Илья Губин о спектакле «Король Лир» в постановке Екатерины Половцевой в Челябинском театре драмы имени Наума Орлова: «Действие начинается в бытовом пространстве комнаты не то дома ветеранов сцены, не то другого казенного учреждения с медицинским персоналом. Стоит гримерный столик, как маркер театрального прошлого, стены увешаны старыми фотографиями из личного архива народного артиста России Бориса Петрова, который сгорбившись полулежит-полусидит на кровати в центре комнаты. Он играет актера, приблизившегося к последнему рубежу, – слова дочери о необходимости опекунов рождают в его больном сознании воспоминание о Лире. И вот уже вязаное покрывало с кровати становится мантией, а за спиной появляется Шут».
https://screenstage.ru/?p=20554
Фото Людмилы Ковалевой

Мария Чернова о спектакле «ДАМАСОБАЧКА» режиссера Алексея Мизгирёва в МХТ имени А.П.Чехова: «Художница Мария Мелешко рассадила зрителей по трем сторонам сцены, умножая точки зрения на разворачивающуюся историю. А она получилась печальная, очень печальная. Дмитрий Гуров сошел с ума то ли от любви, то ли от ее последствий: его супруга отравилась мышьяком, а Анна Сергеевна застрелилась. Или зарезалась. Или он ее застрелил. А может, ревнивый муж. Впрочем, вероятно, никто и не умер и вообще ничего не было – ни Ялты, ни собачки. Просто есть у человека психологические проблемы, приходит он к психотерапевту-гипнологу, надеясь перестать слышать разноголосицу в своей голове.
Гурова играет Сергей Волков – артист, умеющий передавать тонкости порывов и мучительности решений своих персонажей. Только здесь ему делать особенно нечего – тонкостью спектакль не отличается, о степени тяжести психического состояния главного героя создатели постановки не договорились».
https://screenstage.ru/?p=20564
Фото Александры Торгушниковой

Кристина Матвиенко о спектакле «Макбет. Трагедия» Владислава Тутака в Калининградском драматическом театре: «Дух режиссуры Эймунтаса Някрошюса веет над спектаклем – он в характере мизансцен, в узкой полоске мертвенно бледного света лампы над столом, за которым сидят ведьмы, в самих этих вечно танцующих, летающих по сцене ведьмочках, в болтающейся на длинном шнуре люстре. Но тут не игра с классиком. Скорее, признание неготовности длить прекрасный трагический пафос театра прошлого. Сильные жесты невозможны: красота, которой так истово служат режиссер и художница, самоликвидирует себя в момент появления. Подлинного духа Някрошюса здесь, однако, нет – есть воспоминания о его великих спектаклях, внешним образом использованные и поставленные в ряд других отсылок к большой культуре. И я вижу, чувствую в этом жесте отчаяние современных людей, понимающих всю тщетность своих усилий, но одновременно тратящих их на построение огромного фиктивного мира, напичканного аттракционами доверху».
https://screenstage.ru/?p=20561

Мария Чернова – к юбилею Алисы Фрейндлих: "Любопытно рассуждала ее недавняя героиня, писательница Улья Рихте в, увы, быстро ушедшем из репертуара БДТ, спектакле «Волнение» – о том, что творчество не только в создающем произведение искусства, но и в том, кто на это произведение смотрит. Каждый читающий книгу читает ее по-своему. Каждый сидящий в зале зритель видит свой спектакль. Зрителям спектаклей Алисы Фрейндлих открывается тайна, каждому – своя, и в мире становится чуть больше счастья".
https://screenstage.ru/?p=20571

Екатерина Дмитриевская о спектакле «Остров Сахалин» режиссера Олега Долина в РАМТе:
«Собираясь в дорогу, Чехов писал Суворину: «мы сгноили в тюрьмах миллионы людей, сгноили зря, без рассуждения <…> и все это свалили на тюремных красноносых смотрителей <…> виноваты не смотрители, а все мы». Его вело на Сахалин чувство личной вины. Он увидел воочию ад человеческих страданий, собрал факты, привел статистику на основе десяти тысяч собранных карточек-анкет.
Олег Долин сумел сочинить из фрагментов книги «Остров Сахалин», из цитат эпистолярного наследия полноценное драматургическое произведение, нашел точное решение для страшных эпизодов насилия, казни каторжника, пользуясь брехтовским приемом очуждения».
https://screenstage.ru/?p=20568
Фото Александра Иванишина

Зоя Бороздинова о спектакле «Более чужие, чем луна» в постановке Оливера Риза в театре Berliner Ensemble:
«На сцене в этот короткий вечер двое – Катарина Мерлинг и Пауль Хервиг. Сначала одетые в зеленые комбинезоны, своего рода прозодежду, артисты наперебой читают брехтовские стихи, а на экран за ними проецируется видео, которое лишь сопровождает, но никогда не спорит со словами – принцип, противоречащий концепции эпического театра.
Риз предлагает портрет, чьему очарованию сложно не поддаться: его Брехт – поэт с удивительно широким творческим диапазоном, он и трепетный лирик, и смелый борец против социального неравенства, и антифашист, и разбирающийся в диалектике серьезный умница. А еще он человек со своими слабостями, обожающий криминальное чтиво, красивых женщин и сигары».
https://screenstage.ru/?p=20574

Наталья Баландина о фильме «Каникулы» Анны Кузнецовой: «Блестящий актерский дуэт Полины Кутеповой и Дарьи Савельевой выстраивает причудливую линию взаимоотношений между героинями на фоне приморского города в межсезонье. Главная натурная декорация, за исключением эпизода в самшитовой роще, – берег моря, пляж и набережная. Действие разворачивается в постоянном контрасте между теснотой – гостиничных номеров на 6 человек, холла, где приходится репетировать – и морским простором, увиденным с волнореза. Из закрытости и отчуждения постепенно высвобождается Мария Генриховна, поначалу воспринимающая театр как нечто незначительное («детская самодеятельность, продленка, макраме»). А Таня сразу стремится к общению: увидев вдалеке на пирсе фигурку своей начальницы, спешит к ней – не сидеть же по углам».
https://screenstage.ru/?p=20579

Мария Хализева о спектакле «Иов» в постановке Валерия Фокина в Александринском театре:
«Четыре десятка зрителей рассажены в кресла по периметру зала вокруг огромного ковра торжественных тонов и орнамента. Два капельдинера вносят тяжелый куль, кладут его по центру, в восьмигранник узора, деловито разворачивают. На ветоши обнаруживается измученное молодое тело в одной набедренной повязке, лежащее навзничь среди обрывков тряпок, пленки, картона и прочих отбросов. Явно извлеченное из нечистот, это тело покрыто коростой грязи, коростой ран, коростой несправедливости».
https://screenstage.ru/?p=20583

Елена Плахова о фестивале документального кино IDFA в Амстердаме: "Эпиграфом к «Поездам» звучат слова Франца Кафки: «Надежды много. Бесконечное количество надежд. Но не для нас». Хотя поначалу кажется, что человечество уверенно шествует по пути прогресса: сцены сборки паровозов и железнодорожных вагонов выглядят как триумф технического гения и праздник высоко профессионального труда. Оптимизм сопровождается юмором: первые клиенты нового вида транспорта, одетые, как на светский прием, мечутся по платформе в поисках своего вагона. Но очень быстро мирные радости сменяются кошмарами военных времен, причем поезда играют ключевую роль в обеих мировых бойнях. Теперь железнодорожные составы нагружены бомбами и прочими орудиями убийства. Они же перевозят солдат на фронт, а потом возвращают обратно – безногих, слепых, израненных; эвакуируют «мирное население», в обратную сторону везут пленных, а представителей неугодной расы запихивают в вагоны для скота и отправляют в лагеря смерти". https://screenstage.ru/?p=20586

Монолог Риммы Кречетовой о гитисовских учителях, записанный Ольгой Купцовой в марте 2022 года:
«...нашему курсу повезло: ведь перед этим в связи с делом космополитов все лучшие педагоги были из ГИТИСа изгнаны. Курс, который учился перед нами (тот самый, на который я хотела попасть), просто несчастный. А мы пришли, когда всех возвращали. Мы учились у цвета театроведения: Бояджиева, Мокульского, Алперса, Локса, Тарабукина, Аникста. Но, понимаете, это были люди поколения, которое не общалось со студентами так, как мы бы хотели. Они прошли через революцию, через двадцатые годы, высылки, они прошли через 37-й год. Мало того, они прошли еще через эту чистку космополитов, поэтому ни о чем личном они с нами не говорили. Только что умер Сталин, только что их допустили снова до преподавания, но они знали, что история периодически повторяется».
https://screenstage.ru/?p=20591

Майя Одина о спектакле "Чайка" в постановке Константина Хабенского в МХТ имени А.П.Чехова: "Если вспомнить, как в первом действии странноватый юноша Треплев (Илья Козырев) в черном костюмчике, чуть что не по его, стремительно впадал в агрессию, принимался биться головой, и непременно обо что-то жесткое, и непременно до крови, то поедание трупа чайки в последнем акте не должно стать неожиданностью. Извращенный аппетит или аллотриофагия (употребление в пищу несъедобного), как и битье головой о твердые предметы – проявления, довольно часто встречающиеся при шизофрении и аутизме. Так что тут все продумано и даже реалистично – Константин Гаврилович серьезно болен. И опасно. В том числе для окружающих. Ведь чуть вспылит – хватается за ружье. Чайку вот подстрелил ни за что, ни про что. Кроткий Тригорин (приглашенный из МТЮЗа Андрей Максимов) зря так меланхолично удит рыбу, нешуточная угроза подстерегает его где-то рядом…"
https://screenstage.ru/?p=20595
Фото Александры Торгушниковой

Антонина Шевченко о спектакле «Тартюф» в постановке Евгения Писарева в Театре Наций: «“Тартюф”» Мольера – больше не комедия. Отказ режиссеров от чистых жанров добрался и до французской классики. Евгений Писарев, считающийся специалистом как раз-таки по искрометным комедиям, представил на основной сцене Театра Наций «Тартюфа» как «драмеди»: драму с элементами комедии, где слышен даже не смех, а смешки сквозь слезы. Для постановки взят недавний перевод Сергея Самойленко – пестрый, местами высокопарный и поэтический, местами прозаический с участием слов-паразитов, слэнга, жаргонизмов, которые здесь совсем не режут слух: ведь их произносят современные люди, живущие в узнаваемых интерьерах, носящие известные бренды и обладающие понятными нам привычками включать телевизор для фона или без конца заглядывать в телефон».
https://screenstage.ru/?p=20602
Фото Иры Полярной
Надеемся в ближайшее время продолжить разговор о спектакле.

Илья Губин о спектакле «Рыжий. Честный. Влюбленный» режиссера Кирилла Заборихина в кировском Театре на Спасской: «Кировский «Рыжий. Честный. Влюбленный» вписывается в тенденцию последнего времени по обращению к культовым детским произведениям советского периода. Достаточно вспомнить «Бременских музыкантов» Евгения Марчелли в Театре имени Моссовета, «Багдадского вора и черную магию» Егора Перегудова в Театре имени Вл. Маяковского, «Летучий корабль» Дамира Салимзянова в пермском Театре-Театре, «Е-ее-ее» Антона Федорова в новосибирском «Старом доме». Обилие советских названий в афишах театров вполне объяснимо, поскольку привлекает не только юных зрителей, но и их родителей, готовых в ностальгическом порыве окунуться в приключения давно знакомых героев».
https://screenstage.ru/?p=20599
Фото Михаила Андрианова

Наша традиционная предновогодняя публикация, подготовленная Екатериной Дмитриевской, – что писали 100 лет назад.
Из дневника Корнея Чуковского: "Оказывается, что в Гублите запретили «Муху-Цокотуху». Итак, мое наиболее веселое, наиболее музыкальное, наиболее удачное произведение уничтожается только потому, что там упомянуты именины!! Тов. Быстрова, очень приятным голосом, объяснила мне, что комарик – переодетый принц, а муха – принцесса. Это рассердило даже меня. Этак можно и в Карле Марксе увидеть переодетого принца! <…> Она стала утверждать, что рисунки неприличны: комарик стоит слишком близко к мухе, и они флиртуют. Как будто найдется ребенок, который до такой степени развратен, что близость мухи к комару вызовет у него фривольные мысли <…>".
https://screenstage.ru/?p=20608

Кристина Матвиенко о спектакле "Кукольный дом" Артема Устинова в Магаданском музыкальном и драматическом театре: "Вся концептуальная конструкция демонстрирует раскол между внешним благополучием и внутренним коллапсом, который давно настиг героиню, но поймет она это только в финале. Правда, уже в начале спектакля хор из трех «мойр» поет нечто из современного фолка, предрекая героине встречу с неизбежным, с катастрофой, после которой ей уже ничего не страшно. Мощный затакт, красиво и торжественно исполненный, сообщает спектаклю высокую ноту. Шумящее море или ветер, словом, стихия, напоминает о норвежском происхождении драматурга и его героини. В Магадане, на другом конце света, но на той же параллели, что и Осло, совсем иная жизнь, но тот же северный дух, мощный, красивый и печальный. В Осло – меланхолия, в Магадане – скорбь. Пойди спектакль еще дальше в создании этой странной полумистической рамки, получилась бы пространственно-временная петля".
https://screenstage.ru/?p=20619
Фото Сергея Голубева

Наталья Витвицкая о представленном в Пространстве "Внутри" спектакле "Шинель" Антона Федорова и его театра "Место": "Пространство давит на Акакия, водруженного режиссером на ходули и возвышающегося над своим мирком, как ребенок-великан. Он «вброд» переходит Неву, отмахивается от «мультяшной» пурги, не обращает внимания на подзуживания некоего Валеры (Семен Штейнберг) и суету ведьмообразной хозяйки квартиры (блистательная Наталья Рычкова). Он и в самом деле велик, этот тихий и нежный Акакий с мутным взглядом и наивным выражением лица. Узкие плечи, ранняя лысина, безобидность поступков и мыслей. Его жизнь однообразна до невыносимости, а он счастлив, сидя у себя за конторкой в канцелярии и выписывая чужие буквы своим идеальным почерком под мистическим сказочно-сиреневым светом. Когда у Акакия отбирают шинель, его лицо – буквально – застывает в мунковском крике, серые петербургские пейзажи превращаются в красно-оранжевые, как на прославленной картине".
https://screenstage.ru/?p=20622
Фото Анастасии Левашовой

Наш декабрь-2024

🎄Анастасия Архипова о спектакле Pessoa – Since I’ve Been Me в постановке Роберта Уилсона, показанном на Осеннем фестивале в Париже: https://screenstage.ru/?p=20542

🎄Екатерина Дмитриевская – памяти актрисы Веры Карповой: https://screenstage.ru/?p=20546

🎄Илья Губин о спектакле «Король Лир» в постановке Екатерины Половцевой в Челябинском театре драмы имени Наума Орлова: https://screenstage.ru/?p=20554

🎄Мария Хализева о спектакле «Стоики», выпущенном Михаилом Бычковым в воронежском негосударственном Центре культуры и искусства «Прогресс»: https://screenstage.ru/?p=20557

🎄Кристина Матвиенко о спектакле «Макбет. Трагедия» в постановке Владислава Тутака в Калининградском драматическом театре: https://screenstage.ru/?p=20561

🎄Мария Чернова о спектакле «ДАМАСОБАЧКА» режиссера Алексея Мизгирёва в МХТ имени А.П.Чехова: https://screenstage.ru/?p=20564

🎄Екатерина Дмитриевская о спектакле «Остров Сахалин» режиссера Олега Долина в РАМТе: https://screenstage.ru/?p=20568

🎄Мария Чернова – к юбилею Алисы Фрейндлих: https://screenstage.ru/?p=20571

🎄Зоя Бороздинова о спектакле «Более чужие, чем луна» в постановке Оливера Риза в театре Berliner Ensemble: https://screenstage.ru/?p=20574

🎄Наталья Баландина о фильме «Каникулы» Анны Кузнецовой: https://screenstage.ru/?p=20579

🎄Мария Хализева о спектакле «Иов» в постановке Валерия Фокина в Александринском театре: https://screenstage.ru/?p=20583

🎄Елена Плахова о фестивале документального кино IDFA в Амстердаме: https://screenstage.ru/?p=20586

🎄Монолог Риммы Кречетовой о гитисовских учителях, записанный Ольгой Купцовой в марте 2022 года: https://screenstage.ru/?p=20591

🎄Майя Одина о спектакле «Чайка» в постановке Константина Хабенского в МХТ имени А.П.Чехова: https://screenstage.ru/?p=20595

🎄Илья Губин о спектакле «Рыжий. Честный. Влюбленный» режиссера Кирилла Заборихина в кировском Театре на Спасской: https://screenstage.ru/?p=20599

🎄Антонина Шевченко о спектакле «Тартюф» в постановке Евгения Писарева в Театре Наций: https://screenstage.ru/?p=20602

🎄Материал Екатерины Дмитриевской – что писали 100 лет назад: https://screenstage.ru/?p=20608

🎄Кристина Матвиенко о спектакле «Кукольный дом» Артема Устинова в Магаданском музыкальном и драматическом театре: https://screenstage.ru/?p=20619

🎄Наталья Витвицкая о спектакле «Шинель» в постановке Антона Федорова, показанном в Пространстве «Внутри»: https://screenstage.ru/?p=20622

Первый материал нового года, надеемся, уже завтра!

Обнаруженный непубликовавшийся текст Вадима Гаевского о Морисе Бежаре:"В своем первом балете «Симфония для одного человека» в абстрактных, оголенных и чуть ли не поп-артовских формах Бежар танцевал (он был исполнителем главной роли) бегство человека из ада. Зрители видели – это же знал и герой, сумрачный юноша, – убежать нельзя, выхода нет, есть лишь выбор: либо пожизненный ад, либо пожизненное бегство из ада. Кого не сломила бы, кого не поставила бы в тупик такая альтернатива? Бежаровский юноша принимал жизнь и на подобных условиях. Он не ждал от судьбы великодушия. Он ничем не был судьбе обязан. Несвоевременная, романтическая гордыня таилась в судорожном геометризме «Симфонии». Па-де-де «Опус № 5», созданное более десяти лет спустя, – произведение мастера, сохранившего юношескую угловатую неподкупность. Может быть, па-де-де автопортретно: герой – тот же сумрачный юноша, легконогий и диковатый подросток, перед которым печальная нежная девушка танцует призывные бесстыжие танцы".https://screenstage.ru/?p=20625

Андрей Галкин о спектакле "Вакханки", выпущенном Юрием Муравицким в Учебном театре Московского международного университета:
"С первых слов спектакль призывает не погружаться в события, а смотреть на них со стороны. Эффект достигается, прежде всего, благодаря особым принципам декламации: каждая строка, независимо от того, заключает ли она в себе законченную фразу или нет, произносится отдельно, метроритмический рисунок стиха определяет интонацию. Прочитанный таким образом большой вступительный монолог Диониса (Булат Гулгенов) слушается как начало долгого сказа, которому надо внимать спокойно и отстраненно, доверяя рассказчику, полагаясь на его оценки".
https://screenstage.ru/?p=20629
Фото Анастасии Томиловой