Кстати, признаюсь, пока вы спите. Впервые лет за 15 последних пила тут водку. Не новозеландский совблан, не зинфандель, запечатанный в вехи – а прямо нашу сермяжную водку. Чего никак для себя не планировала.

Ну, то есть, как я считала? Культура. Культура пития, а не досужье быдлячество. И тут же встретились с парой инфернальных друзей: молодящейся вертихвосткой и юнцом желторотеньким. Нарубили сала. Груздей в сметане. Борща сообразили, пампушечек. Капусточки своей — прям с балкона. Селедочки жирной, бочковой. Разносолов. Разнопиздиц. Воспоминаний о важном. Сервировали по–боярски, с размахом. Суп — в супницу. Салфетки — в салфетницы.

И вроде все, как всегда, но чувствую: батяня прет из меня. Не комбат, а собственный. Прям сижу и говорю человеческим голосом: надо б настаивать научиться. На калгане не знаю там. На мандаринах. Хреновуху вот тоже несложно же.

Испугалась — и давай писать про трусы молодым поклонникам. Мол, я без них, то есть, еще не на пенсии. Всем написала по списку, вот прямо настолько вот пересралась наступающей настойкохендмедовости.

Не тебе, успокойся, не проверяй свой месседжер.
Другим поклонникам – у меня они водятся.
Ты зря придумал, что ты - единственный.
А как настойку начну настаивать – так старички, в целом, тоже подтянутся.
Мне не варить, я спокойно и с этими.
Мы будем шутки шутить про Брежнева.

Так, чуть пользы, а то наотписывались.
Ловите список книг на русском языке, которые сделают этот ваш русский язык хорошим.
Раз уж спрашиваете меня постоянно, а как научиться слова миксовать поизящнее.
Никакой это не рейтинг, а пару примеров. Не особенно на меня тут рассчитывайте.

1. Нора Галь "Слово живое и мертвое". В принципе, уже этого будет достаточно, потому что книга писана настоящим главредом, а не вашим Ильяховым. Блистательный переводчик, умница – она ярко и незанудно обнажает заебавшую лингвистов херню, которая постоянно проникает в художественную литературу. Не говоря уж о том, что мы с вами каждый день в соцсетях почитываем. Положить в туалет, читать с любого места, учить наизусть, дать детям. Объяснить им, что один этот том сделает их королем всех душнил и позволит (со временем) жить на Бали, зарабатывая текстами зарплату айтишника.

2. Михаил Веллер "Долина идолов". Ну, я только этот навскидку советую. В этом сборнике- тоже про бойню творцов с редакторами. Есть смешные байки и какой-никакой – но анализ разнообразной смешной хтонины. Читается легко – впрочем, я не особенно помню. Помню, что в этом списке должен быть именно этот сборник.

3. Саша Соколов "Школа для дураков", "Палисандрия". Нормально я так, да? После Веллера - танком. Но Соколов – это танк, тут ничего не попишешь. Читается сложно, прям верхний уровень. Но в любой непонятной ситуации – читайте славистов. Соколов – невероятный славист, я, честно говоря, не припомню ни одного примера столь выдающегося владения языком – как в стилизациях, так и в авторском новоязе. Но я - ненастоящий филолог, вы тут особо-то не рассчитывайте.

4. Татьяна Толстая "Кысь". Оставим сейчас личность и прочее. Роман отличный, он, как минимум, расширит вашего Розенталя до Даля. И новояз великолепный, Татьяна Никитишна – профессионал с хорошим чутьём. Возможно, поэтому – даже в самой блестящей аудио-книжке (там целый спектакль) - неправильные ударения встречаются раз в страницу. Но все равно это хорошее втыкалово для языковых торчков. Даже мысленно поправлять этих чтецов – удовольствие. А, еще один аргумент. Язык там - и есть главный герой всего разворачивающегося повествования. Впрочем, как и в "Лолите" Набокова, но объяснить это будет куда сложнее.

5. Венедикт Ерофеев "Вальпургиева ночь или шаги командора". Да, прочитайте уже вторую книжку Ерофеева, сделайте милость. Сперва сами. Потом друзьям вслух с табуреточки. Детям не давайте, но себе объясните, что это сделает вас королем не душнил – но балагуров со свежими шутками. Ну, как свежими? Филолог любую цитату узнает. Оно у Ерофеева едва ль не известнее "Петушков" для тех, кто задрачивается на языковые приколы.

На первое время вам хватит, а чтобы меня не засыпали разным мусором, добавлю анектот с бородой, иллюстрирующий, что вот прям не любой, сука, русский язык вам реально сегодня войдет в печёнку. Все понятно мне с Битовым, все понятно с Пелевиным, и, уж тем паче, понятно с Толстым (это французский) и Булгаковым (это латынь). И такие списки можно рисовать – ну, до сотни. Только смысл? Вот вам пять, они изменят вас до неузнаваемости.

Ну, и баян с бородой: Алло, МЧС? Тут неподалёку, вперемешку с птичьим клёкотом и ненавязчивым шёпотом ветра, будто озаряя багрянцем зеленеющие волны берёзовой рощи, обдавая жаром словно летнее солнце в разгар знойного душного июльского лета, испуская лёгкую дымку подобно поднимающемуся туману от раскинувшейся глади озера на рассвете, распугивая лесных обитателей - работящих бобров, мудрых ежей и беззаботных свиристелей, догорает дом-музей Пришвина.

А, и еще. Как заставить вашего ребенка читать программную русскую литературу?
Никак. Конец поста, расходимся.

К своему возрасту я уже освоила все истеричные женские припизди, которые поведала мне эта ваша русская литература. Могу изобразить на карнизе шальную Екатерину и мученически орнуть в тишину о том, что люди не летают как птицы. Могу томно кинуться в морду проплывающему мимо Сапсану, краем глаза наблюдая, не кинется ли мне вслед молодой офицер. Видели этих баб на турецких пляжах, которые показательно тонут возле вышки с полуголым спасателем? Это я, привет. Какие времена – такие и Анны.

Как–то я даже бросила в Москву–реку кольцо с бриллиантом, а значит, теоретически могу спалить в печке рогожинские тыщи – понимая, конечно, что у него на счету миллионы. Потом, правда, нырну и в печку, и в речку, но этого не увидят ни блаженные эпилептики, ни ушибленные менялы.

Единственное, чего я уже, вероятно, никогда не смогу – так это уйти в ночь от уютного теплого мужа к никем не признанному прозаику, который так сильно увлекся Библией, что загремел от эмоций в психушку. Но этого от меня моя жизнь ни разу и не требовала, потому как Мастер–то в ней я.

Оглядываясь на весь этот блядский цирк из классических женских образов, я, в целом, понимаю, зачем залипала на них в школе. Они научили меня красиво и в оттяг косоёбить. И по щелчку давать "роковуху", закатывая при этом глаза. То есть, пользу нанесли несокрушимую. В колхозном моем лице проступила порода, движения стали нервическими, а общая угловатая моя стать приобрела что–то даже мятущееся. Духовное, может быть. Впрочем, куда уж теперь в роковухи — годы–то не тургеневские. Пора на тренерскую работу переходить. Едва загрустила на этот счёт – пишет племянница. Ей 14 хмурых лет – а подростки в этом возрасте как раз выходят из периода сладкой наполненности во взрослую нашу жизнь, переполненную пустотами. В жизни ей встретился Алёша. Ну, обычный такой Алёша – косая челочка, железный браслет, тикток с гироскутером. В мое время это были бы вкладыши от "Турбо" и отцовская гитара. Популярный, в общем.
И отшил её этот Алёша как позорную советскую пуговку от клешёных штанов. А у ней были чаянья. Горе горькое.

Пить в этом возрасте еще нельзя – я и советовать не стала. Таблетки рано, фитнес-тренера рано. Развожу руками, закуриваю, смотрю Алёшин тикток. Алкашом вырастет. И альфонсом. Хуй да кеды, челка эта еще. Но разве разбитому детскому сердцу в четырнадцать глупых лет оно видно?

– Чего - говорю - хочешь-то? Денег прислать? В Питер забрать? Увести у Алёши папу?

– Да нет – говорит – я справлюсь. Посоветуй мне книжек каких почитать, тыжфилолог. Например, про женщин, которые преодолевают. Извлекают уроки. Находят в себе опору. Про таких вот особенных женщин, которые чему-то меня научат. По программе, желательно. Из того, что и так мы по русской литературе проходим.

Я от неожиданности даже водки случайно выпила. Налила как впотьмах – да и хряпнула изумленно. Где же я тебе, душенька, таких-то женщин в русской литературе найду? Раньше хоть Солоха была, но теперь в ваших школах даже Гоголь уже под вопросиком. Уж не знаю, чего и делать. Пойду Алёшиного папу в сети поищу. Хоть какой-то толк от меня, хоть какое участие.

Прием! Живы? С вами давно забытая, но любимая вами рубрика #аленапосмотрелакино

Русские сериалы я смотрю никогда, или через силу – признаюсь вам честно. Но если и включаю под температуру, истощение или выгорание моральное – то только чтобы под них непременно заснуть, потому что возмущаться там нечему. Ровно-ровно течет в тебя отупение, ожирение мозга и каталепсия: закрывай свои глазки – и спи без снов, пока в экране хреновая цветокоррекция мелькает под отвратительный саунд-трек, объясняющий половину сценария. Понимаете же, о чем я? Им там киноязык-то не завезли, они художественными средствами историю не рассказывают. Зато у них есть прямо песни из слов, наложив которые на грустное ебало героя, они поясняют зрителю, а о чем тот думает. И ладно бы один раз поясняют – так нет! Там эти песни раз в склейку буквально – прям не кино снимают, а видеоклипы штампуют дурацкие.

Но бывает мне что-то рекомендуют. Мол, "Мылодраму" посмотри – охуенно же! Практически - "День радио", только про сериалы. Ну, окей, посмеялась там в паре мест. Или про стендаперов было модно – смотрела. И "Пингвинов моей мамы" – ужасно хреновых, плохо сделанных, плохо покрашенных и примитивных прямо до пошлости. И "Трепачей" со Стояновым – там даже он не вытягивает, настолько все топорно и гадко сделано. А в выходные внезапно попался незлобинский старый сериал с Леной Новиковой. Как-то прошел он мимо меня, затерялся, остался не виденным. Ну, и посмотрела аж пять серий подряд.

Это так плохо, что совершенно уже охуительно. Я не шучу. В сериале тоже не шутят. Давно забытое удовольствие "узнавания". Там есть комбо из всего мною обожаемого – невероятные кринжовые паузы, экранизированная неловкость и чистый сарказм, прямо льющийся из экрана сквозь никакущий сценарий. Сюжет банальный, если он вообще там имеется: задроченная жизнью баба в свой почти что полтинник живет свою убогую жизнь, работает, выступает на одной сцене с юнцами (отличное там камео Сереги Орлова, который в 21 году уже был звездою и вряд ли выступал там, где его показали). Сама героиня чуть тоже заниженная, такая ранняя Лена Новикова, что за пять тыщ едет со стендапом в кальянную, воспитывает своих обычных детей – уебана-подростка от уебана-папаши и милую по причине младенческой наивности дочечку. Некрасиво стареет, некрасиво трахается с некрасивыми сверстниками некрасивым сексом – вот прям совершенно не приукрашенным, он и у вас такой, чо вы морщитесь. А если не верите – ну снимите отель, я подскажу адресок вам где-нибудь возле Сочи. Там есть оазисы армянского шика, где золотое зеркало во весь потолок. Вы поглядитесь в него в процессе. Ей богу, вы увидите такую же задницу.

Чем дальше – тем сильнее восторг. Нет, это не имеет никакого отношения к искусству, да даже к кинематографу вряд ли имеет. Это почти что документальная хроника. Но настолько это честно и наотмашь снято, что я готова признать сериал самым лучшим из русских, который иллюстрирует жизнь стендап-комика. Да даже блогера там, писателя.

Но недостаточно просто смотреть. Нужно прочесть все рецензии на кинопоиске. Они почти все отрицательные. Люди недовольны подобным кино - оно несмешное, как не смешна жизнь комика. Но люди орут - развлекайте нас, показывайте нам "Русскую миссис Мейзел". Звучит примерно также смешно, как если б попросили снять русское "Во все тяжкие". Балабанов бы снимал, вы ж понимаете? И получилось бы тоже весьма невесело.

Так вот, про рецензии. Это прямо приправа. Без них - невозможно, это плов без зиры или борщ без пампушки и соленого сала. Их непременно надо добавить к просмотру. Там буквально как у меня в комментариях: и к психологу-то сходи, дура старая. И зачем показывать такой депрессняк. И задолбала жаловаться, бухать и казаться беспомощной. И "возьми себя в руки, оттолкнись от дна, стань позитивной " – и так далее, и так далее. Это просто квинтессенция главной мысли и главного образа сериального. Вот стоишь ты, кишками наружу, жизнь свою неприкрытую всем показываешь – а зрители сосут свой идиотский кальян, жрут руками жирнющую курицу и у тебя остается минуты три до того, как в тебя полетят объедки. Остается спросить у себя самой: нахера тебе это надо-то, что не так-то с тобой, если тебе это все еще и нравится – как так вышло-то? Но ответ на все это - целая диссертация. Диссертация про суперэго артиста. И писать мы ее, разумеется, прям сегодня не будем.

А есть у меня тут кто-то из Беларуси?

Ребята, я рецепт драников нормальных искала. Ну, типа – тереть картошечку или в блендере? Отжать картошечку или ложкой выкладывать?

Потом вспомнила, как в "Васильках" в Минске на завтрак давали совершенно изумительные какие-то то ли драники, то ли колдуны, то ли деруны – и пошла, блядь, погуглить.

Беларусь... С тобой все в порядке, скажи-ка мне? Как-то изменилась ты очень, пока мы не виделись.

Посмотрела Алена и очередную "чебурашку" отечественного кинопрома – футуристический некропанк по мотивам оттраханного в голову Кира Булычева. Поняли, да, про что я? Про нашумевший в рекламе ремейк про Алису Селезневу и Колю Герасимова. Разумеется, Колю играет чувак из "Аноры" – субтильно-дебиловатый артист трех ужимок, эротически приоткрытого рта (прямо "Сумерки") и огромных, распахнутых глаз, удивленно взирающих на "зеленку". О спецэффектах позднее, мы тут разбираемся. Если коротко – позорное CGI, напоминающее собой говно мамонта и припудренное для приличия моей любимой цветокоррекцией: типа а давайте покрасим все сцены будущего розово-синей неонкой? Вдруг никто не заметит, как нам эту херню анимировали девятиклассники из ближайшей шараги.

Что до сценарного дела, то оно в России развивается под грифом слова "внезапно" и может быть резюмировано блестящей цитатой про "вдруг откуда ни возьмись - ниоткуда не взялось". Хрен с ними, с чеховскими ружьями, развешанными повсюду как занозы для глаз, вопрос ведь вообще в некой плавности, осмысленности и обдуманности повествования, мотивации героев, их сраных арок, на которые вообще забит хер.

Субтильный Коля с приоткрытым от подростковой похоти ртом (почему-то оттуда ничего не капает, наверное, не хватило денег на этот эффектик) сходу ломает одну из стен, рассказывая зрителю происходящее. К слову, не происходит вообще ничего, что было бы хоть сколько-то сценарно необходимым. Есть какая-то телка, в которую он влюблен и о чем сообщил на доске несмываемым мелом. И за что его будут пиздить его одноклассники. Внезапно – ну, вы поняли, да? Почему - да неважно, мы же тут типа про космос. Дальше сюжет настолько лихо закручивается, что я, посмотрев следующие десять минут очень внимательно – тут же забыла, а что конкретно. Вроде какая-то училка - никак не раскрытая, даже штрихами, даже намеком каким-то - заставляет Колю доску отмывать. Но мел несмываемый, может, краска. И отмывать Коле это дерьмо, в целом, нечем. Поэтому он со своим единственным другом (который точно обязан быть пухлым, но пухлого актера они не нашли, поэтому чувачок выбился из картоннных шаблонов) - взламывает подсобку, чтоб найти там уксус. Но вместо уксуса находит эфир из второй части франшизы про Тора. Где в Джейн Фостер это говно тоже залилось и пришлось ее аж в космос с собой транспортировать, чтобы там из нее как-то отбратно отжать. Ну, вы помните, мы же любим фантастику.

По тому же принципу, как с телкою Тора, вибраниум (эфир? хуй пойми, это совершенно не важно) проникает в ладошку нашему дрочиле – субтильному Коле Герасимову. Тот тут же оказывается на сто лет вперед в декорациях, нарисованных сто лет назад на доисторическом деревянном компьютере. И встречает чуть гендерно нейтральную Алису Селезневу – с коротенькой стрижкой и розовыми волосьями. Алиса проводит свою эту жизнь упражнясь в карате и дзюдо, вольной борьбе и махаче с железными мечами. Вы же тоже так будущее представляли? Из беседы Коли и Алисы мы тут же узнаем, что у них нет мяса, нет хлопка, но зато есть железные мечи – они в лету не канули. Возможно, у них там и ножички есть, чтобы развлекаться, кидая их в дерево или тыкая между пальцами, это же будущее.

Вдруг откуда ни возьмись выясняется, что ебанариум в Коле – это специальная жижа, за которой охотятся два пирата и который мамаша Алисы (пропавшая многие годы назад) каким-то образом отбила у этих пиратов, потому и пропала, вы понимаете? Сценаристы рассказывают нам, что самое безопасное место для хранения жижи – это в прошлом, которое без роботов и технологий. В подсобке с уксусом, в специальном ящичке. А сама мама Алисы - это училка по химии. Тут должна звучать индийская музыка и закадровый голос про родинки, но вместо этого звучит раздражающий смех Полицейского с Рублевки - Александра Петрова. Сценаристов можно понять. Если советские киноделы сделали весельчака У - угрюмым, то эти решили – а пусть он ржет. Весельчак же, прямая подсказочка.

Продолжать, или вы уже закатили глаза? Дальше мы видим голого Юру Борисова. Потому что если уж хантить актеров "Аноры" - то всем скопом, возможно, что так дешевле. Юра Борисов намазан серебрянной краской, а позвоночник у него выглядит как у Нео из Матрицы. В этом кино вообще все выглядит как что-то другое, но зато наше сценарное вот это "внезапно" - совершенная находка и ноу-хау.

Внезапно! два пирата Борисов Глот и Весельчак Петров заключают меж собой договор из Гарри Поттера – что-то типа "непреложного обета", вы помните? Но с пиратской меткой из "Острова сокровищ". Можно, я дальше не буду хвалить сценаристов за цитаты, оммажи и импотентский пиздинг всего на свете? Чтобы вы сразу поняли, насколько все плохо – в кино постоянно цитируются разные фильмы. Например "Брат". Например, "Назад в будущее". Например, "Вторжение". Все, что вы уже видели.

Внезапно! после договора – вдруг откуда ни возьмись – пираты появляются ровно в том месте и времени, где Алиса ничего не делает под деревом, Коля ничего не делает в 10 метрах возле Алисы, а папа Алисы (он там тоже не нужен, но зачем-то имеется) ничего не делает на пути к Алисе и Коле. А просто Глот Борисов о чем-то поговорил с луной (я не шучу), луна ему разрешила забрать вибраниум (или эфир, или похуй), вибраниум в Коле, Колю надо убить. Происходит потасовка, вместо Коли пираты убивают папу Алисы, Коля и Алиса ВНЕЗАПНО оказываются в прошлом, сто лет назад. Уже в следующей части, когда Коле вновь потребуется совершить временной скачок - он не будет знать, как это делается, ему для этого придется засосать Алису. Сценаристы объясняют это так: Коле нужны были специальные эмоции. Видимо, нам в прошлый раз не показали, как Колю после убийства папы Алисы засосал Весельчак Петров.

Слушайте, я даже не могу писать раскадровки. Кажется, это едва ли не первый раз в моей жизни. У меня не маразм, не Альцгеймер, но это говно забываешь через пять минут в пять последующих, потому что это просто мельтешение разной хуйни на экране, которое украдет у вас два часа жизни. Из-за прыжков Коли все будущее изменится по научному принципу из "Назад в будущее", давно опровергнутому в сериале "Теория большого взрыва" и на разных научных форумах. Алиса с Колей еще раз пососутся, мать Алисы помахает мечом - вероятно, тренировалась в уксусной комнате. Тупые подростки спасут мир, эмоций в фильме будет меньше нуля, вы ничего не поймете и не запомните.

Чего не хватает в моей рецензии? Правильно, лучшего и самого трогательного, самого памятного нам робота Вертера. Но вместо него там летающий дрон, озвученный Бондарчуком, узнаваемым даже через три наложенных фильтра. Пиздец, не смотрите, это просто чудовищно. И дешево настолько, что тут не поймешь, а куда опять спиздили бюджет на эффектики.

"Анору" вашу тоже посмотрела – прекрасная. Искрящаяся как шампанское, редкая. Почти "без но" – режиссер прям снимает, актеры играют, на сценарий насрать – как это часто бывает в по-настоящему крепких фильмах. Вообще говоря, крепкое кино – это ощущенческое что-то: процесс, послевкусие. Даже не хочется раскорячивать под микроскопом и разбирать на отдельные гранулы: тут хорошо, тут похуже, тут немного кринжовенько. Добротный, динамичный, мультижанровый, трагикомичный (с большим для меня перекосом в комедию, потому что серединка с армянами сделана прям гротескно смешно).

Юный задрот с перекошенным ртом – реально играет свою лучшую роль, он сумасшедше-гармоничен в роли малолетнего потеряшки, переполенного травмою отвержения. Юра Борисов "играет глазами" – и впервые в нем я какую-то глубину-то увидела. Армяне, ответственные за гиперболу, уморительны почти что до классики. Вот вам и фокус: берете тупорылый сюжет, дебиловатую мораль на стыке с олигофренией – и даете все это снимать какому-то настоящему режиссеру. Точка? И на все наплевать, настолько удивительно это смотрится. Как в душ сходить после убогого "Ста лет вперед" – который по касту на двух звезд совпадает. Впереди всех доебок– реально кино, его динамика, эмоции, многослойность и жирность чуть бутербродовая.

Охуенно же, если охуенно снимать? Ни космических кораблей, ни семизначных бюджетов, ни двадцати сценаристов, соревнующихся в скудоумии. Все просто - история про шлюху и мальчика. Каких миллион, каких даже снимать уже вряд ли отважишься, потому что оно даже в синопсисе выглядит как "красотка" с перекосом в документальную правду сермяжную. А ты гляди ж ты. Сделали. Получилось. Не знаю, как там насчет "пальмовой ветки" и "оскара" – но кинопродукт максимально достойный. На один раз – это просто вау от неожиданности.

А, ну и в дубляже не смотрите. Оно сразу в говно превращается.
И половина атмосферы бреда в серединке теряется.
А бред и шапито там прямо зачетные.

Одна из хронических моих подруг находится в этом... в активном поиске. Она не сдается после ухода Тиндера и постоянно бегает на свидания. Я тоже похаживаю иногда, но я везучая на приключения. Ну, то есть, я это не специально. Нет у меня такого намерения. Просто вываливаешься в социальную жизнь – и сразу же пассажир присаживается. Если не на уши – что очень больно – то точно рядом, это проверено. Тут варианта обычно два: ты либо отбиваешься, притворяясь неслышащей, либо обламываешь его скорым согласием. А питерские мужики не ожидают подобного – и позорно сбегают к кому построптивее.

У хронической подруги везения меньше. Ей необходимо прямо стараться, потому что она лет на десять помладше и уперлась в пресловутый "последний вагон". Кто втемяшил ей мысль про дорогу железную, проходящую через ее судьбинушку женскую – я не разбиралась, мне лень, я везучая. И в мою голову эти мысли никто не закладывал. А если уж и случался вагон – то вот буквально как у Анны Карениной. И я не прыгала в него как в последний, меня этим вагоном буквально расплющивало. Потому что попадался специальный. Под какой кроме меня никто не отваживался.

А она ходит на эти свидания. И от нее я постоянно узнаю невозможное. Что, дескать, в Питере есть специальные клубы, где проводятся для одиноких быстрые встречи – буквально как в голливудском кино. И потом официант раздает записочки, сколько из 20 мужиков тебе телефоны оставили. Или что есть специальные дачи, где разврат возведен в ранг тельца золотого. Типа платишь за вход тридцать тысяч рублей – и там приличные мужики без трусов расхаживают между дорожек кокоса в смешных кожаных масках. И, дескать, бабы там ищут мужей. Поскольку разное в жизни бывает.

За наших пять посиделок в год я узнаю от нее очень многое. Ну, например, я вполне уже выучила какой-то личный ее новояз, которым она мужчин маркирует. Обычно там "забавный", "миленький", "интересный" или пять восклицательных знаков. Это прям в телефонной книжечке. Попробую перевести вам на русский с бабского. Забавный – это у нее ебанько. Он очень сильно интересуется какой-то странной нынче херней, ну, например, игрой на гитаре. Или, допустим, рисованием картин. Или, что плохо – выступленьем со сцены. Забавный - это без денег всегда. Ну, типа кто-то профессии творческой. Вот был у ней забавный Артур – он иногда переводил с японского и постоянно смотрел анимэ. Не вариант, как вы понимаете. Все "интересные" - это фу. Обычно старые или толстые. Ну, или лысые вот эти братки. Всегда с цепочкой на шее с палец. Всегда машина у них черный джип. Они бывают директор завода – страшенный, скучный, несексуальный, но если прямо вообще беда – то за такого можно и замуж. Вот только трахаться с ним никак. Придется прям воспылать интересом. А краше всех, там, конечно, миленькие. Это вот питерские одуванчики, какие очень любят свой раф на безлактозном с ароматом лаванды. Им, в крайнем случае, двадцать пять, они зимою носков не носят. А потому у них простатит в их очень юном и нежном возрасте. Им можно жаловаться на все. И приглашать декорировать мебель.

И вот сидим, пьем свое вино, я телефон ее листаю, хихикая. И вдруг доходит до меня страшная мысль. По временам нашим – откровение. Я точно помню, что лет пять тому как, в телефоне ее, бездонном на подвиги – было еще одно определение. И оно было буквально решающим. Все мужики, кого она так назвала – уж точно были не одноразовыми. А назывались они - "перспективные".

– Послушай, Светк – это я говорю. А перспективные-то куда сгинули? Ведь был какой-то, не помню, Лев. Или Серега на мотоцикле. Или какой-то святой армянин, который вроде с женой разводился?

Светка наморщилась. Налила. Какие, блядь – говорит – перспективные? Они бывают до тридцати, когда ты веришь в единорогов, в квартиры, взятые как котлован (ты ставку видела на ипотеку?), или к примеру, буквально в то, что армянин прямо разведется. Или что Лев подвяжет с бухлом. И что Серега начнет зарабатывать.

– И что, совсем теперь нет перспективных?

– Есть, почему... Вниз, вон, полистай. А, вот, смотри. Вот, к примеру, один. Только подписан как "неудачник". Поскольку времени уже нет чего-то ждать и на них надеяться. Какие, к дьяволу, перспективы? Когда им в среднем, под сорокет. Тут ты уже либо с четким маркером, либо тебя в моем списке нет.

Утром пыталась открыть лимонад: бутылка зашипела и пролилась фейерверком – на сорочку, на пол, на плиту и на стол, на шкафы, на обои – залила мне всю кухню. Ничего нет обиднее поутру, чем с похмелья пролить последнюю жидкость и вместо досыпа заниматься уборкой, отмыванием пола и стен – липких, пахнущих мандаринами. Лимонад был из мандаринов.

В некоторых барах, в каких я бывала, существуют бесплатные завтраки. Где-то их называют "канадскими", где-то "русскими", где-то даже британскими. На Бали таков был "австралийский": туда входили пинта воды, два таблетки от головы и похлопывание по спине или по плечам – на ваш выбор. В русском ресторане Паттайи встречался рассол. Но невкусный, из капусты и с перчиком. Но краше всего с похмельем справлялись в Грузии: наливали огромную плошку харчо – обжигающего, кислого (сливы в составе), обильно пахнущего говядиной и обволакивающего питательным рисом.

И вы закономерно тут спросите: погоди, Алена, а как же том ям? Он и кислый, и сладкий, и терпкий, и острый. И горячий, и жидкий, и сливочный? Мать того томяма я видала в гробу – отвечу я вам совершенно беззлобно. Но со знанием дела отвечу. Ничего нету хуже томяма с похмелья. Слишком сложное блюдо, соборное. Превращающее похмелье в поминки радости. Изувечивающее желудок, насилующее рот. Нет, в Таиланде нихуя не понимают в похмелье – уж лучше кислые щи или борщ, куриный бульон или окрошку на квасе. Впрочем, квас тоже от лукавого.

Как-то по соседству у меня жил жгучий испанец. Чувак такой невиданной красоты, что смотреть на него было физически больно. Белозубый, загорелый, браслет из ракушечек, татуировки модификации "мой рекорд в фистинге" – типичный такой киногерой. Вот как вы представляете себе – так и выглядел. И бухал он так страшно, что разбегались коты, расползались гекконы и плакали статуи. Захожу как-то к нему поутру – проверить, живой ли, не помер ли. А он сидит в саду под Ганешей и пьет что-то из чашки, смешно комкая рот. Я ему говорю: "Что это у тебя, милый Марко"? Чай? Блек коппи? А он взял сосисок, сварил их в ковшике, а жижу-то пьет. Вот такие похмельные средства в Испании.

Пора зачеркивать дни крестами, отсчитывая их до самолета, до лета. В Петербурге хорошо и зимой, но это надо спиваться, бывать в заведениях, кошмарить своих бывших ночными звонками, а утром разливать лимонады по кухне. План - такое себе, согласитесь? А значит, пора в дивный сад, где красивые мужики под Ганешей не понимают, а чем похмеляться.

Как избавиться от слов-паразитов, инструкция

Иногда я делаю это. Вспоминаю, что у меня пять профессий и сажусь на лицо коллегам в попытке их улучшить и им помочь. По какой-то странной причине у меня тут не срабатывает ни снобизм, ни высокомерная "экспертиза". И тот факт, что мне нужно, в среднем, 15 минут, чтобы запретить мозгу использовать мат, слова-паразиты, дрянные конструкции – не убеждает меня в том, что другие – немощные, недоделанные и ленивые.

Это как с алкоголем, наверное. Лет двадцать я поражалась факту, что какие-то мои подружки с друзьями просто не могут остановиться на бокале вина. И если капля алкоголя попадает им в рот – они высасывают бутылку. Господи, какой же я была мразью. Извините за слово на низком штиле – но иначе-то тут и не скажешь. Я транслировала, что не понимаю. Что не верю, что не бывает подобного. Пока не встретила сорокет ровно в таком же вот состоянии. Пришлось завязывать на полгода, чтобы вернуть себе контроль над сознанием.

На этом фоне мои подруги-артисты, которым перед стендап-выступлением организатор на чистом глазу говорит "а давайте без мата" - уже кажутся жертвами, а не помехой к концерту. Их жалко, они не виноватые. А вот организатор – урод и выскочка. Предупреждать же надо, это перепрошивка же. Человеку в норме над собой надо работать, а для работы такой нужен час, потом переспать с этой мыслью – и на свежую голову повторить. Если этот человек - не вот я конкретно.

Итак, давайте попробуем с вами. Это рабочая схема, проверенная годами – я даже курсы такие вела, когда еще готовила людей к выступлениям. Правило простое: все лечится осмыслением, что все слова - это не служебная функция, а конкретная сущность, наименование. Иными словами: слово-паразит нужно сделать частью речи – и запомнить конструкцию. Но это чертовски сложно даже понять, не то что использовать как филологам. Поэтому - делаем проще. К любому паразиту сочиняем стишок - коротенький и желательно - посмешнее. Стишок повторяем в течение дня. Он должен быть сам по-себе паразитом, тогда ваш мозг запретит вам его использовать. Без осмысления, без приложения сил - тупым повторением, как у собачек Павлова.

Пример, который мы будем пробовать. Допустим, вы употребляете конструкцию "как бы". В мусорном смысле, не в литературе. В обычном разговоре, встречали такое? Если это про вас - заучивайте:

КАК БЫ БЫЛО ХОРОШО
ЕСЛИ Б ГЕМОРРОЙ ПРОШЕЛ

Повторяем раз 50 прямо сейчас, мозг поражается вирусом. В целом, после 50 раз вы будете к этому стишку возвращаться в течение дня даже без напоминаний. Сами. Что произойдет дальше? При любом мусорном "как бы" - эта херня будет всплывать в памяти. Сказали "как бы" - огребли геморрой. Все, профит. Мозг запретит вам это в течение пары дней буквально. В некоторых особо чувствительных случаях - сразу. Отпишитесь о результатах = я вам на все слова-паразиты такое выдам. И на мат, если нужно.

Сообщение для активных комментаторов и людей, которые полюбили чатик этого канала: я подключила вам спам-бот, можете дышать спокойно. Больше никаких легких заработков в интернете, проституток под видом массажистов (возможно, зря), коучей и специалистов по здоровому питанию. Банятся граждане автоматически – без системных сообщений, превентивно, короче.

Общая просьба к участникам. Я воспринимаю свой чат как ветку комментариев к своим постам. Пожалуйста, соблюдайте баланс, хорошо? Просыпаясь в 15 утра, я вряд ли хочу читать 200 попыток Сережи склеить Наташу. Переходите за флиртом в лички друг к другу – высылайте дикпики и сиськи, женитесь, присылайте мне ваших пухлых детей. Результату я буду рада, но в процесс меня детально не погружайте – мне и свой флирт-то не разгрести. Помните, пожалуйста, что я чате есть я. Что я читаю ВСЕ ваши комментарии. И если их будет под 500 в сутки и больше – и они не будут меня касаться никак – я перестану туда даже заглядывать. Баланс во всем, хорошо? Это не конкретно, не к кому-то с претензией, а превентивно. Потому что я уже видела миллионы подобных чатов, изначально прикрученных к чьим-то каналам, которые начинали свою эту жизнь. В итоге автор их просто удалял к чертовой матери, потому что две тыщи комментариев флуда – это непосильно, чтоб реагировать.

Ну, и не воспринимайте это как угрозу или запрет. Общайтесь, знакомьтесь, тусуйтесь и назначайте встречи. Просто помните обо мне, уважайте меня немножечко. Без срачей, без откровенного междусобойчика, когда двое заняли весь чат – и остальным уже даже неловко :) Да что там - мне неловко, что я вам мешаю.

Есть еще одна форма мусорной речи – это кальки английских конструкций. Тут вряд ли нужно чего-то делать – достаточно осознать, что вы это делаете.
Ловите пост для понауехавших и общающихся, в основном, на английском. Это старенький пост – но до сих пор как будто смешной. И, понятно, что совсем лингвистический. Насколько? Я работу нашла, когда в фейсбуке его запостила. Меня пригласили в Скаенг редактором. А у меня с английским – не сказать, чтобы клево. Просто я лингвист, понимаете? И тут плевать - английский, латынь, испанский или французский. Проверено. Если вдруг надо пояснять - то не надо, но на всякий случай я поясню: этот пост - обезьяньячанье. И теплый привет переводчице Сэлинджера Райт-Ковалевой. Подражание стилю пеерводчиков с английского- довольно точное.

– Парижский друг в скайпе написал предложение вида: "Это было, в общем, довольно странно, что я выделывал". Я начала смеяться над тем, что он понемногу забывает русский синтаксис и вообще пишет кальками. Да они все нынче общаются так, не замечая того, что выделывают. Словно говорят со мной переводами Сэлинджера на русский язык. Я просто не знаю, с чем еще сравнить, понимаете? Я просто хочу сказать, что вот в какой-то момент уловила, что так и происходит, и это потрясло меня. То, что я уловила. Я - Алена Чертов Ретранслятор Чорнобай, понимаете? И однажды я встану так рано, как в шесть.

Помню, я влюбилась в американца. Это был какой-то очень киношный американец с такими белыми зубами на фоне этого его загара оттенка "майами-бич". Он ездил со мной по одной ветке метро и в 10:30 входил в первый вагон от эскалатора. Такой еще кокетливый рюкзачок за спиной и длинный женский шарф с романтическим принтом. Он мне всегда улыбался. Наверное, он думал, что это застрахует его от моих тяжелых ботинок на танковых гусеницах. Ну и рожа у меня утром в метро неподкупающая, самое то для карнегги-теста. Понимаете, эти их треклятые улыбки в ответ на твое презрение. Но вы наверное хотите услышать как же я в него влюбилась и всю эту окситоциновую муть?

Я лучше начну рассказывать с того места, как он подавился мороженым. Понимаете, мороженым! Оно же жидкое! Чертов американец, он заплевал весь свой чертов шарф! Понимаю, свинство так говорить, но я не могу удержаться. Сукин сын американец, он отплевывал мороженое от станции Пионерская до станции Петроградская, прямо на шарф. Так смешно, честное слово.

Не знаю, что меня дернуло заговорить с ним.

- Простите, сэр, извините меня, что я спрашиваю, но как ваше самочувствие, сэр?
Он говорит ицокей, или что-то такое, что они всегда говорят, даже если заплеваны, как чертова мать.

А потом у него вдруг стало такое лицо, понимаете, я никогда не видела у американцев такого лица. Однажды мой гребаный пес насрал в постель, у него еще были какие-то проблемы с желудком, то есть он был не виноват, если уж говорить по правде. Насрал и ждал пока я увижу. Так у него было такое же лицо у американца, как у моего треклятого пса. Какое-то русское лицо было, если анализировать. И тогда я почувствовала, что влюбляюсь. Ужасная пошлятина, если по правде. Мутит, когда про такое читаешь.

А потом мы немного погуляли. Он все время что-то рассказывал про калледж, родителей - его старики остались в Вайоминге и были не то чтобы богатые. Даже нищие были, просто ему было совестно сказать это слово "нищие". Они не покупали ему мороженое, понимаете? В наш век киберэлектроники, или чего там, ну, я имею ввиду всего такого технического и современного, ребенок не доедал мороженого. Не в смысле - оставлял, а в смысле мало ел. Вонючее мороженое, подумать только! Ну и он говорит, этот американец, что забыл, что оно такое холодное. Стал откусывать большие куски, вот в чем дело. Дело в больших кусках. Я чуть не сдохла, представляя как в следующий раз он зайдет в вагон с маленькой ложечкой, этот сукин сын американец.

Вообще, говоря по правде, мне мало надо, чтобы влюбиться. А чтобы разлюбить - еще меньше. Понимаете, он потом сказал что-то такое, вроде: "Что ты думаешь об этом, детка?". Понимаете - детка! У меня от такого всегда начинается резь в животе.