Владимир Путин ответил на вопросы российских журналистов по итогам государственного визита в Киргизию и саммита ОДКБ.

Полная стенограмма. Часть вторая.

Вопрос:

Вопрос как раз о приоритетах у нас. Вот мы председательствуем, и лозунг – это коллективная безопасность в многополярном мире. Почему такой будет у нас девиз в рамках председательства? Может быть, чуть-чуть пошире о приоритетах именно наших, когда мы будем председательствовать.

И второй вопрос тоже касается коллективной безопасности. Премьер Армении Никол Пашинян вновь отказался приехать на саммит, в то же время Армения устраивает совместные учения с США. И вопрос состоит в том, не является ли это угрозой для единства в рамках коллективной безопасности ОКБ.

Спасибо.

Путин:

Приоритеты, повторяю, были обозначены мной в ходе расширенного заседания. Это было открыто, Вы, наверное, там присутствовали, во всяком случае, многие из вас всё это слышали.

Приоритетов много: это совершенствование нашего взаимодействия, это сопоставление возможностей оборонно-промышленных секторов стран. Ещё со времён Советского Союза, известно, кооперация очень глубокая была. Мы предоставляем льготные условия для приобретения наших вооружений и техники для стран ОДКБ. Всё это работает, работает достаточно эффективно.

Да, понятно, что ж, всё ясно: в условиях проведения специальной военной операции по каким-то компонентам у нас возможности сейчас не так велики, потому что… то есть они велики, но мы должны удовлетворять свои потребности. По отдельным направлениям мы полностью это делаем, полностью.

Не считаю, что наши производственные мощности переразмерены, но всё-таки мы не только удовлетворяем свои потребности, но и даже на экспорт поставляем до сих пор, кстати говоря. Это касается прежде всего авиационной техники: и самолётов, и вертолётов. И теперь, разумеется, мы очень многое сделали – просто, полагаю, можно сказать, это революция для нас – в области беспилотной техники и беспилотных летательных аппаратов, БПЛА. Всем этим мы готовы делиться с нашими партнёрами.

Другим направлением совместной работы является совершенствование работы органов управления ОДКБ. Это такая бюрократическая работа, но всё-таки это важно. Имея в виду, что каждая страна заинтересована в минимизации расходов и повышении эффективности взаимодействия.

Будем и дальше, как и делали раньше, проводить соответствующие совместные учения по всем направлениям. Это касается не только сотрудничества по линии вооружённых сил, это касается работы по линии специальных служб.

Никуда не ушла, к сожалению, наркоугроза, организованная преступность. Всё это будет в поле нашего зрения. И мы намерены всё, что было сделано нашими коллегами из Кыргызстана, продолжить, я об этом сказал. Преемственность будет полная, целиком. Уверен, что это пойдёт на пользу каждому из государств – участников ОДКБ.

Что касается позиции Армении, то она, эта позиция, тоже хорошо известна. Она заключается в том, как нам говорят наши армянские коллеги, они говорят, что «мы поддерживаем все решения, которые принимаются ОДКБ, мы считаем себя членами ОДКБ, но на данном этапе мы воздерживаемся от участия в заседаниях этой организации». Это их выбор. Поэтому, если они считают возможным так работать пока, хорошо, мы согласны.

Поскольку они являются членами организации, мы с ними в контакте находимся, Россия. Мы, как государство, которое возглавило сейчас работу в рамках ОДКБ, конечно, будем находиться в постоянном контакте и с ними, как с членами этой организации. Разумеется, решения, которые мы будем готовить по каждому из приоритетов, мы будем и с ними прорабатывать и согласовывать.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин ответил на вопросы российских журналистов по итогам государственного визита в Киргизию и саммита ОДКБ.

Полная стенограмма. Часть третья.

Вопрос:

Вопрос про двусторонние отношения с Киргизией. У нас достаточно много проектов, в том числе в сфере энергетики. В этом году «Росатом» заявлял, что готов построить здесь, в стране, атомную станцию малой мощности. Обсуждалось ли это, есть ли какие-то конкретные цифры и какие вы вообще видите самые перспективные направления в двусторонних отношениях?

И здесь же один маленький нюанс — не так давно были проблемы с пересечением грузов между Казахстаном и Россией. Есть ли такие проблемы здесь?

Путин:

Ну, начну с двустороннего сотрудничества. Я благодарен президенту Кыргызстана за его приглашение посетить Кыргызстан с визитом высокого такого дипломатического ранга, за оказанное внимание всей нашей делегации.

Хочу отметить то, что мы говорили при встрече с представителями СМИ после окончания визита. Действительно, отношения развиваются весьма позитивно. Наши инвесторы всё активнее и активнее работают на рынке Кыргызстана.

Почему это становится возможным? Я уже так вскользь упоминал, но это очень важно. Происходит это в том числе и потому, что действующему руководству Кыргызстана удаётся обеспечить стабильную внутриполитическую ситуацию, а это всегда очень важно для потенциальных инвесторов, потому что все надеются на то, что обязательство, которое берёт страна — реципиент этих инвестиций — обеспечит надёжное исполнение всех договорённостей.

Я напомню, что Кыргызстан получает все наши ресурсы по минимальным ценам и без взимания соответствующих провозных и таможенных пошлин. Конечно, это делает наши товары на рынке Кыргызстана очень конкурентоспособными, мягко говоря, и является хорошим подспорьем для экономики Кыргызстана.

Это и нефть, и газ, но этим мы не ограничиваемся. У нас есть в планах, возможно, строительство атомных электростанций малой мощности.

Напомню ещё раз: Россия — единственная страна в мире, которая осуществляет такие проекты. Многие говорят о том, что готовы были бы это делать, но делаем пока только мы.

И если Кыргызстан примет такое решение — здесь наши коллеги в контакте друг с другом находятся — мы реализуем эти проекты.

Я хочу обратить внимание, что компания «Яндекс» у нас работает здесь и работает всё активнее и активнее. Надеюсь, так и будет продолжаться, имея в виду, что «Яндекс» у нас не только занимается доставкой продуктов питания, перевозками и такси. «Яндекс» у нас активно занимается развитием искусственного интеллекта. Это чрезвычайно важное и перспективное направление для всех нас.

Да, Кыргызстан — небольшая страна, но здесь образованная часть общества есть с хорошими перспективами, молодые люди с хорошим образованием. И это важно — нам создавать единое пространство в этой чрезвычайно перспективной области. И мы, разумеется, будем работать и здесь.

Но и для нас, и для Кыргызстана очень важно всё делать для того, чтобы и в области миграционной политики здесь, в России, всё было бы надёжно и с обеспечением интересов коренных жителей Российской Федерации — наших граждан и нашей экономики, но и с тем, чтобы граждане Кыргызстана, которые приезжают, были бы готовы к этому, в том числе и гуманитарно готовы, имея в виду прежде всего их знания русского языка — начиная с малого возраста, со школьного возраста и дальше.

В этой связи, как вы знаете тоже, мы помогаем кыргызскому руководству развивать изучение русского языка. Здесь и школы будем открывать, и в области высшего образования будем работать.

В общем, очень большой пласт совместной работы. В Кыргызстане, как вы знаете, русский язык на законодательном уровне имеет статус официального — мы это очень ценим — и по всем этим направлениям будем трудиться дальше.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин ответил на вопросы российских журналистов по итогам государственного визита в Киргизию и саммита ОДКБ.

Полная стенограмма. Часть четвёртая.

Путин:

Теперь по поводу грузов. Да, действительно, такая проблема возникла.

С чем она возникла? С тем, что, не буду скрывать, по моему поручению таможенный комитет — и в рамках ЕврАзЭС наши таможенные органы имеют право на такие действия — начал организовывать такую выборочную проверку на дорогах.

Выяснилось, что значительное количество товаров, значительное количество вот этих грузовиков, как вы сказали, фур, пересекают российско-казахстанскую границу без всяких документов вообще.

Да, у нас общее таможенное пространство, общий рынок, свободное движение капиталов и товаров. Но каждый такой большегруз, каждая такая фура должна иметь определённый, оговорённый между нами, между государствами, набор документов.

Их не так уж и много, но они должны быть: это должна быть бумага — документ о том, что находится в этой фуре, — и, как минимум, должно быть понятно, в адрес какого получателя движется этот товар. И с первого документа ясно, какую таможенную стоимость, какой таможенный сбор должен заплатить тот, кто пересекает с этим товаром нашу границу, и кто должен заплатить НДС при получении этого товара.

Как только начали проверки на дорогах, выяснилось, что вообще никаких документов нет — чёрный просто импорт. И, уж простите за моветон, прёт просто на нашу таможенную территорию.

И Российская Федерация недополучает, я не побоюсь этого слова, миллиарды — десятки миллиардов рублей — в наш бюджет.

Я, разумеется, проинформировал своих коллег. Мы разговаривали на эту тему и с президентом Казахстана, с Касым-Жомартом Кемелевичем Токаевым. Он всё понял, у него нет никаких вопросов и проблем.

Мы договорились о том, что сделаем всё, чтобы большое количество грузовиков, которые скопились на нашей границе — на территории Казахстана — начали движение в Российскую Федерацию.

Между собой таможенные органы договорились, что будет заявлена стоимость этих товаров, которые перевозят, указан конечный получатель, и мы постепенно пропустим эти грузовики — очереди не будет.

Да, это будет фактически почти в рамках зелёного коридора по минимальной стоимости, но хоть что-нибудь пусть заплатят для начала. А уже со следующего года, я думаю, что наша таможня при выборочной проверке будет требовать наличия всех необходимых документов. Если их не будет — тогда назад их отправлять не будут.

Я думаю, что таможни между собой договорятся вплоть до конфискации. Там же в фуре всё — от гвоздей до бриллиантов и до телевизоров.

Но пускай запишут хотя бы шнурки за 5 копеек, хотя бы что-то начнут платить. Пусть заявят конечного получателя, чтобы мы и НДС могли получить — пускай небольшой, но просто нужно навести порядок.

Там уже тысячи фур прошло. Я думаю, что до конца года никакой очереди там не будет.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин ответил на вопросы российских журналистов по итогам государственного визита в Киргизию и саммита ОДКБ.

Полная стенограмма. Часть пятая.

Вопрос:

Насколько тот проект по Украине, который был опубликован изначально, учитывает нашу позицию? Получили ли мы изменённую уже версию документа после переговоров США и Украины?

Когда, соответственно, начнутся российско-американские переговоры, которые, как мы слышим, по поводу этого документа не велись и не ведутся? Когда к вам приедет Стив Уиткофф? И что сейчас, теперь вы думаете о перспективах мирного регулирования?

Путин:

Значит, по поводу проекта договора… Но проектов договора не было — был набор вопросов, которые предлагалось обсудить и сформулировать окончательно.

В целом, я уже говорил много раз на этот счёт, мы перед моим визитом в США, перед визитом на Аляску, обсуждали это с американскими переговорщиками. И после этого возник тот перечень возможных договорённостей из 28 пунктов. И, как я уже объявлял публично, он нам по определённым каналам был передан — мы с ним ознакомились.

После этого состоялись переговоры в Женеве между американской делегацией и украинской делегацией, и они, я так понял, между собой решили, что все эти 28 пунктов нужно разделить на четыре составляющих отдельных.

Да, и нам это всё было передано. В целом, мы согласны, что это может быть положено в основу будущих договорённостей.

Было бы с моей стороны невежливо сейчас говорить о каких-то окончательных вариантах — но поскольку их нет, некоторые вещи носят принципиальный характер. И в целом мы видим, что американская сторона в чём-то учитывает нашу позицию, которая обсуждалась до Анкориджа и после Аляски.

Где-то нам точно совершенно нужно садиться и серьёзно обсуждать какие-то конкретные вещи, нужно всё положить на дипломатический язык. Потому что одно дело — в общем сказать, что Россия не собирается нападать на Европу. Это для нас звучит смешно, правда? Никогда не собирались.

Но если они хотят услышать от нас — ну давайте мы это зафиксируем. Вопросов нет. Просто там есть люди, мне кажется, они не в себе немножко, или жулики какие-то, что-то они из этого хотят получить, когда публично своему населению, своим гражданам говорят, что Россия готовится к нападению на Европу, и «нам нужно немедленно укреплять свой оборонный потенциал».

То ли они обслуживают интересы оборонной промышленности, частных компаний, то ли они на этом фоне как-то стараются поднять свои внутриполитические рейтинги, имея в виду плачевное состояние экономики и социальной сферы.

Трудно сказать, чем они руководствуются. Но с нашей точки зрения это полная чушь, это ложь прямая.

Но тем не менее, если это раскручено в общественном сознании, если они напугали своих граждан и те хотят услышать, что мы не собираемся и что у нас в планах нет никаких агрессивных действий в отношении Европы — пожалуйста, мы готовы это зафиксировать как угодно.

Может быть, в этом и есть смысл — имея в виду, что если мы хотим все вместе поговорить и обсудить, и какие-то точки расставить в вопросах общеевропейской безопасности… Наверное, да, мы и сами это когда-то предлагали. Если наши западные, назовём их опять, партнёры хотят этого теперь — пожалуйста, мы готовы.

Мы же с вами понимаем — это надо сесть и серьёзно обсуждать, там каждое слово имеет значение.

Или, например, в одном из документов упоминается, что мы должны решить вопрос стратегической стабильности вместе с нашими американскими партнёрами. Но ради Бога — разве мы против?

Мы же и предлагали, и ещё предлагали администрации Обамы по некоторым вопросам договариваться. Услышали «да-да», а потом всё — за месяц до ухода администрации Обамы из Белого дома — застряло.

Теперь у нас заканчивается другой договор — СНВ-3. В феврале заканчивается. Но не хотят ничего делать — не надо.

Но из этих бумаг мы увидели, что в целом есть желание вернуться к этим вопросам. Это же каждый из этих вопросов — отдельное направление, очень серьёзное.

Мы, безусловно, готовы к этому серьёзному обсуждению.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин ответил на вопросы российских журналистов по итогам государственного визита в Киргизию и саммита ОДКБ.

Полная стенограмма. Часть шестая.

Вопрос:

Скажите, пожалуйста, кто будут главные переговорщики с российской стороны? И ещё — были сообщения о переговорах в Абу-Даби: там что происходит, параллельный процесс? И можете рассказать, кто там разговаривает с кем и что там вообще происходит?

Путин:

Кто является переговорщиком с российской стороны — это очевидно. Министерство иностранных дел — когда сядем за стол переговоров и будем предметно, серьёзно обсуждать каждый из предлагаемых пунктов для обсуждения.

От администрации — это Мединский Владимир Ростиславович, помощник президента. Он этим занимался с самого начала.

По текущим делам, для того чтобы организовать всю эту работу, в работу мной включён тоже мой помощник Юрий Викторович Ушаков — он на связи с американскими коллегами. Но он один не может это всё сделать, это МИД должен делать, но и отчасти — администрация президента. Это очень большой комплекс вопросов, которые надо обсудить, зафиксировать, грамотно прописать и точки над «i» расставить.

Таким образом, я думаю… не думаю — а по-другому и не делается никогда.

Что касается Абу-Даби: да, я слышал какой-то шум такой информационный по этому вопросу, но там ничего такого необычного, ничего секретного тоже не произошло.

Наши спецслужбы — российские и украинские — всегда находились в контакте друг с другом, даже в самые тяжёлые времена. И сейчас они находятся. Чем они занимаются? Решением ряда гуманитарных вопросов. Прежде всего, это связано с обменом военнопленными, и площадка Абу-Даби для этого активно используется.

Мы очень благодарны президенту Объединённых Арабских Эмиратов за предоставляемые нам возможности. Благодаря его усилиям на Родину вернулось много сотен наших ребят, наших героев.

По инициативе украинской стороны такая очередная встреча была намечена и состоялась в Абу-Даби. С нашей стороны на ней присутствовал один из руководителей ФСБ России.

На эту встречу пришёл и представитель администрации США. Для нас это было несколько неожиданно, но мы никогда не отказываемся от контактов.

Он вступил в контакт с представителем России и задался вопросом о том, что, может быть, не стоит ждать следующей недели для продолжения контактов, а провести встречу в Москве уже на этой неделе.

Я об этом узнал только тогда, когда самолёт приземлился в Бишкеке. Но, тем не менее, мы готовы — пожалуйста, в любое время.

Вопрос настолько важен для всех, и для нас, что в любое время дня и ночи прилетим: сегодня вечером вернёмся. Прямо в четверг можно, в пятницу, в субботу, в воскресенье — когда хотят.

Но договорились о том, что мы определимся, и администрация президента США определится, кто и когда должен приехать.

Вот последняя информация — вчера была до меня доведена — что президент Трамп принял решение, что всё-таки, как и договаривались ранее (ранее была такая договорённость), встреча предлагается американской стороной в Москве на следующей неделе.

Пожалуйста, мы всегда открыты.

Ну а кто будет представлять США с американской стороны — это уже, конечно, должен определить президент Соединённых Штатов. Поэтому мы их ждём в первой половине следующей недели.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин ответил на вопросы российских журналистов по итогам государственного визита в Киргизию и саммита ОДКБ.

Полная стенограмма. Часть седьмая.

Вопрос:

Вы будете стоять на том, что территориальный вопрос, прежде всего в части Донбасса, должен быть решён здесь и сейчас и навсегда, или согласились бы отложить его, так сказать, до лучших времён?

И, если вы позволите, ещё один вопрос: вы согласились бы вернуться в G7, в мировую восьмёрку, как предусматривает один из вариантов плана мирного урегулирования?

Путин:

Что касается G7 или G8 — мы туда не просились. Нас туда когда-то пригласили, и мы там работали. Это такая площадка для согласования некоторых позиций.

Должен сказать… Вы знаете, обратите внимание: ещё до начала трагических событий на украинском направлении я что-то перестал ездить. Вы не заметили?

Поэтому, когда события на Украине начались, сказали: «Ну вот, мы вас там не ждём». Ну и слава Богу. Я не помню, кто ездил — по-моему, председатель правительства поехал один раз ещё.

Я первый раз отказался, потому что… это действительно — я ничего не придумываю — как раз это пришлось на момент формирования правительства после избрания президента.

Но мы никогда не отказываемся от контактов, мы всегда открыты для взаимодействия. Но, во-первых, нас туда никто не приглашает — я никаких официальных приглашений не слышал, не получал.

А во-вторых, мы знаем, как подавляющее количество участников этого объединения — так называемой «Большой семёрки» — я уже сказал как-то раз, я не очень понимаю, почему «Большой» семёркой называют… И по количеству, и по территории, и по населению, и по вкладу в мировое ВВП — они всё меньше и меньше.

Но не важно — это всё равно важные наши партнёры.

В сегодняшней ситуации я не очень себе представляю, как мы будем с ними взаимодействовать напрямую. Вы сами это представляете, нет?

Мы приехали: «Здрасте», — и что, будем, насупившись, друг на друга посматривать, что ли?

Поэтому, мне думается, что это должно привести к какой-то нормализации. Может быть, если мы реализуем все те предложения, которые мы получили в рамках того списка, переданного нам американской администрацией, может быть, сложатся какие-то условия для двусторонних или многосторонних контактов.

Но говорить об этом рано.

Вы понимаете… Вот я сейчас вам скажу — очень коротко, и, мне кажется, будет сразу понятно, о чём идёт речь.

Мы до сих пор получаем заходы о прекращении боевых действий. Там, там, там.

Войска Украины уйдут из занимаемых ими территорий — вот тогда и прекратятся боевые действия.

Не уйдут — мы добьёмся этого вооружённым путём.

Вот и всё.

Вопрос:

Продолжается ли сейчас позитивная динамика на фронтах? Если да, то по каким направлениям наиболее активное продвижение сейчас?

Путин:

По всем направлениям сохраняется позитивная динамика. Более того, темп движения наших войск по этим всем направлениям увеличивается, увеличивается заметно.

Но вот я сейчас просто не хочу совершать какую-то ошибку по количеству километров, но из месяца в месяц количество, так скажем, возвращаемых нашими войсками территорий на всех основных направлениях увеличивается, то есть темп движения войск увеличивается.

Но самая, на мой взгляд, главная проблема для противника заключается в том, что у них растёт разрыв между потерями и количеством военнослужащих, которых они в состоянии направлять на линию боевого соприкосновения.

В октябре, по-моему, 47 тысяч с лишним было потерь — 47,5 тысячи. Они набрали по насильственной мобилизации, на самом деле, где-то 16,5 тысячи и где-то около 14,5 или 15 тысяч вернули из госпиталей.

Но если всё посчитать точно, с десятыми долями, то минус получается 15 тысяч. А в предыдущем месяце минус был 10 тысяч. То есть разрыв постоянно увеличивается.

И к этому надо добавить ещё и дезертиров. Дезертирство очень большое — оно видно не только из наших средств массовой информации, из сообщений Министерства обороны, это видно и из западных средств массовой информации. Удержать это практически невозможно.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин ответил на вопросы российских журналистов по итогам государственного визита в Киргизию и саммита ОДКБ.

Полная стенограмма. Часть восьмая.

Вопрос:

Знаете ли вы про сливы телефонных разговоров Юрия Ушакова, Стива Уиткоффа и Кирилла Дмитриева? Что вы об этом думаете? На Западе это сейчас очень разгорающийся скандал, особенно во многих западных СМИ, и на Уиткоффа сейчас идёт настоящая атака. Что вы об этом думаете?

Путин:

Знаете, что касается этих сливов — это, может быть, фейки какие-то, может быть, действительно подслушанные разговоры.

Вообще-то это уголовно наказуемо — подслушивать. У нас, во всяком случае, подслушивать нельзя. Потом их некоторых, может быть, как у нас, знаете, шутят: поставили подглядывать, а они подслушивают.

Пусть займутся своим собственным делом. Но и подглядывать-то надо уметь. Сейчас объясню, что имею в виду.

Я не знаю сути этих прослушек, сути этих сливов. Но вы понимаете, видите же, мы утром встаём здесь, с утра до вечера, и вот сразу я после окончания всех мероприятий к вам пришёл.

В чём там, на мой взгляд, проблема — по большому счёту?

Дело не в нас. Дело в том, как идёт борьба различных мнений у коллективного Запада и в самих Соединённых Штатах по поводу того, что же происходит и что нужно делать для того, чтобы прекратить войну, прекратить боевые действия.

Мы встречались с господином Уиткоффом перед Анкориджем, а потом я посетил Аляску, и были проведены определённые переговоры.

В целом, я хочу подчеркнуть, у меня сложилось мнение, у нас было понимание, где мы находимся и что надо было бы сделать, чтобы прекратить эти боевые действия.

Потом мы разъехались, поскольку и мой коллега, президент Трамп, и я сказали, что нам нужно вернуться в свои столицы, подумать, проконсультироваться со своими аппаратами, с министерствами, ведомствами, союзниками.

А после этого договорились продолжить дальше. Лавров и Рубио встречались в Нью-Йорке на полях Генассамблеи. В целом так, в общем, поговорили, но какой-то конфликтной ситуации между Россией и Соединёнными Штатами по этим вопросам не возникало. То есть мы оставались на платформе Анкориджа.

И вдруг Соединённые Штаты объявляют о введении санкций против двух наших нефтяных компаний. Это в связи с чем? Я вам честно говорю — я даже не понял, а что происходит-то?

Поэтому обвинять господина Уиткоффа в том, что он уж больно любезно обходится со своими российскими коллегами, — не в чем.

Мы с ним говорили, встречались — повторяю, на Аляске, — а потом: бум! — при полном здоровье нарождающихся новых отношений — санкции, которые разрушают наши отношения, безусловно. И, на самом деле, повторяю, для нас непонятно, что это за знак такой.

Это первое.

Второе. Господин Уиткофф едет, судя по всему, в Москву по поручению президента Трампа для того, чтобы вести с нами переговоры.

Но было бы, наверное, удивительно, если бы он в разговорах с Ушаковым обругал нас нецензурной бранью, сказал бы что-то в высшей степени нелюбезно, а потом приехал и попытался наладить с нами отношения для улучшения своих переговорных позиций.

Но это же бред.

Я уже не говорю, что господин Уиткофф, судя по всему, интеллигентный человек — он же должен создать какие-то условия для межличностного общения. Это понятно.

Ну и, наконец, самое главное.

Всё-таки я знаком с господином Уиткоффом на протяжении нескольких месяцев, а его дружба с президентом Трампом продолжается уже многие-многие годы, может быть, десятилетия.

Он — американский гражданин, защищает позицию своего президента и своей страны. Да, у нас диалог непростой, да, мы ведём этот диалог без ругани и без плевков друг в друга, как интеллигентные люди.

Но каждый защищает свою позицию.

И господин Уиткофф защищает позицию, повторяю, Соединённых Штатов и интересы Соединённых Штатов так, как он их видит и как видят те люди, которые делегируют его для переговоров с Россией.

Это люди — это не только президент Трамп. Мне кажется, что это и люди из военной среды, из дипломатической, из административных органов США в широком смысле этого слова.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин ответил на вопросы российских журналистов по итогам государственного визита в Киргизию и саммита ОДКБ.

Полная стенограмма. Часть девятая.

Вопрос:

Сейчас в Европе снова активизировались разговоры о конфискации российских активов. Хотела спросить: какой будет ответ России на это? И согласны ли Вы со словами Виктора Орбана, премьера Венгрии, о том, что конфискация может привести к юридическим тяжбам, множеству исков и к краху евро?

Путин:

Ну, Венгрия является членом ЕС, и поэтому премьер-министру одной из стран ЕС виднее, как это может отразиться на европейской валюте. Ясно, что это будет иметь негативные последствия для мировой финансовой системы, потому что доверие к еврозоне резко снизится, резко упадёт.

А на фоне сложностей в экономике, где локомотив европейской экономики — экономика Германии — уже третий год пребывает в рецессии, это, конечно, будет, мне кажется, непростым испытанием.

Правительство Российской Федерации по моему поручению вырабатывает пакет ответных мер в случае, если это произойдёт. И всем ясно, все об этом прямо говорят, что это было бы воровством чужой собственности.

В этой связи, конечно, у меня возникает вопрос: кто кого учит? То ли вороватая верхушка Украины, которая разворовывает деньги своих налогоплательщиков и налогоплательщиков западных спонсоров — просто мы сейчас хорошо знаем о коррупционном скандале в Киеве, — то ли они у европейцев учатся этому.

То ли европейцы учатся у украинской верхушки. Во всяком случае и то, и другое — воровство. Мы так относимся и готовим ответные меры. Ну а какие — это правительство позднее обнародует, если это произойдёт.

Вопрос:

После того как Дональд Трамп допустил испытание ядерного оружия Соединёнными Штатами, вы на Совете Безопасности дали поручение ведомствам и спецслужбам проработать вариант целесообразности испытаний ядерного оружия России. Есть какое-то уже окончательное решение? Если есть — какое? Если нет — когда оно может быть?

Путин:

Я поручил собрать дополнительную информацию о действиях американской стороны, проанализировать её и представить мне предложение о том, что мы должны делать в этой ситуации.

Одно из предложений, которое к нам поступило — это как раз поработать совместно на эту тему. Так нам кажется из-за того, что мы видим, и мы готовы вместе с американской администрацией подумать по всем вопросам, касающимся стратегической стабильности.

Да, может быть, в ближайшее время — на переговорах, в Москве, на встрече — если это возникнет. И, собственно, даже если не возникнет, мы, конечно, поставим этот вопрос.

Потому что, разумеется, и в США это понятно, и для нас это ясно: подготовка к реальным испытаниям ядерного оружия требует времени.

И мы, конечно, не можем оказаться в ситуации, когда в США это испытают, а мы ещё полтора года будем к этому готовиться. Разумеется, мы должны уже об этом подумать.

Не мы об этом сказали, но мы должны быть готовы к любому развитию событий. И, уверяю вас, мы будем готовы.

Вопрос:

Сейчас с вами в этой поездке нет министра иностранных дел Сергея Лаврова. Хотя он не в отпуске — он уже две недели не появляется на ваших международных визитах. СМИ пишут, что он попал в опалу якобы за неудачный разговор с Рубио. Что скажете?

Путин:

Да чушь это какая-то. Ни в какую опалу не попал.

У него свой график работы. Он доложил мне, сказал, чем он будет заниматься, в какое время он этим занимается.

Готовится ко встрече с американскими партнёрами.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин ответил на вопросы российских журналистов по итогам государственного визита в Киргизию и саммита ОДКБ.

Полная стенограмма. Часть десятая.

Вопрос:

Позвольте вернуться к мирному плану. Складывается впечатление, что западная сторона, предлагая такие скорые, быстрые встречи, настаивая на них, как будто бы несколько давит на Россию и на вас в частности.

Понятное дело, что все хотят побыстрее добиться мира, но кажется, что такие вопросы не терпят суеты.

На ваш взгляд, нет ли риска, что если договор будет состряпан на коленке, сшит белыми нитками, возникнет соблазн впоследствии как-то его интерпретировать достаточно вольно?

А вы сейчас сказали, что там каждое слово требует обсуждения. Сколько вообще времени это займёт?

Путин:

Я специально обратил на это ваше внимание — на то, что каждый из вопросов, которые изложены в тех списках вопросов, которые нам переданы, имеет очень важное, если не сказать ключевое, значение. Каждая из них — ключевая тема, понимаете?

Поэтому это требует серьёзной проработки.

И, наверное, некоторые из наших партнёров стремятся к решению этих вопросов как можно побыстрее. Почему?

Вы вот уже спрашивали у меня здесь коллеги по поводу того, что происходит на линии соприкосновения, спрашивали по позиции американских переговорщиков — что происходит.

Вы смотрите: я, допустим, к Купянску сейчас вернусь. Но начнём с зоны ответственности нашей группировки «Центр».

Там основные мероприятия проходят на Красноармейском направлении и вокруг города Димитров. Красноармейск и Димитров полностью окружены — так же, как в своё время Купянск.

70% территории Красноармейска находится в руках российских вооружённых сил.

На юге города Димитрово группировка противника отсечена, она рассекается по всему городу, и наши войска переходят к её планомерному уничтожению.

А дальше что? Если на карту посмотреть, взгляд перевести на карту — восточная, северо-восточная часть — там дальше Комсомольск. А севернее Комсомольска — Славянск. Ещё чуть-чуть посевернее, северо-восточнее — Северск.

В Комсомольске, внутри города, идут боевые действия. И уже значительное количество зданий освобождено нашими войсками. И продвижение идёт дальше.

Что касается Северска, который там — я и сказал — северо-восточнее находится: наши войска подошли к этому городу с востока, с юга и с севера.

В городе идут активные боевые действия. Из, по-моему, восьми тысяч зданий тысяча семьсот — в наших руках.

И вы понимаете: если с севера подошли, с юга, с востока — ну к чему там всё идёт-то? Вопрос очень непростой для украинской стороны, для украинских вооружённых сил.

Если на север посмотреть — город Волчанск — он почти полностью в наших руках. Это на харьковском направлении.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин ответил на вопросы российских журналистов по итогам государственного визита в Киргизию и саммита ОДКБ.

Полная стенограмма. Часть одиннадцатая.

Путин:

Теперь посмотрите, что происходит в Запорожской области.

В Запорожской области выстроен противником за 10 лет — с 2014 года начали заботиться об этом, а потом укрепили — укрепрайон, против которого стоит наша группировка «Днепр».

Укрепрайон серьёзный. Наша группировка «Днепр» там работает. На некоторых участках, благодаря героизму наших ребят, пробивают оборону на важных участках.

Но дело даже не в этом.

А дело в том, что другая наша группировка — «Восток» — проломила оборону противника и продвигается быстрыми темпами по северу Запорожской области, на границе Запорожской и Днепропетровской областей, и идёт, повторяю, очень быстрыми темпами.

Уже подошли к городишку Гуляй-Поле — это важный логистический пункт. Где-то подошли на 1,5–2 километра к Гуляй-Поле.

Возьмут они его сейчас в ближайшее время или нет — но они точно пойдут дальше.

Что это означает? Это означает, что войска группировки «Восток» весь укрепрайон ВСУ практически обходят с севера.

Против них, с одной стороны, стоит наша группировка «Днепр», а группировка «Восток» обходит с севера.

И это может привести к обвалу фронта на этом участке.

Вот здесь и кроется различие между теми на Западе, кто хочет добиться мира — и как можно быстрее, даже ценой каких-то взаимных уступок, в том числе с украинской стороны.

Потому что если всё, что произошло в Купянске, будет происходить и на тех участках, о которых я сказал, то сворачивание фронта будет неизбежным.

Кому-то хочется верить, что тот же самый Купянск… 4 ноября, напомню, глава киевского режима сообщил о том, что он через 5–7 дней будет в руках ВСУ.

Сейчас, как известно, группировка противника там полностью ликвидирована, город полностью в наших руках.

А на левом берегу реки Оскол заблокированы ещё 15 батальонов — это 3,5 тысячи человек.

И некоторые наши командиры говорят, что отдельные военнослужащие ВСУ в этом районе уже выглядят как бомжи. Это не шутка.

Ну, представляете: 3,5 тысячи человек — забросать туда коптёрами питание, сменяемое обмундирование, боеприпасы — ну это невозможно.

Они в таком состоянии находятся уже, не знаю, не одну неделю. Это сейчас их практически закрыли в котле.

Ну так вот, те на Западе, кто понимают, к чему это может привести, настаивают на прекращении боевых действий как можно быстрее — и даже если это потребует от киевского режима каких-то уступок.

Потому что понимают: начнётся сворачивание фронта на отдельных участках — и тогда вооружённые силы Украины вообще утратят боеспособность. Они потеряют наиболее боеспособные части, как это сейчас происходит в районе Красноармейска.

И говорят: «Хватит вам, сохраните костяк вооружённых сил и свою государственность — вот о чём надо думать».

А другие, которые полагают, что Купянск уже «вернулся под контроль вооружённых сил Украины», настаивают на продолжении боевых действий до последнего украинца.

Вот в чём разница подходов.

И кто там нападает на господина Уиткоффа — это представители другой точки зрения, которые хотят вместе с украинским истеблишментом воровать деньги и продолжать боевые действия до последнего украинца.

Я уже публично, выступая, сказал: в принципе, мы к этому готовы.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин ответил на вопросы российских журналистов по итогам государственного визита в Киргизию и саммита ОДКБ.

Полная стенограмма. Часть двенадцатая.

Вопрос:

А есть ли понимание, с кем говорить, договариваться и подписывать итоговые документы?

Путин:

Вы знаете, подписывать документы с украинским руководством бессмысленно. Я уже много раз на эту тему говорил.

Я полагаю, что украинское руководство допустило принципиальную стратегическую ошибку, когда побоялось пойти на выборы президента, после чего президент утратил свой легитимный статус.

Россия-то тоже находится в состоянии вооружённого конфликта с той же Украиной, но мы же провели выборы — и президентские выборы провели, и провели выборы совсем недавно в муниципальные и региональные органы власти.

Ведь как только будут заключены мирные соглашения любого характера, боевые действия прекратятся, — нужно сразу же прекращать действие введённого военного положения.

А если военное положение будет отменено — надо сразу же объявлять выборы. В условиях сегодняшнего дня действующему политическому руководству Украины трудно рассчитывать на победу без подтасовок.

Хотя, конечно, как Сталин говорил: неважно, кто голосует, важно, кто считает. И административный ресурс никто не отменял. Но всё равно — это сложная для них история.

Но потом, после этого, нужно проводить референдум по всем территориальным вопросам — так это описано в Конституции. А потом референдум должен быть подтверждён Конституционным судом.

А что происходит с Конституционным судом? Я тоже уже об этом говорил, напомню.

Когда от него политическое руководство требовало подтверждения полномочий президента, Конституционный суд не согласился — он уклонился от ответа, потому что в Конституции только один срок — пять лет, и всё, до свидания.

Продление не предусмотрено — но сейчас можно вдаваться в эти детали, в закорючки юридические — но не предусмотрено продление даже в условиях объявления военного положения. Только Рада имеет право на продление своих полномочий в условиях военного времени. Президент — нет.

Значит, он сам, как должностное лицо, не может подписать. Но потом надо подтверждение Конституционного суда.

Но когда от Конституционного суда потребовали, чтобы он подтвердил полномочия, а суд отказался — знаете, что сделали?

Служба охраны перестала пускать его на рабочее место. Он пришёл на работу, дверь — тук-тук, а ему говорят: «Пошёл вон».

И он, в конце концов, убежал за границу. Конституционный суд не работает.

Председатель Верховного суда в тюрьме сидит — за коррупцию. Те, кто занимаются коррупцией, самые главные коррупционеры, — председателя Верховного суда посадили в тюрьму за коррупцию.

За это время полномочия членов Конституционного суда истекли. Нужно избирать новых членов Конституционного суда. Это же целая процедура, вы понимаете?

Итак: как только отменяется военное положение — выборы президента надо провести, референдум надо провести, сформировать новый Конституционный суд надо. Это начатие кончится — никогда не закончится.

Поэтому нам, по большому счёту… Конечно, мы хотим договориться в конечном итоге с Украиной. Но это сейчас просто практически невозможно. Невозможно юридически.

От них — кто может, кто хочет, тот пускай и ведёт переговоры. Нам нужно, чтобы наши решения были международно признаны основными международными игроками. Вот и всё.

И это имеет значение, потому что: одно дело — решения признаны, и, допустим, определённые территории находятся под российским суверенитетом, и в случае нарушения договорённостей это будет нападение на Российскую Федерацию — со всеми вытекающими из этого ответными мерами России.

Или это будет восприниматься как попытка вернуть «законно принадлежащую Украине» территорию. Это разные вещи.

Поэтому нам, конечно, нужно признание — но не от Украины сегодня.

Надеюсь, что в будущем мы сможем договориться с Украиной. Там здоровых людей, которые хотят выстроить отношения с Россией на долгосрочную историческую перспективу, достаточно много.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин ответил на вопросы российских журналистов по итогам государственного визита в Киргизию и саммита ОДКБ.

Полная стенограмма. Часть тринадцатая (финал).

Вопрос:

Венгерские СМИ написали, что завтра в Москву прилетит Виктор Орбан, венгерский премьер-министр, для переговоров с вами. Могли бы вы подтвердить, что такая встреча состоится, и какова цель его визита?

Путин:

У нас есть контакты с венгерской стороной по поводу возможной нашей встречи, и мы всегда рады в России видеть любого из наших партнёров — в том числе, несмотря на их агрессивное поведение и европейских наших коллег.

Но тем более — Виктора Орбана. Мы знаем его позицию: он достаточно объективный, является, на мой взгляд, одним из тех людей, которые видят реалии на земле и, исходя из этих реалий, формулируют свою политическую позицию.

У нас есть и двусторонние вопросы, потому что в сфере энергетики очень большое сотрудничество. Я уже не говорю про атомную электростанцию «Пакш». Там есть вопросы, которые требуют дополнительного обсуждения.

Это касается топлива для электростанции, потому что на той же Украине использовали американское топливо. Мы не против, но просто там эти твэлы пошли, начали эти трубы изгибаться — привело к аварийной ситуации. Поэтому здесь всё надо как следует просчитать. Это серьёзный вопрос.

Но и других много вопросов двустороннего характера.

И если премьер-министр Орбан сочтёт возможным принять наше приглашение — мы всегда ему рады.

Вопрос:

Вы уже отчасти ответили на этот вопрос — юридический вопрос — про Крым и Донбасс. Если в плане Трампа будет написано, что де-факто они признают, якобы, их за нами, но не де-юре… А как это? Как юристу к вам обращаюсь: как это — де-факто, но не де-юре?

Путин:

Это и должно быть предметом наших переговоров с американской стороной.

Спасибо вам большое за то, что обратили на это внимание. Вы правы — это один из ключевых моментов. Спасибо большое.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Администрация Дональда Трампа решила запустить переговорный трек по Украине после того, как в Белом доме признали: разработанный в узком кругу план из 28 пунктов способен стать основой для прорыва. Как сообщает Axios со ссылкой на источники в Вашингтоне, документ подготовили спецпосланник президента Стив Уиткофф и зять Трампа Джаред Кушнер. Затем текст увидели вице-президент Джей Ди Вэнс и госсекретарь Марко Рубио — и оба сочли его приемлемым для начала обсуждений.

По данным Axios, после ознакомления с документом Вэнс и Рубио провели консультации друг с другом и созвали отдельную встречу в Белом доме, чтобы заручиться согласием президента. Совещание состоялось 18 ноября — о нём ранее не сообщалось. Один из собеседников издания сказал: «Это была не просто бумага. Это была бумага, которая могла запустить процесс». После аргументов Вэнса и Рубио Дональд Трамп дал зелёный свет на начало контактов.

Именно эта встреча заложила основу для женевских переговоров, которые прошли в минувшие выходные. Там, по информации Axios, представители США и Украины сократили первоначальный список с 28 пунктов до 20 и достигли согласия по 18 из них. Два оставшихся пункта публично не обсуждались — источники называют их «деликатными». Судя по контексту, речь идёт о территориальных вопросах и будущих гарантиях безопасности Украины.

После одобрения плана Трамп предложил, чтобы документ Киеву передал министр армии США Дэн Дрисколл — давний друг Вэнса. Он и так планировал поездку, чтобы оценить боеспособность Украины. Источник Axios объяснил: «Роль Дрисколла — дать честную оценку военной ситуации и напрямую понять, есть ли у украинской армии воля к борьбе».

Как отмечает издание, обсуждение Украины внутри администрации шло постоянно. Почти ежедневно — по телефону, и как минимум раз в неделю — очно. Узкий круг неизменен: Вэнс, Рубио, глава аппарата Белого дома Сьюзи Уайлс, Уиткофф и Кушнер. Именно Уиткофф и Кушнер составили исходный вариант на 28 пунктов — по аналогии с планом по Газе.

При этом издание подчёркивает: сведения о якобы существующих разногласиях между Вэнсом и Рубио — неверные. Один из собеседников прямо заявил: «Искажённая картина, будто есть две команды — проукраинская Рубио и антиукраинская Вэнса. Это просто неправда. Вы не сможете выжить в этой администрации с таким подходом. Здесь есть только одна команда». На это же указал и сам Рубио, который публично опроверг инсинуации — заявив, что медиа «буквально всё выдумывают».

Источники Axios отмечают, что Вэнс и Рубио действуют как тандем — это наследие их совместной работы в Сенате. Их ключевые сотрудники дружат, а оба политика имеют одного советника — Эндрю Бейкера. Рубио, в отличие от Вэнса, не формирует собственную президентскую кампанию на 2028 год и открыто называет Вэнса «фактическим кандидатом» республиканцев на будущие выборы.

Отдельно Axios приводит оценку ситуации: Вашингтон фиксирует, что президент России Владимир Путин пока «не проявляет интереса» к переговорам и «постепенно продвигается на Украине». Американские чиновники утверждают, что Москва продолжает наносить удары по энергосистеме Украины и захватывает территории. На этом фоне часть украинских и европейских политиков критикует план, называя его «уступкой России».

Тем не менее именно после 18 ноября Белый дом решил идти вперёд. По словам высокопоставленного собеседника издания, «всё началось с этого мирного плана». Следующий этап — попытка Трампа убедить Владимира Путина согласиться на прямую встречу с Зеленским, хоть российский лидер и не согласен. «Это его не останавливает», — заявили советники президента США.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Правительство России одобрило проект межправительственного соглашения с Саудовской Аравией о взаимной отмене виз для граждан двух стран. Документ подготовлен МИДом и прошёл согласование со всеми профильными ведомствами, а также предварительную проработку с саудовской стороной.

Согласно распоряжению, российский кабмин дал МИДу мандат на проведение финальных переговоров с Эр-Риядом. Министерству разрешено вносить в проект изменения, если они не затрагивают принципиальные положения будущего соглашения.

Фактически речь идёт о выходе на завершающий этап подготовки документа, который откроет для граждан России и Саудовской Аравии возможность взаимных поездок без визовых формальностей. Решение стало очередным шагом в укреплении российско-саудовского сотрудничества, которое в последние годы развивается как в экономической, так и в гуманитарной сфере.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Премьер-министр Словакии Роберт Фицо выступил с заявлением о перспективах украинского конфликта. По его словам, сегодня в Европе никто уже не сомневается, что Крым, Донбасс и ряд других территорий останутся под контролем России, а сама Москва выйдет из конфликта «абсолютным победителем». Фицо напомнил, что ещё в начале войны говорил о невозможности военной победы Киева и о том, что Украина не станет членом НАТО. Тогда его позицию критиковали, «но со временем всё подтвердилось». Премьер подчеркнул:

«Сегодня кто-то сомневается, что Крым навсегда останется под российским контролем? Никто. Что Луганск будет под контролем России? Никто. И что оставшаяся часть Донецка — примерно 20% территории, которая ещё под контролем украинцев, — перейдёт России? Никто. Не говоря уже о Херсоне, Запорожье и других областях».

По словам Фицо, Украина «проигрывает войну, и у неё нет денег». При этом в ЕС растёт недоверие к способности Киева прозрачно распоряжаться средствами — многие государства-члены откровенно сомневаются в транспарентности украинских органов власти на фоне серии коррупционных скандалов. Фицо заявил, что значительная часть стран ЕС всё ещё стремится продолжать финансирование Украины, несмотря ни на что, но настроения меняются.

Премьер отдельно указал, что в 2026–2027 годах Киеву потребуется «огромное количество денег», однако европейские государства уже не хотят покрывать эти потребности собственными средствами. Именно поэтому в Брюсселе возникла идея использовать замороженные российские активы. Фицо предупредил: такой подход приведёт к «огромным судебным спорам и арбитражам», а также создаёт риск серьёзных ответных шагов со стороны России.

Он заявил, что намерен попросить у парламента Словакии специальный мандат — чтобы правительство могло занимать гибкую позицию на декабрьском саммите ЕС, когда этот вопрос будет обсуждаться. При этом Фицо выдвинул принципиально иной вариант: по его мнению, замороженные российские активы можно использовать не на военные нужды Киева, а на послевоенное восстановление Украины — и только в рамках мирного соглашения, согласованного США, Россией и Украиной. Такой механизм, подчеркнул он, Словакия могла бы поддержать.

Фицо также подчеркнул, что европейская усталость от конфликта и его расходов растёт. В некоторых странах ЕС уже не доверяют Киеву, задаваясь прямыми вопросами о том, куда уходят европейские деньги. По словам словацкого премьера, сегодня один из ключевых компонентов будущего мирного соглашения — именно судьба замороженных активов РФ. Он считает, что Европе пора признать реальность происходящего и не мешать переговорам.

Говоря о перспективах урегулирования, Фицо отметил, что Украина должна участвовать в мирном процессе, а ЕС обязан перестать блокировать переговоры. Он подчеркнул: его позиция, озвученная ещё два года назад, полностью подтвердилась — и он «горд тем, что с самого начала был прав».

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Зеленский выступил с обращением:

Этот день, как и каждый день сейчас, мы используем для консультаций с партнёрами. Каждый день — обмен информацией, всеми данными, которые необходимы, чтобы определить оптимальные шаги. Российская война продолжается, и мы все слышим, что Россия пренебрегает попытками ключевых мировых держав реально закончить войну, установить прочный мир.

Но будет ли мир, зависит не от угроз России, не от того, какие там звучат ультиматумы, а от того, какие условия обеспечит мир, чтобы продолжение этой агрессии стало невозможным. И от того, что мы сами будем делать для защиты своего государства, своего народа, своих украинских национальных прав.

Сейчас одинаково важны и наша оборона позиций, и наше сопротивление на фронте, и совместная с партнёрами работа ради лучших дипломатических позиций. И всё нацелено именно на такую работу. Наша команда вместе с американскими представителями уже на этой неделе, в конце недели, продолжит приближать пункты, которые у нас есть по результатам Женевы, к такой форме, которая выведет на путь к миру и гарантиям безопасности.

Состоится встреча делегаций. Украинская делегация будет хорошо подготовлена и настроена на предметную работу. Мы сейчас на связи с американской стороной и с нашими европейскими друзьями. Также я информирую наших партнёров в других частях мира и благодарю их за поддержку нашего суверенитета, нашего государства.

В то же время мы делаем всё, чтобы Украина имела достаточную оборонную поддержку. Очевидно для всех в мире, что у России её международно признанной территории не просто больше всех, а больше всего неосвоенной и заброшенной. Вся Россия существует ради Москвы и Петербурга, а всё остальное, если у них рухнет, никто этого не заметит.

Поэтому, когда они хотят ещё километры украинской земли, это вообще не про территорию для них — это про пожизненную власть для них, про подчинение соседнего народа. И мы чётко увидели, что от России нельзя ожидать ничего, кроме разрушения. И увидели это не только мы — каждый в Европе, каждый сосед России от Финляндии до Казахстана и Японии.

Соответственно, все понимают, что нужно делать для защиты. И именно украинская оборона позиций — ключевая задача наша и всех наших партнёров. Чем сильнее мы в обороне на фронте, тем большего сможем достичь в дипломатии. И тем активнее мир будет помогать нам давить на Россию, чтобы она прекратила свою войну.

Сегодня состоялась важная встреча санкционных координаторов европейских государств. И если Путин не хочет останавливаться, санкции тоже не будут останавливаться. Приоритеты понятны — бить по российской нефти, по российской технологической составляющей, по их финансам, по их активам, которые работают на российскую военную машину. Мир будет нам помогать. Я благодарю каждого, кто сейчас оказывает давление на агрессора, кто защищает Украину от давления.

Мы это очень ценим и видим каждое такое усилие. На следующей неделе состоятся важные переговоры не только у нашей делегации, но и у меня лично. И мы готовим твёрдую основу для этих переговоров. Украина будет стоять на ногах прочно. Всегда будет стоять.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин дал интервью главному редактору кыргызстанского телеканала «Номад ТВ» Наталье Кролевич.

Часть первая.

Вопрос:

Как вы считаете, Россию и Кыргызстан могут ли объединить совместные усилия по противостоянию санкционному вызову?

Путин:

Если какие-то внешние вызовы возникают против кого-то, то, конечно, те, против кого выстраиваются какие-то проблемы, ищут приемлемых решений, и это, безусловно, как-то объединяет.

Но дело совершенно не в этом, на мой взгляд. Дело в том, что Россию и Кыргызстан объединяет совсем другое. Это даже не участие в наших региональных организациях, таких как ОДКБ или ЕврАзЭС.

Дело в том, что всё-таки ещё из Советского Союза нам достались в наследство вещи, которые являются неприходящими. Это отношения между людьми, это межличностные связи, это уважение к культуре друг друга, к языку.

Я много раз повторял и хочу ещё раз об этом сказать. Мы с большим уважением относимся к тем решениям, которые были приняты в Кыргызстане по поводу русского языка как официального в Кыргызстане и закреплённого в этом статусе на уровне закона.

Мы видим те усилия, которые предпринимаются президентом Кыргызстана в связи с открытием новых школ и приглашением наших преподавателей и так далее.

Именно поэтому мы приглашаем к себе на учёбу молодых людей из Кыргызстана, которые учатся в наших высших учебных заведениях. И очень рассчитываем, что все эти направления в области гуманитарных связей, образования, культуры будут продолжаться.

Это создаёт базис для того, чтобы двигаться и развиваться дальше.

Есть вопросы гуманитарного свойства и в другой области. Они хорошо известны — это миграционные вещи. Здесь нужно так, чтобы и у наших граждан всё было в порядке, у граждан РФ, чтобы не вызывало раздражение всё, что происходит вокруг этой темы.

Но для этого и те граждане Кыргызстана, которые хотели бы работать у нас, тоже должны быть готовы к тому, чтобы жить в российской среде, пользоваться социальными гарантиями и так далее. Всё это требует большой постоянной совместной работы, чтобы снимать возникающие шероховатости и использовать преимущества, которые нам достались из прошлого и которые сейчас можно закрепить.

Скажем, промышленная кооперация, возникающие новые возможности. Я имею в виду, например, работу в высокотехнологичных областях.

Я сейчас только на встрече с представителями нашей прессы сказал — работу, скажем, в компании «Яндекс». Это не только доставка продуктов питания или такси, это ещё и развитие искусственного интеллекта. А за этим, безусловно, будущее — не только Кыргызстана, но и России, и всего постсоветского пространства, да и всего мира.

Поэтому я уже не говорю про энергетику традиционную, где Кыргызстан получает из России нефть и газ по самым минимальным ценам.

И для коммунального хозяйства, для граждан, для промышленности и сельского хозяйства Кыргызстана создаются благоприятные и конкурентоспособные условия.

У нас по факту очень много направлений совместной работы. Ну, конечно, если что-то возникает, мы думаем на тему о том, как минимизировать эти ограничения.

Но мы даже на этом внимание основное не сосредотачиваем, а думаем о будущем, о перспективе наших отношений.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Владимир Путин дал интервью главному редактору кыргызстанского телеканала «Номад ТВ» Наталье Кролевич.

Часть вторая (финал).

Вопрос:

В Российской Федерации в последние годы говорят о том, что российская экономика совершает разворот на Восток. Действительно, оборот со странами Азии, в частности с Кыргызстаном, растёт. Но рано или поздно конфликт на Украине закончится. Возможен ли опять разворот российской экономики в сторону ЕС в случае отмены санкций?

Путин:

Я тоже надеюсь, что конфликт на Украине закончится рано или поздно. Чем раньше — тем лучше, при условии достижения нами целей специальной военной операции.

Но дело не в том, что мы в связи с событиями на Украине совершаем какой-то стратегический разворот.

Начиная с 2000-х годов — я уже много раз об этом говорил — мы действительно в этом направлении нашего взаимодействия начали уделять больше внимания.

Не потому, что у нас возникли какие-то проблемы с нашими европейскими партнёрами — нет. А потому, что экономика стран Востока, стран Большого Юга развивается большими темпами, чем экономика западных стран.

Темпы-то растут именно здесь, на Востоке, а не в европейской части нашего субконтинента. Это был естественный поворот — аккуратный, мы никуда не спешили, мы просто видели: больше начали покупать наших товаров, и мы стали больше продавать.

В той же Китайской Народной Республике начали появляться такие товары, которые стали более конкурентоспособными, чем европейские.

Последний пример — электромобили. Китайцы делают их лучше и дешевле, чем европейцы. У европейцев вообще автопром загибается.

Понимаете, всё это происходит даже не из-за событий на украинском направлении, а естественным путём: расширяется объём экономики азиатских стран, и «скукоживается» экономика европейских государств.

Вот что происходит.

Да, всё это не очень быстро, но эта тенденция нарастает — в этом проблема. И мы это учитываем.

Ну а после начала событий на Украине европейцы сами начали от нас отгораживаться.

В энергетике — известный результат они получили: конкурентоспособность падает, экономика Германии уже третий год подряд находится в рецессии.

Ну что же на это сказать?

Если они вдруг решат вернуться — пожалуйста, я уже много раз говорил — мы не против, мы для всех открыты, готовы работать с каждым.

Но, конечно, с учётом тех реалий, которые сложились на данный момент, имея в виду, что многие ниши на нашем рынке заняты прежде всего российскими производителями, российскими предпринимателями.

Некоторые из стран СНГ пришли, из стран ЕврАзЭС пришли — и работают.

И, конечно, в ущерб этим партнёрам — надёжным и стабильным — мы ничего делать не будем, но диалог готовы вести со всеми.

Вопрос:

Это ваш второй государственный визит в Кыргызстан. Он имеет особое значение, особый статус, на это указывает и перечень соглашений, которые были приняты по его итогам, и то, как его встречала кыргызская сторона. Буквально всё самое красивое, зрелищное, чем богата культура кочевников, было вам презентовано.

Вот в этом ключе как бы вы охарактеризовали ваши рабочие и личные взаимоотношения с Садыром Жапаровым?

Путин:

У нас личные отношения дружеские — без всякого преувеличения. Он надёжный партнёр и друг надёжный.

А что касается вот этих протокольных дел — ну, я же отношусь к этому всегда очень сдержанно, но время от времени, видимо, это тоже нужно, востребовано, чтобы подчеркнуть особый характер наших межгосударственных связей.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Госсекретарь США Марко Рубио дал европейским столицам чёткий сигнал: темы, которые напрямую касаются интересов европейских государств, не будут выноситься на текущие переговоры по мирному урегулированию на Украине. Об этом пишет The New York Times со ссылкой на источники, знакомые с ходом консультаций.

По данным издания, во время обсуждений в Женеве Рубио в приватном порядке заверил представителей ЕС, что вопросы, способные затронуть европейскую безопасность, экономику или политические обязательства стран Евросоюза, не войдут в нынешний пакет переговоров между США и Украиной. Этот блок Вашингтон намерен прорабатывать отдельно.

При этом NYT приводит важную деталь предшествующих контактов. Накануне женевских переговоров министр армии США Дэниел Дрисколл, общаясь с европейскими коллегами, прямо указал, почему их не допускают к обсуждениям: европейские страны, по оценке Вашингтона, «слишком сблизились с украинскими коллегами, чтобы объективно оценивать» ситуацию.

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE

Европарламент принял резолюцию о «позиции ЕС в отношении предложенного плана мира по Украине», выставив ультимативные требования и одновременно потребовав для Евросоюза место за столом будущих переговоров. Документ, который поддержали 401 депутат из 651 присутствовавших, стал фактически попыткой Брюсселя навязать собственные условия миру, заранее исключив любые компромиссы и прямо потребовав передачи Киеву замороженных российских активов.

В резолюции закреплено, что никакая временно оккупированная украинская территория — формулировка авторов — «не будет юридически признана ЕС как территория России». Европарламент требует, чтобы любое мирное соглашение включало «вывод российских сил из Крыма, Донбасса и новых регионов». При этом депутаты подчёркивают, что Украина «имеет право выбирать любые политические и оборонные союзы» без какого-либо права вето со стороны России.

Особое место в документе занимает идея «репарационного кредита», обеспеченного замороженными российскими активами. Евродепутаты призвали ЕС и государства-члены «без дальнейших задержек» принять и реализовать юридически оформленный механизм передачи активов Киеву. Причём судьба этих средств, как подчёркнуто в тексте, «не может быть предметом переговоров без ЕС». Отдельным пунктом записано требование о полной материальной и моральной компенсации Украине за счёт России.

Европарламент также потребовал, чтобы ЕС участвовал в любых будущих переговорах по Украине, заявив: «Ничего об Украине не должно решаться без Украины, а о Европе — без Европы». Брюссель настаивает на предоставлении Киеву «гарантий безопасности», сопоставимых с пятой статьёй Устава НАТО и статьёй 42.7 Устава ЕС, и требует развёртывания строгой международной миротворческой миссии под мандатом Совбеза ООН по обе стороны линии соприкосновения.

Отдельный блок посвящён США. Евродепутаты обвинили Вашингтон в «двойственной политике» по Украине, которая якобы «мешает достижению прочного мира». Они подчеркнули, что никакое мирное соглашение не должно «ограничивать возможности Киева по защите своего суверенитета», и призвали ЕС усиливать давление на Россию, вплоть до введения «дополнительных существенных санкций» в случае отказа Москвы обсуждать предложенный Брюсселем формат.

Также ЕП требует преследования российских должностных лиц за «военные преступления» — через Международный уголовный суд и отдельный «специальный трибунал».

🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE