Что делает с утра полоумная, загорелая, аддиктивная баба? Баба чинит водонапорную башню.

Три месяца назад, наблюдая, как интеллигентный повар из Петербурга моет веранду тайского дома шваброчкой – баба скурвила рожу, хмыкнула и весомо рекла: там же шланг во дворе, шланг возьми. Повар посмотрел на бабу непонимающе.

Пришлось объяснять: тряпки, швабры – это всё от лукавого. Где-то на заднем дворе любого домика тайского должен быть примонтирован шланг. Метров сто – чтоб и до байка дотягивался. И напор там должОн быть такой, чтоб иного кивсяка прямо в высь поднимало. Кивсяка вы не гуглите, он вам не понравится. Но в мокрый сезон по веранде чего только не ползает. И геконьи какахи повсюду.

Городской Иван Сергеич пожал тут же булками. Пошел на задний двор, подрочил старый кран. Вернулся с вжатыми плечами – мол, он не работает. Не работает, хоть ты тресни – проверено.

Про лендлорда нашего я вам уже рассказала. У него "орднунг" – это лишь то, что денег касается. Просить с него новый шланг –ну, такое себе. Поэтому я предложила Ивану, у которого, очевидно насчет шлангов руки под хер заточены – вставить себе эту швабру куда ему следует – да и взять на себя мытье веранды пожизненно.

Я же какая женщина-то, если вдуматься? Я красиво намываю мотоциклы из шлангов. Захватив еще полдома с верандами. Хорошо смотрюсь голая. В мыле. И чтобы мыльные пузыри всюду лопались. А со шваброй я смотрюсь как иная баба с веслом, поэтому в хозяйстве ее не использую. В моем случае лучше уж раком, ей богу. Там тоже вид занимательный открывается.

Но вот сегодня утром случилась пидерсия. Как говорили на моей последней работушке – "она проснулась на высокой энергии". С шилом в жопе проснулась, так получается. Ну и шурую на тот задний двор, где какой-то там шланг не работает. Полчаса инженерной мысли, кувалда, гуманитарная смекалка и логика – и шланг заплевался горячей водой. Потом запосикалил холодной. После чего уже – я там накрутила датчиков – забил такой мощной струёй, любо-дорого.

И вот я, голая, в мыле и пузырях, уже намыла шлангом полдома, затопила муравьев на заднем дворе (Иван сейчас их дустом дотравливает), помыла асфальт перед домом, дорожку, полила весь сад и сама помылась, когда намыливала мотоцикл Серёжу. Его Серёжей зовут. Не потому, что серенький.

И горжусь собой, и пугаюсь немножечко. Если я за полчаса стала инженером водоснабжения, то на что еще я способна? Может, зря я прибедняюсь годами-то? Может, в будущем мне корячится мой ремонт, постройка дачи, рассада и этот... Как его? Благоустроенный быт одинокой женщины?

Сосед мой хронический – Иван Сергеевич Повар – готовят сегодня на нашей веранде беспощадный, задротский и опустошающий поварской пир горой: барбекю.

Мероприятие это должно подготавливаться путём помещения моей жопы на байк и поездки в жару на продовольственный рынок. Где жара усугубляется еще и всем тем, что вокруг чего-то жарят и парят. На больших вертелах крутятся хари свиней, потрошеные жирные жабищи, целиковые утки с клювом и лапами, неопознанные рыбины в соли.

Нам, конечно, не к этим лоткам. Мы их проходим, обливаясь потом и от жажды поикивая. Иван берут себе арбузный шейк, о чем-то весело балагурят с зеленщицей – ведь надо, мать вашу, сейчас же понять, чего пихать в пузо скату и окуню.

Мы прём сквозь горы сковородок, тазы, вон справа женщина продаёт что-то дикое – и я не очень хочу узнать, что. Возможно, это кишки тушканчиков. Жара, жара, жаркий рынок, я таю, еще немного – и хлопнусь в обморок. Ряды с готовой едой кончаются – и начинается свежая рыба. Сюда мы, в целом, изначально стремились-то.

Акулы пахнут мочой – это странное. Зачем их жрут вообще, я не догадываюсь. Вот эти с рылами – барамунди. Вот эти в пятнышко – группер, дорого. Вот это – блядский тунец желтопёрый, оно невкусное, если на гриле. Иван их трогает всех за жабры, в глаза заглядывает, гладит по жопе и словно взвешивает на руке. И, наконец, принимает решение. Одна там сильно мощная рыбина, вся в желтых пятнах с глазами прозрачными – ему приглядывается. Сто двадцать бат. За всю вот эту немелкую дурищу. Я очень радостно тру пот со лба, уже оглядываясь в поисках выхода.

Нет, это не всё – говорят сэр Иван. Еще пойдем выбирать креветочек. Нам нужно, чтобы мясо было в хвосте, а не вот эти, где весь вес – её ёблушко.

Идем к креветкам, тут, слава богу, все быстро. Коль лапы сизые не торчат из корыт – то можно брать. И чтоб живые, конечно же. С сизыми лапами оно как раз крупноёблое.

Еще один марш-бросок к зеленщице. Нам чесноку. И чесночных стрел. И соусов.

– Смотри, тут пончики продают! Мне их нельзя, но я, все же, попробую.

Иван придирчиво выбирают пончики, я – если честно, уже молюсь. И на латыни, и на санскрите, и матом. Еще за крупной солью нам, в другой магазин. Еще за пивом – в зарубежный, импортный.

Ох, блядь, еще нужна же фольга. Давай заедем в зеленый "Лотос".

– Давай. Там есть автомат со льдом. Я туда морду сейчас засуну, и пока холод не протечёт мне в трусы, не сдвинусь с места – предупреждаю я.

Купили всё. Я иду под кондей, вернувшись в темную свою берложищу – и говорю Ивану: "Я полежу, а после встану чем-то помочь тебе". И вот вопрос: очевидно ж, что вру? Что очень сильно хочу долежаться до времени, когда Иван постучат мне в дверь и гордо молвят: "Иди, все готовое".

Иначе нахрен это вообще. Все эти рынки с сырыми рыбами. Когда готовые купить – пять минут. Креветки с гриля там лежали кучами.

К - контент. Иван Сергеич Повар спалили креветки - и оправдываются. Привет вам от него.

Рыба в гриль пошла. Золотопятнистый сладкогуб называется. Сделаю себе из этого новый никнейм. Золотопятнистая Алёна Леопардовна Сладкогуб. Норм или перегрелась?

Мы будем гореть в аду. Но и там в соседнем котле Иван умудрится зажарить чего-нибудь вкусненькое.

Сладкогуб - огонь. У вас в городе продают сладкогуба? Не жалейте, сожрите, оно еще называется рыба-ворчун, а значит, житьишко у него было последнее.

И катарсис!

Минутка флуда. Меряемся с поваром рыбным опытом - разъясняем самую вкусную рыбу и обстоятельства, при которых она была сожрана.

Мой опыт: махи- махи. Огромная зеленая рыбища вида дорадовых, от которой, поймав её с яхты при помощи индонезийских рыбаков, я сама отчекрыжила ножом кусок стейка, бросила на мангал, попереворачивала и - отогнав индонезийцев с их вонючим соевым соусом с кетчупом - получила самый вкусный опыт за жизнь. Скоро поедем на Бали - и повторим это.

А вы? А у вас? Расскажите про самую вкусную рыбу.

С каждым днем все дальше от Бога. Называйте меня «Моя Госпожа».

У нас с Иван Сергеичем на фоне утреннего пива лингвистический спор. Помогайте, без вас никак. Словом. Как объяснить-то? Как в вашем регионе назывались ммм… ебеня? Вот я говорю - чипыжы. А Повар говорят - кушыря. Мой лингвистический слух подсказывает, что это даже - не одно и то же. Чипыжы - это про лес и «свернуть в кусты». Кушыря - это свалки и стрёмные районы со спальниками. Но и то, и другое - ебеня по сути. А у вас это как называлось?

Если кто в меня влюблен - признавайся. А то Ивану уже трижды писали, а я у вас тут как не женщина, а бульдозер.

На дагерротипе - местное пиво. Словно в жигули малинового варенья ёбнули.

Угадай скотину. Конкурс.

Белку-алкаша с названием «тупая» отгадал в чате один человек. Вы чего? Тупаю не видели? А Надя К - молодец. Назначается главным зоологом.