Долой империализм. Долой империализм — геноцидный, аморальный и фашистский. Братья Венесуэлы и всей нашей Америки, граждане мира, брат Манейро, посол Боливарианской Республики Венесуэла на Кубе, соотечественники.

Наш главнокомандующий Фидель Кастро Рус, анализируя опасное поведение империализма и его хищническое продвижение против независимых государств Ближнего Востока, более двадцати лет назад заявил, и я цитирую его слова: никогда ещё все народы мира не находились под властью и произволом тех, кто управляет одной сверхдержавой, обладающей, по всей видимости, безграничной силой, о философии, политических взглядах и понятиях морали которой никто не имеет ни малейшего представления.

Их решения практически непредсказуемы и не подлежат обжалованию. Сила, способность разрушать и убивать присутствуют в каждом их заявлении.

Эти слова словно были сказаны для характеристики сегодняшнего жестокого и преднамеренного нападения вооружённых сил Соединённых Штатов на Венесуэлу и недопустимого, грубого и варварского похищения нашего брата — президента Николас Мадуро — и его соратницы Силии Флорес.

Куба решительно осуждает и разоблачает эти действия как акт государственного терроризма, как преступное нападение на нашу Америку — зону мира, как грубое нарушение суверенитета государства, являющегося символом независимости, достоинства и солидарности, и как недопустимое попрание международного права.

Нет, господа империалисты, это не ваш «задний двор» и не территория для споров. Мы не признаём и не принимаем доктрину Монро. Ни королям, ни запоздалым императорам здесь не место. Земля Боливара — священна. Нападение на её сыновей — это нападение на всех достойных сыновей нашей Америки.

Ради Венесуэлы и, разумеется, ради Кубы мы готовы отдать даже собственную кровь и собственную жизнь — но цена для агрессора будет чрезвычайно высокой.

Нападение на мирный и благородный народ в ночное время может быть названо только подлым, преступным и преднамеренным. Это акт государственного терроризма, осуществлённый произвольно и с злоупотреблением военным превосходством по приказу иностранного лидера, с явными признаками фашизма, точнее — неофашизма, который сегодня пытаются навязать всему человечеству.

Поэтому угроза направлена не только против Венесуэлы — она направлена против всего человечества и опирается на ложную доктрину «мира через силу». Этот акт государственного терроризма, совершённый в Венесуэле, является вопиющим нарушением норм международного права. Военная агрессия против мирного государства, не представляющего угрозы Соединённым Штатам, и похищение законно избранного президента.

Это возмущает, и именно поэтому мы здесь. Не может быть молчания и принятия такого акта государственного терроризма, сопоставимого лишь с преступлениями против человечества, совершаемыми израильским сионизмом в секторе Газа. Сегодня ночью мы стали свидетелями пугающего подтверждения этого.

Самый рьяный претендент на Нобелевскую премию мира на деле является главной угрозой миру на континенте. Его очередное нападение на Венесуэлу разрушает стабильность, которая на протяжении многих лет характеризовала Латинскую Америку и Карибский регион.

Те, кто приветствует этот террористический и фашистский акт, совершённый Соединёнными Штатами против суверенной страны, могут делать это лишь из ненависти, затмевающей разум. Ни один сколько-нибудь информированный человек не может игнорировать или недооценивать тяжёлые последствия этих преступных действий для регионального и мирового мира.

Именно поэтому международному сообществу необходимо срочно мобилизоваться и скоординировать осуждение этого вопиющего акта государственного терроризма и незаконного, аморального, преступного похищения законного президента с целью насильственной смены режима, как будто кто-то, не имеющий отношения к венесуэльскому народу, обладает таким правом.

Целью является не только наш брат Мадуро, не венесуэльские военные и даже не ложный нарратив о наркоторроризме, который с откровенным цинизмом продвигали в течение недель и месяцев такие деятели, как Марко Рубио. Подлинный объект империалистического вожделения — венесуэльская нефть, земли и природные ресурсы Венесуэлы.

Только циники и трусы могут закрывать глаза и уши на заявления Трампа и его окружения, которые ещё несколько дней назад без всякого стыда признали, что их цель — богатства Венесуэлы, богатства, которые им открыто пообещала кандидат империи, о поддержке которой уже распространяются сообщения как о будущей «президенте Венесуэлы».

Целью также является уничтожение очага сопротивления империализму и защиты региональной интеграции — Боливарианской революции, существующей со времени прихода команданте Уго Чавес к власти.

Боливарианская революция доказала, что является массовым процессом с глубокими народными корнями, и нет сомнений, что она выйдет на защиту своего суверенитета, демократии и президента, как это было в апреле 2002 года во время государственного переворота, также инспирированного американским империализмом.

Соединённые Штаты не обладают ни моральным, ни юридическим правом насильственно вывозить президента Венесуэлы с территории его страны. При этом именно Соединённые Штаты несут полную ответственность за физическую неприкосновенность Николаса Мадуро. Мы присоединяемся к требованию венесуэльских властей предоставить доказательства того, что президент и Силия Флорес живы.

В течение месяцев они фабриковали ложные обвинения в наркоторроризме против венесуэльского правительства, не представив ни единого доказательства. Потому что таких доказательств не существует, как не существует и самих этих практик. Всё это — часть нарратива, призванного оправдать этот возмутительный акт государственного терроризма.

Даже аналитики и исследователи из самих федеральных агентств США неоднократно опровергали эту ложную версию и отвергали обвинения против Венесуэлы и её президента.

Возмутительно, что Трамп, Рубио и их окружение не считаются с правдой. Именно они должны предстать перед международным антифашистским трибуналом. Фашисты, находящиеся сегодня у власти в США, хорошо усвоили нацистский принцип Геббельса о том, что ложь, повторённая тысячу раз, может быть принята за правду.

Но правда восторжествует, и народы будут её защищать, как в прошлом они победили гитлеровский фашизм. Ни венесуэльский народ, ни народ США, ни международное сообщество не верят в ту цепь лжи, которую они пытаются навязать.

Это не время полумер — это время выбора и позиции перед лицом фашизма и империалистической варварства. Сплотимся, народы Америки. Не допустим продвижения «гиганта семи языков». Не забудем предупреждение Че, сделанное шесть десятилетий назад: империализму нельзя доверять — ни на йоту.

Николас и Силия принадлежат Венесуэле и должны быть возвращены венесуэльскому народу, который избрал и требует своего законного президента.

Соединённые Штаты не находятся в состоянии войны с Венесуэлой. Никакой войны нет. Мы ведём борьбу против организаций, занимающихся незаконным оборотом наркотиков. Это не война против Венесуэлы как государства. Мы обеспечиваем соблюдение американского законодательства, в том числе в части нефтяных санкций. Мы вводим санкции против конкретных структур, обращаемся в суд, получаем судебные ордера и конфискуем суда с нефтью. И эта работа будет продолжаться. Мы также оставляем за собой право наносить удары по наркосудам, которые доставляют наркотики в Соединённые Штаты и используются транснациональными преступными организациями, включая картель «Де лос Солес».

Лидер этого картеля в настоящее время находится под стражей в Соединённых Штатах и предстаёт перед американским судом в Южном округе Нью-Йорка. Речь идёт о Николасе Мадуро. В этом отношении мы уже добились серьёзного прогресса.

Суть в том, что мы ожидаем увидеть изменения в Венесуэле — изменения разного рода, как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе. Мы хотели бы видеть всесторонние изменения. Однако самые первоочередные из них — это изменения, напрямую затрагивающие национальные интересы Соединённых Штатов. Именно поэтому мы действуем, потому что происходящее в Венесуэле имеет прямое влияние на безопасность и стабильность США. Мы не можем допустить, чтобы в нашем полушарии существовала страна, которая станет узловым пунктом для деятельности всех наших противников со всего мира.

Мы не можем допустить, чтобы люди, стоящие во главе армии и полиции, открыто сотрудничали с наркоторговыми организациями. Это неприемлемо. Такие действия представляют собой прямую угрозу Соединённым Штатам, и мы намерены использовать все имеющиеся у нас инструменты, чтобы изменить эту ситуацию. Хочу подчеркнуть, что наши вооружённые силы оказывают поддержку Береговой охране в выполнении правоохранительных функций. Речь идёт не только о задержании Мадуро, но и о системном обеспечении исполнения санкционного режима.

Мы действуем строго в рамках закона. Мы обращаемся в суд. Мы получаем судебные ордера. Мы конфискуем суда. Мы считаем это мощнейшим рычагом давления — эффективным, жёстким и результативным — и будем продолжать использовать его до тех пор, пока не увидим реальные изменения, отвечающие интересам американского народа. И, к слову, мы убеждены, что эти изменения пойдут на пользу и народу Венесуэлы.

Мы хотим, чтобы Венесуэла двигалась в определённом направлении, потому что считаем, что это отвечает не только интересам венесуэльского общества, но и нашим национальным интересам. Речь идёт либо о прямых угрозах национальной безопасности Соединённых Штатов, либо о факторах, которые могут быть полезными или, наоборот, вредными для нашей страны.

Я лично очень глубоко вовлечён в этот процесс. Думаю, это ни для кого не секрет. Как государственный секретарь и советник по национальной безопасности, я непосредственно участвую во всех этих вопросах. Министерство обороны играет здесь ключевую роль, наряду с Министерством юстиции, поскольку именно они представляют интересы страны в судебных процессах. Это командная работа всего аппарата национальной безопасности Соединённых Штатов, и именно он реализует эту политику.

Цель этой политики — добиться изменений в Венесуэле, которые в первую очередь будут выгодны Соединённым Штатам, потому что именно на это мы ориентируемся. Но мы также убеждены, что такие изменения будут полезны и для народа Венесуэлы, который серьёзно пострадал. Мы хотим для Венесуэлы лучшего будущего. Мы считаем, что сильная, стабильная Венесуэла будет способствовать устойчивости региона и сделает наше полушарие более безопасным и благополучным.

Пара моментов. Во-первых, Мария Карина Мачадо — замечательная женщина, и я знаю её очень давно. Она и всё это движение — действительно сильные и достойные уважения. Но здесь мы имеем дело с жёсткой реальностью. К сожалению, и это действительно печально, подавляющее большинство оппозиции сегодня физически не находится в Венесуэле. А у нас есть краткосрочные задачи, которые необходимо решать немедленно. Мы все хотим видеть светлое будущее для Венесуэлы, переход к демократии, свободные институты, нормальную политическую жизнь. Всё это правильно, и мы этого хотим. Я лично работал над этим пятнадцать лет — и в Сенате, и сейчас, в качестве советника по национальной безопасности и государственного секретаря. Эти вопросы для меня по-прежнему важны. Но сейчас мы говорим о том, что произойдёт в ближайшие две-три недели, два-три месяца, и как это напрямую связано с национальными интересами Соединённых Штатов. Именно поэтому мы ожидаем большего сотрудничества и большей готовности к уступкам, чем это было раньше.

С Николасом Мадуро было невозможно ни договориться, ни заключить какую-то работающую сделку — при том, что, к слову, ему предлагались крайне щедрые варианты. Он мог покинуть Венесуэлу ещё полторы недели назад. У него были реальные возможности избежать всего этого. Но мы не можем с ним работать. Он обманывал администрацию Байдена, втягивал её в бессмысленные и невыгодные договорённости, строил свою карьеру на том, что не выполнял условия соглашений и постоянно выигрывал время. Президент Трамп не собирался попадать в эту ловушку. Поэтому теперь ответственность за ситуацию несут другие люди — те, кто сегодня отвечает за военный и полицейский аппарат страны. Им предстоит решить, в каком направлении они хотят двигаться дальше. Мы надеемся, что это будет путь, отличный от того, который выбрал Николас Мадуро.

В долгосрочной перспективе мы рассчитываем на полноценный переход Венесуэлы — социальный, политический, институциональный. Мы это поддерживаем. Но сейчас нужно сделать первые шаги. А первые шаги — это защита национальных интересов Соединённых Штатов и реальная польза для народа Венесуэлы. Именно на этом мы сосредоточены. Никакого наркотрафика. Никакого присутствия иранской «Хезболлы». Никакого использования нефтяной отрасли как источника обогащения для наших противников по всему миру без какой-либо выгоды для венесуэльского общества. Либо Венесуэла меняет курс, либо Соединённые Штаты и регион будут действовать в своих интересах.

Что касается выборов. Эта страна находилась под управлением данного режима четырнадцать–пятнадцать лет. Выборы должны были состояться давно. Они формально состоялись. Режим их проиграл. Голоса либо не были подсчитаны, либо сознательно не были признаны. Это всем известно. Поэтому говорить сейчас о новых выборах преждевременно. Предстоит огромный объём работы. Мы сосредоточены на устранении тех проблем, которые существовали при Мадуро и продолжают существовать сейчас. Пока эти проблемы не будут решены, давление сохранится. Нефтяной карантин будет действовать. Санкции Соединённых Штатов сохранятся. Мы продолжим преследовать суда, перевозящие наркотики в сторону США. Мы будем конфисковывать суда, подпадающие под санкционный режим. И, при необходимости, принимать дополнительные меры. Потому что в конечном счёте нас волнуют и выборы, и демократия, и права людей — но прежде всего нас волнуют безопасность, благополучие и процветание Соединённых Штатов Америки. Это наш приоритет.

Американских войск на территории Венесуэлы нет. И это всем известно. Они находились там около двух часов — исключительно в рамках операции по задержанию Мадуро. Президент Трамп действует предельно ясно: он не ходит и не объясняет, чего он «не будет делать». Он не ограничивает себя словами. Он сохраняет за собой свободу действий. Конкретный случай, о котором идёт речь, по своей сути был правоохранительной операцией. Министерство юстиции ещё при администрации Байдена назначило вознаграждение в 25 миллионов долларов за его поимку. Но между плакатом «разыскивается» и реальными действиями — огромная разница. Предыдущие администрации ограничивались заявлениями. Президент Трамп предпринял действия.

Мы вошли. Мы задержали его. Он арестован и сейчас находится в Нью-Йорке. Ни один американец не погиб. Ни одно оборудование не было потеряно. Это было необходимо — и это было сделано. И я могу вас заверить: люди, которые сегодня остаются в Венесуэле и отвечают за полицию и силовые структуры, после этого будут вести себя гораздо более сговорчиво, чем Николас Мадуро.

Что должно произойти, чтобы что-то изменилось, чтобы изменились наши отношения с Венесуэлой и наш подход к ней в целом? Мы уже об этом говорили, я уже это подчёркивал. Нельзя наводнять эту страну членами банд. Нельзя наводнять эту страну наркотиками, которые поступают из Колумбии через Венесуэлу при содействии отдельных элементов ваших сил безопасности. Нельзя превращать Венесуэлу в оперативный центр для Ирана, России, «Хезболлы», Китая, кубинских агентов разведки, контролирующих эту страну. Так продолжаться не может. Так не может быть и дальше. Нельзя, чтобы крупнейшие в мире запасы нефти находились под контролем противников Соединённых Штатов, не принося пользы народу Венесуэлы и разграбляясь горсткой олигархов по всему миру, в том числе и внутри Венесуэлы, не принося пользы народу этой страны. Мы видим, как наши противники по всему миру эксплуатируют и извлекают ресурсы из Африки, из каждой другой страны. В Западном полушарии этого делать не будут. Не будут. При президенте Трампе этого не произойдёт. Ознакомьтесь с нашей стратегией национальной безопасности. Он относится к этому серьёзно, и он собирается что-то с этим сделать, и мы тоже что-то с этим делаем.

Нам не нужна венесуэльская нефть. У нас в Соединённых Штатах предостаточно нефти. Чего мы не допустим, так это того, чтобы нефтяная промышленность Венесуэлы контролировалась противниками Соединённых Штатов. Вы должны понимать: зачем Китаю нужна их нефть? Зачем России нужна их нефть? Зачем Ирану нужна их нефть? Они даже не на этом континенте. Это Западное полушарие. Здесь мы живём, и мы не позволим Западному полушарию стать оперативной базой для противников. Конкуренты и соперники Соединённых Штатов обладают собственными нефтяными ресурсами.

Мы также хотим, чтобы нефть и доходы от неё приносили пользу народу Венесуэлы. Почему восемь миллионов человек покинули Венесуэлу? Это, вероятно, самая крупная массовая миграция в современной истории. Это произошло в 2014 году, потому что все богатства страны были украдены в пользу Мадуро и его приспешников в режиме, но не в пользу народа Венесуэлы. Вы же знаете, насколько дестабилизирующим является этот массовый отток восьми миллионов мигрантов. Это главный страх Бразилии, Колумбии и всех стран региона в связи с тем, что происходит в Венесуэле. Они боятся новой волны миграции. Именно этого они опасаются. Но это крайне дестабилизирующая ситуация. Так не должно продолжаться. Они не придут из-за пределов нашего полушария, не будут дестабилизировать наш регион у нас под боком, и нам не придётся за это расплачиваться. Не при президенте Трампе.

И вот что интересно: во-первых, большинство экспертов, которых приглашают по телевидению — я смотрю на них, и это просто какой-то цирк, понимаете? Это люди, которые всю свою карьеру посвятили Ближнему Востоку или какой-то другой части мира, потому что именно там происходили все события. Очень немногие из них знают что-либо о Венесуэле или Западном полушарии. Венесуэла совсем не похожа на Ливию. Она совсем не похожа на Ирак. Она совсем не похожа на Афганистан.

Это совсем не похоже на Ближний Восток — за исключением иранских агентов, которые там действуют и замышляют заговор против Америки, понятно? Это западные страны с давними традициями, основанными на межличностных отношениях, культурном уровне и связях с Соединёнными Штатами, так что ничего подобного нет. Поэтому, я думаю, людям нужно перестать сравнивать яблоки с апельсинами, Ближний Восток с Западным полушарием. Во-вторых, речь идёт о национальных интересах Соединённых Штатов, и я уверен, что мы находимся в более безопасном и благополучном положении, потому что относимся к этому серьёзно.

Альтернативой было бы оставить Мадуро у власти в качестве обвиняемого в торговле наркотиками, нелегитимного президента, управляющего страной и предоставляющего всем нашим противникам открытое приглашение делать всё, что они захотят, против Соединённых Штатов из Венесуэлы. Этого не должно было продолжаться. Альтернативой было бы позволить наркоторговцу продолжать использовать национальную территорию и элементы власти национального государства для развития наркоторговых организаций. Ознакомьтесь с обвинительным заключением. Этот человек использовал рычаги системы безопасности не для ареста наркоторговцев, а для сотрудничества и содействия незаконному обороту наркотиков с целью их ввоза в Соединённые Штаты. Этому должен был быть положен конец.

Это не было действием, которое требовало одобрения Конгресса. На самом деле оно и не могло требовать одобрения Конгресса, потому что это не было вторжением. Это не была длительная военная операция. Это была очень точечная операция, которая длилась всего несколько часов. Это была очень деликатная операция, и для её проведения необходимо было, чтобы все условия совпали в нужное время и в нужном месте. Утечки информации были недопустимы. Мы не могли допустить ничего, что могло бы поставить под угрозу миссию, привести к гибели людей или сорвать операцию.

Мы даже не знали, состоится ли миссия. Как можно сообщать о чём-то, в чём ты даже не уверен? Для этого были нужны подходящие погодные условия. Он должен был оказаться в нужном месте в нужное время. Нам нужно было подготовить силы к вылету. Было много факторов. Это была операция, требующая немедленного начала. Нельзя было сообщать о ней заранее, потому что ты даже не знаешь, состоится ли она. И во-вторых, нельзя было рисковать утечкой информации.

Это не было нападением на Венесуэлу. Это была операция правоохранительных органов по задержанию обвиняемого в торговле наркотиками. И, конечно, нам нужна была поддержка Министерства обороны, потому что у них есть зенитные средства, которые могли бы сбить эти вертолёты. Нам нужно было вывести из строя радары. Нам нужно было нейтрализовать эти средства ПВО на пути входа и на пути отхода. Этим всё и ограничилось.

Мы будем добиваться одобрения Конгресса для действий, которые действительно требуют одобрения Конгресса. В остальных случаях Конгресс будет проинформирован. Эта операция не требует одобрения Конгресса. По сути, это операция, подобная тем, которые проводил практически каждый президент за последние сорок лет. Разница лишь в том, что когда речь идёт о Дональде Трампе, все эти демократы сходят с ума.

Кубинское правительство — это огромная проблема. Во-первых, это огромная проблема для народа Кубы, хотя многие этого до конца не понимают. Я не буду сейчас говорить о наших будущих шагах и политике в этом отношении, но не секрет, что мы не являемся сторонниками кубинского режима, который, кстати, поддерживал Мадуро.

Вся его внутренняя безопасность, весь аппарат внутренней безопасности фактически контролировался кубинцами. Одна из малоизвестных историй здесь заключается в том, что речь идёт фактически о колонизации: внутри режима именно кубинцы контролировали охрану Мадуро. Его охраняли не венесуэльские телохранители, а кубинские. Вся внутренняя разведка — кто за кем следит, кто подозревается в нелояльности — также находилась под контролем кубинцев.

Встречается много заявлений, что Венесуэла не имеет отношения к наркотикам, так как большая часть фентанила поступает из других мест. Я хочу прояснить этот момент.

Во-первых, фентанил — не единственный наркотик в мире, и он всё же поступает из Венесуэлы (или, по крайней мере, поступал).

Во-вторых, кокаин, основной наркотик, вывозимый из Венесуэлы, является источником прибыли для всех латиноамериканских картелей. Если перекрыть денежные потоки от кокаина (или хотя бы сократить их), это существенно ослабит картели в целом. И да, кокаин — это тоже зло!

В-третьих, да, значительная часть фентанила поступает из Мексики. Это остаётся в центре внимания нашей политики в отношении Мексики и является причиной, по которой президент Трамп закрыл границу в первый же день.

В-четвёртых, я вижу много критики по поводу нефти. Около 20 лет назад Венесуэла экспроприировала американскую нефтяную собственность и до недавнего времени использовала это украденное имущество для обогащения и финансирования своей наркотеррористической деятельности. Я понимаю обеспокоенность по поводу применения военной силы, но должны ли мы просто позволять коммунисту в нашем полушарии воровать наши вещи и ничего не делать? Великие державы так не поступают.

Соединённые Штаты, благодаря лидерству президента Трампа, вновь стали великой державой. Каждому следует это принять к сведению.