Сегодня наконец-то дочитал Бодрийяра. Не особо хочу пока делать общий обзор на книгу(так как их и так очень много). Лучше покажу тут те «прикольные» вещи, которые вызвали у меня определённые эмоции при прочтении.

В первую очередь это схожесть моих собственных выводов и выводов автора из одних и тех же фактов.

Дело в том, что при прочтении этой книги, я так же делал определённое подобие конспекта для дальнейшего анализа. И иногда, кроме того, что писал автор, я(после некоторых размышлений) давал собственные комментарии, которых не было в книге. Прикол в том, что через несколько страниц я обычно с удивлением обнаруживал у Бодрийяра те же рассуждения, что и у меня. Например, вот мои рассуждения:

Если мы не берем уникальные примеры, то современные политические системы используют ту самую систему кнута и пряника. Кнутом здесь выступает силовое регулирование — жëсткая цензура, крупный полицейский аппарат контроля, однополярная пропаганда и .т .д , а пряником выступают социальные гарантии, т. е. всë то, что государство делает «ради народа и для народа»(льготы, пенсии, пособия и т. п.). В целом, нет страны где присутствовала бы лишь одна система. Это определённый график. На одном конце расположено полицейское государство, на другом социальное. Однако в современном мире, преобладают государства, которые находятся гораздо ближе к социальному, чем к полицейскому. И это зависит не столько от присутствия демократических свобод, сколько от способа контроля. Обеспечивать силовой аппарат и находиться в постоянном страхе от недовольства гораздо менее выгодно, чем тратить те же деньги на социальную поддержку, это, в первую очередь, означает не то, что современные государства лучше(хотя для индивида это определенно так), а то, что такой способ контроля безопаснее и удобнее.

А вот Бодрийяра:
Можно сегодня заметить во всех странах, что насильственные процессы общественного контроля (реп­рессивные государственные, полицейские принуждения) заменены способами «соучаствующей» интеграции - прежде всего в парламент­ской электоральной форме, затем неформальными процессами при­нуждения, о которых мы говорим. Видно, как реклама, понятая в самом широком смысле, может моделировать и тотализовать общественные процессы, как она мо­жет каждодневно и, конечно, еще более действенно заменять собой электоральную систему в деле мобилизации и психологического кон­троля. Вся новая политическая стратегия рождается на этом уровне, она сопутствует объективной эволюции «техноструктуры» и моно­полистического продуктивизма.

Это не единственный пример, но я не вижу смысла плодить множество одинаковых сравнений. Тут лучше сказать о том, почему, по моему мнению, такое происходит. Во-первых, мы как бы пришли от одних и тех же фактов к одним и тем же выводам, что говорит, как минимум о том, что у Бодрийяра выводы эти не высосаны из пальца и имеют под собой основания. Во-вторых, структура и основные тенденции общества потребления за 55 лет почти не изменились, несмотря на технический прогресс. То есть вполне спокойно можно утверждать, что прогресс технический лишь заменил один гаджет, знак и симулякр на другой со схожей функцией.
Nothing ever happens.

Ещë одна вещь, которая меня прикольнула при прочтении Бодрийяра, особенно учитывая в какой именно книге это написано.

На фотографиях выше приведены две таблицы с долевым(?) отношением «изысканного» и «обычного» питания в нескольких европейских странах. Но для современного читателя больше интересно то, какие именно продукты взяты в каждой таблице(статистика примерно 1960-х)

Пока люди обеспеченные пьют изысканный растворимый кофе с сухим молоком и заправляют майонезом(в тюбике!) консервы и замороженные продукты, запивая это всë водкой, обычные работяги вынуждены давиться зерновым кофе, есть масло(как я понимаю натуральное) и конфитюр(что-то вроде джема) с печеньем, запивая это всë вином.

Понятное дело, что я взял не все примеры, так суп в пакетиках на постоянной основе всë ещë остаётся продуктом для бедных слоёв, а коньяк,виски, шампанское и т. д. для более обеспеченных. Однако продуктов, которые бы вызывали серьёзные вопросы по поводу того, в какой категории они должны находиться довольно много.

Мода на всë натуральное тогда ещë не постигла человечество. Были же времена.

«Человек стал объектом науки о человеке только начиная с того момента, как автомобили стало труднее продавать, чем производить» — цитата этой недели(угадайте из какого произведения, учитывая два прошлых поста).

P. s. Недавно абсолютно случайно узнал, что слово «brand» на английском означает «клеймо». Ирония она такая.