Вы знаете, мы всегда, когда отправляемся на переговоры по предложению наших партнёров, прежде всего хотим их послушать. Президенты Путин и Трамп, когда они общались по телефону, договорились о необходимости оставить позади абсолютно ненормальный период в отношениях двух великих держав, когда они, по сути дела, не общались, кроме как по отдельным техническим и гуманитарным вопросам.

Президенты договорились, что нужно возобновлять диалог по всем вопросам, которые так или иначе могут быть урегулированы при участии России и Соединённых Штатов. Упоминалось и украинское урегулирование, и ситуации на Ближнем Востоке, а также ряд других регионов мира, которые сейчас находятся в не очень спокойном состоянии.

Поэтому мы послушаем наших американских собеседников и, конечно, будем готовы отреагировать. Затем доложим нашим руководителям, которые будут принимать решения о дальнейших шагах.

Что касается итогов Мюнхенской конференции, могу сказать следующее: каждый должен отвечать за свои поступки.

Когда кто-то долгие годы творит беззаконие, нарушает свои собственные продекларированные когда-то правила равноправия, честной конкуренции, презумпции невиновности, неприкосновенности собственности, свободы выражения мнений, обеспечения свободы доступа к информации, когда всё это растаптывается без зазрения совести, когда грабится чужое в нарушении всех норм международного права, когда поощряется нацистский режим и когда такой нацистский режим накачивается вооружениями для того, чтобы убивать своих собственных граждан, и всё это делается в расчёте на то, что как-нибудь проскочим и отсидимся под ядерным зонтиком, так уже не будет. За свои деяния надо отвечать.

Это ещё в Библии сказано.

Что касается желания европейцев участвовать в переговорном процессе по Украине, вы знаете, их желание уже было неоднократно удовлетворено. В феврале 2014 года Евросоюз, включая Францию и Германию, подписал торжественное соглашение между тогдашним президентом Украины Януковичем и вооружённой оппозицией.

Гарантировали, что это соглашение будет выполнено. Оно предусматривало переходное правительство национального единства и досрочные выборы. Всего-то навсего. Потерпеть надо было пять или шесть месяцев.

А наутро оппозиция растоптала это соглашение. Мы стали обращаться к гарантам этой договорённости, к европейским нашим соседям — Германии, Франции. Они нам так стыдливо сказали: «Ну, вы знаете, что произошло, то произошло. Иногда демократия в своём развитии приобретает причудливые формы».

Так что вот это был их первый шанс.

Второй шанс, конечно же, — это минские договорённости, когда лидеры России, Франции, Германии и Украины потратили семнадцать с лишним часов на то, чтобы выверить каждую запятую в документе об урегулировании украинской ситуации путём предоставления особого статуса части Донбасса в составе единого украинского государства.

Резолюция Совета Безопасности ООН единогласно этот план одобрила. С первых же дней украинская сторона стала его нарушать. Вместо перемирия и отвода войск — постоянные бомбёжки Донбасса. Вместо восстановления экономической целостности украинской территории — блокада, водная блокада Крыма и многое другое.

И вот впоследствии, когда госпожа Меркель и господин Олланд уже ушли на покой и стали общаться с журналистами, они откровенно признались, что и не собирались совершенно ничего выполнять из того, к чему они приложили руку. Им нужно было время, чтобы вооружить Украину.

Так что вот это были их шансы.

Сейчас на той же Мюнхенской конференции прозвучали призывы, в частности, от президента Финляндии, нашего близкого соседа, некогда нейтрального государства, которое всячески выступало за всё хорошее против всего плохого. Александр Стубб, президент Финляндии, сказал, что нужно заключать прежде всего перемирие и использовать его, чтобы укрепить Украину в военном отношении.

То есть философия у европейцев никуда не делась.

Поэтому я не знаю, что им делать за переговорным столом. Если они будут вот так выцыганивать какие-то лукавые идеи про заморозку конфликта, а сами по обычаю и по своему нраву и привычкам будут иметь в виду продолжение войны, то зачем их туда приглашать?

Компромиссы в ходе украинского кризиса достигались не раз, прежде всего благодаря усилиям российской стороны. Это и договорённость об урегулировании после Майдана в феврале 2014 года, когда Виктория Нуланд с послом США на Украине обсуждали состав нового правительства после госпереворота. Кстати, уже тогда, в 2014 году, в январе, она определила то место, которое США отводят Евросоюзу в определении судьбы Украины, вы помните.

Компромисс был достигнут, а наутро, как я только что напомнил, оппозиция совершила кровавый госпереворот в нарушении всех договорённостей.

Второй компромисс был назван Минскими договорённостями. Они были одобрены Советом Безопасности ООН и стали не просто компромиссом, а международным законом. Однако этот закон был растоптан, прежде всего украинской хунтой, а также теми, кто гарантировал Минские договорённости — Берлином и Парижем. Они в этом открыто признались. Соединённые Штаты с удовлетворением наблюдали за происходящим из-за океана, поставляя оружие киевскому режиму и всячески его поддерживая.

Ну и компромисс, конечно, был очень близок в Стамбуле в апреле 2022 года. Президент Путин об этом не раз и подробно говорил.

Так что американским представителям, которые сейчас в большом количестве рассуждают о том, как подступать к украинскому кризису, пока непонятно, кто же всё-таки из них будет уполномочен президентом Трампом выступать на украинском направлении от имени администрации в Вашингтоне, тоже стоит задуматься о компромиссах.

Это всё больше похоже на такой, знаете, научный диспут, как это звучало на Мюнхенской конференции. Но действительно начинают упоминать тему территориальных уступок. Надо историю почитать, и наш президент тоже к этому призывает.

Территориальные уступки тому, что сейчас называется Украиной, были сделаны советским руководством при образовании Союза Советских Социалистических Республик, когда огромные территории, которые столетиями осваивались русскими людьми, на которых русские люди строили города, заводы, порты, организовывали жизнедеятельность, промышленность, сельское хозяйство, были включены в состав Украинской Советской Социалистической Республики.

Естественно, это делалось исходя из того, что идеалы братства, справедливости, равноправия будут уважаться Украинской Советской Социалистической Республикой так же, как и всеми остальными союзными республиками СССР. До какого-то времени это работало. Конечно, украинский народ внёс свой вклад в нашу общую великую победу — победу всех народов Советского Союза над гитлеровской Германией.

Но затем что-то пошло не так. Националистические настроения начали вызревать на Украине сначала потихоньку, а потом и вполне открыто, особенно когда наступил кризис Советского Союза, и он прекратил своё существование.

Эти националистические, даже нацистские настроения, бандеровские идеи, которые поддерживали коллаборационисты с гитлеровскими захватчиками, стали крепнуть. Их перестали стесняться, они начали проникать в общественное сознание. Началась работа по вербовке сторонников, созданию сначала подпольных, а затем и открытых боевых формирований, которые красовались с эмблемами эсэсовских дивизий.

В конечном итоге именно представители этих сил, при подталкивании со стороны администрации Соединённых Штатов, в 2014 году совершили госпереворот. Первое, что они сделали, — объявили об отмене статуса русского языка. Когда в Крыму и на Донбассе люди сказали: «Вы знаете, не трогайте нас, мы вас не будем трогать, но вы, ребята, незаконные, оставьте нас в покое», их тут же объявили террористами и начали против них войну.

Войну с использованием армии, авиации, артиллерии, танков. Использовать армию против собственного народа в внутренних конфликтах запрещают многие международные конвенции и договоры.

Тем не менее, в конечном итоге состоялся госпереворот. Мы пытались вывести ситуацию из пике трагедии для украинского народа, но ничего не получилось. И Порошенко, и Зеленский приходили к власти как «президенты мира», врали своим избирателям. Врут до сих пор.

Если вы почитаете заявления тех, кто работает в офисе Зеленского и называет себя правительством Украины, вы увидите слова вроде «нелюди», «русня», «существа», «убивать надо их».

Сам Зеленский, задолго до специальной военной операции, в 2021 году в интервью на вопрос о том, как он относится к тем украинцам, которые сопричастны русской культуре и истории, сказал: «У них нет никакого будущего. И мой им совет: если они правда ощущают свою сопричастность ко всему русскому, то ради будущего своих детей и внуков пусть убираются в Россию».

Вы хотите, чтобы вот эти нацистские замашки, а украинские вооружённые силы действуют ещё похлеще, чем гитлеровские убийцы, обсуждались на переговорах об урегулировании?

Относительно того, что какие-то территории нужно ещё уступить? Уступить с людьми, с русскими, или без людей, с одними редкоземельными металлами?

По-моему, здесь пусть те, кто фантазирует о том, как Соединённые Штаты могут помочь урегулированию, сначала разберутся в истории вопроса. Почему на Украине запрещён русский язык во всех сферах жизни? Почему там запрещена каноническая Украинская православная церковь? Это грубейшее нарушение многочисленных конвенций и статьи 1 Устава ООН.

Почему никто из тех, кто выдвигает инициативы, не вспоминает о правах человека, закреплённых в Уставе ООН, а только говорит о территориальных уступках? Для чего? Чтобы там русских уничтожали так же, как сейчас их уничтожают в Курской области и других регионах Российской Федерации?

Сегодня исполняется ровно десять лет с момента принятия резолюции Совета Безопасности Организации Объединенных Наций 2202, одобрившей «Комплекс мер по выполнению Минских соглашений». Высказавшись таким образом в пользу найденных несколькими днями ранее в Минске развязок, Совет взял их реализацию под свой контроль. Однако надеждам на установление долгосрочного и прочного мира, которые возникли тогда у всех нас, не суждено было сбыться. Более того, сегодня словосочетание «Минские договоренности» стало чем-то вроде «дипломатического эвфемизма», заменяющего слова «провал» или «обман». Считаем, что у нашего Совета есть все основания проанализировать, почему так произошло и почему мир на востоке Украины после этого так и не наступил.

Прежде всего кратко напомню о том, что 13 пунктов «Комплекса мер» недвусмысленно определяли последовательность выполнения конкретных шагов для нормализации ситуации на Украине и возвращения Луганской Народной Республики и Донецкой Народной Республики в ее состав. Последним из них значилось восстановление контроля Киева за государственной границей на востоке страны. Для того, чтобы это произошло, украинскому руководству необходимо было предпринять ряд шагов, направленных на предоставление Луганской Народной Республики и Донецкой Народной Республики широкой автономии и защиту идентичности русскоязычного населения.

Однако очень скоро стало понятно, что пришедший к власти в результате антиконституционного переворота в 2014 году националистический киевский режим изначально не планировал выполнять ни один из пунктов документа. Мы хорошо знаем, что происходило в Минске на встречах Трехсторонней контактной группы, как киевские представители сознательно и последовательно саботировали переговоры. Мы постоянно говорили об этом. Нас никто не слушал и не слышал. Отдельные украинские официальные лица не стеснялись прямым текстом говорить, что, мол, поскольку Минские соглашения «в значительной степени стали результатом давления критических обстоятельств и внешних факторов, сила их обязательности держится исключительно на доброй воле Украины», и «главная и единственная стратагема украинского государства – выигрывать время и накапливать силы». Представители киевского режима характеризовали обязательства, под которыми они подписались, как «удавку на шее Украины», и «мертвую историю». Подавали в том ключе, что соглашения не могут быть выполнены «на российских условиях», и в целом «их выполнение означает разрушение страны». Неуклюже выводили на то, что договоренности не носят юридически обязательного характера, «допускают возможность разной трактовки», и «нуждаются в переформатировании».

Мы в ходе заседаний Совета неоднократно обращали внимание и на эти недопустимые высказывания, и на недопустимость саботирования Киевом документа, одобренного резолюцией Совета Безопасности. Призывали всех членов нашего ответственного за поддержание международного мира и безопасности органа недвусмысленно потребовать от украинского руководства выполнить взятые на себя обязательства. Однако наши западные коллеги последовательно уходили от этого и даже пытались адресовать претензии по невыполнению «Комплекса мер» России, хотя наша страна его стороной не являлась и никаких обязательств по нему не несла.

Позднее стала понятна истинная причина подобной их линии. Как выяснилось из признаний бывших высокопоставленных политиков, конкретно Ангелы Меркель, Франсуа Олланда и Петра Порошенко, Минские договоренности были нужны западным спонсорам киевского режима исключительно в качестве «дымовой завесы» для вооружения Украины и подготовки ее к войне с Россией. Что в итоге и вынудило нас почти три года назад начать специальную военную операцию на Украине. Мы неоднократно в этом зале, и не только в этом зале, говорили, что, если бы Минские договоренности были добросовестно выполнены Украиной и ее спонсорами, не было бы ничего из того, что потом последовало.

Проигнорировав недвусмысленные сигналы о том, что киевский режим не собирается выполнять резолюцию 2202 Совета Безопасности Организации Объединенных Наций, западные государства полностью провалили важную миссию Совета Безопасности, которую они выпячивают во многих других страновых ситуациях – превентивную дипломатию. Сегодня они пытаются все это отрицать, но всем нам понятно, что именно в их руках десять лет назад оказались инструменты и рычаги, позволявшие гарантировать мирное разрешение внутриукраинского кризиса, спровоцированного антиконституционным государственным переворотом в Киеве в феврале 2014 года. Но они не только не воспользовались ими, но и постарались подстегнуть украинский национализм и порожденную им русофобию, создавая таким образом все условия для прямой конфронтации между Украиной и Россией. В итоге, «посеяв ветер, они пожинают бурю».

Сегодня мы можем констатировать, что сознательный саботаж реализации Минского комплекса мер имел роковые для Украины последствия. Украина не просто упустила шанс на мир и восстановление контроля над Донбассом, но и сознательно не воспользовалась наилучшим способом урегулирования внутреннего конфликта. Была потеряна возможность превращения Украины в цивилизованное государство, где уважение прав всех граждан осуществляется без какой-либо дискриминации по политическим, языковым или национальным признакам. Вместо этого Киев выбрал путь конфронтации, репрессий, подавления свободы слова и других прав и свобод человека. В результате Украина сегодня с горечью называется многими своими согражданами концлагерем имени Зеленского, на предыдущем нашем заседании мы приводили конкретные свидетельства того, во что превратилась эта страна.

Упустив возможности, которые предоставлял Минск, киевский режим не смог ухватиться и за те опиравшиеся на Минский комплекс мер договоренности, которые были достигнуты в Стамбуле всего месяц спустя начала специальной военной операции России на Украине. Сегодня в Киеве кусают локти, понимая, что условия Минска – это уже недостижимая планка и новые условия окончания военных действий для Украины будут гораздо хуже. Но прошлого уже не вернуть. За подобную ситуацию в полной мере отвечают не только Зеленский и его коррумпированная клика, но и спонсоры киевского режима, активно уговаривавшие его ввязаться в самоубийственную для украинского государства войну с Россией.

Все мы видим, какие процессы происходят сегодня в мире после прихода к власти республиканской администрации в США. Как мы и призывали на протяжении многих последних месяцев, в игру, наконец, активно включилась дипломатия, появились шансы на то, что горячая фаза украинского кризиса может вскоре закончиться. Естественно, что все те, кто сейчас работает над этим, анализируют в том числе и все предыдущие попытки положить конец вооруженному противостоянию на востоке Украины. Среди важнейших из них, разумеется, фигурируют и Минские договоренности. Какие же уроки сегодняшние переговорщики должны извлечь из процесса, который так бесславно провалился три года назад? Постараемся ответить на этот вопрос.

Во-первых, сегодня мы понимаем, что гаранты Минска, да и в целом страны Европейского Союза и Великобритания, абсолютно недоговороспособны и не могут быть стороной каких-либо будущих договоренностей по урегулированию украинского кризиса. Они ослеплены пещерной русофобией, маниакальным стремлением нанести поражение нашей стране на поле боя руками остающихся в живых украинцев. Сегодняшние европейские элиты, к сожалению, в принципе неспособны мыслить стратегически и вообразить себе какие-либо уравнения безопасности с участием России, ведь они много лет, тайно или явно, выстраивали исключительно антироссийские политические и военные конфигурации. Не знаем, сколько времени займет их излечение и возможно ли оно в принципе, однако понятно, что никакие гаранты или даже посредники из них не получатся. Подтверждение этому – безрассудные воинственные и оторванные от реальности заявления, которые мы услышали от европейских участников в ходе только что завершившейся Мюнхенской конференции по безопасности.

Во-вторых, прекращение огня и заморозка украинского конфликта по линии соприкосновения сами по себе не являются гарантиями его урегулирования. Это важнейший урок Минска, и его должны усвоить те, кто будет работать сегодня над новыми контурами возможных договоренностей. Тем более, что европейские политические карлики не скрывают, что в случае прекращения огня они намерены заняться перевооружением Украины и готовить ее к возобновлению войны. Достаточно процитировать нового главного дипломата Европейского Союза госпожу Каллас, которая заявила в Мюнхене, что Европейский Союз должен перераспределить некоторые ресурсы, чтобы обеспечить продолжение военных действий Украиной. Комментарии, как говорится, излишни. Что ж, такая сегодня у Европейского Союза дипломатия. Если доверить ей хоть какой-то аспект украинского урегулирования, то от Украины точно ничего не останется.

В-третьих, для установления долгосрочного мира на Украине должны быть устранены первопричины украинского конфликта. Целью Минска было дать такую автономию востоку страны и такие гарантии русскоязычному населению Украины, чтобы Донбасс вернулся в состав Украины. Это касалось и образования на русском языке, и возможности исповедовать каноническое православие, и права чтить тех героев, которые освобождали Украину от нацизма, а не тех преступников, кто вместе с гитлеровцами уничтожали сотни тысяч евреев, поляков, русских, цыган и тех же украинцев. Не тех, кому сегодня поклоняются на Украине во главе со Степаном Бандерой, о котором сегодня упоминал Роджер Уотерс. Все это остается актуальным с той лишь разницей, что Украина теперь безвозвратно потеряла не только Крым, но и Донецкую, и Луганскую народные республики, и Херсонскую и Запорожскую области, вошедшие в состав России. Соответственно, исправлять ситуацию нужно в тех регионах, которые пока еще остаются под контролем Киева.

Наконец, необходимо, чтобы реализацией новых договоренностей занималась та власть, которая будет искренне в этом заинтересована и которая появится по итогам демократических выборов. Выдающий себя за украинского президента Зеленский свою легитимность утратил в мае прошлого года, кроме того, он, будучи избранным тремя четвертями украинцев за обещания добиться мира на Востоке, сделал все ровно наоборот и втянул страну в конфликт за чужие геополитические интересы, жертвами которого стали сотни тысяч украинцев. Ясно, что никакой роли ни он, ни его сподвижники, ни те, кто выступал против Минских соглашений, в новой Украине играть не должны. Это, собственно, понятно и из опросов общественного мнения в этой стране, которые четко указывают на то, что шайка Зеленского растеряла даже символическую поддержку своих граждан. Именно поэтому профессиональный украинский комик и бывший президент боится выборов как огня и всячески пытается оттянуть этот момент.

Ну и последнее – будущая Украина должна быть демилитаризированным нейтральным государством, не входящим ни в какие блоки и альянсы. Ведь, как сегодня уже признают наши американские коллеги, в частности, президент Дональд Трамп, именно перспектива вступления Украины в НАТО стала спусковым крючком кризиса. Это, я думаю, понятно всем.

Есть еще и другие важные элементы будущих договоренностей, которые Украины напрямую не касаются. Их мы сегодня здесь затрагивать не будем.

Очень хочется надеяться, что десятая годовщина принятия резолюции Совета Безопасности Организации Объединенных Наций 2202 станет хорошим поводом для наших европейских коллег вернуться, наконец, к реальности и прекратить провоцировать Зеленского и его подельников на бессмысленное сопротивление. Сам он, стремясь любой ценой сохранить власть и собственную шкуру, готов на любые провокации, лишь бы продолжались военные действия и гибли его соотечественники. Об этом свидетельствуют такие новые недавние топорные провокации киевского режима, как удар беспилотного летательного аппарата по саркофагу Чернобыльской атомной электростанции и обстрел направлявшихся на ротацию на Запорожскую атомную электростанцию инспекторов Международного агентства по атомной энергии. Если вы, наконец, не одернете своего ставленника в Киеве и не поставите его на место, ничем хорошим для Украины это не закончится, и те параметры урегулирования, которые мы обсуждаем сейчас, через некоторое время покажутся украинским властям несбыточной мечтой. Такой же, какой сегодня являются для киевского режима сорванные им самим Минские договоренности.

Благодарю за внимание.

Для тех, кто не осилил прочитать полностью всё выступление Василия Небензи, подвожу озвученный им сегодня итог текущей позиции России относительно перспектив переговорного процесса по Украине.