Итак - сегодня пятница и это время для очередного моего большого разговора c умным человеком для издания "Republic". Сегодняшний разговор - с издателем Александром Ивановым : о неолиберализме, о книгах, о 90-х, о духе времени и о том, что такое сталинизм. Также в конце бонус - книжные рекомендации. Читайте!
"Можете ли вы согласиться с теми, кто говорит, что история Россия второй половины XX века – это история преодоления сталинизма?
– Я вообще против термина «сталинизм». Я считаю, что в России был очень трагический период, связанный с непрерывным милитарным опытом, начиная с 1914 года. Первая мировая война, потом Гражданская, индустриализация и коллективизация, Вторая мировая война – более 30 лет Россия переживала сильнейшую драму, связанную с войной и мобилизацией. Милитаризация сознания, определяющая роль насилия в обществе – все это вряд ли может быть приписано исключительно фигуре Сталина. Есть такой интересный факт: немцы во время войны вывезли Смоленский архив ВКП(б), затем он попал в США, где его много лет изучали. Одним из результатов исследования архива стало понимание Большого террора как процесса, не носившего исключительно пирамидальный характер. Это не выглядело так, что все приказы относительно террора всегда исходили из одного центра – террор был одновременно и горизонтальным, и вертикальным. Бытовое, языковое, социальное насилие, ксенофобия, мизогиния – все это формировало горизонтальную атмосферу повседневного насилия начиная с Гражданской войны. Это – огромная драма нашей страны. Но я бы поостерегся связывать все эти явления с именем Сталина.
Это скорее формы социальной жизни, определяемые крайней милитаризацией и мобилизацией общества и сознания. Мобилизация здесь торжествовала почти весь XX век. То, что происходило в либеральные годы – в конце 1950-х – середине 1960-х или в 1990-е – можно охарактеризовать не словом «десталинизация», а понятием «демобилизация». Дембель, солдат, увольняющийся из армии, у которого уже и начальников почти нет, который эполеты какие-то нашивает на китель, начинает выпивать, отращивает длинные волосы и готовит «дембельский альбом» – вот антропологический образ демобилизованного русского человека. "
https://goo.gl/FEuj3P
"Можете ли вы согласиться с теми, кто говорит, что история Россия второй половины XX века – это история преодоления сталинизма?
– Я вообще против термина «сталинизм». Я считаю, что в России был очень трагический период, связанный с непрерывным милитарным опытом, начиная с 1914 года. Первая мировая война, потом Гражданская, индустриализация и коллективизация, Вторая мировая война – более 30 лет Россия переживала сильнейшую драму, связанную с войной и мобилизацией. Милитаризация сознания, определяющая роль насилия в обществе – все это вряд ли может быть приписано исключительно фигуре Сталина. Есть такой интересный факт: немцы во время войны вывезли Смоленский архив ВКП(б), затем он попал в США, где его много лет изучали. Одним из результатов исследования архива стало понимание Большого террора как процесса, не носившего исключительно пирамидальный характер. Это не выглядело так, что все приказы относительно террора всегда исходили из одного центра – террор был одновременно и горизонтальным, и вертикальным. Бытовое, языковое, социальное насилие, ксенофобия, мизогиния – все это формировало горизонтальную атмосферу повседневного насилия начиная с Гражданской войны. Это – огромная драма нашей страны. Но я бы поостерегся связывать все эти явления с именем Сталина.
Это скорее формы социальной жизни, определяемые крайней милитаризацией и мобилизацией общества и сознания. Мобилизация здесь торжествовала почти весь XX век. То, что происходило в либеральные годы – в конце 1950-х – середине 1960-х или в 1990-е – можно охарактеризовать не словом «десталинизация», а понятием «демобилизация». Дембель, солдат, увольняющийся из армии, у которого уже и начальников почти нет, который эполеты какие-то нашивает на китель, начинает выпивать, отращивает длинные волосы и готовит «дембельский альбом» – вот антропологический образ демобилизованного русского человека. "
https://goo.gl/FEuj3P
republic.ru
«Любая информация сегодня живет примерно столько же, сколько живет комар»
Александр Иванов – о духе времени
Решил узнать о чем, собственно, поется в советской песне "Орленок", полез выяснять - а там открылись какие-то советские бездны - бедные местечковые сапожники, Ленин, красноармейцы:
" Написана в 1936 году поэтом Яковом Шведовым на музыку композитора Виктора Белого к спектаклю Театра Моссовета «Хлопчик» драматурга М. Даниэля.
Сюжет спектакля повествует об эпохе Гражданской войны в Белоруссии. Городок близ Молодечно заняли белополяки, и 15-летний сирота, ученик сапожника, а ныне красноармеец Зямка Копач попадает в тюрьму со своими однополчанами. Узнав, что их командиру Андрею Кудрявцеву грозит расстрел, Зямка обманывает охрану, убегает из тюрьмы и связывается с подпольем, которое отбивает Кудрявцева. В тюрьме Зямка сочиняет песню, которая в итоге становится гимном отряда. Первый вариант текста принадлежал автору пьесы, использовавшего мотив стихотворения А. С. Пушкина «Узник», и в переводе Б. Х. Черняка звучал так:
Орленок, орленок — могучая птица,
Лети ты в далекий мой край,
Там мама-старушка по сыну томится,
Родимой привет передай!
Орленок, орленок — могучая птица,
К востоку стреми свой полет,
Взлети над Москвою, над красной столицей,
Где Ленин любимый живёт!
Орленок, орленок, ему расскажи ты
Про наших врагов, про тюрьму;
Скажи, что в плену мы, но мы не разбиты
И нас не сломить никому.
Для постановки в Москве композитор Виктор Белый предложил поэту Якову Шведову написать песню заново, и она приобрела в СССР массовую популярность.
В одном из вариантов исполнения песни Большим Детским Хором вместо «ковыльные степи в огне» звучит «бурятские степи в огне»."
" Написана в 1936 году поэтом Яковом Шведовым на музыку композитора Виктора Белого к спектаклю Театра Моссовета «Хлопчик» драматурга М. Даниэля.
Сюжет спектакля повествует об эпохе Гражданской войны в Белоруссии. Городок близ Молодечно заняли белополяки, и 15-летний сирота, ученик сапожника, а ныне красноармеец Зямка Копач попадает в тюрьму со своими однополчанами. Узнав, что их командиру Андрею Кудрявцеву грозит расстрел, Зямка обманывает охрану, убегает из тюрьмы и связывается с подпольем, которое отбивает Кудрявцева. В тюрьме Зямка сочиняет песню, которая в итоге становится гимном отряда. Первый вариант текста принадлежал автору пьесы, использовавшего мотив стихотворения А. С. Пушкина «Узник», и в переводе Б. Х. Черняка звучал так:
Орленок, орленок — могучая птица,
Лети ты в далекий мой край,
Там мама-старушка по сыну томится,
Родимой привет передай!
Орленок, орленок — могучая птица,
К востоку стреми свой полет,
Взлети над Москвою, над красной столицей,
Где Ленин любимый живёт!
Орленок, орленок, ему расскажи ты
Про наших врагов, про тюрьму;
Скажи, что в плену мы, но мы не разбиты
И нас не сломить никому.
Для постановки в Москве композитор Виктор Белый предложил поэту Якову Шведову написать песню заново, и она приобрела в СССР массовую популярность.
В одном из вариантов исполнения песни Большим Детским Хором вместо «ковыльные степи в огне» звучит «бурятские степи в огне»."
Про человечность
В конце июля 1963 года в Скопье (Македония) произошло довольно сильное землетрясение - погибло около 1000 человек, 200 тысяч остались без дома, около 75% города было уничтожено. Реакция на македонское землетрясение была очень быстрой - уже через несколько дней после землетрясения 35 стран попросили Генеральную Ассамблею Организации Объединенных Наций оказать помощь Скопье. 78 стран предложили помощь в виде денег, медицинских, инженерных и строительных бригад.
Президент Соединенных Штатов Джон Ф. Кеннеди приказал Министерству обороны и Агентству международного развития принять меры по оказанию помощи в Скопье путем отправки персонала, сборных домов, палаточных городков и других форм помощи. Большое количество помощи также прибыло из Советского Союза. Никита Хрущев лично посетил Скопье. Поскольку Югославия СФР была членом Движения неприсоединения во время холодной войны, американские и советские войска, дислоцированные в Скопье, могли свободно пожать руку в первый раз со времени их исторической встречи на Эльбе в 1945 году.
Хрущев прилетел в Югославию во второй половине августа. После осмотра Белграда, возложения венков и посещения заводов, два лидера добрались до Скопье. В дальнейшем Хрущев поездил по другим городам Югославии. В итоге договорились о выделении серьезной помощи Македонии.
В 1965 году ООН пригласила японского архитектора Кензо Танге для участия в ограниченном конкурсе на перепланировку Скопье, после чего Танге выиграл 60% премии, а югославская команда выиграла оставшиеся 40%. Тем не менее, план Танге остался частично реализованным, особенно в отношении железнодорожного вокзала Нового Скопье и так называемой городской стены.
Известный художник Пабло Пикассо пожертвовал свою картину «Голова женщины» (1963), которая была выставлена в новом музее современного искусства после землетрясения в Македонии. Здание музея было пожертвованием из Польши и было спроектировано несколькими польскими архитекторами. Концертный зал «Univerzalna sala» был построен на пожертвования из примерно 35 стран.
Несколько улиц и объектов в Скопье были названы в честь стран, которые помогли в их строительстве и / или пожертвовании жилья. Например, правительство Румынии пожертвовало поликлинический медицинский центр, который был назван в честь столицы страны - Бухареста. В муниципалитете Карпош есть многоквартирные жилые дома, названные на македонском языке: «руски згради» («ruski zgradi», что означает «русские здания») и шведские и финские сборные под названием «шведски / фински бараки» («švedski / финский бараки").
В конце июля 1963 года в Скопье (Македония) произошло довольно сильное землетрясение - погибло около 1000 человек, 200 тысяч остались без дома, около 75% города было уничтожено. Реакция на македонское землетрясение была очень быстрой - уже через несколько дней после землетрясения 35 стран попросили Генеральную Ассамблею Организации Объединенных Наций оказать помощь Скопье. 78 стран предложили помощь в виде денег, медицинских, инженерных и строительных бригад.
Президент Соединенных Штатов Джон Ф. Кеннеди приказал Министерству обороны и Агентству международного развития принять меры по оказанию помощи в Скопье путем отправки персонала, сборных домов, палаточных городков и других форм помощи. Большое количество помощи также прибыло из Советского Союза. Никита Хрущев лично посетил Скопье. Поскольку Югославия СФР была членом Движения неприсоединения во время холодной войны, американские и советские войска, дислоцированные в Скопье, могли свободно пожать руку в первый раз со времени их исторической встречи на Эльбе в 1945 году.
Хрущев прилетел в Югославию во второй половине августа. После осмотра Белграда, возложения венков и посещения заводов, два лидера добрались до Скопье. В дальнейшем Хрущев поездил по другим городам Югославии. В итоге договорились о выделении серьезной помощи Македонии.
В 1965 году ООН пригласила японского архитектора Кензо Танге для участия в ограниченном конкурсе на перепланировку Скопье, после чего Танге выиграл 60% премии, а югославская команда выиграла оставшиеся 40%. Тем не менее, план Танге остался частично реализованным, особенно в отношении железнодорожного вокзала Нового Скопье и так называемой городской стены.
Известный художник Пабло Пикассо пожертвовал свою картину «Голова женщины» (1963), которая была выставлена в новом музее современного искусства после землетрясения в Македонии. Здание музея было пожертвованием из Польши и было спроектировано несколькими польскими архитекторами. Концертный зал «Univerzalna sala» был построен на пожертвования из примерно 35 стран.
Несколько улиц и объектов в Скопье были названы в честь стран, которые помогли в их строительстве и / или пожертвовании жилья. Например, правительство Румынии пожертвовало поликлинический медицинский центр, который был назван в честь столицы страны - Бухареста. В муниципалитете Карпош есть многоквартирные жилые дома, названные на македонском языке: «руски згради» («ruski zgradi», что означает «русские здания») и шведские и финские сборные под названием «шведски / фински бараки» («švedski / финский бараки").
Forwarded from fake empire
«Город 812» опубликовал рейтинг испорченных панорам (по версии М.Н. Золотоносова). Список делали как будто наспех и небрежно, много передёргиваний и алармизма — но по сути многое верно. Нашей Охте от Михаила Нафталиевича тоже досталось.
Про денафицикацию и люстрации - на заметку тем, кто думает, что люстрации - это просто и легко
"В немецкой коллективной памяти стандартное повествование описывает процесс денацификации, как повторяющийся в различных версиях во многих автобиографиях. Как отмечал Александр Дике, который в те времена был подростком в Рурском регионе:
"Каждый немец должен был заполнить длинный вопросник союзного правительства (со 131 вопросом), в котором содержались некоторые интимные вопросы, касающиеся членства и деятельности в нацистских организациях. Если кто-то хотел получить работу или официальную позицию, ему нужен был сертификат денацификации. Денацификационные советы пытались пролить свет на темноту нацистского прошлого тех, кто находится под пристальным наблюдением. Но опыт ... показал, что эти действия по денацификации были столь же малоуспешны, как и программы перевоспитания"
В этом описании отсутствует описание противоречивого характера денацификации, процесс, цели и методы которого со временем значительно изменились. Несмотря на изначальное обещание генерала Люциуса Клея, что «люди с нацистской точки зрения и которые были активны в нацистской партии, будут вычищены и вычищены быстро», в начале большая часть усилий была сосредоточена на роспуске нацистских организаций, увольнении нацистов с административных должностей , и интернирование высокопоставленных функционеров, а также потенциальных военных преступников.
Для членов проигравшей элиты лагеря для интернированных, несомненно, стали ужасным шоком, поскольку к ним относились более жестоко, чем к обычным военнопленным, так как они считались ядром Третьего Рейха. Во-первых, большинство из них едва могли понять реальность краха Германии и утверждали, что не знают никаких фактов о нацистских преступлениях:. Поскольку надежные документы были потеряны в послевоенной путанице, и даже жесткие допросы проливали мало света на правду, все это порождало новое недовольство предполагаемым несоответствием между риторикой и действительными действиями победителей.
Чего, однако, действительно не удалось добиться, так это полной ликвидации всех бывших нацистов из профессиональной жизни, поскольку с самого начала это было нереалистичной задачей. Несмотря на огромное давление со стороны международного сообщества и пожелания немецких антифашистов, было просто невозможно осудить всех 6,5 миллионов членов нацистской партии, поскольку без экспертных знаний администрация и экономика оккупированной страны быстро сломались бы.
Эксперимент также не смог убедить всех нацистских последователей из старой элиты искупить свою вину, поскольку сначала денацификационные комиссии должны были обработать вопросники, а адвокаты задержали многие слушания настолько, что чистка попросту прекратилась из-за последовавшей холодной войны. Попытка добиться переориентации всех оппортунистических нацистов, которая началась в лагерях интернированных и была продолжена лицензированными средствами массовой информации, была также малоуспешной, поскольку они часто только меняли свой словарный запас, все еще цепляясь за свой старый расистские и антикоммунистические предрассудки.
Кроме того, процесс никогда не достиг общего признания. Как показали опросы общественного мнения, соглашение с политикой денафицикации сократилось с 57 процентов в марте 1946 года до 17 процентов в мае 1949 года. В конце концов, чрезмерно амбициозные цели и бюрократическая реализация заставили население относиться к чисткам негативно".
"В немецкой коллективной памяти стандартное повествование описывает процесс денацификации, как повторяющийся в различных версиях во многих автобиографиях. Как отмечал Александр Дике, который в те времена был подростком в Рурском регионе:
"Каждый немец должен был заполнить длинный вопросник союзного правительства (со 131 вопросом), в котором содержались некоторые интимные вопросы, касающиеся членства и деятельности в нацистских организациях. Если кто-то хотел получить работу или официальную позицию, ему нужен был сертификат денацификации. Денацификационные советы пытались пролить свет на темноту нацистского прошлого тех, кто находится под пристальным наблюдением. Но опыт ... показал, что эти действия по денацификации были столь же малоуспешны, как и программы перевоспитания"
В этом описании отсутствует описание противоречивого характера денацификации, процесс, цели и методы которого со временем значительно изменились. Несмотря на изначальное обещание генерала Люциуса Клея, что «люди с нацистской точки зрения и которые были активны в нацистской партии, будут вычищены и вычищены быстро», в начале большая часть усилий была сосредоточена на роспуске нацистских организаций, увольнении нацистов с административных должностей , и интернирование высокопоставленных функционеров, а также потенциальных военных преступников.
Для членов проигравшей элиты лагеря для интернированных, несомненно, стали ужасным шоком, поскольку к ним относились более жестоко, чем к обычным военнопленным, так как они считались ядром Третьего Рейха. Во-первых, большинство из них едва могли понять реальность краха Германии и утверждали, что не знают никаких фактов о нацистских преступлениях:. Поскольку надежные документы были потеряны в послевоенной путанице, и даже жесткие допросы проливали мало света на правду, все это порождало новое недовольство предполагаемым несоответствием между риторикой и действительными действиями победителей.
Чего, однако, действительно не удалось добиться, так это полной ликвидации всех бывших нацистов из профессиональной жизни, поскольку с самого начала это было нереалистичной задачей. Несмотря на огромное давление со стороны международного сообщества и пожелания немецких антифашистов, было просто невозможно осудить всех 6,5 миллионов членов нацистской партии, поскольку без экспертных знаний администрация и экономика оккупированной страны быстро сломались бы.
Эксперимент также не смог убедить всех нацистских последователей из старой элиты искупить свою вину, поскольку сначала денацификационные комиссии должны были обработать вопросники, а адвокаты задержали многие слушания настолько, что чистка попросту прекратилась из-за последовавшей холодной войны. Попытка добиться переориентации всех оппортунистических нацистов, которая началась в лагерях интернированных и была продолжена лицензированными средствами массовой информации, была также малоуспешной, поскольку они часто только меняли свой словарный запас, все еще цепляясь за свой старый расистские и антикоммунистические предрассудки.
Кроме того, процесс никогда не достиг общего признания. Как показали опросы общественного мнения, соглашение с политикой денафицикации сократилось с 57 процентов в марте 1946 года до 17 процентов в мае 1949 года. В конце концов, чрезмерно амбициозные цели и бюрократическая реализация заставили население относиться к чисткам негативно".
Про общение в тюрьме
"Тюремное сообщение кажется безличным - построенное на коммерческом обмене и зашифрованных письмах, отправленных невидимому партнеру. Тем не менее, это могло бы быть и интимным, поскольку заключенные могли распознавать стили стука друг друга. Когда взгляд охранника через замочной скважине или просто его присутствие в коридоре делал разговор невозможным, то для приветствия или просто для того, чтобы пожелать спокойной ночи, «мы просто слегка царапали стену ногте. Кажется, пустяк, но сколько было в этом движении, сколько любви к другому человеку ».
Ежи Смихловски и Вислава Пайдак встретились в соседних камерах в тюрьме Мокотув в конце 1947 года; они были перемещены в противоположные камеры, где они адаптировали азбуку Морзе, чтобы использовать дырочки в дверной раме - то блокируя их, то то вновь открывая (изображая таким образом точки и тире). Таким образом, они продолжали флиртовать, пока они не поженились в тюрьме в 1953 году. Когда Марек Кульчик, наконец, уезжал из той же тюрьмы почти тридцать лет спустя, то размышлял о том, поедет ли он и его товарищи в Сибирь. Но более важным было то, что он мог наконец увидеть лица товарищей «Солидарности», которых он знал только «из разговоров, проведенных через окно или трубы». «Мы могли сразу сказать, - вспоминал он, - что мы кровные братья».
Члены ИРА, сидевшие в Лонг-Кеше использовали ирландский язык не только для обоснования своей борьбы за национальную культуру, но и для того, чтобы сохранять свои планы в тайне от охранников. Впрочем, многие из этих охранников утверждали, что раскрыли эту систему. Коммунисты, заключенные в тюрьму в Катовице, придумали свой код, по-видимому, чтобы сигнализировать сторонникам снаружи, но еще и предположительно для использования между камерами или во дворе. Указательным пальцем у глаза была буква А, правая рука у подбородка, обозначалась буквой «В», и так далее".
"Тюремное сообщение кажется безличным - построенное на коммерческом обмене и зашифрованных письмах, отправленных невидимому партнеру. Тем не менее, это могло бы быть и интимным, поскольку заключенные могли распознавать стили стука друг друга. Когда взгляд охранника через замочной скважине или просто его присутствие в коридоре делал разговор невозможным, то для приветствия или просто для того, чтобы пожелать спокойной ночи, «мы просто слегка царапали стену ногте. Кажется, пустяк, но сколько было в этом движении, сколько любви к другому человеку ».
Ежи Смихловски и Вислава Пайдак встретились в соседних камерах в тюрьме Мокотув в конце 1947 года; они были перемещены в противоположные камеры, где они адаптировали азбуку Морзе, чтобы использовать дырочки в дверной раме - то блокируя их, то то вновь открывая (изображая таким образом точки и тире). Таким образом, они продолжали флиртовать, пока они не поженились в тюрьме в 1953 году. Когда Марек Кульчик, наконец, уезжал из той же тюрьмы почти тридцать лет спустя, то размышлял о том, поедет ли он и его товарищи в Сибирь. Но более важным было то, что он мог наконец увидеть лица товарищей «Солидарности», которых он знал только «из разговоров, проведенных через окно или трубы». «Мы могли сразу сказать, - вспоминал он, - что мы кровные братья».
Члены ИРА, сидевшие в Лонг-Кеше использовали ирландский язык не только для обоснования своей борьбы за национальную культуру, но и для того, чтобы сохранять свои планы в тайне от охранников. Впрочем, многие из этих охранников утверждали, что раскрыли эту систему. Коммунисты, заключенные в тюрьму в Катовице, придумали свой код, по-видимому, чтобы сигнализировать сторонникам снаружи, но еще и предположительно для использования между камерами или во дворе. Указательным пальцем у глаза была буква А, правая рука у подбородка, обозначалась буквой «В», и так далее".