Vrapide
905 members
1 photo
58 links
Канал человека, мечтающего захватить мир кино
Download Telegram
to view and join the conversation
​​Еще несколько лет назад я был уверен, что для того, чтобы снимать кино нужны только деньги и оригинальные идеи. К сожалению, или, к счастью – это не так. Хорошие идеи – далеко не всегда равняются хорошим сценариям, а наличие на банковском счету суммы с шестью нулями – это еще не гарантия, что у вас получится что-то снять. Однако как ни крути, финансовая подушка безопасности нужна любому творческому человеку, чтобы не пришлось продавать себя и участвовать в производстве всякого ширпотреба.

У меня эта подушка есть и она довольно мягкая, поэтому последние два года я только и делаю, что пытаюсь конвертировать накопленные средства хоть во что-нибудь отдаленно напоминающее кино. Я начинал около десяти не похожих друг на друга проектов и ни один из них не довел до конца. И нет, эта история не про то, что где-то не хватило денег на досъем, а что-то я никак не могу домонтировать. Ни для одного из этих проектов не было снято ни секунды видео. Ни секунды! Все проекты возникли, а затем быстренько сгинули в небытие еще на стадии препродакшена.
Клипы, юмористические видео, короткометражные фильмы, социальные ролики и веб-сериалы – вот примерный список задумок, которые я планировал снять. Ко всем из них я писал и переписывал сценарии, собирал команду, проводил кастинг, продумывал съемочный процесс, тратил много сил, времени и денег, а потом полностью сворачивал лавочку. И так происходило вновь и вновь, и вот, когда количество незавершенных проектов стало зашкаливать, я решил наконец разобраться, что собственно говоря происходит.

Стоит сказать, что у меня за плечами уже есть несколько студенческих работ, но все они выглядят крайне скверно и моей главной задачей сейчас было снять крепкую фильм-визитку. Нечто такое, с чем я мог бы обращаться к продюсерам, и говорить: «смотрите как я умею, дайте мне возможность снять полный метр и я подниму с колен отечественный кинематограф.»

И так, почему же у меня так ничего и не вышло:

1. Отсутствие хорошего и недорогого сценария. Некоторые мои идеи требовали огромного бюджета, которым я не располагаю, к тому же снимать такие работы без опыта сродни самоубийству. В тоже время сценарии, которые можно было снять за приемлимую сумму, сколько бы я их ни переписывал, выглядели невразумительно. И если раньше, когда я мало разбирался в законах драматургии, я мог бы и не заметить слабости своего сценария, то сейчас все недочеты и сюжетные дыры всплывают уже после второго чтения. Грамотно залатать их не выходит поэтому приходится писать новый сценарий, в котором все повторяется заново.

2. Отношение с людьми. С каждым годом мне становится все сложнее и сложнее общаться дольше одного дня почти со всеми, с кем я встречаюсь на своем пути, и, сдается мне, дальше будет только хуже. Особенно это касается индустрии кино. Поначалу было совсем трудно, так как мне казалось, что в кино должны работать самые прекрасные люди на земле, ведь они создают нечто волшебное. У них есть возможность изменить мир к лучшему. На деле же все выглядит совсем не так. Одна половина работников, которую условно можно отнести к техническому штабу – работает в кино ради денег, а другая, более творческая – злые и эгоцентричные люди, думающие только о том, как бы побыстрее раскрутиться и получить свои пятнадцать минут славы.
Выходит, что мне, как режиссеру и продюсеру, нужно либо закрывать на все глаза и работать с теми, кто хорошо работает, кем бы он ни был, либо пытаться по крупицам собирать команду, которая будет близка мне по духу. Я выбрал пункт номер два и, как видете, с мертвой точки я так и не сдвинулся.

3. Последнюю причину я осознал совсем недавно. Как бы это странно не звучало, но мне не по душе киношная движуха, от которой все в таком неописуемом в восторге. Другими словами, мне не очень нравится сам процесс создания кино.
Как такое может быть и что с этим делать я попробую разобраться уже в следующий раз.

А посты все равно выходят слишком длинными. Не умею я писать коротко, надеюсь это не значит, что с талантом у меня беда.
​​Много раз я слышал о том, что работа в кино – это мечта.
Молодые люди готовы дни напролет проводить на съемочной площадке, подчас не получая ничего взамен, лишь бы прикоснуться к этому удивительному миру. Даже когда шарм спадает, и ребята обретут статус матерых киношников, большинству из них эта работа все равно будет приносить кайф.
Драйв, адреналин, новые люди, новые локации, форс мажоры, которые снова и снова решаются путем невероятного коллективного усилия и по итогу, пройдя все круги ада, рождается оно – кино. Но какого оно качества почти никого не волнует, главное, что все позади. Такого подхода я понять не могу.

Уже в молодости, когда я впервые попал на съемочную площадку, я практически не получал удовольствия. Стоял в сторонке, делал что меня просили и наблюдал за процессом. Тогда я думал, что причина моей не вовлеченности заключается в том, что мне хочется быть режиссером, а не мальчиком на побегушках, но вот незадача, даже когда я сам стал снимать свои фильмы, это практически не принесло мне положительных эмоций. Все, что я хотел во время съемок, это поскорее доделать то, что задумал.

Много раз я натыкался на биографии знаменитых режиссеров, на то, как они годами работали кем придется на различных проектах, чтобы получить возможность снять что-то свое, читал про их горящие глаза и волю к победе. Читал и понимал, что это совсем не про меня. Да и после общения с людьми из киноиндустрии у меня возникло ощущение, что все они совсем из другого мира. Подавляющему большинству нравится сам процесс, мне же он может понравиться только в том случае, если я буду уверен в конечном результате. Разумеется, невозможно знать наперед, что снимаешь шедевр, но потенциал виден с первого взгляда.
Наверное, если бы меня позвали подметать полы на съемочную площадку фильма «Шестизарядник», предварительно дав прочитать мне сценарий, я бы без раздумий сказал: «да», и в тоже время, если бы меня позвали занять кресло режиссера на новый клип для IOWA с бюджетом пять миллионов рублей, один из которых достанется мне, я бы отказался быстрее, чем за секунду.

Так как в нашей стране Мартин Макдона пока не родился, а я сам с собой на компромиссы иду неохотно, у меня остается один единственный выход – самому написать такой сценарий, который я был бы готов снимать бок о бок даже с самыми раздражающими меня людьми. То есть написать нечто такое, что понравится даже такому въедливому критику, как я.
Последний год я много писал, но все было очень и очень плохо. Думаю, сейчас самое время, взяться за ум и создать наконец что-то стоящее. Поэтому я ставлю себе цель до конца сентября написать полный метр. Вот так вот просто, взять и написать. В голове у меня уже давно родилась идея, материализовались некоторые персонажи, сцены и диалоги. Осталось соединить все воедино, убрать все лишнее, добавить все недостающее и, конечно же, придумать шикарную кульминацию.

Надеюсь, месяца мне хватит, в любом случае дедлайн лишним не будет. Что я буду делать дальше? Если получится хорошо, буду питчить где только можно, а если не сработает, ту пойду сам зарабатывать свой первый миллион. Если получится плохо, то…
Не будем об этом.
Хотелось бы мне написать, что работа над сценарием идет полным ходом, но это не совсем так. Я практически дописал поэпизодник и осознал, что у меня очень слабый третий акт. Как говорит великий Макки, на кульминацию даже у самых лучших сценаристов может уходить до 70% времени, от написания всего сценария. В любом случае, последние несколько дней в голову не лезло ниодной достойной идеи и, чтобы машина не простаивала, я на скорую руку смонтировал очередной supercut.

Тему выбрал, как всегда, не самую позитивную. Хотел написать, что это хотя бы лучше чем пытки или смерти, но лучше не будем заниматься такими сравнениями. Также, если вы вдруг не видели прошлые суперкаты, можете найти их на моем канале vimeo.

А на счет сценария, я уже начинаю сомневаться, что получится успеть к назначенному мною же дедлайну, но я буду стараться. Главное, продумать все в голове, а дальше, как говорят мэтры, сценарий уже будет готов, останется его только написать.
​​Как я и предполагал, срока в месяц мне будет недостаточно. У меня были надежды на то, что удастся написать хотя бы первый драфт, но нет. Конечно, можно вспоминать Сталлоне, который в порыве вдохновения закончил сценарий первого Рокки за три дня, но этот случай скорее исключение из правил. Подавляющее большинство сценариев пишется минимум за несколько месяцев.

Если считать за точку отсчета тот момент, когда в моей голове родилась идея, то я работаю над сценарием чуть больше двух месяцев, и, думаю, мне нужно еще столько же, чтобы написать что-то такое, что меня удовлетворит. На самом деле я мог бы закончить работу и к сегодняшнему дню, так как уже давно придумал несколько вариантов развития сюжета, но все они слишком слабы, а мне очень не хочется в очередной раз наступать на грабли, под названием: потеря интеерса к собственному произведению. Я уже мечтаю о том, чтобы хотя бы раз сценарий, вышедший из под моего пера, заставил бы меня поверить в собственные силы, а не вводил в уныние и намекал мне на то, какая я бездарность.

В скором времени я напишу некоторые мысли про организацию быта начинающего сценариста и про то, как не терять нужный настрой. А так же немного поговорю о разных подходах к придумыванию сценария.
​​Мой самый заветный страх - это снять очередную российскую херню.

Давайте будем честны друг с другом и признаемся - нашему кинематографу давно пора подписывать акт о капитуляции.
Я люблю российские фильмы, часто смотрю их, жду, верю, надеюсь, но в глубине души понимаю, что все они - полное говно. Даже "Изображая жертву", даже "Движение вверх" и "Неадекватные люди". Может это половина, четвертинка, одна восьмая или одна шестнадцатая - но никак, ни при каких обстоятельствах и ни в одной из вселенных это не может называться полноценным фильмом.

Подойдите к любому россиянину, который хотя бы чуточку разбирается в кино. Москвич или екатеринбуржец - не важно, и попросите его назвать топ десять, двадцать или пятьдесят любимых фильмов. Бьюсь об заклад, в списке не будет ниодного нашего фильма снятого в двадцать первом веке. И ведь если начать перечислять, то конечно все скажут, что и "Возвращение" Звягинцева им понравился и "Дурак" Быкова за душу взял, да и "Легенда номер 17" ниче так была, но вот мост между словами "понравился" и "любимый", когда речь идет о российском кино, почему-то не строится.
Ну как искренне можно добавить в личный рейтинг лучших фильмов что-то отечественное, когда в мире снималось такое кино как "Любовное настроение", "Пианист", "Начало", "Бердмэн", "Малхоланд Драйв" и многое другое? Вот из какого кино люди будут составлять списки своих самых любимых фильмов.

Много раз я слышал от наших киношников, что им хочется снять что-то особенное, хочется вырваться из этого круговорота дерьма, и они правда верят, что вот-вот напишут что-то эдакое, что поднимут планку на новый уровень. Каждый раз, читая их сценарии, смотря фильмы, снятые по этим сценариям, я понимаю, что смотрю очередную российскую херню.
Да и сам я живу с теми же самыми мыслями, с искренним желанием снять не пол фильма, а целый, сука, фильм. Мне хочется этого больше всего на свете. И если решу я когда-нибудь помолиться, то с текстом у меня проблем не будет. Сяду на колени, взгляну на облака, приложу диск с первой матрицой к груди и заведу шарманку:

"Господи, не дай мне создать на свет белый очередную российскую херню, пожалуйста, Господи, не дай мне написать очередную российскую херню, Господи, очень прошу, не дай мне снять очередную российскую херню"
​​Утирая слезы со своих щек, мне ничего не остается, как поднять из пепла свой блог. И причина этому – тот самый сериал. «Чернобыль» не оставил равнодушным всю мировую общественность, а уж наш народ он сразил наповал.
Сразу по окончанию сериала в меня будто бы вошли тысячи стержней с графитовым наконечником и раскалили во мне чувства стыда и необъятной обиды до бесконечной величины.
Что же мы за народ такой, что же за нация такая, которая не способна снять даже сотую долю того, что предоставило на суд общественный телеканал НВО? Это же наша история, наша трагедия и наша судьба, так как же «проклятые американцы» смогли так тонко прочувствовать все, что окружало события в Чернобыле? Как? Ну как?!
Ох, мне так стыдно. Так стыдно…

Вы видели, с каким пиететом относятся создатели Чернобыля к советскому народу? Я не помню, есть ли в отечественном кинематографе последних лет тридцати хотя бы один фильм, который вызывал бы у меня такое же чувство гордости и сопричастности. А ведь именно это необходимо, чтобы ощутить национальную идентичность, за которой так гонится товарищ Мединский.
Когда Борис Щербин в конце второй серии произносил монолог перед работниками АЭС, призывая их пожертвовать собой, у меня перехватывало дух. Его слова, описывающие многовековую страдальческую историю русского народа были так точны, что ранили в самое сердце.

Россия – словно капризный больной ребенок, которого очень любят, но никто не знает, что с ним делать. И вот недавно НВО сделало прекрасный подарок этому невозможному ребенку, подарок, который вызывает безмерное чувство благодарности и такое же по силе чувство стыда. Настолько сильное, что кожа краснеет сильнее, чем у пожарных, тушивших атомную электростанцию в ту роковую ночь.
Создать в России нечто подобное, как этот сериал, так же трудно, как и сказать правду о том, что произошло на чернобыльской АЭС во время суда, и, к сожалению, в отечественном кинематографе пока не появилось своего Валерия Легасова. Конечно, ведь нужно собрать великолепную команду, пройти сотни инстанций, отстаивать свое кино, биться за него и возможно даже умереть. Да, есть те, кто пытается, те, кто является голосом разума и логики, но пока это всего лишь попытки.

Какова цена лжи? Именно этот вопрос задают зрителям создатели сериала «Чернобыль». Разве ответ - это тысячи жизней советских граждан, пострадавших из-за трагедии в Чернобыле? Думаю, далеко не тысячи, и даже не десятки тысяч. Настоящий ответ - это сотни миллионов человек, живущие во всех странах бывшего СССР – вот те, кто до сих пор живет под гнетом лжи, той, что была ранее, и той, что по инерции существует и сейчас. Сколько лет, десятилетий или даже веков мы будем лицом к лицу встречаться с Брюхановыми, Дятловыми и начальниками КГБ? Сколько еще простому народу придется жертвовать всем, ради того, чтобы бороться с адом, который мы создаем сами себе?

Мне безумно обидно за нашу страну, за то, что пока весь прогрессивный мир пытается идти вперед, мы тратим все свои силы, все ресурсы на то, чтобы избавиться от бесконечной лжи и лицемерия, которые, подобно радиации, заполонили все живое на много-много километров вокруг.
​​Почти год назад, после серии неудач на режиссерском поприще, я пообещал себе, что сяду и напишу сценарий полного метра. За основу решил взять одну из идей, хранившихся в моей голове. Обозначил сроки, решив, что для написания первого драфта мне понадобится не более одного месяца и приступил к делу.

Прошел месяц – стало понятно, что нужно еще минимум два.
Прошло еще два, но работа не сдвинулась с мертвой точки, напротив, пришлось сделать несколько шагов назад. Ушел в запой.
Прошло пол года – дважды переписал сценарий. Понял, что без вразумительного ресерча ничего не выйдет. Улетел в Африку. Собрал кучу материала, который затем очень долго фильтровал.
Прошло девять месяцев, в третий раз переписанный сценарий дал почитать человеку, которому я доверяю больше всего. Стало очевидно – что придется переписывать в четвертый раз.
Прошло 11 месяцев – понял, что раньше ничего не понимал в драматургии. Показалось, что теперь хоть что-то понимаю. Пришло осознание, что в каждой сцене должен быть конфликт.

Прогнозировать сколько еще у меня времени займет написание первого полного метра уже не возьмусь. Могу управиться до конца лета, а могу и к третьему кварталу 2020 года не справиться. Кто его знает, с какими еще озарениями мне придется столкнуться.

Основные выводы
- Работникам любой области свойственно переоценивать свои навыки, к сценаристам это относится в первую очередь.
- Большую часть работы над сценарием занимает лежание на диване.
- Карточки сценариста в самом деле полезны.
- 70% гениального материала, который вы придумаете, не войдет в финальный драфт. О средне и слабо гениальном материале даже и говорить не будем.
- Карточки, тритмент, описания героев и поэпизодник все равно не спасут вас от переписывания целых блоков чистового сценарного текста.
- Нужно быть честным с собой. Даже если вам кажется, что вы честны с собой, на самом деле это не так.
- Чтобы на определенном этапе не бросить все к чертовой матери, нужно иметь очень крепкую первоначальную идею. Только она будет позволять вам держаться на плаву в минуты абсолютного отчаяния.
- Подчас работа сценариста похожа на придумывание загадок и на поиск их решения. Кто-то лучше справляется с первой задачей, кто-то со второй, но только лучшие способны придумывать сложнейшие и в тоже время интригующие загадки, а затем находить к ним изящные и неочевидные решения.
- Книги по драматургии правда помогают. Но не все. О том, какие понравились лично мне расскажу в отдельном посте.
- Чтобы написать достойный сценарий нужно действительно много времени. Если вы профессионал, времени потребуется чуть меньше, но его все равно нужно дофига. Возможно, именно поэтому в России такая проблема со сценариями – никто не располагает таким количеством свободного времени, так как ни у кого нет настолько мягкой финансовой подушки.
- Начинайте откладывать деньги на финансовую подушку.
Отдельно хочется сказать про чтение сценариев. Чуть ли не каждый уважающий себя драматург считает своим долгом дать супер важный совет: «Раз в неделю обязательно читайте готовые сценарии, обязательно! Можно раз в две недели, но вы должны читать готовые сценарии! Удачи». К сожалению, не все так однозначно.

Во-первых, не стоит читать сценарии к российским фильмам, которые вы сможете найти в свободном доступе. Большинство из низ написано не в формате американки, остальные же содержат грубейшие ошибки в оформлении. Единственный мало-мальски приличный российский сценарий, который попадался мне на глаза – это «Я худею», но тут вопросов нет, если ваш литературный предел – это кино такого рода, тогда конечно, можете обучаться на материале Николая Куликова. Кстати, даже не обращая внимание на содержание, мне сценарий показался слишком сухим. Думаю, причина в том, что материал писался не для продажи, а под конкретного режиссера.

Во-вторых, никогда не читайте переводы зарубежных сценариев. Качество перевода оставляет желать лучшего, а оформление - это вообще мрак и ужас.

В-третьих, даже если вы прекрасно владеете английским языком, не спешите читать оригиналы сценариев. Это довольно иронично, но КПД от данного занятия для сценариста намного меньше, чем для режиссера.
Если вы режиссер, то вот мой главный совет: сначала сценарий - потом фильм.
Во время читки сценария нужно пытаться визуализировать каждую сцену. Думать над блоккингом, кастом, освещением и монтажом. Причем делать это стоит со всем усердием, можно даже попробовать написать режиссерскую экспликацию. Когда работа будет выполнена можно приступать к просмотру фильма. Причем качество картины не особо важно. Если это шедевр, то вы сравните мастерские режиссерские ходы со своими и подтянете собственный скил, если же это посредственное кино, то возможно, наоборот, поймете, что ваш вариант смотрится намного выигрышнее и почувствуете уверенность в собственных силах.

А что же делать, если вы сценарист? Одно время мне казалось, что можно и вовсе обойтись без прочтения сценариев, ведь если действительно внимательно смотреть любое кино, останавливать его каждые пять минут, разбирать драматургию сцены и особенности диалогов, то это будет почти тоже самое, что читать сценарий. И во многом это так и есть, однако недавно я наткнулся на канал t.me/ireadscripts и понял, что в чтении хороших сценариев можно найти пользу и для сценариста. Она заключается в сравнении различий между сценарием и финальным вариантом фильма. Что и почему режиссер, или сценарист на более позднем этапе решили изменить? Как это улучшило фильм? В чем была основная проблема? И так далее. Сложное и трудоемкое занятие, требующее усидчивости и внимательности, но результат того стоит.

В принципе, автор канала делает всю работу за вас, и я считаю, выводы, к которым он подчас приходит, могут быть крайне полезны для всех, кто желает связать свою жизнь с созданием сценариев.
​​Со мной часто бывают не согласны, когда я говорю, что кино деградирует, поэтому я решил провести простенький анализ, воспользовавшись поиском по лучшим фильмам на самом известном киносайте рунета. Я сравнивал количество фильмов с оценкой выше, чем 7.2 между нулевыми и 201х годами . Как и ожидалось, в самом начале века хороших фильмов снималось вдвое больше. Разумеется, многие скажут, что оценка на кинопоиске фактор субъективный и оперировать столь эфемерными данными не научно, но все же, когда речь идет о таком массиве данных, средняя оценка всех фильмов – это единственный показатель, который у нас есть. Если вы не верите, давайте возьмем любые два года с разницей в десять лет и быстренько пробежимся по самым громким фильмам.

Сравним 2006 и 2016 года. Начнем с 2006.
Престиж,Нолана, Отступники Скорцезе, Вторые Пираты Карибского моря, Жизнь других и Писатели свободы, Разрисованная вуаль с Нортоном и Наоми Уотс, Дом у озера С Киану и Сандрой Баллок, Апокалипто Мелла Гибсона, Фонтан Арановски, Кровавый алмаз с ДиКаприо, Дежавю, Мирный воин, Не пойман – не вор и Казино рояль. Тыкверовский Пафюмер, и Париж, я люблю тебя. Лабиринт Фавна Дель Торро, Дитя человеческое Куарона, Вавилон Иньярриту, Вовзращение Альмадовра. А так же, Маленькая мисс счастья, Последний король Шотландии, «V» значит Вендетта, Мост в Терабитию и победитель каннского фестиваля, Ветер, который качает вереск. А еще отличные фильмы российского производства, Остров Лунгина и Изображая жертву Серебренникова. И это я еще многие фильмы пропускал, например В погоне за счастьем, который многие очень любят, но я на дух не переношу.

А теперь посмотрим, что наснимали в 2016 году.
Снова Гибсон и его По соображениям совести, испанский триллер Невидимый гость, Вракрафт, Капитан фантастик, спин офф Гарри Поттера - Фантастические твари, Марвеловские Дэдпул и Доктор Стрэндж, Чудо на Гудзоне с Томом Хэнксом, Под покровом ночи, Манчестер у моря, Паттерсон, Любой ценой, Изгой-один, Это всего лишь конец света Долана, Молчание Скорцезе, Славные парни Шейна Блека. На этом, пожалуй, все.

Невооружённым взглядом видно, насколько сильно упало как количество классных фильмов, так и их качество.
Одна из главных причин такого падения заключается в сериальном буме. Если провести тот же анализ с сериалами, то картина будет прямо противоположная, но я никогда не поверю, что причина только в смещении акцента на сериалы, ведь в абсолютном количестве, фильмов снимается все больше и больше. Раньше около 20% картин получало рейтинг более 7.2, то сейчас не более 7%.
Думаю, проблема кроется куда глубже, ведь те же самые люди, которые радовали нас прекрасными фильмами 10-20 лет назад, сегодня снимают среднее или даже посредственное кино. Кризис в головах.

Скорцезе снимает грузное, не получившее ни одной награды, Молчание, Вуди Аллен со времен Полночи в Париже, не может перестать заниматься самокопированием, Гибсон снял хоть и неплохую, но куда менее мощную картину, нежели Страсти Христовы или Апокалипто. Иньярриту не может сказать своего слова после Выжевшего, мой любимый Вонг-Кар-вай и вовсе пропал с радаров. Коппола ударился в сомнительные эксперименты с живым кино. Линч хоть и снял третий Твин Пикс, но бытует мнение, что выехал он только на старом бренде. Шазелл, судя по всему, закончился после Одержимости, а Эдгар Райт после Скотта Пилигрима. У Тыквера кончились достойные идеи. Финчер и вовсе на время ушел из кино, а Тарантино скоро уйдет насовсем. Спилберг не изменяет себе, но снимает слишком детское и непродуманное кино. Джармуш… Ну вы понимаете.

А на смену всему этому безобразию приходит всего несколько мастеров: Йоргос Лантимос, Пон Джун-хо, Джордан Пилл и еще несколько человек. Спасут ли они индустрию? Не знаю.

К чему я это все пишу? Можно назвать это предисловием к следующему посту, менее депрессивному и с позитивной повесткой.
​​Последнее время в индустрии бытует мнение, что в мире слишком много режиссеров. Только в России каждый год выпускается более сотни человек этой профессии. Вопрос: куда им всем потом идти? Давайте посчитаем.

В среднем, человек смотрит два фильма в неделю – это сто фильмов в год. Хорошему режиссеру на создание приличной картины требуется около двух с половиной лет. Это вполне реальная цифра, хотя Кубрик бы над ней посмеялся. Но остановимся на ней.
Выходит, что миру нужно примерно 250 хороших режиссеров, которые смогли бы полностью заполнить эфир своими работами. Внимание, тут я говорю только о зрительском кино, такие как Михаэль Ханеке или Терренс Малик стоят особняком, так как их смотрит очень узкий круг кинофилов, которые тратят на просмотр фильмов куда больше, чем четыре часа в неделю.

Только вдумайтесь, двести пятьдесят режиссеров, снимающих достойное зрительское кино. Имеет ли сейчас мировая общественность такое количество мастеров своего дела? Вспоминаем предыдущий пост и понимаем, что нет. Даже если соединить все хорошие фильмы и сериалы, даже если сделать скидку на то, что у любого мэтра иногда бывают провалы – места для талантливых новичков все еще предостаточно.

Для более полного анализа стоит разобрать индустрию в конкретной стране. В России прокатная доля отечественного продукта составляет около 30%. Удивлены? Я тоже, но, да, наш зритель, не смотря на негативное отношение в обществе, по прежнему ходит на российское кино. Значит среди этих 250 режиссеров, около восьмидесяти должны быть наши родненькие. А я, даже если сильно напрягусь, то вспомню от силы человек тридцать.

Проблема в том, что ежегодно из более, чем ста выпускников киновузов, именно до кино добирается не больше дюжины, остальные уходят на телек, в видеопродакшен или вообще меняют поле деятельности. Деньги на съемку своих дебютов получают и вовсе единицы.
Причины тут две: недостаточно финансово выгодные проекты среди начинающих режиссеров, и огромное количество сомнительных заявок от старожилов индустрии, которые в итоге перетягивают внимание спонсоров на себя. Так и появляются те самые фильмы, которые обозревает Евгений Баженов.
Но мне кажется, что основная проблема все же кроется в том, что во многих киношколах людей не учат создавать фильмы ориентированные на кассу. Многие авторы вообще не мыслят такими категориями, ведь они художники, а не комерсанты. Вот тут то, как мне кажется, собака и зарыта. Сложно поверить, что в нашей стране не найдется человека с деньгами, который откажется вложиться в хорошее зрительское кино.

Выводов тут несколько. Режиссеров с большой буквы, как в России, так и в мире по прежнему недостаточно. Качественных массовых фильмов тоже днем с огнем не сыщешь. Выходит, что талантливые люди очень нужны.
Если вы честны с собой и чувствуете, что кино – это ваше истинное и единственное призвание, идите учиться, желательно туда, где из вас не станут насильно делать последователя Тарковского, а дадут право самому выбирать свой путь.
И наоборот, если нет уверенности, если нет ощущения, что кино определенно ваш путь – не стоит тешить себя надеждами, лучше заняться чем-нибудь другим.

В свою очередь хочу сказать, что я много раз задавал себе вопрос: «а к какой категории отношусь я?». Мне уже тридцать, а я по прежнему боюсь нырять в омут с головой. Было несколько попыток, правда, тогда я заходил в водичку по щиколотку и тут же из нее выбегал. Много рефлексировал, пытался понять, что не так и вот недавно пришел к некоторым, наверное все еще предварительным, но уже каким-то выводам. Скоро поделюсь ими с вами.
​​Как вы поняли, душевные метания мне не чужды. Много раз я был близок к поступлению в киновуз, но так в него и не поступил. В семнадцать мечтал о ВГИКЕ, но не прошел даже предварительный конкурс. Расстроился, обиделся и решил, что и «без вас справлюсь». К годам двадцати трем снова пришло осознание, что пора, но совершенно не было денег, а на бюджет поступить уже не мог, так как бесплатного второго высшего в нашей стране нет.
Через три года деньги появились, но пропало желание. Затем денег стало еще больше, а вместе с ними увеличились и аппетиты – захотелось учиться в Лондоне или США, однако на этот шаг я не решился. Не хотелось бросать родину и родных, а может просто испугался, да и языковой барьер давал о себе знать.
И вот спустя еще три года я наконец созрел. Теперь точно пора! Пора-то пора, но на кого поступать?

Варианта три: режиссер, сценарист, продюсер. Чтобы сделать выбор, я решил расписать по пунктам все, что я люблю и не люблю в работе над фильмами.

Что мне не нравится.
- Атмосфера на площадке. Вроде как многие ловят кайф от этой суеты, от непредсказуемости, от того, что всегда нужно находить неординарные решения, но мне это совершенно не близко. Не нравится мне и то, что я не чувствую магии кино. Для меня работа на площадке – это просто рутина.
- Кастинг. Весь мой опыт связанный с поиском актеров ввергал меня в депрессию. Возможно, я слишком требовательный, может не могу разглядеть в актере изюминку, талант, но в любом случае, собирать актерский состав – это не мое.
- Работа с актером. Вытекает из предыдущего пункта. Я не чувствую уверенности, общаясь с актерами. Не знаю что им говорить, как раскачать. Да что уж там, смотря любой фильм я редко могу оценить актерскую игру. Многие говорят: вот тут этот переиграл, а этот напротив сыграл слабо – я ничего подобного не замечаю. Конечно, не достает образования, но природные данные тоже нужны, а у меня их нет. Да и не нравится мне. Что тут поделаешь?
- Отношения: исполнитель-заказчик, когда я в роли исполнителя. Пытаться продать себя или свой сценарий – это последнее, что мне хотелось бы делать. Вряд ли я когда-либо встану на исполнительную дорожку, слишком долго я жил по принципу кошки, которая гуляет сама по себе.
- Работать над чужим готовым сценарием, без возможности его редактировать.
- Писать сценарий по заказу или адаптировать чью-либо историю.

Забавно, прочитав эти пункты можно подумать, что мне подойдет любая дорога, но только не та, что ведет в мир кино, но давайте не будем торопиться и разберем то, что мне нравится.

- Вытаскивать историю из небытия. Мое самое любимое занятие в жизни. А затем находить форму, отсеивать лишнее, продумывать детали – ммм, просто обожаю.
- Поиск локаций, раскадровки, подбор одежды для героев – все это очень интересно. В этот момент в голове начинают прорисовываться контуры будущего фильма. Классное ощущение.
- Монтаж. В подростковом возрасте это было мое самое любимое занятие. Тогда я и познал фразу, что фильмы создаются только на монтаже. Именно в монтажной ощущается та самая магия кино.
- Держать все в ежовых рукавицах. Это, наверное, один из главных пунктов. Люблю контролировать процесс, знать ответы на все вопросы. Кто чем занимается, куда уходят деньги и как проходит каждый из этапов работы над фильмом. Я должен знать все!
- Продумывать маркетинг картины. Начиная со сценария и заканчивая рекламной компанией фильма.
- Помогать с реализацией чужих идей, редактировать, доводить до ума и искать команду исполнителей.

Из всех плюсов и минусов составляю уравнение, напрягаю извилины, и получается… получается… Получается шоураннер. Но так как с этой профессией в российских киношколах пока довольно туго, я иду на продюсера. А сценарному мастерству придется научиться самому, к тому же на продюсерском факультете всегда преподают основы драматургии, что лишним никогда не будет.
​​Еще до недавнего времени я и подумать не мог, что могу быть кем-то, кроме режиссера. Визуализируя ту или иную идею, обычно я мыслю монтажно. Накладываю музыку в своей голове, продумываю движения камеры и ищу наилучшие ракурсы для съемки. Иногда даже объектив подбираю. И только недавно, буквально этой весной, я задумался над тем, что в своих фантазиях мне нет никакого дела до героя. Я никогда не предствляю конкретного актера, не думаю о лице, передо мной лишь смутные, переменчивые очертания, будто это просто болванка в программе для 3д моделирования.

Можно подумать, что это не так уж и страшно, что если найти достойного актера, он все сделает сам. Сильно в этом не уверен.
Такой вопрос: сможете ли вы вспомнить хотя бы пять операторов, которые сменили камеру на режиссерское кресло и добились на этом поприще определенных успехов? Сходу я вспомнил только Валерия Тодоровского. Вот режиссеров, которые прекрасно управляются с камерой мы знаем не мало, тут и Куарон, и Содерберг, и Родригес, а что насчет операторов?
Конечно, такие примеры были, например Джек Кардифф, который в 1960 году получил премию оскар за фильм «Сыновья и любовники». Кардифф был режиссером, а ирония в том, что оскар фильму дали за как раз за работу оператора, хотя за камерой стоял другой, не менее именитый оператор, Фредди Фрэнсис.
Один из самых известных примеров превращения оператора в режиссера – это Барри Зоннефельд, который сначала стоял за камерой таких фильмов, как «Мизери» и «Перекресток Миллера», а затем, уже как режиссер, создал франшизу «Люди в Черном».

А теперь, проделаем тот же трюк с актерами. Думаю, у вас не составит труда быстро загнуть пальцы на обеих руках, перечисляя именитых актеров, которые впоследствии стали не менее именитыми режиссерами.
Иствуд и его «Малышка на миллион», получившая оскар за лучший фильм. Бен Афлек и его «Операция Арго», получившая оскар за лучший фильм. Мел Гибсон и его «Храброе сердце», получившее оскар за лучший фильм. Рон Ховард и его «Игры разума», получившие оскар за лучший фильм. А так же Шон Пенн, Джордж Клуни, Джоди Фостер, Анджелина Джоли, Джон Красински, Джордан Пил, Джеймс Франко и многие другие.
Совпадение? Сильно сомневаюсь. Просто взаимопонимание между актерами всегда будет лучше, чем между кем-либо еще, а значит объяснить задачу в той или иной сцене им не составит большого труда.

Говорит ли данная статистика о том, что режиссура – это прежде всего работа с актерами, а не умение выстраивать визуальный ряд? Я думаю – да.
Значит ли это, что мне никогда не быть режиссером? Не знаю. Но одно могу сказать точно: у меня не выходит вспомнить ни одного успешного продюсер, который переквалифицировался бы в режиссера. Такие примеры, разумеется, есть, но вот великих, или хотя бы просто хороших фильмов, вышедших из под крыла бывших продюсеров, я что-то не припомню. А из режиссера в продюсеры – это пожалуйста. Это каждый второй.

В любом случае, я рад, что смог задать сам себе такой неудобный вопрос. Это было похоже на знакомый нам всем момент в жизни, когда мы первый раз собираемся пойти на свидание и робко подходим к маме.
- Мам, а можно я сегодня приду позже десяти часов?
- Что?! Конечно нет. Тоже мне, придумал!
- Ну мам, я вообще-то на свидание иду. С девушкой.
- Аааа, на свидание? С девушкой? Ну ладно… Но чтоб к двенадцати был дома!

Так же и я, долго мялся, мучился, но все же решился.
- Парень, а ты уверен, что режиссура – это твое?
- Че сказал? Ты че парниша, берега попутал?
- Да не, ну я так просто, ну типа может это…
- Слышь, заткнись там!
- Хорошо, хорошо. Ну может это… На продюсера пойдем?
- Продюсера? Хм…

Теперь дело за малым. За поступлением.
Вернемся к драматургии и творческим мукам.
Так как я уже год работаю над написанием дебютного полного метра, думаю, будет не лишним поделиться с вами препятствиями, с которыми я столкнулся на разных этапах работы. Их было много, и некоторые из них я до сих пор не преодолел.

Поговорим о том, как не дать зрителю заскучать. Макки описал три способа удержания внимания зрителея – это саспенс, тайна и драматическая ирония. Для тех, кто не читал «Историю на миллион долларов», сделаю краткое пояснение.
Саспенс – зритель знает столько же, сколько и главные герои фильма.
Тайна – один или несколько персонажей знает больше, чем зритель.
Драматическая ирония – только зритель, или зритель плюс некоторые герои знают больше, чем другие персонажи.

Саспенс является самым простым и популярным способом удержания внимания зрителя. Смотреть за тем, как герой в темноте с фонариком пробирается сквозь чащу леса кишащей бандитами – интересно и захватывающе. Но, если держать зрителя в напряжении весь фильм его это может утомить, поэтому не саспенсом единым живет интерес.

Не смотря на то, что тайна и драматическая ирония – это почти антонимы, их различие заключается только в осведомленности зрителя о том или ином факте. Например, в «Побеге из Шоушенка» во время кульминационных сцен мы сталкиваемся с тайной, которую герой Тима Робинса скрывал от нас на протяжении почти всего экранного времени. Однако сценарист мог бы добавить всего парочку сцен, в которых зрителю в самом начале показали бы для чего на самом деле нужен портрет Риты Хейворт, и тайна плавно перетекла бы в драматическую иронию. У зрителя были бы совсем другие ощущения от просмотра и, вполне возможно, фильм не занял бы первое место в рейтинге IMDB. Это вовсе не означает, что драматическая ирония – более слабый инструмент, нет.

Выбор драматургических приемов во многом предопределяется жанром. В фильмах, в которых подразумевается доля юмора, делается упор в сторону драматической иронии, в более серьезных картинах, в сторону тайны. Но в любой хорошей драме было бы не плохо добавить щепотку драматической иронии, а фильмам более легкого жанра совершенно необходимо содержать в себе немного тайны. Вот с этим то у меня и проблема.

Я пишу свою историю в модном нынче жанре драмеди и драматической иронии у меня хоть отбавляй, саспенс тоже присутствует, а с тайной просто беда, а ведь это мой самый любимый художественный прием.
Знаете, вот этот момент, когда до одному из героев вдруг приходит озарение и он поворачивается к своему другу: «Ты знал? Ты все это время знал и молчал?!».

Как я уже сказал, в комедийных жанрах тайна используется не часто, но она всегда добавляет изюминки. Вспомните хотя бы сцену с картиной Тищенко из фильма «О чем говорят мужчины». Или пистолет из «Зеленой книги», о наличии которого мы узнаем только в концовке. Можно было бы снять эти сцены по-другому? Безусловно. Стали бы они из-за этого более пресными? Наверняка.

У меня аккуратно вплести тайну в нарратив пока не получается.
Надеюсь в скором времени я что-нибудь придумаю, а пока хочу показать одну из своих любимых сцен с использованием тайны. Фильм «Грань будущего» умело играет со зрителем и постоянно миксует саспенс и драматическую иронию, но вишенкой на торте стала сцена с вертолетом, и именно в ней сценаристы решили отойти от выбранного им стиля повествования и обратились к приему тайны. На мой взгляд, получилось отлично.

Момент из фильма «Грань будущего»
​​Макки считает, что драматическая ирония – это наиболее сложный для сценариста художественный прием. Не могу с ним согласиться. Как по мне, изящная, держащая в напряжении тайна – вот истинная вершина сценарного мастерства.

Есть не мало фильмов, в основе которых лежит драматическая ирония. Например сериал моего детства, «Коломбо» целиком и полностью построен на данном приеме. Тайны и саспенса в сериале практически нет, так как зритель всегда знает кто убийца, и к тому же понимает, что Коломбо обязательно убийцу поймает. Единственный элемент тайны – это как именно комиссар докопается до правды. Думаю, именно за счет драматической иронии у сериала появилось такое огромное количество поклонников. Любители детективов в любом случае смотрели «Коломбо», даже не смотря на отсутствие загадки, а всем остальным нравилось наблюдать за тем, как комиссар, словно наглый кот, медленно докапывается до истины и выводит преступника на чистую воду.

«Коломбо» - не единственный детектив, который использует драматическую иронию, как основной способ удержания внимания зрителя. Хичковская «Веревка» также построена на этом художественном приеме. Весь фильм мы наблюдаем за тем, раскроется ли страшная тайна, которую главные герои скрывают от своих друзей или им удастся выбраться сухими из воды.

Есть не мало примеров, как на базе драматической иронии строится целый фильм, все что для этого нужно – это раскрыть карты в первом акте картины, а затем дать зрителю свысока наблюдать за похождениями героев.

С тайной же все намного сложнее. Чтобы построить кино на художественном приеме тайны, необходимо вызвать у зрителя тонкое чувство недоверия, то странное ощущение, когда кажется, что что-то здесь не чисто, но что именно понять не выходит.
Нечто подобное, наверняка, многие испытывали во время просмотра «Шестого чувства» или «Бойцовского клуба».

По моим наблюдениям, картины типа «Веревки», безусловно, нравятся среднему зрителю, но в число любимых входят редко, а вот такое кино, как «Остров проклятых» или «Игра», часто попадают в личные топы. Причина в ощущении открытия, озарения, которое испытывает зритель. Это одна из самых сильных эмоций, которую можно испытать во время похода в кино. Словно волна, которая подходит все ближе и ближе и наконец с оглушительной силой обрушивается на тебя осознанием того, что все это время автор водил тебя за нос. Но как же элегантно, черт возьми.

Самое сложное в создании тайны – это придумать саму тайну. Отчасти это похоже на создание фокуса. Я, как человек, который некоторое время был фокусником, могу сказать, что придумать собственный трюк почти невозможно.
Вообще неожиданные повороты в фильмах встречаются часто и при невнимательном рассмотрении они могут даже удивить. Однако на самом деле большинство из них не выдерживают никакой критики. Проблем может быть масса: слишком предсказуемо, немотивированно, не логично или вовсе абсурдно. Нередко сценаристы грешат созданием твиста ради твиста, потому что знают, что зрители это любят, а писать что-то продуманное и глубокое не хватает времени и таланта.

Сам я мастером назвать себя не могу, поэтому стараюсь не заигрываться и использовать тайну максимально аккуратно. Думаю, это не плохой совет всем сценаристам, за плечами которых еще нет нескольких приличных сценариев. Даже маэстро Шьямалан до создания великого «Шестого чувства» написал два полных метра.
​​Завершаем тему тайны и драматической иронии.

В мировом кинематографе есть примеры использования драматической иронии, в которых зритель обладает абсолютным знанием. Например, в картине «Необратимость» ни один из героев не обладает даром ясновидения и о своей судьбе не оповещен, а зритель уже вкурсе к чему приведет каждая новая сцена. Или, скажем, «Изобретение лжи», о котором я уже как-то писал в одном из своих материалов. В "Изобретении лжи" до побуждающего события о возможности лгать не знает ни одна живая душа. А зритель знает.
«Армагеддон». В экспозиции нас знакомят с несущимся на огромной скорости прямо на землю астероидом – это тоже пример драматической иронии, основанной абсолютном знании зрителя. Человечество еще ни о чем не подозревает, а мы уже оповещены.

И вот, что интересно, я не могу вспомнить ни одного обратного примера. Такого, чтобы все герои фильма обладали каким-либо знанием, а зритель им не обладал. Речь не идет об экспозиции, ведь ее нельзя назвать тайной. От зрителя не скрывают информацию, а напротив, пытаются как можно проще и быстрее ввести в суть дела.

Прием, о котором я говорю, можно встретить в юморе. Я как то раз делал выдержку лучших моментов из любимого мною «Скетч-шоу». Вот там некоторые скетчи построены на том, что все герои знают правду, а зритель узнает ее чуть погодя, что, собственно, и становится панчлайном.

А что насчет кино? Я уже несколько часов роюсь в чертогах разума, дабы вытащить от туда какой-нибудь пример, в котором элемент тайны был бы обыгран таким интересным способом, но ничего не могу найти.
Только представьте, мир, в котором все люди знают больше, чем зритель и лишь в кульминации нам открывается какая-то страшная тайна.
Возможно, отсутствие подобных лент обусловлено канонами драматургии. Джон Труби в «Анатомии истории» писал о том, что в сценарии должно быть два озарения, одно у персонажа, другое у зрителя. Иногда они совпадают по времени, но все равно работают на разных уровнях. Если же все персонажи знают больше, чем зритель, то в момент раскрытия тайны, озарение наступит только для зрителя.

В истории кино есть так называемые фильмы – головоломки, такие как «Враг» - Вильнева или «Малхолланд Драйв» Линча. Они определенно построены на приеме тайны, но не очень ясно, кто о ней оповещен. Скорее всего никто. В "Малхолланд Драйв" героиня Наоми Уоттс спит. Знают ли остальные персонажи, что они находятся во сне и являются всего лишь игрой подсознания? А знает ли об этом сама героиня? Вопросы философские.

Чтобы проверить обратную связь, прикрепляю комментарии к этому посту. Если вы вдруг знаете фильм, в котором элемент тайны обыгран таким образом - обязательно пишите. Идеи использования подобного приема тоже буду рад почитать.
​​Я немного устал от деления фильмов на авторское и массовое кино. Слишком абстрактно, слишком ненаучно. На самом деле, во вселенной кинематографа есть четыре типа фильмов: скучные, поверхностные, хорошие и особенные.

Первые тип – это пресловутый арт-хаус, тот самый, который не любит Сарик Андреасян. Второй тип – это то, что снимает сам Сарик. Третий – это те фильмы, которые он никогда не снимет. А четвертый – это настоящее искусство. «Зеркало», «Восемь с половиной», «Персона», «Малхолланд Драйв». Они созданы вне правил и вне законов. Как именно режиссеры придумали эти картины я рассуждать не возьмусь, в любом случае, они находятся за пределами классической драматургии.
Сегодня я расскажу о фильмах, которые может и раздвигают рамки, но никогда не выходят за них. И так: хорошее, скучное и поверхостное кино.

Если в фильме внешняя мотивация становится катализатором для разрешения внутреннего конфликта – это хорошее кино. В случае, если в фильме отсутствует внутренний конфликт – это поверхностное кино, а если отсутствует внешняя мотивация – то это скучное кино. Все довольно просто.

В фильме «Маленькая мисс счастья» главные герои – неудачники с огромным клубком проблем. Суицидальные настроения, неуверенность, комплексы. Много лет герои живут со своими недостатками, и лишь внешняя мотивация самого маленького члена семьи дает всем остальным шанс справиться с собой. Герои отправляются в путешествие, благодаря которому они снова смогут почувствовать сплочённость, нужность и любовь, а это послужит ключиком к решению их внутренних проблем.

У Кобба из картины «Начало» серьезная психологическая травма, он не может избавиться от чувства вины за смерть своей жены – внутренний конфликт. Еще Кобб хочет вернуться домой к своим детям – внешняя мотивация. У него появляется шанс вернуться, но для этого ему нужно выполнить самое сложное задание в своей жизни – побуждающее событие. В процессе преодоления внешних проблем, Кобб справляется со своим внутренним конфликтом и избавляется от призрака своей жены.

Это примеры хорошего кино. А вот пример скучного кино.

«Юморист». Главный герой страдает от тянущего чувства, что он не хозяин своей жизни. Он устал и хочет хоть что-нибудь изменить – это внутренний конфликт, рождающий внутреннюю мотивацию. На протяжении всего фильма внешней мотивации у героя так и не появляется. С ним происходит череда событий, которые, судя по всему случаются в его жизни с определенной периодичностью. В итоге внутренний конфликт никак не разрешается и лишь к финалу, у героя появляется внешний конфликт. Возможно, если бы кино начиналось с последних тридцати минут, а дальше мы смотрели бы за тем, как герой пытается спасти свою жизнь и жизнь своей семьи, попутно справляясь со внутренними демонами, фильм получился бы интереснее. Но автор видит по-другому, и это его право.

О примерах поверхностных фильмах и говорить не хочется. Если в кино существует только внешняя проблема без внутренних переживаний героев – это оно. Всякие Форсажи, Трансформеры и так далее.

Стоит сказать, что скучное или поверхностное кино не тождественно плохому. Скучное может найти своего зрителя и тронуть его до глубины души, а поверхостное может оказаться отличным аттракционом.
Самое нелепое, что может сделать сценарист - это пытаться насильно впихнуть в жанровую историю внутренний конфликт, или наоборот, в чистый арт-хаус внешнюю мотивацию. Как правило, такие попытки приводят к штампам и ухудшению качества фильма. Скажем, «Джеймс Бонд» был отличной франшизой ровно до того момента, пока авторы не попытались сделать из главного героя страдальца. Бонд всегда был привлекателен именно тем, что у него не было внутренних переживаний. Рефлексия – это явно не его конек.

Многим хочется сделать умное, глубокое, трогающее за душу кино. Хочется быть вторым Тарковским или Бергманом. Честно скажу, что для большинства эта дорога закрыта и как раз для тех, кто не питает иллюзий насчет себя, придумана драматургия. Не стоит ей пренебрегать.
​​Я уже несколько лет отгораживаю себя от просмотра экшен фильмов, но вчера что-то стукнуло мне в голову и я решил сходить на «Хоббс и Шоу».
Разумеется, у меня были низкие ожидания от фильма, но увидеть настолько откровенную халтуру я не ожидал. Смотреть на все это было очень мучительно.

В прошлом посте я немного прошелся катком по Сарику Андреасяну, но в недавнем подскасте он озвучил несколько дельных мыслей. Сарик сказал, что зритель, по непонятным ему причинам, прощает Голливуду то, что больше никому прощать бы не стал. Читая отзывы на «Хоббс и Шоу», я осознаю, насколько он был прав. Появись подобное кино в нашей стране – его бы разорвали на куски.
Я не понимаю, что случилось с людьми. Такое ощущение, будто все забыли, что такое настоящий, качественный боевик. Будто бы никто не смотрел «Скалу», «Крепкого орешка» или «Заложницу». Да и первый "Форсаж" вышел вполне ничего.

В «Хоббс и Шоу» плохо абсолютно все: огромное количество логических ошибок, убогий монтаж, проблемы со структурой и, конечно же, непревзойденная игра актеров. У меня было ощущение, что я смотрю стряпанный на коленке боевичек класса Б, в который влили огромное количество денег. Однако я бы не стал писать этот текст, если бы дело было только в отвратительном качестве фильма. Я все-таки не вчера родился и пересмотрел уже огромную кучу дерьма.

Самое обидное в том, что «Хоббс и Шоу» - это еще и чрезвычайно вредное кино. В этом фильме сценаристы совершили страшный грех, о котором я писал в предыдущем посте: попытались добавить глубины там, где она совершенно неуместна. Думаю, не стоит писать, что из этого вышло.
Только представьте, как вам показывают одаренное интеллектом лицо Дуэйна Джонсона, который, пытаясь показать весь свой актерский талант, говорит: «Я все осознал и завтра, если я переживу эту ночь, я обязательно исправлюсь». Или как Джейсон Стэйтем пытается изобразить сожаление и говорит: «Я был не прав, я не должен был так поступать, прости меня». И такими сценами напичкан весь фильм.
Зачем?! Ну зачем?! Многие, конечно, ржут с этих моментов, но так делают далеко не все. Не каждый зритель способен идентифицировать такие сцены, как очевидный fuck up.

Когда сценаристы вставляют в фильм нечто подобное, они способствуют деградации населения. Звучит как громкие слова, но это правда так.
Все-таки это массовое кино и его смотрит огромное количество не самых образованных людей. А потом мы удивляемся, почему столько мужланов не может понять, что такое депрессия, что такое детская травма. Не могут проникнуться чужими переживаниями. Конечно, как тут проникнешься, когда в таких фильмах, как “Хоббс и Шоу” учат, что достаточно просто сказать “Чувак, не грусти” или “Прости, я был не прав” и все сразу наладится. Нет, блин, не наладится!

Откуда у сценаристов такое непреодолимое желание лезть куда не следует? И где, мать его, те боевики, которые я смотрел в детстве? Куда они подевались?
Вот в первом “Крепком орешке” тоже есть линия отношений Джона Макклейна и его жены, но вплетена она так аккуратно, что совершенно не режет глаз, а напротив, добавляет фильму теплоты.

Или, например, в “Заложнице” тоже есть межличностный конфликт: дочь не уважает своего отца. Волею судеб она получает шанс измениться и пройдя тяжелейшее испытание понимает, на что отец потратил большую часть своей жизни. Понимает насколько его профессия важна. Все счастливы. Без лишних слов и соплей.

Все-таки кино деградирует.
​​Последние несколько лет я люблю расспрашивать молодых авторов об их идеях. Прошу поделиться со мной логлайнами, синопсисами и любыми наработками их будущих фильмов. Вот несколько примеров того, что мне рассказывали начинающие режиссеры и сценаристы: «давно хочется снять фильм об одиночество в современном мире»; «меня интересует тема талантливых людей, которые погибают в провинциальных городах»; «мне бы хотелось снять кино о том, как пребывание в секте ломает людей». К сожалению, все подобные высказывания - не идеи. Это темы.

Тема, как бы грубо это не звучало – ничто. Тоже самое, что детская мечта стать космонавтом, не более. Идея – наоборот, все. Только идея поможет картине выделиться среди потока бесконечного контента. Тема – это область, интересующая автора, а вот чтобы эта область заинтересовала рядового зрителя – нужна идея.

Кино об эгоцентричном мужчине из большого города, который приезжает в провинцию и страдает от скуки и уныния. Угадайте о каком фильме речь. Не так то просто, да? Дело в том, что подобное описание можно подогнать под множество картин и это не удивительно, ведь тут нет идеи. А если так? Эгоцентричный мужчина приезжает в ненавистный ему маленький городок и из-за временного парадокса вынужден проживать один и тот же день снова и снова. Вот теперь – это идея и вы сразу понимаете о чем идет речь.

В идее интересно то, как она зарождается в голове у создателя. Просто так муза сценариста не посетит и лампочка в его голове не зажжется. Идея не первична, она не приходит из ниоткуда.
Я думаю, любое произведение начинается с ощущения. Каждый творец ощущает что-то угнетающее или радостное, нежное или жуткое. Он носит это в себе, иногда погружаясь в ощущение с головой, а иногда на долгие месяцы забывая о нем. Ощущение лавирует между сознательным и бессознательным и в один прекрасный момент оно находит одну единственную лазейку, возможность перестать томиться в темнице. Тот момент, когда творец наконец находит способ передать свое ощущения миру - называется рождением идеи.
Как только автор находит точку соприкосновения ощущения с реальным миром, он начинает распутывать клубок истории, перед его глазами проносятся возможные события будущего фильма, персонажи, кадры, шутки, музыка. На него снисходит вдохновение.

Повторим еще раз. Ощущение – это чувство, которое автор хочет выразить посредством творческого произведения, но пока не знает как. Тема – это то, в какой области автор видит возможность выразить свое ощущение, но пока не знает как. Идея отвечает на тот самый вопрос: «как», и выдает карт-бланш на создание творческого произведения.

Проблема огромного количества фильмов в том, что их авторы начали работу над своими проектами до того, как у них появилась идея.

В следующий раз я расскажу о четырех возможных видах возникновения идеи: побуждающее событие, кульминация, вселенная повествования и key image.
​​Тема, которую я поднял, требует четкой интерпретации терминов, поэтому стоит объяснить еще раз, что я подразумеваю под словом «идея». Речь не о месседже, не о сверхзадаче и не об управляющей идее. Речь, скорее, о том, что Труби назвал «конструирующим принципом».
Мне определение Джона Труби показалось довольно расплывчатым, поэтому я выбрал для себя более понятное слово - идея. Фильм может родиться с любой сцены, фразы или даже с образа, но есть в зарождении идей некоторые закономерности. Я взял на себя смелость и выделил четыре основных типа идей, с которых начинали свое путешествие большинство фильмов и сериалов.

Идея как побуждающее событие
Тарантино рассказывал, что прежде, чем он написал сценарий к «Убить Билла», ему в голову пришла сцена жестокого убийства невесты Биллом и его приспешниками. С данной сцены Квентин начал продумывать событийную ленту своего будущего фильма. У него была точка отсчета, была тональность, примерное очертание героев и мысли о том, чем все должно закончиться.
Другой пример - фильм «It follows». Я не могу быть уверенным на сто процентов, но предполагаю, что первым, что придумал режиссер и сценарист фильма Дэвид Роберт Митчелл была завязка. Может быть, его интересовала тема взросления, может он хотел снять кино в жанре хорора, но до тех пор, пока ему в голову не пришло столь оригинальное побуждающее событие, он не мог приступить к написанию сценария.

Идея как кульминационная сцена
В некоторых книгах по сценарному мастерству советуют придумывать кино с конца. Совет неплохой, и некоторым удается воплотить его в жизнь. Думаю, роман Денниса Лихейна «Остров проклятых», по которому впоследствии был снят одноименный фильм, был придуман именно с кульминационной сцены. Она не обязательно должна была родиться в точности такой, какой мы видим ее в фильме, но ощущения, которые испытывал автор в момент озарения и то, что ощущает зритель во время просмотра – определенно схожи. Вполне возможно, что и Чак Паланик придумал сначала развязку «Бойцовского клуба», а затем расписал уже все остальные части сюжета.

Идея как вселенная повествования
Такое кино, как «Звездные Войны», «Лобстер» или «Твин пикс» - определенно начинали свое путешествие к сердцу зрителя с образа необычного мира, который возникал в голове у автора. Однако вселенная повествования – это не обязательно что-то очень странное и загадочное. Например, картина «Типа крутые легавые» или «Совершенно секретно» - тоже пример оригинальной вселенной повествования. С набором условностей, с уникальными персонажами и не всегда стандартной логикой.

Идея как Key Image
“Зеркало” Тарковского появилось из его сна. “Беги, Лола, Беги” Тыквера родилась с образа бегущей девушки с красными волосами, который неожиданно возник в голове у режиссера. А картину “Я шагаю по москве” Шпаликов придумал, увидев на улице танцующую босиком девушку с туфлями в руках.
Key image – это кадр, который лучше всего передает то самое ощущение, о котором я постоянно пишу. А вот как из одного кадра сделать целый фильм – большой вопрос, ответ на который знают только мастера своего дела.

Довольно забавно, но у меня в голове есть идеи всех четырех типов. Тот сценарий, что я пишу сейчас, родился из побуждающего события. Еще два, которые уже много лет настаиваются в моей голове – родились из key image. Самый любимый – с кульминационной сцены, а крутой сериал, который мы придумали с моей девушкой – со вселенной повествования. К сожалению, ни одного драфта ни по одной из идей, кроме самой первой, я так и не написал. Только наброски поэпизодников или зарисовки отдельных сцен, но я не тороплюсь. Главное – это наличие идеи, остальное лишь вопрос техники, времени и старания.
​​Побуждающее событие и кульминация – это два самых важных сценарных отрезка. Иногда к ним еще относят «кризис», но, мне кажется, он находится чуть ниже по значимости, так как имеет всегда один эмоциональный заряд и его заметно проще писать.

Если вы разворачиваете свою историю от побуждающего события, то вы обязательно столкнетесь с проблемой написания сочной развязки, если же, наоборот, вы будете писать сценарий с конца, то у вас могут возникнуть проблемы с созданием интригующей завязки.
В огромном количестве картин невооружённым глазом виден перевес либо в сторону побуждающего события, либо в сторону кульминационной сцены и это вечная боль сценариста.

Проблема в том, что одна яркая сцена невольно продавливает все остальное, она плетет всю событийную канву. Возьмем, например, картину: «Приведение». Побуждающее событие этого фильма покорило весь мир. Казалось бы, дело сделано, но сценарист невольно заманил себя в ловушку, потому что привести кино к такой же крутой кульминации - задача почти невыполнимая и он с ней не справился. Конечно, фильм многие любят, но на самом деле третий акт полностью состоит из штампов и свое очарование картина получила только за счет первой половины фильма.

А вот другой пример: «Первобытный страх». Развязка – просто шедевр, сам фильм так же неплох, но если бы не прекрасная игра Эдварда Нортона, картина наверняка не сыскала бы такую славу среди зрителей. Причина: тривиальное побуждающее событие и весь второй акт. Нельзя сказать, что он плохой, но и впечатляющим его не назовешь.

Похожая проблема возникает и у тех, кто создает историю, отталкиваясь от оригинальной вселенной повествования. В таком случае правила мира так сильно отвлекают внимание на себя, что и завязка и развязка часто получаются не самыми выразительными.
Ближайший пример: «Тихое место». Побуждающее событие прямо вытекает из придуманной автором вселенной и выглядит еще ничего, но вот к третьему акту зритель уже полностью понимает правила игры и ему нужен новый поворот, однако кульминационная сцена такого поворота не предлагает, поэтому к финалу картина скатывается в самый обычный мистический триллер.

Великая удача, когда сценаристам удается создать идеально ровную и одновременно яркую картину. «Молчание ягнят», «Особое мнение», «Шестое чувство» - вот редкие примеры гениальных сценариев. По таким фильмам пишутся учебники, их разбирают в киношколах и на них ориентируются все профессиональные и начинающие сценаристы.

Но, есть и другой путь создания шедевра – это та самая идея как key image.
Придумывать фильм, имея в голове только небольшой набор кадров – вот чистое творчество. В мире существует немало картин, которые родились из одного кадра, или из одной маленькой сцены. Есть даже режиссеры, которые создают целые фильмы из образов в своей голове, самый известных из них – это Дэвид Линч.
Научить тому, как создавать кино из key image невозможно, наверное – это напрямую связано с понятием таланта. Конечно, автор должен обладать навыками сторителлинга, но это далеко не главное. Основное – это возможность перенести созданное автором настроение с одного кадра на весь фильм. В любом случае, я снимаю шляпу перед такими мастерами и мечтаю когда-нибудь дойти до их уровня.

Я же в данной момент стал заложником мощного побуждающего события. Вот уже целый год я не могу придумать достойную кульминацию. За это время набросал миллиард идей, но все они, минимум, на один уровень слабее, чем завязка. Теперь я понимаю, почему так много сценаристов сдается и останавливает свой выбор на не самой выразительной, но хотя бы логичной кульминационной сцене. Возможно, так сделаю и я.