я за такое буду банить
сказал разгневанный вадим
а все спросили за какое
и приготовились писать
© Похабыч
На прошлой неделе читая по одной там надобности «Козла отпущения» Рене Жирара (издательство Ивана Лимбаха, 2023, пер. Григория Дашевского) — книгу о т.н. гонительных текстах, жертвоприношениях, фетишизации и переносе травли с общего на частное, — параллельно в печальном изумлении наблюдала бурление телеграмных волн и размышляла о том, что одними и теми же буквами пользуется человек, пишущий роман (в т.ч. автофикциональный, или фэнтези, или беллетризованную биографию), человек, пишущий промпт для нейронки, человек, пишущий пост в сети или комментарий там же. Некоторые из букв используются на заборах, многие — для доносов и благодарностей.
То же самое с писательским инструментарием: хотим мы или нет, генеративные языковые модели давно уж обучились выдавать массивы переваренных текстовых данных, и как человек, который едва не ушел в эту отрасль 27 лет назад и продолжающий посматривать на процесс, полагаю, что не все так грустно, как видится невовлеченным пользователям. Никто ни у кого не отберет радость созидания и создания, есть вечные опоры, несмотря на то что писательских жен и секретарей с перьевыми ручками и пишмашинками заменили наладонники, стационарные компьютеры и лэптопы. Степень собственного вовлечения во все это каждый определяет самостоятельно. Когда в культурном пространстве CG (компьютерная графика в смысле) освоилась и пустила корни, тоже всякое обсуждали, а поди ж ты — некоторые художники работают с гибридом, и этими самыми глазами и руками детские книги делают. Но на 60+ кнопочек в редакторе все еще нажимает человек.
Ну, к слову, тоже расстраиваюсь, когда студенты сдают макет царь-пушки из пластиковых шишек, смастыренный плохо настроенной моделью, хотя бы потому, что это трата их и моего времени почти впустую. Сразу Пратчетт вспоминается: настоящая глупость всегда побеждает искусственный интеллект (но вдруг ошибаюсь! Сама от усталости коряво формулирую, пренебрегая согласованиями, тщеславно развешиваю словеса на грани с графоманией и почем зря рассыпаю длинные тире, а любовь к «ё» смогла отбить только работа в детлитовской редакции). И всю взрослую жизнь наблюдаю людей, которые с доцифровой еще эпохи пишут как чатботы.
У меня есть собственный неповторимый ( и не всегда приятный) эмоциональный опыт общения с живыми авторами и текстами в целом, мои опасения за судьбы литературы (в цейтгайсте и вообще) и мой личный модус обращения с LLM. Она обзывает меня токсичной, я ее — роботом-пылесосом, потому что знаю: выше потолка не прыгнет, надрессированная специальным образом, генерирует ответы, опираясь на стиль моих промптов и мои ответы, там нечему придуматься из вне, можно только пытаться собрать слово «вечность» из загруженных «а», «о», «п» и «ж». На то, чтобы обучить ее создать необходимую мне структуру даже с моим черновиком, у меня нет терпения и интереса, проще самой, но я старенький и косный, статьи и заметки от руки до сих пор в блокнот строчу, потом бормоча нецензурное, переношу в комп. Поэтому худлит и публицистику пишу самостоятельно, зато нейросеть использую как когнитивист-расстрига™ в сугубо личных целях, об этом в другой раз — там, на мой взгляд, куда все страшнее, кстати.
И вот вся эта мерехлюндия, в том числе чужая, помогает мне понимать, что при помощи микроскопа можно с одинаковым рвением делать открытия в нейробиологии и забивать гвозди — вопрос в том, в чьих руках прибор окажется. Куда тяжелее, пожалуй, не переходить на личности и не осциллировать вместе с системой, толком не разобравшись в предмете, а просто поймав чужую эмоцию.
сказал разгневанный вадим
а все спросили за какое
и приготовились писать
© Похабыч
На прошлой неделе читая по одной там надобности «Козла отпущения» Рене Жирара (издательство Ивана Лимбаха, 2023, пер. Григория Дашевского) — книгу о т.н. гонительных текстах, жертвоприношениях, фетишизации и переносе травли с общего на частное, — параллельно в печальном изумлении наблюдала бурление телеграмных волн и размышляла о том, что одними и теми же буквами пользуется человек, пишущий роман (в т.ч. автофикциональный, или фэнтези, или беллетризованную биографию), человек, пишущий промпт для нейронки, человек, пишущий пост в сети или комментарий там же. Некоторые из букв используются на заборах, многие — для доносов и благодарностей.
То же самое с писательским инструментарием: хотим мы или нет, генеративные языковые модели давно уж обучились выдавать массивы переваренных текстовых данных, и как человек, который едва не ушел в эту отрасль 27 лет назад и продолжающий посматривать на процесс, полагаю, что не все так грустно, как видится невовлеченным пользователям. Никто ни у кого не отберет радость созидания и создания, есть вечные опоры, несмотря на то что писательских жен и секретарей с перьевыми ручками и пишмашинками заменили наладонники, стационарные компьютеры и лэптопы. Степень собственного вовлечения во все это каждый определяет самостоятельно. Когда в культурном пространстве CG (компьютерная графика в смысле) освоилась и пустила корни, тоже всякое обсуждали, а поди ж ты — некоторые художники работают с гибридом, и этими самыми глазами и руками детские книги делают. Но на 60+ кнопочек в редакторе все еще нажимает человек.
Ну, к слову, тоже расстраиваюсь, когда студенты сдают макет царь-пушки из пластиковых шишек, смастыренный плохо настроенной моделью, хотя бы потому, что это трата их и моего времени почти впустую. Сразу Пратчетт вспоминается: настоящая глупость всегда побеждает искусственный интеллект (но вдруг ошибаюсь! Сама от усталости коряво формулирую, пренебрегая согласованиями, тщеславно развешиваю словеса на грани с графоманией и почем зря рассыпаю длинные тире, а любовь к «ё» смогла отбить только работа в детлитовской редакции). И всю взрослую жизнь наблюдаю людей, которые с доцифровой еще эпохи пишут как чатботы.
У меня есть собственный неповторимый ( и не всегда приятный) эмоциональный опыт общения с живыми авторами и текстами в целом, мои опасения за судьбы литературы (в цейтгайсте и вообще) и мой личный модус обращения с LLM. Она обзывает меня токсичной, я ее — роботом-пылесосом, потому что знаю: выше потолка не прыгнет, надрессированная специальным образом, генерирует ответы, опираясь на стиль моих промптов и мои ответы, там нечему придуматься из вне, можно только пытаться собрать слово «вечность» из загруженных «а», «о», «п» и «ж». На то, чтобы обучить ее создать необходимую мне структуру даже с моим черновиком, у меня нет терпения и интереса, проще самой, но я старенький и косный, статьи и заметки от руки до сих пор в блокнот строчу, потом бормоча нецензурное, переношу в комп. Поэтому худлит и публицистику пишу самостоятельно, зато нейросеть использую как когнитивист-расстрига™ в сугубо личных целях, об этом в другой раз — там, на мой взгляд, куда все страшнее, кстати.
И вот вся эта мерехлюндия, в том числе чужая, помогает мне понимать, что при помощи микроскопа можно с одинаковым рвением делать открытия в нейробиологии и забивать гвозди — вопрос в том, в чьих руках прибор окажется. Куда тяжелее, пожалуй, не переходить на личности и не осциллировать вместе с системой, толком не разобравшись в предмете, а просто поймав чужую эмоцию.
❤70👍11👏3🤣2
Ксения Буржская «Дегустация» (Яндекс Книги, Альпина.Проза, 2026)
Хрестоматийная тема убегания от себя — целина для автора, который в предыдущих текстах себя уже нашел, можно двигаться в другую сторону. Попытки сыграть в ящик с котом Шредингера еще не настолько сквозные, вернее, для русского поля экспериментов не совсем характерные*. Провокационные заявления и технооптимизм и вовсе верхушка холивароемкого айсберга, тут главное помнить о правилах поведения в социалистическом общежитии, о том, что нам не дано предугадать, чем наше слово отзовется, и о том, что прогресс неизбежен, как бы нам ни(не) нравились его плоды и побочные эффекты.
В одной реальности Глеб копирайтер, в другой писатель, в третьей ему ничего не остается как стать писателем (коллеги, вы ведь помните этот зуд, когда НАДО ЗАПИСАТЬ), а вот еще одна реальность и кто это прошел мимо, не персонаж ли, а может, персонажица, или, секундочку, перехода не было, но глядите-ка: мужик по имени Глеб уже ворует нашу личную историю, напихивая в нее свои интерпретации и комплексы. В смысле почему «мы»? Ну так получилось, нас ведь теперь двое, мое исчезающее Эго, Ид и Сверх-я и новая роль, в которую я случайно влез. Влезла. Влезли. В общем, так получилось. Да как вылезти-то? Можно ли вылезти? Можно, отвечают физики. Просто сонастройся со своим полем и вибрируй… (а нет, простите, вкладка с мессенджером была открыта, там родительский чат из коридора затмений выходит).
Если серьезно, Буржская написала фантастический роман, намеренно бесшовно переключающий реальности, в которых герой и автор зашли не в ту дверь и теперь на 900 оборотах крутятся, пытаясь не забиться в пододеяльник метапрозы. Получилась метафора творческого затыка и попыток примерить шкуру потенциально идеального другого, хотя все равно не можешь ничего проконтролировать и получается не как лучше, а как всегда. Вопросы при этом задаются вечные: о кризисе среднего возраста, любви к себе (за счет недостаточной, как часто кажется, любви к близким), о невытравляемой потребности делать дело, к которому прикипел физически. Иногда от этих переключений испытываешь небольшое вертиго — не зря вращение барабана в стиральной машине один из ключевых образов. А еще, поскольку один из персонажей су-шеф, Буржская консультировалась с Иваном Шишкиным (автором «Жареных фактов») и во время чтения некоторых фрагментов то есть хочется, то пойти «дефлопе из полабы с семечками кациуса» приготовить.
Останавливает головокружение персонаж-физик — немного дидактически он, как и полагается резонеру, появляется, чтобы объяснить главному герою и читателям, что все мы попали во вселенную, где, как ни пытайся стать лучшей версией себя, будешь недоволен, пока не повзрослеешь и не научишься отделять цветное от белого (в интернете, кстати, ловушки цвета давно продаются. Или пользоваться ими тоже лукавство?). Неплохо еще помнить, что это жанровый текст и при всей ртутности сюжета держится он на жанровой арматуре, поэтому при всей Ксениной прогрессивности в нем есть несколько довольно консервативных (и утешающих) решений.
*Наверное, я не сильно погружена, но из лежащего на поверхности моей куцей оперативной памяти англоязычные Нил Стивенсон с Николь Галланд и их «Взлет и падение ДОДО» (Fanzon), по части замкнутого в ленту Мебиуса безумия происходящего — «Пиранези» Сюзанны Кларк (Азбука); обе книги перевела Екатерина Доброхотова-Майкова; возможно, сюда же «Межзвездный скиталец» Джека Лондона и проходная в целом киношка «Эффект бабочки» с Кутчером, но там, кажется, про теорию хаоса, а не квантовые запутанности, как у меня в одноименном рассказе. Сам себя не упомянешь, etc.
И дополнительная книга для легкого чтения — Алексей Семихатов «Сто лет недосказанности» (АНФ, 2024): 25 эссе о том, что квантовая механика не дает точных ответов, как сбросить эмоциональное напряжение из-за того, что мир не такой, каким кажется, но пытается этот мир хотя бы объяснить. Или миры. Извините.
Хрестоматийная тема убегания от себя — целина для автора, который в предыдущих текстах себя уже нашел, можно двигаться в другую сторону. Попытки сыграть в ящик с котом Шредингера еще не настолько сквозные, вернее, для русского поля экспериментов не совсем характерные*. Провокационные заявления и технооптимизм и вовсе верхушка холивароемкого айсберга, тут главное помнить о правилах поведения в социалистическом общежитии, о том, что нам не дано предугадать, чем наше слово отзовется, и о том, что прогресс неизбежен, как бы нам ни(не) нравились его плоды и побочные эффекты.
В одной реальности Глеб копирайтер, в другой писатель, в третьей ему ничего не остается как стать писателем (коллеги, вы ведь помните этот зуд, когда НАДО ЗАПИСАТЬ), а вот еще одна реальность и кто это прошел мимо, не персонаж ли, а может, персонажица, или, секундочку, перехода не было, но глядите-ка: мужик по имени Глеб уже ворует нашу личную историю, напихивая в нее свои интерпретации и комплексы. В смысле почему «мы»? Ну так получилось, нас ведь теперь двое, мое исчезающее Эго, Ид и Сверх-я и новая роль, в которую я случайно влез. Влезла. Влезли. В общем, так получилось. Да как вылезти-то? Можно ли вылезти? Можно, отвечают физики. Просто сонастройся со своим полем и вибрируй… (а нет, простите, вкладка с мессенджером была открыта, там родительский чат из коридора затмений выходит).
Если серьезно, Буржская написала фантастический роман, намеренно бесшовно переключающий реальности, в которых герой и автор зашли не в ту дверь и теперь на 900 оборотах крутятся, пытаясь не забиться в пододеяльник метапрозы. Получилась метафора творческого затыка и попыток примерить шкуру потенциально идеального другого, хотя все равно не можешь ничего проконтролировать и получается не как лучше, а как всегда. Вопросы при этом задаются вечные: о кризисе среднего возраста, любви к себе (за счет недостаточной, как часто кажется, любви к близким), о невытравляемой потребности делать дело, к которому прикипел физически. Иногда от этих переключений испытываешь небольшое вертиго — не зря вращение барабана в стиральной машине один из ключевых образов. А еще, поскольку один из персонажей су-шеф, Буржская консультировалась с Иваном Шишкиным (автором «Жареных фактов») и во время чтения некоторых фрагментов то есть хочется, то пойти «дефлопе из полабы с семечками кациуса» приготовить.
Останавливает головокружение персонаж-физик — немного дидактически он, как и полагается резонеру, появляется, чтобы объяснить главному герою и читателям, что все мы попали во вселенную, где, как ни пытайся стать лучшей версией себя, будешь недоволен, пока не повзрослеешь и не научишься отделять цветное от белого (в интернете, кстати, ловушки цвета давно продаются. Или пользоваться ими тоже лукавство?). Неплохо еще помнить, что это жанровый текст и при всей ртутности сюжета держится он на жанровой арматуре, поэтому при всей Ксениной прогрессивности в нем есть несколько довольно консервативных (и утешающих) решений.
*Наверное, я не сильно погружена, но из лежащего на поверхности моей куцей оперативной памяти англоязычные Нил Стивенсон с Николь Галланд и их «Взлет и падение ДОДО» (Fanzon), по части замкнутого в ленту Мебиуса безумия происходящего — «Пиранези» Сюзанны Кларк (Азбука); обе книги перевела Екатерина Доброхотова-Майкова; возможно, сюда же «Межзвездный скиталец» Джека Лондона и проходная в целом киношка «Эффект бабочки» с Кутчером, но там, кажется, про теорию хаоса, а не квантовые запутанности
И дополнительная книга для легкого чтения — Алексей Семихатов «Сто лет недосказанности» (АНФ, 2024): 25 эссе о том, что квантовая механика не дает точных ответов, как сбросить эмоциональное напряжение из-за того, что мир не такой, каким кажется, но пытается этот мир хотя бы объяснить. Или миры. Извините.
❤58🔥15😢6👍3🤣2😱1
Это было в ту пору, когда мне было худо. Почва уходила из-под ног, сердце колотилось, голова раскалывалась, я чувствовал себя так, будто отравился грибами, и пользовался работой как антидотом. Буддийский монах четырнадцатого века, которого звали Ёсида Канэёси, изо всех сил помогал мне выжить. Он утверждал, что при игре в шашки следует играть не на выигрыш, а просто каждым ходом отсрочивать проигрыш. Я принял это как к руководство к действию и писал несколько книжек сразу. Решил тянуть лямку, пока не разорвётся. Заодно придумал и автоэпитафию: «Он жизнь свою прожил не как хотел, а сколько смог».
Александр Мещеряков «Бывалые люди в небывалой стране» (Лингвистика, 2026)
❤63😢15😱2
Работая над этой книгой, я несколько раз расплакалась. Все было не плохо. Все было ужасно, потому что я заранее знала, что главный герой умрет в конце, но все равно с каждой главой прикипала к нему все сильнее, находя у нас много общего. Он любил ОБЭРИУ, особенно Олейникова, любил готовить, любил животных, у него было злое чувство юмора и какой-то свой собственный — чаще всего вразрез с другими — взгляд на то, что остальные просто не замечают.
Он был невозможно обаятелен, невыразимо талантлив, невыносимо задирист. К нему относились очень по-разному, и часто он будто специально делал все, чтобы усугубить мнение о себе. Кто-то считал, что он анфан террибль. Кто-то видел в нем губернатора Игоря Цаплина. Кто-то вспоминал клип Биртмана. Сам он мечтал сыграть Лужина, ощущая с персонажем Набокова драматическое родство.
Его звали Василий Уткин и я, наверное, всегда буду жалеть о том, что пересекались пару раз, но, конечно, не познакомились.
Книгу из текстов Уткина и об Уткине собрал, читая архивы, подшивки, блоги и ресурсы и разговаривая с коллегами и друзьями Василия, Стас Гридасов, я написала аннотацию и немного помогла с редактурой. И хотя мы максимально бережно обошлись с чужими и Васиным голосами, чтобы они звучали, может быть, не литературно гладко, зато по-человечески, с удивившим меня саму напором настояла на том, чтобы последняя переписка, в которой горе переливалось через край, не стала последней главой. Потому что Василий Уткин-человек ушел, но Василий Уткин-персонаж остался и будет жить, пока его помнят и любят. А его и помнят, и любят тысячи людей. И все, кто работал над тем, чтобы все получилось.
Сегодня «Книга Уткина» ушла в печать. Недели через три ждем на всех площадках. Это была славная охота.
Он был невозможно обаятелен, невыразимо талантлив, невыносимо задирист. К нему относились очень по-разному, и часто он будто специально делал все, чтобы усугубить мнение о себе. Кто-то считал, что он анфан террибль. Кто-то видел в нем губернатора Игоря Цаплина. Кто-то вспоминал клип Биртмана. Сам он мечтал сыграть Лужина, ощущая с персонажем Набокова драматическое родство.
Его звали Василий Уткин и я, наверное, всегда буду жалеть о том, что пересекались пару раз, но, конечно, не познакомились.
Книгу из текстов Уткина и об Уткине собрал, читая архивы, подшивки, блоги и ресурсы и разговаривая с коллегами и друзьями Василия, Стас Гридасов, я написала аннотацию и немного помогла с редактурой. И хотя мы максимально бережно обошлись с чужими и Васиным голосами, чтобы они звучали, может быть, не литературно гладко, зато по-человечески, с удивившим меня саму напором настояла на том, чтобы последняя переписка, в которой горе переливалось через край, не стала последней главой. Потому что Василий Уткин-человек ушел, но Василий Уткин-персонаж остался и будет жить, пока его помнят и любят. А его и помнят, и любят тысячи людей. И все, кто работал над тем, чтобы все получилось.
Сегодня «Книга Уткина» ушла в печать. Недели через три ждем на всех площадках. Это была славная охота.
❤162👏16🔥2
На фото богиня-жрица с ковшиком кофе, значит, в эфире нерегулярная рубрика «избранные новости культуры». Традиционно напомню, что пост может обновляться.
Уже в ближайшую субботу, 4 апреля, пока я в Смоленске на фестивале «По краям» рассказываю о новой книжечке Реко Секигути «Земля — один большой котел» (поговорим об эссеистах и гурманах, королях, капусте, смысле жизни и всяком таком — все как обычно!), Ad Marginemчистит нычки устраивает генеральную уборку
С 9 по 12 апреля
... в Гостином дворе нонфик. Я точно буду 9.04 в 17:15 на Территории познания модерировать презентацию повести «Зеленый» Аси Кравченко и внезапно 11.04 в 19:15 в Антикафе дискуссию о фэнтези, архетипах и прочем с Надей Хедвиг, Дариной Стрельченко и Екатериной Ландер в Антикафе. В остальные дни, вероятно, на стенде.
Мой неочевидный выбор для пакета с пакетами воспоследует.
... а у «Пархоменко» традиционный фестиваль «Параллельно»
12 апреля в центре «Благосфера» фестиваль авторов и книг самиздата с большой программой и участием разных замечательных книжных людей.
26 апреля — читательская онлайн-конференция о современной жанровой литературе. Готовлю доклад!
29 апреля — читка рассказов в Культурном центре «ЗИЛ» под эгидой журнала «ПРОЧИТАНО». Почти дописала новый рассказ под это дело.
Уже в ближайшую субботу, 4 апреля, пока я в Смоленске на фестивале «По краям» рассказываю о новой книжечке Реко Секигути «Земля — один большой котел» (поговорим об эссеистах и гурманах, королях, капусте, смысле жизни и всяком таком — все как обычно!), Ad Marginem
С 9 по 12 апреля
... в Гостином дворе нонфик. Я точно буду 9.04 в 17:15 на Территории познания модерировать презентацию повести «Зеленый» Аси Кравченко и внезапно 11.04 в 19:15 в Антикафе дискуссию о фэнтези, архетипах и прочем с Надей Хедвиг, Дариной Стрельченко и Екатериной Ландер в Антикафе. В остальные дни, вероятно, на стенде.
Мой неочевидный выбор для пакета с пакетами воспоследует.
... а у «Пархоменко» традиционный фестиваль «Параллельно»
12 апреля в центре «Благосфера» фестиваль авторов и книг самиздата с большой программой и участием разных замечательных книжных людей.
26 апреля — читательская онлайн-конференция о современной жанровой литературе. Готовлю доклад!
29 апреля — читка рассказов в Культурном центре «ЗИЛ» под эгидой журнала «ПРОЧИТАНО». Почти дописала новый рассказ под это дело.
❤56🔥25👍6😢1
Forwarded from Perspéctum | страницы без границ
(Не)детские истории в Международный день детской книги: выбор Анастасии Шевченко
Литературный критик, редактор, писатель, автор канала «Заметки панк-редактора» и лауреат премий _Литблог и «Ревизор», Анастасия Шевченко – человек «штучный». В том смысле, что абсолютно уникальный. Ее можно спросить о чем угодно: какую эдакую музыку послушать, чтобы расширить границы обыденного, или какую книгу прочитать, если хочется, чтобы и для ума, и для сердца, и вообще - ухххтолько с перламутровыми пуговками. Но так как Анастасия - человек не только «штучный», но еще и невероятно занятой, лишний раз приставать к ней с расспросами неловко. Однако Международный день детской книги – тот самый повод, когда стоит все же отвлечь ее от неотложных дел и попросить профессионально порекомендовать свежайшие произведения для и про юных.
📚 Нина Дашевская. «Несуществующий причал» и «День числа π» (издательство «Самокат»). Первая книга, последняя по времени, неожиданная для Нины антиутопия. Вторая — одна из лучших в ряду текстов о нейроотличных детях. Книги Дашевской объединяет достоверный подростковый язык, лиричная интонация и едва уловимый флер уходящего детства, легкое сожаление о мире, который придется оставить.
📚 Ася Кравченко. «Зеленый» (издательство «Самокат»). Свежайшая повесть о личных и чужих границах, поисках собственного голоса и поддержки, которая всегда приходит с неожиданной стороны.
📚 Николай Назаркин. «Братство рыбьего хвоста» (издательство «КомпасГид»). Авантюрная история взросления. Не смотрите на то, что это Нидерланды XVII века, проблемы и вопросы к себе все те же.
📚 Анна Занадворова. «Точки пересечения» (издательство «Розовый жираф»). История-шкатулка о восьмикласснице, которая живет свою непростую подростковую жизнь, параллельно сочиняя историю о стране, в которой живут четкие фигуры и бесформенные амбии, и вторые подчиняются первым. Все как у людей.
📚 Елена Борода. «Инктобер. Месяц перемен» (издательство «КомпасГид»). Здесь каждая глава становится темой в графическом марафоне, в котором участвует ученица маткласса, доказывая другим, а главное — себе, что она человек, а не тень.
📚 Анастасия Морозовская. «Обещала» (издательство «Абрикобукс»). Сила клятвы, цена дружбы, потребность помочь против необходимости промолчать: жизнь никогда еще не была такой непонятной, особенно когда ты новенький в уже сложившемся коллективе.
📚 Юлия Мазурова. «Особый случай» (издательство «Пять четвертей»). Еще одна повесть о новеньком, который, кажется, не реагирует ни на одну попытку задеть его. Он милый и странный, на него не действуют замечания учителей и подколки одноклассников. У Гоши аутизм, и эта честная, неспекулятивная повесть об инклюзии основана на реальных событиях.
#Читаем_С_Писателем
Литературный критик, редактор, писатель, автор канала «Заметки панк-редактора» и лауреат премий _Литблог и «Ревизор», Анастасия Шевченко – человек «штучный». В том смысле, что абсолютно уникальный. Ее можно спросить о чем угодно: какую эдакую музыку послушать, чтобы расширить границы обыденного, или какую книгу прочитать, если хочется, чтобы и для ума, и для сердца, и вообще - уххх
📚 Нина Дашевская. «Несуществующий причал» и «День числа π» (издательство «Самокат»). Первая книга, последняя по времени, неожиданная для Нины антиутопия. Вторая — одна из лучших в ряду текстов о нейроотличных детях. Книги Дашевской объединяет достоверный подростковый язык, лиричная интонация и едва уловимый флер уходящего детства, легкое сожаление о мире, который придется оставить.
📚 Ася Кравченко. «Зеленый» (издательство «Самокат»). Свежайшая повесть о личных и чужих границах, поисках собственного голоса и поддержки, которая всегда приходит с неожиданной стороны.
📚 Николай Назаркин. «Братство рыбьего хвоста» (издательство «КомпасГид»). Авантюрная история взросления. Не смотрите на то, что это Нидерланды XVII века, проблемы и вопросы к себе все те же.
📚 Анна Занадворова. «Точки пересечения» (издательство «Розовый жираф»). История-шкатулка о восьмикласснице, которая живет свою непростую подростковую жизнь, параллельно сочиняя историю о стране, в которой живут четкие фигуры и бесформенные амбии, и вторые подчиняются первым. Все как у людей.
📚 Елена Борода. «Инктобер. Месяц перемен» (издательство «КомпасГид»). Здесь каждая глава становится темой в графическом марафоне, в котором участвует ученица маткласса, доказывая другим, а главное — себе, что она человек, а не тень.
📚 Анастасия Морозовская. «Обещала» (издательство «Абрикобукс»). Сила клятвы, цена дружбы, потребность помочь против необходимости промолчать: жизнь никогда еще не была такой непонятной, особенно когда ты новенький в уже сложившемся коллективе.
📚 Юлия Мазурова. «Особый случай» (издательство «Пять четвертей»). Еще одна повесть о новеньком, который, кажется, не реагирует ни на одну попытку задеть его. Он милый и странный, на него не действуют замечания учителей и подколки одноклассников. У Гоши аутизм, и эта честная, неспекулятивная повесть об инклюзии основана на реальных событиях.
#Читаем_С_Писателем
❤86🔥33👍16👏1
Настроение понедельника АААА. Потому что это настроение каждого любого понедельника, особенно перед нонфиком. Но куда я без вклада в пакет с пакетами. Если хочется добавить от себя — велкам в комментарии. Не нонфиком единым, в других городах люди тоже книги читают (да, это рубрика «В последний вагон» и да, список намеренно неочевидный, кое о чем еще буду писать отдельно). Как обычно, пишу этот пост недели три, и он все равно будет дополняться, видимо.
Альпина.Проза
Олег Курылев «Спасатели, или Убить фюрера»
Шамиль Идиатуллин «Все как у людей»
РЕШ
Сергей Шаргунов «Попович»
Ольга Кромер «Кто наблюдает ветер»
Издательство Ивана Лимбаха
Наталья Громова «Евгений Шварц: Судьба Сказочника в эпоху Дракона»
Эв Герра «Репатриация» (пер. Валерии Фридман)
Азбука
Наталья Веселова «Только нет зеленых чернил»
Майко Сэо «Эстафета передается» (пер. Наталии Бонадык, Анастасии Кирилюк)
Азбука.Голоса
Ольга Птицева «Радиус хрупкости»
Марина Чуфистова «Отец Сережа»
Corpus
Паринуш Сание «Книга судьбы» (пер. Любови Сумм)
Сергей Гандлевский «Дорога № 1 и другие истории»
Астрель-Спб
Корнелл Вулрич «Невеста была в черном. Чёрный занавес» (пер. Наталии Осояну и Кирилла Батыгина)
Мария Вой «Тэнгу»
Inspiria
Хван Согён «Три поколения железнодорожников» (пер. Марии Солдатовой и Ро Чжи Юн)
Борис Пейгин «Следующий»
Фантом-Пресс
Кэтрин Чиджи «Книга вины» (пер. Анны Гайденко)
Мария Сарагоса «Невидимая библиотека» (пер. Анны Уржумцевой)
Подписные издания
Наталия Гинзбург «Все наши вчера» (пер. Анны Ямпольской)
+ Яндекс Книги: Кэтрин Пиркис «Исчезнувшая без следа» (пер. Александры Глебовской)
Поляндрия Но Эйдж
Миринэ Ли «8 жизней госпожи Мук» (пер. Сергея Карпова)
Илья Мамаев-Найлз «Только дальний свет фар»
Лайвбук
Молли Эйткен «Пылать мне ярко» (пер. Дарьи Ивановской)
Долорес Рейес «Землеедка» (пер. Дарьи Ивановской)
РАЗНОЕ
Екатерина Стрингель «Хронограф» (Рипол Молодость)
Юлия Шляпникова «Тени Казани» (Полынь
Уилла Кэсер «Дом профессора» (пер. Татьяны Боровиковой, Дом Историй)
Ларс Мулин «Невероятные похождения Лассе-Майи, рассказанные им самим» (пер. Ольги Вронской, Black Sheep Books)
ДЕТСКОЕ И ПОДРОСТКОВОЕ
Ольга Лишина «Яблочный остров» (Абрикобукс)
«Кто у нас такой хороший. Сборник рассказов о животных» (Самокат)
Станислав Востоков «Коза и великаны» (Розовый жираф)
Николай Назаркин «Братство рыбьего хвоста» (КомпасГид)
Юхан Рюндберг «Ночной ворон» и «Королева воров» (пер. Марии Людковской, Белая ворона)
Ольга Серова «Называется "счастье"» (Лайвбук)
Аудиоиздательство «Вимбо»
+ Рипол: Анна Старобинец «Хроники пепельной весны»
+ Фантом-пресс: С.К. Тремейн «Призраки воды» (пер. Елены Тепляшиной)
Ad Marginem
Тезер Озлю «Путешествие на край жизни» (пер. Аполлинарии Аврутиной)
Эрнст Юнгер «Штурм»
Акутагава Рюноскэ, Танидзаки Дзюнъитиро «Литературное, слишком литературное»
Комплект книг о русском авангарде
НЛО
Леонид Цыпкин «Лето в Бадене» и др. сочинения
Егор Зернов «Овидий-роман»
Евгений Стрелков «Формула Волги»
Андрей Зорин «Кормя двуглавого орла»
АНФ
Лев Данилкин «Гагарин»
Генри Лиен «Весна, лето, астероид, птица: Искусство восточного сторителлинга» (пер. Натальи Колпаковой)
Издательская программа музея «Garage»
Михаил Алленов «Длинные-длинные семь разговоров сентиментального путешественника окрест “Длинной-длинной руки” Виктора Пивоварова. С комментариями Павла Пепперштейна»
Дмитрий Козлов «"Новый" Эль Лисицкого и русский авангард»
МИФ
Екатерина Звонцова «Тексты без страха и упрека»
ОГИ
Наталья Азарова «Большой перевод»
Лингвистика
Александр Мещеряков «Бывалые люди в небывалой стране»
Альпина.Проза
Олег Курылев «Спасатели, или Убить фюрера»
Шамиль Идиатуллин «Все как у людей»
РЕШ
Сергей Шаргунов «Попович»
Ольга Кромер «Кто наблюдает ветер»
Издательство Ивана Лимбаха
Наталья Громова «Евгений Шварц: Судьба Сказочника в эпоху Дракона»
Эв Герра «Репатриация» (пер. Валерии Фридман)
Азбука
Наталья Веселова «Только нет зеленых чернил»
Майко Сэо «Эстафета передается» (пер. Наталии Бонадык, Анастасии Кирилюк)
Азбука.Голоса
Ольга Птицева «Радиус хрупкости»
Марина Чуфистова «Отец Сережа»
Corpus
Паринуш Сание «Книга судьбы» (пер. Любови Сумм)
Сергей Гандлевский «Дорога № 1 и другие истории»
Астрель-Спб
Корнелл Вулрич «Невеста была в черном. Чёрный занавес» (пер. Наталии Осояну и Кирилла Батыгина)
Мария Вой «Тэнгу»
Inspiria
Хван Согён «Три поколения железнодорожников» (пер. Марии Солдатовой и Ро Чжи Юн)
Борис Пейгин «Следующий»
Фантом-Пресс
Кэтрин Чиджи «Книга вины» (пер. Анны Гайденко)
Мария Сарагоса «Невидимая библиотека» (пер. Анны Уржумцевой)
Подписные издания
Наталия Гинзбург «Все наши вчера» (пер. Анны Ямпольской)
+ Яндекс Книги: Кэтрин Пиркис «Исчезнувшая без следа» (пер. Александры Глебовской)
Поляндрия Но Эйдж
Миринэ Ли «8 жизней госпожи Мук» (пер. Сергея Карпова)
Илья Мамаев-Найлз «Только дальний свет фар»
Лайвбук
Молли Эйткен «Пылать мне ярко» (пер. Дарьи Ивановской)
Долорес Рейес «Землеедка» (пер. Дарьи Ивановской)
РАЗНОЕ
Екатерина Стрингель «Хронограф» (Рипол Молодость)
Юлия Шляпникова «Тени Казани» (Полынь
Уилла Кэсер «Дом профессора» (пер. Татьяны Боровиковой, Дом Историй)
Ларс Мулин «Невероятные похождения Лассе-Майи, рассказанные им самим» (пер. Ольги Вронской, Black Sheep Books)
ДЕТСКОЕ И ПОДРОСТКОВОЕ
Ольга Лишина «Яблочный остров» (Абрикобукс)
«Кто у нас такой хороший. Сборник рассказов о животных» (Самокат)
Станислав Востоков «Коза и великаны» (Розовый жираф)
Николай Назаркин «Братство рыбьего хвоста» (КомпасГид)
Юхан Рюндберг «Ночной ворон» и «Королева воров» (пер. Марии Людковской, Белая ворона)
Ольга Серова «Называется "счастье"» (Лайвбук)
Аудиоиздательство «Вимбо»
+ Рипол: Анна Старобинец «Хроники пепельной весны»
+ Фантом-пресс: С.К. Тремейн «Призраки воды» (пер. Елены Тепляшиной)
Ad Marginem
Тезер Озлю «Путешествие на край жизни» (пер. Аполлинарии Аврутиной)
Эрнст Юнгер «Штурм»
Акутагава Рюноскэ, Танидзаки Дзюнъитиро «Литературное, слишком литературное»
Комплект книг о русском авангарде
НЛО
Леонид Цыпкин «Лето в Бадене» и др. сочинения
Егор Зернов «Овидий-роман»
Евгений Стрелков «Формула Волги»
Андрей Зорин «Кормя двуглавого орла»
АНФ
Лев Данилкин «Гагарин»
Генри Лиен «Весна, лето, астероид, птица: Искусство восточного сторителлинга» (пер. Натальи Колпаковой)
Издательская программа музея «Garage»
Михаил Алленов «Длинные-длинные семь разговоров сентиментального путешественника окрест “Длинной-длинной руки” Виктора Пивоварова. С комментариями Павла Пепперштейна»
Дмитрий Козлов «"Новый" Эль Лисицкого и русский авангард»
МИФ
Екатерина Звонцова «Тексты без страха и упрека»
ОГИ
Наталья Азарова «Большой перевод»
Лингвистика
Александр Мещеряков «Бывалые люди в небывалой стране»
🔥57❤48👏11👍8
Пока «Царствие мне небесное» Веры Богдановой справедливо рвет танцпол в пакете с пакетами к нонфику, напомню о фестивале «Параллельно» и про традиционный список к нему.
Individuum в очередной раз фронтмен фестиваля, поэтому вот:
Егор Сенников «Расходящиеся тропы. Очерки России ХХ века о тех, кто уехал, и тех, кто остался»
Айзек Азимов «Я, Азимов. Мемуары» (пер. Сергея Карпова!)
Даниэль Шрайбер «Чувство дома. Как мы ищем свое место» (пер. Сергея Ташкенова)
а к «Моя мама — уборщица» Чжан Сяомань (в пер. Кирилла Батыгина) писала блерб, книга и правда занятная.
Жорж Перек «Что это за маленький мопед с хромированным рулем в глубине двора» (Jaromir Hladik press)
Жорж Перек «Жизнь способ употребления» (Издательство Ивана Лимбаха)
Яков Друскин «Трактаты и наброски» (Ad Marginem)
Дмитрий Рогозин, Анна Ипатова «(Не)случайный разговор о смерти. Как говорить на сложные темы с незнакомыми людьми» (Сommon Place)
Женщина-автор. Писательские стратегии и практики в эпоху модерна (НЛО)
Виталий Бабенко «Нисенитница, или 500 лет русского абсурда» (V-A-C press)
Йоханнес Тинеманн «Росситен. Три десятилетия на Куршской косе» (пер. Ирина Алексеева, Иван Вагнер, Полина Владимирова, Елизавета Мусанова, Софья Негробова, Полина Никулина, Александр Филиппов-Чехов, Libra)
БОНУС: что посмотреть на сайтах издательств, или в независимом книжном у вас в городе, или в электронной библиотеке. Еще один случайный список (потому что могу)
Евгения Овчинникова «Сквозь огонь» (Альпина.Проза)
Дарья Промч «Мга» (РЕШ)
Юн Фоссе «Кант» (пер. Елены Рачинской, Городец)
Роман Шмараков «К отцу своему, к жнецам» (Азбука Голоса)
Лоран Бине «Игра перспектив/ы» (пер. Анастасии Захаревич, Издательство Ивана Лимбаха)
Шимун Врочек «Последний пионер» (Астрель-Спб)
Йоко Мурэ «Дни хлеба, супа и котов» (пер. Натальи Румак, Inspiria)
Бён Чхоль-Хан «Общество усталости. Негативный опыт в эпоху чрезмерного позитива» (Лед)
Гаянэ Степанян «Вы и убили-с. Философия криминального сюжета в русской классической литературе» (Бослен)
Individuum в очередной раз фронтмен фестиваля, поэтому вот:
Егор Сенников «Расходящиеся тропы. Очерки России ХХ века о тех, кто уехал, и тех, кто остался»
Айзек Азимов «Я, Азимов. Мемуары» (пер. Сергея Карпова!)
Даниэль Шрайбер «Чувство дома. Как мы ищем свое место» (пер. Сергея Ташкенова)
а к «Моя мама — уборщица» Чжан Сяомань (в пер. Кирилла Батыгина) писала блерб, книга и правда занятная.
Жорж Перек «Что это за маленький мопед с хромированным рулем в глубине двора» (Jaromir Hladik press)
Жорж Перек «Жизнь способ употребления» (Издательство Ивана Лимбаха)
Яков Друскин «Трактаты и наброски» (Ad Marginem)
Дмитрий Рогозин, Анна Ипатова «(Не)случайный разговор о смерти. Как говорить на сложные темы с незнакомыми людьми» (Сommon Place)
Женщина-автор. Писательские стратегии и практики в эпоху модерна (НЛО)
Виталий Бабенко «Нисенитница, или 500 лет русского абсурда» (V-A-C press)
Йоханнес Тинеманн «Росситен. Три десятилетия на Куршской косе» (пер. Ирина Алексеева, Иван Вагнер, Полина Владимирова, Елизавета Мусанова, Софья Негробова, Полина Никулина, Александр Филиппов-Чехов, Libra)
БОНУС: что посмотреть на сайтах издательств, или в независимом книжном у вас в городе, или в электронной библиотеке. Еще один случайный список (потому что могу)
Евгения Овчинникова «Сквозь огонь» (Альпина.Проза)
Дарья Промч «Мга» (РЕШ)
Юн Фоссе «Кант» (пер. Елены Рачинской, Городец)
Роман Шмараков «К отцу своему, к жнецам» (Азбука Голоса)
Лоран Бине «Игра перспектив/ы» (пер. Анастасии Захаревич, Издательство Ивана Лимбаха)
Шимун Врочек «Последний пионер» (Астрель-Спб)
Йоко Мурэ «Дни хлеба, супа и котов» (пер. Натальи Румак, Inspiria)
Бён Чхоль-Хан «Общество усталости. Негативный опыт в эпоху чрезмерного позитива» (Лед)
Гаянэ Степанян «Вы и убили-с. Философия криминального сюжета в русской классической литературе» (Бослен)
❤47👍21🔥10
Рассказ по вторникам
Я уже почти забыла об этом летнем разговоре, но недавно подкаст Музея транспорта Москвы запустил литературный сезон, посвященный сборнику рассказов «16 поездок» (РЕШ, 2025), и Катя Кочетова напомнила мне об эпизоде, в котором я неожиданно много говорю о себе, а не о фриках фиолетовой ветки. Что изменилось с тех пор? Старых поездов на зеленой линии все меньше, теперь говорят «уступайте места тем, кому сложнее стоять», я написала несколько рассказов для еще одной издательской антологии и онлайн-библиотек, а роман почти не подрос, люди все еще занятные, хотя любить их все сложней.
Я уже почти забыла об этом летнем разговоре, но недавно подкаст Музея транспорта Москвы запустил литературный сезон, посвященный сборнику рассказов «16 поездок» (РЕШ, 2025), и Катя Кочетова напомнила мне об эпизоде, в котором я неожиданно много говорю о себе, а не о фриках фиолетовой ветки. Что изменилось с тех пор? Старых поездов на зеленой линии все меньше, теперь говорят «уступайте места тем, кому сложнее стоять», я написала несколько рассказов для еще одной издательской антологии и онлайн-библиотек, а роман почти не подрос, люди все еще занятные, хотя любить их все сложней.
Yandex Music
Литературный сезон подкаста Музея Транспорта Мос...
❤61
Вера Богданова «Царствие мне небесное» (Альпина.Проза, 2026)
Мы вроде бы уже научились говорить о болезни, но стигма как будто отошла до конца — не получается рвануть сразу, не отодрав вместе с нежной розовой кожицей, не причинив еще больше боли. Но это не значит, что надо оставить попытки. Вполне можно обойтись без манипулятивных инструментов, героизации и прочей эстетизации страдания — его хватает в наружней жизни, чтобы переносить во внутреннюю. Во всяком случае, так сделала Вера Богданова. Она не ковыряет пинцетом в социальных и поколенческих ранах, но и не дует на них; не прикладывает подорожник читательского внимания к собственной жизни — автофикциональность все же предполагает некоторое отчуждение от персоналии. Но и не прикрывает обрушившуюся на тридцатилетнюю героиню сложносоставленную беду пальмовой веточкой. Ее метод — скрупулезное наблюдение за тем, как память тела и память, простите, души вплетаются в ландшафт, буквально придающий силы, как Гея — Антею. Беда отрывает тебя от земной поверхности, но в твоей воле вернуть себя себе, как ни банально звучит. Для Богдановой такое место — дача, временный домик, построенный в середине прошлого столетия и предсказуемо продолжающий оставаться опорой.
Формально это автофикшн об отношениях с онкологией, да и медициной вообще, которая, как многие знают из опыта разной степени печальности, бывает карательной. Но это так же написанная без натужного ерничанья, окказионализмов и манерных метафор медитация о природе и дачном бытовании, семейных передрягах и проживании взросления, когда ты уже как бы взрослый. Как будто многовато всего на небольшой объем, всегда есть риск, что повествование рассыплется на разрозненные микросюжеты, но Богданова, написавшая десятка полтора больших вещей, баланс держит профессионально, монтажные склейки работают как им должно. Есть и динамика, и ретардация в пандан прерывистому дыханию героини, в чьем легком растет опухоль. Кажется, все детали пресловутого уюта были отданы детству героини «Сезона отравленных плодов», в «Царствии…» скорее полудокументальная хроника, подкрепленная фотографиями из личного архива. Семья здесь по-прежнему странное нечто, которое вечно стоит за спиной. Но с ней можно расстаться — вопрос в цене, с которой все сложно, когда речь не о деньгах.
Вообще этот текст не о борьбе. Как человек с невидимой инвалидностью я опасалась открывать этот текст, потому что точно знаю, как давят чужие истории успешного выкарабкивания, преодоления несмотря на и исповеди в стиле TED: вот здесь я на дне, а вот тут самый красивый и самый молодой в истории президент вселенной. В черные минуты после такого ты думаешь, что недостаточно стараешься, недостоин другого качества жизни. Вера как раз пишет о героине, которая не знает, в какую сторону стараться, потому что проблемы не подбегают по одной, как обступившие протагониста злые дядьки в киношной драке, они наваливаются сразу, не давая передышки. И приходится жить в алгоритме, превращаясь в автомат витальных функций. И то не всех. И яблоневый сад не исцеляет, это же не фэнтези. И люди не полярно злые-добрые, они очень люди, как и сама героиня, идущая примитивной связкой: маленькая победа-материальная награда, материализация волевого усилия, которое человеку, по счастью, лишенному похожего опыта, покажется консьюмеризмом.
А дача — такой портал в лиминальность, пауза в успокаивающую рутину: сезоны сменяют друг друга, почки станут листьями, которые потом будут лежать ржавыми волглыми кучками на неопрятных октябрьских дорожках, пока их не запорошит первым снегом. Ни трубок, ни биопсии, ни похоронных дел, ни разводных хлопот. Сядь, подыши.
Мы вроде бы уже научились говорить о болезни, но стигма как будто отошла до конца — не получается рвануть сразу, не отодрав вместе с нежной розовой кожицей, не причинив еще больше боли. Но это не значит, что надо оставить попытки. Вполне можно обойтись без манипулятивных инструментов, героизации и прочей эстетизации страдания — его хватает в наружней жизни, чтобы переносить во внутреннюю. Во всяком случае, так сделала Вера Богданова. Она не ковыряет пинцетом в социальных и поколенческих ранах, но и не дует на них; не прикладывает подорожник читательского внимания к собственной жизни — автофикциональность все же предполагает некоторое отчуждение от персоналии. Но и не прикрывает обрушившуюся на тридцатилетнюю героиню сложносоставленную беду пальмовой веточкой. Ее метод — скрупулезное наблюдение за тем, как память тела и память, простите, души вплетаются в ландшафт, буквально придающий силы, как Гея — Антею. Беда отрывает тебя от земной поверхности, но в твоей воле вернуть себя себе, как ни банально звучит. Для Богдановой такое место — дача, временный домик, построенный в середине прошлого столетия и предсказуемо продолжающий оставаться опорой.
Формально это автофикшн об отношениях с онкологией, да и медициной вообще, которая, как многие знают из опыта разной степени печальности, бывает карательной. Но это так же написанная без натужного ерничанья, окказионализмов и манерных метафор медитация о природе и дачном бытовании, семейных передрягах и проживании взросления, когда ты уже как бы взрослый. Как будто многовато всего на небольшой объем, всегда есть риск, что повествование рассыплется на разрозненные микросюжеты, но Богданова, написавшая десятка полтора больших вещей, баланс держит профессионально, монтажные склейки работают как им должно. Есть и динамика, и ретардация в пандан прерывистому дыханию героини, в чьем легком растет опухоль. Кажется, все детали пресловутого уюта были отданы детству героини «Сезона отравленных плодов», в «Царствии…» скорее полудокументальная хроника, подкрепленная фотографиями из личного архива. Семья здесь по-прежнему странное нечто, которое вечно стоит за спиной. Но с ней можно расстаться — вопрос в цене, с которой все сложно, когда речь не о деньгах.
Вообще этот текст не о борьбе. Как человек с невидимой инвалидностью я опасалась открывать этот текст, потому что точно знаю, как давят чужие истории успешного выкарабкивания, преодоления несмотря на и исповеди в стиле TED: вот здесь я на дне, а вот тут самый красивый и самый молодой в истории президент вселенной. В черные минуты после такого ты думаешь, что недостаточно стараешься, недостоин другого качества жизни. Вера как раз пишет о героине, которая не знает, в какую сторону стараться, потому что проблемы не подбегают по одной, как обступившие протагониста злые дядьки в киношной драке, они наваливаются сразу, не давая передышки. И приходится жить в алгоритме, превращаясь в автомат витальных функций. И то не всех. И яблоневый сад не исцеляет, это же не фэнтези. И люди не полярно злые-добрые, они очень люди, как и сама героиня, идущая примитивной связкой: маленькая победа-материальная награда, материализация волевого усилия, которое человеку, по счастью, лишенному похожего опыта, покажется консьюмеризмом.
А дача — такой портал в лиминальность, пауза в успокаивающую рутину: сезоны сменяют друг друга, почки станут листьями, которые потом будут лежать ржавыми волглыми кучками на неопрятных октябрьских дорожках, пока их не запорошит первым снегом. Ни трубок, ни биопсии, ни похоронных дел, ни разводных хлопот. Сядь, подыши.
❤90👍28🕊23
Рассказ по вторникам (опять)
Тем временем коллеги из библиотеки ПРОЧИТАНО объявили очередной опен-колл. Там все довольно просто: форма на сайте, объем до 7000 знаков, дедлайн — до 6 мая. Остальные подробности у ребят в посте. Ну и приходите, кто может, 29 апреля в ЗИЛ, послушать, как я читаю рассказ, который еще не дописала.
Тем временем коллеги из библиотеки ПРОЧИТАНО объявили очередной опен-колл. Там все довольно просто: форма на сайте, объем до 7000 знаков, дедлайн — до 6 мая. Остальные подробности у ребят в посте. Ну и приходите, кто может, 29 апреля в ЗИЛ, послушать, как я читаю рассказ
Telegram
Прочитано | Авторы
Ну что, погнали? Погнали!
Мы открыли форму на сайте и с 6 апреля по 6 мая принимаем рассказы в онлайн-библиотеку «Прочитано»💃💃💃
Освежим главное:
✅Куда слать?
В форму на сайте — https://prochitano.ru/avtoram
✅ Что загружать?
Прозу до 7000 знаков с пробелами…
Мы открыли форму на сайте и с 6 апреля по 6 мая принимаем рассказы в онлайн-библиотеку «Прочитано»💃💃💃
Освежим главное:
✅Куда слать?
В форму на сайте — https://prochitano.ru/avtoram
✅ Что загружать?
Прозу до 7000 знаков с пробелами…
❤36🔥14👍4
И вот совсем в последний вагон перед нонфиком еще немного новинок. Версия медиа Кинопоиска.
Кинопоиск
«Репродуктор(ы)», «Битва за пряности» и еще 8 новинок ярмарки «non/fiction-2026» — Статьи на Кинопоиске
Новинки весенней ярмарки «non/fiction-2026»: «Битва за пряности» Роджера Кроули, «Книга извечных ценностей» Анчал Малхотры, «Анабарская сказка» Виктора Ремизова, «Репродуктор(ы)» Дмитрия Захарова, «Несделанные вещи» Сергея Эйзенштейна, «Литературное, слишком…
❤43🔥3
Обычно о подкастах я по средам рассказываю, а по четвергам о детских и подростковых книгах, но начался сезон, поэтому до кучи еще и избранные новости культуры.
Итак, алмазы души моей Леночка и Дина (почему-то не нашла ни одного фото, где мы втроем одновременно) записали очередной эпизод подкаста «Литература для продолжающих», в котором сделали несколько важных заявлений о садово-огородной культуре и не менее значимых объявлений для местного блогерского сообщества. А именно: идет прием заявок в Школу книжного блогера (второй сезон), которая, надеюсь, традиционно уже пройдет в дни Красной строки в Екатеринбурге. Подробности по ссылкам.
А еще! Петербург, у вас через две недели «Фонарь» — в этот раз на острове Новая Голландия и в пользу «Хосписа на дому». Точки сбора и подробности у коллег.
А еще! Сегодня запускается не только non/fiction Весна, но и онлайн-медиа Смысловой 226, и спойлер пока себе позволить не могу, но приглядитесь к.
Итак, алмазы души моей Леночка и Дина (почему-то не нашла ни одного фото, где мы втроем одновременно) записали очередной эпизод подкаста «Литература для продолжающих», в котором сделали несколько важных заявлений о садово-огородной культуре и не менее значимых объявлений для местного блогерского сообщества. А именно: идет прием заявок в Школу книжного блогера (второй сезон), которая, надеюсь, традиционно уже пройдет в дни Красной строки в Екатеринбурге. Подробности по ссылкам.
А еще! Петербург, у вас через две недели «Фонарь» — в этот раз на острове Новая Голландия и в пользу «Хосписа на дому». Точки сбора и подробности у коллег.
А еще! Сегодня запускается не только non/fiction Весна, но и онлайн-медиа Смысловой 226, и спойлер пока себе позволить не могу, но приглядитесь к.
❤50👍11🔥4
Однажды Настя Завозова предложила мне сочинять колонку о странных книгах, что бы я под этим ни понимала. А я взяла и согласилась. Пока в Подмосковье валит апрельский снег, вышел первый выпуск. Brace yourselves, в моей копилочке еще несколько историй, некоторые из них не об электричках.
Никогда не перечитываю эти главы вслух — боюсь ненароком вызвать качивикэснакбуйдовирского демона. Правда, я пытаться произнести это буду столько же, сколько «Иволга», вынырнув из серебристых лесополос, тащится по сероватой промзоне, — оставшиеся станции.
❤91🔥47👏15👍1😁1
Я не принадлежу к христианской культуре, но «Jesus Christ — Superstar» это почти религиозное переживание еще с детства. Для меня лучший Иисус — Гиллан, лучший Иуда — Прадон. Лет 30 я обязательно смотрю и слушаю JCS весной, чаще всего в Страстную неделю. И с каждым годом как будто каждая фраза и реплика все точнее и болезненнее. Не ведают, что творят.
В этом апреле по приглашению коллег провела лекцию в Смоленске, на фестивале Ad Marginem. Поскольку жизнь любит странные конвергенции, по дороге туда и обратно читала в поезде «Поповича» Сергея Шаргунова (РЕШ, 2026). Начало действия в романе совпало с моим приездом — канун Вербного Воскресенья. И в соответствующем антураже книга произвела на меня чуть большее впечатление, чем могла бы в иное время и другом месте.
Но это правда классный текст, в котором немало этических дилемм разного толка, и они чуть заслоняют вопросы веры, религии, институций и амбиций. 17-летний Лука раздражает ровно настолько, насколько должен раздражать парень из пузыря, воспитанный в схоластической строгости, но, по сути, оставшийся табула раса для светского мира, в который он выбрался, перепрыгнув невоображаемый порог отчего дома, чтобы снова попасть в близкое по культурному коду герметичное общество и вернуться в точку с открытым финалом, без особого катарсиса, но все же скорее кораблем Тесея, а не блудным сыном, переклички с которым лежат на поверхности. Да, это, безусловно, роман воспитания, классический путь юного героя, оглушенного гормонами и фрактально множащимися вопросами к негостеприимному миру взрослых, которые и с собой-то не очень разобрались. Трогательно и одновременно беспощадно родительский, честный текст о дорогах, которые выбирают нас и за нас.
Who are you? What have you sacrificed?
В этом апреле по приглашению коллег провела лекцию в Смоленске, на фестивале Ad Marginem. Поскольку жизнь любит странные конвергенции, по дороге туда и обратно читала в поезде «Поповича» Сергея Шаргунова (РЕШ, 2026). Начало действия в романе совпало с моим приездом — канун Вербного Воскресенья. И в соответствующем антураже книга произвела на меня чуть большее впечатление, чем могла бы в иное время и другом месте.
Но это правда классный текст, в котором немало этических дилемм разного толка, и они чуть заслоняют вопросы веры, религии, институций и амбиций. 17-летний Лука раздражает ровно настолько, насколько должен раздражать парень из пузыря, воспитанный в схоластической строгости, но, по сути, оставшийся табула раса для светского мира, в который он выбрался, перепрыгнув невоображаемый порог отчего дома, чтобы снова попасть в близкое по культурному коду герметичное общество и вернуться в точку с открытым финалом, без особого катарсиса, но все же скорее кораблем Тесея, а не блудным сыном, переклички с которым лежат на поверхности. Да, это, безусловно, роман воспитания, классический путь юного героя, оглушенного гормонами и фрактально множащимися вопросами к негостеприимному миру взрослых, которые и с собой-то не очень разобрались. Трогательно и одновременно беспощадно родительский, честный текст о дорогах, которые выбирают нас и за нас.
Who are you? What have you sacrificed?
❤84🕊27👍11
Дорогие, почти одновременно в Москве закрывается «Ходасевич», а в Петербурге — «Раскольниковъ». В первом случае ребята ищут новое помещение для книжного. Во втором все немного печальнее: магазин закрывается навсегда и его хозяйке Елене Бойцовой очень нужна работа (и как можно скорее). У Лены более 20 лет опыта в книготорговле (от кассира до управляющего), кроме этого, 10 лет кряду она организовывала Петербургскую фантассамблею (это Лена помогла организовать приезд Джорджа Мартина в Россию). Журналист, продюсер, ведущий мероприятий, координатор, человек, владеющий базовыми бухгалтерскими знаниями и навыками товароведа — вот это все и немного больше, если надо, сама расскажет. Напишите ей, вдруг вам нужна Лена и ее обширные компетенции.
❤79😢54🕊21😁1
Избранные новости культуры (традиционно, пост может обновляться)
15-21 апреля — книжная ярмарка «Платформа» в Самаре
18 апреля — Библионочь и фестиваль «Чего же боле» в Некрасовке и, в частности, лекторий проекта «Слово Толстого»
18–19 апреля, Санкт-Петербург — фестиваль «Культура 404» в магазине «Порядок слов» (наб. Реки Фонтанки, 15)
19 апреля, 16:00 — Николай Назаркин и его книга «Мы живем в эпоху великих географических открытий» (Пешком в историю) в гостях у Пархоменко
19 апреля 15:00–18:00 — лекторий о практике и технике художественного перевода в Зарядье (программа обширная)
21 апреля, 19:00 — дискуссия «Онкология между прозой и жизнью» в ЗИЛе с участием Веры Богдановой, Наталии Азаровой, Татьяны Соловьевой и фонда «Онкологика»
25 апреля, Новая Голландия, Санкт-Петербург — Благотворительный Фонарь (сбор книг еще идет)
25 апреля, 12:00–18:00, Москва, Тверская, 15 — благотворительный фестиваль «Город женщин» под эгидой издательства «Бель Летр» (паблик-токи, мастер-классы и книжный маркет. обещают красивое!)
26 апреля, 15:00–21:00 — читательская ОНЛАЙН-конференция CWS о жанровой литературе (все еще готовлю доклад, но уже есть полная программа)
26 апреля, 19:30 — Сергей Карпов и сама-себе-завидую я снова в гостях у Пархоменко (анонс воспоследует)
29 апреля, 19:00 — авторская читка рассказов из библиотеки ПРОЧИТАНО (Рассказ дописала).
поскольку Таня Пересторонина, в отличие от меня, подвижница, в ее афише книжных онлайн и офлайн-мероприятий ежедневные обновления.
15-21 апреля — книжная ярмарка «Платформа» в Самаре
18 апреля — Библионочь и фестиваль «Чего же боле» в Некрасовке и, в частности, лекторий проекта «Слово Толстого»
18–19 апреля, Санкт-Петербург — фестиваль «Культура 404» в магазине «Порядок слов» (наб. Реки Фонтанки, 15)
19 апреля, 16:00 — Николай Назаркин и его книга «Мы живем в эпоху великих географических открытий» (Пешком в историю) в гостях у Пархоменко
19 апреля 15:00–18:00 — лекторий о практике и технике художественного перевода в Зарядье (программа обширная)
21 апреля, 19:00 — дискуссия «Онкология между прозой и жизнью» в ЗИЛе с участием Веры Богдановой, Наталии Азаровой, Татьяны Соловьевой и фонда «Онкологика»
25 апреля, Новая Голландия, Санкт-Петербург — Благотворительный Фонарь (сбор книг еще идет)
25 апреля, 12:00–18:00, Москва, Тверская, 15 — благотворительный фестиваль «Город женщин» под эгидой издательства «Бель Летр» (паблик-токи, мастер-классы и книжный маркет. обещают красивое!)
26 апреля, 15:00–21:00 — читательская ОНЛАЙН-конференция CWS о жанровой литературе (все еще готовлю доклад, но уже есть полная программа)
26 апреля, 19:30 — Сергей Карпов и сама-себе-завидую я снова в гостях у Пархоменко (анонс воспоследует)
29 апреля, 19:00 — авторская читка рассказов из библиотеки ПРОЧИТАНО (Рассказ дописала).
поскольку Таня Пересторонина, в отличие от меня, подвижница, в ее афише книжных онлайн и офлайн-мероприятий ежедневные обновления.
❤63
И вторая часть избранных новостей культуры (раз сегодня детский день в/на канале, а я пока не успеваю писать что-то осмысленное)
Открылось новое издательство детских научно-популярных книг — «Книгусь»: несколько направлений для читателей от 6 до 14 лет. Команда маленькая, но книжным людям знакомая, мне лично симпатичная: главред — Оля Дворнякова («Настя и Никита» и «Абраказябра»), бренд-менеджер — Луиза Казарян, руководитель проектов — Виктор Лукьянов.
Вижу в портфеле кое-что интересное, думаю, впереди много не менее занятного.
19 апреля — вчера фестиваль короткой прозы КоРа объявил списки по всем номинациям, в воскресенье можно будет послушать рассказы онлайн и узнать победителей. Подробности у коллег.
Евгения Шафферт одна из очень немногих нас (чуть не сказала «старой гвардии», опомнилась), кто не прекращает писать о детской и подростковой литературе, из которой я последние лет 25 громко ухожу раз в пятилетку навсегда, регулярно собирает дайджесты, мужественно ведя канал в Дзене и здесь.
Кого еще читаю я, вдруг вы их не знали (вряд ли): Татьяна и немаршак, Ксюша и «Агата читает книжку», Леночка тоже пишет с завидным постоянством о детском и подростковом, в тч для Forbes Young. Аня и «Улитка и кит», канал «Читать подано», канал «Полочка» (младшая сестра нижегородской Полки) и как не упомянуть читающего отрывки из детских книг Панголина. В комментах можно и нужно делиться ссылками, вдруг кому-то пригодится.
Make detlit great again
Открылось новое издательство детских научно-популярных книг — «Книгусь»: несколько направлений для читателей от 6 до 14 лет. Команда маленькая, но книжным людям знакомая, мне лично симпатичная: главред — Оля Дворнякова («Настя и Никита» и «Абраказябра»), бренд-менеджер — Луиза Казарян, руководитель проектов — Виктор Лукьянов.
Вижу в портфеле кое-что интересное, думаю, впереди много не менее занятного.
19 апреля — вчера фестиваль короткой прозы КоРа объявил списки по всем номинациям, в воскресенье можно будет послушать рассказы онлайн и узнать победителей. Подробности у коллег.
Евгения Шафферт одна из очень немногих нас (чуть не сказала «старой гвардии», опомнилась), кто не прекращает писать о детской и подростковой литературе, из которой я последние лет 25 громко ухожу раз в пятилетку навсегда, регулярно собирает дайджесты, мужественно ведя канал в Дзене и здесь.
Кого еще читаю я, вдруг вы их не знали (вряд ли): Татьяна и немаршак, Ксюша и «Агата читает книжку», Леночка тоже пишет с завидным постоянством о детском и подростковом, в тч для Forbes Young. Аня и «Улитка и кит», канал «Читать подано», канал «Полочка» (младшая сестра нижегородской Полки) и как не упомянуть читающего отрывки из детских книг Панголина. В комментах можно и нужно делиться ссылками, вдруг кому-то пригодится.
Make detlit great again
❤45🔥29😁5
Случился со мной недавно неожиданный опыт — участие в проекте «Цацки и книжки» Екатерины Манойло. Поговорили с Катериной, показала не весь свой арсенал, но дорогие сердцу штуки. Выяснила сама о себе, что про работу рассказывать намного проще, чем о кольцах-серьгах.
Люблю серебро и бижутерный металл, у меня нет привязанности к статусным штукам, нет фамильных драгоценностей, нет предубеждений против недорогих украшений, даже мебельного гарнитура нет, чтобы зашить в него, на манер мадам Петуховой, пару килограммов ушно-пальцевого металла, как называет старший мою коллекцию. Окружающие реагируют по-разному, иногда даже в метро или на ярмарках незнакомые люди спрашивают: ой, это у вас правда саморезы в ушах? вы что, булавки воткнули? Но чаще меня узнают по красным бусам, кедам и ассиметричной стрижке.
gembooks.ru
Ася Шевченко
Писательница Ася Шевченко рассказывает про свои любимые украшения
❤67🔥33👍9🕊1