Хочу рассказать о предприятии ОАО «БМК» (Брянский молочный комбинат).
Предприятие занимается производством молочной продукции: сметаны, творога, молока и др. Основная продукция предприятия — молоко.

Работа осуществляется в две смены по 12 часов. Условия труда тяжёлые: в цехах жарко, влажно, воздух содержит пары перекиси водорода, щелочей и кислот. От сотрудников требуется большое внимание к техпроцессам.

Заработная плата невысокая, при этом руководство каждый месяц стремится лишить части оплаты. Лишать могут за что угодно: будь-то возвраты по причине сбоев в печати принтеров и недосмотра операторов или грузчиков, простоев на ремонт оборудования или просто так, потому что директор может. Оклад составляет МРОТ, а всё остальное — премия и надбавки, которые легко недоплачиваются.

В помещениях температура воздуха составляет порядка 38–40 °C, и операторы находятся в них всю смену. К счастью, потерь сознания или других последствий не было.

Есть профсоюз, но он ручной и влияния на руководство не имеет. На предприятии имеется изрядная текучка кадров.

В данной ситуации можно сменить работу, но я считаю: бросить всегда легко, а вот бороться – трудно. Мои коллеги готовы уйти, а я агитирую за борьбу: мол, не факт, что на другом месте горбатодатель не будет так же эксплуатировать сотрудников.

Иногда выпадает дежурить по охране труда в цехах. При обходе рабочих мест подрядных организаций часто попадается самодельный инструмент, которым пользуется бригада. Я его изымаю, они на меня обижаются: им теперь нечем работать. Хотя правила есть правила — их все знают, плюс такой инструмент может стать причиной травмы.

Последнее, что изъял, — выколотка из трёх сваренных болтов и приваренной к ним отвертки с расплавленным до металла тыльником рукояти. Выглядел этот монстр крайне ненадежно.

Мастер в сговоре с начальством. Бригада приспособилась к дефициту инструмента как смогла, начальство лишний раз не беспокоят. А проверяющий по ОТ — враг, потому что отбирает все эти приблуды да еще и нотации читает.

Мастер не понимает, что начальство его же и сделает крайним в случае серьёзной травмы. Так как обеспечение безопасности работ — именно его непосредственная обязанность. Когда приедут товарищи в погонах, всё начальство укажет на него пальцем: не обеспечил, не проконтролировал. Его пока что купили, но потом обязательно кинут.

Ещё в тему инструмента.

Во-первых, его не особо хотят покупать, потому что процедура муторная и зачем деньги тратить.
Во-вторых, даже если инструмент есть, его могут не брать и не давать. Потому что для мастера и начальника цеха это лишняя работа: выписать на себя, записать, кому отдал, следить за исправностью, если сломается — чтобы слесарь не выкинул, а сдал, потом составить акт списания.

И ежемесячные матотчёты составлять. Если что пропадёт — покупать за свой счёт. Слесаря тоже не особо-то рвутся брать казённый инструмент. Потому что надо его содержать в порядке, предъявлять к проверке и т. д. А если что, мастер будет деньги выбивать :)

То есть в основном самоделки делают по двум причинам: невозможная забюрократизированность процесса и нежелание нести матответственность.

В итоге издержки понесёт работник. Когда получит травму. А потом, если начнёт судиться за компенсацию от работодателя, работодатель сделает крайним вот такого мастера, который не уследит за безопасностью на участке.

А что ТБшник? Только лишь кошмарит рабочих и изымает самоделки? Нет, ТБ кошмарит и руководство — претензионных писем написано столько, что полки ломятся, но руководство подрядчиков очень неохотно шевелится. Только с недавнего времени удалось добиться от них оснащения нормальными стропами (старые изношенные изымали, резали).

ТБшник (активист РТФ) делает это ради рабочих, но пока что вынужден воевать и с начальством, и с самодельщиками. Пока самодельщикам и мастерам удобнее не беспокоить работодателя.

Наблюдал несколько дней назад на сайте «Пикабу» рассказ о случае с просыпанной солью, которая используется для каких-то работ в системе ЖКУ. Пришел-де начальник и поднял вой о растрате и вообще. Во всём, говорит, разобраться и доложить ему. В ситуации разобрались и донесли, что была просыпана соль в количестве довольно мизерном. Что-то в районе 30 граммов. Работы бумажной было преизрядно, и рассказ подавался как пример неадекватности начальства против трудящегося человека. В дальнейшем на «Пикабу» ответили на этот рассказ разбором основных моментов произошедшего. В частности, из-за чего соль оказалась на полу: крыса прогрызла мешок.
Ничего особенного, бывает.

Однако, учитывая, где это происходит, а именно в организации, связанной с подачей всем нам питьевой воды, это чревато заболеваниями, разносчиками которых и являются хвостатые грызуны.

Теперь непосредственно мысль. Я бы даже название ей дал: «Обывательщина» или «О мещанстве». В сложившейся ситуации люди живут по нескольким простым принципам. Один из них выражается в перетягивании одеяла на себя, а другой звучит, как сказал мне как-то один десятиклассник: «Никто никому ничего не должен». На работе это выливается в крысиную грызню.

Те, кто лояльнее или просто больше работает, не отказываясь от всего наваливаемого любимым начальством, больше денег получают. Количество работы и размер получаемой заработной платы – вопрос отдельный.

Возвращаясь к вопросу, могу сказать следующее: люди, поступающие согласно вышеуказанным принципам, не разрешают усугубившегося положения. Не видят ситуации в целом. И их тоже можно понять, если это семья с несколькими детьми, некоторые из которых хронически болеют. Ещё есть места, где идут навстречу таким работникам, но компенсация затрачиваемого труда становится всё более неэквивалентной. Особенно при взгляде на ценники в магазине. Как сказала одна женщина, работающая в школе, на жалобу мужа, что им мало проиндексировали зарплату: «Радуйся! У меня зарплата не то, что не индексируется, а ещё и понижается!»

Понять их можно. Но в дальнейшем они будут вынуждены осознать, что тёплое место не будет долго таковым, если просто ждать улучшения. Рыночек уже порешал. Сильно упали цены на жилплощадь? Сильно помогла помощь государства квартирами семьям с детьми? Вопрос риторический.

Часть третья: о материальном

Ситуация, лично для меня, постыдная.

В школе многие дети в столовой не едят. Остаются нетронутые порции. Иногда (все чаще в последнее время) прихожу в столовую, когда можно взять такую порцию. Бесплатно. Многие учителя не стесняются. Берут еще и с собой домой. Да и я уже, чего греха таить. Иногда даже переругиваются с работниками столовой из-за этих нетронутых порций…

Стыд, как говорится, глаза не выест.

К слову об этой ситуации: за февраль пришел аванс в размере 11 934, 58 рублей. 4 100 ушло на кредит.

Попробую перейти к итоговым выводам. И начну, наверное, с последнего.

Некоторые посоветуют взять дополнительную работу в той же школе. В ноябре я отказался от части работ, и у меня выходит всего МРОТ, который на севере составляет 40 070 рублей с 1 января 2026 года. До этого было 33 тысячи.

Или можно устроиться на другую работу: не старик еще (38 полных лет), здоровый (по крайней мере, согласно пройденному недавно профосмотру, всего лишь повышен холестерин).

Давайте попробуем глянуть шире во временном диапазоне. Сколько у вас оставалось в кошельке за вычетом обязательных трат типа еды, ЖКУ и т.п. еще 5-6 лет назад? Как некоторое время назад был повышен пенсионный возраст, а буквально сегодня разрешили перерабатывать 240 часов в год вместо предыдущих 120.

Люди, получавшие уже тогда 100+ тысяч, думаю, не поймут. А вот людей, которые получают МРОТ, коробят вопросы перед профосмотром: «Едят ли они 400-500 грамм овощей-фруктов в день?» И таких людей, или приближающихся к этой черте, все больше.

Точно ли вас устраивает «новая нормальность»? Вне зависимости от достатка. Точно ли окружающие вас, таких успешных и независимых, нищеброды от образования, медицины и прочих бюджетных организаций, слишком тупы (скажите это медикам, которые учатся десяток лет) и ленивы?

🔵 Если вы продолжаете именовать таких вот людей нищебродами, то могу сказать, что рад быть нищебродом в таком случае.

На связи «Россети».  

Для обслуживания электрических сетей требуется спецтехника: от крана и вышки для подъёма персонала до тракторов и техники для труднодоступной местности. Техника, в основном, отечественная, на базе КамАЗа и Урала.

Есть и зарубежная — непонятно, как её продали компании и доставили в страну с учётом санкций. Ладно, купили, а запчасти забыли привезти.

Но не лучше обстоят дела и с КамАЗами и Уралами. Закупка производится на всю компанию разом, и одно «неудобное» техзадание на закупку от филиала может подвести черту под общей закупкой. Поэтому мнение отдельных ответственных лиц пересматривается в общую пользу без учёта специфики региона (местность, отдаленность и т. д.).

Часовых поясов по стране много, а ответственный за закупку отдел живёт по московскому времени. Вот и звонят с «просьбой» поправить техзадание в то время, когда собираешься спать. Приходится отлучаться на работу, исправлять и согласовывать документы с руководством.

Ладно, кое-как закупили, отправили — получили… неисправную технику.

Видимо, на заводе-производителе сильно не парятся на этот счет: так купят. И обратно не вернут — выбора у закупщика нет.

Потеки масла, нерабочая электрика, сломанная трансмиссия и недокомплект — лишь малая часть проблем. При стоимости в несколько десятков миллионов экономят на элементарном в пару тысяч.

Непонятно, как некоторая техника вообще получила допуск к эксплуатации.

Конечно, как и полагается, всё доработаем и отремонтируем своими силами. Порой она отказывает во время работы. Работники закрывают глаза, рискуя собой.

А в глуши различных районов, где дела обстоят проще — старые добрые ГАЗы, УАЗы и ЗИЛы еще пыхтят: текут, ломаются, но эксплуатируются.

Топливо приобретается так же — через закупки.

Как правило, под конец года, а то и раньше, с топливом начинаются проблемы. Доходит до смешного, когда выдают кучу заданий, а топлива нет. Но в конце дня обязательно спросят о результатах, не принимая во внимание отсутствие ГСМ.

В текущих же реалиях, когда подрывают объекты, выдают задания на осмотры мест возможного минирования. Но места для топлива в бюджете нет. Тогда график выполненных мероприятий просто рисуется.

Филиал ПАО «Россети» — Магистральные электрические сети. Руководство филиалов, в отличие от остального персонала предприятия, трудится на основании контракта и получает премию за отчётные периоды. На данную премию влияет множество факторов, и один из них — аварийность. У каждого филиала есть некий эталон процента аварийности прошлых лет, и аварийность стараются поддерживать на этом уровне. Если аварийности не хватает — мы её придумаем.

Да, вы всё правильно прочли: мы придумаем аварийность, а именно — придумаем неисправность, требующую вывода оборудования в ремонт. Но для чего всё это, ведь хорошо, когда аварийность снижается? Что для одних хорошо, то для других плохо. Вот поставит филиал в этом году рекорд по низкой аварийности, а в следующем году будут ориентировать уже на этот процент — и, возможно, уже не получится держать планку так низко, а значит, и премия руководства под угрозой.

Ну ладно, придумаем. Но затея требует реализации, а значит — привлечения персонала «на земле». Хорошо, персонал выполнит переключения. Но переключения — это тоже некий риск, пусть и самый минимальный. В общем, получается небольшое театральное представление.

Другое дело — превышение аварийности выше прошлогодней. Тут начинает работать правило «умри за премию главного инженера». Умирать, конечно, не требуется, но риски возрастают многократно — ведь суть действий заключается в сокрытии действительного повреждения и возможности выполнения работ не по правилам охраны труда. То есть в данном случае производитель работ или переключений может оказаться виноватым за самовольное выполнение работ — ведь задание будет выдано не напрямую и не под аудиозапись.

В совсем уж крайних случаях можно опасаться и за свою жизнь, если принять правила этой игры. Естественно, такая игра ведётся не из-за десятков тысяч рублей и уж тем более не ради обычного работяги. Сколько бы ни приходило обзоров несчастных случаев, в них никогда не указываются истинные виновники — всегда виноват исполнитель. Руководителя в худшем случае снимут и посадят на другую должность.

Снова раннее утро. Мы идём на работу. В это время редко встретишь элитные машины и людей в шмотках прославленных брендов.

На нас практичная и тёплая одежда. Лучше одеться так: кто знает, какая погода будет в конце рабочего дня.

Мы идём, а вокруг нас – здания, мосты, техника. Это мы построили дома и дороги. Мы производим товары и управляем техникой.

Всё это должно говорить о том, что рабочий человек очень нужен и важен.

Так ли это?
Заглянув в расчётный лист, вижу, что премиальную часть опять уменьшили, её хватит только на коммуналку, бытовые нужды и еду – на выживание.

Мы, честные труженики, любим родную землю, ежедневно доказывая это созидательным трудом. Мы не хотим трясти флагом на дорогих заграничных курортах в кокошниках.

Хотим простого человеческого счастья и достойной оплаты труда.

Многое пережито, и много испытаний ещё будет. Сейчас мы разделены – условия жизни и работы этому способствуют.

По отдельности нас легко запугать и уволить. Но когда мы сможем организоваться, нас не сломить, и звание Рабочего человека будет самым высоким!