А послушайте новый выпуск спецсезона подкаста моего друга Григория Туманова. В нём он вместе с генеалогом и автором подкаста «Откуда родом» Иваном Корякиным выяснит, зачем и как искать свои корни, а также почему некоторые семейные легенды стоит развенчивать.

Яндекс. Музыка
Слушать на основных платформах

​​Это было навсегда и не кончилось

В 1962 году Андрей Кончаловский сыграл в эпизоде у Тарковского в "Ивановом детстве", в кинопрокат выходили "Гусарская баллада" Рязанова и "Коллеги" по Аксёнову, "Когда разводят мосты" Соколова и "Девять дней одного года" Ромма. Вокруг бурлила оттепель, надвигался Карибский кризис. И вот сейчас, спустя почти 60 лет, Кончаловский нам решил рассказать о том, что происходило тогда в Новочеркасске - во времена атомной угрозы и расцветающего потепления.

Про Новочеркасск я слышал ещё с малых лет - значительную часть детства я прожил на станции метро "Новочеркасская" (до 1992 года называлась "Красногвардейской" и когда ее переименовывали, то ли решили не париться, то ли денег не было - и использовали старые, буквы, из общего ряда выбивались только буквы "Ч" и "О" - другой шрифт). Потом я читал и про генерала Шапошникова, отказавшегося давить танками людей, и про денежную реформу, и про сравнения Новочеркасска с польскими событиями начала 1970-х. Но я всегда как-то старался не впускать это в себя, не интересоваться уж слишком пристально. Наверное, мне всегда было проще интересоваться чужой болью - Будапештом или Прагой, Варшавой или Берлином. А своё - это слишком близко, слишком рядом. Слишком больно.Как когда читаешь про Антоновское восстание, про умерших от голода в 1920-х и в 1930-х годах, когда читаешь письма сосланных и раскулаченных.

В "Дорогих товарищах", в бескомпромиссно антисоветском и антикгбшном фильме, больше всего восхищает очень прямая, чуть ли не лобовая методика рассказа. Лобовая - но от этого не скатывающаяся в пошлость; то, что у другого бы выглядело донельзя фальшиво, искусственно, у Кончаловского кажется правдой жизни - горькой и печальной. И даже некая театральность в сцене расстрела восставших, её гиперболизированная контрастность (когда на фоне проходного советского вокализа мы видим гибель десятков людей и кровь, текущую по площади) - не кажется фальшивой. Здесь всё приобретает и достоверность, и происходит чудо узнавания - власть, зашатавшаяся и испугавшаяся, запертая в собственном горкоме; монструозный Фрол Козлов, приехавший карать и стрелять; безликие кгбшники, у которых уже под рукой и винтовка, и расписка о неразглашении, и задушевная тайная доброта; и казачество; и тайный Бог; и мёртвый Бог; и тихие испуганные люди, которые уже так давно боятся, что забыли, что может быть по-другому.

Пожалуй, если что меня сейчас и смутило, после просмотра - это то, что история, рассказанная Кончаловским - она не сделана от лица восставших. От лица тех, чьи деды воевали в гражданскую и пострадали от расказачивания, чьи отцы воевали против немцев (а матери могли быть этими немцами изнасилованы). От лица тех, кто долго боялся - и вот попробовал разогнуть спину. Но претензия ли это? Скорее ремарка на полях.

Добавлю ещё одну мысль о том, что тронуло меня в фильме - и закруглюсь. В великой книге Алексея Юрчака "Это было навсегда, пока не кончилось" рассказывалось о перформативном сдвиге - о том, что после смерти Сталина официальный советский язык постепенно утрачивает способность меняться вслед за историческими изменениями и адекватно «описывать изменившуюся реальность». Он мертвеет, ссуконивается, твердеет, пока не превращается в бледную копию самого себя. Наверное, неслучайно, что оказавшись в ситуации экзистенциального и мировоззренческого кризиса, главная героиня обращается к тексту, пришедшему из одного из самых образцовых советских произведений - к песне из "Весны" Александрова. Только так можно дать отпор реальности, только так можно попытаться сохранить рассудок во времена сложность которых лишь нарастает - хочется попытаться вернуться в тот момент, когда все было просто. Или, по крайней мере, так казалось.

Путь этот, на самом деле, такой же гибельный и к освобождению не ведёт. Потому что ещё ничего не закончилось - и от того этот фильм кажется столь актуальным в 2020 году.

Отважное бегство, морские просторы и звезда Голливуда

“Чтобы путешествие было действительно сложным, оно, как и жизнь, должно основываться на прочном фундаменте финансовой нестабильности. В противном случае вы обречены на рутинный переезд из точки А в Б”.

Вот и начинается новый сезон моего подкаста “Синий бархат”. В нём я буду говорить о том, чем прошлое нам может понять настоящее, рассказывать о том, почему 2020 год, который многим кажется совершенно безумным и фантасмагорическим, на самом деле во многом похож на то, что было раньше — пусть не с нами, но с другими людьми, которые жили до нас. Как говорит продюсер подкаста Эмма, в таком разговоре есть что-то психотерапевтическое - мне нравится эта идея, ведь когда мы спокойно рассуждаем о прошлом, настоящее открывается нам с новых сторон.

Герой первого выпуска этого сезона постоянно находился в движении. От природы он был награждён красотой, харизмой и отвагой. Фортуна ему улыбалась: он был звёздой Голливуда и героем войны, кружил голову прекрасным актрисам и дружил с югославскими партизанами, получал отличные роли и зарабатывал неплохие деньги. Но от всего этого ему постоянно хотелось убежать в бескрайнее море. Сегодня я расскажу о необычной судьбе Стерлинга Хейдена, а затем обсужу его типаж с моим другом, журналистом и создателем проекта “Мужчина, вы куда?” Григорием Тумановым.

Слушайте новый эпизод подкаста:

Яндекс.Музыка — cutt.ly/qfTLBTj
iTunes — cutt.ly/ofYeEjn
Soundcloud — cutt.ly/dfTL393
Castbox — cutt.ly/UfTL7qn
YouTube — cutt.ly/QfTZa81
Другие ссылки

А вот и сам герой во всей красе — Стерлинг Хейден.

​​Неожиданные встречи и странные знакомства

Совсем недавно вышел первый эпизод нового сезона моего подкаста — в нём я рассказывал о наполненной удивительными приключениями и постоянным бегством жизни Стерлинга Хейдена. Если вы ещё не слушали эпизод, то самое время — сделать это можно вот здесь. А я пока что хочу рассказать вам про ещё одну историю — про то, как можно повстречаться с диктатором.

Дочитываю сейчас книгу Джулии Бойд «Записки из Третьего рейха. Жизнь накануне войны глазами обычных туристов». Самое, пожалуй, увлекательное в этой книге — это большой набор документов, дневников и воспоминаний обычных (и не очень) людей, которые побывали в Германии до Второй мировой (хотя к тому, как сама Бойд описывает контекст событий есть некоторые вопросы). Одна из историй, меня впечатливших особо — это встреча американского студента Милтона Райта с Гитлером.

Чем же она необычна? Милтон Райт был афроамериканцем, который с успехом окончил Колумбийский университет (там он изучал экономику), после чего он отправился в Европу. Он провел некоторое время в Оксфорде, затем отправился в Швейцарию, а свою докторскую диссертацию он отправился писать в Гейдельбергский университет. Там-то и произошло примечательное событие.

Райт, как и многие тогда, интересовался новой звездой немецкой политики — и решил посетить один из его предвыборных митингов, который, как раз, и проходил в Гейдельберге. Сразу же на входе на митинг к Милтону подошло несколько человек, которые сказали, что с ним кое-кто хочет поговорить (понимая ситуацию, Милтон на всякий случай отдал свой паспорт своему спутнику-американцу, чтобы в случае чего можно было бы привлечь на помощь американское посольство). Однако ничего страшного с Райтом, к счастью, не случилось. С ним просто хотел поговорить Гитлер.

Как же это было?

«Время, проведённое с Гитлером было почти полностью потрачено на разговор о неграх в Соединенных Штатах. Конечно, у меня было мало возможности ответить на какие-либо его вопросы, потому что он не успел задать вопрос, как сразу же приступал к тому, чтобы дать свой собственный ответ. Когда я пытался его поправить, он почти всегда вмешивался с другим вопросом или комментарием. За этим исключением он был очень любезен со мной. Он говорил громко, долго и властно.

Он выразил мнение, что у негров нет внутреннего стержня, потому что они постоянно позволяли белым линчевать их, бить их, изолировать их, и не восставали против своих угнетателей. „Они определенно люди третьего сорта“, — сказал он. „Группы меньшинств всегда страдают от конфликтов, таких как расовые беспорядки“. „Не думаете ли вы, что вашим людям суждено вечно быть рабами того или иного рода?“ спросил он и сам же Гитлер ответил на свой вопрос, с энтузиазмом сказав — „да“! Твой народ безнадежный. Я их не ненавижу. Мне их даже жаль».

Он сделал мне комплимент, сказав, что я говорю по-немецки лучше, чем любой белый американец или англичанин, которого он когда-либо слышал. Однако он поспешил сказать, что слышал, что негры были прирожденными подражателями, которые угождали своим поработителям. Возможно, это объясняет мое хорошее произношение и произношение «основного языка». (Гитлер не знал ни слова по-английски, а в его немецком был явно австрийский акцент)».

Интересно, что диссертация Райта, написанная в Гейдельберге, называлась так — «Экономическое развитие и внутренняя политика бывших немецких колоний, 1884—1918 гг.». И именно её впоследствии нацисты использовали во время своей кампании по возвращению утраченных колоний Германии.

Милтон часто вспоминал об этой встрече, писал об этом в газетах и вообще делился своими впечатлениями о немецком диктаторе. А вот Гитлер публично о своем общении с молодым афроамериканским учёным рассказывать не очень любил.

Яды, ангелы и карьерные ошибки

Политические отравления, боевые ядовитые вещества, остатки отравы в крови, медицинские симптомы - всем этим в последние недели (да что там - последние годы) переполняются новостные ленты. Об отравлениях говорят постоянно, множатся конспирологические теории, политики делают громкие заявления, грозят друг другу санкциями и делают контрвыпады.

Но что такое политическое отравление (да и отравление в принципе) вообще? Чего добиваются отравители, как они мыслят и в каких ситуациях находят дополнительную мотивацию для своих поступков. Именно об этом - новый выпуск “Синего бархата”, в котором я решил отреагировать на новостную повестку и рассказать три истории об отравителях.

Они перенесут нас в берлинский ночной клуб в Нацистской Германии, в глухую венгерскую деревню и в советскую Абхазию - а все вместе помогут нам понять логику отравителей чуть лучше. И, возможно, позволят нам немного лучше понять мир сегодняшний.

Слушайте новый эпизод подкаста "Синий бархат":

Яндекс.Музыка — cutt.ly/TfFDd4H
iTunes — cutt.ly/hfFDzjC
Soundcloud — cutt.ly/9fFDbCD
Castbox — cutt.ly/afFDEvR
YouTube — cutt.ly/NfFDZ9p
Другие ссылки

Ельцин в Париже, 1990 год (via humus)

А также — молодая и бодрая Валентина Ивановна Матвиенко

https://www.youtube.com/watch?v=RdNtzQymQOc

Анонс: в пятницу Шаблинский (д.ю.н., Вышка, экс-СПЧ) и Захаров (редактор «Неприкосновенного запаса») публично пообщаются про конституцию и парламент – как оно должно быть и почему все не так, как должно.

Открытая дискуссия приурочена к краудфандингу на издание «Конституции свободы» Шайо и Уитц – присоединяйтесь, с начала месяца удалось собрать уже 40%. Во что еще вкладываться в турбулентное время, как не в фундаментальные исследования? (сейчас я даже без сарказма)

Новый эпизод подкаста!

Этим летом Америка взорвалась протестами. Митинги и драки с полицейскими, обрушение памятников и засквоченные города. Пули свистят над головами, неумолимо надвигаются президентские выборы — и кажется, что происходит нечто небывалое.

Это и так, и нет. Для американской истории характерна кровопролитная борьба за свободу — с этого, собственно, американская нация и началась. А в XX веке битва за свободу и демократию была особенно напряженной: кровь лилась рекой, убитые протестующие стали обыденностью. Как кровь, пули и пот легли в основании американской свободы? Причём тут коммунисты и профсоюзы? И почему мафия всегда была за спиной у протестовавших? Об этом — в новом выпуске «Синего бархата» рассказал я, а также мой гость, историк Егор Исаев.

Слушайте новый эпизод уже сейчас:

Яндекс.Музыка — cutt.ly/EfVMNf9
Soundcloud — cutt.ly/NfVM5Qo
iTunes — cutt.ly/MfVM3WQ
Castbox — cutt.ly/CfV1tMS
YouTube — cutt.ly/gfV1roA
Другие ссылки — pod.link/1529135283

А сегодня, 29 сентября, я буду в кинотеатре Пионер обсуждать прекрасную «Ундину» Петцольда в компании прекрасных Михаила Ратгауз и Сергея Сдобнова. Погрузимся в мир русалок и архитектуры хоть таким образом. Ссылка на билеты и мероприятие — все как полагается. Приходите!

А если вы не в Москве или не сможете попасть, то не отчаивайтесь — можно послушать подкаст "Как в жизни", который веду я и кинокритик Егор Беликов — там мы тоже обсуждали "Ундину"; обсудили немецкую архитектуру, журчание воды и коварных русалок.

Ссылка на подкаст.

Говорят, что один диктатор изменил конституцию, увеличил себе количество сроков — и ему это не помогло. Говорят, что другому диктатору и вовсе пришлось бежать из страны — несмотря на 7 последовательных президентских сроков подряд и побед с 90% голосов избирателей. Говорят, один диктатор сошёл с ума и держал у себя дома весь валютный и золотой запас страны. А потом его убили.

Диктаторы. Как это работает? Зачем они меняют конституции? Что им это приносит? А что угрожает? Обо всем этом — в новом выпуске "Синего бархата", в котором я расскажу три истории о Конституциях: мы окажемся в Африке и Латинской Америке, будем следить за путешествиями африканского мажора и бонвивана по Москве, а также узнаем, как поменять Конституцию и не настроить против себя весь народ.

Слушайте новый эпизод подкаста:

Яндекс.Музыка — cutt.ly/9f8nr43
iTunes — cutt.ly/0f8nwbg
Soundcloud — cutt.ly/pgWYBnf
Castbox — cutt.ly/Mf8bMlD
YouTube — cutt.ly/Tf8bCQJ
Другие площадки

Лос-анджелесский Institute for Art and Olfaction, о котором не устану писать, опубликовал видео докладов, сделанных участниками Experimental Scent Summit 2020, и записи бесед из цикла Meet a Nose.

Мое внимание привлек доклад гонконгской дизайнерки Эрики Со в рамках ESS. Эрика представила проект «запаха протестов» Faa1 Leoi6 (название можно перевести с кантонского как «цветочные слезы» или «слезы цветка»), посвященный демонстрациям в Гонконге 2019–2020. О композиции запаха Эрика подробно рассказывает в презентации, но изобретательной ее назвать трудно: традиционные для локальной культуры цветочные запахи смешаны с «потом, кровью и слезоточивым газом».

Саму композицию Эрика планирует издать на трех носителях: во-первых, предполагается, что Faa1 Leoi6 можно распылять из флакона для повседневного ношения; во-вторых, Faa1 Leoi6 можно жечь как интерьерную свечу; в-третьих, Faa1 Leoi6 можно метать как запаховую бомбу. И запаховые бомбы — это уже по-настоящему интересно. Эрика предлагает бомбы в виде мягких силиконовых мешочков, заполненных подкрашенной ароматической жидкостью. Применение простое: демонстрант бросает бомбу в стену, бомба разрывается, на поверхности остается фотогеничный след черной краски, а в воздухе — запах Faa1 Leoi6.

Конечно, в докладе мы сталкиваемся со сказочной эстетизацией уличной борьбы, — ностальгический цветочный запах, свечи в окнах, черная краска на стенах. И все же мне кажется, что современные силиконовые запаховые бомбы или классические стеклянные бомбы-вонючки в скором времени станут (или должны стать!) важным атрибутом демонстрантов. Запах может быть флагом или плакатом, баррикадой или площадью, может стать покрышкой, щитом или даже открыть единственный путь к отступлению. Короче, хочется верить, что подобные проекты — только начало эпохи запахового партизанинга, а не ее бесславный конец.

Юрий Слезкин безжалостно демонтирует некоторую книжку. Я ее не читал, просто рецензия смешная. Действительно, кажется, выдающейся глупости книжка и у Слезкина поэтому такой сухой минимализм: “Автор совсем забыл про медведей и улицы. Когда иностранец спрашивает русского, правда ли, что в России по улицам бродят медведи, правильный ответ русского: “Что такое улицы?”” https://www.nybooks.com/articles/2020/10/22/alex-halberstadt-soviet-speak-memory/

Иногда кажется, что счастье — за горами. Что стоит вырваться за пределы государства или территории, где вы чувствуете себя ужасно, как вам обязательно повезёт встретить счастье. Но жизнь всегда сложнее, чем кажется, и в этом убеждались поколения жителей России.

В новом выпуске подкаста расскажем о побеге Владимира Набокова, Владимира Чернавина и Аркадия Белинкова — трех бежавших заграницу в поисках лучшей жизни, но получивших полное разочарование. В гостях у подкаста Олег Кашин @kashinguru, журналист и публицист, который переехал из России в Великобританию. Вместе мы попытаемся понять, зачем бежать подальше, к чему это ведет и в чем феномен эмиграции российского человека.

Слушайте новый выпуск подкаста:

Яндекс.Музыка — cutt.ly/Vgr27DJ
iTunes — cutt.ly/Wgr9wUa
Soundcloud — технические неполадки
Castbox — cutt.ly/Ngr9yFv
YouTube — cutt.ly/0gr5fAQ
Другие ссылки — pod.link/1529135283

​​Рассказ про наследных принцев и небольшая просьба ко всем

Я люблю странные истории, смутных личностей, неожиданные какие-то повороты судьбы - мне вообще кажется, что биография является лучшим и самым быстрым способом понять что-то про эпоху и жизнь вокруг нас.

Посмотрите внимательно на человека, чьи фотографии я прикрепил к посту. Как вам кажется, кто это? Может быть, некогда успешный рэпер, который красиво стареет? Богач, который прожигает жизнь и встречается с сильными мира всего? Бывший успешный спортсмен? Нет, это наследный принц Экваториальной Гвинеи.

И я уже вижу возражения - но Егор, какой же принц в Гвинее, там же вроде как нет монархии! Формально, конечно, нет. Человека на фотографиях зовут Теодор Нгема Обианг Мангу - он вице-президент Экваториальной Гвинеи, богач и хип-хоп продюсер. А ещё он - сын многолетнего президента страны Теодора Нгема Обианга Мбасого, который руководит страной аж с 1979 года - вы только вдумайтесь в этот срок.

Нгема ведёт роскошную жизнь: его социальные сети полны фотографий дорогих машин, самолётов и особняков. Он любит стильно одеваться, путешествовать и пить дорогое вино — то в Москве, то в Пекине, то в столицах соседних африканских стран. А деньги на этот роскошный образ жизни у Теодора есть благодаря тому, что в начале 1990-х в стране обнаружили нефть - и значительная часть прибыли от её добычи идет в карман президенту и его окружению. Впрочем, нынешняя ситуация всё же лучше того, что творилось при предыдущем президенте страны (тоже из семейства Нгема) - тот хранил валютный запас страны у себя на заднем дворе, скармливал врагов крокодилам и требовал славить себя в церквях.

Нгема - герой предпоследнего выпуска моего подкаста "Синий бархат" - в новом сезоне я рассказываю о том, что 2020 год нас, конечно, безумно пугает, но всё, что происходит с нами сегодня, уже было. Пусть не с нами, а с людьми, которых уже давно нет - но нам как раз стоит у них поучиться. Я рассказывал про политические отравления и войны, про странных актеров, про политиков, что меняли конституции - и куда это их приводило, об американских протестах и пулях, что летали над ними.

Я общался с разными людьми. Вот во вчерашнем эпизоде, который посвящен бегству из СССР мы обсуждали с Олег Кашин русскую эмиграцию и диссидентские надежды. А до того с Егор Исаев разговаривали о насилии, протестах и американской свободе. С Григорий Туманов (без которого этот сезон бы вообще не состоялся) мы говорили об архетипе убегающего мужчины и разбирались в судьбе героя старого Голливуда.

В общем, я это всё к чему. Я без ложной скромности скажу, что считаю свой подкаст одним из лучших исторических подкастов на русском языке - есть много других замечательных работ, которые я слушал и с создателями которых знаком, и я считаю, что "Синий бархат" как минимум не хуже. Впереди будет только интереснее (а ещё будет одно очень большое объявление, связанное с подкастом), будет больше новых гостей и интересных историй.

А пока что я очень прошу всех, кто дочитал до этого места - послушать подкаст (или хотя бы занести себе в закладки), рассказать о нем ещё кому-то. И, конечно, обязательно рассказать, как вам выпуски и что вам нравится.

Вот как-то так. И я очень рад, что меня окружают люди, без помощи которых ничегошеньки не получилось бы - это Григорий Туманов, Эмма Барсегова и Елена Белова

​​Футбол и другие приключения

Я очень люблю футбол — об этом здесь уже писал уже (да и не раз). Я рассказывал о том, как влюбился в футбольный клуб «Лидс Юнайтед» (а если быть точным в отчаянного блондина Алана Смита, который когда-то блистал за клуб из Йоркшира, а затем перешел в «Манчестер Юнайтед», чего фанаты «Лидса» ему долго не могли простить) и вспоминал о том, как смотрел свой первый чемпионат мира по футболу в далёком теперь 2002 году.

Сейчас я футбол успеваю смотреть гораздо реже, чем раньше, но все равно стараюсь следить — для меня это не только развлечения и игра, которая всегда поражает своей непредсказуемостью; это еще и постоянные эмоции, постоянные взлёты и падения, кумиры, которые оказываются не такими идеальными и серые лошадки, которые вдруг превращаются в лидеров. Не могу сказать, что вокруг футбола крутится вся моя жизнь — но это, всё же, важная её честь.

Кино о футболе я тоже очень люблю, не раз о нём писал: вот тут рассуждал о болельщиках и фанатизме в фильме Алана Кларка «Фирма», а здесь для «Искусства кино» собрал 6 замечательных картин о футболе.

В новом эпизоде подкаста «Как в жизни», который я и Егор Беликов делаем вместе с Okko, у меня получилось оторваться на славу — целый выпуск мы посвятили разговору о футболе на экране, о том, что он значит, почему там появляется и как используется. Беликов страдал, потому что не любит футбол, я торжествовал, а в итоге получился замечательный разговор о жизни и кино. А, кроме того, я исполнил давнюю небольшую мечту и пообщался с комментатором Владимиром Стогниенко.

Ссылки на подкаст прикреплены к посту. А для тех, кто как и я любит футбол, у нас есть замечательное предложение — вы можете выиграть годовую подписку на «Okko Спорт». Для этого нужно написать в комментариях под постом о подкасте в соцсетях Okko (ВК, Facebook или Instagram) интересную, забавную, страшную или грустную историю про футбол в вашей жизни. У вас есть время до 20 октября. Победителя мы объявим уже в следующем выпуске подкаста.

Ровно 56 лет назад закончилась эпоха Никиты Сергеевича Хрущёва. Постановление пленума ЦК КПСС от 14 октября 1964 года: «Удовлетворить просьбу т. Хрущева об освобождении его от обязанностей Первого секретаря, члена Президиума ЦК и Председателя Совета Министров СССР в связи с преклонным возрастом и ухудшением состояния здоровья. Признать нецелесообразным в дальнейшем объединять в одном лице обязанности Первого секретаря ЦК КПСС и Председателя Совета Министров СССР». Самое время пересмотреть фильм «Серые волки», хотя ляпов в нём много. Это и неточность сюжета, и хронологические ошибки, и техника в кадре, которая появилась не только после отставки Хрущёва, но и даже после его смерти.

Оксюморон: Хрущёв на «сталинке». Пожалуй, самый известный «домик с башней» в Ленинграде. Московский проспект у Парка Победы, начало 1960-х.

Коммунизм и женщины

Написал про двух героинь сталинского СССР - иностранок, пламенных коммунисток, которые отправились в Советский Союз как Землю Обетованную. Две женщины, но судьбы у них совсем разные.

Вообще, я часто себе представляю ту Москву, в которой международные проходимцы соседствовали с пламенными коммунистами, иностранные рабочие и инженеры - с выходцами из местечек, вдруг ставшими министрами и чиновниками, убийцы и палачи с искренними и даже немного наивными идеалистами. Не то чтобы такая Москва вызывает у меня много тёплых эмоций, но как пространство действия различных персонажей - это очень интересно.

Первая дама - это Роза Коэн, британская коммунистка, которая через суфражизм пришла к коммунизму, стала связным Коминтерна, влюбилась в советского нелегала, переехала в Москву - где и сгинула:

"Роза — секретарь англо-американской секции Коминтерна. Новая должность сделала ее своего рода знаменитостью в среде московских иностранцев. В этот момент, видимо, Розе начинает казаться, что возможно всё — ведь она проделала такой невероятный путь, выбравшись из мрачного лондонского района с дурной славой и став руководителем одного из самых прогрессивных и грандиозных международных движений. Она становится другим человеком: ее подруга Фреда Атли, знавшая Розу с Лондона, приезжает в Москву и пишет в английскую столицу:

«В целом англичане здесь разделены на клики и группы, что заставляет меня чувствовать себя некомфортно и беспокойно, хотя на первый взгляд люди кажутся дружелюбными и приятными. Роза Коэн мне скорее не нравится — она неискренняя и ужасно тщеславная. Она действительно считает, что должна руководить всем английским сектором Коминтерна».

В квартире у Петровских нечто вроде салона, куда приглашали не только таких же экспатриантов, как она сама, но и высокопоставленных коллег Петровского, чекистов, партийцев. Роза наслаждалась своим положением в советском обществе, и ей всерьез начало казаться, что так, как живет она, живут все".

А вторая - это Анна Луиза Стронг, американская коммунистка, которая прожила довольно яркую жизнь, провела многие годы в путешествиях по сталинскому СССР, а жизнь закончила в маоистском Китае:

"Во второй половине 1920-х годов Стронг много путешествовала: по Мексике и Европе, Сибири и Китаю. Публиковала книги и статьи, встречалась с советскими и заграничными партийцами, познакомилась с китайскими коммунистами, которые в те годы набирали силу в разорванном Синьхайской революцией и междоусобицами Китае. Фактически активистка стала советским пропагандистом.

«Моя работа превратилась в игру. Я знала, что «приличные журналы» не примут мои тексты; они высоко заплатили за утонченную защиту капитализма. Но мне были доступны десятки других изданий»."

В общем, рекомендую почитать.

К началу Второй мировой войны германский оперный рынок, крупнейший в мире, был насыщен инвестициями гораздо сильнее, чем его коллеги в других странах, и в особенности это касалось нескольких наиболее известных театров в крупных городах.

Вместе с историком оперного театра и музыкальной дипломатии разбираемся, через что проходило оперное искусство Европы, переживая тоталитарные режимы.