Недавно Министерство просвещения ввело в школьную программу новый предмет — «История родного края», — и все учителя истории повально начали проходить курсы переподготовки. То есть в стандартную программу (68 часов истории) добавилось ещё от 18 до 32 часов уроков, в каждом классе по-разному.

Отношение педагогов к этому нововведению, мягко говоря, неоднозначное — скорее отрицательное. Оно обосновано тем, что предмет снова ввели принудительно, через силу, даже не спросив мнения учителей. У нас не привыкли спрашивать, по крайней мере, пока.

Другой момент заключается в том, что нет ни методического материала, ни самих учебников. Соответственно, учителя изыскивают дополнительное время на подготовку к урокам.

Далее — весна, апрель–май: это пора ВПР. Напомню, что для ВПР есть два обязательных предмета (русский язык и математика) и два предмета на выбор, в том числе история. Чувствуете… запах маразма?

И, конечно, недавно проскочила новость о том, что Министерство просвещения решило ввести в 9-м классе итоговое собеседование по истории для допуска к ГИА. Ну, тут уже «занавес». Посмотрим, что из этого получится.

На место выезжал прокурор района Тимур Султанов. Прокуратурой организована проверка.

«У меня заключён трудовой договор с ООО «УВАДРЕВ-ХОЛДИНГ».

В холдинге семь аффилированных юридических лиц, где вместо технических специалистов в штате — договора с подрядными организациями. Так что технические вопросы решаются ИТ-отделом, в котором я работаю.

Ранее я закрывал глаза на юридические тонкости и многие проблемы решал самостоятельно, хотя следовало бы передать их подрядчикам. Переписка с техподдержкой подрядчика отнимала много времени — быстрее было всё сделать самому.

Больше всего времени уходило на подрядчика-«ресторан», потому что график сотрудников не совпадал с моим. Вопросы часто приходили вечером и в выходные. Это никак не оплачивалось, предлагалось запоминать количество затраченного времени и просить за это отгулы.

С недавнего времени подрядчик-«ресторан» из ООО реорганизовался в ИП. Мне пришлось заниматься подбором оборудования, выяснением условий и организации работы на новом объекте.

Я стал настаивать, чтобы сотрудники нового ИП сами подавали заявки и звонили подрядчикам. У меня ведь нет трудовых отношений с ИП. Начальника отдела это не устроило, и мне велели писать заявление на увольнение по собственному желанию.

Писать заявление я воздерживаюсь.

Начальство предприятия — так или иначе родственники. В начале прошлой зимы скончался основатель и «президент» компании, и через две недели уволились несколько бухгалтеров, в том числе главный бухгалтер. А сейчас фирму возглавляют его вдова и дочь.

Возможно, эта история трудовых отношений – типичная для многих».

Я учитель. И я хочу рассказать, во что превратилась наша профессия в новой, ультрасовременной школе, которую открыли с помпой в этом учебном году.

Красивая картинка для отчёта разбилась о суровую реальность ещё в сентябре.

Мы зашли в светлое здание и первое, что поняли — здесь зверски холодно. Учителя зарабатывают хронический бронхит. Но кто будет слушать жалобы на сквозняки? Это же новая школа, тут всё должно быть идеально.

Мебель начала разваливаться в первую же неделю. У детей отваливаются дверцы тумб, у стульев ломаются спинки. Это не мебель, это картон. Мы, учителя, своими руками пытаемся это чинить, потому что писать жалобы бесполезно — скажут, что мы плохо эксплуатируем.

Двойки за триместр ставить нельзя. Вообще.

🔵 Но это цветочки. Самое страшное — это то, во что превратился наш труд.

У нас жуткие переработки. Я прихожу к восьми, ухожу поздно вечером. И это потому, что за день нужно успеть провести 7-8 уроков (у нас же нет кадров, все работают на износ), а потом заполнить горы электронных отчётов, которые придумали люди, явно никогда не стоявшие у доски.

И при всём при этом мы абсолютно бессильны. Нас заставляют «рисовать» успеваемость. Задача педагога любой ценой выпустить ученика, неважно, знает он предмет или нет. Главное — красивая статистика и высокий рейтинг школы.

Рейтинги, кстати, только ухудшают положение учителей и финансирование школ: если у тебя нет успеваемости и хороших баллов, школу просто «обрежут» по деньгам. А мы снова останемся с дырами в окнах и сломанными стульями.

Культура? Какая культура? Ученики не уважают учителя. Это мягко сказано. Они хамят, матерятся прямо на уроках. А учитель должен молчать, потому что он — сфера услуг.

Была у нас история месяц назад. Ученица ругалась матом, на замечания не реагировала. Учительница не выдержала и в состоянии аффекта дала ей по губам. Легко, чисто символически, чтобы заткнулась. Что вы думаете? Учительницу оставили без премии. Теперь ученица ходит по школе героем, а остальные учителя боятся даже голос повысить.

Мы поняли главное правило: права есть только у детей и их родителей. Учитель — бессловесная тварь, которая должна терпеть мат, оскорбления и при этом улыбаться.

Мы очень разобщены. Каждый сам за себя. Мы боимся открыто обсуждать условия труда, боимся жаловаться, потому что зарплаты и так мизерные, а на бирже труда нас никто не ждёт.

И хуже всего, что с каждым годом условия всё хуже и хуже. Доход падает, а количество функционала растёт. Мы должны быть и психологами, и соцработниками, и охранниками...

Я не знаю, сколько мы ещё продержимся. Наверное, пока совсем не выдохнемся.

Но кто тогда будет учить ваших детей?

Когда крупнейшие работодатели страны «Сбер» и ВТБ публично говорят о планах сократить 15–20% персонала, это уже не частная HR-повестка, а сигнал рынку. Крупный бизнес больше не делает вид, что можно бесконечно сохранять команды в неизменном виде, игнорируя стратегию, эффективность и изменения внешней среды

Я работаю инженером проводной связи в одном крупном дата-центре, в Москве. Не так давно к нам заехал новый клиент. Нам пришла заявка на коммутацию серверного и сетевого оборудования в их интересах.

Открыли на месте заранее распечатанный кабельный, дабы убедиться, что всё оборудование на месте, а там…
 
Заговорённое/замоленное/освящённое оборудование клиента не помогло. Их сотрудники пока не смогли его настроить, нам не смогли дать корректный журнал коммутации, с провайдером связи договориться тоже пока не получилось.

Так ещё и выяснилось, что православные фаерволы прибыли без шнуров питания. Видимо, электричество им не нужно, святым духом будут питаться.