По этому поводу я должен кое-что сказать. Я тогда встал лично перед боснийцами и указал на то, что может случиться, что проскользнут несколько предателей. В верности боснийцев у меня не было ни малейшего сомнения. Эти войска двадцать лет назад были верны своему верховному главнокомандующему. Почему они не должны быть верны сегодня? Они должны были лишь выйти из своего окружения, попасть в немецкое окружение, на немецкий войсковой полигон, где царит только один закон — закон обучения и закон послушания: обучаться, жить и воспитываться.
Мне было совершенно ясно: что же должно отделять мусульман в Европе и во всём мире от нас, немцев? У нас общие цели. Нет более прочной основы для совместной жизни, чем общие цели и общие идеалы. Германия на протяжении 200 лет не имела с исламом ни малейших точек трения.
Германия, рейх и его ответственные руководители на протяжении последних двух столетий были друзьями ислама не из соображений целесообразности, а по убеждению.
Сегодня у нас, немцев, и у вас, в этой дивизии, вы, мусульмане, есть одно единственное общее чувство благодарности судьбе за то, что Господь Бог, вы говорите Аллах, это же одно и то же, — даровал этим истерзанным народам Европы фюрера, который освободит сначала Европу, а позже и весь мир от евреев, от этих врагов нашего рейха, которые в 1918 году вырвали победу из наших рук и сделали напрасной жертву двух миллионов погибших. Они также и ваши враги, ибо еврей извечно был вашим врагом.
Наша общая цель — упорядоченная Европа, в которой отдельные народы сохранят свои нравы, свои обычаи и всё, что для них свято, Европа, в которой крестьянин остается крестьянином и не становится колхозником.
У этой Европы есть общие враги: еврей, большевизм и плутократия, у которых нет души и которые не знают социальной справедливости для народов.

В качестве главных целей называются «упорядоченная Европа», сохранение крестьянского уклада, традиций и мусульманской веры. Общими врагами объявляются большевизм, плутократия и «еврейство», которое, по его словам, одинаково враждебно как Германии, так и исламскому миру.

Подчёркивается, что в обновлённой Европе каждый народ сохранит «свои нравы, свои обычаи и всё, что для них свято».
Для боснийцев это означало возможность свободно исповедовать ислам, иметь собственные знаки различия (фески и пр.) и опираться на традиции предков.

И вот этой мусульманско-боснийской дивизией войска СС однажды создали дивизию, которая целиком религиозна. Вы правильно слышали: целиком религиозна, только мусульманская. Каждый батальон имеет своего имама или уллу, каждая дивизия имеет имама, и с разрешения фюрера я ввел в этой дивизии старые права, которые боснийцы имели в старой австро-венгерской армии. Строго верующие мусульмане получают пищу, которую предписывает им их религия. У них есть абсолютная возможность совершать свои религиозные обряды, религиозные обычаи и традиции. Я должен сказать, я не имею ничего против ислама; ведь он воспитывает мне в этой дивизии своих людей и обещает им рай, если они сражались и пали в бою. Весьма практичная и симпатичная религия для солдат.

«Каждый батальон имеет своего имама или уллу, каждая дивизия имеет имама».
«С разрешения фюрера я ввел в этой дивизии старые права, которые боснийцы имели в старой австро-венгерской армии».

«Строго верующие мусульмане получают пищу, которую предписывает им их религия [Халяль]».

«У них есть абсолютная возможность совершать свои религиозные обряды, религиозные обычаи и традиции».

Моим братьям-мусульманам из Туркестана!
Меня очень обрадовало, что вы влились в ряды Ваффен-СС и что вы полны решимости с твердой верой плечом к плечу с нашими немецкими союзниками сражаться против общего врага. Вы знаете, что сегодня мир разделен на два лагеря: Лагерь Альянса, который движим мировым еврейством, т.е. силами, которые испокон веков считаются традиционными врагами Ислама, которые угнетают мусульман, оккупируют их страны, борются с их религией и готовят им в будущем самое худшее.

Сегодня у нас, немцев, и у вас, в этой дивизии, вы, мусульмане, есть одно единственное общее чувство благодарности судьбе за то, что Господь Бог, вы говорите Аллах, это же одно и то же, — даровал этим истерзанным народам Европы фюрера, который освободит сначала Европу, а позже и весь мир от евреев, от этих врагов нашего рейха, которые в 1918 году вырвали победу из наших рук и сделали напрасной жертву двух миллионов погибших. Они также и ваши враги, ибо еврей извечно был вашим врагом.

Мусульманским членам СС и полиции гарантировалось «незыблемое особое право» на питание без свинины и алкоголя.
Формулировка «незыблемое» указывает на статус закона, нарушать который запрещено под страхом наказания.
Гиммлер лично запрещает «прозвища или "подшучивания"», а также любые дискуссии об особых правах мусульман.
В отношении «недочеловеков» подобная защита чести и достоинства со стороны главы карательного ведомства была бы немыслима.
Ответственность за соблюдение религиозных предписаний возлагалась персонально на «командиров, офицеров и хозяйственных руководителей СС». Нарушителей приказано наказывать «без оправданий и без снисходительности».

Заявление Гитлера в «Волчьем логове» (BArch RW 47/64): «Я считаю надежными только мусульман...
Единственные, кого я считаю надежными, – это чистые мусульмане, то есть настоящие тюркские народы».

«...религия, бесконечно подходящая для борцов и созданная прямо-таки для борцов, – ислам».
Признание Гиммлером Аллаха и Бога тождественными (NS 19/4012, стр. 23): «Господь Бог, вы говорите Аллах, это же одно и то же».

Гиммлер утверждает, что Германия была другом ислама 200 лет «не из соображений целесообразности, а по убеждению» (NS 19/4012).
Профессор Идрис также доказывает в докладах «дружественную исламу политику Германии... по меньшей мере, с 200 лет» (NS 31/40 стр. 17).

Создание государственной школы имамов СС (NS 31/40): Существование «Дрезденского военного курса мулл», выпускники которого получали дипломы о «пригодности для получения звания имама» и направлялись в части Вермахта и СС. «Недочеловекам» не предоставляют государственное высшее духовное образование и не встраивают их священников в структуру элитных войск.

Производство в чин штандартенфюрера СС мусульманина Кучука Улагая (NS 31/53): Бывший полковник Белой армии, черкес и мусульманин, был официально призван в Ваффен-СС с присвоением высокого звания штандартенфюрера (эквивалент полковника).

Он назван «немецким мусульманином», бывшим полковником турецкого Генштаба и коллегой Энвер-паши. Он назначается руководителем Восточно-тюркского корпуса СС. Его вероисповедание не только не скрывается, но и подчеркивается как преимущество для руководства мусульманскими частями.

Отнесение ислама к «арийской» (нордической) религиозной традиции (NS 15/536): В исследовательских документах Рейха утверждается, что ислам через персидское учение о свете связан с «последним отголоском древнейших северных [нордических] представлений». Таким образом, Ислам не только не считалась «семитской» или «низшей», но прямо возводилась к общему с германцами «арийскому» корню.

Чтобы спасти конкретного мусульманина-азербайджанца от трибунала за переход в СС, руководство Главного управления СС предлагает обмануть Вермахт и объявить солдата «павшим», лишь бы не выдавать его и не подрывать доверие тюркских частей. Ради «недочеловека» никто не стал бы рисковать конфликтом между СС и Вермахтом и идти на должностной подлог.

«Крымские татары при любых обстоятельствах при возможном очищении могут ехать с нами». В то время как многие народы бросались на произвол судьбы, мусульманам гарантировалась эвакуация вместе с немецкими войсками.

По просьбе Муфтия Аль-Хусейни русских и поляков выводили из рабочих лагерей, чтобы разместить там крымских татар отдельно и позволить им «вести свою собственную жизнь и воспитывать детей по-исламски».

Идеологически возвышены до уровня «арийской» традиции.
Лично защищены приказами Гиммлера.
Допущены к офицерским званиям в СС.
Имеют государственную систему подготовки духовенства.
Признаны Гитлером «единственно надежными».

"Англичане. В частности, английский деловой мир с плохо скрываемым недовольством воспринял это значительное усиление влияния Франции на континенте. Дело не только в том, что с военно-политической точки зрения Франция теперь занимала в Европе такое положение, какого ранее не было даже у Германии, но и в том, что она получила экономическую поддержку, которая практически превратила ее политическую конкурентоспособность в экономическую монополию. Крупнейшие железные и угольные шахты Европы теперь оказались в руках страны, которая, в отличие от Германии, решительно и активно отстаивала свои интересы, — страны, которая вновь напомнила миру о своей военной мощи во время Первой мировой войны. Оккупация Рура Францией лишила Англию всех завоеваний, достигнутых в ходе войны, и теперь победителем стала не трудолюбивая и активная британская дипломатия, а маршал Фош и представляемая им Франция.

Настроения в Италии по отношению к Франции, которые и после окончания войны нельзя было назвать дружественными, теперь переросли в настоящую ненависть. Настал великий исторический момент, когда бывшие союзники могли стать будущими врагами. То, что этого не произошло и союзники не рассорились друг с другом, как это случилось во время Второй Балканской войны, объясняется лишь тем, что в Германии не было своего Энвера-паши, а был лишь канцлер Куно.

Вторжение французов на территорию Рура открывало огромные возможности не только для внешней, но и для внутренней политики Германии. Большая часть нашего народа, которая из-за непрекращающегося влияния лживой прессы по-прежнему считала Францию поборницей прогресса и свободы, внезапно избавилась от этого заблуждения. Точно так же, как 1914 год развеял все мечты о международной солидарности народов в умах наших немецких рабочих и внезапно вернул их в мир вечной борьбы, где одно существо питается другим, а смерть слабого означает жизнь для сильного, так и весна 1923 года была полна надежд.

Когда французы осуществили свои угрозы и наконец начали продвигаться на угольные месторождения Германии, они делали это с большой осторожностью.

Болгария, проигрывая войну коалиции (Сербия, Греция, Румыния и Османская империя), запросила перемирия.
Пока все державы спорили о новых границах, а болгарская армия была скована на других фронтах, Энвер-паша как военный министр проявил «инициативу». Он не стал дожидаться дипломатических решений, во главе кавалерии и пехоты стремительно перешел демаркационную линию и без боя занял Эдирне (Адрианополь) — ключевой город, утерянный всего несколькими месяцами ранее. Он использовал момент слабости и раздрая между вчерашними врагами и союзниками.

На Гитлера огромное впечатление произвёл исторический эпизод, о котором он узнал от одной делегации знатных арабов. Когда в восьмом веке магометане попытались проникнуть за пределы Франции в Центральную Европу, рассказывали ему гости, они были отброшены назад в битве при Туре. Если бы арабы выиграли эту битву, мир сегодня был бы магометанским. Ведь их религия исповедовала распространение веры мечом и подчинение этой вере всех народов. Германские племена стали бы наследниками этой религии.
Подобное вероучение идеально подходило германскому темпераменту. Гитлер говорил, что арабы-завоеватели в конечном счёте не смогли бы справиться с более суровым климатом и условиями страны. Они не сумели бы подавить более крепких туземцев, так что в итоге во главе этой магометанской империи встали бы не арабы, а исламизированные германцы.
Эти исторические спекуляции Гитлер обычно завершал замечанием:
“Видите ли, наша беда в том, что у нас не та религия.
Почему у нас не религия японцев, которые считают высшим благом самопожертвование за Отечество?
Мусульманская религия тоже подходила бы нам куда больше, чем христианство.
Почему им должно было оказаться именно христианство с его кротостью и дряблостью?”

«Текст из пехлевийских писаний: Бахман Яшт 3...
Из Корана (перевод Мауланы Садр-уд-Дина, 1939 и Макса Хеннига, 1901):
Сура 4, Руку 24. 175. О люди! Ясное доказательство от вашего Господа пришло к вам, и Мы ниспослали вам ясный свет.
Сура 22, Руку 5,6. 38. Бог, несомненно, будет защищать тех, кто верует...
39. Дозволено тем (сражаться), против кого сражаются...
Сура 61, Руку 2. 11. Если вы веруете в Бога и Его посланника и сражаетесь на пути Бога...»

Здесь помещён перевод листовки на арабском языке, которую готовили для мусульман. В её основе лежит конкретный аят Корана (сура 43, аят 61), который цитируется в начале и в конце.
«“…и ведь он – знамение часа” (имеется в виду Страшного суда). (Коран XLIII, 61)
...Абдаллах ибн Умар аль-Байдави сказал, что Бог пошлет своего раба, который убьет Дадджаля своим копьем…»
При этом на странице 9 и 31 приводится тафсир (толкование) этого же аята и связанных с ним эсхатологических представлений, что показывает глубокое изучение текста:
«К мифической картине будущего мусульман относятся ещё дальнейшие детали... Во времена Махди также вновь появится пророк Иса и убьет копьем чудовище Дадджаля... Согласно знаменитому мусульманскому историку ат-Табари...»

«Рейхсфюрер СС приказал установить, на основании каких стихов Корана мусульмане придерживаются мнения... За это время знатоки Корана были приставлены к установлению подобных текстовых мест. При этом до сих пор выяснилось, что места, которые непосредственно вели бы к использованию... в Коране не содержатся.
Был привлечён ориенталист из университетской библиотеки Лейпцига, д-р Шуберт, чтобы тщательно проверить позднейшую кораническую литературу...»

«Мои знатоки писания также ничего не нашли. Лучшее, что удалось извлечь из писаний, – в приложении, но оно настолько слабо, что не стоит с этим связываться.»
Это доказывает, что люди Мюллера действительно читали «писания» (Коран и сопутствующие тексты), просеивали их.

Изучение понятия «Нур» (Свет) по исламским источникам
«Наследие предков» (Аненербе) докладывает, что проводило «обширные разыскания» по теме «Свет Пророка». В письме прямо цитируется специальная литература:
«…я хотел бы указать на одну возможность, которая основывается на главе “Учение о Нур” из диссертации “Мусульманские мистерии” господина Ласси (Хельсинки 1916) и дополняется статьёй “Нур (=Свет)” в “Карманном словаре ислама” (Лейден 1941, страница 591 и след.)...
…в исламе также развилось мистическое понимание света, согласно которому понятие “Нур” мыслится как изначально существующая божественная субстанция... (Гольдциер, “Лекции”, стр. 217).»

Сам Гиммлер был лично знаком с Кораном:
"Рейхсфюрер СС ознакомился с присланными отрывками из Корана. Он одобрил печать и распространение предложенного листа"

Я должен сказать, я не имею ничего против ислама!
-Генрих Гиммлер

«Я считаю надежными только мусульман. Всех остальных я не считаю надежными. … Единственные, кого я считаю надежными, – это чистые мусульмане, то есть настоящие тюркские народы.» (Волчье логово, 12 декабря 1942 г.)

«Всем исламским членам войск СС и полиции в качестве незыблемого особого права предоставляется то, что они в соответствии со своими религиозными предписаниями для довольствия никогда не получают свинину, а также колбасу, содержащую свинину, и для питья никогда не получают алкоголь. … Я запрещаю, кроме всего прочего, любые распространённые в кругу товарищей прозвища или "подшучивания" над мусульманскими добровольцами.» (NS 19/3285)

«Чтобы все крымские мусульмане, приехавшие в Германию, были собраны и помещены в общий лагерь. … Прежде всего они хотели бы избегать всякой встречи и соприкосновения с используемыми в Германии восточными рабочими. … Так можно собрать крымских мусульмане из всех рабочих лагерей … и перевести в Либе-нау. Для них можно было бы перевести русских и поляков из рабочего лагеря в Либе-нау в другие рабочие лагеря.» (просьба Великого муфтия, удовлетворённая СС, NS 31/32)

Исследователи Рейха прямо возводят Ислам к «древнейшим [нордическим] представлениям» и «персидскому учению о свете», объявляя ислам в значительной мере «арийской [нордической] религией» (NS 15/536).

«У нас общие цели. … Сегодня у нас, немцев, и у вас, … мусульмане, есть одно единственное общее чувство благодарности судьбе за то, что Господь Бог, вы говорите Аллах, это же одно и то же, — даровал … фюрера, который освободит сначала Европу, а позже и весь мир от евреев» (BArch NS 19/4012).
«Я не имею ничего против ислама;» (BArch NS 19/4012)

«Лагерь Альянса, который движим мировым еврейством, т.е. силами, которые испокон веков считаются традиционными врагами Ислама … И Лагерь, во главе которого стоит Германия, страна, которая никогда не была врагом Ислама … Поэтому нет никаких сомнений, что искренние мусульмане видят свое благо только в союзе с германским лагерем» (NS 31/44).