Семь камней на берегу Мааса: MVRDV выиграли конкурс на «новое чудо света»
В Роттердаме выбрали победителя конкурса на ландмарк за 240 млн евро — проект Rotterdam Rocks!: семь гигантских «камней» на берегу Мааса. Автор — MVRDV, бюро с роттердамской пропиской, работающее здесь с 1993 года.
Условие конкурса: спроектировать «новое чудо света», побуждающее действовать против климатического кризиса. Жюри назвало проект «замечательно дерзким».
Внутри 30 000 м²: экспозиции, отель, конференц-центр, фудкорт. «Камни» выстроены вокруг двух маршрутов и «пещер» с залами. Третий маршрут обвивает здание снаружи и выводит на смотровую террасу.
Самое интересное — оболочка. Фасад несёт карманы для почвы, воды, растений и животных. Не озеленение балконов и не сад во дворе, а среда обитания прямо в наружной поверхности.
Логику объясняет основатель бюро Вини Маас: нужно и сокращать выбросы, и создавать пространства для людей, деревьев, воды и животных. Отсюда пористость — здание компактно, но набирает экологическую ценность.
Материалы пока не раскрыты — заявлено лишь, что объект покажет последние наработки в низкоуглеродном строительстве.
🔗 Подробнее: Источник
#Стройтех_архитектура
В Роттердаме выбрали победителя конкурса на ландмарк за 240 млн евро — проект Rotterdam Rocks!: семь гигантских «камней» на берегу Мааса. Автор — MVRDV, бюро с роттердамской пропиской, работающее здесь с 1993 года.
Условие конкурса: спроектировать «новое чудо света», побуждающее действовать против климатического кризиса. Жюри назвало проект «замечательно дерзким».
Внутри 30 000 м²: экспозиции, отель, конференц-центр, фудкорт. «Камни» выстроены вокруг двух маршрутов и «пещер» с залами. Третий маршрут обвивает здание снаружи и выводит на смотровую террасу.
Самое интересное — оболочка. Фасад несёт карманы для почвы, воды, растений и животных. Не озеленение балконов и не сад во дворе, а среда обитания прямо в наружной поверхности.
Логику объясняет основатель бюро Вини Маас: нужно и сокращать выбросы, и создавать пространства для людей, деревьев, воды и животных. Отсюда пористость — здание компактно, но набирает экологическую ценность.
Материалы пока не раскрыты — заявлено лишь, что объект покажет последние наработки в низкоуглеродном строительстве.
🔗 Подробнее: Источник
#Стройтех_архитектура
👍3❤1🔥1
Не сад в башне, а башня в саду: 400-метровый Dushanbe Tower от RMJM
Бюро RMJM Milano (руководитель Лука Альдриги) представило проект Dushanbe Tower в столице Таджикистана. Высота — 400 м: супертолл по классификации CTBUH и будущее самое высокое здание Центральной Азии.
Главный вызов — сейсмика. Душанбе стоит в Гиссарской долине на отметке 750–930 м, в зоне экстремальной сейсмичности. Конструктивная система, фундамент и методология строительства прорабатывались заранее. Плавные линии фасада перекликаются с горами.
Но интереснее концепция земли, и она полемична. Большинство высоток воссоздают сады внутри себя, запирая природу за стеклом, — вспомните вертикальные леса с деревьями на балконах. RMJM пошли наоборот: вместо того чтобы заключить сад в здание, они поместили здание в парк — с утопленными площадями и пешеходными маршрутами.
Комплекс полностью пешеходный. Машины заезжают только на второй подземный уровень — земля наверху отдана людям.
400-метровая доминанта в невысоком городе — вопрос масштаба. Но заявка честная: не «зелёный фасад» ради картинки, а попытка отдать городу землю, забрав высоту.
🔗Источник
😎 #Стройтех_архитектура
Бюро RMJM Milano (руководитель Лука Альдриги) представило проект Dushanbe Tower в столице Таджикистана. Высота — 400 м: супертолл по классификации CTBUH и будущее самое высокое здание Центральной Азии.
Главный вызов — сейсмика. Душанбе стоит в Гиссарской долине на отметке 750–930 м, в зоне экстремальной сейсмичности. Конструктивная система, фундамент и методология строительства прорабатывались заранее. Плавные линии фасада перекликаются с горами.
Но интереснее концепция земли, и она полемична. Большинство высоток воссоздают сады внутри себя, запирая природу за стеклом, — вспомните вертикальные леса с деревьями на балконах. RMJM пошли наоборот: вместо того чтобы заключить сад в здание, они поместили здание в парк — с утопленными площадями и пешеходными маршрутами.
Комплекс полностью пешеходный. Машины заезжают только на второй подземный уровень — земля наверху отдана людям.
400-метровая доминанта в невысоком городе — вопрос масштаба. Но заявка честная: не «зелёный фасад» ради картинки, а попытка отдать городу землю, забрав высоту.
🔗Источник
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥4👍2💯1
Терракота против стекла: как Neri&Hu переодели отель в Гонконге
В центральном Гонконге студия Neri&Hu обновила фасад отеля Mandarin Oriental The Landmark. Архитекторы работали не с чистым листом, а с чужим наследием.
Часть здания раньше занимал универмаг Harvey Nichols: наклонное остекление и консольный клиновидный объём с билбордом. Фасад распадался на куски.
Решение — «городской гобелен». Оболочку облицевали литыми терракотовыми плитками в шахматном ритме, как тканое полотно. Каждый ряд опирается на кронштейны из затемнённой бронзы, а между ними местами вставлены плитки из литого стекла — ночью они подсвечивают фасад изнутри.
Но главное — вызов контексту. Гонконг десятилетиями строил идентичность на стеклянных навесных стенах: Bank of China Пея, HSBC Фостера. Neri&Hu ушли от этого языка. Терракота у них не ностальгическая цитата, а переосмысление местной традиции работы с плиткой и металлом.
Расчёт оправдался: непрозрачная керамика с рельефом читается среди зеркальных башен сильнее, чем ещё одно стекло. Интерьер делала Joyce Wang Studio; отель открылся 1 июня 2026.
Иногда самый заметный ход на стеклянной улице — перестать быть стеклом.
🔗 Источник
😎 #Стройтех_архитектура
В центральном Гонконге студия Neri&Hu обновила фасад отеля Mandarin Oriental The Landmark. Архитекторы работали не с чистым листом, а с чужим наследием.
Часть здания раньше занимал универмаг Harvey Nichols: наклонное остекление и консольный клиновидный объём с билбордом. Фасад распадался на куски.
Решение — «городской гобелен». Оболочку облицевали литыми терракотовыми плитками в шахматном ритме, как тканое полотно. Каждый ряд опирается на кронштейны из затемнённой бронзы, а между ними местами вставлены плитки из литого стекла — ночью они подсвечивают фасад изнутри.
Но главное — вызов контексту. Гонконг десятилетиями строил идентичность на стеклянных навесных стенах: Bank of China Пея, HSBC Фостера. Neri&Hu ушли от этого языка. Терракота у них не ностальгическая цитата, а переосмысление местной традиции работы с плиткой и металлом.
Расчёт оправдался: непрозрачная керамика с рельефом читается среди зеркальных башен сильнее, чем ещё одно стекло. Интерьер делала Joyce Wang Studio; отель открылся 1 июня 2026.
Иногда самый заметный ход на стеклянной улице — перестать быть стеклом.
🔗 Источник
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍4❤1🔥1
Складки из стали и бетона: как собран фасад-платье V&A East в Лондоне
18 апреля 2026 в Стратфорде открылся V&A East Museum — крыло Музея Виктории и Альберта на месте Олимпийского парка. Архитекторы O'Donnell + Tuomey, инженер Buro Happold. Фасад здесь буквально сшит.
Форма отсылает к моде: складчатая оболочка вдохновлена рентгеном вечернего платья Balenciaga 1955 года из коллекции музея. За драпировкой — жёсткая инженерия.
Каркас держат семь стальных узлов, каждый весом до 12 тонн. Все уникальны из-за геометрии складок: к каждому подходит по четыре-пять трубчатых колонн (CHS). Узлы залиты бетоном — это делает их взрывостойкими, требование для публичного объекта.
Самое тонкое — крепление облицовки. К колоннам на заводе приварили кастомные кронштейны, каждый под своим углом, под панели сборного бетона и остекления. Их углы и создают эффект «ткани»: плоскости фасада ломаются под разным наклоном, как складки на платье.
Сталь тут не только про форму: она дала большие пролёты внутри — под тяжёлые экспонаты, подвешиваемые сверху.
Даже самый «мягкий» фасад — точная работа с узлами. Складки платья держатся на семи блоках весом с грузовик.
🔗 Источник
#Стройтех_архитектура
18 апреля 2026 в Стратфорде открылся V&A East Museum — крыло Музея Виктории и Альберта на месте Олимпийского парка. Архитекторы O'Donnell + Tuomey, инженер Buro Happold. Фасад здесь буквально сшит.
Форма отсылает к моде: складчатая оболочка вдохновлена рентгеном вечернего платья Balenciaga 1955 года из коллекции музея. За драпировкой — жёсткая инженерия.
Каркас держат семь стальных узлов, каждый весом до 12 тонн. Все уникальны из-за геометрии складок: к каждому подходит по четыре-пять трубчатых колонн (CHS). Узлы залиты бетоном — это делает их взрывостойкими, требование для публичного объекта.
Самое тонкое — крепление облицовки. К колоннам на заводе приварили кастомные кронштейны, каждый под своим углом, под панели сборного бетона и остекления. Их углы и создают эффект «ткани»: плоскости фасада ломаются под разным наклоном, как складки на платье.
Сталь тут не только про форму: она дала большие пролёты внутри — под тяжёлые экспонаты, подвешиваемые сверху.
Даже самый «мягкий» фасад — точная работа с узлами. Складки платья держатся на семи блоках весом с грузовик.
🔗 Источник
#Стройтех_архитектура
🔥1