Редко встретишь фото где видно отсутствие пальцев у Ельцина - я вообще долго не верил, что у него их не было.

Об ошибках в трактовке

По непонятным причинам, многие люди у нас не понимают, кем на самом деле были западники и славянофилы. На самом деле, удивительно некорректные термины, которые всех только запутывают, из-за чего люди всерьез думают, что славянофилы - это было лапотники, мечтавшие вернуть Россию в допетровское состояние, а западники - что-то типа либералов из фейсбука.

Все это, конечно, не так. Прежде всего о социальном составе. Славянофилы - это очень крутые аристократы (в массе своей) - у Самарина крестным отцом был Николай I; Аксаковы были не из очень богатой, но весьма родовитой семьи; Хомяков тоже, причем он еще и в гвардии в столице служил; Леонтьевы возводили свой род еще к татарским мурзам; Данилевский и так далее... С западниками все иначе - там тоже встречаются ультра-аристократы (Тургенев, Герцен, Чаадаев и т.д.), но преимущественно это был другой социальный состав - не просто разночинцы и мещане, а с конкретными родителями - Чернышевского, Добролюбова, Писарева, Кудрявцева объединяет то, что все они дети священнослужителей, то есть представители другого образованного класса, помимо дворянства.

Кроме того, многие думают, что славянофилы говорили о том, что они враги Европы, а единственное, что им нравилось - это православие во всех возможных видах. Про Европу это чушь (в которую всерьез верили, кажется, только сценаристы фильма "Белинский" сталинских времен), а про православие - и да, и нет. О православии больше писали уже почвенники, вроде Достоевского, но даже он не главная фигура). Самарин читал Токвиля и в восхищении написал в заключении на полях: "Токвиль, Берк и Лафайет - пишут верно; западные славянофилы". И это сразу все говорит о славянофилах - дело не в любви к славянам, а в том, что они - наш российский вариант консерваторов. То есть Берк и Хомяков - это одного примерно направления люди, и именно так славянофилов и надо воспринимать.

Западники же отличаются не тем, что они предлагают импортировать идеи с Запада (так-то и консерватизм - идея импортная), а тем, что смотрят на быстрые реформы (в том числе революционным путем) как на желанные и необходимые. То есть их друзья - это французские просветители (и деятели Революции), английские чартисты, немецкие и итальянские революционеры. В этом контексте их и нужно воспринимать - а не представлять себе Шендеровича и Латынину, как делают некоторые, заслышав слово "западник".

Путин о Николае II.

Диалог так себе, конечно

Журналист: - Я недавно видел фотографию на выставке, где Николай II на крыше этого дома с женой
Путин: - И чё он там делал?
Журналист: - Смотрел на Москву
Путин: - Ну, ему делать не чего было, он по крышам шастал (за кадром кто-то заржал).
Вот, Николай II ?
Журналист: - Да.
Путин: - Ну вот видите, допутешествовался,

https://www.youtube.com/watch?v=MaZjG8vhxl0

О важных практиках

Вижу в ленте обсуждение митинга по поводу Немцова, некоторые вздыхают в том духе, что вот все пропало, просрали полимеры, а другие пишут, что календарные протесты не работают, выходить надо по поводу каких-то актуальных поводов, в этом и есть вся соль. Это все, конечно, интересно и, может быть, отчасти правда, но вообще довольно странно называть подобные события протестами - ну не против же самого факта смерти Немцова люди выходят на улицу, верно? А кричалки про Путина - это чистый ритуал, они с 2000-го года произносятся без особых изменений.

Однако сегодняшнее событие - это хороший пример околопротестных практик, нацеленных на сохранение (или развитие) коллективной идентичности). Поэтому поляки в Российской империи поляки всегда старались устраивать манифестации в районе 25 декабря - в годовщину детронизации Николая I в 1830 году (тут еще и Рождество удачно накладывается) и по другим значимым датам польской истории.

Кто-то еще обсуждал у Ортеги, что вот, дескать, как же мерзко, что на митинг загоняют с помощью эмоционального шантажа ("Ты не имеешь права не пойти на митинг в честь Немцова"). Согласен, что это мерзко, но опять же вполне укладывается в стандартную практику в Российской империи. У тех же поляков был какой-то день, в который женщины должны были выходить на улицы в черном - тех же, кто не следовал этому правилу, могли и побить, да и вообще испортить жизнь по-разному.

Бродский был скином.

О русском национализме, Туркменистане и Достоевском

Зимой 1880-1881 годов русская армия была занята покорением Туркмении - события вошли в историю под названием Ахалтекинская операция. Главная задача, стоявшая перед Михаилом Скобелевым, командовавшим русскими войсками, заключалась в покорении текинцев - крупного туркменского племени. Текинцы - отличные воины; предыдущие операции против них заканчивались неуспешно, однако покорить их было необходимо, так как была нешуточная угроза того, что то, что не удалось русским, удастся англичанам. Если бы такое произошло, то регион Каспийского моря был бы неспокоен и нестабилен; в противном же случае Россия получала бы практически полный контроль над Каспием.

Скобелев составил план атаки на текинцев, но те своевременно узнали о том, что русские идут на них войной. Скобелев планировал операцию обстоятельно и всерьез - для снабжения войск была построена Закаспийская железная дорога. Текинцы тем временем переместились в крепость Денгитель-Тепе (она же - Геок-тепе; в наши дни - туркменский город Гёкдепе), надеясь, что в ней удастся отбиться от русских атак. В крепости Денгиль-Тепе было 45 тысяч человек, из них защитников 20—25 тысяч; они имели 5 тысяч ружей, множество пистолетов, 1 орудие и 2 зембурека (вьючные пушки). Текинцы производили вылазки, преимущественно ночью и наносили немалый урон, захватив даже однажды знамя и два орудия.

Но Скобелев был готов к такому развитию событий и продолжал гнуть свою линию. Он планомерно окружал крепость, подготавливал позиции, вызвал к себе из Туркестана отряд полковника Куропаткина - словом, Скобелев делал все, чтобы в день штурма все прошло идеально. Так и вышло - 12 января 1881 года, около 11 часов утра, была подорвана мина, обрушившая Восточная стену крепости. После этого русские войска пошли в атаку. После долгого боя текинцы бросились в бегство через северные проходы, за исключением части, которая осталась в крепости и, сражаясь, погибла. Скобелев преследовал отступающего врага на протяжении 15 вёрст. Русские потери за всю осаду со штурмом составили 1104 человека, а во время штурма было потеряно 398 человек (в том числе 34 офицера). Внутри крепости были взяты: до 5 тысяч женщин и детей, 500 персов-рабов и добыча, оценённая в 6 млн рублей.

Вскоре после взятия Геок-Тепе были высланы Скобелевым отряды под начальством полковника Куропаткина; один из них занял Ашхабад, а другой прошёл более чем на 100 вёрст на север, обезоруживая население и убеждая его покориться русским.

Когда новость об этом достигла столиц, Федор Достоевский отреагировал на него такой статьей: "Геок-тепе. Что такое для нас Азия?" Эта статья очень интересна и в контексте русского национализма, и, по-большому счету, актуальна до сих пор. Главная мысль статьи заключалась в том, что русские - европейцы (так как это очевидно и всем народам, вроде текинцев, над которыми русские распространили свою власть; а также очевидно и европейским народа), но им не надо вовсе признавать над собой примат Европы, так как получается, что центр оценки правильности или неправильности русских действий находится вне России - что попросту глупо. Дальше же Достоевский говорит, что в Европе сложно сейчас достигнуть каких-то больших политических и экономических выгод, поэтому России нужно устремить свой взор в Азию и сделать это своим приоритетом на годы и десятилетия вперед. Статья стала одним из последних текстов Достоевского - 28 января 1881 года он скончался.

Однако его идея не умерла вместе с ним. Россия продолжала покорять Среднюю Азию, вызывая большое беспокойство у англичан - особенно после присоединения Мерва к России, так как это означало, что Россия вплотную подошла к Афганистану, который был зоной британских интересов и который прикрывал собою Британскую Индию. В начале 1890-х Россия и Англия стремились опередить друг друга в установлении контроля над Памиром. Тогда же началось строительство Транссибирской магистрали - было понятно, что именно это направление будет определяющим - понятно настолько, что наследник престола был направлен в путешествие в азиатские страны. При Николае II действия на Дальнем Востоке развернулись на полную катушку - начиная с создания chartered companies, то основания Харбина и развития проектов Желтороссии. Россия шла туда всерьез и надолго - и не стоит думать, что Русско-японская война похоронила эти планы (тем более, что на суше японцам все равно не удалось добиться значительных успехов).

Столыпин, Витте, Розен, Струве - все эти люди, не любя друг друга, исповедовали похожие взгляды на Россию, воспринимая ее как параллельную США страну и планируя, что когда в Европе начнется война (а вероятность этого возрастала с конца 19-го века неуклонно), Россия останется в стороне и вступит лишь тогда, когда ей это будет выгодно и удобно. Первая Русская революция, Русско-японская война и то беспрецедентное давление, которое оказывали на Россию англичане (которые активно были заняты и в революции, и в войне с японцами, и по другим каналам) заставило отказаться от этих планов - хотя, по-большому счету, переиграть можно было и позднее. Но не вышло.

Уже в июне 1918 года представители властных структур Петрограда вынуждены были поставить вопрос о выселении из бывшей гостиницы лиц, чей статус не соответствовал правилам заселения Домов Советов. Затем чистки стали проводиться периодически. При этом каждый раз составлялся список «бесспорно оставляемых жильцов» — первых лиц города. Правда, и в данном случае нормы распределения жилой площади были в определенной степени ранжированными. Так, наиболее крупные партийные и советские работники занимали обширные апартаменты с явным превышением санитарножилищной нормы: Г.Е. Зиновьев, окончательно поселившийся в «Астории» в сентябре 1920 года, имел сразу пять комнат на втором этаже. Здесь же в двух номерах разместилась его бывшая жена З.И. Лилина с десятилетним сыном. Выше этажом в трех номерах жили дочери Л.Д. Троцкого Зинаида и Нина Бронштейн. Лицам, занимавшим более низкие ступени советской номенклатурной лестницы, полагались и более скромные жилищные условия. Так, помощник Зиновьева по Петросовету А. Васильев имел всего три комнаты, а секретарь Петросовета Н.П. Комаров — одну.

Первые советские коммуны, организованные по инициативе власти, имели четкую иерархическую структуру, на верхней ступени которой находились Дома Советов. Советским и партийным активистам, не обладавшим длительным партстажем и не занимавшим большие должности, а также некоторым представителям интеллигенции удавалось расположиться в более скромных коллективных жилищах, получивших название «отели Советов». Это были общежития комнатной системы с общими кухнями. В Петрограде отели Советов размещались в многочисленных бывших второсортных гостиницах, в так называемых «номерах».

Русские, жёстче взгляд!

Керенский на фоне России

"Бумага" опубликовала фотографии видов Петербурга со строящегося Лахта-центра; с центром все понятно, но какие же бесконечно тоскливые все эти "новые районы" с бесконечными уродскими домами - что в Петербурге, что в Париже, что в Будапеште.

Когда-нибудь вся эта мерзость будет снесена, а для людей будут строить нормальные небольшие дома, а не эти монструозные муравейники.

Весь репортаж - по ссылке; фотограф - Антон Ваганов

http://paperpaper.ru/fullscreen/lakhta-view/

Гениально

Сослепу не увидел двоеточие, вот же, думаю, правильная фамилия. И логично бы, кстати, было, если переставить две точки правее.

Новые увлекательные истории о русском империализме скоро прибудут, а пока посмотрите гениальный коуб Дмитрия Буныгина.

https://coub.com/view/s73ti

О русском антисемитизме и о том, что Россия не так плоха, как многие привыкли думать

Существует подробный и глубоко развитый исторический и общественный нарратив о том, как плохая и злая Российская империя делала жизнь евреев невыносимой, заставляла страдать и вообще мучила еврейское население. Западные карикатуристы любили указывать на недостатки российской политики в этом отношении, а слово pogrom вошло в большинство мировых языков.

И это, конечно, так. Евреям в России чаще всего жилось несладко, к ним не относились как к равным, в погромах убивали невинных людей - все это было. Но как и в любом историческом явлении здесь есть свои "но".

Все мы, конечно, слышали о процессе Бейлиса - Менахем Бейлис был обвинён в ритуальном убийстве христианского мальчика, началось расследование, споры о деле раскололи общество. Каким был результат процесса? Бейлиса был оправдан. И так же в России оканчивались все другие процессы связанные с кровавым наветом (за исключением одного). Николай I, правда, говорил, что черт его знает, что там могут сделать фанатики - все фанатики ненормальны, посмотрите на тех же скопцов.

А теперь посмотрим на Австро-Венгрию, которая в массовом сознании представляется местом, где евреи пользовались гораздо большей свободой, чем в России. В 1899 году в Богемии началось так называемое дело Хилснера. Была убита Анежка Грузова - молодая чешка и католичка(труп нашли в лесу с перерезанным горлом в луже крови). В убийстве был обвинён еврей Леопольд Хилснер. Потом к этому обвинению добавилось ещё одно - другой молодой чешки.

Защитником Хилснера стал известный адвокат Томаш Масарик, будущий чехословацкий президент и вообще хороший человек. В обществе поднялся большой шум, все обсуждали это дело - было очевидно, что Хилснер был слишком физически слаб, чтобы совершить убийство, но оппоненты подозревали, что он скрывает сообщников.

Каким был итог дела? Хилснера приговорили к смертной казни, но император приказал заменить её на пожизненное заключение. Хилснер был освобождён только в 1918 году, незадолго до конца Первой мировой.

Всегда есть "но".

Продолжая предыдущую тему: вот типичный пример американской пропаганды того периода о российских евреях. Напомню, что в США до середины 1940-х евреев пускали не в каждую гостиницу.

И какое-то полное безумие:

"– Константин, почему вы решили приехать в Израиль?
– Первая причина – это сионизм. Вторая - после окончания техникума меня бы ждало распределение. И почти наверняка это была бы деревня... Кроме того, таким образом я хотел избежать службы в армии."

http://www.vesty.co.il/articles/0,7340,L-4929458,00.html

Российское общество второй половины XIX-начала XX века отлично описывается схемой в виде треугольника, где по углам распределены следующие объекты: народ, интеллигенция, монархия.

Самое смешное, что каждый из этих элементов думал, что один из других элементов в этой схеме лишний: интеллигенция полагала (в массе своей), что монархия не нужна; монархия исходила из того, что интеллигенция не нужна и только портит отличные отношения с народом, который любит своего царя; народ позднее присоединился к этой схеме, полагая, что интеллигенция не очень полезна.

Смешно, но жизнь сурово поправила всех участников этих ментальных игр. 1905 год наглядно показал монархии, что народ вовсе не так лоялен, как казалось раньше. На интеллигенцию революция тоже сильно повлияла, стало ясно, что представление о добром пасторальном народе не совсем соответствует правде. Народ же все понял чуть позднее, когда две первых думы разогнали и собрали третью, где, собственно, народ был представлен крайне и крайне скупо.

Казалось бы, все должны были бы сделать выводы из произошедшего и начать какой-то синергетический процесс. Однако вышло наоборот и антипатия только усилилась. Николай II отказывался становиться конституционным монархом, считая, что утратит тем власть (хотя это заблуждение - умелая игра с парламентаризмом и хитрые манипуляции даёт монарху не меньше рычагов управления). Есть хороший пример такого поведения: в 1906 году Столыпин умело манипулировал Государственным Советом, вынудив его членов написать заключение о необходимости эмансипации евреев (раньше они писали два или три мнения, что давало императору возможность уклониться от решения). Николай должен был подписать это, однако предпочёл самый глупый вариант - сослаться на божественное вмешательство:

"Петр Аркадьевич.
Возвращаю вам журнал по еврейскому вопросу не утвержденным.
Задолго до представления его мне, могу сказать, и денно и нощно, я мыслил и раздумывал о нем.
Несмотря на самые убедительные доводы в пользу принятия положительного решения по этому делу, - внутренний голос все настойчивее твердит мне, чтобы я не брал этого решения на себя. До сих пор совесть моя никогда меня не обманывала. Поэтому и в данном случае я намерен следовать ее велениям.
Я знаю, вы тоже верите, что "сердце царево в руцех божиих"."

Интеллигенты же упорно полагали, что можно и без монарха, что можно привести к власти общество хороших людей и все будет хорошо. В 1917 году интеллигенция неожиданно для себя осознала, что монархия была той силой которая защищала её от народа и вообще позволяла существовать; монархия же выяснила, что и народ нелоялен, но нелояльно и элита, которая предпочла скинуть царя и заняться другими вещами.

Я в последние недели тут немало смотрел и пересматривал российских фильмов самого конца 1990-х и начала 2000-х, пытаясь уловить какое-то эфемерное настроение времени, о котором я нередко думаю. И мне кажется, что мне удалось сформулировать - очень по-любительски, наверное, но так я и не претендую.

Фильмы вроде "Бумера" и "Даун Хауса", "Прогулки" и "Богини" Ренаты Литвиновой, "В движении" и "Четыре", "Москвы" и "Страны глухих" - все они о разном, но их объединяет некое ощущение правильности. Нет, даже не правильности, а ощущения того, что после того как фильм заканчивается, начинается какая-то новая хорошая жизнь, поднимается счастливая заря.

Как знаете, если смотреть американские фильмы 1980-х, то там тоже будет вот это настроение бодрого и позитивного будушего: от "Working Girl" до "Wall Street" или даже какого-нибудь "Back to the Future" - есть ощущение позитива и счастья, успеха и правильной жизни с правильными целями.

От русских фильмов, снятых в диапазоне между 1999 и 2003 (границы местами условны, но тем не менее), есть такое же странное ощущение упорядочивания жизни. Вот бандиты, поубивали друг друга, оделись в костюмы, а нам всем осталась какая-то новая, прекрасная и в чем-то счастливая жизнь. Неизвестно, куда и когда она приведет, но в ней будет место и радости, и развлечениям, и успешной карьере, но вообще ее не опишешь - просто начинается что-то хорошее.

Интересно, когда и почему это ощущение из российских фильмов ушло.

Обратите внимание на мое интервью со Львом Данилкиным о его книге про Ленина - все-таки меня не отпускает эта тема. И все это - в Esquire.

"-В одном из ваших интервью, вы говорили о том, что Ленин для вас интересен не как набор курьезов и анекдотов, а как пример той силы, что трансформировала мировую политику и историю. А кажется ли вам, что появление Ленина именно в таком качестве было случайным — что на его месте мог бы быть другой социал-демократ, вроде Плеханова или Дана, или именно Ленин был чем-то неизбежным и логичным?

Нет, не мог, думаю. Вера Засулич однажды сказала Плеханову, что вы вот, Жорж, – борзая, потреплете противника и отпустите, а Ленин — бульдог, если ему что-то попадет в зубы, он свое уже никогда не отпустит. Дан, в таком случае, – кто? Ну кто-то вроде эрдель-терьера; умный, большой, но и только. Это Вера Засулич про молодого Ленина сказала, а он ведь не остановился — и трансформировался сначала в ротвейлера, потом в лабрадора, а потом вообще «перескочил» в другое состояние, борзые остались борзыми — а он именно «перескочил», в другой вид. Я думаю, что Ленин — продукт, но продукт не эволюции, а какого-то революционного «скачка», потому что для медленной адаптации к изменяющимся обстоятельствам он слишком сложный, эволюция такого не создаст, не успеет. Он сила, да, порожденная пространством, географией, сила."

У литературного критика, написавшего биографии Гагарина и Проханова в скором времени выходит новая книга.

https://esquire.ru/danilkin-interview