Премьер-министр Великобритании Кир Стармер, выступая на пресс-конференции, заявил, что Великобритания «не будет втянута в полномасштабную войну».

Часть вторая.

Что будет через три или шесть месяцев — я не собираюсь делать вид, будто мы точно это знаем. Лучший способ справиться с ситуацией — снизить напряжённость и уменьшить масштаб конфликта. Это самый прямой и эффективный путь к снижению стоимости жизни, и именно на этом сейчас сосредоточены наши усилия. Но, как я уже говорил, мы всегда будем делать всё возможное, чтобы защитить работающих людей от роста цен.

Позвольте мне перейти к Ормузскому проливу, потому что это, очевидно, один из самых насущных вопросов на сегодняшний день. Я обсуждал это вчера по телефону с президентом Трампом. Сейчас ведутся обсуждения относительно жизнеспособного плана. Мы хотим убедиться, что в нем участвует как можно больше партнеров. Это наша заявленная цель — прежде всего в переговорах с европейскими партнерами, а также, разумеется, с партнерами из стран Персидского залива и с Соединенными Штатами. Нам нужен заслуживающий доверия, реалистичный план, если это возможно. И, как я уже говорил, это, мягко говоря, непросто. Здесь нет простых решений, поэтому необходимо убедиться, что у нас будет именно такой — надежный и жизнеспособный — план.

Что касается конкретных вариантов, как я уже отмечал, наши системы поиска мин уже находятся в регионе. Мы также обсуждали, что можно сделать в сфере противодействия беспилотникам. Но речь идет не только о том, что может сделать Великобритания. Вопрос в том, как объединить вокруг жизнеспособного решения как можно больше стран. Именно на этом этапе мы сейчас находимся. Мы рассматриваем разные варианты. Да, это сложно. Конечно, сложно. Этого никто не скрывает. Но именно над этим мы и работаем, потому что в конечном итоге необходимо открыть пролив. Иначе цены на энергоносители будут оставаться очень высокими по причинам, которые всем понятны. Поэтому этот вопрос напрямую связан с тем, что мы делаем для защиты людей от роста стоимости жизни.

И чтобы было совершенно ясно: я отказался участвовать в первоначальном наступлении и втягивать Великобританию в эту войну, и я остаюсь при своем решении. Как я уже говорил, многие резко критиковали меня за это и утверждали, что нужно было сразу вступать в войну. Но, по моему мнению, через неделю-две, увидев последствия своих предложений, многие из них сами отступили от своей позиции. Если бы они были премьер-министром, им пришлось бы отвечать за решения, связанные с оборонительными действиями — будь то те меры, которые мы предпринимаем в регионе с первых часов после начала конфликта, или использование наших баз в рамках коллективной самообороны наших граждан и наших объектов в регионе.

Ормузский пролив — это отдельная тема для обсуждения, и решения по этому вопросу пока не приняты. Я хочу особо подчеркнуть, что речь идет о чрезвычайно сложной задаче — обеспечении безопасности морского судоходства через пролив. Всем хорошо известны его географические особенности и связанные с этим риски. Но мы работаем над этим и обсуждаем ситуацию с Соединенными Штатами, с партнерами из стран Персидского залива и с европейскими союзниками. Я обсуждал это вчера с президентом Трампом так же, как обычно обсуждаются подобные вопросы между двумя союзниками и двумя лидерами.

Вот где мы сейчас находимся. Никаких окончательных решений пока не принято. Я твердо убежден, что любые действия должны быть согласованы как можно большим числом партнеров. Мы пока еще не достигли этой стадии, но работа идет очень интенсивно. И как только появится новая информация, я обязательно сообщу об этом.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Премьер-министр Великобритании Кир Стармер, выступая на пресс-конференции, заявил, что Великобритания «не будет втянута в полномасштабную войну».

Часть третья (финал).

С президентом США, как вы понимаете, у нас хорошие отношения. Вчера у нас состоялась хорошая дискуссия по поводу пролива — именно такая, какой и следовало ожидать между союзниками. Мы остаёмся крепкими союзниками уже на протяжении десятилетий. Но моя задача — действовать так, как я считаю наилучшим для интересов Великобритании. И я должен постоянно помнить об этом. Интересно, если можно так выразиться, что те, кто ещё две недели назад призывал нас с головой окунуться в полномасштабную войну, теперь начинают пересматривать свои позиции — и на это есть причины. Проблема, как я указал лидеру оппозиции в прошлую среду, заключается в том, что, будучи премьер-министром, вы не можете через неделю вернуться и сказать: «Ой, извините, я ошибся в отношении этой войны, можно теперь отказаться от участия?» Решение должно быть принято с самого начала, исходя из искреннего убеждения, что оно отвечает наилучшим интересам британского народа.

Сейчас мы работаем с другими сторонами над разработкой убедительного плана в отношении Ормузского пролива, чтобы обеспечить возобновление судоходства и свободного прохода через него. И позвольте внести ясность: это не будет и никогда не рассматривалось как миссия НАТО. Речь идёт о коалиции партнёров. Именно поэтому мы работаем вместе с партнёрами в Европе, со странами Персидского залива и с Соединёнными Штатами. Важно, чтобы эта работа продолжалась. Это непросто, и это видно на примере других конфликтов, затрагивавших стратегические проливы. Но я убеждён, что сотрудничество с другими странами, включая США, — правильный путь. И вчера у меня состоялась очень хорошая дискуссия на эту тему с президентом Трампом. Разумеется, как и следовало ожидать, мы ведём переговоры с Соединёнными Штатами.

Мы работаем на всех уровнях — будь то с США, европейскими партнёрами или странами Персидского залива — чтобы объединить усилия и выработать общий план действий в отношении пролива. Чем дольше продолжается этот конфликт, тем выше риск эскалации и тем сильнее его влияние на экономику и цены на энергоносители, а значит — и на стоимость жизни семей по всей стране. Именно поэтому, помимо оборонительных мер, которые мы предпринимаем, и помимо работы и обсуждений по Ормузскому проливу, мы должны продолжать усилия по деэскалации.

В конечном итоге, каким бы образом это ни произошло, потребуется урегулирование путём переговоров, и мы не должны упускать это из виду. Мы обсуждаем это с нашими союзниками — и продолжаем это делать. На прошлой неделе у нас был телефонный разговор в формате G7, я также разговаривал с президентом на выходных. Моё понимание ситуации очень простое: чем дольше всё это затягивается, тем сложнее становится ситуация. Поэтому я делаю всё возможное, чтобы добиться разрешения этого вопроса. Но я не собираюсь стоять здесь и делать вид, будто это легко или просто. Мы делаем то, что умеем лучше всего — работаем вместе с нашими союзниками, будь то США, Европа или страны Персидского залива. И готовность этой коалиции к совместным действиям лишь подтверждает правильность такого подхода.

Большое вам всем спасибо.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Министр иностранных дел России Сергей Лавров в комментарии журналистам. Часть первая.

В Москву приезжал представитель Франции — это действительно так. Но ничего нового он не привёз. И ничего, что не звучало бы публично из Парижа, на этих закрытых контактах мы не услышали.

А, кстати сказать, французы, которые предложили, попросили о таком контакте, включили в свою просьбу пожелание, чтобы этот контакт оставался конфиденциальным. Но в итоге сами же, как вы понимаете, слили эту информацию. Не знаю, с какой целью. Может быть, показать, что Европа старается, а её не пускают в переговоры.

Европу не то что раньше пускали в переговоры — Европа была главным переговорщиком, начиная с 2014 года, когда напряжение на Майдане удалось разрядить благодаря соглашению, подписанному между тогдашним президентом Януковичем и оппозицией. И гарантами этого соглашения в феврале 2014 года были члены Евросоюза — Франция, в частности, Германия, Польша.

И когда наутро оппозиция растоптала это соглашение, захватила правительственные здания, объявила охоту на президента Украины, и когда мы обратились к европейцам с призывом образумить оппозицию, заставить её вернуться к выполнению договорённостей, они развели руками и, так же как сейчас, тогда уже сказали: «Ну, это как бы издержки демократии».

И сейчас они также говорят, что да, это были демократические процессы, ну, бывает, что они и кровавый облик обретают.

Вот тогда Евросоюз уже был главным переговорщиком и провалил свою функцию.

Второй раз у Евросоюза была роль, когда канцлер Германии Меркель и президент Франции Олланд в феврале 2015 года подписали вместе с президентом Путиным и президентом Порошенко Минские договорённости.

Они всячески представляли это как своё достижение — посредническое достижение Берлина и Парижа от имени всего Евросоюза. И только для того, чтобы впоследствии признаться — и Меркель это сделала, и Олланд, и Порошенко, — что они не хотели и не собирались ничего выполнять, несмотря на то, что эти договорённости были одобрены Советом Безопасности ООН.

Нужно было выиграть время, чтобы вооружить Украину до зубов, как они сейчас называют — «дикобразом», каким-то «железным дикобразом» или «стальным дикобразом».

Но вот второй раз у Евросоюза был шанс — и не просто шанс, была договорённость.

И третий раз могла состояться договорённость и могло состояться урегулирование уже в апреле 2022 года, когда, если бы не помешали всякие там Борисы Джонсоны и евросоюзовские деятели, которые отговорили Киев выполнять соглашение, которое уже было парафировано и которое было предложено самими украинцами.

Так что здесь не то чтобы кто-то не пускает Евросоюз. Евросоюз сам себя уже дискредитировал по полной программе.

И, слушая заявления тех же французов, тех же немцев, брюссельских бюрократов, я не вижу ничего, что конструктивно могло бы восприниматься с прицелом на какой-то прогресс на переговорах.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Министр иностранных дел России Сергей Лавров в комментарии журналистам. Часть вторая.

Президент Путин неоднократно подтверждал, что мы однозначно привержены переговорному решению. Но поскольку киевский режим к этому не готов, мы будем достигать целей специальной военной операции на земле, что сейчас и происходит.

И в последнее время из европейских столиц — да и из Вашингтона тоже — слышатся такие заявления, которые по сути означают следующее: американцы, в отличие от европейцев, продвигают необходимость всё-таки решить проблему признания реалий на земле и полного освобождения Донбасса, в полном соответствии с задачами нашей специальной военной операции.

Они понимают, что это необходимо для ликвидации первопричин конфликта.

Но вторая первопричина — это наличие нацистского режима в Киеве. А его-то как раз европейцы, уж точно, хотят сохранить на какой бы там территории ни осталась Украина.

И этот режим будет продолжать враждебную антироссийскую деятельность. На его территорию собираются завести какие-то «стабилизационные силы». Это, по сути, будут оккупационные войска, которые будут представлять угрозу Российской Федерации.

Мы на этот счёт уже много раз говорили. Урегулирование, которое сохранит нацистский режим, запретивший русский язык во всех сферах, запретивший историю тех земель, которые оказались, по иронии судьбы, в рамках Украинской Советской Социалистической Республики, объявивший вражду всему русскому, — такое урегулирование невозможно.

Сейчас совсем недавно Зеленский, который ещё в сентябре 2021 года называл тех, кто восстал против госпереворота 2014 года в Крыму и на Донбассе, существами, а не людьми, — сейчас его спросили тоже про Крым. Он давал интервью западным журналистам и сказал, что он не считает крымчан за людей.

И вот такого человека хотят сохранить во главе государства, которое по воле Запада превратилось в неонацистское образование.

И то, что главными спонсорами являются Германия и прибалтийские страны, говорит о том, что нацизм-то очень сильно живуч в европейских мозгах и в европейских планах.

Ну и Франция, конечно, предаёт заветы генерала де Голля и, по сути, занимает ту же самую соглашательскую позицию, которую правительство Виши занимало в период Второй мировой войны.

Это серьёзнейшая проблема. Это не просто, как говорят: «Вот сейчас давайте по линии соприкосновения остановимся — и всё будет хорошо».

Это не так.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Министр иностранных дел России Сергей Лавров в комментарии журналистам. Часть третья.

Раньше, когда говорили «Ближний Восток», то прежде всего имели в виду проблему Палестины, проблему создания палестинского государства в соответствии с решениями ООН, которые откровенно саботируются не одно десятилетие. А в последнее время уже в открытую заявляется, что никакого палестинского государства не будет.

А вот сейчас, когда началась агрессия Соединённых Штатов и Израиля против Исламской Республики Иран, все говорят о кризисе, конфликте на Ближнем Востоке, но имеется в виду совсем не Палестина. Про Палестину благополучно забывают.

И мы считаем, что это будет просто серьёзнейшим ударом по репутации международного сообщества, прежде всего Организации Объединённых Наций. И считаю, что здесь необходимо всем, и прежде, наверное, всего странам региона, арабским странам, осознать свою ответственность. И мы будем готовы активно поддержать такой подход, чтобы ООН отвечала за принятые ею решения.

Что же касается ситуации вокруг Ирана, то наша позиция хорошо известна. Мы её изложили в нескольких заявлениях, будем продолжать высказывать оценки происходящего.

Самое главное — это неспровоцированная агрессия, и агрессия, которая не могла остаться без реакции. Если те, кто планировал удары по Исламской Республике Иран в разгар переговоров, кстати сказать, во второй раз, как это было и в июне прошлого года, рассчитывали, что они за сутки, за несколько часов достигнут задачи полностью покорить себе это государство, то, наверное, они уже сейчас поняли, насколько они ошибались, насколько они заблуждались.

И, конечно, Иран защищается. Он отвечает на агрессию ударами по военной инфраструктуре, которую напавшие на него страны имеют в регионе. И, к огромному сожалению, страдают в том числе и государства Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива.

И мы призываем, во-первых, конечно же, прекращать боевые действия, садиться за стол переговоров, если доверие к переговорам ещё сохраняется.

Ну а во-вторых, в качестве самого неотложного, первоочередного шага надо сделать всё, чтобы все участники этой кризисной ситуации прекратили действия, которые наносят ущерб гражданской инфраструктуре и которые ведут к жертвам среди гражданского населения — как в арабских странах залива, так и в Исламской Республике Иран. Это, на мой взгляд, совершенно неотложная вещь, и надеюсь, что мы постараемся вместе с другими разумными государствами продвигать такой подход на международной арене.

А что касается перспектив этого конфликта, трудно сказать. Вот недавно президент США Трамп сказал, что Иран, я цитирую, «полностью разгромлен». А в тот же день представитель Армии обороны Израиля заявляет: «У нас впереди ещё тысяча целей, и мы будем работать по этим целям минимум до Песаха», то есть ещё три недели минимум.

Поэтому трудно прогнозировать, какие последствия этот кризис может иметь, чем он может закончиться, если сейчас немедленно не остановиться, не образумиться и не начать выработку договорённостей, которые на этот раз не будут никем сорваны. И здесь нужны гарантии. Я прекрасно понимаю, что Иран в таких гарантиях нуждается.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Министр иностранных дел России Сергей Лавров в комментарии журналистам. Часть четвёртая (финал).

Насчёт того, что сейчас все говорят про Ормузский пролив. И Макрон говорил, что он звонил президенту Пезешкиану, потребовал обеспечить свободу судоходства в Ормузском проливе. Почему-то никто не заботится о свободе судоходства в Средиземном море, в Балтийском море, где участились случаи незаконного захвата танкеров.

И в Средиземном море, и в Чёрном море украинские террористы атаковали танкеры. Один из них, «Метагаз», сейчас дрейфует в состоянии, почти уже готовом затонуть, в Средиземном море. Греческий танкер был атакован в Чёрном море недавно. Атакуется инфраструктура, которая относится к газопроводам «Турецкий поток» и «Голубой поток».

И, конечно, всё это вкупе с кризисом вокруг Ормузского пролива, в контексте тоже угроз со стороны «Ансар Аллах» Баб-эль-Мандебский пролив заблокировать, — конечно, те, кто одновременно с этими событиями, связанными с реакцией на агрессию, занимается террором против энергетической инфраструктуры, против танкеров, несущих углеводороды, террористическими действиями, они, наверное, хотят привлечь к себе внимание. Но последствия, видите, я начал с непосредственно ситуации вокруг Ирана, но они гораздо шире и уже совсем не региональные, они имеют глобальный охват.

Мы, ещё раз подчеркну, выступаем и будем вместе с другими нашими единомышленниками выступать за немедленное прекращение боевых действий и поиск политического урегулирования. Готовы, как не раз президент Путин говорил, в этом политическом процессе сыграть посредническую роль, если эта роль будет востребована. Мы считаем, что у нас такие возможности есть.

Но когда американские коллеги говорят, что их главная цель — забрать весь обогащённый уран к себе, там 400 с лишним килограммов, уран любого уровня обогащения, и что именно это их интересует, ну тогда речь уже, конечно, не о готовности к переговорам, не о готовности воспользоваться добрыми услугами Российской Федерации, как это было сделано в 2015 году, когда договорённость об иранской ядерной программе была заключена и одобрена в Совете Безопасности.

Получается, что Соединённые Штаты просто хотят забрать и этот энергетический ресурс себе, так же как они хотят забрать себе практически все ресурсы углеводородов — будь то в Латинской Америке, в Карибском бассейне, в Персидском заливе или на других просторах нашей необъятной планеты.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Россия и Абхазия подписали соглашение, которое позволит жителям республики с российским гражданством получать помощь в России в рамках системы обязательного медицинского страхования. Документ был подписан на площадке форума «Здоровое общество» при участии министра здравоохранения России Михаила Мурашко и министра здравоохранения Абхазии Эдуарда Бутбы.

Как заявил Михаил Мурашко, взаимодействие с Абхазией для российской стороны уже выстроено по целому ряду направлений — от инфраструктуры и кадровой политики до медицинской продукции. По его словам, новое соглашение открывает для граждан Абхазии, имеющих российское гражданство, возможность получать необходимую медицинскую помощь в российских центрах. Глава Минздрава подчеркнул, что в рамках союзнических и дружественных отношений это серьёзный шаг, направленный на реальную помощь людям.

Эдуард Бутба назвал подписание документа знаковым событием. По его словам, соглашение даст возможность спасать тысячи жизней, поскольку речь идёт о людях, которым необходима медицинская помощь на территории Российской Федерации и которые имеют полис обязательного медицинского страхования.

Таким образом, подписанное соглашение расширяет практическое гуманитарное взаимодействие между Россией и Абхазией и создаёт дополнительный механизм поддержки жителей республики, имеющих российское гражданство.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

США разрешают иранским нефтяным танкерам проходить через Ормузский пролив, заявил в интервью CNBC глава американского Минфина Скотт Бессент.

Что касается цены на нефть, то, опять же, всё будет зависеть от продолжительности конфликта. Президент Трамп ясно дал понять: его цель — ослабить и уничтожить потенциал режима, его военный потенциал. Военно-морской флот — уничтожен. Военно-воздушные силы — уничтожены. Теперь бомбардировки направлены на заводы, чтобы они больше не смогли восстановить эти мощности. И мы хотим уничтожить способность Ирана проецировать силу за пределы своих границ. И, знаешь, Брайан, Иран был, по сути, головой змеи глобального терроризма по всему миру. Через своих марионеток, через структуры Корпуса стражей исламской революции в разных регионах. Практически везде, где есть хаос и терроризм, так или иначе присутствует Иран. Поэтому сейчас появилась уникальная возможность положить этому конец.

Мы точно знаем, против кого воюем. Если провести историческую аналогию, представьте: они сидят в бункере Гитлера, но Гитлер уже мёртв, а все вокруг разбежались. И один из мифов, который я хочу развеять, — это тот, что распространяется в крупных СМИ, будто у Ирана есть какой-то последовательный, чётко выстроенный план и слаженно работающая государственная система. Во-первых, предыдущий аятолла не хотел, чтобы его сын стал аятоллой. Он даже оставил письменные указания на этот счёт. Но эти указания отменили. Мы считаем, что нынешний аятолла ранен. Мы не знаем, насколько серьёзно, возможно, он даже недееспособен. Они сидят в бункерах. Они в панике.

Мы видим, что всё больше танкеров с топливом начинают заходить в порты. Иранские суда уже начали выходить в море, и мы позволяем этому происходить, чтобы остальной мир получал энергию. Мы видим, как сейчас выходят в море индийские суда — Индия очень сильно зависит от нефти Персидского залива. Некоторые китайские суда тоже начали выходить. Этот процесс должен набрать обороты ещё до того, как в Персидском заливе появятся какие-либо флотилии или защитные морские группировки. Поэтому мы считаем, что иранцы фактически сами начнут открывать рынок. И пока нас это устраивает. Мы хотим, чтобы в мире было достаточно нефти.

Кроме того, мы предоставили 30-дневную отсрочку для российской нефти, которая уже находилась в море. Это примерно 130 миллионов баррелей. Это огромный объём, и это положительный фактор. Правильная картина выглядит так: из Персидского залива ежедневно поставлялось около 20 миллионов тонн нефти, из которых примерно 1,5 миллиона тонн — иранская нефть. Остальные 18,5 миллионов тонн. Саудовская Аравия и ОАЭ перенаправили часть потоков в Красное море — это примерно ещё пять миллионов тонн. Произошло стратегическое перераспределение потоков нефти, но всё равно образовался дефицит примерно от 10 до 14 миллионов тонн.

Теперь возникает вопрос: если цена на нефть подскочит до 150 долларов, и Путин получит примерно 70 процентов от этой цены, или если цена останется на уровне 95–100 долларов — где он получит больше денег? Даже если цена вырастет до 150 долларов, его казна в целом будет примерно на том же уровне. Да, добавятся несколько миллиардов. В реальной жизни это большие деньги. Но для Российской Федерации содержание государственного аппарата обходится примерно в 2 миллиарда долларов в день.

Идея заключается в том, что как только конфликт закончится и рынки будут достаточно обеспечены нефтью — а поставки по морю являются краткосрочным фактором — эти объёмы быстро будут поглощены рынком. И ещё один важный момент: эта нефть в любом случае шла в Китай. Китай всё равно собирался её потреблять. Поэтому, сняв санкционные ограничения на эту нефть, она может поступать в Малайзию, Сингапур, Индию. Индия уже закупила довольно большие объёмы. Это поможет смягчить дефицит, потому что основная часть нефти из Персидского залива в конечном счёте поступает именно в Азию.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

⚡Заявление МИД России в связи с разрастанием кризиса в ближневосточном регионе.

Своим вероломным неспровоцированным нападением на Иран США и Израиль запустили беспрецедентный виток насилия на Ближнем Востоке, конец которому не просматривается.

Счет жертв американо-израильской агрессии идет на сотни и тысячи, наносится непоправимый ущерб объектам гражданской инфраструктуры, от ответных иранских ударов страдают и соседние страны, парализовано судоходство на важнейшем для мировой экономики маршруте через Ормузский пролив.

Некогда стабильный и благополучный регион Персидского залива стремительно погружается в пучину хаоса и неопределенности. Экономические последствия авантюры, затеянной Вашингтоном и Тель-Авивом, все болезненнее ощущаются далеко за пределами зоны конфликта, фактически – в глобальном масштабе.

При этом вместо поиска путей деэскалации и возращения к переговорам наблюдается дальнейшее взаимное ожесточение, наносятся все более смертоносные и разрушительные удары.

Возобновляем настойчивый призыв ко всем сторонам к немедленному прекращению боевых действий, переводу ситуации в политико-дипломатическое русло. И прежде всего – отказаться от нападений на гражданские объекты и инфраструктуру, остановить гибель и страдания мирного населения – как в арабских странах Персидского залива, так и в Иране.

Как и ранее, готовы с учетом имеющихся у Российской Федерации возможностей содействовать долгосрочному и устойчивому урегулированию конфликта.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

В Европе всё отчётливее дают понять, что не собираются по требованию Дональда Трампа втягиваться в операцию по обеспечению безопасности Ормузского пролива. На этом фоне в европейских столицах растёт опасение, что Вашингтон в ближайшие недели может объявить о «победе» над Ираном и попытаться переложить дальнейшее патрулирование пролива на союзников.

По данным CNN, именно такой сценарий сейчас вызывает у европейских чиновников серьёзную тревогу. Как утверждает телеканал, один из главных страхов в Европе состоит в том, что Трамп объявит о завершении американской кампании, а затем оставит европейцам задачу по контролю за Ормузским проливом.

При этом публичная реакция европейских стран становится всё более жёсткой. В Берлине прямо заявили, что Германия не позволит втянуть себя в войну, у которой нет понятного конца. Представитель правительства ФРГ Штефан Корнелиус подчеркнул, что это «не война НАТО» и что, пока боевые действия продолжаются, никакого немецкого участия не будет.

Министр обороны Германии Борис Писториус также фактически отверг требование Трампа о направлении военных кораблей в район Ормузского пролива. По его словам, Германия не начинала эту войну и выступает за дипломатическое решение и как можно более быстрое прекращение конфликта. Он отдельно поставил под сомнение саму логику американского запроса, задав вопрос, чего именно, по замыслу Вашингтона, смогут добиться несколько европейских фрегатов там, где американские ВМС не решают задачу в одиночку.

Министр иностранных дел ФРГ Йоханн Вадефуль ещё раньше заявил, что вопрос участия Германии в обеспечении безопасности в Ормузском проливе вообще не стоит. По его словам, Берлин не станет активным участником этого конфликта. Ту же линию подтвердил и канцлер Фридрих Мерц, подчеркнув, что Германия не участвует в этой войне и не хочет в неё втягиваться.

Франция, как пишет Financial Times, также отказала США в военном присутствии в Ормузском проливе. Источник издания заявил, что Париж готов рассматривать размещение своих кораблей только после полного прекращения боевых действий между США, Ираном и соседними странами региона.

Аналогичную позицию заняла и Греция. Представитель греческого правительства Павлос Маринакис заявил, что Афины не планируют участвовать ни в каких военных операциях в Ормузском проливе. По его словам, греческое участие ограничивается миссией ЕС Aspides, которая действует исключительно в Красном море.

Премьер-министр Великобритании Кир Стармер также дал понять, что Лондон не будет участвовать в конфликте на Ближнем Востоке. Он отдельно подчеркнул, что снятие фактической блокады Ормузского пролива не является миссией НАТО.

В Италии вице-премьер Маттео Сальвини заявил, что его страна не участвует в боевых действиях ни с одной из сторон и потому не может направлять корабли для действий против кого бы то ни было в рамках иранского конфликта.

Китай не стал даже упоминать о возможности отправки кораблей, хотя и выразил обеспокоенность развитием ситуации. Официальный представитель МИД КНР Линь Цзянь, комментируя заявление Трампа о возможном переносе саммита с Си Цзиньпином, лишь отметил, что дипломатия на уровне глав государств играет важную роль в стратегическом регулировании китайско-американских отношений, и добавил, что стороны продолжают обсуждать встречу.

Япония также не торопится поддерживать американскую инициативу. Премьер-министр Санаэ Такаити заявила в парламенте, что Токио пока не принял никаких решений об отправке военно-морских кораблей и изучает, что Япония вообще может сделать самостоятельно в рамках своего законодательства.

Австралия, в свою очередь, прямо заявила, что не будет направлять корабли. Министр транспорта Кэтрин Кинг подчеркнула, что Канберра понимает важность происходящего, но Австралию об этом не просили, и участвовать в проекте она не намерена.

Южная Корея заняла более осторожную позицию. Как передавал Reuters со ссылкой на администрацию президента, Сеул намерен внимательно изучить американскую просьбу и принять решение только после тщательного анализа.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Начальник Генштаба ВС РФ генерал армии Валерий Герасимов проверил ход выполнения боевых задач соединениями и воинскими частями группировки войск «Южная» и заслушал доклады командования по текущей обстановке. Об этом сообщили в Минобороны России.

Как уточнили в военном ведомстве, работа проходила на пункте управления группировки. Герасимов заслушал командующего «Южной» группировкой генерал-полковника Сергея Медведева, а также командующих объединениями и других должностных лиц о результатах выполнения боевых задач в зоне ответственности.

Подводя итоги проверки, начальник Генштаба отметил успехи «Южной» группировки в освобождении территории Донецкой Народной Республики и поставил задачи на дальнейшие действия. По его словам, российские войска продолжают выполнение задач специальной военной операции, а наступление ведётся на всех направлениях.

Герасимов сообщил, что за две недели марта соединения и воинские части объединённой группировки войск взяли под контроль 12 населённых пунктов. Он подчеркнул, что «Южная» группировка продолжает наступательные действия в своей полосе ответственности, тогда как противник предпринимает все возможные меры, чтобы не допустить прорыва обороны в районе славянско-краматорско-константиновского укрепрайона.

По данным начальника Генштаба, на правом фланге соединения и части 3-й армии активно продвигаются широким фронтом в направлении Славянска. Передний край боевых действий, как было отмечено, отодвинут от Северска на запад более чем на 12 километров. Также сообщается, что освобождены Резниковка, Голубовка и Каленки, а бои продолжаются в Кривой Луке.

Отдельно Герасимов остановился на ситуации в Константиновке. По его словам, более 60% территории города уже находится под контролем российских войск. Уличные бои идут в северо-восточной части населённого пункта, при этом российские подразделения вышли на юго-западные окраины и продолжают наступление вглубь городской застройки. Наступление развивается и в пригороде Константиновки — населённом пункте Ильиновка.

Кроме того, по словам Герасимова, более половины Красного Лимана перешло под контроль российских войск. Он также сообщил, что наиболее упорные бои сейчас идут в полосе ответственности группировки «Центр», где развивается наступление в направлении Доброполья. По его данным, завершается освобождение населённых пунктов Гришино и Новый Донбасс, продолжаются бои за Белицкое, а подразделения «Центра» создают полосу безопасности в Днепропетровской области и ведут бои за Новопавловку и Новоподгороднее.

В Минобороны также сообщили о продвижении на других участках. Группировка «Запад», по словам Герасимова, ликвидирует подразделения ВСУ, блокированные на восточном берегу Оскола у Новоосиново. В этом районе, как утверждается, под контролем российских сил находится более 85% территории, продолжаются уличные бои. В результате успешных действий в марте, как было заявлено, освобождены Дробышево, Яровая и Сосновое, завершается освобождение Александровки.

Группировка «Север», по словам начальника Генштаба, продолжает создание полосы безопасности в Сумской и Харьковской областях. В марте на этих направлениях взяты под контроль пять населённых пунктов. Группировка «Днепр» ведёт наступление в направлении Запорожья: освобождена Веселянка, продолжаются уличные бои в Орехове. Группировка «Восток», как отметил Герасимов, удерживает инициативу и отражает атаки противника, в том числе с направлений Великой Михайловки и Покровского.

Таким образом, по оценке начальника Генштаба, российские войска продолжают наступление по всей линии специальной военной операции, последовательно расширяя контроль над новыми населёнными пунктами и развивая давление на ключевые укрепрайоны противника.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Президент США Дональд Трамп выступил с большой речью перед прессой. Часть первая.

Наша мощная военная кампания по устранению угрозы со стороны иранского режима продолжалась в полную силу в последние дни. Они были буквально уничтожены. Военно-воздушных сил больше нет. Военно-морского флота больше нет. Очень, очень много кораблей потоплено. Это были боевые корабли, но, похоже, они просто не умели ими пользоваться. Системы противовоздушной обороны уничтожены. Их радары выведены из строя. Их командиров больше нет. В остальном, у них всё довольно хорошо. На протяжении 47 лет они были настоящей грозой.

И теперь, я полагаю, мир — через Соединённые Штаты, с помощью Израиля — делает то, что следовало сделать много лет назад. Это действительно нужно было сделать давно. С начала конфликта мы нанесли удары по более чем 7000 целям по всему Ирану. Это были в основном военные и связанные с военной инфраструктурой объекты. Мы добились 90-процентного сокращения запусков баллистических ракет и 95-процентного сокращения атак беспилотников. Сейчас ракеты запускаются с очень малых высот, потому что у них осталось очень мало ракет. Мы также наносим удары по заводам, где производят ракеты и беспилотники, и эта работа продолжается. Сегодня мы поразили ещё три таких объекта. Производить оружие им становится всё труднее.

За последние полторы недели было потоплено или уничтожено более 100 иранских военно-морских судов. Это, вероятно, какой-то рекорд. Удары продолжаются со всех сторон практически каждый час. Как вы знаете, мы атаковали остров Харк и разгромили его — фактически уничтожили всё на острове, кроме района, где находится нефтяная инфраструктура. Я называю это трубами. Мы оставили трубы. Мы могли бы уничтожить и их — это заняло бы пять минут. Всё бы закончилось. Но ради того, чтобы у страны когда-нибудь была возможность восстановиться, я считаю, что мы приняли правильное решение. Хотя, возможно, так будет не всегда. Одно слово — и трубы тоже исчезнут. Но тогда на восстановление уйдут долгие годы.

Мы активно разрушаем оборонно-промышленную базу Ирана, и его возможности восстановить ракетный и беспилотный потенциал практически сведены к нулю. Мы также наносим мощный удар по их способности угрожать коммерческому судоходству в Ормузском проливе, уничтожив более 30 минных кораблей. Насколько нам известно, мы поразили все их суда, предназначенные для постановки морских мин. Конечно, они могли бы попытаться использовать другие типы кораблей и сбрасывать мины с них. Но мы даже не уверены, что они вообще сбросили хоть одну мину. Если они это сделают, это станет для них серьёзной проблемой — фактически актом саморазрушения. Но мы не знаем, были ли мины вообще установлены. Зато мы уничтожили все их 30 минных судов. Все они лежат на дне моря.

Мы настоятельно призываем другие страны, экономика которых намного больше зависит от этого пролива, чем наша, принять участие в обеспечении его безопасности. Соединённые Штаты получают менее одного процента своей нефти через этот пролив. А некоторые страны получают значительно больше. Япония — около 95 процентов. Китай — около 90 процентов. Многие европейские страны тоже получают значительные объёмы. Южная Корея — примерно 35 процентов. Поэтому мы хотим, чтобы они пришли и помогли нам.

У нас и без того всё находится под контролем. Но теперь, из-за того, что буквально один террорист может что-то бросить в воду, запустить ракету или произвести выстрел — даже небольшой ракетой — это создаёт риск. Там небольшая дистанция, пространство ограничено. Именно поэтому Иран всегда использовал этот пролив как оружие — как экономическое оружие. Но долго это продолжаться не сможет.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Президент США Дональд Трамп выступил с большой речью перед прессой. Часть вторая.

Многие страны сказали мне, что готовы участвовать. Некоторые очень воодушевлены, а некоторые — нет. Есть государства, которым мы помогали на протяжении многих лет, защищая их от серьёзных внешних угроз, и они оказались не так уж воодушевлены. А уровень воодушевления для меня имеет значение. У нас есть страны, где размещено 45 000 наших солдат — отличных солдат — которые защищают их от опасности.

И мы проделали отличную работу. И вот что мы хотим узнать: у вас есть тральщики? Ну, они отвечают: мы бы предпочли не вмешиваться, сэр. Я сказал: вы хотите сказать, что мы защищаем вас уже сорок лет, а вы не хотите вмешиваться в такую мелочь? Будет сделано очень мало выстрелов, потому что у них осталось мало боеприпасов. Но они сказали, что предпочли бы не вмешиваться. Я просто хочу, чтобы фейковые СМИ и все остальные запомнили, что это было сказано. Потому что когда-нибудь, когда всё изменится, об этом будут вспоминать.

Я всегда был большим критиком всей системы защиты других стран, потому что знаю: мы всё равно будем их защищать. А если когда-нибудь помощь понадобится нам — их рядом не будет. Я давно это знал. Точно так же, как знал, что Ормузский пролив однажды станет оружием. Я предсказал это давным-давно. Я предсказал всё это. Вы были очень щедры, когда говорили о моих предсказаниях. Я всё это предсказал. Я предсказал, что Усама бен Ладен уничтожит Всемирный торговый центр. Я сделал это предсказание за год до того, как это произошло. Я сказал: «Вам лучше его поймать. Это плохой парень». Я однажды посмотрел его интервью и сказал: «Это плохой парень». Лучше бы вы его заполучили. Ровно за год до этого. Я написал об этом в книге. Можете даже проверить — примерно за год до обрушения Всемирного торгового центра. У президента Клинтона был шанс с ним разобраться, но, к сожалению, он им не воспользовался. Я его за это не виню, но он им не воспользовался, и в итоге Всемирный торговый центр был разрушен. Но я и это предсказал. Я предсказал многое.

Мы настоятельно призываем другие страны, экономика которых зависит от пролива, оказать нам неоценимую помощь. Эти люди буквально в этом нуждаются. Девяносто пять процентов их энергии или нефти проходит через этот пролив, и они должны были бы с радостью помогать нам. Это невероятно. У нас такие огромные запасы нефти — сейчас мы вдвое опережаем всех остальных по этому показателю.

Мы бурим, детка, бурим. Мы вдвое впереди любой другой страны и скоро будем втрое впереди. И это без учета Венесуэлы, которая показала себя великолепно. Кстати, отношения с Венесуэлой были фантастическими. Добываются миллионы, буквально миллионы баррелей нефти, и это очень помогает. И это приносит им огромную пользу.

Президент проделала действительно хорошую работу. Мы отлично с ними ладим. Но мы вывезли миллионы баррелей нефти и доставили их в Хьюстон и другие места для переработки на нефтеперерабатывающих заводах. У нас есть заводы, специально предназначенные для этого. И это прекрасные отношения. И это продолжается всё больше и больше. Это огромный источник нефти, и мы очень быстро наращиваем объёмы добычи.

Крупные компании идут туда, и в кратчайшие сроки они достигнут таких результатов, каких им никогда раньше не удавалось достичь. Под этой землёй много нефти. Мы настоятельно призываем другие страны присоединиться к нам, сделать это быстро и с большим энтузиазмом. Я получил это предложение от ряда из них и хотел бы назвать их имена.

Честно говоря, я не знаю, хотят они этого или нет, потому что, возможно, они не хотят быть мишенью. Но я считаю, что неважно, станете вы мишенью или нет, потому что сейчас мы имеем дело с бумажным тигром. Это не был бумажный тигр две недели назад. Это бумажный тигр сейчас.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Президент США Дональд Трамп выступил с большой речью перед прессой. Часть третья.

Многие страны сообщили мне, что они уже в пути. Я бы предпочёл пока не говорить об этом, но позже мы объявим. Марко Рубио и другие, кто этим занимается, тоже объявят. Мы сделаем это. Должен вам сказать, у нас есть несколько действительно воодушевлённых участников. Они уже едут. Они уже начали движение. Знаете, на это нужно немного времени. В некоторых случаях приходится пересекать океан. Поэтому это не так быстро. Но это будет быстро.

И у нас есть несколько организаций, которые работают на местном уровне и уже этим занимаются. Но мы объявим об этом позже. Мы предоставим вам список. Некоторые очень воодушевлены, а некоторые — нет. И я предполагаю, что некоторые этого делать не будут. Думаю, у нас есть одна или две организации, которые не будут этого делать, хотя мы защищали их интересы около 40 лет. Речь идёт о десятках миллиардов долларов, господин спикер. Так что я сообщу вам об этом в Палате представителей и в Сенате.

И я скажу: почему мы защищаем страны, которые не защищают нас? И я всегда считал это слабостью НАТО. Мы собирались их защищать. Но я всегда говорил, что когда им понадобится защита, они нас не защитят. Сейчас как раз такая ситуация. Нужда — это одна из самых важных вещей. Но я скажу, что мы создали лучшую армию в мире, и мы защищаем людей.

И если нам понадобятся их минные тральщики или любое другое оборудование, которое у них может быть в связи с какой-либо ситуацией, они должны немедленно прийти нам на помощь, потому что мы годами помогали им избегать войн.

Мы разговаривали с президентом Франции Макроном о коалиции по возобновлению работы Ормузского пролива. Я с ним разговаривал. Его оценка по шкале от нуля до десяти? Я бы сказал, что он на восьмёрке. Не идеально, но это Франция. Мы не ожидаем идеального результата. Думаю, он поможет. Я вам сообщу. Я разговаривал с ним вчера.

Я не пытаюсь им навязывать, потому что моя позиция такова: нам никто не нужен. Мы — сильнейшая нация в мире. У нас самая сильная армия в мире. Они нам не нужны. Но это интересно. В некоторых случаях я делаю это почти не потому, что они нам нужны, а потому что хочу узнать, как они отреагируют. Ведь я годами говорил, что если они нам когда-нибудь понадобятся, их там не будет. Не все, но некоторых там не будет.

Я был очень удивлён действиями Соединённого Королевства. Потому что две недели назад я спросил у него: «Почему бы вам не прислать несколько кораблей?» А он действительно не хотел этого делать. Я сказал: «Вы не хотите этого делать. Мы с вами. Вы наш старейший союзник. И мы тратим много денег на НАТО и всё это, чтобы защитить вас».

Я имею в виду, мы их защищаем. Мы работаем с ними по Украине. Украина находится за тысячи километров, отделена огромным океаном. Нам не обязательно было это делать, но мы это сделали. Ну, Байден это сделал. Честно говоря, это был случай Байдена. Но мы работали с ними по Украине. Нам не нужно было работать с ними по Украине.

А потом они говорят нам, что у них есть минный корабль, и они не хотят этим заниматься. Я думаю, это ужасно. Нет, я был очень удивлён. Я сказал ему, что мы попросили два авианосца, которые у них есть, а он не очень хотел их отправлять.

А потом, сразу после того как война фактически закончилась, то есть после того как они были уничтожены — по сути уничтожены, хотя ещё не всё закончено — но в целом мы в отличном положении, он сказал: «Я хотел бы отправить авианосцы».

Как я уже сказал, они мне не нужны после того, как война закончится и победа будет одержана. Мне это нужно до войны.

Поэтому я был очень недоволен Великобританией. Думаю, они будут участвовать. Да, возможно. Но они должны участвовать с энтузиазмом. Мы годами защищаем эти страны с помощью НАТО, потому что НАТО — это мы. Можете спросить Путина. Путин боится нас. Он не боится Европы. Он боится Соединённых Штатов Америки и армии, которую я создал за первый срок.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Президент США Дональд Трамп выступил с большой речью перед прессой. Часть четвёртая.

Китай — отличный пример. 91 процент своей нефти он получает через Ормузский пролив, который мы годами защищали. И меня всегда беспокоило, что у нас есть такие страны. Япония получает 95 процентов своей нефти через Ормузский пролив. И меня всегда беспокоило, что мы их защищаем. Они нам не нужны. Они нам не были нужны ещё до того, как мы начали программу «Бури, детка, бури». «Бури, детка, бури» — это политика Трампа, направленная на добычу большого количества нефти.

И мы использовали этот пролив не очень часто. Раньше это было на уровне 10 процентов. Сейчас — почти ноль. Нам не нужна — понимаете, нам не нужна нефть. У нас есть вся нефть, которая нам нужна. Это один из наших главных активов. Мы вдвое, более чем вдвое, превзошли любую другую страну по добыче нефти. Мы более чем вдвое опережаем любую другую страну. Так что нам это не нужно, но мы это делали. Можно сказать, мы делали это по привычке, а это не очень хорошо. Но мы делали это, потому что у нас там есть хорошие союзники. У нас там есть несколько замечательных стран Ближнего Востока, Израиль. Так что мы делали это по многим причинам. Но меня всегда удивляло, что мы это делали, никогда не требовали возмещения, и в действительности это служило другим странам, а не нам.

Правительство в Тегеране хочет заключить сделку. Они разговаривают с нашими людьми. Я не знаю, говорят ли они вам об этом. Может быть, говорят, а может и нет. Не забывайте: это страна, которая годами, как я узнал совсем недавно, строила всё на дезинформации. А теперь они используют дезинформацию плюс ИИ. И это ужасная ситуация. Это ужасная ситуация. Они показали множество вещей, которые якобы происходили за последние две недели, а на самом деле их не было.

Между их несуществующими катерами-камикадзе, между взрывом авианосца — одного из величайших кораблей в мире, — когда они показали «Авраам Линкольн» в огне… Они показали его горящим. Я позвонил генералу и спросил: «Генерал, что с “Авраамом Линкольном”? Похоже, он горит». Он ответил: «Нет, он не горит. В него не было выпущено ни одной пули, сэр». Они знают это лучше. Я сказал, что для меня это был первый опыт столкновения с ИИ и с тем, что они с его помощью сделали. Они показали здания в Тель-Авиве, якобы выгоревшие дотла, горящие высотки. Они показали здания в Катаре. Они показали горящие здания в Саудовской Аравии, но они не горели. По ним не было попаданий. Всё это было сделано с помощью ИИ, на основе ИИ. Ужасно. Это ужасно. И это у них единственное — это их единственное… Я думаю, это единственное, что они делают хорошо.

Они ведут переговоры. И мы всегда общаемся. Знаете, кто-то спросил: «А вы бы стали с ними разговаривать?» А почему бы вообще с ними не разговаривать? Я разговариваю со всеми, потому что иногда из этого получается что-то хорошее. Но я не знаю, готовы ли они уже. Они терпят поражение. Я не знаю, готовы ли они уже. И мы даже не знаем их лидеров. Послушайте, все их лидеры мертвы, насколько нам известно. Все они мертвы.

Мы не знаем, с кем имеем дело. Мы уничтожили первую группу. Затем собралась вторая группа — 88 человек, чтобы выбрать лидера, потому что первая группа была полностью уничтожена. И вторую группу тоже уничтожили. Все они мертвы. Затем собралась третья группа. Думаю, они немного нервничают перед встречей. Не знаю, нервничают ли они. Может быть, и нет. Может, они просто сумасшедшие. Если они не нервничают, значит, они сумасшедшие. Но мы столкнулись уже со следующей группой, и мы не знаем, кто у них лидер. У нас есть люди, которые хотят вести переговоры. Мы понятия не имеем, кто они.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Президент США Дональд Трамп выступил с большой речью перед прессой. Часть пятая.

Что касается нового лидера Ирана… Я имею в виду, многие говорят, что он сильно изуродован. Говорят, что он потерял ногу, одну ногу, и что он очень серьёзно пострадал. Другие говорят, что он мёртв. Никто не говорит, что он на сто процентов здоров. И он не выступал. Понимаете, аятолла обычно сидел бы и извергал ненависть со своего трона. Не такого уж красивого трона — английский трон мне нравится гораздо больше. Но это было шикарное кресло, и он извергал ненависть, сидя в нём. Вы бы часто его видели, правда? А сейчас мы его вообще не видим. Так что это может быть по многим причинам. Мы не знаем жив он или нет. Скажу так: его никто не видел, а это необычно.

Мы должны заставить людей взять свои корабли стоимостью в миллиард долларов и провести их через пролив. Когда какой-нибудь судовладелец привозит своё огромное грузовое судно стоимостью в миллиард долларов и мы говорим ему: «Думаю, теперь всё в порядке, проведите его через Ормузский пролив», — он может сказать: «Позвольте мне немного подождать». Потому что для этого нужны и судовладельцы, и команды. Эти корабли очень дорогие. Их стоимость может достигать двух миллиардов долларов. Поэтому они не хотят рисковать, думая: «Ну, наверное, всё будет в порядке». Им нужно быть уверенными. Мы не знаем, приняли ли они уже какое-то решение. Но сама возможность такого решения уже означает, что люди начинают сомневаться.

Сейчас мы наносим удары по этому району, по этому побережью. Как вы знаете, по одной стороне мы бьём очень активно. И у них может не быть чёткой стратегии. Мы поражаем каждый их минный заградитель. Они называют их минными заградителями, верно? Корабли. Это довольно сложные корабли. Все они уничтожены, но достаточно и одного. Поэтому ситуация немного несправедлива. Вы выигрываете войну, но у них остаётся возможность делать такие вещи. Тем не менее мы наносим им очень сильные удары. Сегодня важный день. Мы атакуем район, который очень тесно связан с проливом, и, думаю, очень скоро начнём действовать ещё активнее. Кроме того, к нам присоединяются другие страны. Нужны наблюдатели и люди, которые будут следить за происходящим. Другие страны уже прибывают.

Соединённым Штатам не следует слишком сильно вмешиваться. В некоторых случаях мы можем это делать, и мы делаем это уже давно. Но я всегда говорил: если посмотреть на прошлое, почему нам не компенсируют расходы? Это самые богатые страны мира. Почему они не компенсируют нам расходы на обеспечение безопасности? Я говорю об этом уже много лет. Можно вернуться назад и посмотреть, что я говорил раньше.

Я думаю, что со временем ситуация быстро наладится. Я думаю, нам окажут хорошую помощь. Но думаю также, что некоторые страны нас разочаруют. И я вам сообщу, какие именно. Мы могли бы просто уйти, и им потребовалось бы десять лет, чтобы восстановить даже малую часть того, что у них было. Но мы хотим закончить это так, чтобы следующему президенту не пришлось возвращаться к той же проблеме. Послушайте, за 47 лет ни один президент не хотел делать то, что делаю я, хотя это следовало сделать давным-давно. Это было бы намного проще. Каждый президент это знал. Я разговаривал с одним бывшим президентом, который мне, кстати, нравится. Он сказал: «Жаль, что я этого не сделал. Очень жаль». Но они этого не сделали. А я делаю. Я не скажу вам, кто это был, потому что не хочу его смущать — это плохо скажется на его карьере, хотя карьеры у него уже, по сути, нет.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Президент США Дональд Трамп выступил с большой речью перед прессой. Часть шестая (финал).

Самая большая проблема заключается в том, что иранцы выпустили предупреждение. И мы получили это предупреждение. В нём говорилось, что любой протестующий, который выйдет на улицу, будет немедленно застрелен. Это намного жёстче, чем принято по-американски. У протестующих нет оружия. У другой стороны есть оружие — пулемёты, АК-47 и другие виды оружия. И они так поступали даже с женщинами.

Год назад на протестах было от 250 тысяч до 500 тысяч женщин. И по ним стреляли из снайперских винтовок прямо в лоб. Им даже не пришлось стрелять много. Десять человек падают, истекая кровью, и этого достаточно. От 250 до 500 тысяч женщин разбегаются, потому что они могут быть храбрыми, но они не глупые. У них нет оружия. А снайперы находятся в зданиях специально для этого. Женщина падает, кровь течёт из головы, это мгновенно распространяется по толпе — и толпа расходится.

Никто другой не делал этого в такой степени, как эти люди, применяющие насилие. Две недели назад они убили, по меньшей мере, 32 тысячи человек. И два дня назад они снова выпустили предупреждение: если вы протестуете, вас застрелят. Поэтому я не знаю. Я бы сказал, что Майк Джонсон — единственный человек, которого я знаю, у которого хватило бы смелости выйти на улицу в такой атмосфере. Но я в этом сомневаюсь.

Премьер-министр Соединённого Королевства вчера сказал мне: «Я встречусь со своей командой, чтобы принять решение». Я ответил: «Вам не нужно встречаться с командой. Вы премьер-министр. Вы можете принять решение сами. Зачем встречаться с командой, чтобы решить, отправлять ли тральщики или корабли?» Я сказал ему: вам не нужна команда для такого решения.

Когда всё это закончится, цены на нефть упадут очень быстро. То же самое произойдёт с инфляцией и со многими другими вещами. Но гораздо важнее любых краткосрочных или долгосрочных цен на нефть то, что нельзя позволить самой жестокой и безжалостной стране за последние 50 лет обладать ядерным оружием.

Если бы это произошло, Ближний Восток исчез бы. Израиль исчез бы первым. И они ударили бы по нам, прежде чем мы успели бы остановить их. Нельзя позволить Ирану — стране, обладающей огромной властью и способной внушать страх, — получить такое оружие. Посмотрите, что произошло за последние две недели. Они не должны были атаковать другие страны Ближнего Востока. Но именно туда были направлены их ракеты.

Они попали в Катар, Саудовскую Аравию, ОАЭ, Бахрейн, Кувейт. Никто этого не ожидал. Мы были в шоке. Если бы нас там не было, у них была бы огромная сила. У них были тысячи ракет, большую часть которых мы уничтожили. У них были тысячи беспилотников. Они производили беспилотники и ракеты повсюду. Мы вывели из строя большую часть этих заводов. Сейчас они производят две-три ракеты. Конечно, у них ещё осталось некоторое количество. Может быть, около восьми процентов. Но в основном всё уничтожено — нашими действиями и действиями Израиля.

Я знаю, что «Хезболла» — проблема. Это давняя проблема. Она связана с определённым районом. Недавно я говорил с человеком, чьи родители живут в Ливане. Очень влиятельный и богатый человек. Я спросил: «Правда? Ваши родители живут в Ливане?» Он сказал: «Да, они там живут и за эти годы привыкли к бомбардировкам».

Но мне объяснили, что это другой район Ливана — район, где действует «Хезболла». Возможно, они привыкли к этому. Не знаю. Люди живут на Украине — казалось бы, они не должны жить на Украине, но они там живут. Люди живут в Ливане. «Хезболла» — большая проблема, но её быстро ликвидируют.

Большое спасибо всем.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Германия не будет участвовать в возможной военной миссии по обеспечению судоходства в Ормузском проливе. С таким заявлением выступил канцлер ФРГ Фридрих Мерц.

Во-первых, регион не должен скатиться в состояние перманентной войны с неясными целями. Дальнейшая эскалация боевых действий создаёт серьёзные риски для наших партнёров на Ближнем Востоке и во всём регионе Персидского залива.

То же самое относится и к возможному краху государственного порядка в Иране, к угрозе его территориальной целостности, государственности и экономической стабильности. Поэтому эту войну необходимо как можно скорее завершить — при наличии чёткого плана и стратегии. Я хотел бы напомнить, что в первый день войны президент Макрон, премьер-министр Стармер и я заявили: так же как и Соединённые Штаты и Израиль, мы стремимся к прекращению иранской ядерной и ракетной программы. Но мы не участвуем в этой войне. Мы говорили об этом с самого начала. Федеральное правительство по-прежнему придерживается этой позиции.

Однако это также означает, что пока продолжается война, мы не будем участвовать в обеспечении свободы судоходства в Ормузском проливе военными средствами. До сих пор нам неизвестна ни одна концепция того, как подобная операция могла бы вообще увенчаться успехом. Кроме того, как вам всем известно, нам также не хватает необходимого мандата Организации Объединённых Наций, который требуется в соответствии с Основным законом Германии.

Ни государства Европейского союза, ни сам Европейский союз, ни НАТО не принимали решения об участии в этой войне. На каждом этапе было ясно: эта война не является делом НАТО. Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте уже подчёркивал это. Я полностью поддерживаю такую позицию. Соединённые Штаты и Израиль также не консультировались с нами перед началом этой войны. Никогда не было совместного решения по Ирану. Поэтому вопрос о том, какой военный вклад Германия могла бы внести в эту войну, не стоит — мы этого делать не будем.

Во-вторых, это не означает, что мы бездействуем. Напротив. Две недели назад президент Трамп потребовал, чтобы в рамках распределения нагрузки сохранялось немецкое присутствие на восточном и северном флангах НАТО. Мы это делаем. Мы делаем это с полной убеждённостью и наращиваем своё присутствие. Я также подчеркнул это во время моего визита в Норвегию в прошлую пятницу, где 1600 немецких солдат в настоящее время участвуют в учениях НАТО «Cold Response» на крайнем севере.

Это также отражает стратегическое понимание того, что войны в Иране и на Украине взаимосвязаны. Россия, разумеется, очень внимательно следит за развитием событий вокруг Ирана. Москва воспользуется любой возможностью, чтобы проверить НАТО на прочность и ослабить Украину.

Именно поэтому, на наш взгляд, Вашингтон допустил ошибку, ослабив ограничительные меры в отношении продажи российской нефти. Мы не пойдём по этому пути. Мы будем и дальше усиливать санкционное давление со стороны европейских стран на Россию. Более того, цены на энергоносители невозможно устойчиво снизить за счёт подобных уступок Москве. Это посылает Украине вредный и совершенно неверный сигнал и одновременно ставит под угрозу безопасность Европы.

НАТО здесь вообще не участвует. Я в начале высказал свою позицию по поводу этой войны, и с тех пор ничего не изменилось. Я указывал на риски с самого первого дня, а риски этой войны велики — очень велики. Поэтому здесь не будет военного решения, здесь возможно только политическое решение.

Повторю: НАТО — это оборонительный союз, а не союз для интервенций. Поэтому я надеюсь, что внутри альянса мы будем относиться друг к другу с необходимым уважением.

Мы разделяем цель, заключающуюся в том, что этот иранский режим должен уйти. Его должно сменить демократически легитимное правительство. Но попытка добиться этого с помощью бомбардировок, скорее всего, потерпит неудачу, если исходить из всего опыта, накопленного нами за предыдущие годы и десятилетия.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Главы МИД ЕС отказались отправить в Ормузский пролив свои военные корабли, в том числе находящиеся в Красном море в рамках европейской военно-морской миссии. Об этом заявила глава дипслужбы ЕС Кая Каллас на пресс-конференции по итогам встречи министров иностранных дел Евросоюза.

Часть первая.

Москва выиграет от роста цен на энергоносители и от переброски систем ПВО с Украины на Ближний Восток.

Министры ясно дали понять, что Украина остаётся главным приоритетом в сфере безопасности в Европе, и внимание к Украине не должно ослабевать. Те же самые беспилотники, которые наносят удары по Киеву, наносят удары и по странам Персидского залива, поэтому, поскольку Украина располагает лучшей системой защиты от беспилотников, мы также кратко обсудили, как можно увязать эти направления — потребности стран Персидского залива, а также потребности Украины, её оборонного сектора и оборонной промышленности.

Россия продолжает переносить войну на соседние страны. Российские удары по украинской гидроэлектростанции угрожают загрязнением водоснабжения Молдовы. Мы оказываем Молдове поддержку, предоставляя оборудование и спутниковые снимки.

После решения США ослабить санкции в отношении российской нефти Европа сохранит санкции и продолжит отказываться от российского ископаемого топлива. Если мы хотим положить конец этой войне, у Москвы должно быть меньше денег на войну, а не больше. Усиление давления на теневой флот России — один из лучших инструментов, которыми мы располагаем. Я высоко оцениваю действия Франции, Бельгии, а также Швеции по задержанию и аресту танкеров, действовавших под ложными флагами.

Пришло время дать отпор теневому флоту России. Со стороны ЕС принятие 20-го пакета санкций давно назрело. Мы обсудили, как продвинуть этот процесс. То же самое касается кредита в размере 90 миллиардов. Те, кто способствует этой войне, тоже должны за это платить.

Государства-члены продлили санкции в отношении более чем 2600 физических лиц, и сегодня министры также приняли соответствующие решения. Мы утвердили новые санкции против тех, кто стремится дестабилизировать Европейский союз. Мы также включили в санкционные списки новые структуры в Китае и Иране, ответственные за кибератаки.

Затем у нас состоялась дискуссия и обмен мнениями с министром иностранных дел Индии. Это было очень своевременно, поскольку Индия также сильно затронута войной на Ближнем Востоке. Мы обсудили более широкие вопросы, мировой порядок, а также то, что ещё мы можем сделать для поддержания мирового порядка, основанного на определённых правилах. И также — вопросы свободы судоходства и того, как сохранить Ормузский пролив открытым.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE