В 1932 году немецкий художник и плакатист Джон Хартфилд выпустил серию карикатур на Гитлера, намекая на его связи с крупным капиталом. После 1933 года Хартфилд жил в Праге и Лондоне, в Германию вернулся только в 1950 году.
Forwarded from Паприкаш
Только что стало известно, что венгерский фотограф Бенце Мате вновь выиграл первый приз престижной премии World Press Photo в категории «Природа». Победу ему принес вот этот снимок, который называется «Инстинкт выживания». Это уже третья победа Бенце в этом конкурсе.
Подробнее об этом удивительном фотографе читайте в моём блоге: https://russianbudapest.ghost.io/gieroi-vienghrii-bientsie-matie/
Подробнее об этом удивительном фотографе читайте в моём блоге: https://russianbudapest.ghost.io/gieroi-vienghrii-bientsie-matie/
Forwarded from The Order
Это не столько про Ланнистеров, Старков, Таргариенов и Ходоков — это про нас и нашу жизнь. Истории героев «Игры престолов», их ошибки, сложности, пытки и боль, через которую они прошли, легко переносятся на жизнь любого человека.
Поэтому самиздат вместе с сервисом «Амедиатека» @amediateka изучил бизнес- и психологическую литературу, основанную на «Игре престолов». Рассказываем, как научиться выживать, управлять коллективом и принимать решения, чтобы вас не постигла судьба Неда Старка или Теона Грейджоя
https://batenka.ru/worship/game-of-thrones/
Поэтому самиздат вместе с сервисом «Амедиатека» @amediateka изучил бизнес- и психологическую литературу, основанную на «Игре престолов». Рассказываем, как научиться выживать, управлять коллективом и принимать решения, чтобы вас не постигла судьба Неда Старка или Теона Грейджоя
https://batenka.ru/worship/game-of-thrones/
Батенька, да вы трансформер
Чему вас может научить Джон Сноу, Дейенерис Таргариен и другие герои «Игры престолов»
Павел I, Джон Сноу, Шарль де Голль, Нед Старк, Цезарь — показываем, почему судьбы героев «Игры престолов» актуальны для каждого жителя планеты
Forwarded from Max Trutt
Юрий Аввакумов, хранитель наследия бумажной архитектуры, в интервью Егору Сенникову на Репаблике: «Советская концептуальная архитектура отличалась от мировой: наша была абсолютно не ориентирована на строительную реализацию, совершенно герметична. Поэтому все разговоры вроде «Можно ли сейчас что-либо из этого наследия реализовать?» не имеют смысла. Реализовать в принципе можно все что угодно, но в таком случае даже у Кампанеллы будет больше шансов, чем у Бродского и Уткина.
– А справедливо ли будет сказать, что представители «бумажной архитектуры» были, в общем, андеграундом, который смог добиться признания?
– Справедливо. В ноябре прошлого года около полусотни «бумажных» работ было приобретено МОМА – Музеем современного искусства в Нью-Йорке, за два года до этого столько же примерно оказалось в Центре Жоржа Помпиду, есть большое собрание «бумажной архитектуры» в Русском музее, немаленькие – в Третьяковской галерее и музее им. Пушкина. «Бумажники» могут спать спокойно: в музеях их опусы будут храниться гораздо дольше того, что было их современниками построено из стекла и бетона
– А справедливо ли будет сказать, что представители «бумажной архитектуры» были, в общем, андеграундом, который смог добиться признания?
– Справедливо. В ноябре прошлого года около полусотни «бумажных» работ было приобретено МОМА – Музеем современного искусства в Нью-Йорке, за два года до этого столько же примерно оказалось в Центре Жоржа Помпиду, есть большое собрание «бумажной архитектуры» в Русском музее, немаленькие – в Третьяковской галерее и музее им. Пушкина. «Бумажники» могут спать спокойно: в музеях их опусы будут храниться гораздо дольше того, что было их современниками построено из стекла и бетона
Forwarded from Republic
Что такое «бумажная архитектура» и зачем она была? Новая важная книга о тоталитарной утопии и о том, как в 1980-е годы молодые советские архитекторы покорили мир своими фантастическими проектами.
republic.ru
Бумажная архитектура и город мечты. Каким увидят наше время археологи будущего?
Архитектор Юрий Аввакумов – о тоталитарной утопии, спальных районах и провинциальности современной России.
И повторюсь — сегодня на Republic мое новое интервью - разговор с архитектором Юрием Аввакумовым, у которого в "Гараже" недавно вышла книга-антология "бумажной архитектуры". Обсудили и утопическую советскую архитектуру 1980-х, и особенности организации выставок в СССР, и современную архитектуру. Обязательно читайте, обязательно покупайте книгу - не останетесь разочарованными:
"-Что вам нравится в современной архитектуре, а что нет; что вам кажется интересным, а что ужасным?
В архитектуре мне нравится архитектура, а не то, что за нее иногда выдают. Скажем, километры жилой застройки или кубометры торговых молов архитектурой по большому счету не являются. Архитектура – это пространственное переживание, бумажная архитектура - переживание интеллектуальное, а остальное... Вот, что мне кажется важным - сохранение осязательных качеств в архитектуре. Она сейчас все больше уходит в трехмерную визуализацию - вспомните рендеры на строительных заборах, закрывающих зоны урбанистического оформления.
Мы все чаще переживаем архитектуру на презентационной стадии, а потом жалуемся на расползающуюся под ногами плитку. Потому что в картинках нет тактильных качеств архитектуры. Вы обращали внимание на то, что архитектурные проекты практически всегда представляются, как в туристических проспектах - летом, в солнечную погоду, с зелеными деревьями, а если зимой, то в идиллических рождественских видах: “мороз и солнце, день чудесный», и никогда в серую дождливую погоду, когда проектируемое сооружение выглядит не так привлекательно. А это 4/5 нашего времяпровождения. Мы, тем не менее, ведемся и покупаем не архитектуру, а рекламную обертку. Чем это отличается от потемкинских деревень?"
https://republic.ru/posts/93567?code=c50c9c9f28270394ac49b5952c69e1f7
"-Что вам нравится в современной архитектуре, а что нет; что вам кажется интересным, а что ужасным?
В архитектуре мне нравится архитектура, а не то, что за нее иногда выдают. Скажем, километры жилой застройки или кубометры торговых молов архитектурой по большому счету не являются. Архитектура – это пространственное переживание, бумажная архитектура - переживание интеллектуальное, а остальное... Вот, что мне кажется важным - сохранение осязательных качеств в архитектуре. Она сейчас все больше уходит в трехмерную визуализацию - вспомните рендеры на строительных заборах, закрывающих зоны урбанистического оформления.
Мы все чаще переживаем архитектуру на презентационной стадии, а потом жалуемся на расползающуюся под ногами плитку. Потому что в картинках нет тактильных качеств архитектуры. Вы обращали внимание на то, что архитектурные проекты практически всегда представляются, как в туристических проспектах - летом, в солнечную погоду, с зелеными деревьями, а если зимой, то в идиллических рождественских видах: “мороз и солнце, день чудесный», и никогда в серую дождливую погоду, когда проектируемое сооружение выглядит не так привлекательно. А это 4/5 нашего времяпровождения. Мы, тем не менее, ведемся и покупаем не архитектуру, а рекламную обертку. Чем это отличается от потемкинских деревень?"
https://republic.ru/posts/93567?code=c50c9c9f28270394ac49b5952c69e1f7
republic.ru
Бумажная архитектура и город мечты. Каким увидят наше время археологи будущего?
Архитектор Юрий Аввакумов – о тоталитарной утопии, спальных районах и провинциальности современной России.
В рамках программы "странные тексты о странном" советую почитать мой текст (который не состоялся бы без Григория Туманова и его терпения) о политическом виртуальном мире в онлайн-игре для подростков.
История простая, но увлекательная: существует такая онлайн игровая платформа Roblox, чем-то напоминающая Майнкрафт. Здесь можно строить любые игры и играть в них - от гонок до симуляторов Sims. И вот в этой игре неутомимые люди отстроили целый параллельный нашему политический мир - с политикой, выборами, президентами, войнами, парламентами, средствами массовой информации (со своим виртуальным RT и BBC). Мир похож на наш (в России все так же побеждают единороссы), и вот его-то я и изучал. В общем, лучше прочитайте, это правда увлекательно.
"Политика здесь бурлит. Игровая карта мира не совсем идентична реальной: здесь, как я уже сказал, нет Евросоюза, но помимо этого в Roblox до сих пор существует Британская империя (правда, буквально на днях она переименовалась в Содружество Доминионов), Российская Федерация (которая, кажется, при недавно избранном президенте с мелодичным русским именем UKR41NIAN стала империей и заявила свои права на Аляску), Итальянское королевство, Австралия совсем недавно вышла из состава Британской империи, а самой большой страной (по виртуальному населению) являются США.
Британию здесь штормит почти так же, как и в нашем мире, — мне всё никак не попасть на заседания парламента (во время которых депутаты спорят в игровом чате), но отзвуки этих споров я вижу в твиттере местного BBC — за последние два месяца здесь дважды проходили выборы: сначала победили Консерваторы и Партия независимости Великобритании, но на недавних внеочередных выборах верх взяла Партия роялистов — и ей даже удалось сформировать правительство меньшинства."
https://batenka.ru/worship/muscle/virtual-political-scientist/
История простая, но увлекательная: существует такая онлайн игровая платформа Roblox, чем-то напоминающая Майнкрафт. Здесь можно строить любые игры и играть в них - от гонок до симуляторов Sims. И вот в этой игре неутомимые люди отстроили целый параллельный нашему политический мир - с политикой, выборами, президентами, войнами, парламентами, средствами массовой информации (со своим виртуальным RT и BBC). Мир похож на наш (в России все так же побеждают единороссы), и вот его-то я и изучал. В общем, лучше прочитайте, это правда увлекательно.
"Политика здесь бурлит. Игровая карта мира не совсем идентична реальной: здесь, как я уже сказал, нет Евросоюза, но помимо этого в Roblox до сих пор существует Британская империя (правда, буквально на днях она переименовалась в Содружество Доминионов), Российская Федерация (которая, кажется, при недавно избранном президенте с мелодичным русским именем UKR41NIAN стала империей и заявила свои права на Аляску), Итальянское королевство, Австралия совсем недавно вышла из состава Британской империи, а самой большой страной (по виртуальному населению) являются США.
Британию здесь штормит почти так же, как и в нашем мире, — мне всё никак не попасть на заседания парламента (во время которых депутаты спорят в игровом чате), но отзвуки этих споров я вижу в твиттере местного BBC — за последние два месяца здесь дважды проходили выборы: сначала победили Консерваторы и Партия независимости Великобритании, но на недавних внеочередных выборах верх взяла Партия роялистов — и ей даже удалось сформировать правительство меньшинства."
https://batenka.ru/worship/muscle/virtual-political-scientist/
Батенька, да вы трансформер
Как я стал виртуальным политологом
Дипломированный политолог Егор Сенников по просьбе самиздата погружается в мир одного из самых любопытных и подробных симуляторов геополитики
Forwarded from Сьерамадре (Никита Смирнов и Егор Сенников)
ММКФ вчера спамили Рэйф Файнс с «Нуреевым» и артист Молочников с тусовочным мокьюментари. А мы смотрели кое-что другое.
«Земля» Николауса Гейрхальтера о том, как люди воюют с корой планеты и ежедневно устраивают дефейс ландшафта в объемах миллионов тонн, шла в зале IMAX. За два часа несколько тонн почвы и камней прилетели мне в лицо. Девушка в первом ряду первый час послушно водила головой вслед за бульдозерами, но потом не выдержала таких манипуляций и сбежала. Огромное полотно IMAX – самая подходящая проекция для подобного кино, снимаю шляпу перед организаторами.
Гейрхальтер разбивает фильм на несколько сюжетов, в каждом предъявляя новый объект: карьер в Италии, стройку в США, бурение тоннеля в Австрии. Заявив этот масштаб уже в названии (именно Earth, а не Land или Soil), режиссер противопоставляет человека планете, и этот выгодный замысел подчиняет себе всякий элемент, попадающий в кадр. Вот у испанского землекопа выпали из рук перчатки после серии подземных подрывов. Вот американский бульдозерист тремя маленькими рычажками разбирается с почвой. Вот его прораб говорит: «Как здорово, когда можно сказать девушке, что сворачиваешь горы». Вычлененные из общего дела, пойманные в рабочую паузу респонденты все как на подбор сознательны: землю жалко, но такова работа. Эта логика маленького человека свойственна тоталитарным режимам и военному времени – вот и выбирай, что из этого ведет человек против собственной планеты.
К финалу фильм все же сваливается в проговаривание каких-то идей. Например, что человечество не может сегодня говорить «это абсолютно безопасно», потому что завтра наука продвинется и поймет, что это не так. Что невозможность общемирового диалога и консолидации остается насущной проблемой. Но в целом концептуальный строй фильма очень здорово придуман – изорванная земля потом долго стоит перед глазами.
«Земля» Николауса Гейрхальтера о том, как люди воюют с корой планеты и ежедневно устраивают дефейс ландшафта в объемах миллионов тонн, шла в зале IMAX. За два часа несколько тонн почвы и камней прилетели мне в лицо. Девушка в первом ряду первый час послушно водила головой вслед за бульдозерами, но потом не выдержала таких манипуляций и сбежала. Огромное полотно IMAX – самая подходящая проекция для подобного кино, снимаю шляпу перед организаторами.
Гейрхальтер разбивает фильм на несколько сюжетов, в каждом предъявляя новый объект: карьер в Италии, стройку в США, бурение тоннеля в Австрии. Заявив этот масштаб уже в названии (именно Earth, а не Land или Soil), режиссер противопоставляет человека планете, и этот выгодный замысел подчиняет себе всякий элемент, попадающий в кадр. Вот у испанского землекопа выпали из рук перчатки после серии подземных подрывов. Вот американский бульдозерист тремя маленькими рычажками разбирается с почвой. Вот его прораб говорит: «Как здорово, когда можно сказать девушке, что сворачиваешь горы». Вычлененные из общего дела, пойманные в рабочую паузу респонденты все как на подбор сознательны: землю жалко, но такова работа. Эта логика маленького человека свойственна тоталитарным режимам и военному времени – вот и выбирай, что из этого ведет человек против собственной планеты.
К финалу фильм все же сваливается в проговаривание каких-то идей. Например, что человечество не может сегодня говорить «это абсолютно безопасно», потому что завтра наука продвинется и поймет, что это не так. Что невозможность общемирового диалога и консолидации остается насущной проблемой. Но в целом концептуальный строй фильма очень здорово придуман – изорванная земля потом долго стоит перед глазами.
Forwarded from Сьерамадре (Никита Смирнов и Егор Сенников)
Вчера показали «Эпидемию» Павла Костомарова. Сериал достойно продолжает дело «Временных трудностей», предлагая героя с синдромом Аспергера ради комического отыгрыша. Впрочем, это не главная его трудность.
Вот на ММКФ показывали японский фильм Jam режиссера Сабу. Совершенно вторичная работа, не близкая европейскому человеку азиатская эклектика: тут из сознательных референсов «Мизери» и «Король комедии», «Тебя никогда здесь не было» и «Олдбой», аниме, музыкальное кино и еще много чего. Но каждый из референсов воспроизведен очень тщательно, вплоть до светового рисунка и режиссуры звука. При этом на коленке.
А вот «Эпидемия» Костомарова. Референсы – вся западная традиция кинокатастроф. Структура жанра давным-давно освоена. Но смотришь – и не покидает ощущение родного колхоза: в интонационных перебоях (так бывает, когда жанр прокладываешь по бездорожью), в завиральных ракурсах (треть сериала снята с квадрокоптера), в натужном динамизме (всякая дверь здесь открывается с барабанной дробью).
Чем так увлекает жанр катастрофы зрителей? Механикой схождения мира с ума – и последующей победой гуманистической идеи. Так вот, для зрителей плохие новости: авторы «Эпидемии» механику не осваивают, а в людей не верят. Все потому, что создатели сами загнали себя в угол «эпидемией». Сам вирус с людьми ничего особенного не делает: человеку плохеет, и он быстро умирает. Где тут конфликт? Разумеется, в том, что люди в условиях катастрофы проявляют себя как негодяи. Причем решительно все.
Едва только в столицу приходит зараза (показано это комком), всюду возникают группы мародеров. В городе это банды а-ля «Воины» Хилла. Они даже не грабят, а просто убивают. Почему? Как это помогает им выживать? Хер его знает. Но за городом дела обстоят еще задорнее. На условную Рублевку совершают набеги отряды бандитов, снаряженных лучше морских котиков из «Скалы». В этой экипировке они выносят из особняков телевизоры. У них есть база, строгая иерархия и большой штат. И всё это – через день-два после того, как начался вирус. Ах да, финальный титр пытается убедить нас, что «Эпидемия» поставлена по дневникам одной из героинь. Простите, вы серьезно?
Что же есть в «Эпидемии»? Герои, с которыми себя можно отождествить? Нафиг надо: снова у нас две семьи из гигантских особняков на условной Рублевке. Знакомые обстоятельства? А то как же. В стране, где запрещен огнестрел, у всех под прилавком и под подушкой по обрезу. А девочка-подросток на первой минуте выписывается из рехаба – зрители ТНТ-Премьер, видимо, понимающе закивают. Социальный срез? Вот вам Юрий Кузнецов в роли Беара Гриллса, а вот та самая девочка ради подросткового бунта (и никак не ради мужской части аудитории) показывает сиськи на пятой минуте. Показывает мальчику с синдромом Аспергера, который при этом как бы очень смешной.
Как этот полуторачасовой голем, скроенный из трех серий, дотопал до конкурса – загадка, на которую лучше не искать ответ. И пока «Нетфликс» делает так, что без подписки жить невмоготу, ТНТ-Премьер хочется загодя благодарить за то, что удержат эту «Эпидемию» в своем загоне.
Вот на ММКФ показывали японский фильм Jam режиссера Сабу. Совершенно вторичная работа, не близкая европейскому человеку азиатская эклектика: тут из сознательных референсов «Мизери» и «Король комедии», «Тебя никогда здесь не было» и «Олдбой», аниме, музыкальное кино и еще много чего. Но каждый из референсов воспроизведен очень тщательно, вплоть до светового рисунка и режиссуры звука. При этом на коленке.
А вот «Эпидемия» Костомарова. Референсы – вся западная традиция кинокатастроф. Структура жанра давным-давно освоена. Но смотришь – и не покидает ощущение родного колхоза: в интонационных перебоях (так бывает, когда жанр прокладываешь по бездорожью), в завиральных ракурсах (треть сериала снята с квадрокоптера), в натужном динамизме (всякая дверь здесь открывается с барабанной дробью).
Чем так увлекает жанр катастрофы зрителей? Механикой схождения мира с ума – и последующей победой гуманистической идеи. Так вот, для зрителей плохие новости: авторы «Эпидемии» механику не осваивают, а в людей не верят. Все потому, что создатели сами загнали себя в угол «эпидемией». Сам вирус с людьми ничего особенного не делает: человеку плохеет, и он быстро умирает. Где тут конфликт? Разумеется, в том, что люди в условиях катастрофы проявляют себя как негодяи. Причем решительно все.
Едва только в столицу приходит зараза (показано это комком), всюду возникают группы мародеров. В городе это банды а-ля «Воины» Хилла. Они даже не грабят, а просто убивают. Почему? Как это помогает им выживать? Хер его знает. Но за городом дела обстоят еще задорнее. На условную Рублевку совершают набеги отряды бандитов, снаряженных лучше морских котиков из «Скалы». В этой экипировке они выносят из особняков телевизоры. У них есть база, строгая иерархия и большой штат. И всё это – через день-два после того, как начался вирус. Ах да, финальный титр пытается убедить нас, что «Эпидемия» поставлена по дневникам одной из героинь. Простите, вы серьезно?
Что же есть в «Эпидемии»? Герои, с которыми себя можно отождествить? Нафиг надо: снова у нас две семьи из гигантских особняков на условной Рублевке. Знакомые обстоятельства? А то как же. В стране, где запрещен огнестрел, у всех под прилавком и под подушкой по обрезу. А девочка-подросток на первой минуте выписывается из рехаба – зрители ТНТ-Премьер, видимо, понимающе закивают. Социальный срез? Вот вам Юрий Кузнецов в роли Беара Гриллса, а вот та самая девочка ради подросткового бунта (и никак не ради мужской части аудитории) показывает сиськи на пятой минуте. Показывает мальчику с синдромом Аспергера, который при этом как бы очень смешной.
Как этот полуторачасовой голем, скроенный из трех серий, дотопал до конкурса – загадка, на которую лучше не искать ответ. И пока «Нетфликс» делает так, что без подписки жить невмоготу, ТНТ-Премьер хочется загодя благодарить за то, что удержат эту «Эпидемию» в своем загоне.
Скоро в издательстве "Ча-ща" должна выйти книга "26 тюрем" - это такой дневник офицера Юрия Бессонова, которому не повезло застрять в Советской России после революции - и для него это обернулось бесконечной чередой тюрем, ссылок, арестов и побегов. В какой-то момент он не выдержал - и вместе с четырьмя другими заключенными сбежал с Соловков - они все смогли пройти путь до самой Финляндии.
К этой книге я написал небольшое предисловие - и его можно прочитать уже сейчас.
"Словом, идея Паноптикума родилась в российском контексте и во многом была им обусловлена — даже некоторое соответствие Паноптикума архитектурным канонам, по которым строились церкви, связано с реалиями Российской империи конца XIX века. Тогда полным ходом шла секуляризация церкви и государства — и немало церковных помещений переходили в государственную собственность — и в них нередко открывались мастерские.
Осенью 1786 года с этим устройством познакомился Иеремия Бентам — он навещал брата в Кричеве и впечатлился придуманным Сэмюэлем проектом. Размышляя об этой модели, Иеремия понял, что она может стать универсальным способом организации не только на производстве, но и в других местах — например, в тюрьме, сумасшедшем доме, школе. В историю Иеремия вошел как автор идеи Паноптикума, хотя на самом деле она принадлежала его брату. Иеремия Бентам на протяжении долгого времени предлагал к рассмотрению в Англии свой проект тюрьмы, основанный на идее Паноптикума, но тогда он не был принят — хотя позднее в мире появились тюрьмы, построенные отчасти в согласии с этим принципом".
https://cha-shcha.com/pobeg_iz_panoptikuma
К этой книге я написал небольшое предисловие - и его можно прочитать уже сейчас.
"Словом, идея Паноптикума родилась в российском контексте и во многом была им обусловлена — даже некоторое соответствие Паноптикума архитектурным канонам, по которым строились церкви, связано с реалиями Российской империи конца XIX века. Тогда полным ходом шла секуляризация церкви и государства — и немало церковных помещений переходили в государственную собственность — и в них нередко открывались мастерские.
Осенью 1786 года с этим устройством познакомился Иеремия Бентам — он навещал брата в Кричеве и впечатлился придуманным Сэмюэлем проектом. Размышляя об этой модели, Иеремия понял, что она может стать универсальным способом организации не только на производстве, но и в других местах — например, в тюрьме, сумасшедшем доме, школе. В историю Иеремия вошел как автор идеи Паноптикума, хотя на самом деле она принадлежала его брату. Иеремия Бентам на протяжении долгого времени предлагал к рассмотрению в Англии свой проект тюрьмы, основанный на идее Паноптикума, но тогда он не был принят — хотя позднее в мире появились тюрьмы, построенные отчасти в согласии с этим принципом".
https://cha-shcha.com/pobeg_iz_panoptikuma
Forwarded from Vox mediaevistae
Центрально-европейский университет выпустил сборник интервью с четыремя медиевистами, родившимися в 1920-1930 годах: с Яношем Баком из Венгрии, Ежи Клочовским из Польши, Франтишеком Шмахелем (не уверена в транскрипции) из Чехии и Хервигом Вольфрамом из Австрии.
Оставим за скобками, тот факт, что среди них нет ни одной дамы.
Биографии великих стариков вроде воспоминаний Пастуро (Цвета нашей памяти) и Ле Гоффа (Une vie pour l'histoire) очень увлекательно читать. Одна деталь вроде истории про то, как на венчании Ле Гоффа было два свидетеля: его друг-иудей и человек в штатском, — и мастодонты превращаются из музейных экспонатов в живых, многогранных людей. Вот бы заполучить этот сборничек.
Оставим за скобками, тот факт, что среди них нет ни одной дамы.
Биографии великих стариков вроде воспоминаний Пастуро (Цвета нашей памяти) и Ле Гоффа (Une vie pour l'histoire) очень увлекательно читать. Одна деталь вроде истории про то, как на венчании Ле Гоффа было два свидетеля: его друг-иудей и человек в штатском, — и мастодонты превращаются из музейных экспонатов в живых, многогранных людей. Вот бы заполучить этот сборничек.
Forwarded from someone else's history (Tetiana Zemliakova)
Ольфакторное пространство Англии в десятилетия, предшествовавшие Реформации, было строго зонированным. Связка «запах/территория» использовалась монахами, врачами, мастеровыми гильдиями и многими другими для разграничения символических пространств власти (вот когда поистине существовали signature scents). Пока над королем еще стоял папа, а власть его имела неоспоримо божественное происхождение, королевский двор пах так же, как католические церкви — ладаном, смолами и бальзамами (за исключением тех случаев, когда он пах дерьмом).
Когда Генрих VIII и Елизавета I решили побороться за учреждение новой формы королевской власти, понятой в протестантских категориях, им пришлось заняться, помимо прочего, вопросами запаха. С середины 1520-х годов присутствие Тюдоров на троне сопровождалось запахами розовой воды, отделяя ольфакторный фон мирской власти от фона власти небесной, то есть ладанного дыма католической церкви.
Дамасскую розу в Англию в начале 1520-х привез королевский лекарь Томас Линакр, который успел поучиться в Падуе и насмотреться там всяких прелестей итальянского возрождения. Использование розовой воды во времена Генриха VIII стало возможным благодаря совпадению развития сельского хозяйства и ранних промышленных технологий: одомашнивание дамасской розы в Англии происходило вместе с развитием искусства дистилляции, которое позволило получать относительно большие объемы розового масла. Дамасская роза была ценной и с геральдической точки зрения. Цвет и количество ее лепестков метафорически соответствовали гербу дома Тюдоров — красно-белой розе — объединившей две розы домов Йорков и Ланкастеров, перебитых в ходе предшествовавшей гражданской войны.
Розовые кусты были высажены на территориях королевских владений, а сам Генрих VIII и его ближайшие придворные носили на теле бутыльки, полные розового масла. Египетские ритуальные сосуды, приобретенные двором в 1524 году, подвешивались на золотой цепочке и распространяли запах вокруг грешного тела своего владельца. Здесь также интересно смещение: подобные украшения, заполненные бальзамом, были в ходу у церковных служителей и практически не использовались мирянами. После того, как кардинал Томас Уолси передал Генриху VIII во владение Хэмптон-Корт, последний велел разбить на территории сад удовольствий с оранжереями, «сладостными рощами» и аллеями кустов дамасской розы, исчислявшихся сотнями.
В этот же период тюдоровские юристы вовсю занялись развитием и распространением фикции «двух тел короля», одно из которых было мистическим и освященным вечной благодатью, а второе — земным и вполне смертным. Последнее пахло гидролатом дамасской розы. Если бы я знала об этой истории во времена, когда угорела по политической теологии, то научная жизнь моя могла бы сложиться иначе. Удивительная история.
Когда Генрих VIII и Елизавета I решили побороться за учреждение новой формы королевской власти, понятой в протестантских категориях, им пришлось заняться, помимо прочего, вопросами запаха. С середины 1520-х годов присутствие Тюдоров на троне сопровождалось запахами розовой воды, отделяя ольфакторный фон мирской власти от фона власти небесной, то есть ладанного дыма католической церкви.
Дамасскую розу в Англию в начале 1520-х привез королевский лекарь Томас Линакр, который успел поучиться в Падуе и насмотреться там всяких прелестей итальянского возрождения. Использование розовой воды во времена Генриха VIII стало возможным благодаря совпадению развития сельского хозяйства и ранних промышленных технологий: одомашнивание дамасской розы в Англии происходило вместе с развитием искусства дистилляции, которое позволило получать относительно большие объемы розового масла. Дамасская роза была ценной и с геральдической точки зрения. Цвет и количество ее лепестков метафорически соответствовали гербу дома Тюдоров — красно-белой розе — объединившей две розы домов Йорков и Ланкастеров, перебитых в ходе предшествовавшей гражданской войны.
Розовые кусты были высажены на территориях королевских владений, а сам Генрих VIII и его ближайшие придворные носили на теле бутыльки, полные розового масла. Египетские ритуальные сосуды, приобретенные двором в 1524 году, подвешивались на золотой цепочке и распространяли запах вокруг грешного тела своего владельца. Здесь также интересно смещение: подобные украшения, заполненные бальзамом, были в ходу у церковных служителей и практически не использовались мирянами. После того, как кардинал Томас Уолси передал Генриху VIII во владение Хэмптон-Корт, последний велел разбить на территории сад удовольствий с оранжереями, «сладостными рощами» и аллеями кустов дамасской розы, исчислявшихся сотнями.
В этот же период тюдоровские юристы вовсю занялись развитием и распространением фикции «двух тел короля», одно из которых было мистическим и освященным вечной благодатью, а второе — земным и вполне смертным. Последнее пахло гидролатом дамасской розы. Если бы я знала об этой истории во времена, когда угорела по политической теологии, то научная жизнь моя могла бы сложиться иначе. Удивительная история.
Forwarded from Город 812
В 2018 году четыре смотрителя залов музея Академии им. Штиглица написали письмо президенту Путину о крайне неудовлетворительном состоянии объекта культурного наследия.
Факты подтвердились, все четыре смотрителя были уволены.
Михаил Золотоносов о том, как разрушают музей декоративно-прикладного искусства.
http://gorod-812.ru/kak-unichtozhit-muzey-posobie-dlya-nachinayushhih/
Факты подтвердились, все четыре смотрителя были уволены.
Михаил Золотоносов о том, как разрушают музей декоративно-прикладного искусства.
http://gorod-812.ru/kak-unichtozhit-muzey-posobie-dlya-nachinayushhih/
Город 812
Как уничтожить музей: пособие для начинающих · Город 812
Место действия – Санкт-Петербургская государственная художественно-промышленная академия им. А.Л. Штиглица (бывшая «Муха»), которая расположена в объекте культурного наследия федерального значения «Центральное училище технического рисования и музей Штиглица…
Продолжаю на "Меле" рассказывать об истории разных старинных российских школ. Сегодня на очереди - Вторая Петербургская гимназия, немного рассказываю о ней, спешите прочитать.
Будущий сенатор и руководитель Департамента железных дорог Российской империи Константин Фишер оставил увлекательные воспоминания, в которых не забыл рассказать и о годах, проведённых в гимназии:
"…Выходят передо мной, как тени, лики моих почтенных профессоров. Тилло, проэкзаменовав нас при вступлении в 5-й класс, говорил нам: «Господа! Даю вам два месяца, чтобы забыть всё то, чему вы до сих пор научились, потому что только тогда я могу начать преподавать вам французский язык». Гедике знал все школьные проделки, знал, что воспитанники держат тетради на коленях, чтобы с ними советоваться, или пишут на ладони то, чего не заучили, что вместо переводов перефразируют готовые напечатанные переводы латинских писателей, и, чтобы не быть жертвою обмана, принял странные обряды: садился на стол кафедры, свесив ноги, приказывал всем опустить руки под стол и прислониться грудью к столу. Грефе, профессор греческого языка, европейский авторитет, академик, друг министра, был вспыльчив до исступления. В его высшем классе было только три слушателя, потому что он говорил только по-немецки, а из нас только трое понимали этот язык.
Раз случилось, что в класс явился я один. Стали мы переводить «Одиссею»; я сказал артикль не того рода. «Что?!» — завопил он и и бросился ко мне с кафедры, как сорвавшаяся с цепи собака. Грефе замахнулся на меня, я вскочил на стол — он туда же; столов было пять рядов, я бегал по столам, 15-летний мальчишка; он, 60-летний, беззубый, с Владимиром на шее — за мной».
https://mel.fm/istoriya/1863754-second_petersburg_gymnasium
Будущий сенатор и руководитель Департамента железных дорог Российской империи Константин Фишер оставил увлекательные воспоминания, в которых не забыл рассказать и о годах, проведённых в гимназии:
"…Выходят передо мной, как тени, лики моих почтенных профессоров. Тилло, проэкзаменовав нас при вступлении в 5-й класс, говорил нам: «Господа! Даю вам два месяца, чтобы забыть всё то, чему вы до сих пор научились, потому что только тогда я могу начать преподавать вам французский язык». Гедике знал все школьные проделки, знал, что воспитанники держат тетради на коленях, чтобы с ними советоваться, или пишут на ладони то, чего не заучили, что вместо переводов перефразируют готовые напечатанные переводы латинских писателей, и, чтобы не быть жертвою обмана, принял странные обряды: садился на стол кафедры, свесив ноги, приказывал всем опустить руки под стол и прислониться грудью к столу. Грефе, профессор греческого языка, европейский авторитет, академик, друг министра, был вспыльчив до исступления. В его высшем классе было только три слушателя, потому что он говорил только по-немецки, а из нас только трое понимали этот язык.
Раз случилось, что в класс явился я один. Стали мы переводить «Одиссею»; я сказал артикль не того рода. «Что?!» — завопил он и и бросился ко мне с кафедры, как сорвавшаяся с цепи собака. Грефе замахнулся на меня, я вскочил на стол — он туда же; столов было пять рядов, я бегал по столам, 15-летний мальчишка; он, 60-летний, беззубый, с Владимиром на шее — за мной».
https://mel.fm/istoriya/1863754-second_petersburg_gymnasium
Мел
От Александра I до блокады и наших дней: 214 лет истории старейшей гимназии в России
2 9232Здесь учились друзья Пушкина — и его дети. Знаменитый адвокат Кони, прославленный путешественник Миклухо-Маклай, композитор Стравинский — все они провели школьные годы во Второй Санкт-Петербургской гимназии, которая существует по сей день. Егор Сенников…