Большое вам спасибо. Это важный день, и за ним наблюдает множество людей, особенно из других стран — лидеры, как вы знаете, потому что у нас большая группа лидеров. Те, кто не присутствует здесь лично, смотрят трансляцию по Zoom. Надеюсь, им это понравится. И пресса — мы очень ценим ваше уважение. Вы проявили большое уважение к тому, что мы делаем.

То, что мы делаем, очень просто. Мир. Это называется Совет мира, и всё сводится к одному простому слову, которое легко произнести, но трудно воплотить в жизнь. Мир. Но мы его добьёмся. Мы проделали действительно хорошую работу. И некоторые из этих лидеров, которые сегодня с нами, очень помогли мне в течение первого года. У нас был первый год, вероятно, не похожий ни на один другой в истории нашей страны, потому что мы урегулировали восемь войн, и, думаю, девятая ещё впереди.

Оказалось, что это сложнее, чем я думал. Я полагал, что это будет проще всего. Но на войне никогда не знаешь, что окажется лёгким, а что нет. Тем не менее у нас сложились прекрасные отношения, и я подружился со многими людьми. Я благодарен вам за то, что вы здесь. Это замечательные люди. Это замечательные лидеры. И те, кто наблюдает за происходящим по закрытым и открытым каналам связи, во многих случаях так гордятся этим, что хотели бы, чтобы всё это было открыто.

Они стали для меня невероятными друзьями. И, знаете, мы построили нашу страну за мой первый срок, и теперь достигли уровня, которого Соединённые Штаты никогда прежде не видели. Мы преодолели отметку в 50 000 пунктов по индексу Доу-Джонса. Говорили, что на это потребуется четыре года. Мы преодолели отметку в 7 000 пунктов по индексу S&P. Говорили, что это невозможно сделать за четыре года, что это нереально. Когда я пришёл к власти, все говорили, что если бы он смог приблизиться к 40–45 тысячам, это было бы невероятным достижением за четыре года.

Но мы достигли 50 000 уже в первый год, а затем и 7 000 — что, по словам гениев с Уолл-стрит, оказалось ещё сложнее. Мы достигли 7 000 в первый год. Они говорили, что на это может уйти четыре или пять лет, и были бы очень довольны таким результатом. Это сочли бы отличной работой. Мы сделали это за один год. Но мы и в целом отлично работаем. Мир на границе — я считаю, это одна из самых важных и значимых задач, в которых я буду участвовать.

Мы активно этим занимались. И, честно говоря, я много работал с людьми здесь, наверху. Мы вместе трудились над прекращением войн в их странах. Некоторые из этих войн длились 32 года — 32, 34 и 37 лет. Это очень долго. И мы завершали каждую из них примерно за два дня.

Но у нас есть и другая работа, и мы её выполняем. Ситуация в Газе очень сложная. Это было впечатляюще. Я хочу поблагодарить Стива и Джареда за их невероятную работу. Марко следит за происходящим. Все работают просто замечательно. И Джей Ди — какая работа! Все выполняют свои обязанности. Это команда. Я думаю, это лучшая команда из когда-либо собранных. И это видно по результатам. Поэтому для меня сегодня огромная честь приветствовать всех вас в Институте мира США на первом заседании Совета мира.

Это очень важно. Я считаю, что это самый влиятельный совет. Безусловно, с точки зрения власти и престижа, ничего подобного раньше не было, потому что здесь собраны величайшие мировые лидеры. Почти всех приняли, а тех, кого ещё не приняли, примут. Некоторые немного хитрят.

Но это не работает. Со мной не поиграешь в хитрые игры. Они пытаются немного играть, но все они — все — присоединяются. Большинство — очень быстро. Есть несколько человек, которые нам действительно не нужны, потому что они создают проблемы. Разберитесь с ними. Но это самый престижный совет директоров, когда-либо созданный. Я видел несколько великолепных корпоративных советов директоров. Вообще видел несколько великолепных советов.

Но всё это — пустяки по сравнению с этим уровнем, потому что практически каждый из нас возглавляет страну, за исключением Джонни. Но он глава футбола, так что это тоже неплохо. Правда, Джонни? Мне кажется, твоя работа нравится больше всего. И, кстати, твой чемпионат мира по футболу побил все рекорды по продаже билетов в истории футбола — никто никогда ничего подобного не видел. Продажа билетов практически завершена.

Никто никогда ничего подобного не видел. Говорили: «Поздравляю, вы приняли правильное решение. Мы сделали это вместе. Спасибо, Джонни. Отличный парень». Поэтому я хочу поблагодарить многих лидеров и высокопоставленных лиц, которые проделали долгий путь ради этой важной встречи, на которой мы сейчас находимся. Это здание было построено ради мира, и никто не знал, как его назвать. А потом Марко назвал его в мою честь. Я к этому не имею никакого отношения.

Клянусь, я не знал. Клянусь. Я понятия не имел. Они сказали, что будет сюрприз. Я не знал, что это за сюрприз. Я думал, они собираются дать мне кучу денег или что-то в этом роде, может быть, наличными. Дополнительные деньги всегда пригодятся. Но я приехал, они остановили эту прекрасную машину. Я, к счастью, благополучно вышел, посмотрел вверх — и на здании было написано: «Дональд Дж. Трамп». И когда я говорю, что это не имело ко мне никакого отношения, никто мне не верит, и это нормально.

Но мне это понравилось. Это сделали Марко и Джей Ди, и группа людей собралась вместе и осуществила это. Мне это показалось очень приятным. И это заставляет меня работать усерднее. Нам придётся работать ещё усерднее. Нам придётся сделать это здание гораздо более значимым. Они его построили. Оно совершенно новое. Его построили ради мира, но в нём никто не находился. Никто не знал, для чего оно нужно. Но архитектура здесь такая красивая — и конференц-залы, и приёмные.

Это просто невероятно. Кто бы мог подумать, что его построили, не имея в виду никого и ничего конкретного? А потом его забрал Госдепартамент. Им оно понравилось. Однажды приехал Марко, увидел его и сказал: «Это великолепное здание». И он даже заявил на него права. Верно? Он заявил права. И это то, что он обычно делает. Где Марко? Я спросил: «Марко, это правда? Ты забрал это здание? Ты отобрал его у примерно пяти групп, которые хотели его получить?»

Мы работали вместе, чтобы обеспечить светлое будущее для жителей Газы, Ближнего Востока и всего мира. Я думаю, что Совет мира — поскольку в его состав входят в основном лидеры и чрезвычайно уважаемые люди, прежде всего лидеры стран Ближнего Востока, а также стран со всего мира, — имеет большое значение.

Они были очень щедры в финансовом отношении. И Соединённые Штаты, о которых я скажу чуть позже, тоже проявляют большую щедрость, потому что нет ничего важнее мира. И нет ничего дешевле мира. Когда вы вступаете в войну, это обходится вам в сто раз дороже, чем установление мира. В конце у нас есть человек, который улыбается, потому что вы поняли это после 30 лет войны, верно? Тридцать лет войны — и мы добились результата.

Хочу выразить вам огромную благодарность. Вы проделали великолепную работу. Вы и ваш новый друг. Они пришли ко мне в офис и сказали: «Я борюсь уже 22 года. А вы — уже 23 года, верно?» Но я борюсь уже 22 года. Всё, что я делал, — это сражался с этим джентльменом. А его соперник был там семь лет.

Он сказал: «Я там уже семь лет. Всё, что я делал, — это боролся с этим джентльменом». И мы всё уладили примерно за 24 часа, верно? И это был хороший шаг. Думаю, они подружились. Не уверен, что мне можно это говорить, но мне так кажется. Думаю, они подружились, верно? Верно? Верно? Вставайте. Вставайте. Это тоже два крепких человека. Вы думаете, это было легко?

Нет, это было непросто. Это два крепких человека. Хорошие люди, но крепкие. Мы были в Овальном кабинете и постепенно приближались к соглашению. Но один стоял в одной части комнаты. У меня два стула прямо перед столом — этим красивым, внушительным столом. Один здесь, другой — в другой части комнаты. Я сказал: «Ребята, вы могли бы подойти чуть ближе?» Им было очень неловко. Они убивали друг друга уже 32 года.

Я сказал: «Можете подойти поближе?» Через час они уже стояли рядом. Мы заключили сделку. Они обнялись, подписали соглашение, и у нас наступил мир между двумя очень важными странами. Я никогда этого не забуду. Они начали немного сдержанно, а закончили очень уверенно. И вы можете гордиться собой. Это было прекрасное зрелище. Спасибо. Посмотрите на это. Можете поверить?

Тридцать два года. Спасибо. Большое спасибо. Спасибо. Для нас большая честь, что сегодня с нами премьер-министр Албании Рама. Президент… а где президент Миллей? Вот ещё один вопрос. Где президент Миллей? Я поддержал его кандидатуру.

Я не должен поддерживать отдельных людей, но когда мне нравятся люди — а у меня очень хорошая репутация в плане поддержки кандидатов в Соединённых Штатах, — я поддерживаю и иностранных лидеров, в том числе Виктора Орбана, который здесь, и других. Я поддержал этого джентльмена, Миллея. Он немного отставал в опросах. В итоге он одержал убедительную победу. Я также недавно поддержал премьер-министра Японии.

Она участвовала в напряжённой гонке, но, вероятно, собиралась победить — и победила с самым большим количеством голосов в истории Японии. Так что я ей очень нравлюсь. Для меня это было честью. И у тебя всё хорошо. Смотрите, они сидят прямо рядом с Виктором. В конечном итоге, пока это работает, меня это устраивает. Поддержка, похоже, работает и в зарубежных странах, и это хорошо. Приятно видеть вас обоих. Виктор, приятно видеть вас обоих.

Я очень горжусь тобой. Премьер-министр — ещё один действительно замечательный человек, Пашинян из Армении. Президент Алиев из Азербайджана. Теперь мне нравится произносить это имя. Сначала мне было трудно его произносить. Теперь мне нравится. Это прекрасное имя. Мне оно очень нравится. Его Величество король Бахрейна Хамад бин Иса аль-Халифа.

Бахрейн. Спасибо. Спасибо. Где вы? Где вы? Он настолько богат, что может сидеть где угодно. Может сидеть в углу, может сидеть наверху. Марко, он может взять себе часть этого здания. Он купит 25 процентов примерно за 6 миллиардов. Спасибо. И вы тоже были очень щедры. Мы это ценим.

Премьер-министр Камбоджи Хун Манет. Поднимите руку, где бы вы ни находились. Как дела? Поздравляю. Это был ещё один случай, верно? Мы хорошо с этим справились. Премьер-министр Египта Мод Берли. Большое спасибо. И передайте привет генералу и президенту.

Премьер-министр Венгрии Орбан, которого я полностью и безоговорочно поддерживаю на выборах. Не всем в Европе нравится такая поддержка — это нормально. Он делает невероятную работу. Он проделал потрясающую работу в сфере иммиграции, в отличие от некоторых стран, которые сами себе навредили, хотя теперь работают над исправлением ситуации. Я хочу, чтобы вы знали: я полностью и безоговорочно поддерживаю вас и уже это продемонстрировал.

Я уже говорил об этом, но повторю. У вас скоро выборы, и я думаю, у вас всё будет хорошо. Миллей показал себя неплохо. Он немного сбавил обороты, верно? А потом в итоге одержал убедительную победу. Так что это очень хорошо. У вас всё получится, Виктор. Спасибо, что вы здесь. Я это ценю. Вы управляете великой страной. Это человек, который мне очень нравится. Он определённо жёсткий. Я не хотел бы с ним драться.

Президент Индонезии Прабово. Большое спасибо. Это очень важный человек. Я спросил: «Сколько человек в Индонезии?» Он ответил: «Примерно 240 миллионов». Я сказал: «Нет, повторите ещё раз. Сколько?» У вас огромная страна. Вы отлично справляетесь со своей работой, и вас все уважают. Большое спасибо, господин президент. Президент Казахстана Токаев, большое спасибо. Какая это страна — замечательная и богатая, если у кого-то есть сомнения. Сегодня здесь присутствуют очень богатые люди.

Президент Косово Османи. Большое спасибо. Вы тоже отлично справляетесь. Спасибо. Премьер-министр Шариф. Мне нравится этот пакистанец, потому что, когда я с ним познакомился, там шли бои, и ваш фельдмаршал, генерал — великий генерал, великий фельдмаршал, замечательный человек.

Мне довелось встретиться с премьер-министром. И он сказал в присутствии нашего главы администрации Сьюзи Уэллс, которая здесь находится, что, хотя об этом никто не говорит, он считает, что президент Трамп спас 25 миллионов жизней, когда остановил войну между ними и Индией.

Верно? Вы сделали это заявление. Я сказал: 25 миллионов жизней. На самом деле могло быть гораздо больше. Но это было действительно важно. Вы сказали это перед группой людей. Они об этом не задумываются, но вы говорите именно о таких жизнях. Война бушевала. Самолёты сбивали, верно? Это были Пакистан и Индия.

Я поговорил по телефону с обоими. Премьер-министра Моди я знал очень хорошо. С Пакистаном я познакомился через торговлю. Они пытались заключить слишком выгодную для себя сделку, и меня это немного раздражало. Но в итоге они получили то, что хотели, верно? И они заключили хорошую сделку. И они мне понравились. Премьер-министр, фельдмаршал — жёсткий человек, сильный боец, верно? Серьёзный, сильный боец. Мне нравятся такие бойцы.

Когда я услышал, что они воюют, я взял одну газету — не скажу какую, потому что это, как правило, фейковые новости. Я прочитал, что Пакистан и Индия действительно яростно сражаются. Ситуация становилась всё хуже. Появились самолёты. Многие самолёты были сбиты. Всё вышло из-под контроля. Я позвонил им и сказал: «Слушайте, я не буду заключать с вами торговые сделки, если вы не уладите этот вопрос».

Они сказали: «Нет, нет, нет». Они не хотели этого делать. Я сказал: «Нет, это необходимо. Если вы этого не сделаете, я не буду заключать торговую сделку. Мы не будем заключать торговую сделку». Они ведут большой бизнес с Соединёнными Штатами. И вдруг они смягчили свою позицию. Я прочитал, что сначала одна сторона немного отступила, потом другая. И в итоге мы заключили соглашение, верно?

Но я сказал: «Если вы будете воевать, я введу 200-процентные пошлины в отношении каждой из ваших стран, что фактически лишит вас возможности вести бизнес». Один из них — не скажу кто — ответил: «Нет, так нельзя». Они оба хотели воевать. Но когда речь зашла о деньгах, ничто не подействовало сильнее. Когда стало ясно, какими будут финансовые потери, они сказали: «Пожалуй, мы не хотим воевать».

Мы заключили эту сделку за два-три дня. И сделали это. Мы сказали: это две очень могущественные державы, две ядерные державы. Я не хочу говорить, что могло бы произойти, но вы знаете, случаются плохие вещи. Поэтому, господин премьер-министр, я хочу поблагодарить вас, потому что это было очень важное событие. Люди не понимают масштаба. Многие говорят: «Ну, они же не воевали». Они воевали. Было сбито одиннадцать самолётов. Очень дорогих самолётов. Обе стороны были полностью вовлечены. Теперь этого нет. И я думаю, мы всегда сможем с ними договориться. Я действительно так считаю. Был достигнут большой прогресс даже в отношениях. И премьер-министр Моди тоже — великий человек. Все они великие. Но я очень гордился этим.

Здесь присутствует президент Парагвая Пенья. Господин президент, большое спасибо. Молодой, красивый парень. Всегда приятно быть молодым и красивым. Это не значит, что вы нам должны нравиться. Молодые красивые мужчины меня не интересуют. Женщины — да. Мужчины — нет. Хорошо. Спасибо. Вы тоже отлично справляетесь. Его Превосходительство, премьер-министр Катара Аль Тани — замечательный человек.

Это великий и очень уважаемый лидер. Он работает с потрясающим человеком. Я всегда говорю, что вам нужно агентство по связям с общественностью, потому что вы делаете так много хорошего, а вас считают злодеем. Но вы не злодей. Вы нам очень помогаете. Вы хороший союзник. Я хочу, чтобы люди это знали. А эмир — невероятный, умный, великий лидер. Он заботится о людях и о Ближнем Востоке. Хочу выразить вам благодарность и передать привет вашей стране. Это оказало огромную помощь. Для некоторых это стало неожиданностью, но теперь они начнут менять своё мнение, потому что это правда. Я говорю только правду.

Премьер-министр Румынии Дон. Замечательные люди. Румынский народ — фантастический, как и вы. Многие приезжают работать в Соединённые Штаты и помогают нам. Это очень надёжные люди. Президент Узбекистана Мирзиёев — где он? Вот он. Мой друг. У него одно из самых сложных имён в истории, но это не имеет значения. Ваша страна процветает. Вы процветаете. Каждый раз, когда я его вижу, он говорит: у нас всё хорошо, никаких проблем.

Генеральный секретарь Вьетнама То Лам. Вьетнам — невероятная страна и серьёзная сила. Для меня большая честь принимать вас. С большим уважением отношусь к вашей стране. Также хочу поблагодарить вице-президента Джей Ди Вэнса — замечательного человека. Он невероятно талантлив. Он был отличным студентом. Окончил колледж за два года, хотя программа была рассчитана на четыре с половиной. Затем поступил в Йель и окончил его с отличием, прошёл военную службу.

Когда он учился в Йеле, там была девушка, которая была немного лучше него, и он на ней женился. Можете себе представить? Он женился на той, кто была впереди. Я люблю говорить, что Джей Ди был первым, а Уша — второй, хотя мне немного неловко это произносить. Он блестящий человек, мой друг. У нас фантастическая команда. Члены кабинета — многие из них здесь. Джей Ди был великолепен. Спасибо.

Иногда он бывает жёстким, и нам приходится его немного сдерживать. Он говорит, что он мой человек. А с другой стороны — Марко, твой лучший друг, сидит сзади. Марко действует очень ловко, но результат тот же. Они делают это по-разному, но это настоящая победа. Марко, ты действительно показал себя с лучшей стороны два дня назад в Мюнхене.

Честно говоря, я так гордился им, что едва не уволил его, потому что они говорили: «Почему Трамп не может так?» Я могу, просто выражаю это иначе. Но, Марко, не делай это лучше, чем уже сделал, потому что если сделаешь — тебя уволят. Шучу. Он добился большого успеха. Я хочу, чтобы мои люди добивались больших результатов. И признание, которое он получил, и признание, которое получил Джей Ди, — они заслужены.

Отличный специалист. У нас умные люди. А вот некоторые, например Гэвин Ньюсом, не понимали, что делают. Они даже не понимали, зачем он там находится. Или AOC — она не смогла ответить на простой вопрос. Могла бы сказать: «Я изучу это и отчитаюсь перед вами на следующей неделе». С таким подходом можно было бы выйти из ситуации. Но она просто сказала: «Э-э… это действительно важно». Я думаю, это может стать проблемой на долгие годы, потому что любой соперник будет использовать этот эпизод. Это было нехорошо. Это выглядело неестественно.

Я хочу поблагодарить Джей Ди, государственного секретаря Марко Рубио. Это выдающиеся люди. Хочу поблагодарить специального посланника по вопросам мира Стива Уиткоффа. Он был невероятен. Я взял Стива, потому что он был девелопером в Нью-Йорке. Очень успешным. Я увидел в нём кое-что. Он отличный переговорщик. Его все любили. А нью-йоркские девелоперы — жёсткие люди. Часто ненавидят друг друга. Это, наверное, естественно. Но все любили Стива — даже самые сложные и жёсткие люди.

Я помню, у нас были серьёзные конфликты в мире, и я сказал: «Стив, как ты смотришь на то, чтобы стать Генри Киссинджером-младшим, только без утечек?» Он даже не знал, что значит это слово. Я всегда рассказываю историю о том, как Ричард Никсон спросил Генри Киссинджера: «Генри, кто всё это сливает?» — «Не знаю, господин президент». А сливал сам Генри. Но Стив был невероятен. Его любят Украина, Европа, Россия. В этом нет ничего плохого.

Он поехал к президенту Путину. До этого они не были знакомы. Я организовал встречу. Я спрашивал: «Как дела у Стива?» — «Сэр, он всё ещё внутри». — «Прошёл час». Потом: «Передайте Стиву, чтобы позвонил мне, когда закончит. Я хочу знать, что происходит. Мы хотим положить конец этой войне». — «Сэр, он всё ещё внутри». Прошло три часа. Четыре часа. Они были вместе четыре часа на первой встрече. Это талант. Они нашли общий язык.

То же самое и с Зеленским. Людям может нравиться или не нравиться Путин или Зеленский, но Стив ладит с обоими. Это сложный вопрос — гораздо сложнее, чем я думал. Я думал, что некоторые из конфликтов, которые мы урегулировали, будут сложнее, а это окажется легче, потому что у меня хорошие отношения с президентом Путиным и президентом Си.

В апреле я собираюсь в Китай. Это будет масштабная поездка. В прошлый раз, когда я был в Китае, президент Си принял меня великолепно. Он устроил невероятное представление. Я никогда не видел столько солдат одинакового роста — с разницей в четверть дюйма. Когда у вас 1,4 миллиарда человек, можно подобрать нужный рост. Их форма была выверена до долей дюйма. Я сказал, что если опустить им шлемы, можно играть в бильярд прямо на их головах. Это было впечатляюще. Я сказал: «Вы должны это превзойти». Он ответил: «Мы превзойдём. У нас будет ещё больше людей».

Стив проделал отличную работу. Позже мы привлекли Джареда. Он отвечал за Авраамские соглашения — это было невероятно. Никто другой не смог бы этого сделать. Очень умный человек. Мы назначили его посланником мира. Оба они — посланники мира. И, честно говоря, я слежу за ними и могу сказать: с точки зрения интеллекта у нас всё в порядке.

Они заходят в комнату, и людям они нравятся. Они хорошие люди, и их уважают. У них были важные встречи. Сейчас в центре внимания Иран. Они встречаются, у них хорошие отношения с представителями Ирана. Ведутся серьёзные переговоры. За годы стало понятно, что заключить значимую сделку с Ираном непросто. Но мы должны заключить значимую сделку. Иначе произойдут неприятные вещи. У них хорошие отношения и с иранской стороной, и с другой стороной, над которой они сейчас работают.

Например, Косово и Сербия. Я уже об этом говорил. Если кто-то из вас здесь — Косово, Сербия — встаньте на секунду. Встаньте.

Какая работа. Большое спасибо. Мы это ценим. У вас всё хорошо. А если что-то пойдёт не так — позвоните мне, и мы всё решим. Мы всё уладим. Большое спасибо.

И ещё — Пакистан и Индия. Это был важный вопрос. Пожалуйста, встаньте на секунду. Пакистан и Индия, спасибо. Я поговорил с премьер-министром Моди. Он в восторге. Он смотрит нас прямо сейчас.

Египет и Эфиопия. Мы собираемся это решить. Там построили плотину — «небольшую», как говорят, но, возможно, самую большую в мире. Построенную и профинансированную, разумеется, Соединёнными Штатами. И есть определённые проблемы с подачей воды в Нил. Ситуация сложная, но мы её решим. Мы говорили об Армении и Азербайджане. Ещё раз спасибо. Отличная работа.

Камбоджа и Таиланд. Невероятно, что вы собрались вместе и всё получилось. Они смотрят нас по закрытой трансляции. Спасибо. Это был серьёзный конфликт. Очень жёсткие бойцы.

Конго и Руанда. Сейчас там относительно спокойно. Время от времени случаются вспышки. Мне звонят примерно раз в неделю: «Сэр, в Конго снова вспышка». Мы это уладим. Верно, Сьюзи? Мы это уладим.

И Израиль — во многих смыслах, если говорить честно, Израиль. Но Израиль и Иран. Посмотрим, к чему это приведёт. Что касается Израиля, мы сделали самое главное. Сейчас на Ближнем Востоке мир — важнее того, что ранее считалось невозможным. Три тысячи лет говорили, что мира там быть не может. А теперь посмотрите, что произошло в Газе.

Одним из ключевых факторов стало то, что мы задействовали эти великолепные бомбардировщики — мы только что заказали ещё 22 обновлённой модели. B-2 — невероятный самолёт. Я смотрел на него и думал: это же просто крыло. Он прекрасен. Но он несёт очень большие бомбы. Он вошёл в Иран и полностью уничтожил ядерный потенциал. И когда это произошло, на Ближнем Востоке воцарился мир, потому что исчезла угроза.

Если бы этого не сделали, угроза бы осталась. Такие страны, как Саудовская Аравия, Катар и другие, не смогли бы подписать соглашения. Мира бы не было. Возможно, нам придётся сделать следующий шаг, а возможно, мы заключим сделку. Вы узнаете об этом в течение ближайших примерно десяти дней.

Сегодняшняя встреча доказывает: при решительном руководстве нет ничего невозможного. Когда я вступил в должность, в Газе шла война, тысячи людей погибли, конца не было видно. Сегодня к соглашению по Газе присоединились 59 стран. Подумайте об этом. Многие из присутствующих здесь сыграли в этом роль.

Война в Газе закончилась. Остались лишь небольшие очаги напряжённости. ХАМАС, как я понимаю, собирается сложить оружие, как и обещал. Если нет — их ждёт очень жёсткий бой. Они этого не хотят. Говорили, что они не боятся смерти. Это неправда. Люди не хотят умирать.

Перемирие было соблюдено. Все оставшиеся заложники — живые и мёртвые — возвращены домой. Мы освободили сотни людей. Но последние 20 были самыми тяжёлыми. Я всегда говорил Стиву и Джареду: последние 20 будут очень сложными. И мы их вернули. Мы вернули живых. Из погибших оставалось около 16. Мы сказали: «Вы должны вернуть всех. Вы обещали». И они искали. Это тяжёлая, жестокая работа. ХАМАС проделал значительную часть этой работы. Последнего привезли неделю назад. Мы вернули всех 28 — живых и мёртвых.

Самое поразительное — родители погибших знали, что их сын мёртв. Но они хотели вернуть его тело так же сильно, как если бы он был жив. Когда они получили его обратно, это принесло огромную печаль и одновременно огромное облегчение. Они хотели этого так же сильно, как и те, кто вернул своих сыновей живыми.

Мы вернули многих и до этих последних 20 — сотни людей. Вы проделали фантастическую работу. Я благодарю каждую страну, которая помогла добиться этого прорыва, спасти бесчисленные жизни и действительно принести мир. Многие говорили, что мир на Ближнем Востоке невозможен. Оказалось — возможен.

Нам предстоит работа с Ираном. У них не может быть ядерного оружия. Это просто. Не может быть мира на Ближнем Востоке, если у них есть ядерное оружие. Им это очень ясно дали понять.

С октября прошлого года Соединённые Штаты и наши партнёры обеспечили доставку гуманитарной помощи в масштабах, которых раньше никто не видел. В ноябре Совет Безопасности ООН единогласно утвердил Совет мира. В прошлом месяце в Давосе мы приветствовали более двух десятков членов этой новой организации. Мы тесно сотрудничаем с Организацией Объединённых Наций. Я собираюсь поговорить с генеральным секретарём позже.

У нас были хорошие отношения. За исключением моей последней речи, когда отключили телесуфлёр. Я вышел на сцену — телесуфлёр не работал. Передо мной была аудитория, у меня была готова отличная речь. И вдруг — ничего. Я понял, что у меня проблема, потому что, когда я шёл, экраны уже были выключены. До этого эскалатор резко остановился. Мне повезло, что рядом была моя кинозвезда, первая леди. Я успел удержаться, потому что я положил руку на определенную часть ее тела. Обычно эскалаторы останавливаются плавно. Тогда остановка была резкой. Я подумал: странно, такого раньше не случалось.

Это была резкая остановка. Но первая леди оказалась именно там, где нужно. Я махал людям, а она держалась крепче. Она знала, что происходит. Сейчас у неё очень успешный фильм, вроде как номер один. Можете поверить? И это большой фильм. Она настоящая кинозвезда. Я всегда говорю, что это проблема, потому что в одной семье не может быть двух звёзд. Я сказал ей: всё, в одной семье нет места для двух звёзд. Не знаю, что это значит, но звучит нехорошо. На самом деле мы гордимся ею. Люди в Соединённых Штатах любят первую леди. Она снялась в фильме, который стал самым продаваемым документальным фильмом за последние 20 лет. Кинотеатры переполнены, особенно женщинами. Они возвращаются и смотрят его по два, три, четыре раза.

Но вместе мы полны решимости добиться того, чтобы Газа управлялась должным образом на всей территории. Весь регион — там много стран, которые формально не относятся к Ближнему Востоку, но находятся рядом. Все вовлечены. Они говорят мне, что готовы отправить солдат, если потребуется. Но я не думаю, что это потребуется. Есть две страны, которые хотят войти и нанести серьёзный урон ХАМАС. Я сказал, что надеюсь, в этом не будет необходимости, потому что они дали обещание избавиться от оружия. Похоже, они собираются это сделать, но нам ещё предстоит это выяснить. Это больше не рассадник радикализма и террора.

Чтобы положить этому конец, я рад объявить, что Казахстан, Азербайджан, ОАЭ, Марокко, Бахрейн, Катар, Саудовская Аравия, Узбекистан и Кувейт внесли более 7 миллиардов долларов в пакет помощи. Спасибо вам. И многие другие тоже вносят свой вклад. Это только начало. Это наша первая встреча.

Каждый потраченный доллар — это инвестиция в стабильность и надежду на новые, гармоничные отношения в регионе, который так важен и живой. Люди там невероятные. Иногда они слишком энергичны — в этом проблема. Но это замечательные люди. Сейчас мир ждёт действий ХАМАСа. Это единственное, что стоит на пути. У нас есть Ливан, и мы работаем над очень важными вопросами. Мы должны решить проблему Ливана, но по сравнению с тем, что уже сделано, она относительно невелика.

И снова — ключевым стало устранение ядерного потенциала, потому что, судя по информации за последний месяц, у Ирана было бы ядерное оружие. Мы не можем этого допустить. Не может быть мира на Ближнем Востоке, если у Ирана есть ядерное оружие. Это им очень ясно дали понять.

Многие наши друзья из Европы сегодня присутствуют здесь, и мы хотим, чтобы они стали полноправными членами. Все они этого хотят. Мы получили отличный отклик из Европы. Европа — это место, откуда родом так много людей, живущих в Соединённых Штатах. У нас прекрасные отношения с Европой. У нас замечательный глава НАТО. Он делает отличную работу.

Я рад сообщить, что Норвегия согласилась провести мероприятие Совета мира. Когда я увидел сообщение: «Я рад объявить, что Норвегия…», я подумал, что речь идёт о Нобелевской премии. Я сказал: «Отлично, наконец-то Нобелевская премия». Но оказалось, речь о мероприятии. Это менее захватывающе. Мне всё равно. Меня интересует спасение жизней. Я не хочу видеть, как гибнут люди в далёких от Соединённых Штатов регионах. Если у меня есть возможность предотвратить войны, я хочу её использовать. Речь идёт о миллионах людей. Премьер-министр говорил о 25 миллионах. И это ещё небольшая цифра по сравнению с тем, что могло бы быть.

Управление ООН по координации гуманитарной помощи собирает 2 миллиарда долларов для Газы. Япония согласилась провести масштабную благотворительную акцию по сбору средств. В ней примут участие Южная Корея, Филиппины, Сингапур и другие страны региона. Я знаю, что Китай будет участвовать, и думаю, что Россия тоже будет участвовать. Я хочу, чтобы все стороны были вовлечены. Для мира нужно, чтобы все были вместе.

Я также рад объявить, что ФИФА поможет собрать в общей сложности 75 миллионов долларов на проекты в Газе. Речь идёт о футбольных проектах — обустройстве полей и приглашении величайших мировых звёзд. Джонни привезёт туда звёзд, и люди в Газе знают каждого из них. Мы скоро подробно расскажем об этом объявлении. Я хочу поблагодарить Джонни и ФИФА за всё, что они сделали и делают. Они вручили мне свою Премию мира. Я это ценю.

Страны, представленные сегодня, не только вносят деньги. Некоторые обязуются предоставить персонал для поддержания прекращения огня и обеспечения прочного мира. Нам нужен прочный мир. Мир, который рухнет через две недели, ничего не стоит.

В частности, Индонезия — большое вам спасибо. Это великая страна. Посмотрите на этого человека. Посмотрите, какой он суровый. Думаете, с ним легко иметь дело? Посмотрите на это лицо. Вы — крепкий орешек. И мы говорим это с уважением. Нам нужна сила. Он суровый и умный. А ум важнее.

Марокко, большое вам спасибо. То, что вы делаете, замечательно. Албания, Косово и Казахстан направили войска и полицию для стабилизации ситуации в Газе. Египет и Иордания оказывают существенную помощь — предоставляют войска, проводят обучение, поддерживают очень надёжную палестинскую полицию. Мы привлекаем в эту полицию хороших специалистов.

На Ближнем Востоке сейчас мир. Подумайте об этом. Годами говорили, что это невозможно. А теперь страны работают вместе, чтобы создать регион, свободный от экстремизма и террора. Сейчас самое время. Даже те, кто придерживается экстремистских взглядов, устали. Это длится слишком долго. Они хотят мира.

Сейчас настало время для Ирана присоединиться к нам и завершить этот путь. Если они присоединятся — это будет замечательно. Если нет — это будет другой путь. Они не могут продолжать угрожать стабильности региона. Они должны заключить сделку. Если этого не произойдёт, произойдут плохие вещи.

Обязательства, объявленные сегодня, показывают, что движение за мир — это не слова, а решения и действия. На Ближнем Востоке раньше были только разговоры. Люди говорили о мире и уходили домой. Ничего не происходило. Мы предлагаем модель сотрудничества суверенных государств, которые берут ответственность за свои регионы. Совет мира показывает, как можно строить будущее уже сейчас.

Соединённые Штаты внесут 10 миллиардов долларов в Совет мира. Это небольшая сумма по сравнению со стоимостью войны — примерно две недели боевых действий. Звучит много, но это немного.

Вместе мы можем восстановить гармонию в регионе, который пережил тысячи лет конфликтов. Мы уже урегулировали восемь конфликтов, многие из которых считались безнадёжными. И сделали это за считанные дни. Другие проблемы тоже можно решить этим путём.

Древние раны можно залечить. Планета станет безопаснее и спокойнее. Мы будем тесно сотрудничать с Организацией Объединённых Наций. У неё огромный потенциал. Он не был реализован. Я даже не обращался к ним по этим восьми конфликтам, а должен был.

Со временем Организация Объединённых Наций станет сильнее. Совет мира будет следить за её эффективной работой. Мы будем укреплять её, поддерживать финансово, обеспечивать её жизнеспособность. Там работают хорошие люди, способные выполнять свою работу.

Я говорил об этом годами: у ООН огромный потенциал. Некоторые критиковали меня за эти слова. Но она важна. И я уверен, что она оправдает свои возможности.

Спасибо всем, что вы здесь. Вы мои друзья. Вы сильные лидеры. Я знаю и уважаю каждого из вас. Если я могу чем-то помочь — дайте знать. Это будет нечто, чего мир раньше не видел