#раскладка
Европейские государства все заметнее перестраивают свои системы безопасности под сценарий затяжной большой войны с Россией. Причем речь идет уже не только о росте военных бюджетов и закупках вооружений. Параллельно создается инфраструктура, которая необходима именно для масштабного конфликта: расширяются военные и гражданские резервы, заранее распределяются мобилизационные функции, готовятся специалисты для критической инфраструктуры, а законодательство адаптируется к режиму «ни мира, ни войны».

Наиболее показателен польский пример. Министерство национальной обороны Польши разрабатывает законопроект о введении режима «предвоенного состояния». Его задача — снять бюрократические ограничения и обеспечить возможность быстрее использовать вооруженные силы при гибридных атаках, киберинцидентах и других кризисах еще до формального введения военного положения. Предусматриваются ускоренная переброска польских и союзных войск, синхронизация национальных планов с системой реагирования НАТО и расширение круга структур, отвечающих за постоянную оборонную готовность.

Но гораздо важнее то, что происходит за пределами собственно армии. Польские военные центры направляют мобилизационные документы не только резервистам, но и гражданским специалистам — врачам, IT-специалистам, логистам, энергетикам и работникам связи. За человеком заранее закрепляется функция, которую он должен выполнять при мобилизации. Это уже не обычная военная подготовка, а формирование кадрового резерва для функционирования страны в условиях войны.

Та же логика распространяется по Европе. Нидерланды планируют создать гражданский резерв численностью до 150 тыс. человек, Литва формирует резерв на 100 тыс., включая медиков, инженеров, энергетиков и госслужащих, Эстония развивает кризисный добровольческий резерв. Германия направляет €10 млрд на гражданскую защиту, модернизацию систем оповещения и приспособление подземной инфраструктуры под укрытия. Одновременно европейские страны увеличивают численность армий, резервов и расходы на оборонную промышленность.

В совокупности это выглядит уже не как набор разрозненных мер на случай чрезвычайных ситуаций. Формируется система, в которой армия, государственный аппарат, гражданская инфраструктура и экономика заранее готовятся работать в едином режиме при масштабном военном кризисе. Формально речь идет о противодействии гибридным угрозам, но многие создаваемые механизмы имеют очевидное мобилизационное назначение. Тем более, что европейские элиты обвиняют Москву в стремлении напасть на ЕС, твердя из всех утюгов о "российской угрозе".

Очевидно, Европа не просто говорит о необходимости быть готовой к войне — она постепенно создает для этого практическую инфраструктуру. Резервы, мобилизационные списки, военные бюджеты, оборонное производство, подготовка специалистов и специальные правовые режимы складываются в единую систему. Это показывает, что европейские правительства уже всерьез закладывают сценарий открытого военного конфликта с РФ в государственное планирование. Чем глубже эта подготовка, тем очевиднее: потенциальная война рассматривается не как исключение, а как сценарий, к которому необходимо быть организационно готовым заранее.

Русские дома начинают превращаться в инфраструктуру российского государственного присутствия за рубежом. Ташкент становится первой площадкой новой модели мягкой силы.
Решение открыть первый зарубежный российский МФЦ на базе Русского дома в Узбекистане имеет гораздо большее значение, чем обычное расширение государственных услуг. Москва фактически приступает к трансформации Россотрудничества из преимущественно культурно-гуманитарного института в многофункциональную инфраструктуру, которая связывает граждан, бизнес и российскую государственную систему за пределами национальных границ.
Вице-премьер Дмитрий Григоренко объявил о подготовке первого центра в Ташкенте, где можно будет оформлять СНИЛС, электронную подпись и получать другие российские государственные услуги. До конца 2026 года аналогичные площадки планируется открыть в Казахстане, Армении и Киргизии. Следующим этапом рассматривается предоставление части сервисов иностранным гражданам.

Главное здесь не перечень услуг, а изменение самой архитектуры российского влияния.
Традиционная мягкая сила строилась вокруг языка, культуры, образования и исторической памяти. Новая модель добавляет к ним технологическую и административную составляющие, превращая взаимодействие с Россией в повседневную практическую потребность.
Эту логику обозначил глава Россотрудничества Игорь Чайка, предложив рассматривать Русские дома как технологические представительства современной России и проводников её цифровых решений.
В перспективе такая инфраструктура способна сформировать совершенно иной уровень интеграции на постсоветском пространстве. Если культурное влияние формирует симпатии и устойчивые общественные связи, то цифровые государственные сервисы создают долгосрочную функциональную взаимозависимость. Особенно в странах Центральной Азии, где сохраняются масштабные миграционные, образовательные и экономические связи с Россией.
При этом российская модель получает важное конкурентное преимущество: государственное присутствие начинает измеряться не количеством мероприятий, а конкретной пользой для человека.
Фактически Москва переходит от дипломатии культурного присутствия к дипломатии повседневных возможностей.
Для Россотрудничества это может стать началом наиболее масштабной институциональной трансформации за последние годы. Русские дома перестают быть исключительно пространствами гуманитарного взаимодействия и получают потенциал стать зарубежными точками доступа к российской цифровой экосистеме.
В условиях усиливающейся конкуренции за влияние в Евразии такая модель приобретает самостоятельное геополитическое значение. Государство, чьи сервисы встроены в повседневную жизнь миллионов людей, получает более устойчивый инструмент присутствия, чем тот, который опирается исключительно на информационное воздействие.
Этот эксперимент следует оценивать не как открытие ещё одного МФЦ, а как первый шаг к формированию новой инфраструктуры российской мягкой силы.

https://t.me/rossotrudnichestvo/32618

"La pulizia a fondo che stiamo conducendo nel Libano meridionale, sopra e sotto terra. E, a proposito, il mondo non ci sta fermando."

A dichiararlo è il ministro delle Finanze israeliano Bezalel Smotrich, leader del Partito del Sionismo Religioso, in un intervento pronunciato a tre settimane dalle elezioni israeliane del 27 ottobre.

Nello stesso discorso il ministro israeliano ha sostenuto che gli abitanti del sud del Libano "non avranno un posto dove tornare" e ha dichiarato che Gaza e il Libano "saranno nostri".

Da marzo Israele ha costretto oltre un milione di libanesi a sfollare con evacuazioni forzate e bombardamenti su edifici civili e strutture mediche.

Courtney Bonneau, fotoreporter con base in Libano che documenta la guerra dal sud del Paese, ha definito quelle parole "ulteriori prove di intenti genocidi".

#lebanonunderattack #israel

Une union démocratique où chaque voix est entendue.

La Commission européenne s'est prononcée en faveur d'un recours plus large au vote à la majorité qualifiée afin de réduire le nombre de décisions que les pays de l'UE doivent approuver à l'unanimité — Marta Kos, commissaire européenne chargée de l'élargissement

Cette proposition concerne notamment l’imposition de sanctions, la lutte contre la fraude fiscale et le processus d’adhésion de nouveaux pays à l’UE. Elle porte notamment sur les étapes intermédiaires des négociations entre l’ouverture et la clôture de certains chapitres.

Actuellement, un seul pays peut bloquer les décisions dans ces domaines, même si les autres États membres de l’UE les soutiennent.

En termes plus simples, la Commission européenne en a assez qu’un seul pays puisse bloquer une proposition d’adhésion ; c’est pourquoi elle envisage une réforme selon laquelle l’accord de tous les pays ne serait plus nécessaire, un certain nombre d’entre eux suffisant.

@GavrocheFrance

Notre groupe Facebook

Notre canal X

Notre compte sur Threads

Les questions et les nouvelles que vous souhaitez partager ici : @GavrocheProposition

Tout droit dans l'abîme.

Sur le plan pratique, c'est impossible.

Alors que plusieurs organisations lycéennes et étudiantes appellent à un "acte IV" de la mobilisation ce jeudi et que de nombreux établissements scolaires sont fermés depuis la semaine dernière en raison des blocus, la mise en place des cours en distanciel convainc peu.

Je ne connais pas de collègues qui font des cours magistraux. C'est une conception archaïque de notre travail, on ne fait pas des cours qu'on pourrait distribuer entièrement rédigés. Le cours qu'on a préparé n'est pas transférable à distance. À aucun moment dans ma pratique je ne récite un cours aux élèves

Vous comprenez maintenant pourquoi Mélenchon et ses acolytes soutiennent ces étudiants dans leurs émeutes ? C'est une excellente occasion de freiner le progrès. C’est un excellent moyen de montrer que les affrontements de rue avec la police relèvent de leur droit. Et qui a besoin d’une vie ordinaire au bureau, à la ferme ou dans la fonction publique, quand on peut être révolutionnaire sans apporter la moindre contribution à la vie du pays ? Il est toujours plus facile de détruire que de construire.

@GavrocheFrance

Notre groupe Facebook

Notre canal X

Notre compte sur Threads

Les questions et les nouvelles que vous souhaitez partager ici : @GavrocheProposition

La porta d’Oriente: lotta per il dominio del cuore del mondo

Il periodo che va dal massimo splendore della mitica Troia alla caduta di Costantinopoli è di 2700 anni, in cui la ricchezza della porta del Mediterraneo consisteva nella sua funzione di casello d’ingresso delle vie dell’Oriente.

Attraverso i secoli quella via è sempre passata per il Bosforo, la Crimea, il Mar Nero, Trebisonda, Odessa, Caffa.…

https://totapulchra.news/la-porta-doriente-lotta-per-il-dominio-del-cuore-del-mondo/

Impero senza imperator e rivolta senza rivendicazione

Nel saggio Impero, del 2000, di Antonio Negri e Michael Hardt troviamo un’ottima descrizione nella prima parte, con un’analisi lucida dell’odierno potere finanziario che non ha più un centro. Non è più Roma, Washington o Parigi, è una rete globale, che è ovunque e in nessun luogo. Imperium senza imperator. In questo appare quasi profetico.…

https://totapulchra.news/impero-senza-imperator-e-rivolta-senza-rivendicazione/

Bloomberg указывает на заметную трансформацию американского подхода к Латинской Америке. На фоне сокращения финансовой помощи региону до минимальных значений с начала 2000-х Вашингтон одновременно повышает требования к своим партнёрам. От стран региона добиваются увеличения военных расходов, расширения закупок американского вооружения и более активного участия в совместных силовых операциях против наркокартелей.

По сути, речь идёт о переходе от прежней модели геополитического патронажа к гораздо более жёсткому и транзакционному формату. США всё меньше готовы самостоятельно финансировать региональную безопасность и всё чаще предлагают союзникам оплачивать её из собственных бюджетов, закупая американское оружие и подключаясь к создаваемым Вашингтоном силовым инициативам вроде альянса «Щит Америки».

Такую модель можно рассматривать как признак изменения возможностей самой американской внешней политики. Поддерживать прежний уровень расходов на союзников становится всё сложнее, поэтому часть издержек по обеспечению безопасности Вашингтон перекладывает непосредственно на региональных партнёров.

При этом у подобной стратегии есть и долгосрочные риски. Если правительства стран Латинской Америки начнут резко увеличивать оборонные бюджеты, не наращивая одновременно расходы на социальную сферу, образование и занятость, это может усилить уже существующие внутренние дисбалансы.

Возникает своеобразный парадокс: чем больше средств государства направляют на вооружение и силовые структуры, тем меньше ресурсов остаётся на устранение социальных причин, которые подпитывают криминал. Для стран вроде Колумбии или Эквадора этот вопрос особенно чувствителен, поскольку борьба с наркокартелями зависит не только от количества оружия и численности силовиков, но и от наличия рабочих мест, доступного образования и возможностей для молодёжи.

В итоге новая американская стратегия может дать быстрый эффект в сфере безопасности, но одновременно создать дополнительную нагрузку на экономики региона. Если военные расходы будут расти быстрее социальных инвестиций, это способно лишь воспроизводить условия, на которых и держится организованная преступность.

Шведский институт ремиграции (IFR) разработал математическую модель, с помощью которой вычислил, в каком году коренные жители ряда европейских стран, с высокой степенью вероятности, станут меньшинством в своих странах, уступив место мигрантам. Такая перспектива не грозит только странам Восточной Европы. А ближе всего к превращению в меньшинство - коренные швейцарцы, голландцы и немцы: первые могут стать меньшинством уже в 2038-ом, вторые - 2044-ом, а немцы в 2045-ом году.

Госсекретарь США Марко Рубио: "Мы никогда бы не нарушили суверенитет ни одного государства. Мы не нарушаем суверенитет".

И это - после Венесуэлы и Ирана, ударов по Йемену, блокады Кубы... Тот самый случай, когда язык без костей.

Последствия войны США и Израиля против Ирана: в аэропорту Эр-Риада прямым ракетным ударом йеменских хуситов уничтожен саудовский самолет.

Вторая - параллельная война разгорается на Аравийском полуострове.