«Россия первая вышла на гиперзвук». Мы на всех углах говорили: «У нас есть оружие, которого нет ни в одной стране, и вряд ли когда скоро будет». Но от этого опасности для нашей страны меньше не стало. Мы говорили про «красные линии» в одном из выступлений. Ну куда уж краснее, эти линии?» - сказал генерал.

«Я не знаю, какое было у вас ощущение, когда украинский дрон сел на купол здания, в котором находится Верховный главнокомандующий - президент Российской Федерации? Я не говорю уже, когда эти дроны садились на наши самолёты дальнего радиолокационного обнаружения, когда эти дроны наносили удары по нашим объектам, я всё ждал. Но когда, когда мы начнём воевать по-настоящему?» - спросил Балуевский.

«Или сильная Россия, или её не будет никакой». Вот где мы сегодня? Ответ очень простой. Наши партнёры на Западе, с которыми мы пытались строить единый социалистический лагерь, они нам чётко заявляют: «27-й год, может быть, вы ещё проживёте, а в 28-м году мы точно пойдём на вас». А что нам-то делать в этой ситуации? Ещё несколько лет проводить специальную военную операцию, на измор? Мы кого будем продолжать измором-то травить, всю Европу, всё НАТО и примкнувших к ним Японию и прочих разных всяких? А мы сами что?».

«Да, вот так ситуация складывается, что мы что-то получаем на этих, как говорится, пиковых ценах за нефть. Но в целом-то ситуацию мы, мудрые с вами люди, прекрасно понимаем... Слова Путина приведу: не найдём ответа на эти опасности и угрозы, окончательно превратимся в сырьевой придаток, периферию, обеспечивающую мировую экономику».