Христос посреди нас, дорогие мои читатели!
Между страхом и вечностью
Мы с вами живем в эпоху, когда само время кажется надломленным. Сегодня слова апостола Павла: «Праведный верою жив будет; а если кто поколеблется, не благоволит к тому душа Моя» (Евр. 10:38) как спасательный круг, брошенный человеку, чей корабль разбивается о скалы истории. Когда привычный мір рушится, а внутри церковной ограды нестроения, в сердце неизбежно воцаряется «метафизическое головокружение». Мы спрашиваем: «Господи, где Твоя правда? Как не сойти с ума от этой боли? Как не превратиться в камень среди всеобщего ожесточения?»
Апостол отвечает: жизнь праведника держится на вере. Но что это за вера? Блж. Августин учил, что вера — это не просто признание умом того, что Бог существует. Такая вера есть и у бесов. Истинная вера — это «вера, действующая любовью». В дни великих потрясений сердце парализуется страхом. Мы боимся за детей, за завтрашний день, за саму жизнь. Но праведность рождается не из страха перед наказанием или смертью, а из любви к Божьей Истине. Нужно иметь мужество сказать: «Господи, я немощен, я грешен». Именно в этом признании своей пустоты Бог начинает созидать Свою силу. Наша «малая правда» — это готовность видеть невидимый свет Христов сквозь пелену дыма и слез. Мы живы пока верим: зло не имеет последнего слова. Апостол предупреждает нас об опасности «поколебаться». Что это значит сегодня? Это искушение отступить назад, предать Христа ради политической выгоды, личного покоя или поддаться яду ненависти.
В контексте церковных разделений это искушение особенно тонкое. Легко уйти в ропот, легко начать судить всех. Но истинная вера — это верность Христу как единственному Главе Церкви. Наша верность проверяется не громкими словами, а верностью Его заповедям в самых малых делах. Если мы теряем любовь, если мы позволяем внешнему хаосу разрушить наш внутренний мир, мы теряем связь с Источником жизни. Верность — это наш отказ быть рабами обстоятельств.  
Почему мір так часто ополчается на верующих в моменты катастроф? Потому что верующий человек — это свободный человек. Мір хочет сделать нас частью толпы, движимой страхом и насилием. Он хочет внушить нам, что мы — лишь пыль под ногами сильных міра сего. Но христианин восклицает: «Со мною Бог!». Наша свобода — это не ненавидеть в ответ на ненависть, а оставаться человеком, когда всё вокруг подталкивает к этому. Это свобода надеяться, когда надежды, по человеческим меркам, больше нет. Эта свобода духа — самый яркий маяк для всех, кто ищет спасения в ночи міровой скорби.  
Часто спрашивают: как нам устоять, когда нет сил? Блж. Августин отвечает: не хвалитесь своими силами, их у нас нет. Наша стойкость — это результат сопричастности Телу Христову. Когда вера ослабевает под грузом новостей, спешите к Чаше. Только там, принимая Христа, мы восстанавливаем целостность своей души. Нестроения — это человеческое, а Евхаристия — Божественное. В Ней мы обретаем мир, который «превыше всякого ума».
Война и беды — это время великого обнажения, где нет места полутонам. Либо огонь испытаний выжжет в нас всё человеческое, оставив только ненависть, либо этот же огонь очистит нас, как золото в горниле. Мы призваны быть не просто свидетелями катастрофы, но посланниками Христа. Наша задача — сохранить в себе Образ Божий, не дать страху вытеснить из сердца Христа. Помните слова апостола: «Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или меч?», это не метафоры, ответ остается прежним: ничто. Пусть эти слова апостола Павла станут вашим ежедневным дыханием. Когда сердце смущается, говорите себе: «Моя жизнь — в руках Божьих. Моя верность — Христу». Стойте в той свободе, которую Он нам даровал. Именно в этом горниле куется вера, которая не постыжает. Праведный верою жив будет — и этой верой воскреснет наша душа, и на нашу истерзанную землю придет долгожданный, подлинный мир Божий.

Наше общественное сознание совершает две серьезных когнитивных ошибки.

Первая — это массовое требование к верхам (как правило, не поднимаясь с дивана) достижения каких-то там геополитических высот, не понимая, что эти высоты с учетом нынешнего состояния системы уже просто ФИЗИЧЕСКИ невозможны. Причина этой эпистемологической ошибки проста — люди в своем восприятии общественно-политической реальности до сих пор почему-то психологически уверены в том, живут в СССР. Хотя они уже давно живут не в СССР. При этом не имеет значения, родился человек в советские времена или уже позже — у многих политическое мировоззрение формирует окружение, в т.ч родители и учителя.

Вторая — это внутренние обиды на всякого рода запреты и ограничения, которые с определенного времени валятся на голову бедного обывателя едва ли не ежедневно. А все потому, что люди (часто это те же, кто психологически застрял в СССР) почему-то до сих пор убеждены, что живут в вольготные 90-е — "нулевые". Хотя они уже давно живут в "ревущих двадцатых" — начиная с ковида.

Это ни в коем случае не оправдание нынешней картины мира, крайне несовершенной и неэффективной. Всем нам хотелось бы жить в диктующем свою волю половине земного шара СССР-2, с непререкаемой социальной справедливостью, но при этом со всеми разрешенными социальными сетями, буржуазным комфортом и летним отдыхом в странах капиталистического лагеря.

Но это призыв быть реалистами, что избавит вас от внутреннего мировоззренческого диссонанса, а возможно и от проблем.

Ну а позитив заключается в том, что хорошие люди могут идти вперед, творить добро и созидать почти в любой общественно-экономической формации. В нынешней — уж точно.