Forwarded from КАШИН
Антон Размахнин (которому верю безоговорочно) нашел крутую фотографию в архиве какого-то фотографа.
Немного о репрессиях 1937 года — на примере Лениграда
— Женщины составляли примерно 53,7% населения Ленинграда и области в 1939 году. Однако жертвам террора в основном были мужчины; женщины составляли менее 4% от общего числа репрессированных в 1937 году.
— Хотя только 40% населения Ленинграда было старше 40 лет, почти 70% всех жертв чисток были старше 40 лет.
— В 1939 году менее 1,5% населения СССР были либо членами, либо кандидатами в члены Коммунистической партии Советского Союза. Женщины по разным причинам гораздо реже, чем мужчины, были членами партии. Женщины составляли менее 15% партийного состава в конце 1930-х годов. В одной из баз данных указано 673 человека, из которых 44 (приблизительно 6,5%) были членами партии во время их ареста. Восемь из 297 женщин (2,7%) были членами партии, и все они присоединились к партии после революции.
— Несмотря на то, что русские составляли 58,39% от всего советского населения в 1939 году, население Ленинградской области было преимущественно русским (88,79%), как и РСФСР в целом (82,5%). Среди жертв репрессий 1937 года русские составляли около 60%, поляки составляли 16%.
— Социальные категории, наиболее затронутые чистками, в отношении ко всему населению Ленинграда, были, во-первых, служащие и обслуживающий персонал (категория, к которой принадлежало большинство членов Коммунистической партии); во-вторых, независимое крестьянство (те, кто не был включен в государственную и колхозную систему, и поэтому некоторые из них были, возможно, бывшими кулаками); и, в-третьих, «другие» социальные группы (которые с большей вероятностью были экономически неактивными и / или, возможно, родственниками других жертв чистки).
— Аресты начались уже в ноябре и декабре 1936 года, и в апреле 1937 года произошел определенный спад арестов. Аресты возобновились в июне-июле 1937 года, и с 5 августа они начали носить массовый характер. Это явно соответствует дате в постановлении Ежова, в котором говорилось, что кампания должна продолжаться в течение четырех месяцев и устанавливаливась квоты для разных регионов. Массовые казни начались 9 августа 1937 года, причем первые казни состоялись двумя днями ранее.
— Более 70% жертв чистки были осуждены в течение шести недель после их ареста. Больше 50% арестованных, проводил в ожидании суда от 10 дней до 4 недель.
— Женщины составляли примерно 53,7% населения Ленинграда и области в 1939 году. Однако жертвам террора в основном были мужчины; женщины составляли менее 4% от общего числа репрессированных в 1937 году.
— Хотя только 40% населения Ленинграда было старше 40 лет, почти 70% всех жертв чисток были старше 40 лет.
— В 1939 году менее 1,5% населения СССР были либо членами, либо кандидатами в члены Коммунистической партии Советского Союза. Женщины по разным причинам гораздо реже, чем мужчины, были членами партии. Женщины составляли менее 15% партийного состава в конце 1930-х годов. В одной из баз данных указано 673 человека, из которых 44 (приблизительно 6,5%) были членами партии во время их ареста. Восемь из 297 женщин (2,7%) были членами партии, и все они присоединились к партии после революции.
— Несмотря на то, что русские составляли 58,39% от всего советского населения в 1939 году, население Ленинградской области было преимущественно русским (88,79%), как и РСФСР в целом (82,5%). Среди жертв репрессий 1937 года русские составляли около 60%, поляки составляли 16%.
— Социальные категории, наиболее затронутые чистками, в отношении ко всему населению Ленинграда, были, во-первых, служащие и обслуживающий персонал (категория, к которой принадлежало большинство членов Коммунистической партии); во-вторых, независимое крестьянство (те, кто не был включен в государственную и колхозную систему, и поэтому некоторые из них были, возможно, бывшими кулаками); и, в-третьих, «другие» социальные группы (которые с большей вероятностью были экономически неактивными и / или, возможно, родственниками других жертв чистки).
— Аресты начались уже в ноябре и декабре 1936 года, и в апреле 1937 года произошел определенный спад арестов. Аресты возобновились в июне-июле 1937 года, и с 5 августа они начали носить массовый характер. Это явно соответствует дате в постановлении Ежова, в котором говорилось, что кампания должна продолжаться в течение четырех месяцев и устанавливаливась квоты для разных регионов. Массовые казни начались 9 августа 1937 года, причем первые казни состоялись двумя днями ранее.
— Более 70% жертв чистки были осуждены в течение шести недель после их ареста. Больше 50% арестованных, проводил в ожидании суда от 10 дней до 4 недель.
Forwarded from Сьерамадре (Egor Sennikov)
Интервью_Бернардо_Бертолуччи_изданию.pdf
1.1 MB
Forwarded from Сьерамадре (Никита Смирнов и Егор Сенников)
Умер Бернардо Бертолуччи. Ему было 77 лет. Мы отыскали одно из первых англоязычных интервью режиссера: в 1968 году он поговорил с корреспондентом Film Quarterly (интервью целиком — в предыдущем посте). В этот момент Бертолуччи — вчерашний ассистент Пазолини, автор двух полнометражных фильмов. Через два года он снимет «Конформиста», а пока готовится к проекту с Жан-Пьером Лео, которому сбыться не суждено. Выкладываем полную версию — и приводим некоторые фрагменты беседы.
«Однажды я был в дворце Шайо, а экран там просто огромный (он занимает всю заднюю стенку, не оставляя промежутка), и я спросил у Анри Ланглуа, зачем нужен такой гигантский экран. Он ответил: „Это экран для фильмов Росселлини“».
«У Пазолини я научился одной очень важной вещи: фильмы надо изобретать и переоткрывать. Я смотрел на него за работой и видел, как он изобретает свой фильм день за днем, изобретает стиль фильма, как он снимает с движения, делает крупные планы — и я словно бы присутствовал при рождении кинематографа».
«Я очень люблю поэзию, у меня особенно нет других интересов, только поэзия. Я также много смотрю на живопись, слушаю музыку, но поэзия интересует меня больше всего. Многие годы я писал стихи, а затем перестал, потому что в них я говорю о том же, о чем и в фильмах — чтобы не повторяться, я перестал заниматься поэзией».
О «Костлявой смерти»: «Многое пришло во время съемки, прежде всего эта манера, отдаленно напоминающая cinéma vérité, то, как сняты допросы персонажей комиссаром полиции. Многие вещи возникли на площадке, в сценарии они были описаны иначе. Это произошло, потому что когда я писал сценарий, то не знал, что буду его снимать — предполагался другой человек. Я был нанят как автор сценария; но продюсеры были очень довольны результатом и предложили мне самому снимать. Так в моих руках оказался сценарий, в проблемы которого я слишком не вникал — они должны были достаться режиссеру. Мне трудно было воплотить историю и персонажей (сценарную заявку писал главным образом Пазолини), воспринять их близко, прочувствовать их».
О фильме «Перед революцией» (1964): «Пазолини видел мир итальянского пролетариата в примитивном стиле фиксированных мизансцен и крупных планов с полотен Мазаччо; сам он говорит, что видел больше картин чем фильмов, а фильмы видел только „самые основные“, „Страсти Жанны д’Арк“, например. Я, напротив, в большей степени синефил, у меня было больше идей. В „Перед революцией“ проблемой для меня были сюжет, персонажи и структура. Поскольку проект был „очень моим“, я написал громадный сценарий на триста страниц, почти что роман, и к моменту съемок, как это бывает, я уже не ощущал его как свой: его будто написал кто-то другой».
О несбывшемся фильме: «Я начинаю снимать в сентябре, а пока пишу. Название «Природа против природы» (Natura contra Natura). Это история трех молодых людей в Риме. Все трое иностранцы. Не потому, что я хотел сделать кино о трех иностранцах, просто я выбрал трех зарубежных актеров, а снимать собираюсь с синхронным звуком — следовательно, мои персонажи должны говорить по-итальянски с акцентом. Так что синхрон вынудил меня придумать этих героев. Одного играет Аллен Миджетт, молодой парень из «Костлявой смерти», американец, ему досталась роль солдата. Другой — Жан-Пьер Лео, который только что сыграл у Годара, а третий это Лу Кастель, он играл в «Кулаках в кармане».
«В моем первом фильме не было профессиональных актеров, кроме пары в маленьких ролях, поэтому моя работа выглядела вот как: я видел, что мой актер за ужином смеется, и если мне это нравилось, я говорил ему: „Попробуй засмеяться как прошлым вечером“».
«Однажды я был в дворце Шайо, а экран там просто огромный (он занимает всю заднюю стенку, не оставляя промежутка), и я спросил у Анри Ланглуа, зачем нужен такой гигантский экран. Он ответил: „Это экран для фильмов Росселлини“».
«У Пазолини я научился одной очень важной вещи: фильмы надо изобретать и переоткрывать. Я смотрел на него за работой и видел, как он изобретает свой фильм день за днем, изобретает стиль фильма, как он снимает с движения, делает крупные планы — и я словно бы присутствовал при рождении кинематографа».
«Я очень люблю поэзию, у меня особенно нет других интересов, только поэзия. Я также много смотрю на живопись, слушаю музыку, но поэзия интересует меня больше всего. Многие годы я писал стихи, а затем перестал, потому что в них я говорю о том же, о чем и в фильмах — чтобы не повторяться, я перестал заниматься поэзией».
О «Костлявой смерти»: «Многое пришло во время съемки, прежде всего эта манера, отдаленно напоминающая cinéma vérité, то, как сняты допросы персонажей комиссаром полиции. Многие вещи возникли на площадке, в сценарии они были описаны иначе. Это произошло, потому что когда я писал сценарий, то не знал, что буду его снимать — предполагался другой человек. Я был нанят как автор сценария; но продюсеры были очень довольны результатом и предложили мне самому снимать. Так в моих руках оказался сценарий, в проблемы которого я слишком не вникал — они должны были достаться режиссеру. Мне трудно было воплотить историю и персонажей (сценарную заявку писал главным образом Пазолини), воспринять их близко, прочувствовать их».
О фильме «Перед революцией» (1964): «Пазолини видел мир итальянского пролетариата в примитивном стиле фиксированных мизансцен и крупных планов с полотен Мазаччо; сам он говорит, что видел больше картин чем фильмов, а фильмы видел только „самые основные“, „Страсти Жанны д’Арк“, например. Я, напротив, в большей степени синефил, у меня было больше идей. В „Перед революцией“ проблемой для меня были сюжет, персонажи и структура. Поскольку проект был „очень моим“, я написал громадный сценарий на триста страниц, почти что роман, и к моменту съемок, как это бывает, я уже не ощущал его как свой: его будто написал кто-то другой».
О несбывшемся фильме: «Я начинаю снимать в сентябре, а пока пишу. Название «Природа против природы» (Natura contra Natura). Это история трех молодых людей в Риме. Все трое иностранцы. Не потому, что я хотел сделать кино о трех иностранцах, просто я выбрал трех зарубежных актеров, а снимать собираюсь с синхронным звуком — следовательно, мои персонажи должны говорить по-итальянски с акцентом. Так что синхрон вынудил меня придумать этих героев. Одного играет Аллен Миджетт, молодой парень из «Костлявой смерти», американец, ему досталась роль солдата. Другой — Жан-Пьер Лео, который только что сыграл у Годара, а третий это Лу Кастель, он играл в «Кулаках в кармане».
«В моем первом фильме не было профессиональных актеров, кроме пары в маленьких ролях, поэтому моя работа выглядела вот как: я видел, что мой актер за ужином смеется, и если мне это нравилось, я говорил ему: „Попробуй засмеяться как прошлым вечером“».
Про Дудя и Михалкова.
1. Дудь решил в этом интервью выпалить из всех ружей - бросить в лицо собеседника все те мемы, что соткались вокруг Михалкова за последние 15 лет. И, как мы видим, по итогам интервью, соткались они не зря.""Утомленные солнцем-2" -- великое кино, а те, кому оно не нравится - нихера не поняли; на встречку с мигалкой выезжал не я, а мой водитель, но я его отругал (увольнять не стал - а что должен был повесить?); геев не люблю, но если мой внук будет геем, то буду общаться; есть что-то святое в истории страны, что нельзя трогать и над чем нельзя смеяться ни в коем случае (Сталин), но Ельцин-центр, апологетирующий Ельцина - это ужасно и запредельно; Ельцина я не любил, а он не любил меня за то, что я поддержал Руцкого, но в 1996 году я не знал о Ельцине чего-то плохого, поэтому поддержал (потом-то я узнал, и сразу все про Ельцина понял, теперь с ним борюсь)". Как-то так. Можно было бы решить, что Никита Сергеевич состоит из взаимоисключающих параграфов, но если отбросить как раз его личное обаяние, то легко увидеть, что параграфы вполне однозначные и явные. Понятно на какие взгляды указывающие.
2. Часть про Путина (примерно последние полчаса) - это просто какое-то избиение в прямом эфире (интервью шло без монтажа) - Михалков сдерживался от выпадов или пытался переводить все в шутку. Но Дудь с него не слезал. И если до этого Дудь обходился экивоками и подмигами (вроде цитаты Колчака о том, что "Артистов, кучеров и проституток не трогать - они нужны любой власти), то тут лупил прямо. В итоге Михалкову пришлось практически признать, что он не очень свободный человек, который не то чтобы боится, а добровольно выбрал путь обслуживания власти ("я много в чем несогласен с Путиным! - в чем например? - ну вот ЕГЭ, образование, министр МЧС плохой. - а еще? - много в чем"). И хотя потом он смог сказать, что ему не нравится, когда Путину приходится в прямом эфире решать проблемы каких-нибудь детских площадок во дворе и лекарств больным, все это было уже неубедительно - вдогонку беседе как-то, а не от себя.
3. Все это производит впечатление, конечно, пугающее. Примерно так было в финале интервью Дудя с Познером, когда все эти вопросы привели в итоге к тому, что свободным и независимым нельзя быть даже тогда, когда ты абсолютно состоялся - успешен, богат, любим миллионами и дожил до седых лет. Даже в этой точке ты не можешь быть свободным, а остаешься заложником - то ли политической системы, то ли общественной системы в целом - и должен ждать, что там скажут сверху.
4. При этом Михалков, несмотря ни на что, несмотря на все те безумства, что он порою в этом интервью говорил, оставался ужасно обаятельным. Этого у него не отнять никому - и когда он одной фразой, одной интонацией или усмешкой заставляет тебя улыбнуться - ну что тут остается кроме как восхититься талантом человека?
5. Пунктиром: не люблю, что Михалков ко всем всегда обращается "на ты" (и это интервью не было исключением); у "Бесогона" есть свой мерч; Михалков следит за БэдКомедианом (но считает, что тот "нихера не понял" в его фильмах); Путин спрашивал Михалкова о том, сможет ли его отец написать новые слова к советскому гимну; Михалков был близок к смерти во время службы на Камчатке; Михалков произносит "Юрий будет дуть, дуть будет Юрий".
6. На вопрос о том, что он скажет Путину при встрече, Михалков сказал - "Вот, был у Дудя..." и посоветовал Дудю сходить к Путину - дескать, подсобит. Если такое интервью действительно состоится, то, конечно, это будет абсолютная личная победа Дудя как журналиста. Но хочется надеяться, что все-таки этого интервью не будет и Дудь к победе придет каким-нибудь другим образом. Интервью с Путиным не может быть интересным, потому что он, в общем, никогда не покидает пределов маски, которую он сам себе создал.
1. Дудь решил в этом интервью выпалить из всех ружей - бросить в лицо собеседника все те мемы, что соткались вокруг Михалкова за последние 15 лет. И, как мы видим, по итогам интервью, соткались они не зря.""Утомленные солнцем-2" -- великое кино, а те, кому оно не нравится - нихера не поняли; на встречку с мигалкой выезжал не я, а мой водитель, но я его отругал (увольнять не стал - а что должен был повесить?); геев не люблю, но если мой внук будет геем, то буду общаться; есть что-то святое в истории страны, что нельзя трогать и над чем нельзя смеяться ни в коем случае (Сталин), но Ельцин-центр, апологетирующий Ельцина - это ужасно и запредельно; Ельцина я не любил, а он не любил меня за то, что я поддержал Руцкого, но в 1996 году я не знал о Ельцине чего-то плохого, поэтому поддержал (потом-то я узнал, и сразу все про Ельцина понял, теперь с ним борюсь)". Как-то так. Можно было бы решить, что Никита Сергеевич состоит из взаимоисключающих параграфов, но если отбросить как раз его личное обаяние, то легко увидеть, что параграфы вполне однозначные и явные. Понятно на какие взгляды указывающие.
2. Часть про Путина (примерно последние полчаса) - это просто какое-то избиение в прямом эфире (интервью шло без монтажа) - Михалков сдерживался от выпадов или пытался переводить все в шутку. Но Дудь с него не слезал. И если до этого Дудь обходился экивоками и подмигами (вроде цитаты Колчака о том, что "Артистов, кучеров и проституток не трогать - они нужны любой власти), то тут лупил прямо. В итоге Михалкову пришлось практически признать, что он не очень свободный человек, который не то чтобы боится, а добровольно выбрал путь обслуживания власти ("я много в чем несогласен с Путиным! - в чем например? - ну вот ЕГЭ, образование, министр МЧС плохой. - а еще? - много в чем"). И хотя потом он смог сказать, что ему не нравится, когда Путину приходится в прямом эфире решать проблемы каких-нибудь детских площадок во дворе и лекарств больным, все это было уже неубедительно - вдогонку беседе как-то, а не от себя.
3. Все это производит впечатление, конечно, пугающее. Примерно так было в финале интервью Дудя с Познером, когда все эти вопросы привели в итоге к тому, что свободным и независимым нельзя быть даже тогда, когда ты абсолютно состоялся - успешен, богат, любим миллионами и дожил до седых лет. Даже в этой точке ты не можешь быть свободным, а остаешься заложником - то ли политической системы, то ли общественной системы в целом - и должен ждать, что там скажут сверху.
4. При этом Михалков, несмотря ни на что, несмотря на все те безумства, что он порою в этом интервью говорил, оставался ужасно обаятельным. Этого у него не отнять никому - и когда он одной фразой, одной интонацией или усмешкой заставляет тебя улыбнуться - ну что тут остается кроме как восхититься талантом человека?
5. Пунктиром: не люблю, что Михалков ко всем всегда обращается "на ты" (и это интервью не было исключением); у "Бесогона" есть свой мерч; Михалков следит за БэдКомедианом (но считает, что тот "нихера не понял" в его фильмах); Путин спрашивал Михалкова о том, сможет ли его отец написать новые слова к советскому гимну; Михалков был близок к смерти во время службы на Камчатке; Михалков произносит "Юрий будет дуть, дуть будет Юрий".
6. На вопрос о том, что он скажет Путину при встрече, Михалков сказал - "Вот, был у Дудя..." и посоветовал Дудю сходить к Путину - дескать, подсобит. Если такое интервью действительно состоится, то, конечно, это будет абсолютная личная победа Дудя как журналиста. Но хочется надеяться, что все-таки этого интервью не будет и Дудь к победе придет каким-нибудь другим образом. Интервью с Путиным не может быть интересным, потому что он, в общем, никогда не покидает пределов маски, которую он сам себе создал.
❤2👏1
Forwarded from Сьерамадре (Egor Sennikov)
Эта фотография была сделана 14 декабря 1981 года, на второй день после введения военного положения в Польше. Автор снимка — Крис Ниденталь, родился в семье польских эмигрантов в Великобритании. В тот день он ехал по улице Раковица в Варшаве вместе с американским фотографом и польским оператором. В какой-то момент, забравшись на возвышение, они увидели идеальную фактуру для съемок и начали снимать изнутри автомобиля. В те ддни из-за военного положения было опасно даже прогуливаться с камерой, за это могли арестовать на месте. А уж о съемках и речи не было.
Ниденталь, понимая, что у него есть идеальный материал для прессы, должен был быстро найти подходящее место, чтобы сделать хороший снимок и не обнаружить себя. К счастью, ему удалось найти открытый подъезд, из которого открывался прекрасный вид на кинотеатр "Москва".
Оставалось решить логистическую проблему — как доставить пленку в редакцию журнала Newsweek в Берлине? Фотографу пришлось бегать по вокзалу, незадолго до начала комендантского часа, пытаясь найти хоть кого-то, кто согласился бы увезти пленку на поезде в Берлин. В последний момент он нашел немецкого студента, который как раз направлялся в Германию. Через некоторое время Крис узнал, что его фотография была опубликована в одном из номеров.
К сожалению, снимок был опубликован в небольшом формате — было отрезано название кинотеатра "Москва", что резко сокращало тот месседж, который хотел донести Крис.
https://t.me/ussrchaosss/2038
Ниденталь, понимая, что у него есть идеальный материал для прессы, должен был быстро найти подходящее место, чтобы сделать хороший снимок и не обнаружить себя. К счастью, ему удалось найти открытый подъезд, из которого открывался прекрасный вид на кинотеатр "Москва".
Оставалось решить логистическую проблему — как доставить пленку в редакцию журнала Newsweek в Берлине? Фотографу пришлось бегать по вокзалу, незадолго до начала комендантского часа, пытаясь найти хоть кого-то, кто согласился бы увезти пленку на поезде в Берлин. В последний момент он нашел немецкого студента, который как раз направлялся в Германию. Через некоторое время Крис узнал, что его фотография была опубликована в одном из номеров.
К сожалению, снимок был опубликован в небольшом формате — было отрезано название кинотеатра "Москва", что резко сокращало тот месседж, который хотел донести Крис.
https://t.me/ussrchaosss/2038
Telegram
МЕСТО ПАМЯТИ
А в Польше во время военного положения показывали "Апокалипис сегодня". 1981 год