там не было жертв, не было долгой борьбы за отделение...

Вот на Донбассе была и война, и много лет циничных обстрелов гражданских объектов, и тысячи жертв, в том числе больше ста детей.

Вспомнит ли об этом хоть один из тех, кто осуждает признание независимости Донбасса?

Добавлю ещё, что не во всём согласен с тем, что сказал Путин в своём историческом очерке.

Он сказал, что позиция Ленина о максимальных уступках националистам была вызвана борьбой большевиков за власть, которая была очень шаткой.

Но это не совсем так. Ладно, такие мотивы могли быть во время гражданской войны. Но после её окончания, при образовании СССР, власть была куда крепче. И главная причина была не в шаткости власти, а в приоритете задач мировой революции.

Об этом сам Ленин откровенно писал партийным товарищам в работе "К вопросу о национальностях или об «автономизации»" (30-31 декабря 1922 г.):

"Надо иметь в виду, что дробление наркоматов и несогласованность между их работой в отношении Москвы и других центров может быть парализовано достаточно партийным авторитетом, если он будет применяться со сколько-нибудь достаточной осмотрительностью и беспристрастностью; вред, который может проистечь для нашего государства от отсутствия объединённых аппаратов национальных с аппаратом русским, неизмеримо меньше, бесконечно меньше, чем тот вред, который проистечет не только для нас, но и для всего Интернационала, для сотен миллионов народов Азии, которой предстоит выступить на исторической авансцене в ближайшем будущем, вслед за нами. Было бы непростительным оппортунизмом, если бы мы накануне этого выступления Востока и в начале его пробуждения подрывали свой авторитет среди него малейшей хотя бы грубостью и несправедливостью по отношению к нашим собственным инородцам. Одно дело необходимость сплочения против империалистов Запада, защищающих капиталистический мир. Тут не может быть сомнений, и мне излишне говорить о том, что я безусловно одобряю эти меры. Другое дело, когда мы сами попадаем, хотя бы даже в мелочах, в империалистские отношения к угнетаемым народностям, подрывая этим совершенно всю свою принципиальную искренность, всю свою принципиальную защиту борьбы с империализмом. А завтрашний день во всемирной истории будет именно таким днём, когда окончательно проснутся пробуждённые угнетённые империализмом народы и когда начнётся решительный долгий и тяжёлый бой за их освобождение."

----

Тезис о могучей силе националистов, перед которой большевики были вынуждены прогнуться, легко опровергается одним простым примером. Националистов в УССР было настолько мало, что остро не хватало кадров для проведения украинизации (некому было преподавать украинский язык, развивать культурные проекты и т.п.). Пришлось специально пригласить из Галиции Грушевского и с ним пятьдесят тысяч украинских националистов.

Да, политика коренизации действительно давала возможность привлечь на свою сторону часть нац. активистов, но ведь при этом приходилось преодолевать сопротивление значительной массы русских и русскоязычных, которым эта коренизация была не просто не нужна, а создавала реальные проблемы. Но руководство продавливало этот курс вопреки сопротивлению и партаппарата, и населения. Спрашивается - зачем? Чтобы сделать приятное националистам?

Если власть так считалась с настроениями населения и его запросами, то почему же не было таких же уступок национальным чувствам русского населения? Почему пошли на конфликт с крестьянским населением Поволжья, Черноземья, Кубани, Сибири?

Почему пошли на конфликт с городским населением Украины (более пролетарским, более образованным), в т.ч. со сплошь русскоязычным партаппаратом? Разве не подрывало это лояльность именно той части населения, на которую власть и опиралась?

Есть возражение, что хотя города Украины были преимущественно русскоязычными, но село-то было украиноязычным, а крестьян было большинство. Но даже если принять это за непреложный факт (хотя откуда бы взялась подавляющая украиноязычность Слобожанщины и Новороссии в 20-х годах, если её нет и спустя век?). всё равно остаётся вопрос: почему же большевики так внимательно учитывали именно эту реальность, но не считались с другой реальностью?

----

Это важное, но всё же частное возражение к историческому очерку, которым Путин предварил своё решение. В целом же в этом очерке верно и чётко описана история украинского вопроса и сформулированы принципиальные основы подхода к нему.

А ведь что изменилось?

Для Украины, для США и всего "передового мира" Россия и так с 2014 года оккупирует Донбасс.

Россия и до того получила почти все возможные санкции, на которые готовы на Западе.

А вот для защиты Донбасса и русских это огромный шаг к лучшему. Это гарантия, что их не уничтожат, что прекратится этот кошмар. Хорватский сценарий, о котором открыто мечтали в Киеве, теперь невозможен.

И то, что это сделано так поздно, не в мае 2014 и не в феврале 2015, а только теперь...

О решении вчерашнего вечера – Тимофей Бордачёв:

В первую очередь президент России выбрал позицию морального превосходства – он не начал войну, в намерении чего его постоянно обвиняли на Западе, а прекратил её – теперь вероятность возобновления военной активности непосредственно на Донбассе минимальна. Если с той стороны будут провокации, то и сама Россия в безвыходном положении – начало войны будет не выбором, а необходимостью. В этом смысле Владимир Путин решил свои задачи на самом важном для любого политика направлении – внутриполитическом – удовлетворил ожидания россиян и не втянул их в войну.

Во-вторых, наконец, четко и публично обозначена позиция и стратегия в отношении современного украинского государства – оно объявлено незаконным в своих нынешних границах и теоретически к нему могут приниматься все меры невоенного давления, а в случае явных патологий, вроде попытки создать ядерное оружие – и военного.

В-третьих, достигнута ясность в отношениях с Западом, хотя это, скорее результат не вчерашнего события, а двух месяцев публичных переговоров. Удалось существенно продвинуться в сторону закрытия вопроса о вступлении Украины в НАТО – теперь это не просто политическое решение, а формальный выбор в пользу войны с Россией, чего не было со всеми предыдущими "волнами" экспансии альянса на Восток. Германия и Франция никогда не поддержат такое решение, а США должны понимать, что накачка Украины на двусторонней основе означает их прямой конфликт с Москвой, к которому остальной Запад уже не будет иметь никакого отношения, кроме британцев, которые и так придаток внешней политики США. То, что видимо добивались европейцы и устраивает всех – минимум обострения санкционной борьбы, по крайней мере сейчас основания для этого нет.

Запомните: когда Россия наконец-то прекращает войну, которая тянулась 8 лет, когда раньше 8 лет обстреливали жилые дома и мирные посёлки, школы и больницы, когда Киев год за годом, месяц за месяцем, день за днём и словом, и делом плевал на все мирные соглашения, прямо и официально об этом много раз говорил, а теперь в Донецке и Луганске наконец-то не нужно бояться за своих детей – то вот это называется "Россия разорвала Минские соглашения" и "Россия развязывает войну".
Потому что раньше вот это всё не считалось войной, а было таким вот альтернативным как бы миром. И вот раньше Киев вовсе не подтирался Минскими соглашениями, а просто так вот их "трактовал".
А лучше всего запомните, что вот эту картину мира в головах нашей либинтеллигенции не исправить и не изменить. Она была такая, она такая есть и такой останется.

Подзамочное, из чужого ФБ:

"Нет более чистой и глубокой скорби, чем скорбь отечественного пацифиста из-за прекращения 8-летних обстрелов русских городов. Тем более, что нынешнюю "империалистическую" не нужно и превращать в гражданскую - она была таковой с самого начала."

ещё подзамочное из ФБ:

"А в ближайшие дни нас ожидает препотешное зрелище, как говорил дядя Баламут - а именно, единение обиженных большевиков-ленинцев с демократическими шендеровичами. Мы ещё увидим Гозмана под красным флагом и Шлосберга с портретом Ленина."

Минутка диалогов.

Это будет выглядеть примерно так.

- Папа Йохан, а почему у меня такой маленький тортик на 10-летие?

- Потому, малыш Зиги, что твои родители работают очень много, чтобы у нас в доме было тепло и светло.

- А почему они так много работают, а тортик всё меньше?

- Потому что электричество сильно подорожало. И, кстати, ещё и потому, что это теперь биоэтичный торт. В нём нет животных жиров и он создан частично из экологично устойчивых материалов.

- Это последнее я заметил, папа Йохан. Но почему подорожало электричество?

- Потому что русские вторглись на Украину.

- Мы получали энергоносители с Украины?

- Нет, Зиги. Но нашей стране пришлось отказаться от достроенного газопровода из России, потому что это было политически этичным решением. У русских был дешёвый газ, а теперь мы покупаем дорогой в демократических странах. Скажем, в Катаре и США.

- То есть это мы сами отказались от дешёвого электричества, да? А почему это было политически этичное решение?

- Потому что русские вторглись на Украину.

- А при чём тут мы?

- На Украине строят демократию. Русские ненавидят демократию. Кстати, у нас тоже демократия, поэтому русские ненавидят и нас.

- И они к нам тоже вторгнутся, папа Йохан?

- Нет, малыш. Мы защищены НАТО — организацией, которая уже много десятилетий спасает нас от русских.

- Это здорово, пап. Но если мы защищены НАТО...

- Причём всё лучше! Когда я был как ты, здесь стояли русские войска, но потом они ушли, и НАТО теперь у самых границ России.

- Да, класс. Так вот, если мы защищены НАТО так здорово — то почему бы нам не покупать дешёвый газ у России?

- Ты смешиваешь политику и экономику, Зиги.

- А так нельзя?

- Нельзя.

- Тогда почему мы отказались от газа, который экономика, из-за Украины, которая политика?

- Я немецким языком повторяю: это тебе нельзя смешивать политику и экономику. И потом — если мы будем покупать газ у России, у неё будут деньи и она начнёт вторгаться ещё сильней. Понял?

- Да, папа Йохан. А теперь ей некому продавать свой газ?

- Вообще-то есть кому. Даже дороже.

- То есть у неё всё равно есть деньги?

- Ну... да.

- То есть у русских всё равно будут деньги, а у меня не будет нормального тортика?

- Знаешь, малой, ты меня достал. Иди к папе Герхарду, он тебе лучше объяснит.

В "Кратком курсе истории СССР", с конспектом которого нам удалось ознакомиться вчера, внутренние административные границы между республиками СССР объявлены результатом большевистского произвола. О фактологии и фактографии пусть судят историки и этнологи, а я обращу внимание на некоторые аспекты политической герменевтики. Тем самым лишаются легитимности все, то есть абсолютно, границы бывшего СССР, как внутренние, так и внешние, потому что внешние границы частично совпадали с границами республик, существование которых делегитимировано. Тридцатилетнее существование конструкции "СССР был союзом государств, они свободно вошли и свободно вышли, кому повезло быть именно союзной республикой в СССР, тот будет государством, признанным и представленным в ООН", поставлено под вопрос, а вместе с ним и та конструкция ООН, которая была базой признания и уговором не раскачивать. Таким образом, защитники старой конструкции и противники российского продвижения внезапно оказываются сторонниками СССР и его идеологем, те, про кого принято считать и кого любят обвинять в воссоздании СССР, становятся его могильщиками.

От носителей передовых взглядов регулярно звучат высказывания, в которых действия руководства России объясняются страхами Путина, идейными комплексами Путина, безумием Путина и т.п.

Всё это никакие не объяснения, а демонстрация полной интеллектуальной несостоятельности. Это значит "я не понимаю целей, я не вижу в этом логики, у меня нет никакого разумного объяснения действий".

Примерно то же звучит и в адрес тех русских, кто поддерживает действия руководства России: "у них промыты мозги, они зомбированы, они запуганы, они совки" и т.п.

Но как и о чём можно договариваться с тем, кто отказывается понимать тебя, отказывается признавать возможность иметь свои интересы, отказывает тебе в разумных мотивах?

Мне совсем не жалко "украину". Это безотносительно к "отношениям с восточным соседом" сама по себе довольно гнусная постсоветская химера, построенная целиком на вранье, промывке мозгов, воровстве, репрессиях и отвратительном перестроечном "низкопоклонстве перед Западом". Радует, что, несмотря на кучу ритуальных фраз о российской агрессии, хозяева под шумок с удовольствием, почти в кабульском стиле сдают своих преданных сателлитов на милость разбушевавшемуся медведю. Даже на опережение сдают — они быстрее готовы отдать, чем мы готовы принять.

Но я по-прежнему констатирую зияющую пустоту на месте идеи, под которую собирается нынешняя реконкиста. Мы оказались как будто бы против половины мира, но так и не сформулировали толком, в чём именно мы по большому счёту с этим самым миром не согласны, и с чего такие борзые вдруг.

На меня совершенно не действует пацифистская риторика в стиле "гордиться надо не армией, а уровнем жизни": мир устроен так, что чем ты лучше живёшь, тем больше вокруг желающих заставить тебя поделиться. И в этом смысле если ты действительно хочешь жить лучше, чем живёшь сейчас, будь готов к тому, что такое право так или иначе придётся защищать.

Но я в некотором недоумении по поводу прочитанной Путиным исторической лекции. Он как будто упускает из виду, что та ленинская конструкция, которую он так ожесточённо атакует, создавалась под совсем другую задачу — не под задачу восстановления Российской Империи в её похожих на прежние границах, а под задачу мировой пролетарской революции, которая исключила бы саму возможность "самоопределяться вплоть до отделения", ибо отделяться было бы просто некуда. Пусть это было сколько угодно утопией и несбыточной мечтой — но те, кто создавал век назад СССР, так не считали.

И не случайно его критика современного положения вещей в итоге вырулила на критику в целом колониальных порядков в постсоветском мире — олигархата, коррупции и правового произвола; всё то, что в полной мере можно применить и к постсоветской России. Тут очень важно не останавливаться — может оказаться, что реальный смысл происходящего вообще не в изменении линии границ на карте, а в изменении линии границ в сознании.

Спасибо Боррелю, который всё объяснил своим наспех удалённым твитом: главное, что они там считают механизмом контроля — это персональную завязанность колониальных элит на привилегированный доступ к благам их мира. Всех вообще элит, по любую сторону "режима" как такового — от виллы Соловьёва на Комо до устроенной по блату в Стенфорд дочки Навального. Вот эту штуку, "единственного европейца", и есть сейчас исторический шанс поломать наглухо. Главное — не струсить.

"... под «пацифизмом» часто понимается явление, когда люди с одобрением и хотя бы с пониманием относятся к военным действиям той стороны, которую они поддерживают, а вот действия той, которую они не поддерживают, вызывают у них самый гневный протест. Это тот же самый шовинизм и империализм — только люди являются шовинистами другой империи, нежели большинство их сограждан. "
(Сергей Худиев)

Уважаю позицию тех противников войны, кто с 2014 года осуждал убийства мирных жителей. Осуждал принципиально, с какой бы стороны ни велась стрельба, какими бы причинами это не объяснялось.

Сегодня они с полным правом могут осуждать удары по военным объектам Украины.

Уважаю тех, кто с омерзением отвергал любую ложь, с какой бы стороны она ни звучала. Сегодня они могут с полным правом возмущаться ложью пропаганды, как российской, так и прочей.

Понимаю тех, кто сегодня встревожен, испуган, кто считает, что нужно было вопреки всему продолжать настаивать на мирном пути решения.

Не пишу о тех, кто возмущён сегодня, а перед тем восемь лет спокойно смотрел на происходящее.

Тем более о тех, кто с 2014 года возмущался агрессией России и настаивал на законном праве Украины подавить сепаратистов и террористов на своей территории. Думаю, в их картине мало что изменилось принципиально, но теперь зловещие тайные планы стали явными.

--------------
Повторю то, что написал в предыдущие дни.

Ясное понимание того, где фронт, с какой стороны свои и где откровенные враги, не должно мешать видеть ложь, халтуру, манипуляции. Не нужно ослеплять себя, повторяя, что на той стороне тоже врут, да ещё хлеще.

И в другую сторону: ложь и манипуляции, как бы они не были отвратительны, не должны мешать чётко видеть линию фронта и различать её стороны.

Будет трудно. Боюсь, не обойдётся без крови.
Будем молиться, чтобы её было как можно меньше.

Ещё раз. Я не испытываю сейчас ничего похожего на патриотический восторг, радость от того, как «мы» жахнули, показали, наложили и т.п. Нас всех ждут довольно трудные времена — годы, может быть даже десятилетия. Выбор, который был сделан — не дай Бог никому перед ним стоять. Но из того, что я вижу — весь «статус-кво» строился на том, что мы на него неспособны, что мы «вменяемые», читай — трусливые, беспомощные, сломленные, продавшиеся. Ну нет. Лучше так, как сейчас, чем этот бесконечный, выматывающий стыд за неспособность ответить ударом на удар. Всем этим «нет войне» ответ простой — где вы были в 2014-м? Война началась тогда и шла все эти годы, просто мы целых восемь лет пытались договориться, пока не поняли, что не с кем.

Не собираюсь комментировать ничего из текущих событий (диванный аналитик из меня никакой, тем более в военной сфере).

Одна только реплика.

Сейчас многие хорошие, уважаемые мной люди пишут про безумие, про невозможность поверить в происходящее. Проклинают войну и тех, кто её развязал.

Для меня ощущение безумия началось ровно восемь лет назад, со сжигания беркутовцев коктейлями Молотова и стрельбы снайперов в спины майдановцев.

Дальше оно нарастало, по мере разворачивания событий. После 2 мая, а затем 3 июня, после высокоточных обстрелов школ, насосных станций, храмов. После гибели детей под обстрелами крупнокалиберной артиллерии.

Впечатление безумия на порядок усиливалось от реакции на всё это т.н. "цивилизованного мира" (включая и его адептов в России). От спокойных рассуждений о легитимных военных целях, о донецких террористах, об имперских комплексах и свободной демократической Украине.

С тех пор это безумие для одних стало привычной болью, а для других - нормальным фоном новостной повестки под рубрикой "агрессия России против Украины".

Так вот, сегодняшнее безумие - это прямое продолжение предыдущего восьмилетнего безумия. И если кто-то его ощутил только сегодня - мне вас жаль. Вы либо всё проспали, либо что-то кардинально не так с мировосприятием.

По итогам дня вынужден более развёрнуто повторить свой тезис: главный смысл происходящего — не в изменении границ на карте, а в изменении границ в сознании. День Z показал, до какой степени мы слабы, уязвимы, хрупки — и не потому, что слаба армия, которая как раз вполне себе «в форме», а потому, что слаб инстинкт самосохранения у инфантильного, расслабленного «частного российского человека».

Можно поддерживать или не поддерживать войну, но нельзя не понимать, что сегодняшнее публичное «нет войне» это мандат на убийство русских людей. И не только тех, которые в форме, что одно само по себе уже предательство — но и тех вполне себе гражданских, которых восемь лет до этого убивали и всё ещё продолжают убивать на Донбассе. Это манифест отказа от воли к сопротивлению Мировой Жабе — которая одна только и имеет, получается, неограниченную «лицензию на убийство». И те убийства, о которых говорю я, осуществлялись от её имени, что и давало убийцам ощущение безнаказанности.

Я сейчас думаю по поводу темы «мирового изгоя», или «Россия пошла против всего мира», где под «миром», понятно, понимается Pax Americana. Собственно, хорошелицые поэтому и зашлись сейчас в псевдопацифистской истерике — это их борьба за самосохранение в качестве, как они считали, неотъемлемой части этого самого мира. Ощущение вдобавок ложное, потому что глазами Жабы они никто и звать никак — пыль, падающая с шасси взлетающих грузовых самолётов.

Это всё к тому, что уже неважно, чем закончится военная операция на Украине сама по себе. Важно, что у нашего Президента хватило мужества оспорить этот порядок вещей. И это первый шаг по дороге в тысячу ли — но он, слава Богу, был сделан.

Аркадий Малер (в ФБ)

"По поводу тех самых сердобольных радетелей о мире, коим сейчас вдруг стало очень "тошно", "больно", "стыдно", "мерзотно" и т.п.

Есть такой интеллектуальный прием, как мысленный эксперимент.

Вот представьте себе в совокупности всех этих фрустрированных людей как некое социальное множество, в 100%.

И представьте себе, что однажды все они просыпаются от сообщения, что НАТО внезапно проводит военную операцию в России, уничтожая все ее военные объекты в целях свержения режима Путина и установления прозападной власти, а возможно даже, и прямой оккупации.

Как вы думаете, сколько процентов из всего этого множества "миротворцев", при всем его внутреннем разнообразии, точно также начнут надрываться от горя, писать коллективные письма, выходить на акции протеста, посылать проклятия и соревноваться в ненависти к наступающему супостату?

Я предполагаю - ок.10%."

В марте 2014-го, в разгар всеобщей эйфории по Крыму, я написал не радуюсь, потому что мы присоединили не полуостров — мы присоединили гражданскую войну. И почти сразу, когда вслед полыхнул Донбасс, этому пришло первое подтверждение. И тем не менее я был за Крым — именно потому, что в силу многолетнего своего украинского опыта имел достаточно объёмное понимание, с чем мы имеем дело. И ясно видел: рано или поздно если не мы, то нас.

Та гражданская война, в которую нас затянуло в 14-м — это была до времени сугубо внутриукраинская гражданская война, идущая к тому моменту уже не первое десятилетие. Поначалу, в первые годы, очень тихо, подспудно, как сейчас говорят «гибридно»; потом год от года всё жёстче. Если сильно упрощать её предмет, это была война за дерусификацию Украины; и те, кто её вёл, были в этом весьма успешны. У неё был великолепно разработанный нарратив и мощнейшее институционально-культурное и даже философское обеспечение нацбилдинга, которому другая сторона могла противопоставить только аморфную и обветшалую постсоветскую муть вроде той, которая составляет сейчас основной культурно-идеологический пакет у нас и поныне.

Различия в энергетике нарративов очень легко увидеть по тональности занимаемых позиций. Даже сейчас в нынешнем «нетвойне» очень много заплачек про «братский народ», а с «той» стороны это уже давно, задолго до 2014-го и «никогда мы не будем братьями», практически запрещённая формула. Нет никакого братства, была и есть вековая вражда; но, тем не менее, это такая «линия фронта», которую очень легко перейти и записаться из «врагов» в «свои». В одну, понятное дело, сторону. Да, большинство «украинствующих» сделали за эти годы из русских людей, таких же как мы, но это совсем не значит, что «мы один народ». Мы разделены кое-чем гораздо бОльшим, чем границы и даже чем язык: современная «украинская нация» даже и сейчас вполне себе двуязычна, но базовый антирусский код «прошит» в этих Филатовых, Даниловых и даже Аваковых задолго даже до 2014, не говоря уж о 2022. Это разделение на уровне своеобразного «символа веры».

Что опять же интересно, этот базовый антирусский код во многом заимствован из диссидентско-антисоветского кода коммунистических времён — именно поэтому наши хорошелицые чувствуют духовное родство с украинским режимом и легко прописываются там как родные, несмотря ни на какую «мову». Было бы неправильно называть его антиимперским — он по-своему вполне себе империалистический. Просто исходит из картины мира, в которой есть империя добра и есть империя зла, или, если угодно, империя свободы и империя рабства, и важно встать «на правильную сторону истории». Но, в свою очередь, диссидентский код, несмотря на всю антикоммунистическую обёртку, также прямо наследует раннему, досталинскому большевизму — той самой традиции, в которой Ленин называл царскую Россию «тюрьмой народов». И в этом смысле Путин даже преуменьшает его роль — она не только в создании украинской государственности в её нынешних границах, но и в основаниях её дерусификаторского доктринального ядра.

После того, как уже и мы, Россия, начиная с 2014, стали участниками этой гражданской войны, её основной предмет несколько трансформировался. В масштабах одной только Украины это была война за дерусификацию. В нынешних масштабах Украины-России-Белоруссии — это война за выбор русского пути. Очень упрощая — за то, быть ли обочиной чужого мира или всё-таки сохранить свой собственный. И здесь, если быть до конца честным, место всей наиболее последовательной антипутинской оппозиции, а равно и медиа-гламур-культур-элиты — конечно же, в окопах «борьбы с российской агрессией», «иного не дано», как выражались их исторические предшественники.

Так что всё по делу.

Ну а я — на противоположной от них стороне.

Из фейсбука, возможно, придётся уйти совсем. Фейсбук не жалко, а вот людей терять не хочется.

В профиле этого канала указан аккаунт, по которому со мной можно связаться напрямую.

Там же и ссылка на ЖЖ, куда я пишу всё важное (в т.ч. и отсюда)