О тебе

Мои стихи о тебе будут пылиться на полке,
Пока сам ты не заставишь их сжечь.
Сожгу ли страницы, исчезнут ли строки -
Твой образ во мне никогда не умрёт.
И даже если я сгорю в этом пламени,
Твой голос будет шептать в моей памяти.
Я помню тебя, хоть душа - навсегда.
В пепле, в последнем вздохе,
Останутся слова, как следы на пороге.
Ты - свет в темноте,
Тебя не забуду, даже если растаю в пыли.
И пусть я сгорю, но во мгле
Навсегда останутся стихи о тебе

Одинокие хотят теплоты

Одинокие люди ходят одни,
Одинокие люди хотят теплоты.
Дым сигареты обжигает глаза,
Я хочу с тобой навсегда.

Свет неоновых огней меркнет вдали,
Где-то в тени прячутся мечты.
Ветер шепчет о чувствах, что не забыть,
Я хочу лишь тебя, ты — мой вечный магнит.

***

Ты оставил свой след на моем любимом пальто,
Не запах, не пыль – просто холод, чего-то не то.
Я искала тебя в толпе, в каждом взгляде случайном,
Но твоя улыбка – лишь память, на осколках печальных.
Этот город большой, и мы в нем, как песчинки,
Каждая встреча – как сон, что тает по старинке.
Мы бродили ночами, ловили такси,
Говорили о вечном, мечтали на двоих...

Я листаю альбомы, где солнце целует наши лица,
Как будто мы верили, что это продлится.
А теперь – только пыль на стекле, отражение грусти,
Помнишь, как мы гуляли под дождем, не боясь ничего?
Наивные дети, что верили в сказку,
А жизнь – это фильм, где у каждого своя маска.

Клятва

Я мечтаю обнимать тебя до хруста костей,
Пусть этот миг продлится до тысячи дней,
Замкнув нас двоих в бесконечных страницах.
Буду твоей – до последнего вздоха, до самой черты,
Когда тело устанет, но дух не захочет сдаваться.
И когда этот город утонет в безмолвии пыли,
Я пробормочу сквозь остатки надежды и силы:
"Я буду с тобой!" – это станет моим откровением.
До последней морщины, что ляжет у глаз, как печать,
Расчертит нам лица историей прожитых дней,
Буду верна тебе, эту вечность готовясь встречать,
Моё сердце – твой компас, дом и священный покой,
Крепость, построенная вечной любовью с тобой.

Гимн что зажжёт

Я боюсь умереть в объятиях нищеты,
Где седые виски – свидетели беды.
В старой шали, с дырой, временем въевшейся,
Где ищут крохи, жизнью изгрызшейся.
Пусть холм станет мне последним приютом,
Где ветер стихнет, уйдут все приметы
Моих долгов, что детям достанутся в рост,
Когда меня смоет волною погост.

Храмы прекрасны… Их золото – ложь!
В глазах их – слеза, что от боли прольешь.
Купола, как обман, над землёй вознеслись,
А в сердце их – кровь, где надежды разбились.
Звон их – надгробье, последний аккорд,
Где вера – лишь товар, где грех – словно морд.
Они искупаны грязью времен,
Где каждый алтарь – лишь позор, только стон.

Россия… Люблю я поля твои, ширь,
Но жжёт эту правду, как раскалённый пир.
Проклятье – любовь, что не знает конца,
Ведь вижу: свободной не будешь, слепца!
Ты спишь, моя мать, в объятьях зимы,
Где ветер поёт, но лишь шепчет: "Мы, мы…
Ничтожны, слабы, растоптаны злом…"
А в душах лишь холод, лишь стылый излом.

Здесь ветер поёт о свободе, о том,
Что рвётся наружу, как вырванный гром.
Он бьётся о стены, о лживый гранит,
Где брата на брата толкает гранит.
Славянин на брата, в бою роковой,
Где пушечным мясом, за ложный покой.
Чужая земля, где чужая нам смерть,
И кровь на полях – не увидеть нам твердь.

Россия спит… Спит, как раненый зверь,
Забыв, как дышать, как открыть эту дверь.
Когда же… Когда же придет этот час,
Чтоб скинуть мы смогли тяжёлый наш бас?

"Россия для грустных" - помни, мой друг,
Но однажды…
Родится тот гимн, что зажжёт нас как раз?
Когда же свободный, как птица, мой дух,
Порвёт все оковы, развеет весь слух
О слабости нашей, о том, что сломлены,
И встанем, как прежде, сильны и рождены?!

Россия, проснись! Ты – моя колыбель!
Услышь, как болит, как кричит эта цель –
Быть вольным народом, дышать полной грудью,
Забыть про оковы, забыть про принужденье.
Пусть ветер развеет печали туман,
Пусть песня свободы пронзит океан!
Пусть стихнет над степью проклятый этот стон,
И души найдут свой спасительный звон.

И пусть, когда лягу я в землю сырую,
На этот холм, мою родину, чую,
Что жизнь моя, хоть и была полна боли,
Не канула в Лету, не стала юдолью.
Пусть памятью станет мой последний вздох,
Чтоб каждый, кто слышит, запомнил: "Не смог
Он жить под гнетом, но верил всегда,
Что будет свободна Россия – тогда!"

"Россия для грустных" – мой слабый ответ,
Но боль моя – семя. Пройдёт тишина,
И взойдёт зерно – свободна будет страна!
И в этом зерне – не печаль, а рассвет,
Когда же и нам улыбнётся тот свет?

" Утиль"

Двор. Пыльная хрущёвка. В воздухе запах мочи и жареной рыбы.
Ты лежишь на асфальте, и вид твой, честно скажем, не из гибких.
Череп треснул, как спелая дыня под прессом,
Мозги вперемешку с бычками финал твоего интереса.
Глаз висит на нерве, смотрит куда-то в сторону ЖЭКа,
Больше нет в тебе искры, больше нет в тебе человека.

Кишки вывалились на бетон розовой склизкой гирляндой,
Мухи уже пируют, жужжат над этой кровавой баландой.
Нога вывернута под углом, который не снился йогам,
Ты теперь просто мясо, забытое чёрствым богом.

Смерть - это не пафос, смерть - это вонь и лужа.
Твой внутренний мир наконец-то вылез наружу.
КАМАЗ переехал надежды, УАЗик увёз остатки,
В этой игре, братан, у судьбы всегда все взятки.

Приехали спецы. Хмурые, в синих халатах.
Матерятся на смену, на жизнь и на низкую зарплату.
Тебя сгребают лопатой, как мокрый строительный мусор,
В пакете ты выглядишь компактно, без лишнего груза.
Там, где был рот теперь рваная дырка с сукровицей,
Твоя биография в этот чёрный мешок поместится.

В морге тебя вскроют, как консервную банку «Кильки»,
Отрежут лишнее, вынут ливер, подпишут бирку на мизинце.
Там всё серое, сальное, пахнет формалином и хлоркой,
Ты стал натюрмортом, гнилой и невкусной коркой.

Дворник смоет пятно из шланга, засыплет песком для верности.
Вот и весь твой итог, вся цена твоей «неповторимости».
Солнце жарит. Соседи пьют пиво. Жизнь продолжается.
А твоё изуродованное тело в печке крематория плавится.

Нашла свой самый первый текст написанный в 13-14 лет.

Не представляй меня с собой рядом,
Через десять лет я стану прахом.
Все люди мусор, завяжись в этой трясине, я тону в дерьме там и будешь ты.
Сквозь крепость страха слышу эхо слёз,
Каждый шёпот судьбы - очередной вопрос.
Подай мне руку, пусть это будет лишь в кошмаре,
Я потом тебя убью,
Забуду твоё имя, в чёрный список занесу,
Сквозь боль и горечь, я только так живу.
В отражение мира тени словно бродяги,
Я искал свет но закрылся в тёмном чулане.
Кто-то шепчет "полезай в петлю", все это на яву
Подай мне руку пусть это будет лишь в кошмаре.
Я потом тебя убью,
Забуду твоё имя, в чёрный список занесу,
Сквозь боль и горечь я только так живу.
Я навсегда останусь в этом забвение,
И если вдруг всплывут мечты,
Помни, в сердце пустота,
Прошу, не подходи, не бери грехи

Фонарь за окном мигает в такт моему концу,
Слёзы застыли, стекая по впалому лицу.
Тише... не надо слов, пусть говорит тишина,
В этом притоне я выпил свободу до самого дна.

Мои отхода убьют меня быстрее чем наступит зима
Прости меня боже, я наелся уже сполна
Просто уже допью яд до дна
Стрелки застыли, время замедлило бег
В этом безумии я лишь больной человек

Вот такой вот черновик.

стихов нет, я сторчалась.
много наволилось в жизни, так что скоро дроп инфа сотка