Академик Дмитрий Сергеевич Лихачёв очень сдержанными, интеллигентными словами о безобразном отношении в СССР к историческим названиям улиц, городов и пр.:
«До сих пор… ценные в историческом и культурном отношении географические названия не имеют у нас статуса памятников, не охраняются государством, а потому в вопросах именований царит произвол и неразбериха.
Репертуар современных названий, сформировавшихся в период с 20-х по 80-е гг. нашего столетия… перенасыщен именами-анахронизмами, отражающими атрибутику времён культа и застоя. Ситуация в этой сфере представляет безрадостно однообразную картину. Значительный культурный слой названий, входящих в культурно-историческую среду, был разрушен. Замена исторических географических названий «именами-новоделами» привела к изъятию из обращения и той комплексной культурно-исторической информации, которую несёт в себе имя».

Рубрика имени Фомы Неверующего. После размещения документа о зверствах советской власти против представителей нетитульных национальностей в СССР у некоторых читателей возникли вопросы, в какой мере можно доверять источнику.
Тем, кто хочет проверить подлинность советского документа, прилагаем лист описи архивных дел КГБ Украинской ССР. Это поможет через несложные шаги убедиться в его достоверности.
Пафос ситуации: архивы КГБ СССР в РФ, в большей части, закрыты для общества. Грифы секретности Комиссия в Кремле несколько лет назад продлила до середины 2040х годов. В то же время, видимо, не учли, что аналогичные документы, находившиеся на хранении в союзных республиках (Прибалтика, Украина, Грузия), раскрыты и доступны для всего мира.
Мы будем не всегда баловать читателей и давать полный архивный адрес размещаемых документов. Однако проверка достоверности сведений самими читателями приветствуется! Как было сказано 2000 лет назад: «…Подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим» Ин. 20:27

Доктор исторических наук, историк Белого движения и элитарных групп профессор Сергей Волков о том, можно ли «переписывать» НАШУ историю и о том, в какой степени советское является «нашим»: https://t.me/salery_quotes/122

Продолжаем рубрику "Найди отличия".
К разнице Ленинграда и Санкт-Петербурга. На одном из фото - Председатель пионерского штаба Ленинграда Максим Соколов рапортует первому секретарю Ленинградского областного комитета ВЛКСМ Валентине Матвиенко на Дворцовой площади Ленинграда.
Конечно же, такому содержанию снимка более подходило бы советское название площади, использовавшееся до 1944 года: площадь имени Урицкого. Да-да, именно так, не опечатка: «имени Урицкого».
А секретарю обкома Коммунистического союза молодёжи сегодня было бы комфортней называться, скажем, Председателем Президиума Верховного Совета СССР, а не Совета Федерации страны, которая попыталась в 1990ые уйти от большевизма.
Источник фото здесь.

Коллега из "Сталингулага", возможно, несколько слишком глубоко берёт: "пытки 17 столетия".
У белорусского генсека есть более близкий и милый ему аналог: советские пытки, в частности, в НКВД и в его подразделении - в ГУЛаге. Не даром же если в некоторых странах КГБ (преемник НКВД) существует де-факто, то в Белоруссии де-юре. Этого там не только не стесняются - этим гордятся, как и прочей советской символикой (от памятников до названий улиц).
И естественно, что за символами и аббревиатурами идут и соответствующие им практики.

https://t.me/SPbGS/6482 Если быть последовательным, то запрещать или ретушировать по этой логике надо почти все фильмы о борьбе с нацизмом: от "17 мгновений весны" и "Щит и меч" до "Звезды" (в обоих её вариантах: советском и современном) и пр. Ведь во всех этих фильмах - видна нацистская символика.
А что уж говорить про фото встреч товарища Молотова с Гитлером или про совместный парад Красной Армии и Вермахта в Бресте в 1939 году! Кругом - свастика.
Такого рода дикая судебная практика иллюстрирует несколько аспектов:
1. Значимость символики для государства.
2. Терпимость того же самого государства к не менее людоедским советским символам (под знаком которых миллионы душ были загублены, в том же ГУЛаге, например).
3. Отход от собственных заявлений, что «Это же всё наша история», которые используются там, где это удобно: видимо, для прикрытия других намерений.
4. Болезненное неумение государства разделять демонстрацию символов для пропаганды каких-либо ценностей и то же для иллюстрации исторических событий.

Что больше отражает многовековую историю Отечества? Дореволюционное название улицы по храму 1685 года постройки? Или советское название той же улицы по человеку 1870 года рождения, который призывал уничтожать такие храмы и преследовать тех, кто в них служит и молится?
Этот риторический вопрос – к поднятой в Калуге теме возвращения исторического названия улице Ленина, которая, на самом деле, Никитская улица по древнему Никитскому и Рождества Богородицы храму. Церковь была закрыта советской властью в полном соответствии с заветами человека, чьим именем переназвали древнюю улицу в 1920ые годы.
Сегодня храм восстановлен, но парадоксально он стоит на улице идеолога борьбы с верой, религией и храмами. Возвращение как бы началось, но затормозило и не закончилось.

Ироничный Виталий Семёнов, руководитель "Архивного дозора" о том, как в мире наживы и чистогана соседних государствах создаются условия для доступа людей к архивным фондам страны. В то же время, на родине духовных скреп за подобный доступ к истории Отечества с нас взыщут немало - в зависимости от аппетитов соответствующего архивного чиновника:
«На фото - обычный день в обычном архиве загнивающей Украины, где "почитание предков" не внесено в конституцию. Сканирование документов пользователям обходится в баснословную сумму в 0 гривен и 00 копийок. За столом - обычные пользователи.
Что мы видим. Люди относятся к своей истории варварски, не платят за копирование. Так их научили их американские кукловоды. Вместо того, что оформить копирование, потратить пару часов, а то и дней, и дождаться подписи, эти люди словно крысы вырывают из архива информацию. Вот такая она, Европа. Слава богу, что у нас не так. Наша история надёжно защищена прейскурантами и строгими правилами копирования. Здесь вам не тут!»
Источник.

С праздником Покрова! Советское наследие: десятки уничтоженных по стране храмов Покрова Богородицы и переименованных Покровских улиц и площадей. Вернулось немногое. Две столицы отстают от провинции. В начале 90х не только вернули название Нижнему, но и ряду его улиц, в том числе Большой Покровской по древнему храму. Советское название – Свердлова. Храм уничтожен, но память о нём живёт в наименовании.
В столицах хуже. Покровская улица в Москве - Курчатова, а Покровская площадь в С-Петербурге переименована в честь Тургенева. В Покровском храме, уничтоженном советским режимом (см. фото), говорят, был прихожанином Пушкин. И Курчатов, и Тургенев, безусловно, выдающиеся сыны Отечества, но что они сделали плохого, что их именами были уничтожены привязанные к истории места названия? Видимо власть стирала память об истории до 1917 года: именами достойных людей как фиговым листком прикрывали преступления.
Что пугает столичных градоначальников в вопросе возвращения названий в честь Покрова? Не даёт ответа.

Традиционно поклонники советского вводят в заблуждение граждан по поводу необходимости менять какие-либо документы при смене названия улицы.
Так, как мы сообщали, Правительство Санкт-Петербурга рассматривает вопрос о возращении исторического названия Смоляной улице вместо советского варианта «улица Книпович» (по революционерке).
Что удивляться, что сторонники движения «Суть времени» снова взялись за своё, в этот раз обходя местные фирмы (благо жилой дом по улице числится только один) и пугая их якобы необходимостью изменения документов (учредительных, лицензионных и пр.) в случае изменения названий улицы.
Ещё раз разъясняем, что по российским законам менять какие-либо документы необходимо только в случае «изменения места нахождения (юридического адреса)» организации. Если фактическое место нахождения организации или гражданина не изменилось, то никого ни о чём уведомлять и ничто менять не нужно. Изменение самим государством элемента адреса (названия улицы, города, района и пр.) не влечёт недействительность ранее выданных бумаг или необходимость их замены.