Мы имеем на сегодняшний день колоссальные результаты. Мы сократили на 65% управленческий персонал, благодаря этому сократили гигантское количество издержек.

«Вопрос судьбы конкретных площадок всегда острый, потому что это люди, коллективы, рабочие места» — рассуждал в 2023 году глава ОСК Пучков.

«Взять хотя бы Севастопольский завод, организованный в 1783 году. На нём нет заказов, там остались работников 200 человек, то есть сокращено подавляющее число работников. И заказы вряд ли придут» — объясняет решение новый глава ОСК и глава банка ВТБ Костин.

«На этой неделе заведующая рассказала нам, что она была на собрании с директором и он поинтересовался, почему, имея оборудование ТАКОГО уровня, не происходит сокращение штата. И поручил главному экономисту в течение двух недель рассчитать целесообразность и рентабельность анализов. У нас и так часть уходит на аутсорс, возможно, будет больше. Или пойдут сокращения — смотря что он там насчитает».

У нас, по данным ЦРБ, самая плохая статистика по онкологическим заболеваниям.

В 11-12-м годах экологическая экспертиза показала 32 компонента вредных выбросов. И очистные сооружения не работают. Диоксиды, оксиды тяжёлых металлов, доменной пыли. Ну и грязный металлолом переплавляют. Плюс сжигают, как мусороперерабатывающий завод, шины при утилизации вместе с резиной. Отсюда чёрный дым.

Тепло приветствую товарищей и сибирских коллег!

На связи Россети московского региона, московские кабельные сети. Мы и работаем на земле и в самой земле — в котлованах. Монтаж и ремонт кабельных линий низкого и высокого напряжений.

Всё время сталкиваемся с низкокачественными монтажными муфтами. Предположу, что это следствие выживания заводов в агрессивной рыночной конкуренции. Когда более качественный товар выпускать не выгодно, так как он дороже и проиграет в конкурентной борьбе цен.

А это приговор предприятию и коллективу. Низкокачественный ремонтный материал снижает эксплуатационную надёжность ремонтируемых кабельных линий. Это, в свою очередь, снижает качество бесперебойного обеспечения электроэнергией городской инфраструктуры. Ведёт к повышению аварийности.

Итог: страдает общество в целом. Это стратегически ему вредит. Душит его там, где должно поддерживать и давать опору для развития. Такую цену платит общество за форму общественно-экономических отношений, где во главе стоит корысть и стяжательство, то есть прибыль.

С пролетарским приветом из московских котлованов!

Коллега предложила мне работу по контракту в Турции. Подробностей она сама не знала. Я согласилась.

Со временем начали появляться неудобные подробности. Оказалось, что человека ищут очень срочно, так как предыдущий музыкант ушёл, не доработав контракт. Контракт всего на два месяца (обычно 6-12 месяцев). Визу не оформляют — значит, работа эта нелегальная.

Тем не менее, на работу согласилась — понадеялась на лучшее.

Полетела в страну назначения без визы и договора. После вылета информировала родственников о каждом своём действии — на всякий случай.

В аэропорту назначения меня никто не встретил. Прождала несколько часов и начала думать, что я зря вообще сюда приехала.

Уже собралась возвращаться, но вдруг от менеджера агентства пришло сообщение: «Вы где? Мы Вас потеряли!».

Села в машину, номер автомобиля на всякий случай написала родственникам и стала изучать карту.

По договорённости меня должны были отвезти в офис. Но от прямого маршрута мы отклонились. Оперативно уточнить у менеджера, куда меня везут, не получалось. Стало очень страшно, что увезут в неизвестном направлении. Водителя я, разумеется, видела впервые. Взяла в руки паспорт и телефон — на случай, если придётся бежать из машины.

Всё обошлось, привезли в отель, где жил персонал.

Дали подписать «контракт», который, якобы, декларировал условия труда. На деле не имел никакой юридической силы. Рабочей визы не было, а значит, в случае чего меня бы просто депортировали. Получить от агентства деньги вряд ли бы получилось. Ведь в первую очередь вопросы возникли бы ко мне: как я тут оказалась, и почему работаю без разрешения.

Работа шла нормально. Играла утром, после обеда ещё сама разучивала новый репертуар.

У всех сотрудников был биометрический пропуск в отель. У меня его не было, но охранник запомнил меня и пропускал просто так.

Работу оплачивали наличкой. В какой-то момент начали задерживать оплату, кормили обещаниями. Время вылета домой приближалось, и я боялась, что денег не увижу. Просьбы к закреплённому за мной менеджеру агентства успехом не увенчались. Пожаловалась другим менеджерам и администрации: деньги сразу нашлись.

Ещё раз на такую нелегальную работу, конечно, не поеду. Рисков слишком много, а в полицию не обратиться — будет депортация.

Сейчас снова ищу контракт за границей, но к условиям теперь более внимательна.

Найти хорошее агентство сложно, пройти отбор — ещё труднее. Много малооплачиваемых контрактов, много ненадёжных людей и организаций в этой сфере.

Все контакты стараюсь проверять — нет ли их в «чёрных списках». Но обманщики могут менять телефоны, имена, названия компаний.

Надеюсь, мне повезёт найти подходящую вакансию, но пока успехов нет.