Моя экскурсионная деятельность началась с Анатолия Мариенгофа, творчество которого всегда меня завораживало. Он родился 6 июля 1897 года в Нижнем Новгороде, юность его прошла в Пензе, потом он жил в Москве, а в конце 1920-х годов уехал в Ленинград.

Его московский период особенно ярко отразился в литературе: романы «Циники» и «Бритый человек» изобилуют описанием столицы времён Гражданской войны и НЭПа. Это потрясающие заметки, настолько атмосферные, что перебить их в моём представлении не удалось никому.

Первым местом жительства Мариенгофа в Москве была гостиница «Метрополь», которая тогда была Домом Советов. Мариенгоф написал стихотворение: «Толпы, толпы, как неуемные», и там есть такая строчка: «Артиллерия била по Метрополю, выкусывая клочья из Врубеля». На фото как раз «Метрополь» в этот период, посмотрите, как метко. Удивительно.

Когда я готовила экскурсию, я много читала, ездила в РГАЛИ, где за каждый взятый документ нужно было расписаться. Моя подпись каждый раз стояла после «Демидов», и я очень советую вам книгу Олега Демидова: «Анатолий Мариенгоф: первый денди страны Советов» https://books.yandex.ru/books/qh7rtwpK?utm_source=telegram&utm_campaign=users_referral&utm_medium=referral
Ну и, конечно, самого Мариенгофа: помимо романов — стихи и мемуары. Сейчас они выходят под общим названием «Бессмертная трилогия». Яркие, ироничные, лёгкие, меткие, глубокие.

Буду рада вас видеть на моей экскурсии о дружбе Есенина и Мариенгофа: https://experience.tripster.ru/experience/69410/

Знаете, кого Илья Репин называл «русским Рембрандтом»?
Свою ученицу Марианну Верёвкину.
На прошлой неделе я готовила лекцию о Василии Кандинском. Изучая его мюнхенский период — время становления, рождения беспредметности и создания группы «Синий всадник», — я неожиданно наткнулась на удивительную личность. В кругу Кандинского и его музы Габриэлы Мюнтер находились художники Верёвкина и Явленский, ученики самого Репина.
Марианна Верёвкина стала для меня настоящим открытием. Её цвет, композиция и атмосфера работ — это нечто запредельное!
Я часто рассказываю об «амазонках» русского авангарда: Гончаровой, Удальцовой, Розановой, Поповой, Экстер, Степановой, Гуро, Хлебниковой. Восхищаюсь каждой! Но Марианна — совсем иная. Она прошла уникальный путь: от реализма передвижников к символизму, а затем — к истокам немецкого экспрессионизма. Ученица Ажбе, участница «Синего всадника», душа русского дома в Мурнау — она не просто творила, она объединяла вокруг себя удивительных людей и отдавала всё своё мастерство коллегам.
Понимаю, что длинные тексты читать трудно, поэтому делюсь главными находками. У неё была непростая личная история, блестящие рассуждения о живописи (которые, кажется, опережали мысли Кандинского!) и потрясающий круг общения. Отражение этого мира можно найти в её книге «Письма к неизвестному», которая на русском языке впервые вышла только в 2011 году. Сейчас читаю её и делюсь ссылкой:
https://imwerden.de/pdf/verevkina_pisma_k_neizvestnomu_2011__ocr.pdf
На фото:
Марианна Верёвкина, 1889 год.
«Портрет Марианны Верёвкиной», Илья Репин, 1888 год.
Верёвкина, «Автопортрет в матросской блузе», 1893 год.
Верёвкина, «Портрет девушки в русском стиле», 1888 год.
Верёвкина, «Портрет танцовщика Александра Сахарова», 1909 год.
Верёвкина, «Осень», 1907 год.
Верёвкина, «Женский пансион», 1907 год.
Верёвкина, «Снег на ночь», 1918 год.
Верёвкина, «В кафе», 1909 год.
Верёвкина, «Аве Мария», 1927 год.

"Певец площадных чудес –
Здорово, гордец чумазый,
Что камнем – тяжеловес
Избрал, не прельстясь алмазом"
Цветаева о Маяковском

Может быть, в моём мире, а может, и вправду день рождения Маяковского вчера отмечался с размахом. Я прочитала лекцию о его заграничных поездках и связи с кинематографом. Видела, как много интересного было организовано Государственным музеем, «Зотов-центром», экскурсоводами, поэтами. Биография и творчество Маяковского настолько многогранны и насыщенны, что нет смысла пытаться вместить это в текст.
Хочу обратить внимание на одну интересную деталь.
В 1928 году Маяковский находился в Париже, и конечно выступал. На одном из вечеров присутствовала Марина Цветаева, находящаяся тогда в эмиграции. И она написала приветствие в газету "Евразия", вот его текст:
«Маяковскому
28-го апреля накануне моего отъезда из России, рано утром, на совершенно пустом Кузнецком я встретила Маяковского.

– Ну-с, Маяковский, что же передать от Вас Европе?

– Что правда – здесь.

7 ноября 1928 г., поздним вечером, выйдя из Cafe Voltaire, я на вопрос:

– Что же скажете о России после чтения Маяковского?

Не задумываясь ответила:

– Что сила – там».
За это Цветаеву перестали печатать "Последние новости", одно из немногих изданий вообще публиковавших её, формулировка была такой: «Если бы она приветствовала только поэта-Маяковского, но она в лице его приветствует новую Россию…».
Цветаева сообщила об этом в письме Маяковскому и попросила передать Пастернаку.
Очень эмоциональный текст Цветаева написала, сравнивая Маяковского и Пастернака https://pasternak.niv.ru/pasternak/kritika/cvetaeva-mayakovskij-i-pasternak.htm
Кстати, Илья Эренбург в своих мемуарах главы о Маяковском и Пастернаке разместил друг за другом. Их сравнение стало возможным и популярным по причине их дружбы и творческого взаимодействия, что очень интересно!
Возвращаясь к Цветаевой, я а очередной раз восхищаюсь её позицией по отношению к поэтам и писателям, искренностью и смелостью, а также стилем ее прозы. Анализ может и не серьёзен, но насколько метафоричен и по-хорошему литературен.