«Наша цель к 2030 году — чтобы 85% автобусов и троллейбусов в республике были новыми: планируем закупить 133 автобуса и 325 троллейбусов», — написал глава региона Олег Николаев в своем Telegram-канале.

«Китай призывает все стороны и в частности Израиль полностью соблюдать соглашение о прекращении огня и работать над всеобъемлющим и долгосрочным режимом прекращения огня в секторе Газа», — сказал постоянный представитель КНР при ООН Фу Цун на заседании Совета Безопасности ООН по Ближнему Востоку.

«Мы рассмотрели ход переговоров, начавшихся на прошлой неделе в Абу-Даби. Мы пришли к соглашению, что европейцы должны быть в полной мере вовлечены в обсуждаемые вопросы.

Франция по-прежнему полна решимости усилить давление на Россию до тех пор, пока она отказывается от мира. Мы работаем над новыми санкциями на европейском уровне и продолжим наши усилия по пресечению деятельности теневого флота».

Вопрос о возможной передаче Турцией систем С-400 Сирии — занятный и не лишенный практических оснований. Хотя наше официальное руководство и не подтверждает переговоры о возврате систем, дыма без огня не бывает. Что-то в этом определенно есть.

Для Анкары С-400 давно превратились в «чемодан без ручки». Ввести их в строй нормально не дают американцы, которые ввели против Турции санкции еще в момент покупки. В нынешней экономической ситуации это обременение. При этом Россия, судя по источникам, без восторга встретила идею выкупить системы обратно за полную стоимость.

Соглашение между нашими странами не предусматривает ни возврата, ни передачи третьим сторонам. У таких систем всегда есть конечный пользователь. Но если гипотетически представить их в Сирии, возникают куда более серьезные вопросы.

Если допустить появление С-400 на сирийской территории, сразу встает вопрос: а насколько стабильно местное руководство? Оно у власти «без году неделя» и далеко не справилось с экономическими, этническими и религиозными проблемами. Ставить такие системы на боевое дежурство — огромный риск.

И главное: в чьих интересах и против кого они теоретически могут быть использованы? Допустим, против Израиля. При всех особенностях российско-израильских отношений, будет ли Москва рада, если ее ракеты полетят в сторону Тель-Авива? Вопрос риторический.

Самое важное задаться вопросом: а что конкретно России сейчас нужно от Сирии? Договоренности о сохранении наших военных баз, полагаю, достигнуты. Торгово-экономическое сотрудничество ведется...

Зачем нам углубляться еще дальше? Какие выгоды мы с этого получим? Страна нестабильна, экономика в разрухе, делать многомиллиардные инвестиции бессмысленно. Сирия находится в переходном положении — она еще «не долетела» из точки А в точку Б.

Да, Вашингтон делает реверансы Дамаску, снимает часть санкций и отказывается от оголтелой поддержки курдских формирований. Американцы балансируют, но это не значит, что нам надо бросаться в сирийские объятия.

К тому же между нами и Дамаском хватает раздражителей — например, абсурдные требования о выдаче Башара Асада, на которые Россия никогда не пойдет.

Ситуация, где возможны взаимовыгодные размены, не просматривается. Рисков — море, а больших, конкретных выгод, которые можно было бы сформулировать, просто нет.

«Особое внимание уделяется мерам поддержки участников специальной военной операции и членов их семей. Перечень по мерам поддержки данных категорий увеличивается на постоянной основе», — подчеркнул директор МФЦ республики Виталий Седых.