Ахахах, они еще и билеты на экскурсии в пилотную рубку продают. То есть, идешь ты в трусах поссать, а там китаец с фотоаппаратом… экспириенс!

Борцы за здоровье нации. Это при том, что табачная промышленность тут нихрена не малая доля всей прочей.

Коротко о сексе

Секс-блогер из меня, конечно, как из сверчка барбекю. Вот попросит меня юный клеврет: «заведи меня, детка!»

И я такая его за член: дрын-на-на, дрын-на-на!». И нихуя. И придется констатировать, что он заднеприводный.

Из всей природы, что расплодилась вокруг, больше всего меня удивляют курящие обезьяны. Нет, серьезно, мне совершенно насрать, что иные коты произносят «мама», «открой дверь» или «дай», понимаете? Они учились по необходимости, это эволюция, не осуждаю. Мне плевать, что собаки какают, нажав лапой лифт унитаза, смыв, и даже вытерев жопу. О ковер пока, только такая опция. Потому что собака получит по морде, если сделает это как Эмбер Хёрд. Но мартышка, сидящая у меня на веранде и потрошащая пачку? Пиздец. И ведь достаёт, поджигает и курит с видом существа, постигшего космос. Как будто всё её заебало: начальники, дети, тёща, погода. И то, что пузо обвисло от возраста. И то, что член уже не стоит. И то, что я выбегаю в ужасе как ЖЭК, менты, как Собес, как бабушка из 23 квартиры ёбнутая… и начинаю орать и задалбывать.

Или вот мама, например. 70 лет человеку, а ездит на мотоцикле, херачит пинаколаду и прилетела за 7000 километров.

По мнению некоторых моих читателей, жизнь в Таиланде происходит так: с утра я просыпаюсь в крохотной комнате на сырых простынях, затоптанных тараканами. Они тут, понятно, гигантские, поэтому сплю я в чугунных трусах, чтобы они не забрались ко мне в душу, вход в которую почему-то осуществлён через задницу. Видимо, это что-то обо мне говорит.

Простыни сырые от лютой жары, потому что в Таиланде сто сорок градусов и – к тому же – высокая влажность, которая влияет смертоубийственно. У меня тут инсульты ходят рядом с инфарктами, а кровь сгущается в гематоген, потому что влажность – это даже хуже жары. А то, что я двадцать лет жила в Питере – так то совсем другая влажность, холодная.

Я спускаю ноги на пол, потопав, потому что по полу ползают жужелицы, скорпионы, пауки и сороконожищи – и тащусь в туалет доставать змею, которая спит под ободком унитаза. Потом мне долго и очень мучительно вырывает на унитазе седалище, потому что я ем что-то стрёмное из кузнечиков в чили. Ведь все же знают, что тайская гастрономия – это сплошные червяки-шелкопряды, саранча в сладком соусе, летучие мыши, мохнатые пауки в тройном кляре и чили. Чили тут кладут, чтобы не отравиться, это такой природный оберег и заговор.

Потом я надеваю на себя рванину, потому что одежда тут тлеет в сырости и распадается на фракции прямо на чреслах. А на месте распада у меня третий глаз, кусочек праны и мандала из той липкой субстанции, из которой тут производят гондоны. Гуляю я, кстати, в рощах гондониевых исключительно из-за тоски по березкам.

Дальше я сажусь на опасный байк – мотороллер, который ездит на мантрах. Но все равно я забинтована гипсом, потому что постоянно закономерно падаю и обтесываю себе мясо с костями. Потому что дорожное движение тут лютое. Крестя третий глаз, я направляюсь к любовнику, который у меня, разумеется, транс. Потому что не осталось во мне ничего старо-русского, я предатель, извращенец и душа через задницу. Еще и с перечнем сексуальных перверсий.

Дальше мы с моим трансом едем в поля – искать себе рис к жареным тараканам, потому что это только в инстаграмах мы борзые и показываем лакшери-жизнь. На деле все знают, кто мы такие. Присосавшиеся к третьему миру сосалом невероятные бездельники и нищеброды. Потому что нельзя зарабатывать деньги, не посещая ногами офис или производственное предприятие. Знают читатели таких долбоебов. Криптоинвесторов, коучей и писателей. Все мы одним миром помазаны! А в эскорт нас не берут уже из-за возраста.

Собрав весь рис во всех возможных полях, мы продаем его монахам и другим сердоболам, а на вырученные деньги покупаем вход в отели три звезды и пляжи с закатами, чтобы наебать своего подписчика, сняв ему картинки красивые. Потому что еще мы кормимся с лайков, нам за лайки Цукерберг доплачивает. К вечеру мы, конечно, едем домой, чтобы руками крутить себе вентилятор, потому что электричество нам за неуплату выключили. А жара уже такая, что даже змей мы уже с груди не скидываем, они ж хладнокровные, а значит, выбирать нужно из меньших зол. И выбор представляется тут весьма очевидным.

Когда заехала в китайский храм, не особо разбираясь в разнопиздице пантеона.