Не сад в башне, а башня в саду: 400-метровый Dushanbe Tower от RMJM

Бюро RMJM Milano (руководитель Лука Альдриги) представило проект Dushanbe Tower в столице Таджикистана. Высота — 400 м: супертолл по классификации CTBUH и будущее самое высокое здание Центральной Азии.

Главный вызов — сейсмика. Душанбе стоит в Гиссарской долине на отметке 750–930 м, в зоне экстремальной сейсмичности. Конструктивная система, фундамент и методология строительства прорабатывались заранее. Плавные линии фасада перекликаются с горами.

Но интереснее концепция земли, и она полемична. Большинство высоток воссоздают сады внутри себя, запирая природу за стеклом, — вспомните вертикальные леса с деревьями на балконах. RMJM пошли наоборот: вместо того чтобы заключить сад в здание, они поместили здание в парк — с утопленными площадями и пешеходными маршрутами.

Комплекс полностью пешеходный. Машины заезжают только на второй подземный уровень — земля наверху отдана людям.
400-метровая доминанта в невысоком городе — вопрос масштаба. Но заявка честная: не «зелёный фасад» ради картинки, а попытка отдать городу землю, забрав высоту.

🔗Источник
😎 #Стройтех_архитектура

Терракота против стекла: как Neri&Hu переодели отель в Гонконге

В центральном Гонконге студия Neri&Hu обновила фасад отеля Mandarin Oriental The Landmark. Архитекторы работали не с чистым листом, а с чужим наследием.

Часть здания раньше занимал универмаг Harvey Nichols: наклонное остекление и консольный клиновидный объём с билбордом. Фасад распадался на куски.

Решение — «городской гобелен». Оболочку облицевали литыми терракотовыми плитками в шахматном ритме, как тканое полотно. Каждый ряд опирается на кронштейны из затемнённой бронзы, а между ними местами вставлены плитки из литого стекла — ночью они подсвечивают фасад изнутри.

Но главное — вызов контексту. Гонконг десятилетиями строил идентичность на стеклянных навесных стенах: Bank of China Пея, HSBC Фостера. Neri&Hu ушли от этого языка. Терракота у них не ностальгическая цитата, а переосмысление местной традиции работы с плиткой и металлом.

Расчёт оправдался: непрозрачная керамика с рельефом читается среди зеркальных башен сильнее, чем ещё одно стекло. Интерьер делала Joyce Wang Studio; отель открылся 1 июня 2026.

Иногда самый заметный ход на стеклянной улице — перестать быть стеклом.

🔗 Источник
😎#Стройтех_архитектура

Солнечные панели ушли с крыши на фасад: что такое BIPV

Раньше солнечные панели устанавливали на крышу. Теперь их встраивают прямо в фасад — и это тренд 2026 года. Технология называется BIPV: встроенная в здание фотовольтаика.

Разница принципиальная. Обычная панель — оборудование, навешенное на здание. BIPV — это сам фасад: стеклопакет, облицовочная панель или навесная стена, которые одновременно ограждают здание и вырабатывают ток.
Долго барьером была эстетика: ранние панели выглядели как техника на стене. Сейчас BIPV-элементы почти неотличимы от премиальной облицовки или архитектурного стекла: цвет и фактуру настраивают. Низкоуглеродный фасад больше не требует жертвовать видом.
Дальше в игру входит ИИ. Он превращает пассивную оболочку в управляемую: считает, сколько тока даст каждая грань за день, и ищет баланс между тем, что обычно конфликтует, — выработкой, тепловым комфортом и дневным светом.
И это уже новый этап проектирования. По директиве ЕС новые здания с заявкой на разрешение после 29 мая 2026 года должны рассчитываться под солнечную генерацию. Оболочку закладывают как источник энергии с первого эскиза, а не навешивают панели потом.
Оболочка перестала только тратить энергию. Она начала её зарабатывать.

😎#Стройтех_технологии