К своей давней теме про бороды (и Николая I, как обычно) дочитываю Сьюзан Дж. Винсент о волосах.
Интересно, что у англичан Крымская война подстегнула моду на бороды, начавшуюся где-то в 1840-х годах.
"Из-за сильных холодов, изнурительных условий этой кампании и сложностей с поставкой бритвенных принадлежностей военные отказались от своих правил насчет бритья. Бородатые и заматеревшие солдаты, которые впоследствии вернулись в Англию, придали модному веянию мужественность, свойственную воинам-героям. Оглядываясь на прошлое пятьдесят лет спустя, журналист из The Leeds Mercuгу напомнил читателям, «как солдаты, отправившиеся в Крым чисто выбритыми <...> вернулись бородатыми и выглядели гораздо более мужественными и крепкими, чем когда они были с выбритыми под бородками и щеками». Этот настрой очень ясно считывается в прессе того времени".
У кого-то мир поменялся со смертью императора и мрачными результатами Крымской войны, а где-то пришла мода на бороды.
Впрочем, со смертью Николая в России с бородами тоже стало попроще (в 1849 г. ещё официально предписывали "ставить на вид... все неприличие ношение бороды" (дворянами) и требовали проверять "последствия" этих "внушений", при Александре II я не помню подобных дел).

Оказывается, в Норильске проводили, и не один раз, уличные факельные шествия. На фото из газеты "Заполярная правда" факельное шествие к 40-летию ВЛКСМ, Норильск, 1958 г.

В позднесоветском обществе существовало популярное представление о том, что главными обладателями крупных денежных накоплений являются «спекулянты», «цеховики» и «мафия», которые хранят свои нетрудовые миллиарды в сберкассах наряду с честными тружениками. Этот миф активно эксплуатировался в публичных дискуссиях начала 1990-х как главный аргумент в пользу конфискационной денежной реформы.
Но так ли это было на самом деле?
Однозначно нет, отвечают материалы Госбанка СССР, составленные в разгар этой дискуссии в 1990 году.

Председатель Госбанка В. Геращенко и министр финансов В. Павлов в своём отчёте правительству от 13 июля 1990 года [Докладная записка Минфина СССР и Госбанка СССР «О возможных вариантах обмена денежных знаков» от 13 июля 1990 года] приводили такие данные .

На 1 января 1990 года из 209 миллионов сберкнижек на счета размером от 1 до 10 тысяч рублей приходилось 78% всех денежных средств во вкладах. Средний размер вклада по стране составлял 1616 рублей. Лишь 10% общей суммы хранилось на счетах свыше 10 тысяч рублей. Это картина массовых сбережений рядовых рабочих, инженеров, учителей, которые годами откладывали часть зарплаты.
А откладывать приходилось долго
По данным Госкомстата:
• Около 67% семей копили для поддержания уровня жизни на пенсии или помощи детям.
• Ещё 27% — на конкретные крупные покупки: вступление в жилищный кооператив, покупку автомобиля или дачи . Более трети семей копили на эти цели от 5 до 10 лет, а многие — свыше 10 лет . Госбанк прямо заявлял: «Подавляющая часть сбережений населения носит трудовой характер» [Записка «О проведении денежной реформы» от 29 марта 1990 года].

Почему же миф о «нетрудовых доходах» был так живуч?
Негативный образ «барыги» был классическим элементом советской пропаганды ещё с 1920-х годов. Он позволял объяснять очереди, дефицит и социальное неравенство не провалами государственного планирования, а происками внутреннего врага. В конце 1980-х призыв «отнять деньги у мафии» стал мощным популистским лозунгом. Он позволял предлагать простое и якобы справедливое решение сложнейшего кризиса, переведя народное недовольство с системы на «жуликов». Это видно в Докладной записке группы консультантов ЦК КПСС от 23 февраля 1990 года, где реформа подавалась как способ «наведения порядка».

Но признать, что основным генератором «лишних денег» был дефицит бюджета (к концу 1990 г. госдолг превысил 500 млрд руб. [Письмо Госбанка СССР «О денежном обращении в 1990 году» от 19 сентября 1990 года]), неэффективные инвестиции и диспропорция в зарплатах при падающей производительности, — значило признать крах модели. Проще было винить во всём «мафию».

Любая конфискационная реформа (обмен денег по дифференцированному курсу, «замораживание» вкладов) ударила бы не по теневых капиталам, а по жизненным планам и многолетним усилиям большинства населения, объясняли в Госбанке. "Проведение регрессивной денежной реформы… в настоящих условиях невозможно», а её социально-политические последствия будут катастрофическими" говорилось в Докладной записке Минфина СССР и Госбанка СССР от 13 июля 1990 года].

Что же касается «мафии», то экономист Игорь Бирман, много дет изучавший именно дисбалансы в экономике СССР в своей работе «Экономика недостач» определял объемы т.н. «второй экономики» (перепродажа дефицита, хищения на предприятиях и перепродажа похищенного) в 20-25 миллиардов рублей в год – не более 8-9% от общего объема денежных доходов населения. Настоящей же причиной дефицита были структурные дисбалансы– советская экономика просто не могла произвести необходимого количества потребительских товаров. Для этого ей не хватало ресурсов, которые преимущественно уходили на «производство средств производства», работники таких «производственных» предприятий получали зарплату – а необходимых «потребительских» товаров купить не могли – их просто не было ни по каким ценам, потому что их не производили в количествах, достаточных для насыщения спроса.

Несколько слов о нашумевшей публикации Александра Дюкова об арсте и освобождении В. И. Ленина в Галиции в августе 1914 года.
Я не стану пересказывать содержание статьи: каждый при желании сам может прочесть ее.

Должен сказать, что уже довольно давно переключился с политической истории вообще, и "ленинианы" в частности на историю военного изобретательства и повседневности Первой мировой войны, а посему специалистом по данной проблематике себя сейчас не считаю. Последним подходом к этому снаряду стала рецензия на книгу Евы-Ингеборг Фляйшхауэр, к которой, собственно, Александр и делает отсылку, упомянув труд фрау Фляйшхауэр. Этот пост - вроде заметок на полях статьи, насколько руки помнят.

Наверняка эти мои заметки кого-то не устроят, кому-нибудь не понравятся и всё такое. На здоровье. Я могу позволить себе высказать их не только ввиду давнего доброго знакомства с Александром, но и на правах ни от кого, ни от чьих симпатий, антипатий, донатов, грантов и тому подобного никоим образом не зависящего исследователя истории и Интернет-библиотекаря. Мое мнение не купить, и оно - только моё.

Так вот. Прежде всего, что хочется отметить: работа Дюкова оснастила любопытный эпизод истории периода начала Первой мировой войны интересным контекстом по документам архивов нескольких стран и по данным обширной историографии вопроса. Красиво. Действительно красиво. Синхронизация сведений из ряда хранилищ - это то, за что я в принципе люблю наше ремесло и как исследователь, и как читатель. Это ценно вдвойне с учетом нынешних сложностей с международным научным обменом и исследованиями в заграничных хранилищах.

К этому следует добавить, что в рамках постулируемого автором сотрудничества Ленина с австро-венгерскими спецслужбами данный контекст по содержанию статьи является косвенным. Это не хорошо и не плохо, это просто тривиальная для исторического исследования ситуация, обусловленная пределом информативности источников и, возможно, пределом объема текста публикации. На подходе - книга Дюкова по этой же проблематике. Возможно, в ней контекст будет более детализирован.

На мой взгляд, статье чрезвычайно недостает данного автором определения термина "сотрудничество", как он его понимает и которое он использует, повторяя при этом само слово "сотрудничество" многократно. Оговаривание и определение понятийного аппарата для любой научной публикации не менее важно, чем обзор историографии вопроса и другие ее атрибуты. Нет, перечисление пунктов по монографии Р. Швентека ближе к концу текста статьи таким определением считаться всё же не может: это максимум аналогия.

Что-то вроде баг-репорта по тексту: в нем встречаются несогласованные предложения и опечатки: "Ганецкий встречался с ближайшим сподвижником Ю. Пилсудского, бывшим премьер-министром Польши В. Славеком (к слову сказать, до начала войны являвшего одним из ключевых польских агентов австро-венгерской военной разведки)"; "Так в советские изданиях"; "В конечном итоге схема работы оказалась следующий"; "В полицейском управлении в Вене (тесно сотрудничавшим с Эвиденцбюро)". Встречаются сбои в научно-справочном аппарате: например, сноска 171 ведет к труду Ричарда Пайпса, но при этом цитата из него снабжена сноской (№ 172) на документы РГАСПИ. Полагаю, это поможет Александру внести соответствующие исправления уже в текст книги.

Всё, что хотел сказать, не уместилось в один пост, окончание - см. в следующем.

Наши леваки думают, что если они тысячу раз напишут "Дюков опростоволосился", "Дюков не нашел никаких фактов", то чаемое ими окажется правдой. Нет, не окажется.

Еще раз предлагаю дать непротиворечивое объяснение следующей (не исчерпывающей) совокупности установленных фактов.

1. При переезде в Краков Ленин заранее уведомил австрийские власти о своем возможном приезде и получил гарантии, что его не выдадут России и не будут препятствовать его деятельности против России.

1.1. Переговоры велись через связанного с австро-венгерской разведкой и директором полиции Кракова пилсудчика Дашиньского.

2. По приезду в Краков Ленин получил всестороннюю поддержку от связанных с австро-венгерской разведкой пилсудчиков.

2.1. Пилсудчики обеспечивали для Ленина переброску через границу с Россией подрывной литературы и нелегалов, предоставляли почтовые адреса для конспиративной перепиской с Россией.

2.2. Мероприятия РСДРП проводились в Закопане / Поронине - территории, используемой Пилсудским для подготовки боевиков и особой по уровню контрразведывательного обеспечения. По признанию Зиновьева, они с Лениным зависели от пилсудчиков в части "полицейской безопасности".

3. По приезду в Краков Ленин получил поддержу напрямую от австро-венгерской военной разведки.

3.1. Ленин лично общался с сотрудником краковского HK Stelle Крупиньским в его канцелярии в здании корпусного командования. Крупиньский по запросу лидера РСДРП прекращал слежку за приехавшими к Ленину нелегалами, взятым на карандаш при пересечении границы.

3.1.1. Несмотря на усиленный контрразведывательный режим в Галиции за два года ни одни из приезжавших к Ленину из России революционеров не был задержан.

3.1.2. Нелегальная подрывная литература большевиков пропускалась в Россию австрийскими пограничниками при предъявлении пропуска от Ленина.

3.2. Для повседневной связи Ленина с Крупиньским был делегирован близкий знакомый Крупиньского, конфидент дирекции полиции Кракова адвокат Марек. Его адрес записан в адресной книге Крупской с пометкой для связи.

3.3. Ближайшим помощником Ленина в Кракове стал ранее с ним незнакомый Богоцкий, член контролируемого австрийскими спецслужбами антироссийского НКО - Краковского союза помощи политзаключенным. Он решал бытовые проблемы Ульяновых и передавал им паспорта для нелегалов.

4. После произошедшего по недоразумению ареста Ульянова в августе 1914 г. после начала войны с Россией, на его защиту встали директор полиции Кракова, связанные с австрийскими спецслужбами пилсудчики Дашиньский, Марек и Диамант, связанный с начальником службы безопасности императора политик Адлер.

5. Освобождение Ульянова было организовано австро-венгерской разведкой.

5.1. При освобождении Ленин получил подъёмные и приказ явиться к замначальника краковского HK Stelle - и явился.

5.2. После общения с замначальником HK Stelle Ленин получил зеленую дорогу до Швейцарии, причем из Вены к границе ехал почтовым военным поездом.

5.3. Быстрое освобождение Ленина было случаем уникальным, других враждебных России революционеров мурыжили в тюрьме по несколько месяцев, а некоторых (Усиевич, этого в статье нет, но я раскрою карты) по году с лишним.

Еще раз подчеркну - это не все установленные факты, в книге гораздо больше. Но давайте анализировать только на эти факты, не отбрасывая того, что не нравится.

Попробуем дать им объяснение без заведомого бреда про невероятные случайности и/или глупость австро-венгерских спецслужб и глупость Ленина.

Дюков А.Р Обстоятельства ареста и освобождения В.И. Ульянова в австрийской Галиции в контексте оперативной деятельности австро-венгерской военной разведки, 1912-1914 гг. // История. Научное обозрение OSTKRAFT. № 25 / Под ред. М. А. Колерова. М., 2026. С. 106-151.

Итак, друзья, перед вами в свободном доступе моя большая статья о сотрудничестве Ленина со спецслужбами Австро-Венгрии. Сразу отмечу: эта статья была сдана в печать в декабре прошлого года и сейчас моя аргументация заметно расширилась. Более развернуто сюжет исследован в книге, которая сейчас находится в верстке, там же даны (в том числе факсимильно) все документы.

О предзаказе на книгу сообщу в ближайшее время.

Пока же, если вы считаете нужным поблагодарить меня и поддержать мою исследовательскую деятельность - карта СБ 2202 2050 8077 0818

Распространение всячески приветствуется

​​Масоны

В российском либеральном и левом информационном поле над разговорами про масонов принято посмеиваться, мол «что за правая конспирология, лол». В контексте современных политических процессов я тоже не особо верю в заговоры масонов или каких-то других организованных тайных обществ. Однако это вовсе не значит, будто масонство всегда являлось всего лишь безобидными философскими клубами, а правые без каких-либо оснований раздували моральную панику вокруг них.

В XIX и первой половине XX вв. масонство действительно представляло собой значимое политическое движение. Оно не было организованным в виде какого-то единого центра, партии или идеологии – скорее представляло собой общий дух борьбы за социальный прогресс, вокруг которого объединялись люди преимущественно с либеральными и социалистическими взглядами. Масонские собрания становились площадками для знакомств и контактов амбициозных политиков, которые впоследствии, даже не будучи объединёнными в какой-то единый «заговор», занимали посты в органах государственной власти, подтягивали и защищали «своих», продвигали набор базовых прогрессивных ценностей, вроде республиканизма и секуляризма.

Именно в таком виде, например, описывает вклад масонства в Февральскую революцию 1917 г. историк Борис Колоницкий – оппозиционные политики регулярно встречались и общались друг с другом в ложах, знакомясь и нарабатывая социальные связи. Хотя сама революция не была следствием централизованного масонского заговора, многие масоны заняли видные посты во Временном правительстве и Советах. Однако после достижения общей цели – свержения самодержавия – пути масонов разошлись, и ни о какой корпоративной солидарности больше не могло идти и речи.

В других странах Европы ключевой «скрепой», которая объединяла масонов самых разных – в основном, либеральных и социалистических – воззрений, был секуляризм и борьба против Католической церкви. Значительное число масонов составляли правящую элиту в антиклерикальных Третьей республике во Франции и Второй республике в Испании. В этом контексте антимасонские инвективы правых режимов Петена и Франко – это не какая-то смешная правая шиза, а вполне естественная реакция консерваторов и клерикалов на представителей враждебного политического лагеря.

В фашистской Италии и нацистской Германии масонство также было запрещено, но скорее по институциональной причине – тайные общества расценивались как «государства в государстве», что для фашизма с его гиперболизацией этатизма, конечно же, недопустимо.

Своя Антимасонская партия была даже в США в 1820-х – 1830-х гг., однако американские реалии всё же сильно отличались от европейских. Американскими масонами зачастую становились представители элиты на Северо-Востоке страны. В кризисные годы, когда прежняя доминирующая сила – джефферсоновские республиканцы – развалилась, а на её руинах развернулось ожесточённое противостояние между демократами и национальными республиканцами, антимасоны на короткое время стали популярной «третьей силой» против коррумпированного истеблишмента. Вскоре они примкнули к национальным республиканцам и образовали партию вигов, которая ещё через несколько десятилетий стала основой для формирования Республиканской партии.

Резюмируя, европейские правые, безусловно, гиперболизировали масонскую угрозу, представляя её в виде единого организованного заговора, однако само по себе противостояние масонству как «духу» с их стороны было оправдано, так как оно действительно представляло собой трансграничное прогрессивное либерально-социалистическое движение республиканцев и секуляристов. С упразднением или выхолащиванием европейских монархий и окончательной секуляризацией обществ политические цели масонства оказались выполнены, а для реализации прочей прогрессивной повестки во второй половине XX в. появилось множество других структур помимо тайных обществ.

Лекции вирусолога и военного историка Фёдора Лисицына – это увлекательный рассказ о том, как эпидемии влияли на историю человечества. Автор не углубляется собственно в медицинскую проблематику, рассказывая прежде всего об историческом эффекте и контексте эпидемий.

Начитанный человек со многим из того, что рассказывает Лисицын, знаком по замечательной книге Уильяма Макнила «Эпидемии и народы». Но изложение Лисицына гораздо легче и популярней, да и многие детали у него в новинку. Знали ли вы, что советская власть впервые была установлена в России в 1830-1831 годах в ходе холерных бунтов. Невежественные крестьяне и военные поселенцы, возмущенные карантином, не только убивали докторов, но и устанавливали самоуправление, именуемое «советами». Тогда, впрочем, государь Николай Павлович быстро эти волнения подавил.

Исторический эффект эпидемий многообразен и нелинеен. Автор хорошо раскрывает такие сюжеты, как массовое вымирание американских индейцев, не имевших иммунитета к оспе, роль тифа в поражении Афин в Пелопонесской войне, роль «юстиниановой» чумы в подрыве сил Римской Империи и торжестве арабских завоеваний, роль Черной Смерти XIV века в крахе феодализма и зарождении капитализма – стоимость рабочей силы в вымершей на треть Европе подорожала и потребовала денежной экономики, а вот земельная рента стала терять рентабельность.

Можно было бы отметить некоторые нелинейные эффекты Черной Смерти. Уничтожив демографический потенциал романо-германской Европы, чума защитила славянские народы от дальнейшей германской колонизации. Резко ослабел немецкий потенциал и в Прибалтике – результатом стала Грюнвальдская битва и разгром Тевтонского ордена, и в Чехии – результатом стало гуситское движение. «Великая замятня» в Золотой Орде тоже была связана с чумой – а её результатом стала русская победа на Куликовом поле. На другом конце Великой Степи почти в то же время была свергнута власть над Китаем монгольской династии Юань и установилась власть династии Мин, на что Лисицын указывает.

Еще недавно могло казаться, что массовые смертоносные эпидемии – в прошлом, остались за историческим барьером изобретения антибиотиков. Но не прошло и ста лет с этого величайшего исторического события, как эпидемии вернулись в новом вирусном виде. И базовый механизм пандемий оказался тем же, что и раньше, - мор оказался платой за сжатие пространства, как не раз было и в прошлом.

Озон | Яндекс

Указ о публичном повешении нацистских преступников принятый во время ВОВ и не отменённый до сих пор.

Решение вешать карателей принародно - новая для Советского Союза форма наказания, - было принято в 1943 году на совещании у Сталина и оформлено Указом Президиума Верховного Совета СССР № 39. Документ этот никогда официально не публиковался и формально не отменен до сих пор. Судя по стилистическим особенностям, авторство указа принадлежит Сталину.

"Приведение в исполнение приговоров военно-полевых судов при дивизиях - повешение осужденных к смертной казни - производить публично, при народе, а тела повешенных оставлять на виселице в течение нескольких дней, чтобы все знали, как караются и какое возмездие постигнет всякого, кто совершает насилие и расправу над гражданским населением и кто предает свою родину" - такую фразу мог написать только вождь, и никто иной, заключил философ и историк Семен Экштут.

Подписывайтесь на канал https://t.me/arch_history_news